Текст книги "Звездный Патруль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

До родного берега, судя по приборам, оставалось менее 300 километров. Подводный шаттл успешной миновал самую опасную зону, только на этот раз все прошло без эксцессов и ЧП. Будучи все вместе в общей каюте они втроем наконец могли выдохнуть и порадоваться счастливому возвращению. И Гримен, и Тамара ощущали некий прилив радости. Кристал тоже улыбалась, внешне копируя остальных.

– Так в чем весь смысл твоего вояжа по Спирали Времени? – замахнулась на глобальную тему Тамара.

Кристал ответила не сразу. Сначала она посмотрела на Гримена и заметила, что тот так же внимательно слушает.

– Верховная пророчица даркианцев Омга оставила предсказание насчет меня, насчет принцессы Даркии. Это сейчас я уже знаю, что она была тайным люменом, отвернувшемся от Пути. Ее предвидение основывалось на желании уйти от неминуемого Возмездия, уготованного всем даркианцам за отступничество… Оно было очень искусно оплетено паутиной якобы примирения людей, нейроморфов и даркианцев на Марсе.

– Уже смешно! – не выдержала Тамара. – Только ты могла повестись на такое!

Гримен покосился на нее с немой просьбой умерить свой эмоциональный порыв. Однако Тамара пояснила, почему вмешалась:

– Нейроморфы созданы этими даркианцами-люменами, чтобы истреблять нас. Это так же невозможно, как и примириться волку и ягненку. Просто потому что первый всегда хищник по природе, а второй – его жертва. Нейроморфы созданы хищниками. Они охотятся на людей, живут, поедая людей, и используют их для своих нужд.

– Все верно, Тома… Я о нейроморфах знала на то время совсем немного. Лишь только то, что мне рассказала Бьон… Она мутировала на моих глазах.

– Но ведь знала же и все равно повелась! – хохотнула Тамара.

– Моя кровь влияет. Она подавляет мутацию, запускает процесс рецессии…

Не договорив Кристал умолкла, повернулась к брату и добавила:

– Ты ж не умираешь от яда, хотя тебя пытались заразить. Это потому что твоя кровь обогащена неочищенным даркианским парпуритом, который нейтрализует яд нейроморфов.

– Умно… Создать такое оружие, которое на самих не действует – прокомментировала Тамара.

Кристал кивнула, соглашаясь:

– Даркианцы устойчивы к заражению, но люмены для прикорма своего монстра не против были отдать и сородичей. В качестве пищи даркианцы, будучи теми же людьми, вполне годились.

– Это мы отвлеклись – попытался Гримен вернуть всех в нужное русло.

– Верно… Путешествия во Времени – это дар Творца даркианцам за праведность и верность предков. Харро – это особенные существа Галактики, не обладающие воображением, но могущие летать по Спирали, как птицы по небу. Сопряжение с носителем фианта открывало возможность нарисовать в уме образ того, куда хочешь попасть и передать его Харро… Я смогла это сделать… Трижды.

Тамара и Гримен слушали молча. Брат даже слегка открыл рот от настолько невероятной истории. Кристал сделала паузу и, многозначительно посмотрев на Грима, продолжила:

– Брод мне показал Марс, свое жилище, бирюзовое озеро, город на его фоне, еще когда был с нами. Это все красочно отпечаталось у меня в сознании… Я нарушила пророчество, и вместо полета на Марс 300 лет назад, я попала туда лишь на несколько лет в прошлое.

– Несколько лет!? … На 25 или даже 26! – возмутилась Тамара.

Кристал посмотрела на нее и покачала головой:

– Тома, это уже случилось потом.

– Ух, ты! Вот это да! … Так ты видела Брода еще до того, как он попал к нам! – округлил свои глаза Гримен, не скрывая их за проекционными очками.

Кристал кивнула и потупила взор. Брат заметил это и притих, ожидая пояснения.

– Я решила для себя, что мне все эти пророчества не нужны… Да и какая из меня принцесса! … Просто выпал шанс вырваться из острова и увидеть Брода.

– Это тот самый Брод, о котором все вы без ума, да? Тот, кто подвел вас под статью Резолюции Патруля!? … Ха-ха-ха! Да уж, герой! – снова вмешалась Тамара.

Кристал строго посмотрела на нее и внезапно спросила:

– Тома, а где твой сын?

Тамара вмиг затихла и даже налилась краской, как скромная девица, которую чем-то пристыдили.

– Без понятия! … Все ж из-за тебя, или забыла!? … Или ты думаешь, я бросила своего ребенка, потому что плохая мать!?

– Извини… Я не про то спросила… Просто Брод мог бы быть твоим сыном.

Цвет лица Тамары резко поменялся с бардового на белый. Она обомлела от услышанного настолько, что не смогла в тот момент ничего сказать. Кристал ее сама успокоила:

– Не переживай. Я еще тогда все узнала, должность и полномочия позволяли. Твой сын сейчас, наверное, с отцом или с дедом… В Звездный Патруль он точно не попал… Не удивляйся. Я хотела тебе рассказать еще тогда, но не смогла.

– Жаль, что не стал офицером Патруля. Я бы хотела – вздохнула она с некоторой нескрываемой грустью, но внезапно снова поменялась лицом и резко добавила:

– А мне теперь уже все равно! Перегорело! … Меркури бросил меня из-за тебя и унизил на всю Галактику! … Ты даже не представляешь каково жить 25 лет ведущим археологом Федерации с такой поруганной репутацией! … Каково это, когда каждый выскочка-хронограф первым делом напоминает всему свету, что я бесстыжая аморалка и неудавшаяся миссис би-Нова! … Мне пришлось полностью порвать с прошлым! Я даже мать родную стыдилась навещать!

Кристал опустила глаза и какое-то время не смотрела на Тамару. Дослушав ее претензии молча, она в конце возразила:

– Еще раз повторю, что ты и так знаешь… Моей вины в том нет. Я Меркури не навязывалась и в невесты не напрашивалась… Не хочу давать тебе советы, потому что ты их все равно не слушаешь, но ты бы лучше с ним поговорила и ему озвучила свои претензии.

– Я сказала: мне уже все равно! Закрыли эту тему! – снова грубо осекла ее Тамара.

Лицо археолога полыхнуло жаром. В голову полезли всякие недобрые мысли, которые разогревали ее казалось давно потухшую жажду мести. Кристал была начеку и сразу же приложила руку к своему фианту. Гримен, не желая снова быть свидетелем очередной ссоры, вернул прежнюю тему:

– Если ты нашла Брода там, на Марсе, почему же не осталась с ним?

Я осталась, но… С путешествиями по Спирали не все так просто. Судьбы всех людей эпохи переплетены между собой тончайшими нитями. Их поступки и последствия вплетаются в единый виток Спирали. Мои же собственные дела и поступки, словно нож в масло, врезаются в ровный ход времени, нарушая баланс. Синопсис предупреждал меня о неожиданных опасностях, но я тогда не хотела его слушать.

– Да! Это на тебя очень похоже! Делать что-то без оглядки на других! – вырвалось у Тамары.

– Я поплатилась за свою беспечность. Тот ураган вошел в историю Марса, как сильнейший за лет 10… Меня спас Харро, которого я призвала через фиант. Тогда он впервые на меня обиделся, что обманула пророчество, направив его со мной не в то время.

– Вот! Ты во всем такая! … Наконец-то у тебя хватило мужество сознаться в этом! – опять вмешалась археолог.

– Тамара, прекрати! – не выдержал Гримен и вступился за сестру.

Это подействовало. Тома отвела глаза в сторону и сделала вид, что ничего не говорила. Кристал тем временем продолжала:

– Я убедила Харро дать мне шанс все исправить. Так я попала на Марс 300 лет тому назад.

– Разве там были люди? Вроде марсианская колония появилась позже, нет? – вмешался уже сам Гримен.

Тамара буквально задрожала от волнения. Она ждала и предвкушала свой маленький триумф. Те самые останки первой забытой всеми марсианской колонии, которые она обнаружила во время раскопок, и которые стоили ей стольких насмешек от научного сообщества. Тамара не удержалась, вмешалась и ответила за Кристал:

– Это была первая колония, которой посвящена моя работа. Это они впервые столкнулись с люменами и нейроморфами.

– Не совсем так, Тома… Хотя в целом верно.

– И что же не так?

– Там были даркианцы, а не люмены… Хотя, потом уже – да. Оракул Чада совершила переход. То, что в твоей главе «Следы Цивилизации» про «Марсианский Культ» – это про ту самую пророчицу Чаду. Она обратилась в люмена. Это она придумала и, будучи пророчицей Марса, прорекла то, чему сейчас люди поклоняются и служат… Чему и ты служишь, Тома.

– Что!? Это ложь! Я не служу никакому культу! – возмутилась та.

– Крис, прекрати! Ты сама подливаешь масло в огонь! – вмешался Гримен. – Расскажи дальше. Расскажи о наших предках. Как они выстояли?

В комнате наступила тишина. Все ждали от Кристал продолжения. Она глубоко вздохнула и хотела была продолжить, но разгоряченная обвинениями Тома снова влезла:

– Вот ты вздыхаешь, как живая, а говоришь, что мертвая!

– Тома, мы уже прошли эту тему. ИИ мед-блока подтвердил, что Кристал мертва, что все жизненные процессы в ней остановлены. Работает лишь мозг, который стимулируется импульсами медальона, так же как и все ее мышцы и органы. Она может делать вид, что дышит или, что ест, пьет, но это лишь имитация.

– Я не хочу видеть эту имитацию жизни! Потому что, это очередной обман и уловка, чтоб ей верили на слово! – не унималась Тамара.

– Ты можешь выйти из каюты, если не хочешь слушать! – возмутился Гримен.

Кристал резко встряла и перебила брата:

– Не надо никому уходить… Я постараюсь больше не имитировать. Извините.

Снова наступила тишина. Кристал больше не вздыхала, но лишь смотрела поочередно, то на Тому, то на брата.

– Наши предки молодцы… Такой задор в глазах, такая энергия! … Они умом понимали, с какой невероятной силой столкнулись, но рук не сложили, не сдались. Их сопротивление иногда походило на чистой воды безумие… Хм… Мне перед ними очень стыдно, за свои поступки… Но я помогла им вопреки воле даркианцев, чем вызвала возмущение оракула Чады.

– И тут все испортила! И почему я не удивлена! – вставила свои 5 копеек Тамара, сложив руки крест-на-крест. – Интересно, и чем ты им помогла.

– Технологии… Я обманула даркианцев, сославшись на Пророчество Времени, и выдала некоторые научные секреты. Особенно по медицине, потому что я сама – медик… К сожалению, многое из переданного было потом похоронено там же на Марсе под радиоактивным пеплом – вздохнула по привычке Кристал, чем вызвала гримасу брезгливости и недовольства у Тамары.

Теперь уже и археолог вздохнула и подтвердила эти слова:

– Да, тут ты не врешь. В найденных фрагментах записей некоего Алексея Стержнева я нашла очень много научных изысканий, которым даже этот весьма именитый инженер удивлялся, как ребенок, и которые сейчас в наше время воспринимаются, как само собой разумеющееся… Теперь мне ясно, откуда они это узнали.

Кристал кивнула головой. Гримен же внезапно решил уточнить:

– Ты сказала «Пророчество Времени». Что это?

– Очень просто. Будучи в прошлом я знала, что случится в будущем… Даркианцы не похожи на нас тем, что они не принимают решений, боясь совершить критическую ошибку. А будучи носителями фундаментальных знаний и технологий об устройстве Вселенной, фатальный просчет может дорого обойтись даже для их самих.

– Ага… Это есть и в моей работе – подтвердила Тамара.

– Так я убедила их, что раскрытие технологий – это Пророчество Времени, то есть то, что люди и так скоро узнают… Хотя, откуда мне знать например устройство ВК-ПВК двигателя, но я могла обрисовать как это работает, выглядит, возможно, в каком направлении двигаться, чтобы прийти. Некоторые важные достижения люди уже тогда сделали, и я могла теперь указать им на следующий шаг, тот самый для очередного прорыва. Это и постаралась сделать.

Гримен, слушая сестру, особенно возбудился. Все эти технологии и изобретения, разговоры о них, были ему близки и дороги.

– Круто! … А как же нейроморфы? Ты их остановила? – спросил он.

Кристал отрицательно покачала головой.

– Я нарушила пророчество Омги… Я не совершила обряд посвящения, испугавшись превращения в вольного нейроморфа, хотя на самом деле я догадывалась, что ничего со мной не случится. Но все равно боялась и потому утаила об этом. Я мечтала вернуться к Броду, в его время снова… Я очень сильно любила его… Даркианцы узнали всё сами и очень быстро. Меня хотели схватить, низложить и приговорить, но снова спас Харро, которого я успела позвать.

– Вот и улетела бы к себе обратно! Зачем снова на Марс соваться!? – не удержалась Тамара, подозревая, что подошли к финальному 3-му визиту на Марс.

– Как я и сказала, я хотела вернуться к Броду, но теперь уже заодно и избавиться от фианта, который магнитом притягивал ко мне неприятности во время прибывания в Спирали.

– Так в чем же дело? – уточнил Гримен, опередив Тому.

– Дело в том, что путешествует по Спирали Харро, а я лишь пассажир. Нельзя передавать воображаемое представление о месте и времени в беспокойном эмоциональном состоянии… В итоге из-за меня Харро допустил ошибку, выбросив на Марс, но 26 лет тому назад.

– Ну ты же не слепая! Догадалась же, что эпоха не та, нет!? Почему же не покинула ее!? – эмоционально уточнила Тамара, переживая внутренне с болью то время.

– Потому что я потеряла фиант – грустно и как-то даже тихо сказала Кристал. – Мне не оставалось ничего другого, как жить в чужой эпохе.

– И что? Разве нет никакого шанса вернуться обратно, прервать путешествие во времени? – спросил Гримен, всем своим видом сопереживая сестре и делая это, по сути, за нее.

Она отрицательно покачала головой.

– Любое путешествие по Спирали должно быть завершено Петлей. Без фианта и действующего синоптикума это невозможно.

– Синоптикум – это что, та самая таинственная комната с медальонами? – уточнил Гримен.

За сестру фамильярно пояснила Тамара:

– Да… Эти комнаты люменов, простите ваше высочество, даркианцев, сейчас находят по всей Галактике. Особенно много на просторах Преторианского Альянса. Вот, только в большинстве своем они сильно разрушенные… Но охотникам за артефактами нужны именно медальоны-фианты.

Кристал кивнула.

– Не знаете, какую беду на свою голову берете – грустно сказала она.

– Ой! Вот, только не надо опять за старое! Разберемся без тебя! … Я только теперь начала понимать ценность фиантов. Неудивительно, что на них такая охота… Иодал, паскуда, утащил их целую коробку, а прикидывался таким преданным. Выманил с Би-Проксимы на Марс. Для меня этот шаг стоил таких усилий, но я не жалею об этом… Эти открытия! Эта первая колония! Я прикоснулась к целой забытой эпохе первых колонистов!

– Еще раз: это не Иодал, Тома… Это я тебя заманила обратно на Марс, чтобы ты, будучи именитым археологом, нашла все это и донесла до людей правду об опасности через свои труды! … Ты сделала важное дело. Мы сделали с тобой это важное дело.

– Стоп-стоп… О какой ты сейчас опасности, сестра? – разволновался Гримен.

Обе посмотрели на него, и Тамара ответила за Кристал:

– О нейроморфах… Неужели не понял. Твоя сестра, в своем репертуаре. Нейроморфов не приручила, как должна была. Пророчество нарушила… А мы теперь разгребаем последствия.

– Омга на самом деле не желала никакого примирения и уже тем более приручения нейроморфов. Это ее пророчество – оно даже не предвидение, а отсебятина люмена. Попытка придумать способ дать надежду рабам с других планет увидеть смысл своего служения господам на Даркии и не восставать на них. Для этого она провозгласила Принцип Рожденности, который автоматически приравнивал любого, рожденного на Даркии, к самим даркианцам. Зато на это явное принижения Принципа Превосходства на нее обиделось собственное окружение люменов. Тогда она выкрутилась, придумав историю-предсказание с принцессой, то есть со мной.

Тамара, слушая, громко рассмеялась:

– Выходит, это все обман!? И ты, значит, никакая не принцесса!? Во дела!

Однако Кристал покачала головой и дала знак рукой, что не договорила. Тамара быстро успокоилась, хотя улыбка все еще, как приклеенная, не желала сползать с ее лица.

– Будучи Верховным Оракулом она не просто придумывала, а своими фантазиями выстраивала нужное будущее и, по сути, все так же пророчествовала. Это сложно объяснить. Люменам казалось, что они оседлали волю самого Создателя, приручили Его, подчинили Его Дар собственным нуждам.

– Ублюдки! По делом им от Червей! – угрюмо пробубнил Гримен, сопереживая сестре.

Кристал проигнорировала выпад брата и продолжила пояснять:

– Омга предвидела взлет Цивилизации Терранов, то есть нас, а потому придумала, как избавиться, одним «росчерком пера».

– Точно! – обрадовалась Тамара. – В моей работе есть рассуждения на тему пророчеств люменов… Они сами себя повязали своими собственными предсказаниями!

Кристал кивнула. Гримен же, не понимая до конца, смотрел то на сестру, то на археолога удивленными глазами.

– А причем же тут нейроморфы? – спросил он.

– Нейроморфам отводилась роль дубины – ответила за Кристал Тамара и посмотрела на ту, чтобы убедиться в своей правоте.

Кристал кивнула и добавила:

– Почти правильно… Нейроморфы не так просты… Ты, Тома, указываешь в своих работах, что они оружие. Это не совсем так. Они – суприматы, продвинутые био-роботы. Их задача, не только охота и не столько охота, потому что сама по себе она не самоцель… Как, например, мы ж не живем только что бы есть и спать.

– Тогда что же? – удивилась Тамара.

– Люди на Марсе столкнулись с проблемой терраформирования, преобразования планеты для жизни… Для даркианцев такой проблемы просто не стояло… Они могли себе позволить летать по всей Галактике и выбирать удобные миры из великого множества… Нейроморфы умеют преобразовывать. Их Хейв – это маленький но пригодный для жизни микро-мир, пусть и с оговорками.

– Точно! – снова встряла радостная Тамара. – На Марсе были найдены следы живых форм! … Я тогда не совсем понимала, как такое возможно. Теперь понимаю.

– А в чем, собственно, идея этого пророчества? – вмешался Гримен, который, казалось, вопреки всему был полон скепсиса и не испытывал столь бурных эмоций как Тамара.

Кристал пояснила:

– Я должна была стать не просто принцессой, но и нейроморфом, пусть и не мутировавшим… Это чтобы повести за собой Хейв против терранов. Против нас.

– Я запутался – вздохнул Гримен и потер голову. – Если нейроморфы – это даркианские био-роботы, то зачем повторно подчинять их, да еще и так сложно?

Кристал снова пояснила:

– Не воспринимай их буквально, как био-роботов. Даркианские суприматы в своем значении шире наших дронов и машин под управлением ИИ. А Нейроморфы, вообще, хищники, которых нельзя просто подчинить, но нужно пройти некий понятный им, правильно воспринятый обряд, ритуал, чтобы стать своего рода вожаком стаи.

– Ох! – воздохнул Гримен, начиная уставать от повествования. – Ну и многоходовочка! Голова пухнет!

– И где же тут многоходовка? – спросила его Тома.

За Гримена ответила сестра:

– Омга предвидела падение Даркии за Принцип Превосходства, который был противен Богу и Творцу. Она решила таким образом выкрутиться, сделав его, Принцип, якобы гуманным, открывающим двери другим расам стать равными даркианцам.

– Не могу слушать, как ты говоришь о Боге! Будто с ним на связи и прям знаешь, кто ему противен, а кто – нет! – возмутилась Тамара.

– Это в тебе фиант говорит. Он умеет, может и должен пользоваться энерго-потоками Творца, и оттуда черпать силы. Вместо этого он паразитирует на тебе и питается принесенными тобой в жертву… Марсианский Культ, как он есть… А Бог со мной не общается, потому что я мертва. С тобой Он тоже говорить не может, потому что ты во власти фианта… Синопсис мне поведал об оракуле Омге… И я обвинила его в склонении меня на исполнение пророчества отступников-люменов, на что получила ответ, что тогда она была легитимным действующим Верховным Провидцем даркианцев, и потому ее пророчества имеют силу и власть свыше на исполнение даже с учетом ее грехов.

Некоторое время в каюте было тихо. Свалившийся объем информации от мертвой принцессы подтолкнул к сложному умственному труду по перевариванию, осмыслениям и размышлениям. Каждый думал о своем, и все вместе время от времени посматривали на экран с отсчетом километров приближения к дому.

– И много таких других рас в Галактике, как даркианцы? Как мы? – внезапно спросил Гримен

– Я не знаю сколько, Грим. Я знаю только некоторые расы, населяющие свои планеты… Только то, что поведал мне Синопсис. Он знает всё, но не всем делится… Например, есть кахатанцы.

– Странно, что мы их еще не встретили. Они ж не сгинули как даркианцы? – вмешалась Тамара, заподозрив неладное.

– Нет… И мы их уже встретили… Над ними, будто дамоклов меч, висит Марсианский Культ. Судьба этой расы на волоске.

– Кахатан… Что-то я ни разу не слышал об этой планете – прокомментировал Гримен слова сестры.

– У нас она называется Софокра – тихо сказала Кристал, чем вызвала очередное бледное затишье.

Про Софокру знали все, и то, что там процветает Марсианский Культ – тоже. Оккультистов не любили, с ними не имели дел, их презирали и ими брезговали. Теперь внезапно выяснилось, что там на Софокре живет или, правильнее сказать, выживает еще одна раса людей. Тамара сглотнула. В ее голове поднялся неимоверный мысленный шум. «Софокра! Да! Мне надо туда! Там невероятные возможности открыть и узнать что-то новое!». Тамара не спорила с собой. Само слово «Софокра» внезапно стало для ее слуха чем-то очень приятным и вожделенным, словно там находился сам смысл ее жизни. Мечты о Даркии тут же забылись, будто и не было их совсем. Ум занялся новой «игрушкой» всецело и без оглядки назад. «Если найти и доказать, что там новая раса – это же невероятное открытие!».

– А ты не врешь, твое высочество? – съехидничала Тамара.

Кристал отрицательно покачала головой.

– Добавлю даже… Я специально это сказала, больше для тебя, чем моему брату… Теперь твой фиант хочет туда, и влечет за собой… Для кахатанцев это шанс, иначе они канут в лету, так и не раскрывшись.

Кристал умолкла на мгновение, пристально посмотрела на засиявшую, будто молодая звезда на небосводе, археолога и добавила:

– Но будь осторожна. Вместо люменов старых, там балом правят люмены новые… Ты теперь одна из них и придешься ко двору… Но прошу лишь помнить о кахатанцах и сделать все, чтобы ученое галактическое сообщество о них узнало.

Тем временем на горизонте показался сумеречный силуэт родного берега с горным хребтом, уходящим в низкие облака. ИИ подводного шаттла оповестил путешественников о приближении к родной гавани.