Текст книги "Звездный Патруль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"
Автор книги: Артем Лукьянов
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 155 (всего у книги 172 страниц)
Эпилог
– Тамара, расскажите нам немного о своих планах. Что вы ожидаете найти на Марсе?
– Ой, ну это, пожалуй, глупый вопрос, Айзек. Не для кого не секрет, что мы с Меркури помолвлены и скоро поженимся… Собственно в этом и есть основная моя причина быть тут.
– А как же раскопки?
– Ха-ха-ха! Раскопки!? На Марсе!? Не смешите мои кудри, Айзек! Думаете, я на Би-Проксиме не могу устроить себе раскопки!? Легко!
– Выходит, все это просто прикрытие, вуаль к основному событию, да?
– Ну, конечно! … Хотя, если я, вдруг, тут что-то найду, то точно не расстроюсь.
– Например, следы загадочной первой колонии – подыграл ей хронограф, улыбаясь всем лицом.
– Ах, это! Конечно! … Всегда хотела, но это ж не главное, сами видите – так же улыбнулась ему в ответ археолог.
– Хорошо, Тамара. Вот вы же в курсе, какая дурная слава ходит о личной жизни вашего будущего мужа. Не боитесь, что он вас бросит?
– Нет. Не боюсь. Мерки и его семью я знаю давно. И би-Нова меня знают так же очень хорошо. Мне доверяют и на меня полагаются… И Меркури так комфортнее и удобнее заниматься политикой, а не этими детскими развлечениями в Стар-Дартс.
– Считаете, он не блефует, когда говорит о своем уходе?
– Конечно нет! … Вы сами как думаете? Мужчины, будучи со мной, захотят выбрать что-то еще?
– Хм… Что ж. Вы, Тамара, от скромности точно не умрете.
(Из интервью с археологом Тамарой Дивич.
Хронограф Айзек Пери. 2522`)
День на Марсе у Томы не задался. Вначале с отравлением не явилась ее свита по раскопкам и анализу, потом куда-то пропал хронограф Айзек, который был прикреплен к ее археологической миссии со стороны ГЛТК. Она уже 2-ой суточный цикл не наблюдала его среди команды, а потому внутренне копила свое недовольство.
– Весь день коту под хвост! – выругалась Тамара, прогуливаясь вдоль границы оцепленной территории.
Заходить внутрь без сопровождения ей совершенно не хотелось. Единственным утешением был совсем молоденький Иодал, который буквально пылинки сдувал с нее и был не участником археологических раскопок, а скорее мальчиком на побегушках у «звездной Томы». Даже сейчас он был ей не мил, хотя именно Иодал отговаривал Тамару браться за эту странную пещеру, полную расчлененных трупов и костей. Очевидно было еще тогда, что тут явный криминал. Тамара же не послушалась Иодала, а зачем-то вняла этой мелкой бледной светловолосой из волонтеров. Сейчас она даже имя ее вспомнить не могла. Внезапно навалилось осознание того, что ей вообще противно это место. Хотелось даже собрать все вещи и покинуть его. Однако, как нестранно, теперь именно Иодал убеждал ее продолжать раскопки тут. «Смешно! Все как сговорились!». Мысли Тамары путались в голове. Она уже и сама не могла точно самой себе сказать, кого именно она считала сговорившимися, Иодала и эту волонтерку или остальных археологов вместе с хронографом, которые пробросили ее. Тамара не была дурой. Во всяком случае саму себя она таковой не считала. Высшее образование, все таки, давало о себе знать, но иногда она ловила себя на мысли, что в гробу она видела всю эту археологию, если рядом нету хронографа, который бы «запечатлял» каждый шаг ее миссии для широкой галактической публики и истории. Хотя, правды ради, каков там реальный рейтинг по вовлеченности аудитории в ее раскопки, она ни разу у Айзека так и не спросила. Вот только и делать хоть что-то ей тоже без соответственного медийного освящения совсем не хотелось. Айзек вырвал ее из «горестных» дум.
– Тамара, здравствуйте! Это Айзек Пери, ваш хронограф!
– Айзек! Какого дьявола вы не прибыли на сайт!? Представляете, если я раскопаю что-то важное или судьбоносное для истории, а вас не будет, чтобы запечатлеть это!? Что подумает о вас ваше руководство!? – навалилась на него Тамара, пытаясь вызвать в нем стыд и сожаление.
Однако тот, внезапно, ее удивил еще больше:
– Тамара, немедленно подключитесь к эфиру Стар-Дартс! Это сейчас архи-важно для вас! Судьбоносный ивент для вашей с Меркури истории происходит именно сейчас!
Тамара, не переключаясь, махнула Иодалу, чтоб он активировал холо-проектор с головной машины и вывел объемный экран прямо сюда. Хотя она могла это все сделать сама, даже не переключая нейро-обруч, будучи на связи с Айзеком, но предпочла задействовать Иодала. Тот в точности все исполнил с характерным блеском в раболепных глазах. Изображение «ожило», и среди анимированной картины мрачного космоса где-то в районе Юпитера возникли две встроенные рамки. На одной из них был ее ненаглядный Меркури в компании ведущего шоу по Стар-Дартс Найджела «Дабл-Эн». Хронографа Тамара узнала сразу же, потому что внешность его была примечательной, ну и он весьма мило и приятно брал у них с Меркури интервью. Тома еще тогда была в восторге от его харизмы. А, вот, во второй рамке внезапно улыбался тот самый ее хронограф Айзек в компании еще 2-х персонажей. Одного она быстро идентифицировала как офицера Звездного Патруля, а вот темную фигурку вне фокуса и источника света сразу рассмотреть не смогла. И, все же, от увиденного Тамару передернуло. Лэйбл на экране ясно указывал, что это шоу в первую очередь для фанатов космо-гонок. Тамара выругалась в сердцах на Айзека. «Предатель! Бросил меня ради этой дурацкой забавы детей-переростков!». Однако тот внезапно начал обращаться напрямую к ней:
– Тамара!? Вы с нами!? Подтвердите, что вы это видите прямо сейчас!?
– Айзек, что за детские шалости! – возмутилась она ему прямо, будучи все еще на связи с ним по нейро-линку.
Она уже была достаточно опытная во всех этих лайф-шоу и сразу догадалась, что ее держат «на линии», но не пускают в эфир на шоу «Дабл-Эн». Тома слегка опешила. Ей это сразу не понравилось. Появились призрачные тени подозрений. Однако она не растерялась и решила сама пробиться в эфир лайф-шоу:
– Внезапно, но спасибо, Найджел! Я польщена попасть к вам в прямой эфир! И тебе, Айзек, я тоже весьма признательна! … Я уже догадываюсь о причине!
Однако своего собственного голоса она не слышала. На экране шло весьма эмоциональное обсуждение чьей-то личной жизни, каких-то высказываний, но никак не «Стар-Дартс». Тамара внезапно улыбнулась собственной догадке. «Мерки, ты мой любимый! Такое придумать!». Она, уверенная в своей правоте, замерла в ожидании предложения руки и сердца от своего Мерки в прямом эфире шоу космо-гонок, хотя, наверное, все в Галактике и так давно знали об их предстоящей свадьбе. Однако Тома нашла это очень смелым, красивым и романтичным поступком. «Игра ж еще, вроде как, не окончена! Он рискует своими достижениями ради меня! Как это мило!». Тамара закатила глаза от предвкушения. То, что прозвучало в ответ было настолько из ряда вон, что она даже не смогла правильно услышать. Ее мозг просто проигнорировал то, что не могло быть, потому что просто не могло ни с какой вероятностью вообще. Она впала в ступор и молчала. Ей показалось, что собственная голова увеличилась минимум вдвое и слишком потяжелела, чтобы удерживаться на плечах. Все звуки внезапно стали как будто где-то далеко и доходили до нее лишь в виде отдаленного шума. Таким странным образом организм блокировал информацию, которая наносила серьезный вред ее психике. Однако голос хронографа прорвался к ней через эту естественную психо-защиту:
– Тамара, если вы мне не верите, то вот запись того, что озвучил Меркури би-Нова лично: «Тина Лост, согласна ли ты выйти за меня, Меркури би-Нову и разделить со мной жизнь в горе и радости правления планетой-колонией Марс». О вас тут ни слова, ни полслова!
Потом шли ответные фразы этой самой Тины. Тамара слишком резко присела на что-то жесткое, буквально рухнув, как камень. Ноги не держали. Колени дрожали. Во рту все пересохло. Тамара все еще не до конца понимала. Ее мозг старательно цеплялся за вещи совсем второстепенные. Айзек же на той стороне будто специально включил повтор произошедшего. «Тина!? Кто это, вообще, такая!? Почему упирается!?». Она вела себя дерзко и не хотела замуж за ее Меркури, прилюдно в эфире, называя его бесстыдником и подонком. «Какая наглость и бестактность!». От Тамары совершенно ускользал смысл происходящего. Некий внутренний блокиратор не давал ей понять главное, потому она искренне возмутилась в ответ Айзеку:
– Как вы смеете унижать Меркури прямо во время трансляции!? Это же планетатор Марса!
– Тома, послушайте внимательно. Ваш любимый Меркури отказался от вас в пользу этой самой Тины, которая назвала его уродом и подонком! Скажите, после того, что вы узнали, не считаете ли его и вы так же подлецом и подонком!? – спросил Айзек в приватном нейро-эфире как бы лично.
– Я!? … Да! … Нет! … Как!? … Почему он так поступил!?
Тамара не договорила и отключила саму себя прямо во время разговора, хотя проектор с машины все еще транслировал это лайф-шоу перед ее лицом. Ей внезапно захотелось стать максимально незаметной или, еще лучше, исчезнуть насовсем, будто ее никогда и не было тут. Осознание всего ужаса произошедшего приходило к ней не сразу, а порциями. Она сидела и тряслась, как во время лихорадки. Чтобы скрыть это Тамара опустила голову на колени и закрылась руками, отгородившись, как бы, от всего мира. Ее любимый ненаглядный Меркури только что прямо в эфире предпочел какую-то замарашку вместо нее, умницы и красавицы Тамары Дивич. Самый популярный и красивый планетатор на просторах Галактики прилюдно на многомилионную аудиторию вытер о нее ноги. Большего унижения ей сложно было вообразить. Это был конец, эпический и феерический провал всей ее так красочно спланированной жизни, провал прямо на популярном шоу ненавидимой ей всеми фибрами души игры Стар-Дартс. Она заплакала, хотя плачь больше походил на стенание человека, одномоментно лишившегося сразу всего, что было дорого. Шоу продолжалось, и внезапно в эфире послышалась ее речь в записи о том, чтобы прекратили унижать Меркури. Это звучало теперь так глупо и по-идиотски, будто Тома в полном неадеквате к сложившейся ситуации. В эфире ее слова раскладывали и склоняли, создавая новые домыслы, версии значений и смыслов. Но все это делалось, чтобы посмеяться над ней на многомиллионную аудиторию, над ее глупостью. Тамару обуяла лютая злоба. Она резко вырубила трансляцию и громко крикнула:
– Ненавижу! Всех ненавижу!
(продолжение следует)
*Бонус*Пещера встретила Гельмута слишком низкими потолками, сухим спертым воздухом и чьими-то стенаниями. Охрана из человекоподобных дронов в раскраске службы охраны Марса его пропустила вглубь. Впереди открылось достаточно широкое и, что главное, высокое пространство, освещаемое под потолком темно-красным светом, исходящим от левитирующего «светлячка». У дальней стены внезапно вспыхнул огонь, который выхватил из полумрака несколько человеческих фигур. Все они были в красных комбинезонах с черными вставками на подобии тех, что носила служба охраны Сидауена.
– Опаздываешь – знакомый голос обратился к нему в уме. – Месса уже началась.
– Прости меня, «Жрец». У нас там ЧП… Ситуация обязывала быть на месте.
– Надеюсь, все утряслось?
– Да… Нет… Мне надо бежать – вздохнул Гельмут. – Иначе конец.
Тот самый вспыхнувший огонь внезапно распрямился, как человек, и повернулся ему на встречу. Пламя постепенно затухло, сменившись редкими языками, облизывавшими его лицо, руки, грудь. Сам идущий в сторону Гельмута, казалось, совсем не страдал от этого пламени. Его лицо выглядело строго невозмутимо и спокойно. Округлые блестящие в играющем пламени глаза, несмотря на живость, ничего не выражали.
– Иди сюда. Принеси эту жертву за нас и для нас… Принеси во имя нашего Культа! Во имя грядущих люменов!
– Я!? … Но я пока лишь адепт – искренне удивился Гельмут.
Огонь на встречной фигуре почти потух. На груди отчетливо переливами и красными всполохами отобразился крупный идеально ровный матовый с узорами медальон. «Жрец» снял его с себя и приготовился надеть на шею Гельмуту. Тот слегка растерялся и отшатнулся.
– Смелее. Сделай это и получи познание.
– Я… Я не знаю.
– Не бойся. Ощущения непередаваемые. Твой разум просияет, и ты все сделаешь правильно.
Гельмут, все еще сомневаясь, чуть наклонился вперед и вниз, так как был выше «Жреца» почти на голову. На грудь легла приятная тяжесть идеально ровного медальона. Гельмут ощутил тепло, проникающее внутрь сквозь комбинезон.
– Приложи правую руку и положись на него. Он сам подскажет путь.
Голос «Жреца» звучал теперь не в уме Гельмута, а будто где-то в сердце. Оно встрепенулось и заволновалось. Первый порыв был снять с себя украшение и отбросить в сторону. Однако он быстро прошел, сменившись любопытством и предвкушением. Гельмут прижал правую ладонь к медальону и, вздохнув, закрыл глаза.
– Гельмут… Гельмут… Дай мне жизни этих двух, и я дам тебе познание.
Мягкий, тихий, немного шипящий и, вроде как, женский голос прозвучал у него в самой груди.
– Кто они? – спросил он в сердцах.
– Иди.
Гельмут шагнул навстречу группе в красных комбинезонах, которые полукругом стояли, окружив двух совершенно голых мужчин. Те были молоды, но держались стойко.
– Это из Патруля – догадался Гельмут, видя их ровные и одинаковые короткие и по форме стрижки.
– Да. Они замарали себя, вступив в сговор с Червями. Осквернились еще в утробе матери. Достойны лютой смерти в огне… Возьми! Возьми! Сожги их!
Тихий шипящий голос медальона перешел в протяжный вой, который не просил уже, но принуждал и заставлял подчиниться. Гельмут ощутил жар по всему телу. Его глаза накрыла огненно-оранжевая пелена. Руки, грудь, плечи и лицо вспыхнули жарким пламенем. Люди в красном расступились, пропуская его к жмущемся у стены голым и связанным по рукам и ногам ЭМИ-жгутами людям. В их глазах Гельмут видел смелось и страх одновременно. Жертвы проявляли усилия над собой, бороли свои эмоции и держались стойко. Зато испугался сам Гельмут, видя их мужество:
– Стоп! Я что-то делаю не то! Я не хочу так!
– Меркури тебя уничтожит, глупец! У него алиби, а на тебе кровь и жертвы в космопорте! … Еще эти двое червивых ничего не решат… Сожги их для меня! Сожги их и получи познание, чтобы избежать позора!
От этих громких слов внутри, которые буквально прорицали все его страхи, Гельмут впал в некоторый ступор. Однако голос принуждал и требовал подчиниться. Его аргументы были более чем убедительны. Гельмут не хотел скрываться, не хотел угодить в тюрьму или на шахты. Он хотел вернуть свой статус, свое влияние на Марсе любой ценой.
Гельмут сначала с некоторой опаской, но потом уже уверенно шагнул прямо на жертв. Теперь в их лицах он заметил боль. Он знал их. Они оба были из Звездного Патруля, из охраны эмбрионального центра. Это немного смутило его в последний момент, но голос настоял на своем, вынуждая подчиниться. Гельмут вскинул руки и направил их на голых людей. В их глазах он заметил боль. Кожа на лице, шеи, груди быстро покрывалась волдырями, плавилась, стекала, как некая бледная жидкость, обнажая кости и череп. Гельмут обнял их. Обе фигуры громко закричали и вспыхнули как свечи. Огонь очень быстро объял их и поглотил полностью. Прямо на глазах Гельмута оба человека распались на обугленные фрагменты, осыпавшись на грунтовый пол пещеры. Он проводил их взглядом и опустил руки. Все его тело пробил некий озноб. Встряска дошла с ног до самой седой макушки и резко закончилась. Гельмут явственно ощутил холодок в тыльной части головы, словно некто сделал ему трепанацию и обдул вскрытый мозг прохладными, но, при этом, приятно щекочущими воздушными потоками.
Чьи-то руки сзади сняли с него медальон.
– Свершилось! Отдай свою боль и прими силу! – прогремел голос «Жреца» вживую и в уме.
Гельмут ощутил небывалый прилив сил. Что делать и как поступить, стало настолько явно и очевидно, что не вызвало ни малейшего сомнения. Он развернулся и упал в ноги «Жрецу».
– Слава тебе, о Жрец! – выдохнул он на эмоциях.
– Во имя богов наших, люменов! – завопил тот. – Приход которых мы ждем вскоре!
– Поклоняемся Марсианскому Культу и славим тех, кто грядёт! – проревели люди в красном.
Артем Лукьянов
Мертвая петля времени. Книга III. Планетаторша Марса
Пролог
Чтобы понять суть именитых фамилий, надо обратиться к далекой истории. Би-Проксима – первая колония людей за пределами солнечной системы. Из-за проблем на самой Земле про далекую планету с заброшенными туда 500-и колонистами на долго забыли и вспомнили лишь на новом технологическом витке. Эти полтысячи истинных героев не просто выжили в крайне враждебном окружении, но и смогли обосноваться, развиться и приготовить плацдарм для следующей волны экспансии. Они ждали помощь. Верили и надеялись, что Земля их не бросила, что она помнит о них и непременно найдет способ послать новую экспедицию, несмотря на все проблемы.
На совсем недолгое время люди нашли в себе силы и мудрость вновь объединиться ради своих, забытых на далекой и враждебной Би-Проксиме. Ожидания оправдались. Новоприбывшие переселенцы с Земли на Би-Проксиме получили устойчивый плацдарм, базу снабжения и трамплин для дальнейшего освоения космоса. В награду за терпение, доблесть, мужество и самоотверженность в борьбе с враждебной средой все павшие и выжившие колонисты получили высшие награды и навеки вписали свои имена в число первопроходцев Галактики наравне с их далекими предками-первопроходцами Земли. Все 199 выживших, выстоявших и перенесших страшные порой чудовищные лишения, но не сломившихся и дождавшихся помощи с Земли, к своим фамилиям получили приставки «би». Именно они и их потомки стали новой звездной элитой Человечества. Их имена вошли в новый героический банк памяти наравне с первыми людьми вышедшими в космос, покорившими Луну и Марс. Их потомки получили эксклюзивное право пользоваться достижениями всего Человечества, занимать высокие посты, и быть примером для подражания.
(Из книги «Первопроходец», Зареслав Вуч, 2525`)
Небольшой размером с кулак плазменный шар с характерным воем и шипением, разбрасывая искры, вонзился в прямоходящую боевую машину класса «Страж». Робот окутало всполохами от многочисленных вспышек и волн электро-разрядов. Он замер на мгновение. На стыке кабины и корпуса дымилась характерная пропаленная черная воронка. Броня, вроде как, выдержала, но у боевой машины явно начались проблемы внутреннего характера. Крышка кокпита с жужжащим звуком откинулась, и туда, словно дожидаясь своего часа, прилетел второй точно такой же небольшой плазменный шар. Пилота машины фатально окатило волной раскаленного воздуха от разрыва энергетического заряда о переборку за спиной и окатило каскадом разноцветных искр. Он не успел среагировать, как удивленно раскинул руками и свесился вниз. Из нутра кабины полыхнуло яркое пламя.
Из-за спины поверженного «стального собрата» вышел еще один точно такой же мех-доспех. На его корпусе, разрезая характерные узоры эмблемы Федерации Свободных Миров, задвигались жерла легких роторных орудий. Они подобно коротким телескопическим трубкам в своих цилиндрических «люльках» смещались то вправо, то влево в поисках виновника гибели «собрата». Так и не идентифицировав точно источник плазменного огня он перешел на выбор основных целей и выдал две полные 5-снарядные очереди из каждого орудия, лупцуя по взлетке у большого горбатого шаттла «Тартис», что находился менее, чем в километре от него. Там осколочные снаряды взрывались, не касаясь поверхности, окутывая разбегающихся во все стороны ничем незащищённых людей. Тела падали десятками скошенные картечью «райнбуредо», которая словно облаком накрывала крупные скопления людей, не оставляя им и шанса на спасение. Нано-паутина боезарядов-стержней, подобная некой поблескивающей дымке, накрывала группы обезумевших беженцев, разрезая и шинкуя их тела, на мелкие кровавые части. Не меньше сотни разбегавшихся в ужасе людей исчезли буквально за пару минут в некоем кровавом фонтане, оставляя после себя лишь красные лужи на плацу, пока дюжина снарядов, испускаемая лишь одним роботом, делала свое черное дело.
Вопль от людского моря многократно усилился. Однако пилот, хоть и циничный ублюдок, не был ни дураком, не идиотом, чтобы на ровном месте поймать очередной заряд плазмы от неизвестного противника. Колодцы пневмо-минометов на плечах-цилиндрах открылись, выпустив две фог-мины, для создания мелкодисперсного дыма, тумана, затрудняющего электронное и оптическое таргетирование со стороны предполагаемого противника. Плотное серое небольшое облако окутало его и разбитого напарника. К выгорающей изнутри машине подскочили человекоподобные дроны с излучателями наперевес, чтобы прикрыть и вытащить объятое пламенем тело пилота, свесившееся из кабины руками вниз, и оттащить его в сторону, убрав с передка. Однако «туман войны» не стал препятствием для невидимого-противника.
Термо-ударная мина описала дугу и шлепнулась аккурат под ноги дронам. Последовал резкий хлопок, и оба металло-полимерных тела охранных дронов разделились на неровные куски и разлетелись в разные стороны. На пилота второй машины словно снизошло озарение. Он, судя по всему, внезапно осознав, где засел противник, резко подался вперед и вывел боевую машину из тумана. На 2 часа от него располагался большой 8-колесный вездеход с голографической эмблемой марсианской Службы Помощи Беженцам. Он сместил стволы пушек в его сторону, немного довернул торс и выстрелил в упор по машине, стоявшей всего в 50-и метрах от него. Раскаленные вольфрамовые стержни роторки с характерным воем вылетели из стволов и вонзились в транспортер. Бок вездехода разворотило и вывернуло на изнанку. Два колеса сорвало и отбросило в стороны ударом снарядов-стержней с разрывной начинкой. Машину сильно перекосило. Что-то внутри нее громко хлопнуло, и из огромной рваной дыры с левого борта, испуская искры, вырвалось пламя.
Тем временем туман рассеялся, и в «Стража» внезапно прилетела пара ракет, выпущенная одним из дронов охраны Патруля. Те оказались среди пострадавших от удара пушек «Стража», будучи у трапа транспортного звездолета «Тартис». И хоть картечь «райнбуредо» не нанесла им значительного урона, они восприняли атаку на себя вполне однозначно и отвечали имеющимися средствами. Болваны Звездного Патруля в тяжелых экзо-костюмах вспарили в небо, чтобы скрыться от плоских радаров «Стражей» и отстрелили те самые легкие ракеты. Обе боеголовки угодили в цель. Одна разбила люльку с левым орудием, вторая – уничтожила миномет на том же плече. Робота от детонации спасло отсутствие боеприпаса в стволе.
К подбитому «Стражу» подключился более тяжелый 32-тонный боевой робот «Воин», который сходу определил новый источник опасности и изумрудным лучом среднего излучателя срезал одного дрона Патруля, буквально растворив его в облаке искр и пара, и на излете слегка лизнул второго, тяжелый экзо-костюм которого выдержал удар и лишь немного оплавился.
В обе стороны теперь уже летели снаряды, ракеты и мины. Марсианское небо разрезали росчерки голубых и зеленых ярких линий. В космопорте марсианского города-мегаполиса Сидауена разгорался бой.
Высокопоставленный офицер Звездного Патруля в звании полковника Берримор Васко остановил запись и отмотал ее на момент самого первого удара плазмой по боевому роботу Федерации. Он был не один. В просторной комнате без окон присутствовали и другие. Тут был представитель администрации Марса, а так же командир расквартированных сил с Би-Проксимы.
– Я соглашусь, что вы реагировали на обстоятельства, но… – он сделал паузу, – очевидно же, что пилот 2-го «Стража», открывая огонь по беженцам, не защищался, а преследовал какие-то другие цели.
На этих словах он внимательно посмотрел на Пола Тоггера, командира сил Федерации. Тот молчал и смотрел на экран, будто выискивая там что-то для себя в оправдание.
– Ситуация выходила из-под контроля – нашелся он. – Обстрел шел со стороны беженцев. Промедление означало бы неминуемый хаос… К сожалению большего сказать не могу. Пилот «Стража» погиб, как и его напарник.
Берримор этим ответом явно не удовлетворился. Он встал со своего места, прошелся возле стола в направлении большого 3-мерного экрана и, развернувшись в сторону Пола сказал:
– «Тартис» получил значительные повреждения. Эмбриональный центр разбит, а тела офицеров Патруля до сих пор не найдены… По Конвенции вы отвечаете за безопасность космопорта и орбитального пространства колонии!
На последней фразе он повысил голос и немного надавил на собеседника. Представитель департамента охраны Марса покряхтел и поерзал на стуле, сменив позу, будто это касалось его лично, но смолчал, оставаясь погруженным в свои мысли или нейро-коммуникации.
– С чего бы? – Пол покосился на Гельмута, представителя администрации Марса, и добавил громко: – Это они заварили кашу с них и спрос!
Берримор выругался, но лишь в мыслях. Он себя сдерживал. С Би-Проксимой уже утрясли вопрос с этой Тиной Лост. Со стороны би-Новы спокойно все восприняли и без лишних слов компенсировали. Но там ерунда была. Два разбитых дрона в экзо-костюмах и моральная компенсация за угон шаттла. Вот только теперь Берри прям осознал какой ком проблем каскадом потянул за собой этот инцидент с вооруженным угоном шаттла Тиной. Результаты расследования прямо указывали, что по сути именно она, применив оружие, запустила цепочку необратимых событий приведших к печальным последствиям. Ему, как уполномоченному Патруля в системе, нужно было решить вопрос компенсации за поврежденный «Тартис» и уничтоженный эмбриональный центр, а из-за этой соскочившей внезапно Тины все причинно-следственные связи рушились, как карточный домик. Он это и сам понимал и ненавидел свое руководство, которое поступило недальновидно, отделив дело девушки от позже произошедшего в космопорте Сидауена. Однако поделать с этим он теперь уже ровным счетом ничего не мог сколько не «тужился». Представительство ФСМ указывало пальцем на марсианскую администрацию, а те ссылались на уже осуществлённую компенсацию прямого ущерба от этой Тины. Вот, только был же еще и косвенный урон. А его-то никто компенсировать Звездному Патрулю и не собирался. Один только ремонт грузового «Тартиса» тянул на не одну сотню кредов.
И, тем не менее, Берри вернулся на свое место и вопросительно посмотрел на представителя местных. Тот, судя по взгляду, намек понял.
– Нет. Тина Лост под защитой Дома би-Новы. Никакое повторное разбирательство невозможно – сухо отрапортовал он, хотя Берри его и не спрашивал, но лишь посмотрел.
Он и сам знал ответ. Был у него опыт контакта со всеми этими «би»– фамилиями. Статус и влияние их даже на Звездный Патруль сложно переоценить. Вдобавок высшее руководство Патруля Сектора лебезило и пресмыкалось перед ними, как перед некими полу-богами или популярными нейро-дивами.
– Если вам, уважаемый Берримор, больше нечего предъявить по существу, то я бы закончил весь этот утомительный разговор… У нас со стороны Би-Проксимы четкая инструкция дело замять и претензии никому не предъявлять. Вы же и так какую-никакую компенсацию уже получили… За поучительное кино конечно благодарю. Приму к сведению и проведу беседу среди служащих полка, как нельзя поступать – выдал внезапно Пол и уже изготовился встать и выйти.
Берри с недовольным лицом посмотрел на него. Отпускать без компенсации хотя бы частичной не хотелось, но и перспектив ее получить тоже теперь не просматривалось. Он вздохнул. Если грузо-пассажирский «Тартис» еще можно было как-то по страховке компенсировать, хотя и с нюансами из-за отсутствия виновного. То восстановление эмбрионального центра полностью ложилось на плечи Патруля, а в бюджете на солнечную систему таких денег не было. Берри грустно вздохнул.
«Разве что каким-то образом привлечь внимание «Аламаха». Пусть бы они поучаствовали финансово со стороны руководства Сектора. Хотя и тут без шансов, если только случится чудо, и эти долбанные марсиане подпишут соглашения о расширенном сотрудничестве… Ага! Кто ж им позволит!? Би-Проксима!? Вот уж вряд ли!».
Отлов выживших землян и доставка их на Марс в качестве доброго жеста уже влетела в копеечку так, что едва концы с концами свести можно было. Берри вздохнул еще раз и кивнул головой, соглашаясь с собственным фиаско.
«Кто бы мог подумать, что та мелкая худая девчушка мало того, что не загремит на шахты или рудники Минтаки, так еще и заделается невестой планетатора Марса!».
К таким метаморфозам он определенно морально не был готов и где-то просчитался в своих оценках. Собрание же оставалось просто завершить и как можно скорее, чтобы еще больше себя не расстраивать.
Сообщение о результатах экспертизы по оружию отвлекло его от тяжких дум. В опустевшем помещении снова вспыхнула проекция. Берри внимательно всмотрелся в экран и замер. «Этого не может быть!?». Оба ствола, захваченные у марсианских волонтеров, были из Звездного Патруля. Оба принадлежали пропавшим аламахским офицерам. «О, вот и повод поднять проблему на более высокий уровень! … А, эти аламахские… Что они забыли тут на Марсе!?». Еще больше его впечатлила информация о том, что современная защита 3-го класса была вычищена со стволов так, будто ее тут никогда и не было. И бластер, и роторный пистолет оказались девственно чисты, словно их только вчера произвели, зарегистрировали и выкинули на рынок. Берри серьезно призадумался. Кроме привлечения руководства Сектора к расследованию у него появился новый аргумент «потрясти» и Дом би-Новы, а особенно его новую «сожительницу». На экране всплыла информация о тех самых аламахских офицерах, которые не вернулись после увольнительной в расположение на станции. Уже пару месяцев как они числились в списке беглых, пополнив статистику по «артефактам».
