Текст книги "Сияющая грань (ЛП)"

Автор книги: Алисса Виллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 27 страниц)

Что-то случилось с генератором. Вот что сказала доктор Нуссбаум. Каким-то образом работники технического обслуживания это пропустили. Неделю назад, когда проводили проверку, он работал исправно.

Но в конкретном генераторе, который питает ту часть больницы, включающую палату 505, забился карбюратор. И когда больница потеряла электричество после того, как пьяный водитель повредил линию электропередач, топливо не смогло поступить в генератор – и аппарат ИВЛ Аниты остановился.

Это длилось менее тридцати секунд. У них были портативные батареи, и они как можно быстрее снова запустили оборудование. Монитор сердца Аниты показал, что в ней всё ещё есть жизнь, каким-то образом. И электричество в больнице вернулось через пять минут. Но это был близкий звонок, сказала доктор Нуссбаум. Случайность.

Рон продолжает задавать доктору Нуссбаум вопросы, но Пенни не утруждает себя этим, потому что это не имеет никакого отношения к персоналу больницы.

Это всегда выглядит как несчастный случай.

Пенни прислоняется головой к поручню кровати Аниты, сжимая в своей руке прохладную ладонь мамы. Рон стоит за Пенни, одна рука у неё на плече, другой он убирает волосы с лица Аниты и поправляет одеяло. Рядом с Пенни появляется миссис Салазар с девятилетними сёстрами-близнецами Наоми, Реджиной и Вики.

– Пенни, мы принесли чай, – говорит Реджина, протягивая дымящуюся чашку так быстро, что немного горячей воды проливается через край.

– Осторожнее! – говорит Вики, хмурясь так, что становится точной копией Наоми.

– Это была случайность!

Пенни улыбается и берёт чашку.

– Вы две лучшие. Спасибо.

– Вот, мистер Рон, – говорит Вики, протягивая ему ещё одну чашку.

– Спасибо, но я в порядке, дорогая, – говорит Рон, и его улыбка не достигает глаз.

Пенни касается плеча Вики и манит её поближе.

– Как насчёт того, чтобы отдать этот чай моему другу Алонсо? – шепчет она на ухо.

Вики краснеет и смотрит в сторону окна, где Алонсо сидит на подоконнике, возясь с бинтами, обмотанными вокруг его костяшек.

– Всё в порядке, – говорит Пенни. – Он очень милый.

– Он не выглядит милым, – говорит Вики.

Миссис Салазар ахает.

– Виктория Мария Салазар Менендес, мы так не говорим о людях.

Теперь Алонсо обратил на них внимание. Он кивает на чашку чая.

– Это мне?

Вики ахает. Пенни ободряюще сжимает её плечо, и она медленно идёт к нему, глядя в пол и протягивая чашку.

Алонсо берёт её.

– Зелёный чай – мой любимый. Спасибо, малышка. – Он взъерошивает её волосы. Вики бежит обратно к матери, пытаясь скрыть улыбку.

Дверь скрипит, и появляется Наоми.

– Я вернулась. И привела ещё посетителей.

Нотка замешательства в голосе Наоми заставляет Пенни поднять голову. Наоми отступает, пропуская Хелен Баррион войти первой.

Тётя Кори похожа на скелет. Её волосы в беспорядке, синяки под глазами ярко выражены. Она так сильно дрожит, что удивительно, как она вообще стоит.

– Хелен? – говорит Рон. – Что вы здесь делаете?

Хелен пытается ответить, но слова обрываются рыданиями. Она делает неуверенный шаг к ним, её взгляд сосредоточен на лице Аниты.

– Они недавно подружились, – шепчет Пенни Рону.

– Оу, – говорит Рон, его плечи расслабляются. – Я не знал.

– Вот, – говорит Пенни, отступая, чтобы Хелен могла сесть на её место.

– Спасибо, – говорит тётя Кори, и несколько слёз молча стекают по её лицу, когда она садится. Затем она замечает Алонсо, и её взгляд темнеет.

– Алонсо, можно тебя на секунду? – быстро говорит Пенни.

Он следует за ней в пустую палату по соседству, где сразу же направляется к окну. Пенни стоит в другом конце комнаты, глядя на него.

– Как Дилан? – спрашивает она.

– С ней всё в порядке, просто накурилась, – говорит Алонсо. – Я отвёз её домой, и она всё время спала. Не думаю, что она что-то запомнит.

– Это из-за водки или сыворотки правды?

Алонсо проводит рукой по лицу.

– И то и другое. Я не знаю, где кончается сыворотка правды и начинается алкоголь. – Он замолкает. – Я знаю, что облажался.

Пенни падает на пустую кровать, закрывая лицо руками.

– Мы получили ответы. Но это не те ответы, которые ты хотел.

Они замолкают. Через мгновение Алонсо говорит:

– Оберег слабеет.

Пенни поднимает голову, надеясь, что ослышалась.

– Что?

– В прошлый раз, когда мы были здесь, я видел его ауру. Но сегодня она едва заметна.

– Из-за Проклятия?

Алонсо кивает.

Мир сужается, пока Пенни едва видит то, что перед ней.

– Но мама Кори жила годами, когда носила Оберег. Почему он не работает как надо?

– Проклятие очень быстро истощает его силу. Оно атакует её всем, что имеет. Обереги могут перезаряжаться, когда их не носят, но мы не можем снять его по очевидным причинам.

– Полнолуние через полторы недели, – говорит Пенни. – Есть способ попробовать заклинание разрушения сегодня? Или даже завтра?

– Нет.

– Но что, если…

– Ты хочешь, чтобы я отныне действовал по правилам, да? Тогда мы ждём полнолуния, потому что тогда моя сила будет самой сильной. Я не позволю этой магии причинить тебе боль.

Пенни встаёт.

– Мне плевать на меня. Я хочу, чтобы моя мама была в порядке.

– А если Кори и я тоже умрём в процессе, это того стоит. Наверное, я заслужил это после того, что сделал с Дилан, да?

Он вкладывает слова в рот Пенни, и они горькие на вкус. Прежде чем Пенни успевает возразить, кто-то позади неё говорит:

– Что ты сделал с Дилан?

Кори стоит в двери пустой больничной палаты, переводя взгляд с одного на другую, его лицо напряжено.

– Ты здесь, – говорит Пенни, пытаясь разрядить обстановку.

Взгляд Кори падает на футболку Пенни. По его лицу пробегает странное выражение – то, которое Пенни не может прочитать. Она скрещивает руки на груди, как будто это может скрыть тот факт, что она в футболке Алонсо. Возможно, ей стоит сказать ему, зачем она ей понадобилась, но, прежде чем она успевает, Кори отводит от неё взгляд и сверлит Алонсо глазами.

– Я сказал тёте, что случилось, после того как ты написала, – говорит Кори. – Она была в истерике, когда услышала новости, и я предложил отвезти её сюда. Но ты собиралась рассказать нам, что вы сделали с моей девушкой.

Алонсо облизывает губы, но ничего не говорит. Возможно, он не может.

Но это не вина Алонсо. Не полностью. Пенни делает вдох и говорит:

– Я дала ей сыворотку правды.

Выражение лица Кори становится убийственным.

– Что значит, ты дала её ей?

– Алонсо сделал её. Я дала её ей. Ты должен злиться на нас обоих.

– Нет, – говорит Алонсо. – Пенни не хотела иметь с этим ничего общего…

– И всё равно сделала это, – резко обрывает Пенни, и Алонсо замолкает. Ей требуется вся оставшаяся сила, чтобы сказать: – Мэйберри – ведьмы, как и сказал Милтон. Но они не прокляли твою семью.

Кори молчит, переваривая всё это.

– Ты пошла за моей спиной.

– Ты бы никогда не заговорил с Дилан, – говорит Алонсо резким тоном. – Потому что если бы ты спросил её о том, что она ведьма, тебе пришлось бы рассказать ей о Проклятии, а если бы ты рассказал ей о Проклятии, она бы наконец узнала, что ты всё это время ей лгал. И недопустимо, чтобы кто-то, кроме меня, знал, какой ты эгоист.

– Я эгоист? – говорит Кори, повышая голос. – Я согласился на всё это, хотя у меня не было причин доверять ни одному твоему слову, и теперь вы доказали, что это было ошибкой. – Затем он поворачивается к Пенни, и осуждение в его обычно добрых глазах заставляет её хотеть сжаться. – Я правда не думал, что ты способна на такое с кем-то.

Алонсо делает шаг вперёд, и Пенни видит траекторию его кулака ещё до того, как он замахивается. Она хватает его за запястье и притягивает к себе, пока они не оказываются грудь к груди. Алонсо смотрит на неё сверху вниз, его тело трясётся от ярости. От него пахнет мятой и потом, будто он принёс влажность с собой внутрь.

– Отпусти, – говорит Алонсо.

Но Пенни не отпускает, и поэтому он не двигается. Она смотрит на Кори.

– Ты имеешь право злиться на меня, но ты должен знать, что с Дилан всё в порядке.

– Да, – говорит Кори. – Замечательно, что вы сделали всё это зря. Передай тёте, что я буду в машине.

– Кори, подожди, – говорит Пенни, потому что есть так много всего, что нужно им рассказать. О Тени, о Чарльзе и Джованни, о странных вещах, которые Элли сказала Пенни во сне или видении.

Но Кори уже уходит, и Пенни чувствует, как их хрупкая дружба исчезает.

30 ИЮЛЯ, 23:04

АЛОНСО ДЕ ЛУКА удалил ПЕННИ ЭМБЕРЛИ из чата.

Алонсо Де Лука

эй

кори

Кори Баррион

Зачем ты выгнал Пенни?

Алонсо Де Лука

потому что мне нужно поговорить с тобой, а я отказываюсь сохранять твой номер

ты уже поговорил с дилан?

Кори Баррион

Какое тебе дело?

Алонсо Де Лука

потому что я не единственный, кто сегодня натворил дел.

Кори Баррион

О чём ты говоришь?

Алонсо Де Лука

просто посмотри видео, которое она стримила.

Кори Баррион

Ты правда не скажешь мне почему?

Алонсо Де Лука

так проще, если ты посмотришь, ладно? и не говори пенни.

Алонсо Де Лука

и в следующий раз, когда решишь встречаться с кем-то вроде дилан, может, подумай о последствиях, потому что она тоже человек. какую бы гребаную игру ты с ней ни вёл, это ничем хорошим не кончится.

Кори Баррион

Не притворяйся, что понимаешь, каково это для меня. Я делаю всё, что могу.

Алонсо Де Лука

«делать всё, что могу» включает в себя проход по головам других людей?

Кори Баррион

Ты правда собираешься винить в этом меня? МЕНЯ?

Я закончил этот разговор.

Алонсо Де Лука

мне плевать. посмотри видео.

алло? ты посмотрел?

кори?

Кори действительно смотрит видео. Он смотрит его снова, и снова, и снова. Алонсо всё ещё пишет ему, но Кори не утруждает себя чтением его сообщений. Он не хочет, чтобы ему напоминали, что Алонсо прав.

«Дилан, ты пьяна!»

«Отпусти её!»

«Вот что случается со шлюхами, которые пытаются украсть моего парня».

Вот почему от Пенни пахло алкоголем – и почему на ней была футболка Алонсо. Когда он понял, что это футболка Алонсо, Кори так разволновался, что не мог даже смотреть на неё. Ему не должно быть дела, если они проводят время вместе без него. Но был тот вечер в больнице. Кори и Пенни не ложились до полуночи, смотря и пересматривая любимые серии «Старшей школы Амитивилля». Это был первый раз за недели, когда Кори смог расслабиться.

Поэтому когда Кори увидел Пенни в этой слишком большой футболке, это вызвало в нём что-то неожиданное. Это было тёмное желание держать её как можно дальше от Алонсо. Она не нуждалась в защите Кори, но на секунду ему было всё равно. И по мере того как разговор продолжался и он узнал, что сделали Пенни и Алонсо, эта ревность превратилась в гнев.

Но как только он смотрит видео, Кори забывает обо всём этом. Он не знает, сколько времени сидит, прокручивая его снова и снова, пытаясь осознать то, что видит. Его руки дрожат.

Пенни не рассказала ему об этом. Она стояла там и позволила Кори кричать на неё. Она позволила ему думать, что он прав.

Кори откидывается назад и с громким треском швыряет телефон в стену.

Это всё его вина. Он мог бы расстаться с Дилан или сказать, что они с Пенни просто друзья. Вместо этого он солгал Дилан, и теперь слишком поздно. У видео уже более десяти тысяч просмотров; к завтрашнему дню весь Айдлвуд увидит его.

Кори не может этого допустить.

Он почти не замечает поездку к дому Дилан. Он паркуется криво на подъездной дорожке и не удосуживается выключить фары. Машины её родителей нет, а на дорожке стоит незнакомый фургон. Кори не придаёт этому значения, пока после десяти минут стука в дверь её не открывает парень.

Это Ройс Монтэлбэн.

– Привет, – начинает Кори, а затем понимает, что на Ройсе нет рубашки.

– О, – говорит Ройс. – Это ты.

Нехорошее чувство заставляет Кори оглядеть парня с ног до головы.

– Что ты здесь делаешь?

Маленькая рука ложится на плечо Ройса.

– Иди спать, – раздаётся голос Дилан.

Слова заставляют Кори чувствовать себя вскрытым. Будто его внутренности внезапно видны.

Ройс бросает на Кори долгий взгляд, прежде чем исчезнуть в доме Дилан. После того как Ройс уходит, Кори говорит:

– Спать?

Дилан скрещивает руки на своей длинной ночной рубашке. Свет от машины Кори падает на её растрёпанные волосы, размазанную подводку. Она плакала.

– Что это? – спрашивает Кори тихим голосом.

Дилан пожимает плечами.

– На что похоже?

– Похоже, ты переспала с другим парнем.

Дилан смеётся.

– Это длится уже несколько недель, а ты только заметил? Поздравляю.

Кори сокращает расстояние между ними. Дилан не отступает. Она словно хочет его гнева, и хотя он знает это, Кори не может остановиться.

– Знаешь что? Спи с кем хочешь. Тогда они будут иметь дело с тобой.

– Но ты думаешь, я такая весёлая, – говорит Дилан, и её голос сочится сарказмом.

Кори хочется кричать.

– Что за человек делает то, что ты сделала с Пенни? Ты хоть представляешь, насколько тяжёлым было это лето для неё? – Он останавливается, прежде чем продолжать. – Зачем я вообще спрашиваю? Тебе плевать на всех, кроме себя.

Дилан улыбается, но её нижняя губа дрожит.

– Это неправда, и ты знаешь.

– Правда? Потому что между тем, что ты спишь с другим парнем, и тем, что ты сделала с девушкой, которая совершенно этого не заслужила…

– А почему нет? – говорит Дилан, и её глаза блестят от слёз.

– Мне даже не нужно тебе это объяснять, но, очевидно, ты всё своё время тратишь на то, чтобы сделать всех вокруг абсолютно несчастными.

Дилан фыркает.

– Боже, ты правда думаешь, что ты такой великий после всего, что сделал?

Кори теряет дар речи. Страх пронзает его – знает ли Дилан о Проклятии?

Она делает шаг вперёд, и Кори делает шаг назад.

– Ты же хороший парень, да? Все любят Кори Барриона, потому что он никогда не причинил бы людям боль так, как его злая девушка. Я делаю тебя святым. – Глаза Дилан сужаются. – Вероятно, это единственная причина, по которой ты держишь меня рядом. О, и ещё я слежу, чтобы у тебя был секс.

– Это неправда, – говорит Кори, глядя куда угодно, только не на лицо Дилан.

Но Дилан не отступает.

– Ты знаешь, о чём ты говоришь, когда напиваешься?

Кори поворачивается, чтобы идти к машине, но Дилан обегает его, преграждая путь к лестнице, руками опираясь на перила.

– Ты говоришь о своём дедушке, – говорит Дилан. – Ты говоришь, что он использует всех вокруг, включая тебя. У него есть представление о том, как люди должны видеть его и остальную твою семью, и он играет вами как пешками, чтобы никто со стороны не знал, насколько вы все испорчены и депрессивны.

– И что?

Дилан наклоняется, не моргая.

– Ты делаешь то же самое.

Кори скрежещет зубами.

– Уйди с дороги.

– Я не думаю, что твои друзья знают настоящего тебя, и я не думаю, что ты хочешь, чтобы они знали. Но ты позволил мне подойти слишком близко, Кори, и я вижу всё.

Горло Кори сжато, сердце колотится.

– Например? – говорит он, хотя не хочет знать ответ.

Дилан дарит ему злую, печальную улыбку. Она снова плачет, размазанная тушь течёт серыми ручейками по лицу.

– Например, то, как ты распускал слухи об Алонсо.

Гнев Кори уходит, сменяясь чем-то ярким и острым. Паникой.

– О чём ты говоришь?

– Это я рассказала тебе о том, что случилось на физкультуре, когда Эрик Лим сломал руку. Они столкнулись. Это была случайность.

– Нет, – говорит Кори. – Ты сказала мне, что это не так.

– Нет. Ты решил, что это не могла быть случайность. И когда футболисты обсуждали это на следующий день, ты сказал, что Алонсо хотел сломать Эрику руку. Внезапно вся школа говорила об этом, будто Алонсо напал на него. Это было из-за тебя.

Руки Кори были сжаты в кулаки, но теперь они безвольно висят по бокам. Дилан лжёт, чтобы вывести его из себя. Он помнит, как она сказала, что Алонсо был… он был…

– Я видела, как ты начинал с ним драки, – говорит Дилан. – Но каким-то образом виноватым всегда оказывался Алонсо, и я не уверена, что он это заслуживает. – Она подходит ближе к Кори, поворачивая лицо так, чтобы он должен был встретиться с ней взглядом. – Сколько слухов об Алонсо исходило от тебя? Драки, заклинания, вражда между вашими семьями, что из этого правда?

– Конечно, правда, – говорит Кори, но Дилан продолжает:

– Как сильно ты старался разрушить его жизнь, так же как я разрушаю жизнь Пенни? – Дилан смеётся. – Может, мы действительно созданы друг для друга.

Кори стоит нетвёрдо. Он пришёл сюда, чтобы поставить Дилан на место, сказать ей держаться подальше от Пенни. Чтобы она знала, что он никогда не стал бы делать то, что сделала Дилан.

Но он делал. Он уже солгал о чувствах Пенни к нему, чтобы Дилан отстала, и даже не задумался об этом. Он знал, что Пенни может пострадать, но если это означало спасти себя, он был готов на это.

Это действительно вина Кори.

– Ты всегда говоришь, что Алонсо такой опасный, – говорит Дилан. – Но я думаю, ты хочешь в это верить.

– Я не такой, как мой дедушка, – бормочет Кори, проводя руками по волосам. – Я не такой. И ты многого не понимаешь в семье Алонсо.

Дилан вскидывает руки.

– Может, я бы поняла, если бы ты открылся мне! Но каждый раз, когда ты смотришь на меня, это… это как будто ты смотришь сквозь меня. Будто я просто место для заполнения.

– Поэтому ты переспала с другим? – насмехается Кори. – Чтобы привлечь моё внимание?

Дилан дарит ему горькую улыбку.

– Это сработало?

Она выглядит измученной. Отчаянной. Разбитой. Был ли Алонсо прав, когда сказал, что Кори проходит по головам людей? Сделал ли он это с ней?

– Тебе нужно удалить это видео, – с трудом говорит Кори. – Сейчас.

Лицо Дилан бесстрастно. Но через мгновение она достаёт телефон и открывает свою ленту. Он смотрит, как она удаляет видео, и должен был бы почувствовать облегчение, но не может. Он онемел.

– Мне следовало сказать Пенни, что ты за человек, – говорит Дилан. – Она тратит на тебя время зря.

Слова почти вырывают правду из уст Кори, но Дилан видит это на его лице, прежде чем он успевает произнести хоть слово.

– О боже. Это тоже была ложь?

Каким-то образом Кори спускается по лестнице.

– Ты бы никогда не приехал к кому-то домой посреди ночи, чтобы защитить меня, – кричит Дилан ему вслед. – Значит, ты действительно хочешь её, да? Пенни настолько особенная?

Неважно, что Кори думает о Пенни. Он не заслуживает её. Он не заслуживает даже Дилан.

Голова раскалывается, готовая расколоться. Он садится в машину. Заводит её. Уезжает, оставляя Дилан босой стоять на подъездной дорожке, фары отбрасывают скелетные тени на её лицо.

Кори не знает, куда едет. Всё, что он знает, – он не может поехать домой. Над ним яркие звёзды, и он мечтает провалиться в небо.

Кассирша жуёт жвачку, глядя на пятидесятифутовую бухту верёвки, лежащую на конвейерной ленте.

– Это для проекта, – говорит Пенни. – Мне нужно повесить… качели из шины.

– Ага. – Она пробивает товар и протягивает Пенни верёвку. Но как раз когда Пенни собирается уйти, девушка наклоняется и заговорщицки говорит: – Эй.

Пенни останавливается.

– А?

– Используй вазелин. Иначе верёвки натрут.

Лицо Пенни становится красным, как форменная рубашка Ace Hardware. Она практически кричит:

– Боже мой, нет, я не использую это для секса.

Пожилая женщина, стоящая в очереди, прочищает горло, и Пенни направляется к выходу из магазина со скоростью олимпийской скоростной ходьбы.

Оказавшись снаружи, Пенни смотрит на верёвку, которую они будут использовать для заклинания разрушения через три дня. Она всё ещё не знает, что думать о своих видениях прошлого. Каждое из них казалось значимым, будто вырванные главы из книги, которую Пенни отчаянно хочет прочитать. Почему она видит именно эти моменты? И чего не хватает?

– Думай, Пенни, – бормочет она себе. – Что ты узнала?

Первое: Джованни наложил заклинание, чтобы Элли Баррион влюбилась в него, когда они были молоды.

Второе: Чарльз Баррион шантажировал Джованни.

Оба – откровения, но вторая информация выделяется. Де Лука ненавидят Баррионов, но репутация Чарльза Барриона практически безупречна, если не считать классического высокомерия богатого белого парня. Если шантаж сработал, это значит, что «Баррион Отопление и Охлаждение» должно было стать гораздо успешнее после того, как Джованни начал использовать свою магию, чтобы помочь компании.

Может ли Пенни найти способ доказать это? Если магия Джованни действительно спасла компанию Баррионов, это должно было быть внезапным изменением. Компания должна была перейти от грани банкротства к огромным доходам. Она точно сможет это доказать, да?

Конечно. Если бы у неё был доступ к куче совершенно секретной корпоративной информации.

Мысли Пенни прерываются знакомыми голосами. Позади неё Ивонн Мейсон и Ханна Хартли выходят из комиссионного магазина, который находится прямо рядом с хозяйственным.

– Чёрт, – бормочет Пенни. Она хочет избежать буквально всех, кого знает, после инцидента с водкой и клюквой, но особенно она хочет избежать Ивонн и Ханну. Всё, что им скажешь, гарантированно окажется в интернете.

Пенни поворачивается, чтобы пойти к машине, пытаясь вести себя непринуждённо. Но либо она недостаточно быстра, либо сегодня её волосы слишком большие и заметные, потому что Ивонн ахает.

– Кого я вижу, – говорит она.

Слова приклеивают ноги Пенни к асфальту. Она дарит им натянутую улыбку.

– Привет.

Они не улыбаются в ответ. Ханна смотрит на Ивонн, полагаясь на подругу, чтобы та подсказала, как себя вести.

Ивонн выбирает агрессию.

– Удивлена, что ты… ну, знаешь. На людях.

Остроты, плохие шутки и прямые оскорбления возникают у Пенни за зубами:

Почему я должна прятаться?

Я не та, кто опозорилась на вечеринке на прошлой неделе.

Вы знали, что водка с клюквой действует как перцовый баллончик? Передайте дальше и будьте осторожны, леди!

Но Пенни просто стоит. Потому что тревога завладела её языком и не отпускает.

– То, что ты сделала с Дилан, было очень подло, – говорит Ханна, и звучит она так разумно, так зрело. Будто Пенни – та, кому нужно взрослеть.

На улице внезапно становится на десять градусов жарче – но Пенни потеет не от жары. Это от страха. То, чего она всегда боялась, наконец случилось: люди шепчутся о ней так же, как всегда шептались о её маме. Её репутация больше не принадлежит ей. И Пенни совершенно ничего не может с этим сделать.

Затем она осознаёт ещё кое-что: она всё ещё стоит.

Хватка Пенни на верёвке ослабевает, оставляя жжение на пальцах. С ней всё в порядке. Это не станет для неё концом. Она боится, но этот страх превращается во что-то другое.

Гнев.

– А вы стояли в стороне и позволили Дилан стримить то, что она сделала со мной. Вам не приходило в голову остановить её?

Ивонн и Ханна таращатся на неё. Пенни, вероятно, выглядит более шокированной, чем они, поэтому пора уходить. Они начинают шептаться друг с другом, прежде чем Пенни выходит из зоны слышимости, но ей всё равно.

К тому времени как Пенни садится в машину, она сияет. Вероятно, она выглядит безумной, но это нормально. Потому что это было приятно. Приятно, как прыжок с самой высокой вышки.

Самое трудное в тревоге – это то, что она скрывает, кто ты есть. У тебя есть мнения и идеи, но они заперты, как дикие лошади за воротами. Всё, что ты могла бы предложить миру, хорошее, плохое, смешное или бессмысленное, скрыто от всех, кроме тебя самой.

Но то, что произошло несколько минут назад, было похоже на выход из укрытия.

Когда она выезжает с парковки, руки дрожат на руле, Пенни пытается вернуть внимание к текущей задаче. Проклятие. Баррионы. Шантаж.

Вдалеке между зданиями появляется «Баррион Отопление и Охлаждение». Возможно, она чувствует себя непобедимой после того, как постояла за себя, потому что Пенни сворачивает на улицу, ведущую прямо к компании Баррионов. Остатки смелости от её псевдо-конфронтации не будут длиться долго, и ей нужна вся инерция, которую она может получить.

Если она хочет узнать больше о том, что произошло между Джованни и Чарльзом – если компания действительно была на грани краха, – ответы должны быть здесь. Если Пенни немного соврёт, возможно, она сможет их найти.