Текст книги "Плач домбры"

Автор книги: Ахияр Хакимов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 41 страниц)

Теперь уже иные заботы навалились на автора. С рукописью под мышкой он поспешил к своему другу-критику.

Надо сказать, что критик никакого снисхождения, хотя бы по старой дружбе, автору не оказал. Говорил с ним как с начинающим, назидательно и свысока. Правда, мучил недолго, минуты четыре. Потом сунул рукопись в ящик стола, пугнул напоследок такими башкирскими диалектизмами, как сюжет, коллизия, конфликт, и посмотрел на часы. Дал понять, что разговор окончен. Автор послушно шмыгнул в дверь.

За два дня, пока критик читал его произведение, автор постарел на два месяца. Измаявшийся, исстрадавшийся, сидел он, обхватив голову руками, и гадал, что же ему предстоит услышать, как раздался стук в дверь. Это был наш друг-критик.

Автор засуетился, забегал, принялся накрывать небольшое застолье. Известное дело: всякий, кто держит карандаш, в лепешку разбиться готов, лишь бы услышать о своем произведении теплое слово. Потому и автор, еще до того, как засесть за «Куштиряк», купил знатный чужой напиток по названию «Наполеон».

Но гость лишь мельком глянул на стоявшее перед ним угощение и прямо перешел к разбору, принялся трепать несчастный роман вдоль и поперек.

Но это было вступлением, дальнейшее обсуждение пошло в виде диалога. Автор решил привести небольшой кусок из этой беседы.

Предупреждаем заранее: наш друг-критик любит говорить кратко, часто пользуется образными выражениями. От других же требует пространности и обстоятельности. Требование это переносит и на литературу.

– Мало написал. Лошадь есть, а сбруя не подогнана, – сказал он, взвесив на ладони рукопись.

– Так ведь… Много писать, слов не напасешься, – пробормотал автор, уткнув взгляд в край стола. – И так чуть не десять листов…

Критик. Ты почаще романы Нугушева читай. Вот пишет так пишет! Последний роман – тысяча страниц!

Автор. Не знаю, как написать, а вот прочитать такое – ай-хай!

Критик. Книги читать – не орехи щелкать. Труд это. Тяжелый труд. Терпение нужно. Ты мне, друг, вот что скажи: почему свадьбу Танхылыу с Кутлыбаевым не показал?

Автор, Да как сказать… Вроде и так ясно.

Критик. Тебе ясно. А читателю? Он любит, чтобы такое подробно, со вкусом было описано. Он хочет тулуп не только раскроенным, но и сшитым увидеть.

Автор. В следующем своем произведении…

Критик. Дающему и пять много, берущему и шесть мало. Читателя надо уважать.

Автор. Так я потому и…

Критик. Вас понял. Значит, писатель, которого мы только что помянули, нас, читателей, не уважает, а ты уважаешь? Странно, странно… А тополь? Посадили тополь? Тоже утаил. Кто победил? Шамилов? Фаткулла Кудрявый?

Автор. Так ведь… Разве это важно? Разве в тополе дело?

Критик. А не в тополе, так зачем плетень плести, огород городить?

Автор. Я думаю, посадят. Зима же сейчас. Дерево только по весне сажают или по осени.

Критик. Это хорошо. Пусть посадят. Без тополя – какой же это Куштиряк. Еще вопрос. Гата Матрос? Что собирается делать?

Автор. Он на Диляфруз женится.

Критик. Слишком просто. Пусть он от стыда и обиды обратно в Одессу уедет.

Автор. Нет уж, друг, не может он из Куштиряка уехать. Разве силу куштирякского притяжения ты не почувствовал?

Критик. Не в Одессу – так на БАМ. В любом классическом произведении герой куда-нибудь уезжает. Как правило. Впрочем, твой «Куштиряк» в число таковых не входит.

Автор. Ых-хым!.. Ты угощайся.

Критик.…Хорошая вещь, легко пьется, сразу Париж вспомнил. Вот город так город!

Автор. Когда ездил?

Критик. Давно собираюсь, но все не по пути… Кстати, тот автор, который роман в тысячу страниц написал, угощал этим… «Мартель» называется. Райский напиток. Нектар. Ладно, это к данной теме не относится, к слову пришлось. Как говорят французы, между прочим. Если смотреть в корень проблемы, «Куштиряк» – историческое произведение. Афарин! Однако…

Однако автор раздел речи своего друга-критика, который можно было бы назвать «Но и Однако», рискнул опустить. Но, памятуя некоторые его замечания, решил упомянутое письмо товарища Шамилова привести здесь полностью.

Вот оно (с разрешения автора письма):

«Здравствуй, дорогой товарищ автор и земляк!

В первых строках своего письма от имени своей семьи и от себя лично, а также от всего Куштиряка, от мала до велика, шлю тебе множество горячих приветов. От Гаты и Диляфруз, от Танхылыу и Кутлыбаева, от всех родственников и свойственников каждой из четырех сторон, от товарища Исмагилова, от Алтынгуошна, от Фатхутдина Фатхутдиновича, от Сыртлановых Нашадавит, от их сына с невесткой также отдельные приветы. Горячий привет и от Карама Журавля (сейчас он снова своим мотолетом занят).

Прежде чем перейти к общественным новостям, вот что скажу: очень ты не вовремя уехал. Мало что на одной – сразу бы на двух свадьбах гулял. Гата, как тебе известно, самый близкий мой ученик. Поначалу он очень переживал. Но есть я! Сели мы с ним как-то, поговорили по душам. Жизнь я понимаю, что к чему, разбираюсь, и взлеты знал, и падения, всего – и хорошего, и дурного повидал. Если не меня, то кого послушает Гата? Его свадьбу с Диляфруз я организовал сам. Все сделал как по телевизору. Вместо «Волги», правда, «Жигули» были, но зато сверх городского три лихие тройки пустили. Свадьба Самата с Галимой тоже неплохо прошла. Разве что Юламан Нашадавит на пьяную голову, когда молодых расписываться привез, своим «Москвичом» сельсоветское крыльцо боднул, а так другого ущерба или шума не было. Впрочем… не хотелось бы о невеселом писать, но ты свой человек, должен все знать. От свадебных хлопот, а того больше – от многолетних без сна и отдыха хозяйственных трудов и забот Бибисара надорвалась и слегла, сейчас в каратауской больнице. Еще и плачет: «Пропадет, прахом пойдет! Скотина, хозяйство, дом!» Бестолковая! Тут о голове надо думать, а она о скотине.

А Кутлыбаеву я крепко хвост прищемил. Пришел к нему утром в правление и шлепнул варежку на стол.

«Ну что, говорю, я со своей стороны все разведал. Сейчас пойду по аулу – подмигивать да поддразнивать». Он покраснел, заюлил, забормотал: «…Любовь, издревле так заведено, весной поженимся, обещал в тайне держать, не губи, агай, ты же характер Танхылыу знаешь…» – «Тогда, – говорю, – давай решать с Фаткуллой Кудрявым. Ты председатель, у тебя в руках власть, пусть даст место под тополь». – «Не могу я как председатель давить на него!» – «Как председатель не можешь, как зять можешь». – «Я еще не зять!» – «Будешь зять». – «Это, – говорит, – шантаж! Ты нашу любовь для своих целей использовать хочешь!» – «Не для своих, а для общественных». Наконец он сдался: «Ладно, – говорит, – после свадьбы надавлю на тестя». Слово дал как председатель и как зять. Отдал я ему тогда варежку, он ее сразу в стол запер.

Теперь я каждый день по проулку Фаткуллы Кудрявого хожу. Пусть старый лис укрепляет свою баню, пусть напоследок с ума посходит. Все они теперь у меня в кулаке. А Танхылыу еще раньше мне свою поддержку обещала.

Только на ферме все еще мира нет. Танхылыу заставляет колхозное начальство разве что не плясать. Хотели ее заведующей поставить, да где уж тут! Во-первых, сама не согласилась, говорит: «Сначала до трех тысяч надои подниму, тогда посмотрим». Во-вторых, в правлении теперь и сами побаиваются столько власти ей давать, при ее-то характере. Но, как подумаю я, что Култыбаева впереди ждет, даже жалко его становится, ей-богу!

Боюсь, как бы года через два от такой заведующей фермой (если, конечно, поставят) и такой жены (если, конечно, сыграют свадьбу) не сбежал наш председатель и зять куда-нибудь на БАМ. (Тут автор вздрогнул: интересный намечается поворот сюжета!)

Да, есть еще у меня к тебе предложение. Работает на ферме доярка по имени Зайтуна, хорошая скромная девушка. Вроде тихая, неприметная была, а такая ловкая стала да такая умелая – теперь на равных с Танхылыу соревнуется. И есть еще парень, уже после твоего отъезда из армии вернулся. Зовут его Апуш (то есть Абдулла). У них, у Зайтуны с Апущем, уже, как говорится, каша варится. Только каша больно горячая, кажется, часто дуть и размешивать приходится – то есть один день парень с девушкой дружные ходят, на другой – рассорятся из-за пустяка. Влияние той самой диалектики. А ведь это, сказал я себе на днях, хороший жизненный материал нашему автору. Для его нового произведения. Подумай над этим всерьез и обстоятельно. А не то приедет какой-нибудь заезжий поэт, вроде Калканлы или Аюхана, и пустит такой хороший материал себе на поэму. Кстати, как там они, написали поэму? Решайся. А я для такого случая согласен помочь тебе, то есть быть соавтором.

С дополнительным приветом, Шамилов».

Прочитал это письмо автор и, словно аргамак, заслышавший шум скачек, потерял покой. Верно говорит Шамилов. Не такой аул Куштиряк, чтобы летописцу обычаев, традиций и народной этики – то есть писателю – дать пожить мирно и спокойно. Бери и пиши! Если уж столп науки, страж просвещения готов, покрепче перетянув пояс, взяться за карандаш или, как говорит мой друг-критик, стило, как же от такой помощи откажешься?

Трех месяцев не прошло, как автор оставил свой аул и вернулся в город, но уже снова его душа потянулась туда, в Куштиряк, на берега Кавказа, к гордым и задорным своим землякам. И плутовская песня Зульпикея все никак не смолкает в ушах: «Кто забрасывает удочку умело, тот всегда и в снегу поймает рыбку – не нужна ему вода…»

И потому автор, заканчивая свое произведение, не говорит: «Прощай, Куштиряк!» Наоборот, раскрыв объятия, с надеждой на новую встречу он восклицает: «Здравствуй, Куштиряк! Здравствуй, родное гнездовье! Здравствуй… ых-хым… Зульпикей!»

В 1991 году издается 15 книг библиотеки

«ДРУЖБЫ НАРОДОВ»

И. Авижюс. Потерянный кров. Роман. Книга 3. Книга 4. Перевод с литовского.

М. Алданов. Истоки. Роман в двух томах.

С. Алексеев. Рассказы из русской истории.

Т. Ахтанов. Свет очага. Роман. Перевод с казахского.

М. Булгаков. Мастер и Маргарита. Театральный роман. Собачье сердце. Романы.

A. Гогуа. Елана. Повести. Рассказы. Перевод с абхазского.

B. Астафьев. Зрячий посох. Роман. Повести.

В. Некрасов. Маленькая печальная повесть. Повести. Рассказы. Ю. Тынянов. Восковая персона. Кюхля. Повести.

М. Унт. Повести. Рассказы. Перевод с эстонского.

М. Хвылевой. Синий ноябрь. Повесть. Рассказы. Перевод с украинского.

А. Хакимов. Плач домбры. Романы. Повесть. Перевод с башкирского.

Р. Эзера. Невидимый огонь. Роман. Повесть. Перевод с латышского.

В 1991 году издается 5 книг розничной серии

приложений к журналу «ДРУЖБА НАРОДОВ»:

С. Алексиевич. Цинковые мальчики.

С. Каледин. Стройбат. Смиренное кладбище.

A. Львов. Бизнесмен из Одессы.

B. Лихоносов. Время зажигать светильники.

М. Зощенко. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца.

INFO

Литературно-художественное издание

Библиотека «Дружбы народов» в 15 книгах

Приложение к журналу «Дружба народов»

Ахияр Хасанович ХАКИМОВ

ПЛАЧ ДОМБРЫ

Оформление «Библиотеки» Г. Метченко

Редактор Е. Панфилова

Художественный редактор И. Суслов

Технический редактор Е. Медведева

Корректор Н. Гринева

ИБ № 1713

Сдано в набор 10.09.90. Подписано в печать 21.01.91. Формат 84х108 1/32. Бумага кн. журн. Гарнитура литературная. Печать высокая. Усл. печ. л. 31,92. Усл. кр. отт. 31, 92. Уч. изд. л. 34,38. Тираж 180 000 экз. Заказ 7452. Цена 4 р. 60 к.

Издательство «Известия Советов народных депутатов СССР».

103798, ГСП, Москва, К-6, Пушкинская пл., 5.

Ордена Трудового Красного Знамени тип. изд. «Звезда»,

614600, г. Пермь, ГСП»131, ул. Дружбы, 34.

ИНДЕКС 70251 (книга 14)

Хакимов А. X.

X 16 Плач домбры: Романы. Повесть. Пер. с башк. М.: Известия, 1991. – 608 с., ил.

ISBN 5-206-00213-5

Х 4702110600-018/074(02)-91*97-91

ББК 84Баш7

…………………..

FB2 – mefysto, 2024

notes

Примечания

1

Агай – обращение к старшему.

2

Кубаир – жанр устной поэзии, поэма.

3

Куржин – переметная сума.

4

Кашка – богатырь, почтенный муж.

5

Йырау – музыкант и поэт-сказитель.

6

Пайцза – знак, дающий право на проезд,

7

Байбисе – хозяйка богатого кочевья.

8

Зилян – халат.

9

Дин-ислам – мусульманская вера,

10

Истяк (иштяк) – так раньше называли башкир.

11

Бакши – языческий жрец, шаман.

12

Суфий – последователь мистико-аскетического учения.

13

Махалля – часть, район города.

14

Баранта – набег с целью угона скота.

15

Никах – свадебная молитва.

16

Сулман – Кама.

17

Ожог – копье без наконечника.

18

Рабат – дом, где останавливаются торговцы.

19

Ханака – дом, где живут дервиши.

20

Юнан – Греция.

21

Песни и кубаиры перевел Равиль Бухараев.

22

Армай – палач.

23

Итиль – Волга.

24

Ямагат – общество.

25

Хырга туе – обряд помолвки, который играют будущим жениху и невесте еще в малолетстве.

26

Даруга – чиновник, ведающий хозяйственными делами.

27

Сура – подчиненный, подвластный.

28

Книгу эту, о походах Хромого Тимура, под названием «Зафарнаме», что означает «Книга побед», Шарафутдин Али Язди закончит в 1425 году.

29

300 фарсахов – около 2 тысяч км.

30

Каспийское и Аральское моря.

31

Месяц Хамаль – март – апрель.

32

Акхыу (Аксу) – река Белая.

33

Юлыш – спутник.

34

Узаман – почтенный муж.

35

Углан – царевич, ханский сын.

36

Саруа – голытьба.

37

Мэргэн – меткий стрелок, охотник.

38

Зухра – звезда Венера.

39

Курут – сушеная брынза.

40

Кибла – направление на Каабу, священный камень мусульман. То есть: все пути (для тебя) хороши (ироническое).

41

Буре – волк. Толке – лиса.

42

Жауза – с 22 мая по 21 июня. Тимур переправился через Ик 4 июня 1391 года.

43

Это сражение произошло в 1391 году 18 июня между нынешними городами Куйбышевом и Чистополем.

44

Алпамыша – сказочный богатырь.

45

Никах – свадебная молитва.

46

Енге – жена старшего брата, дяди, а также старшего вообще по отношению к говорящему.

47

Алтынсес – златовласка.

48

Мунажат – жалобная песня-речитатив.

49

Ямагат – в смысле: люди добрые.

50

Суюнсе – хорошая весть и подарок за нее.

51

Хике – низкие нары.

52

Выделение р а з р я д к о й, то есть выделение за счет увеличенного расстояния между буквами здесь и далее заменено жирным курсивом. – Примечание оцифровщика.

53

Шэжере – родовые и родословные записи у башкир.

54

По шариату мужу, чтобы развестись с женой, было достаточно сказать ей три раза слово «талак» – развод (арабск.).

55

Иншалла – слава богу.

56

Акбузат – сказочный конь.

57

Акман-токман – последний весенний буран.

58

Машхар – судный день.

59

Кляш – родной аул Мустая Карима; Канлы Туркай, Калта, Колгына – соответственно родные аулы писателей Хакима Гиляжева, Баязита Бикбая, Нугмана Мусина.

60

«Афтияк» – одна из примитивных книг для чтения.

61

Куштирмэ – спаренная юрта.

62

Куштирмэн – спаренная мельница.

63

«Иман шарты» – свод первоначальных проповедей ислама (примитивнейший из учебников).

64

Афарин – возглас одобрения.

65

Агай – обращение к старшему брату и вообще к старшему по возрасту мужчине.

66

Мырза – обращение к младшему.

67

Яйляу – летовка (летняя стоянка кочевья, ныне – фермы).

68

Енге – сноха, обращение к старшей по возрасту женщине.

69

Кустым – обращение к младшему по возрасту мужчине.

70

«Xэнэк» – башкирский сатирический журнал.

71

Аюхан – хан-медведь, медведюшка.

72

Калканлы – со щитом, щитоносец.

73

Мунажат – скорбные стихи, читаемые речитативом.

74

Бурангул – Мухамметша Бурангул, драматург и сэсэн – поэт-импровизатор, народный певец.

75

Килен – сноха, обращение к младшей по возрасту женщине.

76

Айран – разбавленное водой кислое молоко.