Текст книги "Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола (СИ)"

Автор книги: Анна Лерн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 35 страниц)

Глава 97

Я стояла у окна и смотрела на ночную улицу, подсвеченную фонарями. Неяркие пятна расплывались в тумане золотистыми дрожащими ореолами, похожими на одинокие звёзды. А туманы с каждым днём становились всё плотнее, неся прохладу с моря. Густая молочная пелена ползла по мостовой, затекала в переулки, словно пыталась укутать город в мягкий саван, скрыть его мрачные тайны. За моей спиной послышался протяжный зевок, а потом сонный, едва слышный голос:

– Почему ты не спишь?

Я повернулась к кровати, на которой лежал маленький Тимми. В слабом свете одинокой свечи, отбрасывающей причудливые тени на стены, его личико пугало своей бледностью.

– Не спится, – улыбнулась мальчику, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и тепло. – Я могу задать тебе тот же вопрос.

Тимми приподнялся на локтях и прошептал:

– Я боюсь, что за мной придут и снова отвезут на остров.

Моё сердце сжалось от жалости. Этот ребёнок пережил то, что не под силу некоторым взрослым. Я подошла к кровати и присела рядом с мальчиком, ощущая тепло его хрупкого тела через тонкое одеяло.

– Никто тебя больше не отправит на остров, Тимми. Я тебе обещаю. Ты мне веришь?

Он утвердительно кивнул, а потом, хитро прищурившись, спросил:

– Это был твой жених?

– Кто? – я сдержала улыбку, стараясь сохранить серьёзный вид.

– Ну… этот, который припечатал Вайду? – уточнил мальчик, с любопытством поглядывая на меня. Я изумлённо вскинула бровь.

– Нет. С чего ты взял?

Тимми хихикнул, прикрыв рот ладошкой, его глаза буквально светились от веселья.

– Я видел, как он на тебя смотрел!

– Как это?

Тимми вытянул шею, подался вперёд и, сделав свои и без того большие глаза просто огромными, уставился на меня так, словно хотел прожечь дыру. Он даже приоткрыл рот, имитируя немое восхищение.

– Вот так! – заявил Тимми, явно гордясь своей наблюдательностью.

Я прыснула, чувствуя, как в груди разливается тепло. И тут с соседней кровати раздался насмешливый голос Брони, которую, видимо, разбудили наши перешёптывания.

– Это больше похоже, будто у него сердечный приступ, а не влюблённость… Хотя… судя по тому, с какой частотой ты попадаешь в неприятности, до этого недалеко…

Тимми снова захихикал, падая на подушку, а я показала подруге язык.

Внезапно дверь с лёгким скрипом отворилась, и в комнату заглянула госпожа Доротея. Освещенное снизу свечой её лицо выглядело жутковато. У ног старушки, словно верный страж, показался сэр Рэджинальд.

– Я не поняла, вы почему спите?! – возмущённо проворчала Доротея. Она подняла подсвечник над головой и обвела нас хмурым взглядом. – В такую ночь?!

Мы с Броней и Тимми удивлённо переглянулись, понятия не имея, о чём говорит госпожа Пендлтон.

– В какую?

Доротея закатила глаза, поражаясь такой дремучести.

– Сегодня Ночь Туманного Покрова! – торжественно произнесла она, и ее слова зависли в воздухе, наполняя комнату предвкушением чего-то необычного. – Туман сегодня особенный, он несёт с собой волшебство…

Тимми тут же вылез из-под одеяла, глядя на старушку горящими глазами.

– Какое волшебство?

Госпожа Пендлтон мягко улыбнулась и опустилась на стул у окна. Сэр Реджинальд тут же запрыгнул к ней на колени и свернулся в клубок.

– Давным-давно, в те времена, когда здесь только появились наши предки, эти земли были окутаны вечными туманами. Туманы были настолько густыми, что не пропускали солнечного света, и люди жили в постоянном полумраке. Они просили Духов, чтобы те сжалились и позволили солнечному свету сойти на поля и пастбища. Чтобы задобрить высшие силы, хозяйки пекли вкусные лепёшки, аромат которых мог растопить любое сердце. И однажды, в самую тёмную ночь года, когда туман был особенно плотным, с неба спустилось сияние. Это был дар Духов Тумана, которые живут между мирами. С тех пор, каждый год, в эту ночь, мы печём для них Лунные Лепёшки. Они готовятся из мельчайшей муки, молока белой коровы и капельки волшебной росы, собранной до рассвета. Лепёшки раскладывают на подоконниках, чтобы Духи Тумана могли отведать угощение и оставить нам свое благословение. Считается: чем больше лепёшек ты испечешь, тем сильнее будет защита и помощь, – Доротея лукаво посмотрела на нас. – Разве можно спать в такую ночь, когда сбываются самые заветные мечты?! Ну так что? Вы готовы помочь мне испечь самые лучшие Лунные Лепёшки?

– Мы готовы! Готовы! – Тимми слез с кровати и в следующий миг схватил мирно дремающего сэра Реджинальда. Бедный кот, ошарашенный таким напором, вытаращил свои золотистые глаза. Его усы встопорщились от возмущения, а уши разъехались в разные стороны. Тимми, словно ураган, помчался к двери и, обернувшись, возмущённо выпалил: – Что вы сидите? Лунные Лепёшки сами себя не испекут!

– Девочки, вперёд! – Доротея поднялась, поправляя складки своего домашнего платья. – Духи Тумана ждут наших подношений!

Мы вышли на кухню, и госпожа Пендлтон зажгла все свечи в большом подсвечнике. Она бросила на меня быстрый взгляд, после чего спросила:

– Прошло уже три дня. Нет никаких новостей от Демора?

– Нет, – я пожала плечами. – Адриан говорит, что после того как Феликс побывал на острове, его здоровье не ухудшилось. Я рада за него.

Перед моими глазами пролетели картинки того дня. Воспоминания были до сих пор болезненно яркими. Арестованных охранников и надсмотрщиков не церемонясь затолкали на палубу корабля Тайной Канцелярии. Среди них я заметила и экономку Марту. Женщина шла, низко опустив голову. В ней не было прежней надменности и злобы – только безмолвное смирение. За поверженными врагами осторожно провели рабов. Самым последним занесли на корабль тело Бертрана Вейла. Под порывом ветра уголок простыни на мгновение отогнулся, и я увидела застывшее лицо с перекошенным ртом. Этот образ врезался мне в память, как самое яркое напоминание о том, что всему есть своя цена. Худеньких и испуганных детей подняли на корабль Адриана. Среди них был единственный младенец. Сын Беллы. Но воспоминания имели и горький привкус. После нашей эмоциональной встречи с Феликсом, он вдруг изменился. От Демора веяло холодом, отстранённостью. Я не могла понять: что происходит. Всё время, пока мы плыли в Велуар, он вёл себя более чем сдержанно. А в порту вежливо попрощался и отбыл с лордом Эверсом, даже не взглянув мне в глаза.

– Всё будет хорошо, дорогая, – госпожа Доротея подмигнула мне и, закатав рукава, принялась за дело.

Вскоре на столе появились: глиняный кувшин с молоком, корзина яиц, мёд, топлёное сливочное масло и маленький пузырёк с тёмно-коричневой жидкостью. Тимми крутился под ногами, как маленький вихрь. Он заглядывал в каждую миску, комментировал каждое наше движение:

– А это мука? А это молоко? А можно я помешаю? А можно я попробую? А это волшебная роса? А почему она коричневая?

– Потому что волшебная! – Доротея только и успевала вовремя схватить его проворные ручки, тянущиеся к продуктам. – Я тебя сейчас привяжу к стулу!

Я открыла пузырёк и поднесла его к носу. Ванильный экстракт!

Когда первая лепёшка отправилась на горячую сковороду, случилось то самое настоящее волшебство! Тесто начало золотиться по краям, и по кухне поплыл аромат топлёного масла. Тёплый, обволакивающий, невероятно уютный запах дома…

Доротея ловко перевернула лепёшку, дала ей подрумяниться с другой стороны, переложила на блюдо и смазала мёдом.

Облизнувшись, Тимми залез на стул, чтобы аккуратно поставить блюдо на подоконник. И прямо в этот момент раздался громкий стук в дверь.

– Кто это? – прошептал мальчик, спрыгнув на пол. – Неужели Духи уже пришли за лепёшками?

– Сейчас узнаем! – улыбнулась Броня и решительно направилась к двери. Мы последовали за ней. Подруга открыла замок и медленно приоткрыла дверь, впуская в магазин клубы густого, молочного тумана. А потом мы услышали знакомый голос:

– Кто плохо себя ведёт, того туман заберёт! Кто не дерётся и не говорит гадости, получит гору сладостей!

– Похоже, нас всех ждёт туман… – хмыкнула Броня, отходя в сторону. В магазин первым вошёл Адриан с большой корзиной, следом за ним – Себастьян. Когда из темноты показалась третья фигура, у меня перехватило дыхание. Феликс!

________________

«Лунные Лепёшки»

Ингредиенты:

· мука – 400 г;

· топлёное масло – 150 г;

· яйца – 4 шт.;

· сироп или мёд – по вкусу;

· соль – по вкусу.

· ванилин – по желанию

· молоко

Приготовление:

1. Муку просеять на стол горкой, сделать углубление, влить в него топлёное масло, взбитое яйцо, соль и столько тёплого молока, чтобы получилось тесто средней мягкости.

2. Замесить тесто, придать ему форму цилиндра, приподнять концы, сложить и растянуть. Так повторить 15–20 раз, затем разрезать тесто на 8–12 кусков.

3. Каждый кусок раскатать в тонкий лист, удалить с поверхности муку, смазать топлёным маслом и сложить друг на друга.

4. Последний лист посыпать мукой и раскатать сложенные слои теста толщиной 5 мм.

5. Из теста вырезать кружочки диаметров 6–8 см, погрузить их в разогретое масло.

6. Жареные лепёшки разложить на блюде, полить густым сиропом или мёдом и посыпать сахарной пудрой. Подать в горячем виде.

Глава 98

– Мне кажется, или здесь пахнет Лунными лепёшками? – улыбаясь, Адриан повёл носом. Тимми тут же радостно закивал:

– Да! Мы их только что испекли! Хотите попробовать?

– Очень хочу, – кивнул младший Демор, протягивая мальчику руку. – Показывай, где ваше угощение.

Малыш подмигнул мне, и они с Тимми скрылись за дверями кухни.

Феликс всё это время стоял у порога и молча смотрел на меня. От его напряжённой неподвижности у меня внутри всё стягивало тугим узлом.

– Я бы тоже не отказался от лепёшки, – с лукавой усмешкой произнёс Себастьян, переводя многозначительный взгляд с госпожи Доротеи на Броню.

– В твоём возрасте нужно ограничивать жареное! – беззлобно проворчала госпожа Пендлтон, но в её глазах плясали смешинки. – Ладно, пойдём, лорд Демор, сегодня я добрая.

Старушка легонько подтолкнула в спину Броню, которая застыла, словно заворожённая, с мечтательной улыбкой глядя то на меня, то на Феликса.

– Ты чего замерла? Иди-ка на кухню!

Мы с Феликсом остались одни, и я почему-то боялась этого густого, как туман за дверью, молчания.

– Антония… – наконец хрипло произнёс он, глядя на меня своими необычными глазами так пристально, словно хотел пробраться в душу. – Я непростой человек... У меня тяжёлый характер... Я привык к тому, что вокруг меня все подчиняется законам и правилам...

Феликс замолчал. Я же незаметно схватилась за спинку кресла, понимая, что это не просто разговор. Мне стало трудно дышать.

– Я всегда жил в мире, где порядок и контроль превыше всего, – продолжил он с каменным лицом. – Эмоции казались мне лишь помехой, слабостью... Я выстроил вокруг себя стены, за которыми не было места ничему, что могло бы отвлечь от долга и обязанностей. В этом мире не существовало притяжения к женщинам, Антония. Оно было неведомо мне. Я никогда не чувствовал той искры, того зова, о котором пишут поэты. Я холоден, порой жесток, потому что так проще. Это моя защита. Но потом появилась ты. Ворвалась в мою жизнь, как ураган, снося все мои барьеры. Ты не просто нарушила правила, ты их разнесла вдребезги своей дерзостью. Перевернула мой мир с ног на голову. Я хотел показать тебе свою жестокость, тёмную сторону. Ведь это был самый верный способ оттолкнуть, вызвать в тебе отвращение… которое защитит меня от самого себя, от того хаоса, который ты вносила в мою упорядоченную жизнь. А потом я подумал, что если заставлю подчиниться, если сломаю твой дух, сделаю своей, то эта странная неконтролируемая сила, что тянет меня к тебе, наконец, исчезнет. Наваждение пройдёт… Но я понял, что не смогу причинить боль. Ни словом, ни прикосновением, которые могли бы ранить твою душу или тело…

Моё сердце билось так сильно, что казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Глаза наполнились слезами. Ноги были ватными, когда я сделала шаг навстречу:

– Феликс…

Но Демор мягко прервал меня:

– Прошу тебя, позволь мне продолжить.

Он достал из кармана коробочку из чёрного бархата и опустился передо мной на одно колено. Щёлкнул замочек, и я увидела тонкое изящное кольцо из белого золота, словно сотканное из лунного света. Оно было усыпано россыпью маленьких, но невероятно чистых бриллиантов. Камни переливались мириадами искр, собранными в один ослепительный круг.

– Я прошу тебя стать моей женой, – хрипло произнёс Демор, не сводя с меня глаз.

Нахлынувшие чувства буквально парализовали меня. Я смотрела на полные надежды глаза «железного» Феликса и не могла вымолвить ни слова. Горло будто сжала невидимая рука, перехватив дыхание. Это было не просто волнение, это был целый вихрь эмоций: потрясение, радость, облегчение, неверие, нежность и глубокая, пронзительная любовь, которая вдруг стала такой осязаемой. Я лишь часто-часто закивала головой, прижав ладонь к груди, словно пытаясь удержать там своё бешено колотящееся сердце. Лицо Феликса озарила улыбка, разглаживая морщинку между бровей. Он взял мою левую руку и надел кольцо на безымянный палец. А потом, поднявшись с колена, притянул меня к себе. Наши губы встретились в поцелуе. Страстный, глубокий, чувственный он обжигал, пьянил, стирал все границы. Я чувствовала силу своего мужчины, его желание, его любовь и отвечала с такой же безудержной страстью, забыв обо всём на свете.

Мы стояли обнявшись, когда со стороны кухни раздался полный триумфа голос госпожи Доротеи:

– Я же говорила, что Духам Тумана понравятся наши лепёшки! Они благословили эту пару!

– Духи случайно не сказали тебе… может быть, этого благословения хватит и для нас с тобой? Ей-богу, мне уже стыдно! Я порчу твою репутацию, малышка Дори!

Старушка фыркнула, но в этом звуке слышалась целая гамма эмоций: от наигранного возмущения до откровенного удовольствия.

– Ох, Себастьян, да неужели? – проворчала она. – Духи Тумана щедры, но не настолько, чтобы благословить такую старую пропащую душу, как твоя!

Мы с Феликсом повернулись и обнаружили, что все вышли из кухни. Адриан нежно обнимал Броню, которая счастливо улыбалась, прижимаясь к нему. Себастьян держал бутылку шампанского, а Доротея – поднос с бокалами. Впереди всех с сияющими глазами стоял Тимми. Он важно выпятил грудь и радостно заявил:

– Лорд смотрит на Антонию, как я показывал! Вот так!

Мальчишка точно так же, как в спальне, вытаращил глаза и приоткрыл рот, имитируя изумлённо-влюблённый взгляд. На секунду повисла тишина, а потом все разразились дружным искренним смехом. Смеялись Адриан и Броня, заразительно хохотал Себастьян, даже Доротея не смогла сдержать весёлых фырканий, прикрыв рот ладонью. Феликс тоже широко улыбался. А потом повернулся ко мне и вдруг, скопировав Тимми, уставился на меня с шутливым обожанием. Это было настолько неожиданно, настолько не похоже на сдержанного Феликса, что я даже опешила. Увидеть шутливую пародию на Тимми, искорку озорства в глазах Демора было самым лучшим подарком. Я крепко обняла ставшего таким дорогим мужчину, чувствуя, как он обнимает в ответ, мягко упираясь подбородком в мою макушку. В этот момент раздалось дружное:

– Поздравляем!

Себастьян тут же откупорил шампанское, и пробка с громким хлопком улетела в потолок. Он наполнил бокалы, после чего, подняв свой, сказал:

– Я очень счастлив! Невероятно счастлив за вас, мои мальчики. И за вас, невестки, что сумели приручить этих упрямцев, – глава семейства легко усмехнулся, бросив на Доротею быстрый взгляд, полный давней привязанности. – Если бы я был столь же смел в своё время, как вы сейчас, если бы не побоялся идти за своим сердцем, то, возможно, всё сложилось бы иначе… Но что теперь жалеть о прошлом? Главное, что у вас есть такой шанс. Любите друг друга без оглядки, цените каждое мгновение, будьте друг для друга нерушимой опорой. Поздравляю вас, мои дорогие! За любовь!

Все выпили. Но вдруг Себастьян нахмурился, ставя бокал на поднос. Он нагнулся и что-то поднял с пола. Это был завиток тёмных волос, лежащий прямо под креслом.

– Что это, Дори?

Госпожа Пендлтон подняла глаза к потолку, будто это не к ней обращались. Мы с Броней тоже удивлённо посмотрели на старушку.

– Мне кажется, я знаю, кому принадлежит этот романтичный локон, – едва сдерживая улыбку, сказал Феликс. – Леди Элиаре Штернберг. Не так ли, госпожа Доротея?

Совершенно сбитая с толку, я взглянула на него.

– Что? Я не понимаю…

– После того как меня восстановили в должности и началось расследование, я узнал весьма любопытную историю, – продолжил Феликс, поворачиваясь к остальным. – Графиня с помощью служащих Канцелярии пробралась в магазин госпожи Пендлтон, вероятно, с не самыми добрыми намерениями. Но они встретили неожиданный и, как оказалось, весьма решительный отпор с участием… кота.

В этот момент сэр Рэджинальд, который до этого момента блаженно дремал на прилавке, выгнул спину и раскатисто заурчал, словно подтверждая свою активную роль в тех событиях.

– Именно таким образом леди Элиара лишилась волос. Ну и… превратилась в трюфель.

Брови Адриана поползли вверх.

– В каком это смысле?

Доротея, не выдержав, окинула нас выразительным взглядом:

– У меня очень хороший гуталин. Его не так-то просто смыть. Но, думаю, наша графиня до Рождества справится.

– У госпожи Пендлтон весьма оригинальные методы борьбы со злоумышленниками, – усмехнулся Феликс. – А вот леди Элиара, боюсь, отметит Рождество не дома, а в тюремных стенах. За сговор с лордом Абернати, направленный против главы Тайной Канцелярии, и целый ряд других весьма неприятных деяний. Её сообщничество было доказано, и наказание не заставит себя ждать.

– Всё! Хватит вспоминать этих неприятных персон! Давайте за стол! – Доротея решительно направилась к кухне, но у самой двери обернулась и посмотрела на Себастьяна, лукаво приподняв бровь.

– Так что, ты ещё не передумал жениться на мне, старый пень?

Себастьян тут же расцвёл в широкой улыбке, полной искренней нежности.

– Дори, я мечтаю об этом! Мечтаю уже лет тридцать, а может и больше!

– Тогда будем венчаться в часовне Деморов! В Храме Святого Лумина я не хочу! Этот ненормальный отец Брауни там такие витражи наставил, что я глаза собрать полдня не могу от всей этой пестроты!

Глава семейства Деморов обхватил её талию и повел за собой.

– Дори, ну что ты такое говоришь! Храм Святого Лумина – это солидно! Совсем другой уровень! Просто надень вуаль, она всё скроет!

– Конечно! И фату, как скромная девственница, которой от роду лет шестнадцать! Ты бы ещё предложил мне венок из ромашек сплести! – недовольно пробурчала госпожа Пендлтон. – Нет, вы слышали?! Меня, Доротею Пендлтон, упаковать в вуаль! Немыслимо!

Глава 99

Наступившее утро обволакивало комнату мягкой дымкой. И первое, что я, проснувшись, почувствовала – это ласковое прикосновение солнечного луча, пробивающегося сквозь занавески. Он легонько скользил по щеке, вызывая в душе чувство тихого счастья. Наша компания просидела на кухне почти до самого рассвета. Это было по-семейному уютно. Шутки Доротеи, звонкий смех Тимми, нежный взгляд Феликса…

Я аккуратно поднялась с кровати и подошла к постели Брони. Подруга мирно спала, прижав к себе подушку. На её лице играла довольная улыбка. Не иначе Адриана представляет! Наклонившись, я потрясла её за плечо.

– Бронька, просыпайся…

Она сладко потянулась, приоткрыла глаза и сонно посмотрела на меня.

– Ты чего?

– Вставай, только тихо, чтобы Тимми не разбудить. Пойдём в ресторан.

Подруга тут же встрепенулась.

– Ресторан? Точно! Со всеми этими приключениями я совсем забыла о нём!

Собрались мы быстро. И, перекусив оставшимися лепёшками с кофе, вышли из магазина. Утренний воздух был прохладным и влажным, а улицы окутывал густой туман, который еще не успел рассеяться под лучами восходящего солнца. Он стелился по мостовой, делая просыпающийся Велуар загадочным и немного призрачным. Мостовые утопали в молочной дымке. Было тихо. Лишь изредка доносился цокот копыт и скрип рессор.

Чем ближе мы подходили к центральным улицам, тем отчётливее сквозь пелену тумана проступали очертания оживающего города. Рынок уже гудел, словно пчелиный улей, наполняя мир привычными звуками и красками.

– Давай зайдём к господину Акире, – предложила я. – Он наверняка приходил в ресторан.

Свернув в знакомые ряды, мы направились к магазинчику нашего знакомого. Колокольчик над дверью мелодично звякнул, и из подсобки тут же показался сам хозяин. Его лицо озарилось улыбкой искренней радости.

– Какая приятная неожиданность! – воскликнул он, выходя из-за прилавка. Сложив руки в приветственном жесте, господин Акира поприветствовал нас: – Антония-сан, Бронислава-сан.

Мы с подругой тоже поклонились ему.

– Я несколько раз приходил в ваш ресторан! Но там было закрыто! Я уже начал беспокоиться... У вас всё в порядке?

– Теперь да, – ответила я с тёплой улыбкой. – У нас всё хорошо. И мы готовы дальше учиться чайной церемонии. Если, конечно, вы ещё согласны нас учить.

Глаза господина Акиры засияли еще ярче.

– У меня камень с души свалился! – облегчённо произнёс он. – Конечно, мы продолжим наши занятия! Для меня это будет большая честь. Но ещё вот что... Завтра в Аматерасу отправляется корабль. И вы еще успеваете сделать заказ!

Эта новость меня очень обрадовала. Невероятная удача!

– Отлично! Можно лист бумаги и перо?

Господин Акира кивнул, а потом, подойдя к одному из своих многочисленных шкафчиков, достал небольшой ларец. Открыв инкрустированную крышку, он поставил его передо мной. Я увидела изящное перо из отполированного бамбука с тонким, остро заточенным кончиком и маленькую чернильницу из темно-зеленого нефрита.

– А вот бумага, – хозяин лавки положил на прилавок чистый лист тонкой рисовой бумаги.

Я опустила перо в чернила и на минуту задумалась, стараясь ничего не упустить. Итак… Обязательно рис различных сортов: в первую очередь специальный круглозёрный для суши. А также немного длиннозёрного риса для гарниров и других блюд. Сухие водоросли: нори, комбу* – для бульонов и приправ, вакаме* пойдёт для супов и салатов. Несомненно, нам нужен качественный соевый соус. Причём нескольких видов. Рисовый уксус – это основной ингредиент для заправки риса для суши, а также для салатных заправок. Кунжутное масло и семена. Сухие грибы шиитаке: они дают насыщенный вкус бульонам и вторым блюдам. Отлично хранятся и обладают глубоким ароматом. Порошок васаби и сушеный имбирь. Сладкое рисовое вино мирин. Без него никак. И, конечно же, чай! Я ещё дописала кое-какие редкие специи и снова задумалась. Нам очень нужна определённая посуда, которую в Велуаре не найти. Первое и самое главное – наборы палочек для еды. Причём я бы заказала разные: классические для повседневного использования и более изящные лакированные. Или с гравировкой для особых случаев. Подставки для палочек! Небольшие аккуратные пиалы с крышечками, из которых удобно есть рис. Соусники, саке-кувшины, чашечки о-чоко!

– Вроде бы всё, – я протянула список господину Акире. Пробежав по нему глазами, он несколько раз хмыкнул, после чего довольно кивнул.

– Антония-сан, я впечатлён вашими познаниями. В Велуаре я всегда чувствовал себя немного оторванным от дома, от своих традиций… Но благодаря вам я и мои земляки сможем снова ощутить вкус родины.

– Мне очень приятно это слышать, – немного смущаясь, ответила я. – Надеюсь, наша еда будет приносить радость.

– Ну что же, заказ принят! – хозяин лавки довольно потёр руки. – Товар оплатите по прибытии, когда оцените его качество!

Мы ещё немного поговорили с господином Акирой, а потом поблагодарили его и распрощались. Нам не терпелось увидеть свой ресторан.

Я немного заволновалась, ещё издали увидев, как преобразился фасад. Его выкрасили в светло-песочный цвет, а входная дверь была покрыта глубоким, почти чёрным лаком, переливающимся на солнце. Старые мутные стёкла исчезли, уступив место новым, матовым. Открыв замок, мы с Броней шагнули внутрь и тут же обе замерли.

– Невероятно! Я не могу поверить, что это всё наше! – выдохнула подруга. Она сделала несколько шагов вперёд, а я медленно скользила взглядом по залу, пытаясь справиться с волнением. Помещение было полностью отремонтировано и, казалось, дышало совершенно новой жизнью.

Мистер Хоббс удивительно точно угадал мои желания.

По всему залу стояли прямоугольные и квадратные столы из светлого дерева. Возле них располагались низкие сидения, на которые в ближайшем будущем лягут подушки. Ширмы-сёдзи создавали несколько уединённых зон. Изящные перегородки с тонкими деревянными рамами и полупрозрачной бумагой будут

пропускать свет, скрывая при этом сидящих за ними гостей от посторонних глаз.

– Это просто чудо, Тонь! – Броня весело закружилась между столиками. – Неужели это действительно наше?

– Мне самой не верится! – прошептала я, медленно опускаясь на скамью. – Это обязательно нужно отметить!

– Праздник придется ненадолго отложить, – раздался позади незнакомый мужской голос. Броня резко остановилась, глядя на входную дверь. Я медленно обернулась, чувствуя, как сердце замирает в груди. В дверном проеме стояли несколько мужчин в незнакомых строгих мундирах.

– Кто вы? – я поднялась.

Один из них шагнул вперёд.

– Королевский Совет желает вас видеть. Прошу следовать за нами.

Мой желудок сжался в тугой узел. Королевский Совет? Я растерянно посмотрела на Броню, которая хмуро наблюдала за незваными гостями.

– На каком основании? – спросила она, но никто нам ничего не собирался объяснять.

– Прошу следовать за нами, дамы, – мягким голосом, в котором звучали стальные нотки, повторил «мундир».

Мы с подругой направились к двери, понимая, что возражать этим людям бессмысленно. Нас подвели к тёмной карете без гербов или каких-либо опознавательных знаков, что только усилило мою тревогу. Дверца со скрипом открылась, и мы забрались внутрь. Мужчины последовали за нами, заняв места напротив. Всю дорогу в экипаже царила полная тишина. Никто из наших сопровождающих не проронил ни слова. Мой мозг лихорадочно перебирал все возможные причины происходящего, но ни одна из них не казалась достаточно убедительной. Когда карета остановилась, я посмотрела в окно и удивлённо приподняла брови. Мы стояли перед знакомым фасадом, залитым мягким светом осеннего солнца. Клуб «Золотая Луна».

Один из представителей Королевского Совета вышел из экипажа и помог нам с Броней спуститься. После чего проводил к главному входу в клуб. Мы прошли через пустой холл, свернули в один из коридоров. С каждой секундой напряжение нарастало. Наконец «конвой» остановились у кабинета Блэквиля. Я совершенно ничего не понимала. Перед нами открыли дверь, и мы шагнули внутрь. В комнате находились несколько мужчин. Их мундиры отличались от тех, что были на наших сопровождающих. Расшитые золотом, со множеством орденов и знаков отличия, они явно принадлежали высокопоставленным офицерам или чиновникам. Среди серьёзных холодных лиц я вдруг заметила одно знакомое. Лорд… Эверс? Я видела его на острове Сантор, когда он прибыл с подкреплением вместе с Адрианом и Феликсом.

Дверь за нашими спинами захлопнулась.

Лорд Эверс подошёл к нам и добродушно произнёс:

– Добрый день, дамы. Прошу вас, присаживайтесь.

Нам ничего не оставалось делать, как выполнить просьбу. Эверс подождал, пока мы усядемся, и продолжил:

– Мы пригласили вас сюда, чтобы поздравить.

– С чем? – одновременно вырвалось у нас обеих, и мужчина засмеялся.

– С тем, что отныне вы являетесь полноправными гражданами Талассии, обладающими всеми правами и привилегиями, положенными рождённым на этой земле, – продолжая улыбаться, сказал лорд Эверс.

Мои глаза округлились, а Броня шумно выдохнула. Это было настолько неожиданно, настолько невероятно!

– Вы проявили себя как истинные героини, – взгляд мужчины стал серьёзнее, и он продолжил: – показав несгибаемую смелость и благородство духа. Благодаря вашей неоценимой помощи было раскрыто гнуснейшее злодеяние, затронувшее самые основы нашего общества. Корона, по достоинству оценив ваши заслуги, решила наградить вас этим высоким статусом.

С этими словами Эверс подошёл столу и взял две небольшие книжечки. С лёгким поклоном он протянул их нам. Это были настоящие роскошные паспорта с золотым тиснением герба Талассии на обложке!

Пока мы изумлённо рассматривали свои новые документы, лорд Эверс добавил:

– Ах да... Я позволил себе небольшую вольность и без вашего ведома соединил вас браком с лордами Деморами. Надеюсь, я буду приглашен на двойное венчание?