Текст книги "Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола (СИ)"

Автор книги: Анна Лерн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 35 страниц)

Глава 43

Я прильнула к двери так близко, что могла ощущать щекой шершавость старого дерева. Мне не терпелось услышать ответ Бертрана Вэйла. Примет ли он условия Демора?

Но из кабинета не доносилось ни звука. Это молчание могло означать, что молодой лорд Вэйл был либо в шоке, либо не знал, как справиться со страхом.

– Вижу, ты не горишь желанием сотрудничать, мой мальчик, – прозвучал голос главы Тайной Канцелярии. – Что ж, я не буду злым и дам тебе шанс подумать. До завтра. Надеюсь, ты примешь правильное решение.

Последние слова прозвучали как приговор, и я поняла, что разговор окончен. Демор не оставил Бертрану выбора, лишь дал отсрочку для принятия неизбежного. Нужно уходить. Отпрянув от двери, я нырнула за статую и прижалась к холодному камню. Буквально через минуту дверь кабинета с лёгким скрипом открылась, и появился лорд Демор. Его высокая и статная фигура казалась ещё более внушительной в полумраке коридора. Глава Тайной Канцелярии быстро направился обратно в сторону салона, где собрались остальные лорды, а я продолжала оставаться в своём укрытии.

Прошло довольно много времени, но Бертран Вэйл так и не вышел из кабинета. Видимо, молодой человек пытался осознать, с какой ужасной реальностью он столкнулся.

Но нужно было возвращаться, ведь моё долгое отсутствие могло вызвать подозрения. От адреналина слегка дрожали ноги, а ладони были влажными. Оставаться хладнокровной, как настоящие шпионы, у меня не получалось. Но информация, которую я узнала, была очень важной. Что, если «игрушки», которые закончили свои обязанности, тоже отправлялись на остров, где добывают хлопок? А что? Искать их точно никто не станет.

Я уже дошла до самой двери салона, но когда мои пальцы коснулись прохладной бронзовой ручки, за спиной раздался знакомый до дрожи голос:

– Антония, что ты здесь делаешь?

Моё сердце на секунду замерло, а затем забилось с удвоенной силой, отдавая глухим стуком в висках. Вот чёрт… Я медленно обернулась и увидела лорда Демора. Он стоял, прислонившись к широкому подоконнику, сложив на груди руки. Взгляд главы Тайной Канцелярии был острым, как лезвие.

– Я искала дамскую комнату, – произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и естественно. – И заблудилась в этих коридорах.

Губы Демора скривились в холодной улыбке. Он оттолкнулся от подоконника и приблизился ко мне. Коридор будто сжался вокруг нас двоих, превращаясь в ловушку. Я чувствовала, как кожа покрывается мурашками, но продолжала держать лицо. Глава Тайной Канцелярии медленно протянул ко мне руку, и длинные пальцы обхватили подбородок. Демор приподнял мою голову, заставляя смотреть прямо в его жутковатые проницательные глаза.

– Могу поспорить, Антония, – голос лорда понизился до бархатного шёпота. Его большой палец погладил мою кожу под подбородком. – Ты что-то скрываешь от меня.

– Нет, – ответила я, не отводя глаз. – Что мне скрывать от вас? Я всего лишь гостья в этом доме, и вполне естественно, что мне неизвестно расположение комнат.

Демор снова улыбнулся. Если можно назвать улыбкой хищный тонкий изгиб губ, который лишь подчеркивал его опасную натуру. Палец мужчины скользнул от моего подбородка вверх, мягко касаясь щеки, и это прикосновение было неожиданно нежным. Но затем рука главы Тайной Канцелярии медленно опустилась, обхватывая мою шею. Он не сдавливал её, а словно проверял на прочность. Это не было лаской, скорее предупреждением, скрытым за почти интимным жестом.

– Не шути со мной, Антония, – угрожающе прошептал Демор. – Я ведь могу сделать так, что…

Он не договорил. Его взгляд внезапно переместился куда-то поверх моей головы.

– Что здесь происходит? – услышала я спокойный голос, способный заморозить даже летний зной.

К нам подошёл лорд Блэквиль, и его рука легла на моё запястье. Он мягко подтолкнул меня себе за спину и оказался лицом к лицу с лордом Демором. В воздухе повисло ощутимое напряжение, словно два хищника готовились к схватке.

Улыбка исчезла с лица главы Тайной Канцелярии, уступив место холодной маске спокойствия, хотя по глазам было видно, что внутри него бушует шторм раздражения.

– Маленькое недоразумение, лорд Блэквиль. Я объяснял вашей «игрушке», что не стоит бродить по коридорам дома покойного лорда Вэйла. Кто знает, какие призраки обитают в тёмных углах.

– Спасибо за вашу заботу, – процедил мой покровитель. – Но смею вас уверить, Антония в полной безопасности под моей защитой.

– Как пожелаете, лорд Блэквиль, – кивнул Демор, и в его голосе прозвучало нечто похожее на вызов. – Надеюсь, вы столь же внимательны к тому, что происходит вокруг вас. Иначе можно пропустить много интересного.

С этими словами глава Тайной Канцелярии ещё раз окинул нас обоих пристальным взглядом и, развернувшись, неторопливо направился к салону.

Как только лорд Демор скрылся за дверью, Блэквиль резко повернулся ко мне.

– Он ничего не сделал тебе? – спросил он, вглядываясь в моё лицо.

– Нет… – покачала я головой. – Но мне кажется, Демор что-то заподозрил.

– Он встречался с Вэйлом?

Я кивнула.

– Поговорим об этом в другом месте, – тихо сказал хозяин клуба, а затем добавил: – А сейчас нам нужно вернуться к остальным.

Блэквиль больше не отпускал меня от себя, держа за руку. Его присутствие рядом успокаивало, но в то же время привлекало ещё больше внимания. Лорды с любопытством наблюдали за нами, и я старалась придерживаться роли.

В салон вернулся лорд Вэйл. Молодой человек присоединился к выпивающим виски мужчинам, но по лицу Бертрана было видно, как он напряжён. Интересно, хватит ли у него смелости противостоять Демору? Или парень сдастся под давлением?

Единственное, что я понимала: Бертран не знал о тайных делах своего отца. Для него это было неприятной неожиданностью.

Ну а глава Тайной Канцелярии постоянно бросал на меня изучающие взгляды. Я чувствовала их даже не глядя на него. Лорд Демор не верил мне. Но, как говорится: «Не пойман – не вор».

Блэквиль тоже заметил его пристальное внимание и в один из таких моментов вдруг наклонился ко мне. Его дыхание опалило мою кожу, а затем горячие губы легко коснулись шеи там, где из причёски выбились непослушные завитки. Это было настолько неожиданно, настолько дерзко, что у меня мгновенно задрожали ноги. Я постаралась остаться невозмутимой, но внутри всё перевернулось. Зато в глазах хозяина клуба вспыхнули искорки торжества, словно он выиграл какую-то невидимую партию.

Уже по дороге домой, в безопасности кареты, я рассказала Блэквилю о разговоре молодого Вэйла с лордом Демором. Он внимательно выслушал меня, а потом, тяжело вздохнув, откинулся на спинку сидения.

– Ну, что-то такое я и предполагал… Благодарю тебя, Антония. Это очень важная информация.

– Нужно что-то предпринять. На острове страдают люди… – начала было я, но хозяин клуба резко прервал меня:

– Это уже не твоё дело, Антония. Не вздумай лезть в него. Ты поняла?

Его глаза угрожающе вспыхнули в полумраке экипажа.

– Более чем, – ответила я, отворачиваясь к окну. Что ж, он мужчина. Ему и карты в руки. Единственное, что заботило меня, так это исчезновение Доротеи.

Когда карета остановилась у магазина, Блэквиль помог мне спуститься и провёл до самой двери.

– Позволь ещё раз поблагодарить тебя за помощь, – сказал он, беря мою руку и прикасаясь к ней губами. – До встречи, Антония.

– А как же… – я машинально прикоснулась к ожерелью из чёрных бриллиантов.

– Оставь себе. Это мой подарок, – усмехнулся Найджел и, развернувшись, направился к карете.

– Спасибо… – удивлённо хмыкнув, прошептала я. – Щедро, однако…

Броня встретила меня лавиной вопросов и, усадив на кухне, принялась выспрашивать все подробности.

– Как же я тоже хочу поучаствовать в тайных делишках! – расстроено воскликнула подруга, когда я закончила свой рассказ. – Повезло тебе!

– Ох, не знаю… – скептически произнесла я. – Демор не оставит меня в покое. Он ещё устроит нам неприятности. Я тебе точно говорю.

– Что он теперь сделает? Мы под защитой, – возразила Броня, а потом полезла в буфет. – У меня тоже хорошие новости. Вот!

Она развязала старый кошель и высыпала на стол деньги.

– Это ты заработала за сегодня? – я не могла поверить глазам. Денег было намного больше, чем в первый раз. Роллов, конечно, я тоже сделала больше, но у меня не было уверенности, что они все продадутся.

– Продала всё до последней крошки! – с гордостью заявила подруга. – Так что придётся увеличить объёмы! Я тоже хочу научиться делать суши! В две руки дело пойдёт быстрее!

С этим трудно было не согласиться.

На следующий день в порт мы отправились вдвоём. Купили рыбу, и я принялась учить Броню разделывать тушки.

– Главное не спешить. Здесь нужна не скорость, а точность, – я взяла небольшой острый нож, который специально подготовила для разделки рыбы, и взялась за лосось. – Сначала нужно аккуратно отрезать голову. Вот так, одним движением. Потом делаем надрез вдоль хребта… Смотри, нож должен идти ровно, чтобы не повредить филе. А потом осторожно, шаг за шагом, отделяем мясо от костей. Важно, чтобы не осталось ни одной косточки. Это не так просто, как кажется, но ты справишься.

Броня внимательно следила за каждым моим движением, а потом повторила за мной. Вышло довольно неуклюже. Но ведь и Москва не сразу строилась.

Глава 44

Утреннее солнце уже позолотило черепичные крыши Велуара, когда раздался настойчивый стук в дверь. Мы с Броней закончили с роллами и готовились складывать их в наш походный ящик.

– Кого это принесло так рано? – подруга нахмурилась. – Надеюсь, не очередные неприятности прибыли?

Вытерев руки о фартук, я подошла к двери и решительно открыла их. Мне уже надоело постоянно вздрагивать и бояться. Как говорится: от судьбы не уйдёшь. Хотя я предпочитала другую поговорку: «Не нам судьба судья, а мы судьбе хозяева.».

На пороге магазина стоял лакей в идеально выглаженной ливрее. Он поклонился мне и важно произнёс, протягивая большой конверт:

– Госпоже Антонии от лорда Блэквиля.

– Благодарю, – я взяла конверт. Ещё раз поклонившись, лакей ушёл.

Броня уже стояла рядом, с любопытством заглядывая через плечо.

– Что там? Ещё одно таинственное поручение?

– Сейчас посмотрим! – я нетерпеливо подцепила край плотной бумаги ногтем. Внутри лежал один единственный лист, исписанный изящным каллиграфическим почерком и заверенный печатью. Когда я поняла, что это, у меня вырвался радостный вопль:

– Бронька! Да это же разрешение на торговлю! Ура!

– Ура! – подхватила подруга, закружив меня по магазину. – Я же говорила! Я знала, что у нас всё получится!

Мы чуть не свернули антикварный столик и, испуганно захихикав, рухнули на софу. Сэр Рэджинальд, лежащий на ней, недовольно фыркнул и перебрался на прилавок, от греха подальше.

Я прижала документ к груди. Лорд Блэквиль сдержал своё обещание и сделал всё быстро! Это было так приятно, так обнадеживающе! Словно мир, который так часто казался враждебным и непонятным, вдруг хитро подмигнул, дав понять, что и для нас в нём есть место.

С новыми силами и в приподнятом настроении мы отправились на рынок. Сегодня в продаже будут только роллы. Броня пока ещё не знала, какие продукты требуются для остальной уличной еды, поэтому ничего вчера не купила. Но это было не страшно. Мы вполне можем заработать на «Филадельфии». Один день погоды не сделает.

Рынок кипел привычной суетой. По булыжной мостовой гремели повозки, торговцы зазывали покупателей, воздух был пропитан запахами свежей выпечки, специй и морского бриза. Мы миновали мясные ряды, прошли мимо лавок с фруктами и, завернув к своему торговому месту, замерли. Шок был настолько сильным, что, казалось, выбил весь воздух из лёгких. Наш лоток, который мы красили и приводили в порядок, печь, сложенная руками Броньки – всё было разгромлено в пыль . Не просто сломано, а именно уничтожено . От дерева остались лишь мельчайшие щепки, а кирпичи были даже не обломками, а грудой красного крошева, будто по ним проехался тяжёлый каток.

Я почувствовала, как внутри всё сжимается от жгучей обиды и бессильной ярости, но тут же одёрнула себя, вдыхая прохладный утренний воздух.

«Так. Только без паники и истерик.».

Побледневшая Броня стояла рядом, сжав кулаки.

– Это не местная шпана, – вдруг медленно сказала она, пиная уцелевший бумажный фонарик. – Криминал бы не полез к нам. Все уже знают, кто мне покровительствует. Нет, это что-то совсем другое.

Мой взгляд скользнул по груде мусора. Среди щепок и кирпичной крошки я вдруг заметила аккуратно сложенный и придавленный осколком кирпича лист бумаги. Сердце взволнованно ёкнуло. Присев, я подняла его и осторожно развернула.

" Если торговое место будет восстановлено, его постигнет та же участь. Ваши начинания здесь нежелательны и будут пресечены . ».

Я перечитала записку дважды, затем протянула её Броне. Да, подозрения подруги оказались верны. Это было не просто предупреждение, а демонстрация силы. Угроза нашему существованию в Велуаре в качестве самостоятельных женщин.

Пока мы стояли, пытаясь осознать масштаб произошедшего, к нам начали подходить торговцы соседних лотков. Их лица выражали искреннее сочувствие.

– Девочки, да что ж это такое?! – воскликнула пожилая женщина, торгующая овощами. – Кто же посмел такое учинить? Никогда такого на нашем рынке не бывало!

– Неужто хулиганы? – предположил мясник.

– Да какие хулиганы, – тут же возразил молочник. – Никто себе такого не позволит на территории Малыша!

Остальные принялись шумно обсуждать и предполагать, кто мог на это решиться. Лишь мясник участливо обратился к нам:

– Не горюйте, девочки! Поможем! И лоток восстановить, и печь сложить!

– Спасибо вам большое, – поблагодарила я этих неравнодушных людей. – Но пока мы не можем принять вашу помощь. Сначала нужно разобраться, кто это сделал. Иначе всё будет напрасно.

Ещё немного повозмущавшись, торговцы разошлись по своим прилавкам. А Броня неожиданно спокойно произнесла:

– Ладно, что уж тут поделаешь. Но мы же не для того готовили столько роллов, чтобы они испортились! Давай продадим то, с чем пришли!

Я поправила платок и стала выкладывать роллы в корзины. Подруга права. Отступать сейчас, когда у нас на руках товар, было бы глупо. Этот вызов мы должны принять.

Идя по торговым рядам, я чувствовала на себе сочувствующие взгляды. И мне хотелось расправить плечи, потому что не могла выносить чужую жалость. В какой-то момент я заметила, как Броня резко замедлила шаг. И, проследив за её взглядом, увидела ту самую троицу, что так нагло себя вела в первый наш день на рынке. Подруга направилась к ним, а я последовала за ней.

Увидев приближающуюся Броню, «приплюснутый» выпрямился и почтительно склонил голову.

– Мне нужно, чтобы вы кое-что передали Малышу, – спокойно сказала она. – Пусть он вечером зайдёт в антикварный магазин госпожи Пендлтон. Это очень важно и не терпит отлагательств.

– Будет сделано, госпожа! – подобострастно ответил «приплюснутый», после чего зыркнул на своих товарищей. – Чего стоите! Быстро к Малышу!

* * *

Лорд Блэквиль разбирался со счетами клуба, когда в кабинет заглянул Мэйсон.

– Ваша светлость, прибыл глава Тайной Канцелярии. И, кажется, он настроен крайне серьёзно.

Блэквиль отложил бумаги и устало взглянул на помощника:

– Принесла нелёгкая… Проводи его в кабинет, Мэйсон.

Феликс Демор вошёл в кабинет и, холодно поздоровавшись, сказал:

– Я пришёл поговорить о ваших отношениях с Антонией.

Блэквиль поднялся и, обойдя стол, опёрся на него, скрестив руки на груди.

– Отношения с Антонией – моё личное дело, лорд Демор.

– Возможно, – язвительно протянул глава Тайной Канцелярии. – Если они личные. Но когда речь идёт о фиктивном покровительстве, то это уже дело государственное, лорд Блэквиль.

Вы прекрасно знаете, что Тайная Канцелярия крайне неодобрительно относится к подобным махинациям. Они подрывают устои общества и приравниваются к мошенничеству.

Я не намерен закрывать на это глаза. Поэтому я хочу, чтобы вы доказали мне, что ваше покровительство истинно, а не является лишь ширмой для каких-то ваших… хм… сомнительных сделок.

– Какие доказательства вам нужны? – Найджел удивлённо приподнял брови.

– Итак… – на лице главы Тайной Канцелярии появилось выражение собственного превосходства. – Истинное покровительство всегда публично. Вы должны регулярно выводить игрушку в свет, представлять её своему кругу, влиятельным знакомым, даже вашей семье. Я ожидаю увидеть свидетельства вашего совместного присутствия на значимых светских событиях, где ваше покровительство будет неоспоримо, очевидно для всех. И, наконец, лорд Блэквиль, истинная связь требует постоянства. Я ожидаю, что игрушка будет неотъемлемой частью вашей повседневной жизни. Я могу по своему усмотрению запросить её присутствие на встречах или проверить, как часто вы проводите время вместе вне публичных мероприятий. Это не прихоть, а наблюдение за истинностью ваших отношений. В противном случае мне придётся инициировать официальное расследование по факту фиктивного покровительства, а это, поверьте, не принесёт вам ничего хорошего.

Блэквиль смотрел на Демора так, словно тот только что предложил ему полететь на Луну верхом на единороге. Брови хозяина клуба взлетели вверх, а затем он вдруг расхохотался.

– Вы сейчас серьезно? – выдавил он сквозь смех, который постепенно утих, сменяясь ледяной яростью. – Это какой-то бред, лорд Демор! Я не обязан перед вами отчитываться о своих отношениях, а уж тем более выставлять напоказ! И вы прекрасно знаете, что «правила», на которые вы ссылаетесь – это пережитки прошлого!

Лицо Феликса Демора не дрогнуло. Его губы изогнулись в тонкой презрительной усмешке.

– Вы можете считать это чем угодно, лорд Блэквиль, – процедил он сквозь зубы. – Но правила, установленные Канцелярией, обязательны к выполнению. И они не были отменены, лишь временно забыты. А теперь правила вновь актуальны. Выбирайте: либо вы исполняете их, либо Тайная Канцелярия начинает свое расследование.

Глава Тайной Канцелярии развернулся, чтобы уйти, но у самой двери остановился.

– И да, лорд Блэквиль, вот ещё что. Когда же мы увидим новых игрушек в Велуаре? Или вам не по силам дело дядюшки? – Демор чуть повернул голову, бросив на Найджела быстрый оценивающий взгляд. – Тогда, быть может, стоит передать его более компетентным людям? Всего доброго.

Глава 45

Домой мы вернулись после обеда, когда на город навалился тяжёлый летний зной. Весь товар был распродан, но радости от этого я не испытывала. Казалось, навалившимся на нас проблемам нет ни конца ни края.

Заперев двери, мы с Броней устало опустились на софу. В магазине было прохладно и тихо. Сэр Рэджинальд смотрел на нас внимательным взглядом, сидя на самом верху старинного серванта.

– Что будем делать? – я повернула голову к подруге, которая задумчиво жевала губу, глядя в потолок.

– Ничего. Для начала дождёмся Малыша, – ответила Броня. – Может, он поможет нам разобраться в произошедшем. Такие люди всегда всё знают.

– А что, если нам разнесли торговое место по приказу Демора? – предположила я. – Думаешь, Адриан сможет нам помочь? Выступит против своего брата? Который при всём при этом ещё и глава Тайной Канцелярии.

– Н, вот вечером и узнаем, – вздохнула Броня, осматривая помещение. – Всё равно от нас мало что зависит. Будем действовать по обстоятельствам. Боже… сколько же здесь пыли…

Мы замолчали, и снова воцарилась тишина, прерываемая лишь приглушённым грохотом экипажей за окном. Я тоже огляделась. Магазин госпожи Доротеи в последнее время действительно выглядел заброшенным. После погрома мы расставили всё на свои места, но прилавок уже покрывал слой пыли. Да и полы не мешало бы вымыть…

– А знаешь, – я резко поднялась, – когда всё кажется безнадёжным, нужно просто начать с чего-то маленького. С того, что можешь контролировать. Например, с уборки.

– Почему нет? Мы ведь всё-таки женщины, – соглашаясь, кивнула подруга. – Нужно поддерживать чистоту.

Переодевшись, мы вооружились тряпками, вёдрами с водой, щётками и полиролью. Пока Бронька мыла окна, я занялась люстрой, после чего взялась натирать каждый завиток старинного прилавка. Где-то вдалеке загремел гром – предвестник скорой бури, и подруга плотно закрыла рамы, защёлкнув все шпингалеты. А буквально через несколько минут солнце скрылось за тучами, погружая магазин в полумрак. Мы зажгли свечи и продолжили уборку. Я отдраила каждую балясину на перилах, протёрла рамы на портретах, а Броня принялась наводить порядок в серванте, заставленном хрустальными бокалами.

– То-онь… – раздался её взволнованный голос. – Иди сюда…

– Что случилось? – я подошла ближе. – Ты чего?

– Мне кажется, я нашла тайник… – прошептала подруга, поворачиваясь ко мне. Её глаза возбуждённо горели. – Я случайно нажала на заднюю стенку и раздался щелчок… Посмотри сама!

Я подставила стул рядом с подругой и, взобравшись на него, заглянула на самую верхнюю полку. Между резными панелями, скрытый за вычурным орнаментом, был едва заметен тонкий шов.

– Ты права, там потайная дверца!

Броня притащила нож для вскрытия конвертов и, осторожно вставив его в щель, поддела одну панель. Она отъехала в сторону. Внутри тёмной ниши лежала небольшая папка и стопка пожелтевших конвертов. Едва дыша, подруга извлекла содержимое тайника, и мы уселись на софу, тут же забыв об уборке. Взяв из её рук папку, я развязала кожаные тесёмки и пробежала глазами по документам, лежащим в ней. Это был договор купли-продажи. Датированный много лет назад. И предмет договора...

– «...передача прав собственности Доротее Пендлтон на земельный участок и строение, расположенные на Лазоревом Острове...», – вслух прочла я.

Броня удивлённо взглянула на меня.

– Лазоревый Остров ? Что это ещё такое?

На одном из листов был набросан схематичный план местности. Небольшой клочок суши, окруженный водой, с крошечной точкой какого-то строения. Мы переглянулись. У госпожи Доротеи имелся собственный остров?! Это выглядело настолько невероятным, настолько не вписывалось в наше представление о ней, что казалось частью какого-то выдуманного романа. Нет, мы знали, что Доротея была особой загадочной и эксцентричной, но свой остров...

– А что, если Доротея там? – прошептала Бронька с большими глазами.

Вот тут и я задумалась. Всё складывалось в одну линию странных совпадений. А в них я не верила.

Наступил дождливый вечер. Мы закончили с уборкой и теперь пили кофе на кухне, сидя у горящего очага. Броня то и дело поглядывала на часы, потом переводила взгляд на залитое дождевыми струями окно и вздыхала.

– Где же младший Демор?! Сколько можно ждать?!

Малыш пришёл, когда стрелки часов показывали без двадцати десять. Сняв промокший плащ, Адриан ловко повесил его у огня и устроился за столом. Я обратила внимание на взгляд, который он бросил на Броню. В нём читалась неподдельная симпатия и едва уловимая теплота. Опальный лорд явно наслаждался её обществом.

– Погром на рынке устроили люди моего брата, – без всяких предисловий начал Адриан. – И должен вам сказать, что Феликс не отступится, если что-то задумал. Я могу поставить охрану, но брат найдёт законные основания прекратить торговлю.

– И что же нам делать?! – зло воскликнула Броня. – Неужели нет никакого выхода?!

– Дорогая, тебе не стоит переживать, – протянул Малыш, хитро улыбаясь. В его глазах вспыхнули весёлые огоньки. – Ты всегда можешь стать моей игрушкой: не фиктивно, а вполне законно.

Броня насупилась и отвернулась, а он рассмеялся. Похоже, Адриану нравилось дразнить её.

– Но мы можем обвести Феликса вокруг пальца.

– Как?! – подруга тут же развернулась на стуле и уставилась на Малыша.

– В Велуаре есть квартал, который называется Вольный Двор. Формально он принадлежит городу, но по старой хартии, выданной ещё прадедом короля, квартал имеет особый статус. Это своего рода беспошлинная зона, где большинство законов, касающихся торговли, не действуют. И Феликс не сможет там ничего сделать. Его метод – давить через официальные каналы, а там они не работают так, как ему хотелось бы. Если брат попытается устроить погром или прислать своих людей, он нарушит не только неофициальные правила Вольного Двора, но и старую хартию. А это вызовет вопросы уже у очень влиятельных фигур, которые не хотят нарушений такого порядка, – с той же хитрой усмешкой произнёс Адриан. В его словах была уверенность человека, который идеально знает теневой мир и его правила.

– Но если там не действуют законы, то как мы сможем работать? – я немного не понимала выгоды этого опасного предприятия.

– Конечно, в Вольном Дворе есть свои сложности. Но там вы сможете работать спокойно, без опасений. – Малыш подмигнул Броне. – Дело в том, что этот квартал, хоть и кажется неприкосновенным, на самом деле тоже был в беде. Его старые покровители, те самые влиятельные семьи, что веками держали власть, оказались в очень стеснённых обстоятельствах. Из-за долгов появилась угроза, что их собственные кредиторы или алчные дельцы извне разорвут квартал на куски, разрушив его уникальный статус. Я выкупил долги, а взамен мне передали право на управление . Вольный Двор в каком-то смысле мой. Без лишнего шума и официальных сделок. У меня там есть свободное помещение.

Мы с Бронькой даже рты открыли от такого заявления. Вот тебе и младший Демор… Вот тебе и лорд-бандит…

– Какие вы дадите нам гарантии? – предложение Адриана было шикарным. Но бездумно принимать его я не собиралась. – Как мы можем быть уверены, что нас не вышвырнут из помещения?

– Ну, во-первых, я не подлец. А во-вторых, помещение будет официально записано на вас в Книге Гильдий Вольного Двора. Каждый, кто ведёт здесь дела, знает, что запись в этой Книге – незыблемое право владения. Если я попытаюсь вас выгнать, я нарушу не просто слово, а один из столпов местного порядка, – спокойно объяснил Малыш. – Итак, вот в чём наша сделка. Чем успешнее будет ваше дело, чем больше клиентов вы привлечёте, тем лучше для всего квартала. Мы все заработаем деньги. Ваша еда необычная, вкусная, и на неё будет спрос. На такие вещи у меня интуиция.

– Я считаю, нужно рискнуть! – Броня не могла усидеть на месте. Она бросилась к буфету и достала саке. – Скрепим, так сказать, сделку?

* * *

Летний ливень шумел по крыше экипажа, но внутри было сухо и уютно. Леди Элиара устало откинулась на мягкие подушки и потянулась к зеркальцу, лежащему рядом. Взглянув на своё отражение, женщина довольно улыбнулась. Эти пять лет никак не отразились на её внешности.

– Лили, сколько можно возиться с этим окном?! – раздраженно произнесла леди Элиара, обращаясь к своей горничной, которая пыталась закрыть распахнувшуюся створку. – Мне надоела твоя неуклюжесть!

Женщина достала из ридикюля небольшой, искусно выполненный медальон из потемневшего серебра. Лёгким движением она открыла его и провела пальцем по двум миниатюрам. Найджел… Холодный, проницательный взгляд аристократа, безупречная осанка… Он был воплощением того, чего ждала от её замужества семья: статуса, влияния, безупречной репутации. Элиаре нравилось ощущение его заинтересованности, его серьезность, которую она так любила испытывать на прочность… Взгляд женщины переместился на второй портрет. Адриан… Глаза Демора горели совсем другим огнём: опасным, необузданным, но таким притягательным. С ним Элиара чувствовала себя по-настоящему живой, свободной от всех этих банальных условностей и светских игр. Адриан заставлял её сердце биться быстрее. Он смотрел на неё, как будто в мире больше не было других женщин.

Элиара получала удовольствие от этой страстной игры, но она так и не смогла выбрать. Ей хотелось всего: и статуса Блэквиля, и огня Адриана. Капризная натура требовала внимания обоих. Леди Элиара закрыла глаза, чувствуя, как сильно бьётся сердце. Стыд, ярость, гнев отца – всё это обрушилось на неё в один момент. Барон настаивал, чтобы Блэквиль женился на Элиаре. Но Найджел отказался, и в его ледяном взгляде она видела не столько разочарование, сколько презрение. Чистокровный аристократ не мог принять женщину, которая запятнала себя отношениями с двумя мужчинами. Гордость Блэквиля была задета. И тогда отец выдал Элиару замуж за старого графа фон Штернберга, чтобы замять скандал. Пять лет вдали от Велуара, в браке, который был для неё тюрьмой.

Смерть мужа принесла долгожданную свободу. И вот Элиара фон Штернберг снова здесь, в городе, который хранит столько её тайн. Душа женщины трепетала в предвкушении. Что они скажут? Что почувствуют, увидев её? Она любила их обоих. По-своему, но любила…