Текст книги "Сияющая грань (ЛП)"

Автор книги: Алисса Виллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 27 страниц)

– Я был бы признателен, если бы ты убрал телефон, Кори.

Кори поднимает взгляд на отца, который сидит напротив него за столом.

– Ты смотришь в свой iPad.

– Я читал, а не переписывался. Переписываться в присутствии компании невежливо.

Кори почти говорит, что они не «компания», они семья. Но зачем беспокоиться? Отец Кори видит в нём только вложение, а не своего ребёнка. Кори даже не разрешают обедать с ним без рубашки на пуговицах.

Уоррен приносит огромную тарелку курицы, обжаренной на сковороде и плавающей в масле с вялеными помидорами. Кори касается кулаком его кулака, когда он проходит мимо.

– Спасибо.

– Итак, – говорит его отец, не поднимая глаз от статьи, которую читает, – как дела с Дилан?

– Нормально. Как обычно.

– Что-то, о чём нам следует знать?

Кори приходится сдерживаться, чтобы не закатить глаза. Баррионы относятся к романтическим чувствам больше как к медицинской проблеме, чем к сложной, загадочной и пугающей вещи, которой Кори всегда их представлял.

– Если бы была проблема, ты бы уже о ней знал.

– Мы не можем быть слишком не осторожными. Особенно учитывая ситуацию с Анитой Эмберли.

«Ситуацию». Будто неизбежная смерть миссис Эмберли – это казус, который можно замести под ковёр. Пренебрежение портит настроение Кори, и он говорит:

– Я бы никогда так не поступил с кем-то.

Его намёк очевиден: «Не так, как ты».

Джеймс барабанит пальцами по столу. Кори начинает потеть, и прежде чем он успевает осознать, он ищет способ сгладить ситуацию. Но тему меняет его отец.

– Я искал возможности для стажировки на следующее лето. У меня есть связи в Чикаго и Атланте, так что я организовал для тебя ознакомительные собеседования.

– На следующее лето? Но я собираюсь в Камерун, к семье мамы.

Джеймс одаривает его понимающим взглядом.

– Тебе нужно думать о своём будущем, Кори.

– Только об этом я и думаю.

Джеймс снова начинает листать iPad.

– Камерун не в приоритете. Ты увидишь бабушку с дедушкой, когда они прилетят сюда на Рождество.

Кори не привык спорить с отцом, потому что всегда проигрывает. Джеймс зарабатывает на жизнь спорами с людьми, будь то инвестиции, слияния или «оптимизация штата». Но в этот раз Кори не может остановиться.

– Мама хотела, чтобы я провёл время в Камеруне. Ты ей обещал, да?

iPad падает на стол, и рука Джеймса сжимается в кулак.

– Ты правда думаешь, что я забыл?

– Нет, но это место – часть меня, и я почти не бываю…

– Если бы твоя мать была здесь, чтобы отвезти тебя, я бы не возражал. Но её нет.

Тишина, повисшая после этих слов, болезненна. Уоррен снова появляется с подносом, на котором вода и кофе, но как только он ставит стаканы, Джеймс встаёт, засовывая iPad под мышку.

– Уоррен, мне нужно выехать в аэропорт.

Уоррен смотрит на нетронутую еду Джеймса, но не спорит.

– Я вернусь в следующие выходные, – говорит Джеймс, даже не взглянув на Кори, выходя из комнаты. Уоррен на мгновение кладёт руку на плечо Кори, прежде чем последовать за ним.

Кори пытается поесть, но во рту пересохло, и он едва может глотать. У него возникает странное желание написать в чат Книжного клуба «Уютный детектив», чтобы отвлечься. Он уже написал несколько строк для заклинания разрушения, которые Алонсо неохотно назвал «достаточно хорошими». Возможно, Кори стоит вызваться подменить Алонсо в кафе сегодня. Так он сможет увидеть, как дела у Пенни после того, что они пережили в Эмпориуме «Второй Мир».

Но Алонсо никогда не согласится поменяться сменами. И, честно говоря, Кори не стоит вторгаться в личное пространство Пенни. Они едва ли друзья. Их просто связывает общая травма.

Эта мысль отправляет Кори в дальний угол библиотеки, где стоит бар с алкоголем отца. Он наливает себе стакан виски и делает большой глоток. Жидкость обжигает горло и делает мир размытым по краям. Он благодарно вздыхает, падая в кресло и глядя в потолок.

Любил ли отец Кори свою маму? Тот факт, что она мертва, – достаточное доказательство, но Кори трудно представить, что его отец вообще кого-то любит. Он помнит, как смотрел фильм, где отец главной героини не мог смотреть на неё, потому что она была похожа на его покойную мать. Поэтому ли Джеймс так обращается с Кори? Возможно, отец Кори видит в нём не сына; возможно, Кори – напоминание о том, что он потерял.

Кори прижимает стакан с виски ко лбу, и холод возвращает его в реальность. Ему нужно сосредоточиться на том, что он может контролировать. Он может попытаться разрушить это Проклятие с Пенни и Алонсо. Он может попытаться спасти миссис Эмберли. Он может сделать так, чтобы Пенни никогда не потеряла кого-то так, как потерял он. Чтобы ей никогда не пришлось жить с этим страхом и гневом.

Если Кори никогда ничего не достигнет в жизни, помощь Пенни Эмберли в разрушении этого Проклятия станет достаточным. Возможно, тогда его отец увидит в нём нечто большее, чем вложение.

– Эй.

Кори вздрагивает. Джулиан стоит в дверях, нахмурившись.

– Можно присесть? – спрашивает Джулиан.

– Конечно.

Джулиан опускается в кресло, положив лодыжку на колено.

– Дай угадаю. Ты обедал с отцом?

Кори почти смеётся.

– Я настолько предсказуем?

– Я знаю тебя всю твою жизнь, помнишь? – Ухмылка Джулиана исчезает. – Ты в порядке?

– Я всегда в порядке.

Джулиан трёт подбородок. Сегодня тени под его глазами особенно заметны.

– Я понимаю, почему твой отец такой замкнутый. Заботиться о семье и компании непросто.

– Я не уверен, что дело в этом, – говорит Кори. – Постоянная работа даёт ему повод держать нас на расстоянии.

– Возможно, поэтому я так этого хочу. Чтобы меня оставили в покое. – Джулиан пытается шутить, но его слова звучат напряжённо.

– Как дедушка? – спрашивает Кори.

– Нормально, наверное.

– Видишь? – говорит Кори, покачивая напиток. – Я же говорил, он переживёт это.

– Что-то кажется неправильным.

– Ты параноик. Дедушка знает, что делает.

Новый голос доносится из дверного проёма.

– Ну надо же. Я пришёл как раз вовремя, чтобы вы сделали мне комплимент.

Кори садится, а затем вспоминает, что держит стакан с виски.

– Дедушка, я… это…

Чарльз Баррион смеётся. Медленно он входит в библиотеку, его трость мягко постукивает по деревянному полу. Между его тонких пальцев едва видна рукоятка трости – резная голова ястреба.

– Хотите верьте, хотите нет, но в вашем возрасте я тоже тайком проникал в коллекцию бурбона моего отца. Ваш секрет в безопасности. Вообще-то… – Дедушка смотрит на Джулиана. – Не помешало бы выпить.

Джулиан встаёт, указывая на своё кресло.

– Старый модный со льдом?

– Да, спасибо. – Он медленно, осторожно садится в кресло Джулиана, бережно относясь к коленям. – Я рад, что вы оба здесь. Хочу кое-что обсудить.

Джулиан чистит апельсин.

– Это касается моего отчёта за второй квартал? Я отправил его вам сегодня утром, но у меня был вопрос по нашим обязательствам…

– Боюсь, я его не смотрел.

– Оу, – говорит Джулиан. – Всё нормально. Мы можем обсудить это завтра.

– Вообще-то, я не буду давать никаких комментариев.

Лоб Кори хмурится. Позади него Джулиан смешивал напиток, барная ложка звенела о стекло. Но при словах дедушки он останавливается.

– Почему? – говорит Джулиан.

– Потому что после некоторых обсуждений с отцом Кори мы решили, что будет более целесообразно обучать Кори на следующего генерального директора компании.

Звон стекла. У барной стойки Джулиан стоит с вытянутыми руками, будто всё ещё держит напиток. Но стакан разбит вдребезги, янтарная жидкость разлита по деревянному полу.

Кори замирает. Это недоразумение. Или, возможно, дедушка проверяет Джулиана, смотрит, как он справится с плохими новостями. Кори должен вмешаться, спасти Джулиана от самого себя, прежде чем он перереагирует.

– Дедушка, это… это смешно, но…

– Ты думаешь, я шучу? – Дедушка Чарльз не сдвинулся с места. Он расслабленно сидит в кресле, пальцы переплетены, на лице безмятежная улыбка. – Я никогда не шучу о том, что лучше для нашей семьи. У тебя есть навыки общения с людьми и аналитический ум, Кори. И я уверен, что Джулиан будет рядом на каждом шагу, помогая тебе. Он будет вводить тебя в курс дела. Не так ли, Джулиан?

Плечи Джулиана сгорблены, его лицо скрыто из виду.

– Как давно вы знали, что собираетесь это сделать?

– Я думал об этом несколько лет, но моё решение стало окончательным в ту ночь, когда мы узнали о той бедной женщине. Владелице кафе. – Чарльз цокает языком. – Такая трагедия. Но даже в такие моменты нам нужен кто-то уравновешенный. Кто-то, кто думает на шаг вперёд, кто не позволяет эмоциям взять над ним верх. – Чарльз тепло улыбается Кори. – Мы очень гордимся тобой, Кори. Мы думаем, ты отлично справишься.

– Но… – Кори теряет нить мысли. Что он вообще хочет сказать? Что Джулиан хочет этого больше всего на свете? Что дедушке стоило бы спросить Кори, хочет ли он этого? Что Кори держит эмоции под контролем только для того, чтобы его семья не делала поспешных выводов о том, что он громкий или злой, просто потому что он чернокожий?

«Тебе нужно думать о своём будущем, Кори».

Джеймс знал. Поэтому он отменил поездку Кори в Камерун. Кори должен был это предвидеть.

Дедушка поворачивает своё бесстрастное выражение лица к Джулиану.

– Это не личное, понимаешь. Это бизнес.

Джулиан издаёт звук, похожий на смех и всхлип одновременно. Даже не взглянув на Кори, он выбегает из комнаты.

– Джулиан! – говорит Кори, вскакивая на ноги и гонясь за ним.

Слишком поздно. Дверь в подвал захлопывается, слышен щелчок замка. Кори колотит по ней кулаком.

– Джулиан? Давай, открой. Мы всё уладим.

Тишина.

– Снова в кинозал, – говорит дедушка.

Кори подпрыгивает. Он даже не слышал, как дедушка подошёл к нему сзади.

– Я никогда не понимал, почему он так любит смотреть эти фильмы ужасов, – говорит Чарльз, глядя на дверь. – Разве в нашей жизни недостаточно страшно?

Горло Кори горит. Он не может плакать. Ему удаётся сдержаться, но он не может сдержать слов.

– Дедушка, при всём уважении, пожалуйста, передумайте.

Дедушка кладёт руку на плечо Кори.

– Я принял решение. Так будет лучше. Я знаю, какое-то время будет неловко, но вы с Джулианом семья. Вы справитесь.

Кори словно стоит на краю обрыва. Ужас парализует его, сужая мысли до одного чувства: выжить.

– Хорошо. Спасибо, – говорит Кори, слова горчат на языке.

Улыбка дедушки возвращается. Его трость снова стучит по полу, когда он проходит мимо.

– Я пришлю тебе по почте отчёт Джулиана. Тебе нужно будет его раскритиковать и прислать мне свои заметки к завтрашнему дню.

– Да, сэр.

Когда дедушка уходит, руки Кори не перестают дрожать. Хотя всё это не было его виной, он чувствует, что предал Джулиана. Ему хочется бить в дверь подвала, пока она не сломается. Ему хочется повернуть время вспять. Ему хочется, чтобы всё было как раньше.

Но он не может. Он не ведьма. И впервые он жалеет об этом.

Телефон Кори начинает вибрировать. Это неизвестный номер, и он почти сбрасывает вызов, пока не видит код города.

Блумингтон.

– Алло?

– Привет, Кори, это Милтон Пьер. Мы встречались вчера.

Во рту Кори пересохло.

– Да, конечно.

– Я звоню, потому что просмотрел наши записи и обнаружил, что в Айдлвуде был очень старый ковен, который давно не активен. Возможно, стоит проверить.

– Правда? Кто это?

– Фамилия была Барнхардт.

Барнхардт. Это тот ковен, который отдал Де Лука все их старые книги.

– Разве они не уехали из города сто лет назад?

– Я тоже так думал сначала. Но я провёл больше исследований, и похоже, что они вступили в брак с другой семьёй и сменили фамилию. Они всё ещё в Айдлвуде.

– Они сменили фамилию? На какую?

– Мэйберри.

У Кори сужается зрение.

– Кори? – говорит Милтон. – Ты здесь?

– Спасибо, Милтон, я… спасибо, что сделал это. – Кори вешает трубку, не дав Милтону попрощаться.

Мэйберри. Конечно, он знает эту фамилию. Он думал, что быть с Дилан – это способ защитить себя.

Он никогда не предполагал, что последние три года мог встречаться с ведьмой.

– Эй!

Пенни подпрыгивает, мгновенно просыпаясь. Она даже не заметила, что задремала. На больничной койке грудь мамы поднимается и опускается, аппараты издают уже привычный ритмичный писк.

– Глубоко вдохни, – говорит Наоми. Она стоит у входа в палату Аниты, сумочка висит на сгибе локтя. На ней сложный синий макияж глаз, значит, сегодня она записывала урок по макияжу.

– Привет, подводка, – говорит Пенни.

– Классно, да? – Наоми бросает сумочку на стойку. – Ты была в своих мыслях.

– Ага. Диссоциация помогает.

Наоми поднимает бутылку с водой.

– За это!

Пенни улыбается, беря маму за руку. Она приехала в больницу после своего судьбоносного приключения в библиотеке, голова шла кругом. Даже сейчас на её телефоне открыта фотография с микрофильма, и Пенни быстро блокирует экран.

Наоми поджимает губы.

– Ты не перезванивала мне.

– Что? – До неё доходит. – О, подожди. Ты звонила мне вчера.

– Три раза на этой неделе, если точнее.

Пенни стонет, закрывая лицо руками.

– Что со мной не так?

– Наверное, вся эта диссоциация. – Наоми говорит это в шутку, но в её голосе слышна обида.

Стыд разливается в груди Пенни.

– Прости.

Черты лица Наоми смягчаются.

– Вообще-то, сегодня утром мне звонил Рон. Сказал, что ты в последнее время сама не своя.

– Оу, – тихо говорит Пенни. Она и так домоседка в обычных условиях, и ей стало интересно, замечает ли крёстный, как мало она бывает дома.

– Он сказал, что ты как-то взвинчена и тебе нужно отвлечение. Итак! Мы едем в тот шикарный кинотеатр в Индианаполисе. Там специальный показ «Дрянных девчонок», и я знаю одного из барменов через сообщество визажистов. Он не спросит наши удостоверения.

Это как если бы Наоми укутала её в тёплое одеяло. У них было столько вечеров в кино, плечом к плечу, когда они смеялись, прикрывая рты. Это шанс забыть о Проклятии, забыть о странном фото, которое она обнаружила, хотя бы немного притупить тревогу Пенни.

– Звучит идеально.

На секунду кажется, что между ними снова всё хорошо. Они проводили время порознь, но они могут вернуть всё как было с помощью Реджины Джордж.

Улыбка Наоми гаснет.

– Мне это тоже нужно. Знаешь, мы с Кайлой…

Телефон Пенни вибрирует от сообщения.

– Ой, прости, секунду.

Это чат Книжного клуба «Уютный детектив».

18 ИЮЛЯ, 15:22

Кори Баррион

Можем встретиться?

Алонсо Де Лука

зачем

Пенни Эмберли

Ты в порядке?

Кори Баррион

Милтон звонил. В Айдлвуде всё ещё есть другой ковен.

Алонсо Де Лука

ЧТО

кто??

Кори Баррион

Это тот же ковен, о котором вы говорили. Тот, который отдал вам все книги.

Алонсо Де Лука

подожди, ты имеешь в виду барнхардтов?? они исчезли лет сто назад.

Кори Баррион

Их потомки всё ещё здесь.

Пенни Эмберли

Значит, мы их знаем?

Алонсо Де Лука

поэтому ты хочешь встретиться, да?

мы их знаем, и ты в панике.

кори? ты плачешь?

Кори Баррион

Это Мэйберри.

– Пенни? Что случилось?

В Айдлвуде есть другие ведьмы. И одна из них – Дилан Мэйберри.

Парни всё ещё переписываются. Они собираются встретиться в IHOP. Пенни быстро хватает сумочку.

– Ней, прости, но мне нужно идти. Мы можем перенести поход в кино? – Она уже на полпути к двери, когда видит лицо Наоми. Она смотрит на Пенни так, будто та внезапно стала незнакомкой.

– Куда ты идёшь? – говорит Наоми.

Телефон Пенни снова вибрирует, но она не позволяет себе смотреть на него. Это её лучшая подруга. Уйти от неё сейчас – всё равно что перерезать что-то жизненно важное между ними.

Но это правильно. Пенни нужно держать Наоми на расстоянии, пока всё не закончится. Этот странный мир магии, проклятий и ведьм прячется внутри их собственного, и он опасен. Слишком много неизвестных – а что, если Наоми пострадает, как мама Пенни?

Этого не может случиться. Пенни не будет рисковать.

– Обещаю, я всё объясню, как только смогу, – говорит Пенни. – Просто… это очень личное.

Лицо Наоми становится непроницаемым.

Это было неправильно. С каких пор у Пенни есть что-то «слишком личное», чтобы не делиться с лучшей подругой? Пенни лихорадочно ищет способ объяснить ситуацию, ничего не объясняя. Но Наоми не даёт ей шанса. Она только кивает и говорит:

– Ладно. Наверное, я останусь здесь.

– Ты не пойдёшь в кино? Можешь позвать Кайлу.

– Не сегодня. – Она начинает печатать, избегая взгляда Пенни.

– Я скоро увижу тебя? – говорит Пенни.

Наоми не отвечает.

Позже, когда она едет в IHOP, мысли Пенни несутся вскачь.

Я расскажу Наоми всё, как только это закончится, – обещает она себе. Она поймёт. Она будет так рада, что я не впутала её в это. Я знаю, что это правильно.

Но это не кажется правильным. Каждая миля, которую проезжает Пенни, создаёт ещё один океан между ней и Наоми – и между Пенни и её старой жизнью.

– Мне очень не хочется в это верить, – говорит Алонсо, заталкивая в рот половину блинчика.

В IHOP пусто. Они сидят в угловой кабинке, слушая, как вечернее небо собирает грозу. Алонсо – единственный, кто ест. Напротив него Пенни смотрит в свой стакан с водой. Кори практически не подаёт признаков жизни. Алонсо всё время смотрит на него, проверяя, моргает ли он.

– Вы двое тоже должны что-нибудь съесть. Нельзя бороться со злом на голодный желудок. – Алонсо заливает остатки своих шоколадных блинчиков вишнёвым сиропом.

Кори прижимает кулак ко рту.

– Меня стошнит, если я буду смотреть, как ты это ешь.

– Это обещание?

Пенни хватает стакан с водой обеими руками, но не пьёт.

– Может, Милтон ошибся.

– Он прислал мне свидетельство о браке, – говорит Кори, открывая сообщение и протягивая телефон Пенни.

Пенни увеличивает изображение и читает вслух:

– «Настоящим подтверждается, что Джон Эдвард Мэйберри и Саския Барнхардт вступили в законный брак». Почему твоя семья не знала об этом, Алонсо?

У Алонсо внезапно начинает бурлить в животе, и он отодвигает тарелку.

– Любой, кто вступает в брак с членом ковена, должен взять фамилию ковена. Поэтому у моего отца была фамилия Де Лука, пока он был женат на моей маме.

– Тогда почему Саския Барнхардт сменила фамилию?

– Вероятно, потому что не хотела, чтобы её знали или помнили как ведьму. Зачем ещё ей было оставлять все свои книги заклинаний моим предкам? – Алонсо качает головой. – Может, мои предки знали, но история затерялась за поколениями. Это ведь случилось очень давно.

Пенни закусывает губу.

– Ты говорил, что многие ковены исчезают. Эта женщина, Саския… возможно, она хотела начать всё заново. – Она смотрит на Кори. – Думаешь, Дилан знает?

– Нет, – говорит Кори. – Это не то, что Дилан стала бы скрывать.

– Да, она бы уже сама кого-нибудь прокляла, – говорит Алонсо.

– Это не смешно.

– Я и не пытался шутить. Зачем сливать чьи-то обнажённые фото, если можно заставить их кожу слезть? – Алонсо не может удержаться; он тихо смеётся. – Как ты это делаешь, чувак?

– Алонсо, – предупреждает Пенни.

– Да ладно, тебе же интересно.

– Я представляю свою мёртвую мать, – говорит Кори.

Смех Алонсо застревает у него в горле. Он возвращается к своим блинчикам, избегая взгляда Пенни.

Они замолкают, глядя, как грозовые тучи темнеют на небе. Несколько капель дождя стекают по стеклу.

– Наверное, нам стоит проверить, что мы сможем узнать, – говорит Пенни.

– Что именно? – говорит Кори.

– Ну, были ли у Мэйберри причины проклинать твою семью?

Вопрос прямой, и глаза Кори внезапно становятся пустыми. Впрочем, трудно сочувствовать парню. В конце концов, это фальшивые отношения.

С другой стороны, если бы Алонсо был на месте Кори, Пенни была бы в прицеле Проклятия. Этой мысли достаточно, чтобы лишить его сна. Алонсо не уважает Кори за то, что он с Дилан, но почти понимает это.

– Есть одна вещь, которая может быть связана, наверное, – говорит Кори.

Алонсо останавливается с очередным куском блинчика на полпути ко рту.

– Земля, на которой стоит наш завод… раньше она принадлежала прадедушке и прабабушке Дилан. Это была их ферма. Моя семья заплатила им кучу денег за неё, так что мы не украли её, но это единственная связь, которая приходит мне в голову.

– Кроме того, что здесь не только это, – говорит Алонсо. – Твоя семейная компания изменила весь этот город. Вы скупили больше половины земли. Почти не осталось частных ферм. Ты не думаешь, что некоторые люди могут затаить обиду на это?

– Этого недостаточно, чтобы оправдать Проклятие, да? – говорит Пенни.

Алонсо поднимает бровь.

– Люди творили и не такое за меньшее.

Дождь пошёл всерьёз, на окне образуется туман.

– Зачем Дилан встречаться со мной? – говорит Кори. – Если бы она знала о Проклятии, это не имело бы смысла. Она бы знала, что может пострадать.

– Справедливо, – признаёт Алонсо, – но нам стоит убедиться.

– Как? – осторожно спрашивает Пенни.

Алонсо пытается сбавить свой энтузиазм. Его план гениален, но, к сожалению, он разговаривает с двумя законопослушными гражданами. Это потребует некоторых убеждений. Он подаётся вперёд, стараясь излучать уверенность.

– Помнишь ту книгу, которую мы нашли, когда обыскивали мой подвал? «Свет»?

Пенни задумчиво смотрит.

– Это была ещё одна книга заклинаний. Она была связана с раскрытием чего-то, да? – Её рот открывается. – Подожди. Нет.

– Да, – говорит Алонсо.

– Что? – спрашивает Кори.

Пенни не отрывает взгляда от Алонсо, что ему не нравится. Глядя на неё, он теряет нить мысли.

– В той книге было заклинание сыворотки правды, – говорит Пенни.

Кори таращится на Алонсо.

– Ты не будешь использовать магию на моей девушке.

Алонсо скрещивает руки.

– Не используй свой страшный голос на мне, Баррион. И в любом случае, она твоя фальшивая девушка.

– Она всё равно человек, – говорит Кори, поворачиваясь к Пенни. – Ты понимаешь, почему это неправильно. Я знаю, что понимаешь.

– Понимаю, – говорит Пенни, но в том, как она это говорит, слышна нотка неуверенности. Алонсо хватается за это, как за спасательный круг.

– Сыворотки правды безвредны. Мы получаем нужную информацию, и всё. Она ничего не вспомнит.

Пенни убирает прядь волос за ухо. На ней майка, и на груди веснушки. Алонсо отводит взгляд, глядя на остатки мокрых блинчиков.

– Кори, – говорит Пенни, – что, если есть что-то, чего мы не знаем? Что, если это была её семья?

– Нет.

Алонсо барабанит пальцами по столу.

– Я сказал нет.

Пенни прочищает горло.

– Есть ещё кое-что, что вы оба должны знать. То, что я нашла.

– Что? – говорит Алонсо, но он замолкает, когда замечает, что кто-то входит в IHOP. Человек со светлыми волосами, в неоново-розовом платье. Человек, который сверлит их столик взглядом.

– Ой-ой, – говорит Алонсо.

Пенни оборачивается, но, увидев Дилан, быстро поворачивается обратно и вжимается в сиденье. Тем временем Кори встаёт, натягивая на лицо правдоподобную улыбку. Сказываются годы практики.

– Дилан, – зовёт Кори. – Сюда.

Дилан идёт к ним, черты её лица суровы, когда она оглядывает каждого из них. Её взгляд дольше всего задерживается на Пенни, и Пенни пытается улыбнуться, но плохо скрывает панику.

– Что ты здесь делаешь? – говорит Кори.

– Ты не берёшь трубку, – говорит Дилан. – Я звонила тебе дважды. И писала.

Кори смотрит на свой телефон, лежащий на столе экраном вверх. Алонсо должен быть в восторге, что получил место в первом ряду на шоу Дилан и Кори, но ему почти жаль Кори. Что не значит, что он хочет оставаться. Судя по лицу Пенни, у неё та же мысль.

– Нам нужно идти, э-э… – начинает Пенни.

– Компостировать, – говорит Алонсо, быстро заталкивая последний кусок блинчика в рот, прежде чем встать.

– Общественные работы за последнее преступление? – спрашивает Дилан.

– Что-то вроде того, – бормочет Алонсо.

Дилан не двигается, когда Пенни пытается пройти мимо неё, заставляя Пенни прижаться к краю кабинки. Затем Алонсо хватает её за руку и практически вытаскивает из IHOP.

– Мне кажется, мы его бросили, – шепчет Пенни Алонсо, когда они направляются к двери.

– Она его проблема, – говорит Алонсо. Но он оглядывается, надеясь встретиться взглядом с Кори.

Кори не смотрит на него. Он уже разговаривает с Дилан. Как он собирается объяснять, почему тусовался с Алонсо и Пенни? Они не самая вероятная компания.

– Надеюсь, он хорошо умеет минимизировать ущерб, – бормочет Алонсо.