Текст книги "Летописец Мертвого Бога (СИ)"

Автор книги: Вей Лодар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 30 страниц)

Глава 73: Черная Звезда

Пронзительный вой, вырвавшийся из шлема Предка, был не криком боли, а криком освобождения.

Черные доспехи, служившие ему и броней, и тюрьмой тысячу лет, покрылись сетью трещин. Из этих трещин хлынул не кровь и не свет, а чистая, концентрированная тьма. Это была не просто темнота, а субстанция, сама суть которой была отрицанием. Она поглощала свет, звук и даже тепло.

Физическое тело Первого Предка, больше не сдерживаемое магическими печатями, начало распадаться. Его доспехи рассыпались в пыль, а тело под ними испарилось, как капля воды на раскаленной плите. Он был лишь оболочкой, давно выжженной изнутри.

Вся энергия, что была им, вся чужеродная сущность, что поглотила его тысячу лет назад, хлынула в центр зала. Черная субстанция начала сжиматься, уплотняться, втягивая в себя пыль, остатки доспехов, и даже само эхо отчаяния, которым был пропитан этот зал.

Через мгновение в центре гробницы, на месте, где стоял саркофаг, висела она.

Черная Звезда.

Идеальная сфера абсолютной пустоты, размером с человеческую голову. Она не излучала свет, а поглощала его, создавая вокруг себя область искаженной, плывущей реальности.

Кайен посмотрел на нее своей душой и понял, что все его предыдущие битвы были детскими играми. Это существо не было ни хищником, ни воином. У него не было ни ярости, ни голода. У него была лишь одна цель, одна функция. Стирание. Оно было космической энтропией, обретшей сознание. Его целью было вернуть все сущее в первозданное небытие, из которого оно когда-то вышло.

– Что это такое? – прошептала Лира, чувствуя, как жизненные силы медленно, словно вытекая, покидают ее тело. Ее не атаковали. Просто само ее существование рядом с этой вещью становилось… менее вероятным.

– Конец, – ответил Кайен. – То, что они пытались контролировать. И то, что теперь освободилось.

Черная Звезда начала медленно расширяться. Каменный пол, которого она касалась, не трескался и не горел. Он просто исчезал, оставляя после себя идеально гладкую, ничем не заполненную пустоту.

Они должны были бежать. Но куда? Дверь, через которую они вошли, была на другом конце зала, и путь к ней уже начинала поглощать расползающаяся аномалия.

В голове Кайена вспыхнули руны, которые он видел на запечатанной двери снаружи. «Уничтожить комплекс при нарушении целостности».

Был протокол самоуничтожения. Их единственный, безумный шанс.

– Мне нужно к саркофагу! – крикнул он, хватая Лиру за руку.

Они бросились вперед, прямо через ауру, исходившую от Черной Звезды. Это было все равно что бежать под водой. Воздух стал плотным, их движения – медленными. Кайен почувствовал, как его воспоминания начинают тускнеть, а цвета на одежде Лиры – блекнуть. Их стирали из реальности.

Они достигли расколотых останков саркофага. Кайен, используя свою Эпитафию Инженерии, просканировал пол. Он увидел его – главный силовой кабель, уходивший глубоко в основание горы. И на нем, рядом с местом, где стоял саркофаг, был узел управления – панель с комплексом рун, защищенная силовым полем.

Взломать его не было времени.

– Отойди! – крикнул он Лире.

Он встал перед панелью. Ему нужен был мощный, нестабильный всплеск энергии, чтобы пробить защиту и вызвать короткое замыкание, которое запустит протокол.

Он погрузился в свою душу. Он взял два самых несовместимых наследия, что были у него. Изящный, гармоничный золотой лист Лиана. И грубый, яростный железный комок Корвуса.

И он со всей своей воли столкнул их.

Его внутренний мир взорвался болью. Это было все равно что смешать огонь и воду в замкнутом пространстве. Гармония и ярость, столкнувшись, породили волну чистого, хаотичного, неуправляемого хаоса.

Кайен закричал, и изо рта у него пошла кровь. Он направил эту разрушительную энергию вдоль своей руки в «Незапятнанный».

Клинок взвыл. Его спокойная, серая сталь замерцала, покрывшись трещинами золотого и алого света. Он был на грани разрушения.

Кайен вонзил перегруженный клинок прямо в центр рунической панели.

На мгновение наступила абсолютная тишина.

А затем из самых недр горы донесся низкий, нарастающий гул. Древний механизм, дремавший тысячу лет, получил свою последнюю команду.

Вся гробница, вся крепость Орлиный Покой, начала светиться изнутри ярким, белым светом. Стены пошли трещинами, но из них бил не мрак, а ослепительное сияние.

Черная Звезда, почувствовав новую, враждебную энергию, прекратила свое расширение. Она сфокусировалась на двух букашках, посмевших бросить ей вызов.

Они оказались заперты между двумя концами света: медленным небытием и мгновенным огненным забвением.

Глава 74: Дверь, Которой Не Было

Белый свет, бивший из трещин в стенах, становился нестерпимо ярким. Гул от перегрузки древних механизмов превратился в оглушительный вой, от которого, казалось, сама гора скоро рассыплется в пыль. А в центре зала Черная Звезда, почувствовав угрозу своему существованию, перестала медленно расширяться и сфокусировала всю свою мощь небытия на двух живых существах.

– Похоже, это конец пути, Летописец, – сказала Лира, ее голос был на удивление спокоен. Она встала рядом с Кайеном, вытащив свой нож. – По крайней мере, это будет ярко.

Она была готова умереть, сражаясь. Но Кайен еще не был готов.

Он оглядел их тюрьму. Выход, которым они вошли, уже был поглощен Пустотой. Стены вибрировали, готовые взорваться. Не было ни одного безопасного направления. Не было ни одного выхода.

И в этот момент, на краю гибели, к нему пришло озарение. Урок его последнего мастера. «Лист не борется с ветром. Он танцует с ним».

Он не мог бороться со взрывом. Он не мог бороться с Пустотой. Значит, он должен был найти третий путь. Не сражаться с правилами этого мира, а переписать их.

– Доверься мне! – крикнул он, хватая Лиру за руку. Ее ладонь была ледяной.

Он потащил ее к ближайшей, монолитной стене гробницы, в сторону от основного выхода.

– Что ты делаешь?! – крикнула она.

Он не ответил. Он приложил свою свободную ладонь к гладкому, вибрирующему камню. Вся гора кричала о своем скором разрушении.

Кайен закрыл глаза и погрузился в свою душу. Он собрал всю до последней капли силу, что у него была. Не ярость, не тактику, не гармонию. Он обратился к самой своей сути. К Эпитафии Пустоты, что стала частью его.

Он не думал о том, чтобы «сломать» стену. Это было бы слишком просто и грубо.

Он сосредоточился на самом понятии «стены». На ее концепции. На неписаном законе реальности, который гласил, что два объекта не могут занимать одно и то же пространство.

И он внес правку.

Он не уничтожил стену. Он создал парадокс. Он вписал в реальность крошечную, временную сноску, действовавшую лишь на прямоугольный участок камня перед ним.

«На этом участке стена обладает свойством 'прохода'».

Лира, стоявшая рядом, увидела это.

Каменная стена не взорвалась и не рассыпалась. Она… пошла рябью. Как раскаленный воздух над пустыней. Она все еще была здесь, твердая, каменная, но в то же время ее не было. Она стала полупрозрачной, мерцающей, существующей и несуществующей одновременно.

– Идем! – прохрипел Кайен, его голосом сорвался от нечеловеческого напряжения. Кровь хлынула у него из носа.

Он шагнул прямо в мерцающий камень, увлекая Лиру за собой.

Ощущение было непередаваемым. На одно мгновение их тела, казалось, были разобраны на атомы, пропущены сквозь иглу времени и пространства и собраны заново. Их окутал ледяной холод и оглушил шепот миллионов голосов.

А потом они вывалились на твердую землю, кашляя и задыхаясь.

Они были снаружи. На узком уступе на внешней стороне горы, далеко от входа в крепость. Над ними было багровое небо. Под ними – километровая пропасть.

Они обернулись как раз вовремя.

Вся гора, на которой стоял форт Орлиный Покой, вспыхнула изнутри ослепительным, беззвучным белым светом. Но взрыва не последовало.

Белый свет творения столкнулся с абсолютной пустотой Черной Звезды.

На одно мгновение две противоположные силы – бытие и небытие – аннигилировали друг друга в катаклизме, который не издал ни звука. Гора, крепость, гробница, все тайны и проклятия клана Алого Кулака – все это просто… исчезло.

Схлопнулось в точку и пропало.

На месте горы остался лишь гигантский, идеально гладкий, оплавленный кратер, дно которого курилось дымкой.

Проблема была решена. Окончательно.

Кайен, чья последняя капля силы ушла на создание парадоксальной двери, рухнул на уступ без сознания.

Лира поймала его, не дав упасть в пропасть. Она смотрела на гигантский, дымящийся кратер, а затем на человека, который создал дверь там, где ее не было.

Она поняла, что их война с кланом Алого Кулака только что закончилась. Они потеряли свою гробницу, свое проклятие, свою цель. Они проиграли.

Но в то же время началась куда более опасная игра. Игра с миром, который теперь будет охотиться на Кайена не за то, что он украл, а за то, кем он стал – сущностью, способной переписывать саму реальность.

Она взвалила его на свои хрупкие, но сильные плечи. Их путь еще не был окончен. Он только начинался.

Глава 75: Мир, Что Увидел Чудо

Лира не знала, сколько она несла его. Дни и ночи слились в один бесконечный цикл из боли, усталости и упрямой решимости. Она тащила его бесчувственное тело через скалистые перевалы и дикие леса, подальше от дымящегося шрама на лице земли, который когда-то был Орлиным Покоем.

Она охотилась. Она искала воду. Она отбивалась от хищников, привлеченных запахом их слабости. И каждую ночь она сидела у костра, глядя на неподвижное лицо Кайена. Он не был просто в обмороке. Он был... далеко. Его дыхание было ровным, но поверхностным, словно его душа покинула тело и путешествовала в неведомых краях.

Через три недели, когда ее собственные силы были уже на исходе, она нашла его. Забытый домик дровосека, затерянный в глубине древнего леса. Здесь она устроила их убежище.

Пока Лира обеспечивала их физическое выживание, Кайен вел свою собственную, внутреннюю битву.

Он был в своей душе, но она была расколота. Создание парадоксальной двери, прорыв сквозь саму ткань реальности, стоило ему дорого. Его собственный прозрачный кристалл был покрыт сетью тонких трещин, из которых сочилась его сила Пустоты. Эпитафии Лиана, Корвуса и Королевы были тусклыми и инертными, их связь с ним была ослаблена. Он был сломан.

Он потратил недели в этом безвременном пространстве, медленно, painstakingly, собирая себя заново. Он использовал гармонию Лиана, чтобы успокоить хаос. Он использовал контроль Королевы, чтобы сплести воедино расколотые части своей воли. Он понял, что его сила была не безгранична. У каждого акта творения или стирания была своя цена, и он заплатил ее сполна.

Спустя месяц после катастрофы он открыл глаза.

Первое, что он увидел – это лицо Лиры, склонившейся над ним. В ее глазах была бесконечная усталость и огромное, чистое облегчение.

– Ты вернулся, – прошептала она.

Он попытался сесть. Тело слушалось, но он чувствовал себя... истончившимся. Словно часть его самого была навсегда оставлена в той гробнице. Он поднял руку и посмотрел на небольшой шрам от ожога на предплечье. Он сосредоточился, пытаясь стереть его, как делал это раньше.

Шрам исчез, но Кайена тут же накрыла волна тошноты и головокружения.

– Что с тобой?

– Я заплатил, – ответил он, приходя в себя. – За ту дверь. Моя сила… она стала нестабильной. Опасной. Для меня самого.

Когда он достаточно окреп, чтобы ходить, они покинули свое убежище. Им нужны были новости.

Они добрались до небольшого шахтерского городка на границе человеческих земель, далеко от территорий клана Алого Кулака. В первой же таверне они поняли, что мир, в который они вернулись, уже не тот.

Все разговоры были лишь об одном. О «Чуде Орлиного Покоя».

Легенды были дикими и противоречивыми. Одни говорили, что древний бог проснулся и покарал клан Алого Кулака за их грехи. Другие клялись, что это сам клан испытал оружие Судного дня, и оно вышло из-под контроля. Третьи шепотом рассказывали о демоне-падальщике, который в одиночку стер с лица земли целую гору вместе с армией.

Но сквозь все эти слухи проступала одна, главная истина: экспедиция клана Алого Кулака, отправленная в Орлиный Покой, бесследно исчезла. Вместе с самой горой.

Клан был в ужасе. Они не просто проиграли. Они столкнулись с чем-то, что не могли понять. И страх заставил их сделать то, чего не могла сделать ни одна армия – они отступили. Их границы были запечатаны. Все приказы о розыске были неофициально сняты. Они спрятались в своей цитадели, пытаясь осознать масштаб своего поражения.

Кайен и Лира сидели в углу таверны, слушая все это, и медленно осознавали.

– Они боятся, – сказала Лира. – Мы свободны.

Они были свободны от преследования. Впервые за все это время. Но Кайен понимал, что это лишь временная передышка. Его имя теперь стало легендой, мифом. А мифы привлекают внимание сил куда более могущественных и опасных, чем один клан. Древние ордена, ищущие аномалии. Могущественные правители, жаждущие заполучить его силу. Существа, которые, возможно, были такими же, как и он.

– Клан Алого Кулака был лишь симптомом, – сказал Кайен, глядя в окно, за которым простирался огромный, неведомый мир. – Болезнь – это незнание. Я должен понять, кто я. Что это за сила на самом деле. И есть ли в этом мире другие, подобные мне.

Его месть была удовлетворена не им, а ужасом его врагов. Его бегство закончилось. Теперь у него была новая цель.

Их путь больше не вел от врага. Он вел к истокам. К разгадке тайны, которая была куда древнее и опаснее любого клана.

Охота за местью закончилась. Начинался поиск истины.

Глава 76: Библиотека Забытых

Облегчение от свободы было недолгим. Оно сменилось тяжестью вопроса, который был куда страшнее любого врага: что дальше?

Они сидели в той же таверне шахтерского городка, но мир вокруг них изменился. Слухи о «Чуде Орлиного Покоя» сделали имя Кайена легендой и проклятием. Он был свободен от преследования, потому что его главный враг теперь боялся даже произносить его имя. Но эта свобода была иллюзией. Он стал аномалией, и рано или поздно мир попытается либо изучить его, либо изгнать.

– Искать истину – это хорошо, Летописец, – сказала Лира, отпивая из кружки с водой. Она смотрела на него своими пронзительными глазами. – Но где ты начнешь ее искать? В мире нет карт, которые ведут к таким местам.

Она была права. Как найти истоки силы, которой, возможно, никогда не существовало прежде?

Ответ, как и всегда, лежал в наследии мертвых.

Кайен закрыл глаза. Он не пытался вспомнить. Он пытался найти эхо. Он задал своей душе не вопрос, а понятие: «аномалия», «пустота», «изначальная сила». Он просеивал остатки знаний Райкера, ища не факты, а мифы, слухи, запретные тексты, о которых капитан мог когда-то слышать.

И он нашел.

Это было нечеткое, туманное воспоминание. Чувство благоговейного страха, которое испытал Райкер, когда в молодости читал секретный доклад в архивах своего клана. В докладе упоминалось место. Не гробница, не поле битвы. Библиотека.

Великая Библиотека Корвуса.

Это был легендарный город-библиотека на юге континента, центр знаний и учености всего мира. Но Райкер боялся не самой библиотеки. Он боялся ее секретной секции, известной лишь немногим. Зал Забытых. Место, где хранились самые еретические и опасные тексты. Книги о временах до Войны Предков. Записи о цивилизациях, стертых из истории. И, что самое важное, исследования феноменов, которые не поддавались классификации. Исследования аномалий.

Кайен открыл глаза. У него был пункт назначения.

– Город Корвус, – сказал он. – На юге. Там есть библиотека. И в этой библиотеке есть то, что нам нужно.

Лира достала карту, которую они добыли в канализации. Она нашла город. Он был далеко. Путь туда займет месяцы.

– Это город ученых и магов, – сказала она, изучая карту. – Нас, чужаков с оружием, там не ждут с распростертыми объятиями. А в их секретные архивы не пустят и подавно.

– Значит, мы пойдем туда не как воины, – ответил Кайен. План уже начал формироваться в его голове. – А как исследователи.

Следующие несколько дней они готовились. Они потратили почти все оставшееся у них золото. Лира продала трофеи из Диких Земель и закупила все необходимое для долгого путешествия: прочную одежду, припасы, новые стрелы. Она стала их квартирмейстером, логистом их маленькой экспедиции.

Кайен же занимался подготовкой иного рода. Ему нужна была легенда. Прикрытие.

Он заперся в их комнате на целые сутки. Используя свою силу Пустоты, он совершал невероятно тонкую и утомительную работу. Он взял чистый пергамент и начал «писать» на нем. Он не использовал чернил. Он редактировал саму структуру бумаги, впечатывая в нее символы. Это была подделка рекомендательного письма от вымышленного, но правдоподобно звучащего ученого-историка из дальнего северного университета. Он создал пропуск в общие архивы Корвуса, копируя дизайн со старых документов, которые видел в памяти Райкера. Каждая такая операция оставляла его бледным и истощенным, но результат был идеальным. Его подделки были неотличимы от оригинала, потому что на самом тонком уровне они были оригиналом.

Когда они покинули шахтерский городок, их было не узнать.

На них была одежда путешествующих ученых – прочные, но скромные плащи, удобные сапоги. Их мечи и лук были тщательно упакованы и спрятаны в походных мешках. Дикая охотница и мстительный падальщик исчезли. На их месте были молодой исследователь и его молчаливая, зоркая ассистентка-телохранитель.

Они присоединились к торговому каравану, идущему на юг. Никто не обратил на них особого внимания.

Воины стали паломниками. Их Меккой была древняя библиотека, а их молитвой – надежда найти хотя бы одну строчку, которая объяснила бы им, кто они такие.

Глава 77: Пыль Тысячи Дорог

Жизнь в караване была монотонной и размеренной. Каждый день был похож на предыдущий: подъем до рассвета, быстрый завтрак, долгие часы пути под скрип колес и разговоры возниц, вечерний лагерь у костра. Для Кайена и Лиры, привыкших к постоянному напряжению и борьбе за выживание, эта рутина была странной, почти убаюкивающей.

Они идеально вжились в свои роли. Лира, представившаяся охотницей, нанятой для дополнительной охраны, часто уходила в сторону от каравана, возвращаясь к вечеру с парой зайцев или птиц, чем заслужила молчаливое уважение начальника охраны. Никто не знал, что в этих вылазках она не столько охотилась, сколько поддерживала свои инстинкты в тонусе, читая этот новый, более мирный мир.

Кайен же большую часть времени проводил в своей повозке, уткнувшись в старые свитки, которые он купил за бесценок. Он играл роль молодого, увлеченного ученого. На самом же деле, он занимался куда более важным делом. Он использовал это время, чтобы изучать и картографировать свою собственную душу. Он учился управлять «сетью» Королевы, расширяя свое восприятие. К концу второй недели он мог, не выходя из повозки, чувствовать каждого человека в караване, ощущать их эмоции – жадность торговцев, скуку охраны, беспокойство матерей. Он учился читать не следы на земле, а следы в душах.

Они пересекли плодородные центральные равнины, оставив позади суровые северные предгорья. Мир здесь был другим. Вместо одиноких застав они видели большие, укрепленные деревни, окруженные бескрайними полями. По дорогам часто встречались патрули местных баронов, чьи гербы были Кайену незнакомы. Жизнь здесь была более упорядоченной, но и более жесткой.

На третьей неделе пути, когда караван втянулся в густой лес, известный как «Вдовий Плач», их мирная рутина была нарушена.

Нападение произошло ночью. Это были не просто разбойники. Они действовали профессионально. Сначала в лагерь полетели дымовые шашки, мгновенно окутав повозки едким, удушливым дымом. Охрана каравана, застигнутая врасплох, начала паниковать, их крики тонули в кашле.

Лира и Кайен были готовы. Для них хаос был привычной средой.

Лира не стала бросаться в бой. Она взобралась на крышу своей повозки, ее глаза, привыкшие к полумраку, легко находили цели в дыму. Она не убивала. Она калечила. Одна стрела пробила колено бандита, собиравшегося поджечь повозку. Другая – пригвоздила руку другого к борту телеги. Она была безмолвным судьей, сеющим панику в рядах нападавших.

Кайен же остался у повозки главного купца, старого и хитрого торговца по имени Олен. Когда лидер бандитов, воспользовавшись суматохой, схватил ларец с деньгами и бросился бежать, Кайен шагнул ему наперерез. Он не вытаскивал меч. Он просто посмотрел на землю перед бегущим разбойником.

И «отредактировал» ее.

Лидер бандитов, несшийся на полной скорости, внезапно наступил на участок земли, который на долю секунды приобрел свойства гладкого, мокрого льда. Его ноги разъехались, и он с грохотом и проклятиями рухнул на землю, выронив ларец.

Прежде чем он успел подняться, подоспевшая охрана каравана уже была на нем.

Атака была отбита. Через десять минут все было кончено. Несколько охранников и бандитов были ранены, но никто не был убит, и, самое главное, товары были в целости.

На следующее утро, когда караван готовился двинуться дальше, к ним подошел купец Олен.

– Я не слепой, – сказал он, глядя на них своими умными, проницательными глазами. – Мои охранники – хорошие ребята, но вчерашнюю заварушку выиграли не они.

Он протянул Кайену туго набитый кошель.

– Это ваша доля спасенного. И еще кое-что.

Он передал ему запечатанный сургучом свиток.

– Это рекомендательное письмо в Гильдию Торговцев Корвуса. Меня там знают. В Корвусе уважают не только силу, но и ум, и умение действовать незаметно. Эта бумага откроет вам некоторые двери, которые закрыты для обычных наемников.

Они не просили награды, но получили нечто большее, чем деньги. Они получили ключ.

Путешествие продолжалось еще две недели. Они миновали южные холмы, и климат стал теплее, а воздух наполнился запахом моря.

И однажды утром, когда караван поднялся на очередной перевал, они увидели его.

На горизонте, раскинувшись вдоль лазурной кромки бескрайнего моря, сиял город из белого камня. Его башни и шпили, казалось, пронзали само небо. Это было зрелище из легенд.

– Вот он, юнцы, – сказал старый Олен, его голос был полон благоговения. – Жемчужина Юга. Город Корвус.

Они смотрели на легендарный город, сияющий в лучах южного солнца. Он был прекрасен. И он был полон тайн.

Их долгое путешествие по пыльным дорогам подходило к концу. Но их настоящее, самое сложное испытание – проникновение в сердце этого города-библиотеки – только начиналось.