Текст книги "Звездный Патруль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"
Автор книги: Артем Лукьянов
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 172 страниц)
Снова в толщах неба полыхнула молния с сокрушительным громом. «Гланцет» на мгновение ослеп. Основные ускорители сбойнули, и космолет резко поменял траекторию. Грей выругался и уже попрощался с машиной, готовясь покинуть ее таким же способом, как и недавно «Гуча». Однако все пришло в норму как раз вовремя. Грей развернул космолет спиной к приблизившимся вплотную ракетам и врубил отражатели на максимум. Некая невидимая сила оттолкнула ракеты от «Гланцета» так, что они его как бы обогнули и снова сошлись уже позади. Будучи фронтально повернутым к ним Грей ударил из пушки снарядами «райнбуредо» и вмиг растворил обе боеголовки. ИИ фильтрами нивелировал яркую плазменную вспышку от разрывов. Из-за образовавшегося сильного магнитного поля космолет раскрутило по продольной оси. Однако ИИ продолжал удерживать «Гланцет» на траектории, развернув лицом к оставшейся цели.
Полыхнула молния, затем еще одна. Мощный разряд угодил прямо в образовавшийся ЭМИ-кокон космолета. Электроника сбойнула, отключилась буквально на секунду, но вернулась снова. «Гланцет» выдержал, казалось, фатальный для него прямой удар молнии. Однако заплясали красные огни виртуальной приборной панели, которые «обрадовали» Грея выходом из строя систем безопасности.
«Аваланж» впереди не атаковал его, но словно ждал, пытаясь при этом увеличить дистанцию реверсивным ходом. Его маневр Грей разгадал быстро. У того несомненно оставались ракеты, и ИИ космолета противника лишь ждал их перезарядки. Очередная молния ударила по касательной. Ее последствий Грей даже не заметил, потому что приборка и без того пестрила каскадом предупредительных огней. Зато «Аваланж», словно чего-то испугавшись, стал стремительно удаляться. На передней плоскости вращающегося продольно «Гланцета» снова образовался плотный плазмо-щит, почти полностью слизанный ударом молнии. Впереди и без того темных туч проступил черный контур чего-то дискообразного и очень большого окантованного светлой линией энерго-защиты. Радар тут же «запищал», указывая на новые цели в лице еще одной группы из 4-х «Аваланжей». Они на предельной дистанции выпустили по нему ракеты. 8 боеголовок, устремились к космолету Грея, набирая скорость.
– Опять ракеты! На этот раз очень много! – вздохнул Грей, поняв, что теперь уже ему надо бежать отсюда и как можно скорее.
Бортовой ИИ обозначил 8 ракет, которые сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее набирали скорость в его сторону. Дистанция была приличная, чтобы подумать, как действовать, но «Гланцет», разогнавшись, сам же слишком стремительно ее сокращал, а быстро сбросить скорость при отказавших фронтальных ускорителях просто не мог.
Когда Грей окончательно осознал, что 8 – это слишком много, чтобы увернуться или сбить, было поздно. Из-за сбоящей системы безопасности катапультироваться он смог не сразу, но в последний момент, когда уже похоронил себя. Другого способа покинуть безопасно кабину безостановочно вращающегося космолета с вышедшим из строя маневровым двигателем самостоятельно просто не мог. Черная капсула, подобная большой семечке подсолнуха, отстрелилась благодаря расчету ИИ весьма удачно, чтоб направить максимально вниз и в сторону от угрозы.
Пролетев несколько километров по небу его капсула упала совсем рядом с воинской частью. Лишь только по какой-то невероятной случайности или же благодаря начавшейся грозе с проливным дождем и сильным ветром его не заметили вражеские силы ПВО и не сбили. Однако ситуация не стала от этого легче. Впереди его ждал сложный путь к своим через территорию интенсивных боев. Связь со штабом отсутствовала, а значит передать некоторые доказательства наличия большой летающей климатической машины в небе, которую вдобавок защищают «Аваланжи», он не мог. Пока не мог.
Прорыв к своимПогибать Грею сейчас было никак нельзя. В его шлеме хранился тот самый дата-кристалл с записью чего-то большого, рукотворного и явно запрещенного по Конвенции. И хоть полагаться на ее нормы ни Грей, ни тем более его руководство не собирались по причине сильного недоверия всем этим галактическим институтам, но тут, насколько думал он сам, был случай особый. Сверху своей тушей на низкой орбите нависал арбитражный крейсер – блюститель той самой Конвенции, которая по сути растаптывал у него на «глазах». Грей не был силен в политике, но даже для его циничного взгляда на вещи этого, казалось, было бы достаточно, чтобы устроить межгалактический скандальчик с серьезными последствиями для планетатора и ГЛТК-корпорации.
Поросший колкой безлиственной растительностью склон, на который Грея угораздило упасть, вел к высокой местами побитой и пробитой стене той самой воинской части. Логичнее всего было бы обогнуть ее, но, зная приблизительную карту разведанных диспозиций противника, в случае обхода его ждал блок-пост «Воид» и неминуемая смерть вместо плена, как в случае «Комара». Весь фронт сейчас пришел в движение, поэтому шанс проскочить был, но Грей предпочел вариант, который гарантировал как минимум стабильную связь. Зная, что его брат Трой сейчас возможно где-то там за звуками проливного дождя грома и молний атакует позиции «Воид», прорвавшиеся в самой части, был высокий шанс не только оказаться среди своих, но и покинуть недружелюбное место на одном из космолетов свиты родственника.
Грей под проливным дождем, громом и молниями, шарахаясь и пригибаясь к редким стволам чахлых деревьев и кустарника на каждую вспышку, добрался до оплавленного разлома в стене. Из-за энерго-пояса он достал небольшую цилиндрическую матовую сплюснутую сверху и снизу коробку размером с его два кулака в тактических перчатках и швырнул ее в оплавленную щель. Вещица плюхнулась в лужу, почти сразу же вытянула 8 телескопических лап и поползла в сторону вспышек и канонады взрывов отдаленного боя. Где-то там сквозь пелену дождя в паре километрах севернее почти у противоположной границы воинской части кипел нешуточный бой. Развед-дрон словно жук или муравей быстро семенил через плац с его рытвинами, пропаленными воронками, разбитыми остовами машин. Его тело оказалось гибким, и он, словно ящерица без хвоста, нырял в разные прорези и щели, дыры в мусоре и обломках, приближаясь к бою.
Появилась неустойчивая связь с «Гнааром», 34-тонным мех-доспехом, который возглавлял контрудар на захваченные «Воидом» позиции. Грей быстро наладил с ним контакт, и тот перенаправил запрос на установку соединения своему ИИ. Через пару секунд в треске помех от очередной молнии он услышал знакомый голос брата:
– «Муха» на связи.
– Это «Овод». Я у воинской части… Сбит, потерял всю группу, включая твое усиление … Нужна помощь для эвакуации.
– Слышу тебя, «Овод». Сам помочь не могу… В штабе получаю новые вводные и пополнение… У самого потери большие… Сейчас все силы заняты на купировании прорывов. Попрошу «Цикаду» отвлечься на тебя. Она сейчас со своей группой работает в том районе.
Грей услышал про знакомый ему позывной и вздохнул.
– А другого поблизости никого? Может «Шмеля» попроси? – попытался он внести изменения в план собственной эвакуации.
У Грея были личные мотивы не пересекаться с «Цикадой», но выбора, похоже, не было.
– «Овод», прошу, оставь свои личные терки с ней на потом – отозвался брат с нотками недовольства в голосе.
– Не могу! Ты ж знаешь! – вспылил Грей.
– Тогда прибейся к «Касте». Он сейчас со своей механизированной звездой работает там, где ты. Иди к нему, но будь осторожен. У него потери… От этой тучи у нас сейчас много потерь… Я, все же, попрошу «Цикаду» …
И тут Грей кое-что вспомнил и попытался перебить брата:
– «Муха», погоди! У меня важная информация! … Прими передачу!
Однако начались помехи и связь полностью прервалась. Грей внезапно осознал, что потерял контакт со своим 6-лапым развед-дроном, который был еще и ретранслятором. Пилот вздохнул и неспешно полез в щель следом за роботом-малюткой.
Небо просветлело. Казармы и бараки все еще дымили, но выглядели разбитыми и брошенными. Связь с «Кастой» отсутствовала. Вдали испускало огни и вспышки нечто очень сильно горевшее. Грей залег среди какого-то мусора сразу за оторванной полусферой дрона «Гарда» и присмотрелся, используя цифровую оптику и сенсоры шлема. Ярко полыхал тот самый разбитый мех-доспех класса «Гнаар» с напрочь снесенной «башкой». Языки пламени с жадностью, треском и искрами выедали нутро машины. Заметил Грей и остовы других роботов союзных сил. Он снова попытался выйти на связь хоть с кем-то из своих, но тщетно. Грей не собирался рисковать, понимая, что там среди полуразрушенных строений где-то есть присутствие противника.
Дождь почти прекратился. Небо просветлело. Высоко среди разорванных побелевших туч, через которые можно было увидеть даже лоскутки голубого с желтизной неба, некая сила снова начала втягивать в себя разбежавшиеся во все стороны облака. Казалось, сама природа Крона сопротивлялась такому над собой насилию, но некая чудовищная сила где-то там в вышине, следуя некоему заданному алгоритму, готовила силу для очередной «острой непогоды».
Грей плотно прижался к полусфере разбитого «Гарда», чтоб его не было видно со стороны бараков. Тут на «открытке» чем светлее становилось, тем больше Грей ощущал себя беззащитным черно-зеленым пятном. Его такой легкий летный броне-комбинезон с камуфлирующим эффектом как мог мимикрировал под цвет окружения, но все равно слишком выделялся. К сожалению, это был не «Хамелеон» и не «МАСК», чтобы скрыть его во всех диапазонах.
Он, вытаскивая бластер, задел рукой кусок чего-то, похожего на оторванное дуло роторной винтовки. Оно из-за его касания толкнуло что-то еще, и впереди какая-то тяжелая деталь с грохотом скатилась по куску брони прямо на металлизированный плац. Этот лязгающий звук взорвал установившуюся хрупкую тишину и гармонию, нарушаемую лишь треском догорающих машин. Грей весь сжался. Бластер выставил перед собой и немного высунулся, чтобы оценить последствия.
Ярко-голубой пульсирующий луч с характерным «вжиком» полоснул обломки в метре от него и слегка ослепил. ИИ костюма нивелировал последствия для глаз через своевременное затемнение. Грей отполз назад и перекатился в сторону, упав прямо в лужу на дне проплавленной воронки. Луч, пульсируя, прошелся над головой, мгновенно испаряя влагу и металлический мусор. Несколько крупных раскаленных капель металла попали в лужу, вызвав шипящие брызги и резкое парообразование. Грей ощутил себя будто в паровой сауне. Визуальный контакт с окружением на мгновение пропал, вынудив его не на шутку заволноваться. Его маневры несомненно кто-то корректировал импульсным излучателем. Эта яма с лужей спасла его от неминуемого уничтожения. Он снова попытался вызвать хоть кого-то из сил лоялистов. На этот раз его «обрадовал» знакомый женский голос:
– «Цикада» тут. Сейчас буду спасать твою обгадившуюся тощую задницу, «Овод»!
– Аккуратно, «Цикада»! Они только что развалили звезду «Касты»! … И давай оставим любезности на потом!
– Ага-ага! «Каста» такой же унылый рукожоп, как и ты, «Овод» … Не ссы, мамочка «Цикада» сейчас порядок наведет.
– «Каста» погиб! Прояви уважение!
– Не жалко! Он такой же перебежчик, как и ты! … Кстати, «Муха» сказал, у тебя ценные сведения… Запускай передачу, а то мало ли сдохнешь от френдли-фаера! – выпалила она без тени юмора.
– Чтобы ты все себе присвоила!? Еще чего! – отказался Грей.
Парфена Зорич, или «Цикада», была из того же полка, что и он сам. Они «поладили» еще там, на службе. Там же и разругались окончательно, когда на Би-Проксиме случилась революция. Грей ушел к реакционерам, а Парфа выбрала «лоялов» и едва не погибла в первые дни. Чудом было то, что они еще тогда несколько месяцев тому назад не поубивали друг друга. Многим из их подразделения не так повезло. Уже потом, гораздо позже «Грей» перебежал к лоялистам, хлебнув сполна власти чужаков после гибели Делано. Там он, конечно же, повстречал «Цикаду». Она больше всех усердствовала, чтобы его аннигилировали, как предателя. Тогда-то и заступился брат Трой, который был на хорошем счету у командования.
Грея привлек характерный воющий и немного подсвистывающий звук двигателей с парными магнитными отражателями «Гланцетов». Он набрался смелости, вылез из лужи и слегка высунулся как раз вовремя, чтобы заметить пару космолетов с характерными броне-полумесяцами, которые, выскочив внезапно, сразу атаковали. У «Цикады» был ее особый стиль. Космолеты ее группы снижались на безопасную от ПВО высоту, непредсказуемо, резко и быстро кружились над целью в некоем дьявольском танце, вращаясь боком синхронно с напарниками вокруг мишени, нашпиговывали ее раскаленными иглами роторных орудий. Уничтожение гарантировалось даже тяжелым и крепким целям, если не от огня, то от паники.
На его глазах «Цикада» с космолетом-напарником сложила какой-то барак за один виток и уже приступила к следующему, не особо при этом церемонясь и выискивая конкретные цели. Ее космолет выписывал такие изящные и неповторимые фигуры, то снижаясь, то взлетая, то приближаясь, то отдаляясь от цели. Космолет-напарник строго отзеркаливал все ее «пируэты» с совсем небольшой где-то полусекундной задержкой, не нарушая и не ломая красивый и непредсказуемый танец. Оба космолета при этом не сводили дул с выбранной цели, вбивая ее в грунт, в металл, в нано-бетон. Очередная полуразрушенная конструкция громко в пламени и искрах сложилась.
Словно подловив запоздалое отзеркаленное движение космолета-напарника кто-то удачно запустил в него плазмо-заряд. С воем и треском разлетающихся искр он прилетел с крайнего барака, который и без того выглядел совершенно разрушено и мертво. Разряд ударил «Гланцета» в заднюю бронированную часть дуги. Защитная конструкция частично деформировалась, а частично растворилась в тысячах мелких ярких белых точках брызг. Однако космолет выдержал, но его стремительно повело из-за нарушения целостности. «Цикада» увлеклась работой по цели и упустила момент, потому что из очередного разбитого подвала полезли фигурки наемников, которые она начала лихо шинковать своими огненными стержнями.
«Гланцет» напарника под управлением ИИ налетел на нее. И хоть «Цикада» в последний момент задрала нос машины, чтобы избежать удара в кабину, ей это не помогло. Подбитый космолет-напарник все же пригрел снизу. А из-за малой высоты ее «Гланцет», отразившись магнитами от него, скользнул вниз и в сторону. За спиной оказался один из 2 последних бараков, у которого еще имелись какие-никакие стены и каютные перегородки. Ее «Гланцет» кормой налетел на обломок стены окатив вылезших из подвала пехотинцев «Воид» искрами и обломками нано-бетона. Наемники открыли огонь из ручного оружия. Оранжевые лучи полоснули фюзеляж, но не смогли навредить, а лишь высекли яркие искры. Зато нанесла урон мина-липучка, которая прилепилась прямо на верхнюю часть центральной «коробки» космолета и сразу же детонировала. Броня треснула. Изнутри брызнуло пламя. Броне колпак кабины открылся и оттуда кубарем выкатилась горящая фигура. Она, стреляя вслепую вокруг себя из бластера, несколько раз перекрутилась, сбила огонь и прислонилась к стене, чтобы избежать поражения не поди откуда.
В «Гланцет» напарника, который уже переключился на новую опасную цель, прилетел еще один плазменный шар. На этот раз яркий белый сгусток энергии, подобный шаровой молнии, с воем вонзился прямо в кабину. Космолет резко толкнуло, и его повело кормой туда, откуда уже выбирался сам Грей, чтобы помочь «Цикаде». Огненный шар подсветил его забег, как в солнечный день. Он тут же рухнул вниз, повинуясь инстинкту самосохранения. Над головой просвистел роторный патрон, оставив ярко-красную оплавленную выбоину в плацу за его спиной. Впереди в нескольких десятках метров он в зареве горящего «Гланцета» отчетливо увидел «Цикаду», которую сверху из-за стены огрел ЭМИ-гранатой, а потом разоружил наемник. Он тоже почувствовал резкий удар током и отключился вместе со своим броне-костюмом.
Битва в небеТрой Скайт с позывным «Муха» вел эскадрилью прямо к огромной туче, которая только начала свое очередное формирования, стягивая окрестные облака и тучки поменьше. Всасывающие порывы ветра притягивали «Гучи» его свиты даже быстрее, чем его собственный ударный тяжелый космолет «Глайдер». На балансе лоялистов после захвата склада таких было совсем немного. Их бездарно потеряли при налете на космопорт. Тогда ПВО «Воид» отыгралось по полной за все предыдущие унижения. Много хороших пилотов погибло.
Нынешняя ударная эскадрилья в 18 летающих машин разных классов, мощности и размеров не уступала той, что атаковала космопорт пару недель тому. Повод был не менее, если не более важный, чем тогда. Угроза нависла над Кроненбургом в лице мощной климатической установки, неспешно дрейфующей к центру города, неся за собой сильный порывистый ветер, грозу с громом и молниями, проливные дожди, больше всего затруднявшие работу малых дронов-разведки, да и любых электронных систем. Свою силу и мощь она уже продемонстрировала, внеся хаос и неразбериху в воинскую часть и низко-этажный пригород. Что там творилось, не знала даже полевая разведка, остатки которой после ухода миротворцев утратили свою эффективность, положившись полностью на разнообразных дронов, который оказались не удел. Туча сметала всю электронную мелочь, как опавшие листья, как пыль и мусор.
Трой разделился с еще одним пилотом-командиром с позывным «Скрежет». Как бы ему хотелось лететь на эту миссию со старшим братом Грэем, но с тем напрочь отсутствовала какая-либо связь. Не было сведений и от «Цикады», что еще более волновало молодого Троя. Ему не было и 30, как он, не без помощи брата, поднялся по служебной лестнице до командира звена. Была в том и его собственная заслуга, когда брат переметнулся к реакционерам. Трой тогда его похоронил для себя, сконцентрировался на тренировках и выработал свою тактику ведения боя. Это было еще до гениальной придумки старшего брата работать парами на малых высотах. Его, Троя, тактика была совсем незамысловатая, зато эффективная особенно против беспилотных наземных машин и космолетов, управляемых ИИ. Тактика эта возникла случайно в порыве горечи и отчаяния, в порыве утраты родителей, родственников и, вдобавок, предательстве брата. Трой попрощался со всеми, пошел на таран и, внезапно, выжил. После того первого столкновения с тяжелым вражеским мех-доспехом, которому легкий 8-тонный «Гуч» с разбитыми ускорителями и пустыми обоймами проломил грудь, чудом выживший Трой едва не лишился звания и службы. Его тогда не поняли, ни сослуживцы, ни начальство и резонно списали на психическое расстройство. Тот самый разгром над космопортом и острая нехватка опытных пилотов вернули его обратно в строй.
На второй таран Троя просто закрыли глаза, словно и не было его, будто молодой пилот просто не смог катапультироваться из-за выхода из строя системы безопасности космолета, потому что он по факту успешно выполнил задание, потеряв лишь личную боевую машину.
С возвращением брата Трой немного остыл, доработал собственную суицидальную тактику и даже поделился некоторыми наблюдениями. Космолёты под управлением ИИ тупили, совершали глупые маневры уклонения и сходили с траектории атаки при попытке их таранить. Придется ли идти на таран опять Трой не знал, но сильно переживал за пропавшего брата. Сердечная боль съедала его изнутри. Ему, в силу особого склада характера, сложно давался самоконтроль и куда-то совсем исчезал тот самый базовый инстинкт самосохранения. Вместе с ним на этой миссии должен был быть его брат Грей или «Цикада», которую он, отчего-то полюбил не меньше брата, только сознаться в этом стеснялся даже самому себе. Парфена была старше его на 8 лет, ровесница брата, сокурсница по пилотной академии Би-Проксимы. Пропажа сразу обоих очень сильно подрывала моральных дух и волю Троя.
Вырвал его из пучины внутренних терзаний голос напарника «Скрежета» в уме:
– «Муха», копёс тебя укуси! Чего молчишь!? Ты или я!?
И тут Трой заметил новые вводные на проекции. Кто-то из ракетчиков смог облететь управляемой боеголовкой тучу сверху и сенсорикой заснять невидимые глазу импульсы с космоса, исходящие от арбитражного крейсера ГЛТК, который концентрировал пучки СВЧ-излучения прямо сверху над эпицентром непогоды. Это очень походило на бесконтактную подзарядку РРЧ-реактора. Акценты миссии смещались на атаку сверху в область импульсного приемника или зарядной панели летающего «монстра». Трой быстро оценил новые данные и ответил «Скрежету»:
– Это слишком рискованно, поэтому я!
– Я так и знал! Что, соскучился по тарану!? – раздосадовался «Скрежет». – Предлагаю жребий!
За ним водилась такая привычка всегда предлагать некое пари, если он получал некое под-задание на выбор с напарником. Трой, будучи в сильном волнении, не стал спорить. «Скрежету» повезло. Жребий пал не него.
– Туда лечу я! Значит еще поживешь, «Муха»! Конец связи!
Группа из 9 космолетов во главе с тяжелым 33-тонным «Глайдером» отделилась от общей стаи и резко взяла вверх.
– Смотри в оба там! Крейсер может представлять опасность! Там на высоте твоя группа у него, как на ладони!
– Не пори чушь, это ж арбитражный корабль ГЛТК! Не будет он вмешиваться, если я не захочу улететь в космос! – отмахнулся от него «Скрежет».
Трой не стал спорить. Откуда-то сама собой возникла эта мысль. Он на подсознании определил для себя потенциальную опасность удара сверху, но обдумать, переварить и донести напарнику из-за все того же гнетущего внутреннего состояния не смог. То, что такая угроза несомненно присутствовала, понять было не мудрено. 120-тысячетонный звездный крейсер ГЛТК класса «Галеон» с грозным космолето-крылом в 50 «голов», плазменными торпедами и тяжелыми излучателями, заряжающий бесконтактно климатическую установку, запрещенную к использованию на населенной планете согласно Конвенции, выступал арбитражем и гарантом ее, Конвенции, соблюдения. Прокрученное все это в голове у любого зазвучало бы, как абсурд, а значит – предостережение. Внял в итоге «Скрежет» опасениям Троя или нет, узнать было не суждено. Его космо-группа скрылась за плотной пеленой темнеющих туч.
Они опоздали с ударом. Трой осознал это только сейчас. Когда по его тяжелому «Глайдеру» прокатилась легкая дрожь и помехи в связи и управлении. В таких случаях предписывалось переходить в режим нейро-линка, а значит стать с космолетом единым телом, организмом, почувствовать его мощь, но и его боль при попадании. Трой был готов. Именно так он всегда шел на таран, будучи с машиной единым целым.
Быстро рассредоточив свою 9-ку на 3 пары и тройку с собой во главе он ускорился. Туча медленно, но уверенно переходила в то самое состояние непогоды, когда можно было ожидать от нее любой подлости, будь то резкий порыв ветра с вихревым закручиванием и образованием зон очень низкого давления, или разряда молний, при попадании которые могли прервать любой полет. И, все же, кое-что «Муха» приобрел совершая свои тараны. Это как с человеком научившимся падать с высоты: раз упал – выжил, два упал – снова, три упал – минимизировал «ущерб», четвертые и далее – познал «дзен».
Трой заметил тени вражеских космолетов даже быстрее, чем сенсоры его «Глайдера» уловили, а ИИ передал в мозг. Непогода всех уравняла: искусственный разум и живого пилота. «Аваланжи» использовали полные плазма-коконы, чтобы нивелировать электромагнитные помехи от грозы и отваживать от себя разряды молний, но и это же сделало противников заметными ранее, чем те заметили его и напарников. Трой специально не использовал энерго-щиты, чтобы заполучить это маленькое преимущество. И он его получил.
С характерным протяжным треском и грохотом спустившегося на землю ада из боковых РПУ ушли гиперзвуковые ракеты. Трой сразу повысил ставку, решив играть по крупному, зная, что у «Аваланжей» не будет шансов уйти. Однако они его удивили в худшую сторону. 2 ракеты, оставив весьма красноречивый светлый след в темном небе, поразили свои цели. Пара «Аваланжей» противника прекратила свое существование в ярком зареве многочисленных огненных осколков, обильно исполосовавших файтеры. Оба вражеских космолета в красочных вспышках разрывов и искр развалились на части и посегментно спикировали вниз. Зато 2 других применили прямо таки чудеса акробатики в неспокойном небе, вывернувшись из, казалось, гарантированного поражения. Раскаленное ярко-алое облако из небольших вольфрамовых стержней на этот раз ушло в «молоко», не причинив им вреда.
«Глайдер» Троя не обладал сплошным плазма-куполом, а потому ему пришлось резко набрать скорость, чтобы образовать оный во фронтальной плоскости. Оба его напарника – средних 16-тонных «Гивета» повторили маневр. Их задача была простая и понятная даже базовому ИИ – защищать фланговую и тыльную полусферы ведущего. Трой сокращал дистанцию, ожидая ответные удары из РПУ. Он их дождался. «Аваланжи» не могли похвастаться продвинутыми гипер-скоростными ракетами, которые давали неоспоримое преимущество именно в плотных атмосферах миров, но и совсем без подарка «Глайдер» Троя не собирались отпускать. В его направлении неспешно набирая скорость по ломанным траекториям устремились 4 боеголовки. ИИ космолетов противника предвидел использование излучателей для ликвидации ракет, а потому максимально затруднил их сбитие. Трой же просто подключил к делу своих напарников с 4-мя импульсными лазерами каждый. Росчерки многочисленных мерцающих голубых линий, казалось заполонили собой все черное хмурое небо, осветив пространство, как днем. Две вражеские ракеты попали под удар сразу же. Еще одну росчерки подловили на очередном изгибе. 4-я продержалась дольше всех, но и ее срезал луч еще до того, как «Глайдер» Троя миновал облако вспышки от детонации.
Переднюю плоскость полоснул ярко-изумрудный луч. Трой ощутил царапающее касание собственного лба. Толстая броня выдержала, хоть и прилично оплавилась. Плазма-щит почти растворился, поглотив до половины урона. Трой поймал в прицеле «Аваланжа» и вмазал первой парой средних излучателей в ответ по ближайшему. Космолет ярко полыхнул каскадами искр. Контурное плазма-свечение тут же исчезло. На фюзеляже красовались ярко-красные свежие горячие оплавленные рубцы. Трой пожалел вмазать с четырех излучателей. Привычка летать на «Гучах» приучила экономить боезапас. Точно такая же ситуация «нарисовалась» с его второй кассетой РПУ. Ракеты были взведены и готовы к пуску, но «Муха» упустил шанс применить результативно, а ИИ второго «Аваланжа» заметил фатальный просчет Троя и воспользовался по полной. Его спаренный средний излучатель полоснул именно в ту самую заряженную коробку. От сильного удара в бок, будто бы от некоего боксера-тяжеловеса, у Троя сперло дыхание. Виртуальная панель окрасилась красными пиктограммами многочисленных повреждений. Левая сторона у космолета теперь напрочь отсутствовала, обнажив дымящийся искореженный остов с разорванными кристаллидными пластинами и сочленениями. Сам космолет от взрыва 4-х ракет внутри сильно толкнуло и раскрутило. На какие-то мгновения Трой потерял управление машиной. Этого хватило, чтобы осознать неизбежность. Понимая, что самый элементарный «чих» сейчас добьет его, он резко отстрелил колпак кабины и выпрыгнул вон. Яркий изумрудный луч полоснул по неуправляемому, искрящемуся, временами вспыхивающему и сильно дымящему космолету буквально через несколько секунд и приговорил обреченную машину. Луч пронзил капсулу пилота и не оставил тому и шанса, если бы Трой захотел катапультироваться.
Его свита немного отстала, сшибая ракеты и сжигая еще один «Аваланж» из оставшееся пары. Остальные 6 независимых членов его группы уже давно растворились где-то среди туч и перестреливались с космолетами противника. Об этом красноречиво свидетельствовали вспышки то зеленого, то голубого, а иногда и красного света где-то в толще облаков и туч. Связь с ними отсутствовала. Она сбоила даже с ближайшей свитой. Однако Трой вызвал одного из пары «Гиветов» и оседлал его кабину. В прицеле мелькнул силуэт оставшегося вражеского космолета, который пытался оторваться от 2-го «Гивета». Этот «Аваланж» отстрелил пару ракет настолько внезапно, не меняя своей траектории, что космолет-напарник Троя упустил шанс сбить их. Тяжелая ракета взорвалась ярко светящимся жгуче-белым плазменным шаром. Часть энергии поглотилась фронтальным энерго-щитом, но основная ее часть буквально растворила броню прямо в верхней полусфере космолета, добралась до кокпита и вызвала обильное воспламенение. «Гивет» еще по инерции совершал какие-то маневры уклонения, хотя если бы внутри был живой пилот, то скорее всего уже сгорел. Вот только и ИИ тут оказался бессилен. Как-только выгорела проводка и контроллеры управления, космолет превратился в яркий факел и спикировал к земле.
Трой действовал быстро. Не давая «Аваланжу» переключиться на него он полоснул из всех 4-х легких излучателей, спалив тому энерго-щиты и оставив яркие искрящиеся отметины. 4-ый излучатель на излете и последних пульсирующих росчерках попал по соплу маршевого ускорителя, вызвав внезапную яркую вспышку и крен вражеской машины. Скорость пораженного «Аваланжа» тут же упала так, что Трой едва не пролетел мима него. Он сбросил скорость до минимума и вмазал с парных РРП-пушек, превращая вражескую машину в кучу распадающихся разноцветных горящих и дымящихся обломков.
Покончив с противником, он тут же набрал скорость и устремился прямо к эпицентру непогоды. Попутно Трой попытался вызвать «Скрежета» через нейро-линк, однако в ответ была лишь звенящая тишина.
Удар молнии по фюзеляжу Трой проморгал. Он и не мог его предугадать. Удачно проскочив между двумя разрядами Трой почти уверился в то, что и всю черную тучу, вспыхивающую в ломанных ярких росчерках, он непременно проскочит своими непредсказуемыми маневрами. Теперь его космолет превратился в кирпич и по дуге полетел в сторону земли. Попытки перезапустить машину ни к чему не привели.
Окрик напарника он поймал в нейро-линк внезапно:
– «Скрежет» «Мухе», я на месте. Наблюдаю гадину во всей ее красе. Тут небо совсем голубое… Отстрелил уже 2 пакета ракет, а ей хоть бы что! Не понимаю, где ее слабое место.
– «Муха» «Скрежету» … Мне кабзда, дружище! … У этой долбаной «климатики» есть зарядная панель! … Найди ее, «Скрежет»! На тебя теперь вся надежда!
– Да ну на! – выругался тот. – У меня последний пакет ракет остался!
– А свита где!?
– А свита – все! – услышал Трой в ответ.
– Найди эту чертову панель, «Скрежет», и вмажь по ней напоследок!
