444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » MI1978 » S-T-I-K-S. Заяц (СИ) » Текст книги (страница 7)
S-T-I-K-S. Заяц (СИ)
  • Текст добавлен: 16 ноября 2026, 07:30

Текст книги "S-T-I-K-S. Заяц (СИ)"


Автор книги: MI1978



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 41 страниц)

Глава 11. Профсоюз и Рыжая

Глава 11. Профсоюз и контрабанда.

Я сижу у барной стойки «Сытого медведя» и почти счастлив.

Джинсы, серая рубашка с короткими рукавами, черные мягкие кроссовки, Марго в кобуре на поясе, и Киска в Кармане.

После покупки одежды в торговом центре, я заскочил в парикмахерскую, где мне сделали короткий «ежик». А также побрили морду лица. В первый раз в моей жизни, кстати. До этого я брился как-то сам. Вернувшись в отель, принял горячий душ, переоделся в новое, сдал грязную одежду в стирку, и пошел ужинать в городскую столовую на талон. Огромная порция вкусного плова и два стакана компота, почти вернули иллюзию утраченного быта. Вернулся номер и завалился смотреть телек.

Когда было примерно девять вечера, на улица зажглись фонари, ярко освещая улицы, и я двинулся в «Сытый медведь». Какого-либо дресс-кода для входа сюда не было, но в ресторане ужинали мужчины в костюмах и женщины в вечерних платьях. Я больше смахивал на деревенщину, случайно забредшего к городским. Причину отсутствия дресс-кода я понял, когда делал заказ. Поллитровая кружка пива-два рубля, тарелка с закусками-три. Почти два спорана. Как говорил Киса Воробьянинов: «Однако!».

– Еще кружечку!-делаю я заказ, и кладу четыре рубля, – И себе налей красавица!

Барменша невысокая симпатичная девушка по имени Гера, с короткой стрижкой под мальчика, в короткой обтягивающей черной юбке, белой рубашке с коротким рукавами, и черном жилете с бабочкой, улыбаясь, наливает мне вторую кружку:

– Обязательно, выпью, Заяц, как закончиться моя смена.

Других клиентов у барной стойки нет, и я продолжаю расспрос Геры о стабе. Главой стаба является мужик по имени Тест. На самом деле, как сообщила мне по большому секрету Гера, его настоящее имя Тесто. Но как Тесто стал главой стаба, это и раньше было не очень, а теперь стало совсем не солидно, начали сокращать имя. И если вы не хотите обидеть уважаемого человека, лучше применять сокращенный вариант. Тест, кстати был владельцем городской столовой и мотеля «Усталый рейдер». Он и еще человек шесть человек, которые владели девяти десятых стаба, составляли местный олигархат. Но реальная власть была в руках человека по имени Гранит, «смотрящего» от стаба ГРЭС. Гранит возглавлял местное СБ, и все ментаты стаба были не местными. Первая кружка закончилась как раз на этой информации. Не густо, но и не пусто. Каких-либо тайн Гера мне разболтает, тут слишком приличное заведение, чтобы трепаться о клиентах более подробно с кем попало.

Да и Гера была со своим секретом. Я не вуйарист, но меня есть Сфера, и я уже рефлекторно делаю сканирование окружающим. В общем, Гера у нас не девочка, но видно очень хочет ею быть. Что в условиях Улья проблематично. Отношусь я к таким людям ровно, у каждого свои тараканы в башке, и если человек с ними тихо, не беспокоя окружающих, уживается, то это его дело. Потенциального недоразумения я избежал, но есть вопрос, кто еще знает, что Гера не девушка, и для каких целей? Народ тут грубый и нетолерантный, часто живущий «по понятиям», узнай, что их тут обслуживает транс, много шуму было бы. Но кто-то Геру держит здесь на плотном крючке. А значит кому-то Гера должна стучать.

– Слушая, я хочу поработать с командной нормальных опытных сталкеров. На подхвате. Не тех, кто по заданию стаба выносит разом торговые центры, а тех, кто имеет свою делянку, и работает с многоквартирными домами. Есть такие?

Гера задумывается (и Оберег выдает небольшую вибрацию), потом кивает:

– Есть одна команда. Их за глаза Падальщиками кличут. Приезжают на загрузившиеся две-три недели назад кластеры и чистят дома и мелкие магазины.

– А чего так кличут?

– Думаю, завидуют. А еще они квартиры вскрывают, и из холодильников консервы достают.

Я мысленно содрогнулся:

– Что так с продуктами тут плохо?

– Нет. Командует ими Кузнец. У них есть три грузовика. Костяк группы восемь человек. Еще нанимают человек восемь-десять. Сразу консервы сортируют, совсем печальные выкидывают. Остальное складируют по ящикам. Представь сколько в многоквартирном доме всякого разного можно достать.

– А, разве не проще брать еду и шмотки в торговых центрах?

– Шмотки может и проще. Но опять же если будет новая вещь, не бросать же ее. А там разное может попадаться. Кроме того, много еды и шмотья уходит в стаб ГРЭС и дальше. Так что консервы у них дешевле при тех же сроках годности. Четверть, а то и треть стаба их консервы покупает. А самое главное, потрошат торговые центры команды снабжения стаба на свежих кластерах, а там постоянно зараженные трутся. А Падальщики рискуют гораздо меньше шарясь по старым кластерам.

– А кто по-проще есть? Эти скорее всего просто двери ломают. А я хочу научиться открывать замки. Или промышленному альпинизму обучиться.

Снова дрожания Оберега. Какой у Геры дар?

– По замкам знаю только Синего. Из команды Балагура. Они втроем работаю. Ищут либо под заказ, либо стволы.

– Кто третий?

– Лазарь его имя.

– Ребята нормальные?

– Вроде да. Только Синий много сидел. Сейчас татуировки все сошли. А имя осталось. Ему предлагали на Иней поменять, но от отказался.

У Геры довольно хорошая память. Или дар такой.

– А альпинизм?

– Не знаю. Обычно сталкеры до такого не заморачиваются. У каждой группы есть несколько кормушек, вот между ними они и мотаются. Но на рынке снаряжения для альпинистов продают, может там что-то узнаешь.

Тут к стойке подошел парень лет двадцати пяти. Невысокий, подвижный. Брюки, белая футболка, пиджак, кожаные туфли, пистолет ТТ в кобуре скрытого ношения на поясе за спиной, нож в специальных ножнах в левом рукаве, рублей сто наличкой.

– Привет, Гера, налей-ка мне темного, – говорит парень, присаживаясь на барный стул слева от меня, и протягивая мне правую руку-Колобок!

– Заяц, – я приветственно поднимаю кружку с пивом в правой руке. Одно из правил Улья, жать руку только тем, кому доверяешь.

– Приятно видеть новое лицо.

– А, мне вообще, приятно видеть лица, – улыбаюсь я.

– Чем занимаешься, Заяц, если не секрет.

– Торгую найденным.

– Сталкер, значит, благородное занятие. Правда не в наших местностях.

– А, чего так?

– Начальство стаба, все козырные места себе забрало, нам честным рейдерам мало чего осталось.

– Ну, плетью обуха не перешибёшь.

– Отнюдь. Нам надо всем объединяться в профсоюз.

– Зачем?

– Что бы отстаивать свои права!

– На что?

– Как на что?! Мы также имеем право на ресурсы, как и они. На более справедливую долю.

– Слушай, Колобок, отложим в сторону, что ты либо провокатор, либо вымогатель.

Колобок аж вытаращился на меня.

– Предположим, что ты у нас идейный. Скажи, какой экономический базис здешнего общества.

– Чего? – Колобок вытаращился на меня еще сильнее.

– Ясно. Экономическим базисом общества в Стиксе является собирательство. Какой тип общественных отношений больше всего соответствует данному базису? Первобытный строй не берем. Там в основе родоплеменные отношения.

– Ты чего несешь?

– Ясно. Больше всего соответствует феодализм. Отношения здесь, как я пока могу судить, больше всего, в определенными оговорками, соответствуют феодальным. Профсоюзы-это продукт капитализма, когда у работников есть только личный труд, средства производства у них отсутствуют. Сталкеры работниками не являются. Они сами по себе так сказать хозяйствующий субъект.

– Заяц, к чему это херня?

– К тому, что ваше предложение не соответствует объективному экономико-общественному устройству этого мира.

– А когда в Стиксе к тебе подойдут, так же будешь звиздеть? – как-то даже злобно спросил Колобок.

– Да, согласно принципам материализма: свинцом и порохом.

– Ну, ну, Заяц.

Колобок забрав кружку с пивом удалился в глубины ресторана.

– Гера, кто это?

– Это Колобок.

Я улыбаюсь в ответ:

– Он к местным шишкам отношение имеет?

Гера молчит. Вот коза! И я сбрасываю три рубля.

– Нет, он из независимых сталкеров. У него своя команда. Мутит против Дуба главного по «мародерке» стаба.

Ладно, мне на местные интриги пофиг. Хотя мы же знаем, что при феодализме могла существовать и цеховая система. Колобок хочет загнать независимых сталкеров в цех под видом профсоюза?

– Скажи, я тут законы Стаба почитал. Спек и прочая наркота запрещены. А где купить спек для личных целей, как лекарство?

– У нас нигде.

– А как остальные обходятся?

– Никак. Наша знахарка даже ругалась с главой стаба, но тот ничего не решает. Это стратегический как говорят ресурс. Для СБ, солдат и местных шишек запасы спека есть, на остальных им плевать. А ты умный.

Гера слегка зарделась.

– Это ты к чему?

– Колобка как отшил красиво. Он аж завис.

– Спасибо, но это мелочи. Остатки образования.

– А, почему у тебя часы не идут?

– Они сломаны.

– А, зачем тебе сломанные часы?

– Потому что не сломанные часы может услышать зараженный.

Гера хихикнула:

– А зачем тогда носить такие часы?

– Что бы знать время.

– Они же сломанные!

– Гера, эти часы два раза в сутки показывают правильное время.

Гера хмуриться, пытаясь понять, явно приключения капитана Врунгеля не читала:

– Ты шутишь!

– Нет, эти часы мне действительно нужны. Спасибо за прекрасный вечер, я пойду к себе в номер.

– Через час тут появятся очень симпатичные девочки.

– Спасибо, не заинтересован.

– Заяц, ты еще скажи, что ты по мальчикам!

Понятно, идет прощупывание территории.

– Нет, Гера. Я люблю девочек. Но у меня там осталась жена, и пока я не готов к общению с другой женщиной.

«А тем более с проституткой», – добавляю про себя, от мысли, что могу быть с «пепельницей», аж передергивает от брезгливости.

– Как романтично, – Гера вздыхает и сдает назад, вот и ладушки.

Ночь прошла на удивление спокойно. Коловращение народа в Сфере воспринималась как часть сна. Единственный раз, когда местный абориген завис рядом с моим номером, сон стал более чутким, что ли.

Утром, после завтрака на талон, я направился к знахарке.

Рыжая жила в роскошном двухэтажном доме из восьми пятитонных контейнеров, облицованных сайдингом под дерево, плоская крыша дома явно использовалась для отдыха, на что указывали перила и большой зонт.

Толи знахарка поздно вставала, толи поздно вчера легла, но дверь мне открыла заспанная лохматая рыжеволосая невысокая ничем не примечательная женщина лет тридцати.

– Доброе утро!

– Заходи, – пробурчала Рыжая, пропуская меня внутрь.

Внутри маленькой комнаты размером в один контейнер было чисто, уютно. Стол с компом, три стула, шкаф, кушетка, пейзажи в солидных рамах. Две двери.

– Зачем пришел…

– Заяц, – подсказал я.

– Заяц. Кто тебя так окрестил?

– Храбрый человек по имени Торт.

– Так зачем пришел?

– Говорят, знахари могут прокачивать дары…

– Три горошины, – прервала меня знахарка.

– Я, конечно, не ориентируюсь в ценах, но не много ли?

Она смотрит на меня неприязненно:

– Нам обоим надо будет выпить раствор гороха. Ну, а третья-оплата.

– Понял. Вопрос второй, янтарь принимаете?

Выкладываю на стол янтарь с рубера.

Рыжая смотрит на меня уже холодно:

– Продажа янтаря мимо стаба незаконна.

– Огромное спасибо, что объяснили. Как законопослушный гость стаба желаю немедленно двинуться сдавать янтарь, – делаю вид, что собираюсь забрать товар.

– Подожди, – Рыжая делает пассы на янтарем (Обрег слегка вибрирует), достает из стола электронные весы, взвешивает: триста девятнадцать грамм, – Горошина за двадцать грамм.

– Это шестнадцать горошин?

– Да.

– Хорошо.

– У меня здесь столько гороха нет. Нужно время… что бы собрать.

– Без проблем. Можешь оставить янтарь у себя. Я добавлю еще две горошины и оплачу шесть дней прокачки дара.

– А не боишься, что тебя обману? Это незаконно. Если, что жаловаться не побежишь.

– Почему не побегу? Мы же договорились на шесть дней прокачки. Я тебе заплатил. Горохом. В чем проблема?

Неожиданно Рыжая улыбается:

– Заяц, а ты хитрый сукин сын. По рукам. Садись.

– Что прямо сразу так?

– А чего тянуть? Раньше сядем, раньше выйдем. Ну, посмотрим, что у нас тут.

Через пять минут Рыжая, начала хмуриться, и активней водить руками вокруг моей головы. Оберег, который вибрировал до этого и так довольно сильно, как при допросе ментата, усилил вибрацию. Через десять минут активного изучения моей личности, Рыжая спросила:

– Заяц, а что ты хочешь здесь прокачать?

– Что, прям нечего?

– Все твои три дара не раскачиваются. Адаптивная энергоструктура как первый дар у тебя сложилась еще в самом начале. Пространственный карман, больше чем сейчас в себя не вместит. Твой дар сенса, очень он у тебя какой-то странный, на большее расстояние действовать не будет. Что качать-то?

– Третий дар, – ответил я, кажется Рыжая не видела что мои дары спутаны. Возможно в чем-то Василий ее был наголову выше.

– А как давно ты в Улье? – задала Рыжая вопрос.

– Скоро будет как месяц.

– И три дара! Сколько жемчуга принял?

– Две жемчужины, – скрывать не имело смысла, все же она знахарь и я обратился к ней за помощью.

– С твоей энергоструктурой его есть можно горстями, – задумчиво ответила Рыжая, – Ладно, любой каприз за ваш горох.

Полчаса процедуры «прокачки» пролетело быстро. Если честно кроме мерзкого вкуса раствора гороха я ничего не почувствовал. А вот Оберег вибрировал довольно сильно. И только это не позволяло себя чувствовать лохом.

– Хорошо, приходи завтра утром на следующий сеанс.

– А если этим вечером?

– Можно и вечером. Только будет менее эффективно.

– Почему?

– Мне столько гороха в день пить будет не очень.

– То есть, не шесть, а семь сеансов? – спросил я, мгновенно пересчитав разницу.

– Хорошо, семь. По два сеанса в день.

– Рыжая, а ты группу Балагура знаешь?

– Знаю, а тебе что с них?

– Хочу научиться вскрывать замки.

– Попробуй.

– На твои рекомендации ссылаться могу?

– Это какие-такие рекомендации?

– Что ребята нормальные, не кинут, в спину не выстрелят.

Рыжая некоторое время молчит, но, наконец, кивает:

– Можешь.

– А где их найти?

– Если они за хабаром не ушли, отсыпаются после попойки в «Усталом рейдере».

Глава 12. Решение

…Сижу в своем номере отеля и пью купленное для ребят Балагура баночное пиво. Их я не застал. Как сказал за рубль «портье» мотеля, еще вчера они убыли на мародерку. Вернутся, даст Улей, дней через пять. Пока разговаривал с «портье» из дешевых номеров мотеля, как зомби из могил восставали помятые рейдеры с перегаром.

Краем уха слушаю местное кабельное ТВ и думаю о перспективах, при молчаливом одобрении обстоятельного Михалыча. Местная экономика вызвала вопросы. Вот у меня в Кармане были и горох, и спораны, и рубли. Для сносного существования в стабе, хватало пока с головой. Тут же люди жили в дешевых номерах, на манер собачьих будок, каждый день нажирались в дешевых рыгаловках, и продолжали жить так дальше изо дня в день. По моим подсчетам, дешевое жилье, еда в столовке на завтрак, алкоголь с закусоном на ужин, все выходило в день три спорана. Обед можно было найти на кластерах, как и обходиться без продажных женщин. Еще споран на живчик на два-три дня. То есть, семь споранов на два дня. Да, я не учитывал расходы на оружие, амуницию, одежду, на лечение, и наверняка на что-то еще.

Мой хабар по меркам этого стаба был шикарным, и позволил заработать сорок пять горошин, в пересчете на сам горох и полученные рубли. И это без учета янтаря. Правда двадцать девять горошин это были коллиматоры, прицелы и Чудовище с патронами к нему. То, есть добытое с муров шальной удачей.

В итоге по всем прикидкам выходило, что на местности наблюдался дефицит ресурсов для сталкеров, не зря Колобок тут так возбужденно бегает со своим профсоюзом. Подавляющему количеству сталкеров здесь хватает только на недорогую еду, дешевые алкоголь и жилье, секс со шлюхами по-праздникам или бесплатный, но рисковый, на кластерах с «пустышками», плюс надо копить на оружие, а оно тут дорогое, оплачивать недешевый расход патронов, и на форс-мажор, типа ранения. Народ старается сбиться в группы, выживая одиночек вообще в бесплодные кластера. Намек Колобка на это я понял вполне ясно.

Как сталкеру особо крутое оружие мне не нужно. И поэтому трейсеры, охотники на зараженных, это более, в силу даров и снаряжения, высокое сословие в местном обществе. Им нужно мощное оружие, техника и оборудование. Доходы, расходы и риски растут. Местные феодалы, люди, контролирующие стабы, это вообще вершина местного общества.

Чего я хочу? Куда я хочу? Очевидно, я хочу выжить. Очевидно, нужна команда. Прибиться к готовой или набирать самому? Когда пытаешься влиться в чужой коллектив, есть риск, а здесь он большой, что при необходимости пожертвуют именно тобой. Если набирать самому, то и финансирование команды на мне. Как и обеспечение ее лояльности.

Я пощелкал по каналам ТВ. Мелькали фильмы, спорт, музыкальные клипы, порно, что-то историческое и документальное, что можно было, благодаря Мультиверсуму, смотреть как альтернативную фантастику. Наконец на экране появились знакомые кадры сериала «Светлячок»[1]. Шла серия «OutofGas» и на экране бравый капитан Мальком Рейнольдс загонял свою команду в шаттлы.

Если это не знак, чего тебе, Заяц, еще надо?

Итак. Взял в руки карандаш и накидал на листке расчеты. Завтра перезагружается Новосибирск. Послезавтра и на следующее утро у меня последний прием у знахаря. Дорога до моих кластеров займет шесть-семь дней. То есть, Восьмерка перезагрузиться за два или три дня до моего прибытия. Четыре-пять дней на поиск свежаков на Восьмерке, оборудовании складов и убежищ в кластере Волгограда, мародерка Волгограда. Затем перезагрузка Кемерово. Там по ситуации, поиск свежаков, избегать столкновений с мурами, в противном случае они начнут охоту на меня. Затем нанимаю свежаков, нахлобучиваю их хабаром, и вывожу в Угол. Рано или поздно я наберусь опыта выживания и подберу себе команду, способную дать отпор элите и прочим двуногим, скоплю достаточного гороха и споранов для базового оборудования. И тогда можно будет переходить на новый уровень местного бытия.

Прикинул примерные условия найма свежаков и оборудование, которое потребуется в моих кластерах, и которое можно будет оставлять на кластере с вышкой. В это время серия закончилась, пошли титры и песня к этой серии On the Drift:

I met a man, in a brown leather coat,

He thought one bullet could buy my boat,

But there ain't a man, under any sun,

Who can take my boat, when I've got my gun.

Who can take my boat, when I've got my gun.

Спасибо, Улей. Я это учту…

…Стою за воротами стаба и смотрю на залитые восходящим солнцем окрестности. Сюда я вернусь только через три-четыре недели, если доживу. Предыдущие два дня и остаток первого прошли в хлопотах и расходах. Заказал три сборных волокуши на дюралюминиевой раме. На рынке нашел снаряжение для альпинистов, и продавец за небольшое вознаграждение по два часа в день учил меня теории, как правильно пользоваться всеми этим карабинами, жумарами, страховочной привязью, и прочим. И все свободное время я проводил в тире, стреляя из обреза, как из пистолета, по мишеням от пяти до двадцати метров, привыкая к мощной отдаче. Идиотская затея в обычной жизни, но тут живчик лечил все травмы запястья за часы. Вчера расстрелял пробные шесть патронов из Киски, после обреза отдача ни о чем, и заказал еще двенадцать патронов у Порошка. Заплатил две горошины за общие карты кластеров вокруг Угла и до «черноты» на западе в месте примерного моего выхода из нее, расписал несколько маршрутов до точки «входа».

После дополнительного совещания с Михалычем, нагрузился двадцатью суточными сухпайками, рассчитывая оставить большую часть на стабах-тройниках на каждом дневном переходе, и несколько брошюр для новичков. Заказал десять оранжевых флажков на пластиковых сборных трехметровых флагштоках, для обозначения стабов-тройников в «черноте». Туда должно идти оборудование и сухпаи с водой, обратно оружие и патроны…

…Два дня до «черноты» прошли без происшествий. Каждое утро я выпивал раствор гороха. И затем шел через пустые для рейдеров и зараженных кластеры. По пути оборудовал, на одном «тройнике» тайник на пять сухпайков. На третий день перед «чернотой» на этом маршруте было несколько кластеров с небольшим деревеньками, заправками и даже небольшой ж/д станцией. Вот около этой небольшой станции я и оказался. Вроде тихо. По картам это небольшой кластер перезагружался раз в месяц. Здесь Стикс пристыковал железную дорогу, с одной стороны, к кластеру с широким шоссе с заправкой и сувенирными киосками, где останавливалось много туристов, и к кластеру с какой-то грунтовкой и большой деревней, с другой. На это раз к станции неожиданно подгрузился целый пассажирский поезд. Безопасно обходить это кластер и соседние это часа четыре, плюс еще три часа для возвращения на маршрут. Многовато. Можно попытаться срезать по границе кластеров за два часа и нарваться на неприятности и с соседнего кластера с заправкой тоже.

Я еще раз оглядел в монокуляр поезд. До него примерно километр. Движения нет, некоторые окна вагонов изнутри заляпаны скорее всего высохшей кровью. Перрон и саму станцию отсюда не видно, поезд закрывает.

– Что думаешь, Михалыч?

Михалыч не в восторге от идеи идти через станцию. Нуда, он моей шее сидит. Ноги-то мне бить. Чем крупнее зараженный, тем больше ему надо есть. Зараженные, развитее бегунов, вообще вынуждены постоянно передвигаться в поисках пищи.

Я сам навязал себе график и теперь расплачиваюсь, поэтому решившись, двинулся к поезду. Каждые сто метров останавливался, оглядывая окрестность. Вон какой-то костяк между колесами под вагоном. Вот чья-то сумка. А вон изорванный ботинок.

Мертвечиной начало вонять метров за триста. Подошел к составу. В Сфере вижу часть вагона. Внутри кости, разбросанные и изорванные вещи, фрагменты тел. Перрон только на полметра возвышается над рельсами. Сбрасываю рюкзак, и с автоматом наизготовку подлажу под поезд, что строго воспрещается в моем мире. Тихо. Оглядываю перрон. Много тут людей съели. Твари, добираясь до пассажиров, выбивали окна и разрывали борта вагонов с этой стороны поезда, Проверяю здание. На другой стороны зала, заваленного костями, покачиваясь на пятках, стоит матерый бегун, и таращиться куда-то за окно. Меняю калаш на Марго. Крадусь к своей жертве, стараясь не наступить на кости. Двадцать метров. Один, почти бесшумный выстрел в голову. Наповал. Хватаю калаш и жду реакции на смерть зараженного. Тихо. Никого. Все. Станция зачищена. Забираю два спорана с бегуна. Возвращаюсь к рюкзаку. Теперь в темпе надо уходит из этого кластера.

Я отошел от станции метров на сто, как засек движение в полукилометре. Со стороны деревни, по полю, ко мне мчалась туша толи матерого кусача, толи молодого рубера. Бросив рюкзак, я рванул обратно к зданию. До твари было всего сто метров, когда я, еле успевая встать в проеме широкого окна, начинаю поливать ее прямо сквозь стекло короткими очередями. И если судит по конституции, до заражения она не была человеком. Тварь наклоняет морду, прикрывая глаза как щитками надбровными костяными наростами и мчит на меня. Пули бьют в морду твари, срывая кожу, откалывая мелкие кусочки от надбровных щитков, ослабляя их, и рикошетя по все стороны. Щелк, магазин пуст. Морда твари попадает в Сферу, я одним движением сбрасываю калаш в Карман, хватаю Киску. Тварь прыгает с восьми метров. А я знаю, куда направлен ствол. Тяжелая пуля разносит правый костяной щиток, раскалывая его и раскалываясь сама, превращая в месиво глазное яблоко твари. На Сфере я вижу, что тварь лишилась только глаза. Она в прыжке летит на меня, и тут течение времени резко замедляется. Соображаю я нормально, но двигаюсь также медленно, и даже медленнее, чем тварь. Я вижу несколько траекторий ее движения, которые с каждым мгновением становятся все ближе друг другу, как бы сливаясь в одну наиболее вероятную. Вижу траекторию своего движения, уход влево, под прикрытие метровой стены из кирпича, в слепую зону выбитого глаза. И я вижу следующую цель для выстрела. Время ускоряется, точнее, возвращается в нормальный темп, оконная рама взрывается осколками стекла и обломками дерева, и тварь влетает в зал. Выстрел. Когда-то у твари были уши, но мутация и рост черепа лишил существо ушных раковин, сдвинув ушное отверстие, чуть выше сочленений челюстей, и пуля бьёт прямо в него, превращая в фарш вестибулярный аппарат справа. Но и тут кость слишком толстая, конический кусок металла не достает до мозга, но это не главное. Даже могучие падают, если их не держат ноги. Вот и монстра ведет, он «поплыл» от контузии, потеряв ориентацию в пространстве, его лапы подламываются, и тварь валиться на правый бок, подставляя споровый мешок. Новое замедление времени, за которое я успеваю, сбросить Киску в Карман. Рывок на грани сил и рефлексов, и Коготь входит аккуратно между костяных пластин спорового мешка. Чудовище издыхает.

Я тяжело дышу, меня трясет от адреналина, спорового голодания и злого азарта. Краем глаза я фиксирую новое движение. Бежит свита. Два лотерейшика и три матерых бегуна. Триста метров. Я суперхищник Земли! Я продукт миллионов лет выживания! Стараюсь придать дыханию равномерный ритм, пытаясь успокоиться, и перезаряжая калаш, становлюсь на колено, кладя ствол автомата на подоконник. Сто метров. Я чувствую, как дремлющая генетическая память предков внутри меня пробуждается и оскаливает клыки: «Убей людоеда!». Это один из императивов выживания расы. И открываю огонь…

…Я сижу на чердаке станции, приходя в себя. Не скажу, что бой дался мне нелегко, но я понимаю, поймай тварь меня в открытом поле, даже выбитый глаз не помешал бы ей сбить с меня с ног или зацепить на ощупь лапой. То есть, хочется думать, что я переиграл ее на тактике.

Четвертый дар, о котором говорил Василий, пробудился. Раньше времени, но спасибо сеансам Рыжей на горохе и утренним его приемам. Скорее всего, без его активации я бы не смог так удачно определить цель второго выстрела и попасть. Да, я не клокстопер. Вышел облом. «Разогнанные» от Сферы нейронные связи мозга, позволяют мне думать быстрее, производить расчеты, принимая решение. Проблема в том, что тело и его отзыв на команды мозга осталось прежними, хоть уже и изрядно изменившимися под воздействием паразита, принятых жемчужин и гороха. И мне кажется, что дар в пассивном режиме активируется только когда, сама «проблема», требующая решения, оказывается в пределах Сферы. Наверное, дар хороший, но опять с ограничениями. Завязан на Сферу и ограничен Сферой. И могу ли я самостоятельно так «ускоряться»? А еще сильно болит голова. Видно мозги перегреваются от дара. Как процессор или видеокарта. Вот пусть дар так и называется, Карта. Как она ляжет, так и будет. А еще оказалось, что теперь по целям внутри Сферы мне даже целиться не надо. Как-будто есть лазерный целеуказатель.

И что это вообще было? Этот прилив злого азарта, и желание убить всех чудовищ? Я суперхищник. Ага. Эк меня адреналином торкнуло. Наверное, там, на кластерах за «чернотой», зараженные воспринимались как просто угроза. Здесь я убил местного царька кластеров. Погибшие здесь люди наверняка его работа. Не зря же тут стоял дозорный бегун. Умом я понимаю, что месть за съеденных и убийство местного босса, с глобальной точки зрения бессмысленна. Будет перезарузка, и среди зараженных определиться новый царь-горы. Стикс вообще делает многие вещи бессмысленными или сводит все к статистической погрешности. Но человек создан что бы преодолевать трудности. Мои маленькие и незаметные для Стикса победы, это мои победы. Мой шанс остаться человеком. Шанс сделать этот мир лучше. Хотя бы здесь и сейчас. На этом покончив с саморефлексией, вернулся к тварному миру.

В рубере, который раньше, скорее всего, был хряком, хотя ноги у него изрядно мутировали в четырехпалые лапы, жемчуга не было. Янтаря грамм сто, но очень насыщенного цвета, шесть горошин, и двадцать споранов. Прям сплошной жир Стикса. Свита принесла еще горошину и девять споранов. Неплохо. А то что бонусом был еще и целая шкура, и моральное удовлетворение, что все же отомстил местному царю-горы за душегубство загруженных разумных, вообще замечательно. Может теперь эти кластеры дадут какое-то количество выживших иммунных. В общем, отпоив на чердаке организм живчиком, я быстро просканировал станцию и поезд Сферой, обнаружив в зале ожидания улетевший под скамейку АКСУ с половиной магазина. Прихватив оружие, я устремился к «черноте», от которой меня отделяло всего несколько кластеров…

…Переход через «черноту» прошел без происшествий и даже как-то буднично. К вечеру я вышел на территорию Пасынков Улья. До заката было еще часа три, и я решил двигаться еще часа два, надеясь попасться на глаза дозорных. Расчет оправдался, через полтора часа встретился с разъездом из двух мотоциклистов. Одного даже знал в лицо, виделись на стоянке. Был некий мандраж, а ну, как они захотят меня привалить. Но ребята были довольно приветливы, сообщили, что сектанты сменили место стоянки и предложили подвести. На что я, конечно, согласился.

В лагере без проволочек встретился с Василием.

– Что, все же решил заниматься сталкерством у реки? – вместо приветствия спросил Василий.

– Да. Ты был прав, пока для меня это лучший вариант.

И выложил АКСУ со станции и обрез с патронами из стаба. Оба оружия ушли за одну горошину. Так как АКСУ слабоват, и как обрез далеко точно не стреляет. Ну и фиг с ними. Как говориться с паршивой овцы клок.

– Василий, вам янтарь нужен?

– Да.

Из Кармана достал янтарь. Таскать его, занимать место. Да и вдруг он портится, теряя в качестве.

По приказу Василия принесли весы и взвесили товар. Сто шесть грамм.

– Какая твоя цена? – спросил Василий.

– На стабе толкнул двадцать грамм за горошину. Не вижу причин накручивать цену.

– Это хороший янтарь. С округлением даю тебе шесть горошин.

– По рукам. Скажи, сколько из янтаря получается спека?

– Ну, – Василий задумчиво покрутил, бусину янтаря в руках, – Наш варщик, сделать две дозы из пятнадцати грамм этого янтаря.

Доза спека стоит в среднем три горошины. Из этого янтаря спека получится от четырнадцати до двадцати одной дозы. Фигасе. Мне кажется Рыжая сделала на мне нехилый бизнес.

– Что, – усмехается Василий, глядя на мое лицо, – Жалеешь, что продешевил?

– Немного, – признался я, – Но умом я понимаю, что есть хлопоты с изготовлением, упаковкой, в стабе еще и проблемы с распространением. В общем, все как обычно с наркотой. Я, как простой колумбийский или афганский крестьянин, добываю сырье, а профит от переработки получают доны Педро.

И хрен с ними. Торговать янтарем, это не спеком торговать. Меньше профит, меньше конкуренции, меньше риска. Да и уже треть долга перед сектантами списал.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю