Текст книги "Афина. Голос войны (СИ)"

Автор книги: Анни Романова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 31 страниц)

«Нам не нужно, чтобы его нашли слишком рано, это сильно уронит градус веселья и испортит мероприятие, гости будут меньше пить, меньше говорить, уедут раньше», – подумал он, протянул руки прямо в куст и вандальски принялся отламывать ветви из середины довольно широкого кустарника, которыми как мог, замаскировал труп.

Вышло, признаться, плохо. Но лучшего он сделать не смог бы при всем желании, и, еще раз мрачно осмотрев дело рук своих, под продолжающийся грохот барабанов Тэйратон быстро двинулся обратно.

А ведь вечер толком и не начался. Тэйратону оставалось лишь надеяться, что у Ники дела идут лучше.

***

Ника задумчиво стояла во тьме комнаты второго этажа. Признаться, само то, что она вообще там оказалась, было сродни чуду – только прибыв, Ника накрутила несколько кругов вокруг высоких ограждающих стен в полтора ее роста, пытаясь понять, как попасть внутрь. Облицованная гладким и скользким мрамором ограда, без стыков, а по верху шла имитация копий. Золоченных и фигурных, разумеется, но на первый взгляд достаточно острых, чтобы иметь полную возможность на них нанизаться при неудачной попытке перебраться. Изначально она планировала пройти через черный ход, но в процессе подготовки приема слуги сновали туда-сюда так часто, что иногда дверь и закрыться-то не успевала, как ее уже толкал следующий человек.

Это не упоминая двух мрачных амбалов, стоящих по обе стороны.

Наверное, если бы у Ники была одежда, схожая с униформой прислуги Никобатон, она бы прошла. Но на ней красовались темные просторные штаны с множеством карманов, просторная же рубаха прямого кроя, которая делала ее силуэт почти мужским, особенно в полутьме, и сапоги. Волосы и часть лица Ника прикрыла шарфом, который намертво крепился с помощью крючков по всей длине. Застегивала она его долго и ругаясь на Тавриона, но итоговую конструкцию оценила – ни ветер, ни случайные зацепки, ни даже чужие руки теперь не смогли бы сорвать с нее этот шарф.

Единственное, что выручало – Афина.

Ника видела всех, кто входил и выходил, и спустя час бесполезного караула около дверей ей наконец-то улыбнулась удача, и поток слуг иссяк. Выдохнув, Ника осторожно выглянула из-за угла ограды, за которым пряталась, и призадумалась.

Вступать в бой с амбалами – глупо и недальновидно. Первое, что они сделают, это позовут на помощь, а даже если нет, то справиться с двумя хорошо вооруженными людьми ей не стоило и надеяться. Ника чуть прикусила губу, напряженно размышляя, а потом, почти не отдавая себе отчет в действиях, подобрала камень и с усилием швырнула его в противоположную от укрытия сторону. Характерный стук камня об выложенные плиткой дорожки для слуг оказался оглушительным, и оба амбала тут же двинулись на звук.

Ника пробежала десять метров, отринув всякие мысли, и нырнула в дверной проем – она успела заметить, что дверные петли на совесть смазанные, и никаких звуков не издают. Едва она придержала дверь, чтобы не выдать себя звуком, как без всяких подсказок карты нутром ощутила, что охранники вернулись.

Ника тенью метнулась по темному коридору. Тэйратон был прав, планировка особняков напоминала друг друга – длинный, плохо освещенный коридор с низким потолком, множество дверей в хозяйственные комнаты, и зеленые точки слуг в помещении кухни. Ника пронеслась мимо так быстро, как только сумела, и застыла около малоприметной двери под главной лестницей особняка, напряженно вслушиваясь в тишину.

Никого. Карта тоже показывала чрезвычайное скопление людей в зале, что располагалась за лестницей, но была отделена от нее еще одним коротким коридором, и Ника толкнула дверь, взлетела по лестнице на хозяйский этаж, нырнула в коридор, на этот раз освещенный прекрасно, и замерла у стены, восстанавливая спокойное дыхание и вновь слушая происходящее вокруг.

– Афина, отправь сообщение Кассандре и Эвру. Успешно забралась на второй этаж у лестнице, пока буду тут. Удачи! – она прошептала это скороговоркой и замерла, прислушиваясь.

Тишину разбил негромкий стон, столь тихий, что Ника по первости решила, что ей показалось. Карта Афины полыхнула, и тогда она заметила две зеленые точки в одной из комнат. Ника припомнила, что на схожем месте располагались покои Эвра – выходили на выгодную сторону и отличались приличных размеров балконом.

А вот соседняя комната оказалась пуста, и Ника, усилием воли подавив лишние мысли и волнения, нырнула в нее – там оказалось темно, пахло духами. Кажется, комната принадлежала женщине. Ника скользнула к окну и прислушалась.

– ..перестал помогать, – раздалось негромкое и злое. – И, ради всех богов, погаси свет! Глазам больно!

– Простите, светлый господин, но мне нужно вас осмотреть, – в ответ прозвучало твердое и сказанное женским голосом. – Я принесла вам повязку на глаза.

На несколько минут воцарилась тишина.

– Мне нужно снять приступ, – снова тихо и зло. – Сегодня помолвка моей сестры!

«Алри Никобатон», – догадалась Ника. – «Интересно».

– Отвар перестал работать. Это плохо, – цокнула женщина. – Не двигайтесь, я осмотрю голову.

Раздалось почти змеиное шипение, и Ника даже посочувствовала наследнику клана – по ее опыту, она так шипела только однажды в жизни. Когда провалилась в провал гор Драхуса и упала на спину. А наследник, по всему выходило, часто испытывал такую боль – раз отвар перестал работать.

– Плохо, – подтвердила мысли Ники неизвестная женщина. – У вас опять шея каменная. Вы соблюдали мои рекомендации?

– Я ел. И спал, – а теперь голос Алри окрасился нотками вины. – Как ты и говорила.

– Я говорила исключить переработки и нервное напряжение, – грозно ответила женщина, и Ника восхитилась – мало кто из простолюдинов когда-либо в жизни решался таким тоном говорить с аристократами. И тут же мысленно осеклась, вспомнив Морену.

Алри в ответ пробурчал нечто ругательное и очень тихое, так, что Ника ничего не расслышала.

– Они вам не помогут, – отбрила женщина. – Я не буду назначать вам большую дозу отвара и лекарств, они в больших концентрациях принесут вам больше проблем, чем пользы. Единственное, что могу порекомендовать, это сон.

Алри выругался более отчетливо.

– Мне надо спуститься. Хотя бы на полчаса, – сказал он после полминуты раздумий. – Но свет...

– Ничем не могу помочь, держите тяжелую и прохладную повязку на веках, вот и все, – твердо завершила диалог женщина. – Доброго вам вечера, светлый господин.

Пауза, негромкие странные звуки, затем шаги, а после едва хлопнула дверь. Алри Никобатон остался в комнате один.

«Теперь я знаю, что он чем-то болеет», – подумала Ника. – «Понятия не имею, пригодится ли эта информация, но неудачно, что он на втором этаже. Придется вести себя максимально тихо».

Ника осталась стоять, контролируя дыхание и войдя в медитацию. Любые лишние движения сейчас, когда Алри Никобатон не отвлечен неизвестной женщиной, могли привести ее к раскрытию, поэтому Ника терпеливо стояла, не издавая ни звука и чутко слушая происходящее. В какой-то момент ей показалась, что она снова на предгорье Драхус, ждет, пока появится снежный барс.

Торопливые шаги она услышала спустя полчаса. Встрепенувшись, Ника сосредоточилась на звуках из соседней комнаты.

– Доброго вечера, светлый господин, – и снова женский голос, но другой. Моложе и словно испуганный.

– Что там? Говори, – потребовал Алри.

– Паралийцы прибыли, но без одного. Без блондина, – оттараторила вошедшая, из-за скорости звуча невнятно. – С ними села Рияда, ваша сестра, как вы и просили, и потом подсела Бахир Албахрия. Все смотрят, но пока не обсуждают.

– Танцы уже начались?

– Я уходила перед самым их началом.

Алри вновь выругался.

– Прочь. И продолжай следить. Главное – слушай, кто говорит и что говорит, кто подходит, кто держится на расстоянии. И разговоры слушай. Всех!

– Будет исполнено, светлый господин, – снова быстро проговорила служанка, торопливо проглатывая гласные, и спустя полминуты дверь чуть хлопнула, закрываясь.

Алри зашипел на звук, пока Ника радовалась своей удаче – надо же, ей будут приносить сводку событий на блюдечке! Хоть раз глобально повезло. Когда ликование стихло, от скуки Ника принялась размышлять – наследник явно мучался неведомой хворью давно. Не терпел свет, громкие звуки, судя по последнему шипению, тоже.

«Первый раз слышу», – подумала Ника. – «И причем тут шея? И сон».

Она знала, что лекари или знахарки принимали роды, что при лихорадке или горячих ранах стоило тоже идти к ним, что иногда при падении кость смещалась, и что некоторые ушибы и гематомы тоже стоило подлечивать припарками. Но боль от света и звуков? Что-то новенькое.

Внизу нарастал странный шум. Прислушавшись к тишине, Ника осознала, что внизу играли музыку, которая становилась все громче с каждой минутой. После очередного стона сочувствие к наследнику стало сильнее, и Ника едва удержалась от порыва перелезть к нему в покои на балкон и прикрыть окна, чтобы приглушить звуки – внизу играли быстрый ритм на барабанах, в который начала вплетаться трогательная хорда.

«Хорошо играют», – подумала Ника, слушая заковыристые ругательства Алри Никобатон. – «Но бедолагу жаль, ему явно не нравится».

Следующий час Ника слушала любопытные и иногда совершенно незнакомые ей ругательства наследника клана, замерев и не шевелясь. Звуки музыки и барабанов причиняли Алри явную боль, и в конце, когда и ритм, и громкость усилились многократно, тот просто шипел и стонал, пока последний отзвук не стих наглухо.

«Закончилось», – с облегчением подумала Ника. – «Если он сейчас тут помрет, меня же поймают. Эта его болезнь неопасна? Хотя, тогда та женщина не ушла бы».

Следующий час Ника слушала любопытные и иногда совершенно незнакомые ей ругательства наследника клана, замерев и не шевелясь. Звуки музыки и барабанов причиняли Алри явную боль, и в конце, когда и ритм, и громкость усилились многократно, тот просто шипел и стонал, пока последний отзвук не стих наглухо.

«Закончилось», – с облегчением подумала Ника. – «Если он сейчас тут помрет, меня же поймают. Эта его болезнь неопасна? Хотя, тогда та женщина не ушла бы».

Потянулись долгие минуты ожидания. Через раскрытое окно в покоях доносился негромкий гул голосов – кажется, первая и торжественная части подошли к концу, и теперь аристократы Эрзо принялись развлекаться беседами, вином и яствами. Ника едва слышно вздохнула, ощущая, как тянуло пустой желудок – после опыта полуголодной жизни с беженцами она никак не могла наестся.

Торопливые шаги разбили тишину на втором этаже, и Ника встрепенулась, прислушиваясь.

– Светлый господин, – оттараторила уже знакомо служанка. – Слуги видели, как Бахир Албахрия вела беседу в комнате.. для женщин.

В ее голосе прорезалось смущение.

– Кто-нибудь слышал, о чем говорили?

– Нет. Но Бахир вернулась к своему брату, а не к столу паралийцев. К ним еще подсел светлый господин Дави Фархет, но беседа кажется сложной.

– Говори яснее.

– Они почти не общаются, – пискнула служанка, и Нике показалось, что она слышит долгий, тяжелый вздох Алри.

– Я спущусь еще через полчаса, – наконец сказал он. – Продолжай наблюдение.

– Светлый господин, после танцев паралийцы подошли к вашей сестре и ее жениху, – путаясь в слогах, доложила служанка, и поспешила покинуть покои. Дверь хлопнула чуть громче обычного.

– Да чтоб тебя, – глухо сказал Алри. – Как не вовремя.

Ника про себя не согласилась – как по ней, приступ у наследника случился невероятно вовремя. Для нее.

Глава 28

Кассандра насладилась танцами. Пару раз едва пригубила вино, жалея, что оно не разбавленное, и отмечая, что остальные тоже пьют микроскопическими глотками – за исключением сидящего напротив Дави, который изредка отпивал прилично.

«Интересно. Не боится потерять голову? Или наоборот, хочет потерять самообладание для чего-то?», – Кассандра мельком глянула на Эвра, который прикоснулся к своей чаше один раз, едва сдержал желание поморщиться и теперь брал чашу исключительно для того, чтобы в руках что-то было.

Последний отзвук замер, и красивые юные эрзовчанки поклонились на сцене, одетые в широкие цветастые шаровары с нашитыми на бедрах колокольчиками и топы, прикрывающие грудь и тоже расшитые чем-то звонким и блестящим. Их сопроводил приятный слуху перезвон, когда они вышли через двери, ведущие в сад и к лабиринту, и скрылись с глаз.

– Рияда, не познакомите меня со своей сестрой? – улыбаясь, спросила Кассандра. – Теперь, когда торжественная часть окончена, я бы хотела выразить свои пожелания без протокола, от чистого сердца.

– Конечно, – Рияда улыбнулась в ответ и обратилась к мужчинам. – Мы отойдем ненадолго, светлые господа.

Эвр не успел отреагировать и только кинул на Кассандру один многообеющий взгляд. Кассандра улыбнулась в ответ как можно более невинно, склоняясь в поклоне и отворачиваясь от столика, и теперь уверенно направлялась к молодоженам, следуя за Риядой. Завершилась первая, торжественная часть, и теперь слуги сноровисто разбирали сцену и вносили новые столы и диваны, превращая пустоватое пространство большого зала в уютное, заполненное подушками и внешне разнеженными аристократами.

Вышколенные слуги закончили прежде, чем Кассандра склонилась в нужном поклоне после того, как Рияда ее представила по всем правилам.

– Приятно познакомиться, – пропела невеста, рассматривая наряд Кассандры. – У вас очень интересное облачение. Наверное, вы уже не раз слышали это за вечер.

– Благодарю, и мне все еще очень приятно, когда люди со столь безупречным вкусом оценивают мои старания, – мурлыкнула Кассандра, грациозно опускаясь на кресло. – Ваши украшения подобраны с большим вкусом и очень вам идут.

Рияда села с другой стороны от молодоженов, смущенно улыбаясь оставшемуся наедине с Дави Эвру, который пропустил поспешное отступление дам с их столика и теперь размышлял о благовидном предлоге, под которым можно покинуть общество неприятного ему Фархета.

«Надо будет все-таки сказать ему, что слишком очевидно напрягает плечи», – подумала Кассандра, вовлекаясь в изящный обмен любезностями.

– Ваша сестра, Рияда, уже рассказала о вашей красивой истории, – патокой разливалась Кассандра. – Уверена, ваша семейная жизнь будет гладкой.

Саид улыбнулся и чуть сжал пальцы невесты.

– Для этого нужно будет еще жениться, – пошутил он. – И присоединяюсь к словам своей невесты, ваш наряд в меру дерзок и очень вам идет.

Кассандра чуть улыбнулась ему, помня о негласных правилах не флиртовать с чужими женихами и мужьями, по крайней мере, у всех на глазах.

– Спасибо за высокую оценку, – кивнула она. Ну и что, что ее, скорее, аккуратно ткнули в нарушение местных устоев?

– А как проходят такие приемы в Паралии? – мягко перевела тему Кифая.

– Примерно также, только мы тоже можем танцевать.

– Даже так? – Саид склонил голову набок. – И какие танцы?

– Совершенно не те, что танцевали прекрасные девы Эрзо, разумеется, – Кассандра едва приподняла уголки губ, уловив намек в словах жениха. – Танцы, что остались в наследство от Древних, приличествующие высокому обществу и рождению.

Надменность в Кассандре всегда присутствовала, но сейчас ее можно было черпать ложками, и Саид хмыкнул.

– Наверное, не стоит надеяться, что покажете?

– Разумеется, нет. Есть большая разница между освежающим новым взглядом, пусть уже и он может показаться дерзостью, и попранием устоев города, куда мы прибыли, – Кассандра взглянула на него холодно.

Жених был, как и все эрзовчане, с темно-карими глазами, глубоко посаженными и чуть раскосыми, широкими линиями бровей и высоким лбом, полностью закрытыми волосами под слоями дорогой ткани, сверху закрепленной богато инструктированным ободом и брошью, серебряное одеяние сверкало в искусственном свете, выдающийся нос с горбинкой, тонкие губы, и под правым глазом выделялась крупная родинка.

«Не красавец», – мелькнула мысль Кассандры, и она перевела взгляд на невесту – красивую, юную, цветущую и полностью соответствующую женским стандартам красоты Эрзо.

– Это важный для вас день, – начала она. – Мне было важно выразить вам почтение вне протокола, но я не буду забирать эту возможность у других гостей. Благодарю за уделенное внимание.

Она поклонилась, дождалась ответов и мягкой походкой двинулась прочь из зала, вспоминая, где находилась женская уборная. Миновав короткий коридор, ведущий из прихожий в зал, она свернула направо и толкнула тяжелую деревянную дверь. Просмотрела карту Афины, убедилась, что находится одна, и тихо произнесла:

– Афина, отправь Эвру сообщение. Эвр, срочно представься жениху и невесте, попроси Рияду, и садись неподалеку от них, второй или третий по счету столик от них и глав Никобатон.

Встряхнувшись, она посмотрела на себя в зеркало, чувствуя раздражение и желание срочно покинуть прием. «Отвыкла», – призналась она себе. – «Отвыкла делать вид, что мне нравятся люди, от которых тошнит». На ум пришли Саид и Дави, и Кассандра легко ополоснула лицо, достала полотенце из стопки слева от раковины и промокнула влагу. Небрежно бросив использованную ткань вниз, в коробку, стоящую под раковиной, она осмотрелась и выпрямила спину.

Мрамор. Извечный мрамор, на этот раз розового цвета. Дерево, тяжелое и дорогое зеркало, мраморная же раковина. Гулко цокая каблуками, Кассандра вышла и медленно двинулась в приемную залу, сознательно выгоняя напряжение из тела.

Вошла она уже расслабленная, лениво мазнула по гостям, с удовлетворением обнаружила Эвра, сидящего у столика с женихом и невестой и уверенно прошла в сад, надеясь чуть подышать свежим воздухом.

Пока она шествовала, кожей ощущала на себя взгляды. Оценивающие, обжигающие. Под ними хотелось стиснуть зубы и челюсти, но Кассандра неторопливо проплыла мимо и вышла в сад, вдыхая ароматы.

Пахло вкусно. Цветами, прохладой и влажной землей – все сады и клумбы в Эрзо поливались ночью, чтобы избежать палящего солнца и не сварить корни растений.

– Кассандра, – раздалось сбоку, и она увидела Бахир.

– Бахир, – чуть склонившись, вежливо сказала она.

– Вы впервые в особняке Никобатон, верно? – улыбнулась юная леди. – Я могу показать вам сад.

– Было бы чудесно, но, если возможно, чуть позже, – мягко улыбнулась Кассандра. – Я бы вначале хотела отдать должное гостеприимству хозяев и отведать вторую смену блюд.

Бахир ответила вежливой улыбкой.

– Разумеется, – она вновь чуть склонилась и отошла.

Кассандра перевела взгляд на лабиринт – высокие зеленые стены, ровно остриженные, погруженные в таинственный полумрак, разбиваемый только разноцветными фонарями. «Красиво», – подумала она. – «Интересно, в какой его части спрятался Тэйратон?.. я бы осталась прямо тут, за стеной, чтобы слышать диалоги тех, кто вышел подышать воздухом».

Кассандра чуть вздохнула. Из Бахир выйдет толк со временем, но пока ее настоятельные попытки сформировать альянс в местах, где их слишком легко подслушать, раздражали.

– В ваши волосы нанесет песок, – раздалось со спины ленивое, и Кассандра едва сдержала порыв поморщиться.

– Благодарю, что напомнили, – улыбнулась она Дави и ловким движением скрепила полы головного убора.

Дави рассматривал ее, нарушив все приличия. Кассандра приподняла одну бровь.

– Чем обязана вашему в высшей степени приятному обществу? – нарушила она молчание спустя пару десятков секунд молчаливой борьбы взглядов.

– Пытаюсь понять, чем вы их всех так зацепили, – пренебрежительный кивок в сторону залы. – Пока они молчат, еще не решили, можно ли говорить вслух, что вы им понравились, но вы понравились.

– И как успехи? Поняли? – Кассандра склонила голову набок. Он пытался выбить ее из равновесия, и это показалось ей забавным, поэтому она ехидно улыбнулась.

Кассандра знала, что ее одеяния отражали разноцветные огоньки из сада, что ее малоприметные на первый взгляд украшения рассыпались разноцветными бликами, пойманными от фонарей, превращая ее в мифическое и прекрасное создание. Ее самоуверенность и без того мало чем можно было пошатнуть, но сейчас она чувствовала себя абсолютно неотразимой.

Дави скользнул по ней равнодушным взглядом.

– Пока не довелось разгадать эту загадку, – бросил он, развернулся и вернулся в залу.

Кассандра едва сдержала порыв расхохотаться. Парень явно слишком хорошо о себе думал. Впрочем, Кассандра запомнила столь явное пренебрежение на грани с унижением – он не стал соблюдать протоколы, а посему она решила ему отомстить.

Она кинула задумчивый взгляд на залу и подошла чуть ближе к зеленой ограде, так, чтобы Афина отображала эту часть лабиринта. «Так и думала», – хмыкнула она, увидев метку Тэйратона.

Кассандра остановилась спиной к лабиринту, делая вид, что рассматривает фасад особняка с этой стороны.

– Был ли уже улов? – спросила она негромко.

– Был конкурент. Убил. Тело спрятал в дальней части лабиринта. Буду признателен, если вы попробуете не пустить туда лучших представителей нашего города.

Его голос сочился сарказмом, и Кассандра спрятала улыбку.

– Не могу обещать, но постараюсь, – все также тихо сказала она. – Если его найдут, вечер закончится гораздо раньше, чем нам всем бы хотелось.

Кассандра легким шагом двинулась к зале, размышляя над одним отвлеченным вопросом – стоит ли давать запасную Афину Тэйратону? Ника отдала ей на хранение капсулу с Афиной, и Кассандра начала понимать, что незнание Тэйратона о возможностях системы начинало мешать.

«Обсужу с остальными», – решила она. – «Завтра».

В зале свет ее ослепил на мгновение. Она чуть прикрыла веки, привыкая, и из-под ресниц осматривая гостей. Как и в Паралии, все присутствующие успели разбиться на компании и вели неторопливые беседы.

Подавив вздох, Кассандра проплыла по залу, направившись к Эвру, окруженному тремя незнакомыми ей мужчинами.

– Доброго вечера, светлые господа, – поздоровалась она, миновав десятки метров по скользкому мрамору.

«Надо будет дать задание мастерицам, чтобы придумали максимально нескользящую обувь».

– Доброго вечера, – Эвр выпрямился и чуть склонился. – Господа, позвольте вам представить – Кассандра Вассиликос. Кассандра, это Алим Мелон, наследник клана Мелон, Раиф Фасатон, наследник клана Фасатон, и Низар Аннабиви.

Кассандра склонилась, вторя представленным только что мужчинам. «Целых два наследника клана! Хороший улов».

– Весьма приятно быть представленной таким видным мужчинам, – растягивая гласные, произнесла Кассандра, улыбаясь.

– Для нас честь так быстро познакомиться со звездой этого вечера, – обольстительно улыбнулся ей Раиф.

– Приятно познакомиться, – сказал, словно отрубил Алим.

– Отрадно понимать, что наша мужская компания будет отныне будет украшать столь яркий северный цветок, – то ли польстил, то ли усомнился в ее умственных способностях Низар.

Эвр чуть не ляпнул, что Паралия скорее на востоке от Эрзо, но вовремя прикусил язык. Кассандра ответила улыбкой и присела на кресло, положив ногу на ногу.

– Надеюсь, я не помешаю вашей беседе?

– Боюсь, вам может быть скучно, – протянул Низар. – Мы обсуждали особенности архитектуры наших городов.

– Вы ошиблись, мне интересно, – ласково улыбнулась ему Кассандра.

Исподволь она рассматривала своих новых знакомых. Алим Мелон, вассал семьи Тажирон, высокий, но откровенно некрасивый мужчина – кустистые брови, кривоватый нос с крупными ноздрями, пухлый и словно рыхлый, с отчетливым вторым подбородком и близко посаженными глазами. «Привлекательного в нем только статус наследника», – подумала Кассандра. – «Общее впечатление весьма неприятное».

Раиф Фасатон, вассал Бинаон, сидящий напротив Кассандры и завлекающе ей улыбающийся – красивый, ладно сложенный мужчина. Гладкая кожа без изъянов, пропорциональное лицо, выразительные темные глаза, обрамленные густыми ресницами. Он лучился самоуверенностью, и было с чего – яркие внешние данные и высокая позиция в клане делали его одним из самых видных женихов на приеме.

И Низар Аннабиви, вассал Алради. Высокий, но еще юный – Кассандра вечно забывала про собственный крайне юный возраст, Низар был старше ее – стройный, с весьма интересным лицом. Крупный подбородок, внушительная тяжелая челюсть, хищный нос, высокий лоб. Он словно вышел из под руки весьма талантливого, но ленивого скульптора, создающего шедевры парой взмахов руки. Красавцем в общепринятом смысле Низар не являлся, но из всех присутствующих понравился Кассандре больше всего.

– Мы говорили о различиях в архитектуре, – улыбнулся ей Эвр. – Я рассказывал, что в Паралии ценится размах и монументальность.

– Это правда, – кивнула Кассандра. – Я долго привыкала к тому, что улицы Эрзо сильно уже улиц Паралии. Полагаю, у этого есть разумное объяснение?

– Песок, – лаконично пояснил Алим. – Улицы в Эрзо строятся извилистыми, чтобы помешать ветрам.

– Разумно. В Паралии нет таких проблем с ветрами, вокруг горы. Зато часто идет дождь, особенно зимой, и улицы проектируются с расчетом на то, что вода будет стекать к углам улицы.

– Это как? – заинтересовался Алим.

– Центральная линия дороги строится на возвышение относительно краев той же дороги, – пояснил Эвр. – Вода стекает к этим краям и попадает в ливневки.

– Разумно, – хмыкнул Алим. – Жаль, я не бывал в вашем городе. Интересно было бы взглянуть.

– Долг аристократа, – улыбнулась Кассандра. – Если бы не экстраординарные обстоятельства, мы бы тут не оказались.

Она расслабленно опустилась в кресле, наблюдая за мимикой собеседников – Кассандра намеренно задела скользкую тему захвата Паралии, чтобы отследить реакции. Алим остался невозмутим, лишь кивнул в знак согласия, Низар глянул на нее с осуждением и моментально ей разонравился, а Раиф, напротив, кинул заинтересованный взгляд.

– Долг, действительно, превыше всего, – произнес Раиф. – Но значит ли это, что вы считаете свои долги городу уплаченными?

– Нет, конечно же, нет, – улыбнулась Кассандра и жестом подозвала слугу. – Просто, в виду изменившихся обстоятельств, в Паралии его теперь выполнять невозможно.

– А тут – возможно? – полуутвердительно спросил Алим, цепко глядя на Кассандру.

К ней подошел слуга.

– Возможно или нет, еще непонятно. Обновите вино. И принесите запеченных моллюсков, спасибо, – она посмотрела на Алима и чуть пожала плечами, сделав заказ.

Обстановка за столом стала чуть напряженнее. «Низар отпадает, Алим Мелон, возможно, подойдет, а вот Раиф, еще один связанный с Бинаон, нам очень нужен», – подумала Кассандра, расслабленно рассматривая принесенное ей блюдо.

– К слову, ваш образ настолько яркий, что мы забыли отдать ему должное, когда вы представились, – очевидно флиртуя, проурчал Раиф. – Впервые вижу такое на молодой госпоже, но мне нравится.

– Скандально, но в меру, – судя по тону, Алим это сказал скорее одобрительно.

Низар вяло улыбнулся:

– Вам идет этот цвет, – невыразительно проговорил он.

«Он не понял намеков? Или понял, но решил остаться в стороне?» – напряженно подумал Эвр. Он достаточно времени провел с Кассандрой, чтобы понять – та провокациями прощупывала почву и давала ими заинтересоваться потенциальным союзникам. Семья Алради и ее интересы всегда стояли чуть в стороне от основной политики Эрзо, и поведение Низара смутило их обоих.

«Понял», – Кассандра краем глаза отслеживала его реакции. – «Все он прекрасно понял. Наши действия идут вразрез с интересами Тажирон, но здесь только их вассалы, которые сами могут быть недовольны своим положением в городе, а вот интересов Алради мы, по идее, никак не касаемся. Он – вассал Алради, но, кажется, наши действия были восприняты им как помеха. Алради в союзе с Тажирон? Если это так, Бинаон и все вассальные семьи не переживут и нескольких лет. Или Аннабиви в союзе с Тажирон, тогда все не так плохо».

Глава 29

Вслух она спросила сущую глупость.

– Я слышала, что в Эрзо есть удивительные бани, но они только для простолюдинов, а потому мне не довелось их попробовать, хоть и было любопытно.

– Похоже, вы говорите про хамам, – с энтузиазмом включился Раиф. – Признаться, мне довелось там побывать ребенком, не сдержал любопытства.

Он якобы смутился, филигранно отыгрывая эмоции и даже вызвав едва заметную краску на лице.

– Все мы были детьми, – поощрительно улыбнулась Кассандра, вступая в игру. – Не поделитесь?

– Туда пускают влажный пар и нагревают камни, а обмываются холодной водой. Пресная вода в Эрзо – не редкость, но и недешевое удовольствие, а потому простолюдины таким интересным образом экономят воду на мытье, – пустился в объяснения Раиф.

– Удивительная смекалка, – высокомерно похвалила Кассандра, и Эвр едва сдержал порыв поморщиться, чем заслужил ее предупреждающий взгляд.

– Мне больше интересно, как именно их спроектировали, – вступил он в диалог.

– До меня доносились слухи, что вы работали в Университете Паралии, – Низар улыбнулся. – Это правда?

– Курировал работу других ученых, скорее, – Эвр тоже жестом подозвал слугу, ощутив, как скрутило желудок от стресса. – Я, если можно так выразиться, был меценатом Университета.

Улыбка Низара чуть скисла.

– Вы весьма заинтересованы в том, как все здесь устроено, – не сдался он. – Жизнью простолюдинов тоже.

– Разумеется. Долг аристократа знать о том, как живут люди в городе, разве нет? – Эвр открыто улыбнулся, подумав про себя: «Выкуси!»

– Разумеется, вы правы, – Низар продолжал улыбаться, но глаза его остались холодны.

«Плохо играет? Намеренно дает понять, что не на нашей стороне?»

– Признаться, мне еще не доводилось узнавать о, несомненно, важном долге семьи Аннабиви, – Кассандра поудобнее устроилась в кресле. – Кажется, именно славной семье Алради мы обязаны прекрасным вином и не менее прекрасной едой на столе, но от моего внимания ускользнуло, чем занимаются их вассалы. Не удовлетворите мое любопытство?

Эвр даже ощутил укол сочувствия к Низару – кажется, Кассандра решила взяться за него всерьез.

– Конечно. Алради доверили моей семье управление винодельнями, винными погребами и выводом новых сортов вин, – Низар чуть качнул свою чашу. – Здесь подают вино отменной выдержки, десять лет. Я даже припоминаю бочки, которые были выкуплены для сегодняшнего приема.

– Одобряете вкусы хозяев приема? – хмыкнул Раиф.

– Конечно.

«Ну конечно, здесь каждый все одобряет. Так сильно, что аж живот болит», – мрачно подумал Эвр. В последний раз он настолько нервничал при визите к ним Наарбака с Кассандрой, а потом после нападения мегалодона. – «Если сейчас скрутит, то позора не оберусь».

– Прощу прощения, – он чуть склонился. – На этот раз мне нужно ненадолго отойти.

Он поднялся, получил понимающие кивки и, отловив слугу, выспросил у того, где мужская уборная, надеясь там хоть чуть-чуть перевести дух.

Кассандра проводила его ленивым взглядом и равнодушно вернулась к своей тарелке. «Он же взял с собой прессованный уголь?», – подумала она мрачно. – «Если нет, это может стать катастрофой, нам такого не простят».