Текст книги "Сияющая грань (ЛП)"

Автор книги: Алисса Виллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 27 страниц)

Ветер стихает внезапно. Сначала ночь тревожно тиха, а затем снова начинают жужжать насекомые. Возвращаются светлячки, паря над их головами, не решаясь подойти слишком близко к земле.

По коже Пенни бежит ток магии, спускаясь в воду у её ног. Мир яркий, и сердцебиение ровное, хотя она чувствует себя истощённой.

Она смотрит на Алонсо. Его глаза закрыты, плечи вздымаются и опускаются от прерывистого дыхания.

– Сработало? – говорит Пенни.

– Не знаю, – говорит Кори. Он согнулся, руки опираются на колени. Веки кажутся тяжёлыми.

– Всё шло как надо, – говорит Алонсо. Он открывает глаза, и левый глаз ярко-красный.

– Боже мой, – говорит Пенни.

– Это только лопнувший сосуд, – говорит Кори, но выглядит обеспокоенным.

Алонсо даже не реагирует. Словно он не слышит их. Он медленно моргает.

– Там было так много нитей. Эта штука… была как орган.

Орган. Пенни выходит из воды.

– Что это значит? Ты смог…

Кори теперь стоит прямее, но не сводит глаз с Алонсо.

– Не сработало, да?

У Пенни подкашиваются колени. Она едва может удержаться на ногах. Последняя искра надежды опасно мерцает. Она смотрит на Алонсо, надеясь, что он опровергнет это, что он расплывётся в улыбке и скажет, что всё получилось. Что мама Пенни в безопасности. Но Алонсо качает головой.

– Что? – говорит Пенни, и слово вырывается хрипло и надломленно. После всей этой работы и всей этой надежды, это не может быть концом. – Можем попробовать снова?

За спиной Алонсо движется тень. Сначала Пенни думает, что это Тень. Но она движется слишком быстро, и когда выходит на свет, у неё человеческие черты.

Она ахает.

– Алонсо, берегись!

Прежде чем Алонсо успевает обернуться, его тело дёргается, и он падает вперёд на колени, затем ничком. Позади него, крепко сжимая в руке камень, стоит Джулиан Чоудхари.

– Алонсо! – кричит Пенни, бросаясь к нему. Она переворачивает его, но его глаза закрыты, а кожа покрыта потом.

Джулиан бросает камень на землю.

– Магия. Вот что я только что видел, да?

Кори заступает перед Пенни и Алонсо, заслоняя их от Джулиана.

– Какого хрена ты сделал? – Его голос – низкий рык.

– Ничего хуже того, что он сделал бы с нами, – говорит Джулиан. – С ним будет всё в порядке. Возможно.

Ярость поднимается в груди Пенни.

– Возможно?!

Джулиан обращает внимание на Пенни.

– Так мы в большей безопасности. Или ты не знаешь всей истории о том, что Де Лука сделали с нами?

Позади Джулиана кто-то подбегает. Это Джеймс Баррион, запыхавшийся и покрытый потом. Он переводит взгляд с Джулиана на Алонсо и Кори, и его лицо ужасается. Он подбегает и хватает Кори за плечи, осматривая его. Он выглядит более неопрятным, чем Пенни когда-либо видела его, его светло-серые волосы растрёпаны, белый костюм испачкан грязью у щиколоток.

– Что этот парень сделал с тобой?

– Он ничего не делал, – говорит Кори.

Паника Джеймса исчезает, сменяясь едва скрываемой яростью.

– Джулиан был прав? Де Лука пытался использовать магию на нашей семье, а ты помогал ему?

Кори качает головой, выглядя ошеломлённым. Пенни тоже чувствует это: странную, глубинную усталость. Это, должно быть, от заклинания. Взгляд Кори находит её, и он внезапно выглядит более собранным. Он опускается на колени рядом с ней и кладёт голову Алонсо себе на колени.

Его руки мгновенно покрываются кровью.

– Боже мой, – ахает Пенни.

– Нужно вызвать скорую, – говорит Кори.

Конечно. Пенни лихорадочно ищет телефон в кармане платья.

– Ты правда не понимаешь, что для тебя хорошо, да? – говорит Джулиан, глядя прямо на Пенни.

– Почему ты говоришь так, будто много обо мне знаешь? – резко бросает Пенни.

– Я знаю достаточно. – Джулиан кивает на Алонсо. – Я видел, как вы целовались.

Кори вздрагивает. Пенни внезапно приходится отвести взгляд. Она собиралась рассказать Кори о себе и Алонсо, но не сегодня. Не когда ставки так высоки. Несмотря ни на что, у Кори и Алонсо сложная история, и как бы Кори отнёсся к тому, что Пенни с Алонсо?

Другой, более тихий голос в голове Пенни спрашивает: «Почему тебя это волнует?»

Джулиан скрещивает руки, словно он не злится, а просто разочарован.

– Яблоко от яблони недалеко падает. Вы обе облажались в отношениях.

Пенни забывает о телефоне на полсекунды, потому что снисходительность на лице Джулиана поднимает её на ноги. Прежде чем она понимает, что делает, она сокращает расстояние между ней и Джулианом в три быстрых шага. Она не даёт ему времени отреагировать.

Вместо этого она замахивается и бьёт его в лицо.

Боль в собственной руке она замечает раньше всего остального. Она прижимает руку к груди, но слышит отдалённый звук того, как Джулиан ахает, когда кровь хлещет из его носа. Он распластан на земле, отползает от неё, как пугливый паук.

Приближаются ещё двое. Один из них – Уоррен, телохранитель семьи. А второй, сжимающий трость в руке, – Чарльз Баррион.

Глаза Кори расширяются от страха.

– Похоже, мы пришли не вовремя, – говорит Чарльз Баррион.

– Как раз вовремя, – говорит отец Кори, но он не двигается, чтобы помочь Джулиану встать. – У парня Де Лука есть магия.

Чарльз Баррион на мгновение застигнут врасплох. Затем он вздыхает, и по его лицу расползается странная улыбка.

– Я знал, что происходит что-то странное, но я никогда не предполагал, что у парня есть магия. И теперь мы узнаём, – он указывает дрожащим пальцем на Кори, – что ты знал и ничего не сделал. Более того, ты помогал ему.

– Дедушка… – начинает Кори, но Чарльз Баррион поднимает руку, заставляя его замолчать.

– Ты знаешь, сколько поставлено на карту теперь, когда ты наследуешь компанию? – говорит дедушка Кори. – Ты знаешь, сколько ты можешь потерять? Наши ожидания от тебя слишком высоки для такого рода подлости!

Пенни безмолвно умоляет Кори что-то сказать, но он смотрит в землю не моргая. Так он позволяет своему дедушке говорить с ним так, даже не пытаясь защитить себя. Выглядел ли Кори когда-нибудь таким сломленным?

Пенни делает шаг к Чарльзу Барриону.

– Никто из вас даже не потрудился спросить, для чего он использовал свою магию. Это всё моя вина. Я попросила его разрушить Проклятие, я хотела спасти свою маму – это была я.

Мистер Баррион одаривает её каменным взглядом. Его тон насмешлив.

– Храброе признание, мисс Эмберли. У вас, безусловно, не было права вмешиваться. Но в конечном счёте, это дело вас не касается.

– Моя мать умирает! – говорит Пенни.

– Я потерял жену, и партнёров моих детей, и сегодня чуть не потерял внука. Вы думаете, я не знаю боли, которую вы чувствуете? – Его улыбка исчезает. – Я однажды доверился Де Лука. Это стоило мне всего.

Это звучит как речь, которую Чарльз Баррион репетировал тысячу раз. Что-то в интонации звучит пусто, и хотя Пенни должна чувствовать жалость, печаль или даже немного понимания, она не может. Знает ли их семья, что дедушка Кори шантажировал Джованни Де Лука, чтобы спасти компанию? Что он был готов работать с Де Лука, если это означало, что он не будет выглядеть неудачником?

Пенни собирается сказать это, но Кори заступает перед ней, заслоняя её от взгляда.

– Алонсо согласился использовать свою магию, чтобы разрушить Проклятие, – говорит Кори, хотя его голос тонкий. – Я был обязан своей семье попытаться. И Алонсо сказал…

– Ой.

Алонсо садится, одной рукой держась за голову. Пенни падает на колени.

– Алонсо! Ты можешь на меня посмотреть?

– Смотрю, – говорит он, но его глаза блуждают. Затем он хватает Пенни за плечи. – Пенни, это не Проклятие. Поэтому оно не сработало.

– Что? – говорит Пенни.

– Он сказал мне… – Алонсо качает головой, сжимая виски. – Он сказал мне, что это было… в смысле, что это не Проклятие…

– Кто тебе сказал?

Алонсо щурится.

– Я не помню.

– Парень в бреду, – говорит Чарльз Баррион, звуча раздражённо. – Джеймс, ты немедленно свяжешься с тем ковеном в Блумингтоне. Его магию нужно запечатать ради безопасности всех, включая его самого.

– Я вызвал скорую, – говорит Уоррен, убирая телефон в карман. – Они будут через пятнадцать минут. Я вынесу парня…

– Ты не сделаешь ничего подобного, – говорит дедушка Кори.

Уоррен сжимает губы.

Ветер движется сквозь деревья, волнуя поверхность озера. Странное понимание осеняет Пенни: возможно, Баррионы действительно верят, что Алонсо пытался помочь им, но это не имеет значения. Любой Де Лука с магией вызывает у них ужас.

– Вам стоит праздновать, мистер Де Лука, – говорит Чарльз. – Чем больше мы страдаем, тем счастливее должен быть ваш дедушка по ту сторону Завесы.

Алонсо выглядит так, будто хочет возразить, но моргает несколько раз, и затем его глаза начинают закатываться.

Уоррен опускается на колени рядом с ним.

– Не закрывай глаза, – говорит он, и Алонсо изо всех сил старается держать их открытыми. Уоррен поворачивается к Пенни. – У него, вероятно, сотрясение. Держите его в сознании.

– Пошли, Кори, – говорит Джеймс, хватая сына за руку.

Но Кори вырывает руку из хватки Джеймса Барриона.

– Я не оставлю их.

Дедушка Кори фыркает.

– Мы не даём тебе выбора.

Боль в руке Пенни теперь почти невыносима, но она игнорирует её, потому что это её последний шанс. Она чувствует, как всё, над чем они работали, ускользает, и она паникует. Баррионы должны выслушать. Они знают, насколько это важно.

– Почему вы это делаете? – говорит Пенни, глядя то на отца Кори, то на его дедушку. – Вы хотите, чтобы это Проклятие продолжало убивать людей?

Улыбка старика гаснет. Он подходит ближе к Пенни, листья хрустят под его тростью, и Пенни требуется вся её выдержка, чтобы остаться на месте. У дедушки Кори кожа тонкая, как бумага, и множество мелких морщин, но его глаза яркие и ясные. Это заметно даже в лунном свете, так же, как и при первой встрече.

– Не забывайте, что ваша мать умрёт не из-за меня. Она умрёт из-за него. – Дедушка Кори указывает тростью на Алонсо, который, кажется, не слышит его. – Если он попытается убедить вас в обратном – что ж. Я желаю вам всего наилучшего, но вы не наша ответственность.

Пенни сжимает руки в кулаки.

– Вы когда-нибудь использовали магию, мистер Баррион? Чтобы помочь компании своей семьи, может быть? Она не вся плохая. Я думаю, вы это знаете.

Это риск. Прыжок. Но Пенни готова попробовать любой угол.

Губы мистера Барриона приоткрываются. На мгновение Пенни убеждена, что он признается. Скажет, что она права, конечно, она права, им нужно попробовать снова ради её матери и всех, кого Баррионы когда-либо любили и будут любить.

Но затем лицо мистера Барриона закрывается.

– Возможно, полнолуние влияет на ваше суждение, – говорит он. – Женские эмоции так связаны с природой. Моя жена была такой же.

– Простите? – говорит Пенни.

Пенни чувствует, как кто-то встаёт рядом с ней. Она поднимает глаза.

Над ней возвышается Кори, выше, чем когда-либо. Он смотрит дедушке в глаза.

– Не говорите с ней так, – говорит Кори.

Над Баррионами опускается тишина. Отец Кори смотрит то на Кори, то на своего отца, его серьёзный взгляд точно такой же, как у Кори. Джулиан стоит далеко позади Уоррена, но его гнев исчез. Его глаза устремлены на Кори, и он выглядит испуганным, будто Кори совершил преступление.

Мистер Баррион делает шаг вперёд, не отрывая взгляда от Кори.

– Твой авторитет не выше моего, – говорит дедушка Кори. – И не выше авторитета твоего отца. Ты понимаешь?

Когда Кори говорит, он настолько тих, что Пенни почти не слышит его.

– Я знаю, вы хотите, чтобы я был определённым. Но правда в том, что я устал ничего не делать.

– Что подразумевает, – говорит мистер Баррион, – что ты винишь свою собственную семью во всех этих смертях.

Кори не отвечает.

Мистер Баррион смотрит на него мгновение. Затем, с нечеловеческой скоростью, он поднимает руку, чтобы ударить Кори по лицу.

Отец Кори успевает первым. Он хватает отца за запястье, останавливая его руку в воздухе.

– Не трогайте его, – выдыхает отец Кори.

Мистер Баррион каким-то образом умудряется смотреть на сына свысока, хотя отец Кори как минимум на полфута выше.

– Отпусти.

Лицо Кори застыло в шоке. Его отец колеблется, прежде чем отпустить руку мистера Барриона. На мгновение отец Кори почти выглядит испуганным. Но страх исчезает так же быстро, как появился.

Чарльз Баррион поворачивается к Кори спиной и уходит в деревья.

Кори смотрит на Пенни, его глаза широко раскрыты и по-детски напуганы.

– Прости.

– Кори, – говорит Алонсо. Он с трудом поднимается на ноги и держится за голову. – Там что-то странное. В магии. Я всё ещё хочу поступить правильно.

Слова Алонсо невозможно понять. Кори смотрит на него, а затем его взгляд переходит на Пенни.

– У нас был один шанс, да? – говорит Кори.

Алонсо открывает рот, чтобы говорить, но не произносит ни слова. Потому что больше нечего сказать.

Всё кончено.

Кори отворачивается и уходит в деревья, и его отец идёт с ним в ногу. Алонсо пытается последовать за ним, но Уоррен удерживает его, его хватка мягко ложится на плечо Алонсо.

– Ты, мудак! – кричит Алонсо Кори. – Ты сдаёшься. Ты жалкий!

– Хватит, – говорит Уоррен, но слово звучит мягко и печально. Тогда Алонсо начинает плакать.

Прежде чем деревья поглощают его, Джулиан оборачивается в последний раз. Под носом у него запёкшаяся кровь.

– Кстати, – говорит он, – можете поблагодарить их за то, что они привели нас к вам.

Он кивает на кусты у озера. Сначала Пенни не видит их. Но затем она замечает голову тёмных волос и розовый костюм.

– Наоми? – говорит она.

Наоми медленно встаёт, её ужас и замешательство ощутимы. Пенни настолько шокирована, что почти не замечает, что с ней кто-то есть.

Это Дилан, каким-то образом выглядящая одновременно злой и сожалеющей. И по их лицам ясно, что они видели всё.

Они выбираются из леса как раз в тот момент, когда приезжает скорая. Свет поочерёдно окрашивает дом Де Лука и особняк Баррионов в красные вспышки. Пенни и Наоми поддерживают Алонсо, а Дилан машет фельдшерам. Алонсо приваливается к Пенни, и она чувствует запах земли и крови.

Когда фельдшеры подходят, слова льются изо рта Пенни, как вода.

– Он ударился затылком, и там сильное кровотечение, и…

– Я в порядке, – бормочет Алонсо в сотый раз, но позволяет фельдшеру посветить фонариком в глаза.

– В ушах звенит? – спрашивает женщина.

– Да, но у меня и так тиннитус.

– Он едва мог говорить секунду назад, – говорит Пенни.

У старого викторианского дома Де Лука на крыльце появляется Вера Де Лука.

– Алонсо? – кричит она.

Он отдаёт ей честь.

Мама Алонсо бежит к ним. Его тётки появляются мгновениями позже, обе в несочетающихся пижамах и длинных кружевных халатах.

– Что случилось? – Мама Алонсо хватает его за плечи и осматривает. – Ты ранен?

– Я упал и ударился головой. Всё нормально, почти не чувствую. – Но даже в темноте его глаза стеклянные, а концы волос слиплись от запёкшейся крови. Пенни видела достаточно медицинских драм, чтобы знать, что раны головы сильно кровоточат, даже если неглубокие, но это не помогает избавиться от тошнотворного чувства в животе.

Мама Алонсо смотрит на Пенни.

– Он упал. Такова версия?

Все секреты, которые Пенни хранила этим летом, кажутся призраками, и они будут преследовать её, если она будет держать их в себе. Она собирается признаться во всём маме Алонсо, но Донна Де Лука говорит прежде, чем Пенни успевает.

– Джеймс звонил нам, Алонсо, – говорит она. – Можешь перестать притворяться.

Эмилия плачет, и её голос срывается, когда она говорит:

– Почему ты не сказал нам?

– Я попросила его о помощи, – говорит Пенни. – Это моя вина.

Мама Алонсо делает прерывистый вдох.

– Моя семья будет расплачиваться за это долго. – Она говорит это, не глядя на Пенни, но Пенни знает, что комментарий предназначен ей. «Посмотри, что ты наделала. Ты лишишь нас единственной магии, которая осталась у нашего ковена».

– Кто поедет с ним? – зовёт фельдшер, и затем Алонсо и его маму провожают в карету скорой помощи. Эмилия и Донна Де Лука жмутся в стороне, первая беззвучно плачет, вторая пускает клубы дыма от сигареты.

Фельдшеры пытаются уложить Алонсо на носилки, но он отмахивается от них. Его глаза находят Пенни, и она хочет знать, что сказать. Затем двери скорой закрываются, и огни экстренной помощи исчезают в ночи.

Донна Де Лука вздыхает и затаптывает сигарету ногой. Затем она подходит к Пенни.

– Ты пыталась разрушить Проклятие?

Пенни кивает.

– И сработало?

Пенни зажмуривается.

– Нет.

Донна вздыхает.

– Шанс был ничтожен, но я рада, что ты попыталась.

– Правда?

Донна наклоняется ближе.

– Это было смело. Я бы сделала то же самое. Надеюсь, это поможет тебе спать по ночам.

– Не поможет, – говорит Пенни хриплым голосом.

Донна Де Лука разглядывает Пенни.

– Твоей маме нужен покой. На данный момент ты не можешь дать ей этого. – Она поворачивается, позволяя Эмилии схватить её за руку, когда они идут внутрь.

– Эй, – наконец говорит Наоми, – посмотри на меня.

Пенни смотрит, но это больно. Потому что выражение лица Наоми жёсткое. Обычно она так смотрит на таких людей, как Дилан, – на тех, кто её не знает или кого она не хочет знать.

– Это была магия, – говорит Наоми. – То, что вы делали там. С ветром, и заклинанием, и верёвками, рассыпающимися в прах.

Пенни кивает.

– Потому что магия существует.

Пенни снова кивает.

– Значит, все эти истории о том, что Де Лука – ведьмы…

– Они правдивы, – говорит Дилан, и она заступает перед Наоми. Она сверлит Пенни взглядом, её глаза расплавлены. – Ты подмешала что-то в мой напиток в ту ночь, когда мы пошли в аптеку, да? Сначала я не помнила. Я думала, это был сон. Но я наговорила тебе всякого о своей семье и своей жизни… – Дилан качает головой. – Наверное, я не единственная, кто любит узнавать грязные секреты людей.

Пенни смотрит в землю. Нечего сказать.

Дилан переводит свой взгляд на поместье Мередит.

– Я всегда знала, что с Баррионами что-то не так. Я просто не думала, что это Проклятие.

Лицо Наоми осунулось, внезапно ставшее измождённым.

– Анита?

И затем, потому что это давно уже назрело, Пенни рассказывает Наоми правду.

Она рассказывает ей о Проклятии. О своей маме и Хелен Баррион. О дрэг-шоу и перемирии между Кори и Алонсо. Пенни говорит Наоми, что магия реальна, что она делала заклинания, что она работала с членом знаменитой семьи ведьм. Что Баррионы раскрыли их, и что для мамы Пенни больше нет надежды. Всё кончено.

Когда Пенни заканчивает, глаза Наоми широко раскрыты и блестят от слёз. Дилан сверлит взглядом траву. И Пенни приходит в голову слишком поздно, что эта новость не просто меняет Айдлвуд таким, каким они его знают, – она меняет всю жизнь Дилан.

Дилан смеётся, и смех переходит в сдавленное рыдание.

– Я была права. Кори никогда меня не любил.

Всё это время Пенни всегда видела в Кори более зрелого человека по сравнению с Дилан. Того, кому пришлось пережить столько боли и потерь, и кто просто делал всё, что мог. Теперь, глядя на лицо Дилан, Пенни не так уверена.

Дилан разворачивается и уходит от них, направляясь к King Ranch, припаркованному далеко вниз по улице. Затем Наоми взрывается, как бомба.

– Какого хрена, Пенни? Как ты могла скрывать это от меня?

Даже когда Пенни говорит ей правду, это звучит как слабое оправдание.

– Я боялась, что если ты подойдёшь к этому слишком близко, ты пострадаешь…

– И ты отрезала меня. И пока ты бегала и весело колдовала с Алонсо и Кори, я умирала от беспокойства за тебя. Я говорила, что твоя мама скоро поправится, и я даже верила в это! Как я могу называть себя твоей подругой, когда ты носила все эти секреты и не могла даже быть честной со мной? Я могла бы помочь тебе, даже если бы просто слушала. – Наоми отступает назад, её лицо искажено гневом. – А тем временем я была убита горем из-за Кайлы, а ты даже не проверяла меня. Даже случайное сообщение было бы достаточно, но всё, что я получала, – тишина.

Грудь Пенни сжимается от едва сдерживаемых рыданий, но она не знает, что сказать. Потому что Наоми права.

– Знаешь, я… – Дыхание Наоми срывается от всхлипа. – Я потеряла девственность с Кайлой этим летом.

И снова мир переворачивается.

– Наоми…

– Я пыталась дозвониться до тебя четыре раза в ту ночь. Ты ни разу не перезвонила. – Наоми вытирает глаза. – Я тоже люблю твою маму, знаешь. Ты не единственная, кто теряет кого-то.

Пенни тоже плачет. Она никогда в жизни не была такой уставшей и беспомощной.

– Я знаю. Я так увлеклась всем этим. Я просто хотела, чтобы всё было как раньше.

– Когда ты поймёшь, что это невозможно? – говорит Наоми. – Ты должна меняться. Ты должна дать мне меняться. Мы не можем быть детьми вечно, Пенни!

Кто-то сигналит. Рон стоит перед поместьем Мередит и машет им.

– Давайте, Золушки! Нам нужно домой, пока я не превратился в тыкву.

Наоми надевает улыбку и машет в ответ, но она не ждёт Пенни, когда идёт к машине.

Вот и всё. Они не разрушили Проклятие. Баррионы раскрыли их. И теперь Пенни потеряла Наоми.

– Пенни Энн? – говорит Рон. – Ты идёшь?

Пенни проглатывает эмоции, и они ложатся камнем в животе. Затем она садится в машину.