444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » MI1978 » S-T-I-K-S. Заяц (СИ) » Текст книги (страница 31)
S-T-I-K-S. Заяц (СИ)
  • Текст добавлен: 16 ноября 2026, 07:30

Текст книги "S-T-I-K-S. Заяц (СИ)"


Автор книги: MI1978



сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 41 страниц)

Глава 50. Ключ

– Привет, Рыжая.

– И тебе не кашлять.

– Ты чего такая злая?

– Да так, мелочи.

– Может как коллега коллеге смогу помочь?

– Тут ты точно не сможешь. С чем пришел?

– Лишних ушей на излечении у тебя нет?

– Лишних ушей тут нет.

Выкладываю из рюкзака на стол пакет с янтарем:

– Хорошее сырье. Горошина за восемнадцать грамм.

– Хм, – Рыжая перебирает янтаря, взвешивает его, – Это сколько и где так настреляли? Тут янтарь как минимум с пяти разных зараженных.

– Рыжая, ты же знаешь, я не трейсер. Есть кладбища слонов, а есть кладбища руберов.

– А отчего они туда приходят умирать? От старости?

– От ожирения. Вот зачем тебе знать? Такого скорее всего уже и не будет. Мимо проходили, и нашли.

– Кстати, а когда будет янтарь с твоей рыбы?

– Уплыла рыба. Через месяц станет ясно, будет ли на нерест возвращаться.

– На нерест?

– Ну, в место своего заражения. Там была так сказать пустая перезагрузка. Плотина тю-тю, и рыбка уплыла в пампасы. И еще не ясно насколько она янтарем нафарширована. Прежний элитник там долго жил. Вес нагуливал.

– А с чего ей возвращаться?

– Там ее хорошо кормят. По цене сошлись?

Рыжая кивает:

– Сошлись. У меня выходит сто тридцать три гороха. Вы на сколько?

– Дня три-четыре.

– Думаю получиться все сумму собрать. Фартовый ты, Заяц.

– Не фартовый, а правильный. А правильных рейдеров Улей любит. Скажи, ты Деда с ГРЭС знаешь?

– Главного знахаря? Конечно, знаю.

– Хорошо, знаешь? Сможешь рекомендательное, так сказать, письмо чиркануть?

– Тебе зачем?

– Есть одна тема, хочу ее обсудить с Дедом.

– А я чем плоха?

– Рыжая, я тебя уважаю. Но твоя тема янтарь. С Дедом там больше… политика. А если ты думаешь, что я к Деду с жемчугом хочу двинуть, то скажу, что им не торгую, самому не хватает...

…-Зачем тебе Дед? Ты, что не можешь вот это продать через Рыжую?

– За «чернушку»?

– А разве это стоит жемчужину? – Кэт с сомнением смотрит на небольшой, длиной сантиметров пять состоящий из нескольких разных кристаллов конструкт, – Как тебе вообще это в голову пришло?

– Как озарение. Я с Оберегом уже давно. Научился его хорошо чувствовать. А когда у меня появился дар шамана, я стал видеть поток жизненной энергии.

– Жизненной энергии, скажу тебе как медик, ее нет.

– Но я что-то ведь вижу. Более того, управляя этой энергией можно применят дары. Так вот, твоя и моя энергия проходят через Слезы Улья. Причем энергия проходит прямо, не рассеиваясь. В твоем красном кристалле она усиливается становясь чуть плотнее на манер света, когда его концентрируют в лазерный луч. Так дар у тебя становиться сильнее. Моя энергия, проходя через черный кристалл, как бы успокаивается, ее колебания становятся более гладкими и менее хаотичными, и я трачу меньше сил при работе с дарами. Но мой первоначальный Оберег был с дефектом. И как я понял, черному кристаллу не хватало толи размера, толи массы для нормального резонанса. Ювелир срастил его с белым кристаллом, и общая масса или размер Оберега позволили обоим кристаллам нормально работать. А потом, как появился дар знахаря, я заметил незначительное рассевание энергии Оберегом. Если ты приглядишься к Оберегу, будет видно, как черный кристалл «пророс» в белый. Образно выражаясь твой кристалл прямая железная дорога, а у меня со стрелкой. Я могу переключать направление энергии. Пока понятно?

– Более чем. Образно, но антинаучно.

– Очень смешно. Но Оберег помогает мне работать с энергией внутри моей энергоструктуры. Та энергия которая из него исходит, то есть покидает мою энергоструктуру идет на использование дара. Мой дар знахаря, крайне слабый. И практически я не смогу его улучшить из-за перекоса в диагностику. Это как держать на весу в руках столитровую бочку и пытаться с десятого этажа наполнить водой из нее бутылку внизу. А вот мой Ключ – я достаю из Кармана и показываю его Кэт, – Дает мне возможность работать с этой энергией более тонко. Он как воронка, в которую я сливаю энергию дара. И теперь я немного недотягиваю до среднего знахаря из нижнего сегмента. И это мой потолок. Но я все одно могу уже нормально работать над вашими и своими дарами на ежедневной основе. И этот первый Ключ я делал именно под себя. С учетом того, что я знаю, как с ним работать, и я вижу, как я с ним работаю. Для того же Василия он малопригоден. Поэтому, с учетом моего Ключа, я и Ювелир сделали этот второй простой, проходной, Рекламный Ключ. По сравнению с моим он как простая пластиковая воронка против сепаратора.

– И что даст этот Ключ? Кстати, почему Ключ?

– Это мой ключ к миру знахарства. Нашей команде бесплатно, остальным за споранчики. Что касается этого конструкта с ними дар знахаря будет более эффективным, мощным и менее энергозатратным. Чем сильнее знахарь, тем эффективнее будет Ключ, учитывая, что с ростом уровня дара, его дальнейший прогресс все сильнее замедляется. Этакий рукотворный усилитель.

– И сколько для тебя стоил твой Ключ?

– Для меня ничего. Я дал им знание. Он сделан из дефектных Слез Улья. Они не знали, что с ними делать. А тут смысл как раз получить стрелку-воронку, а не прямую дорогу. И без Ювелира с его казалось бы бесполезным даром сращивать кристаллы, в тех местах, где я указал, такое было бы не возможно.

– И теперь ты хочешь торгануть Ключами?

– На паях с Пасынками Улья. Мне нужен жемчуг для зародышей дара.

– Возьми наш красный.

– Красный для тебя. Раз я могу копировать дары, то увеличить твой шанс получить сильный дар, это более выгодная для нас стратегия.

– У тебя еще есть черная жемчужина, которую тебе Звон заплатил.

– Это НЗ[1], типа допинга на крайний случай…

…Я добрался в ГРЭС на Гепарде к одиннадцати утра, потратив на дорогу часа четыре. Особо не гнал, но и не медлил. Дорога прошла без происшествий, мелкие зараженный случайно оказавшие на моем пути, меня не догнали, для встречных и попутных рейдеров одинокий явно безумный гонщик особого интереса не представлял.

Пройдя ментата, у которого я вместе с рекомендательным письмом от Рыжей оставил запрос на посещение внутренней зоны ГРЭС, где жили граждане, припарковал байк на общественной стоянке гостиницы, и заселился в небольшой уютный номер. Оставалось только ждать момента, когда Дед обратит внимание мой запрос и найдет время для встречи. Все ж самый сильный знахарь стаба, знающий о дарах сильных мира всего, да и сам таким являющийся, здесь величина. А если он до завтра не обратит внимание, придется идти на поклон Звону. С ним расстались вроде нормально, но осадочек из двух черных и одной красной жемчужин мог остаться. Все же самое больное место у торгаша его кошелек.

В номере принял душ, и заказал роскошный обед, откушал и завалился спать.

Разбудил меня стук в дверь. Время было пол четвертого дня. Стучал местный в черной форме безопасника.

– Заяц?

– Заяц, – подтвердил я, предъявляя удостоверение гостя Медвежьего Угла.

– Твой временный попуск. Будь в 18.00 на КПП № 3 во внутреннюю зону, – сообщили мне, вручая синюю скучную картонку: где была дата и время посещения, и мое имя.

Подумав, потратил оставшееся время на визит к парикмахеру и приобретение новых шмоток: джинсов, рубашки и полуспортивных кожаных туфель. И без пяти шесть вечера был на КПП № 3.

Вообще, саму электростанцию я узнал еще при первом посещении. Это была вылитая и натуральная Березовская ГРЭС, одно из градообразующий предприятия города Шаропыво, к которому относилась и Восьмерка. Говорили, что сейчас на трубе ГРЭС, хрени высотой за триста пятьдесят метров, располагался наблюдательный пост, оборудованный мощной оптикой, камерами, и прочим, что позволяло контролировать прилегающую территорию на многие километры.

Само здание ГРЭС просто гигантская коробка с бетонными стенами большей частью с демонтированным за избыточностью оборудованием, в которой проживали ценные специалисты, они же граждане стаба. Последняя линия обороны. Остальные жители стаба ютились на прилегающей к зданию ГРЭС территории, огороженной от Стикса высокой десятиметровой толстой бетонной стеной.

КПП № 3 был для посетителей. Охранник на входе, ментат, бросил взгляд на мой пропуск, выбил что-то на компе, скорее всего вызвал файл с мои личным делом, и сверил ментаткарту с мою личностью.

– Все оружие сдать.

Отдал пластиковую кобуру с Марго с запасным магазином и нож, Ерша я заблаговременно оставил в номере гостиницы. Коготь сдаче не подлежал и как оружие мною не рассматривался, это как руки, ноги и зубы.

– Все оружие сдано?

– Да.

– Двигайся по синей линии.

От КПП исходило пять линий: красная, желтая, зеленая, белая и моя синяя.

Удобно. Иди по линии не сворачивая, и не потеряешься, а если с нее сойдешь жопу на британский флаг порвут. У тебя синий пропуск? Вот по синей и топай.

Синяя линия вела меня через весь огромный зал, превращенный в четырехэтажный человейник с довольно широким улицами и переходами на уровне третьего этажа, ярко освещенным мощными лампами. Электричества от оставшегося оборудования тут хватало с избытком.

Наконец моя нить Ариадны уперлась в довольно широкую дверь в стене. Из будки вышел крепкий мужчина в полувоенной форме с «Витязем»[2] на плече.

После предъявления пропуска открыл дверь электронной картой и сообщил:

– Вам на причал номер шесть.

Я вышел и оказался за пределами здания ГРЭС на широком деревянном причале. По проекту ГРЭС не имела градирен для охлаждения, вода просто сбрасывалась в огромное водохранилище. Именно здесь жили сливки местного общества. Для безопасности через все водохранилище шла дамба, как я знал, с невысокой метра в два бетонной стеной в качестве основания, и двойной трехметровой надстройкой из металлической сетки. Два бастиона которым заканчивалась внешняя стена стаба, с обоих концов дамбы, несколько охранных вышек, два явно противодиверсионного катера на отгороженной части водохранилища. С сонарами, наверное. А так тишь да гладь. Лепота. На пристани пусто. Причалов, если так можно назвать деревянные мостки было двадцать один. Двадцать домиков стандартного проекта на понтонах. Тридцать на тридцать метров, второй этаж в виде хитрой П-образной мансарды, превращающей часть крыши в площадку-лоджию для отдыха. И один дом трехэтажный, раза в два больше остальных. Там, наверное, глава стаба Гермес живет. Под погремуху и должность.

Прохожу по причалу, у намалеванной прямо на настиле цифры шесть сворачиваю к мостику. А неплохо. Если даже орда сюда прорвется, на «плотике»-доме можно отчалить. Сколько там до дамбы? Метров восемьсот?

На маленько плоту, взяв жемчуг, ствол и грезы,

Я тихо отплыву, голодной всю орду оставив…

Дальше сочинить не успел. Звонка на двери нет. Вместо него молоток в виде пафосной морды бронзового льва.

На стук из глубин дома, что я вижу через полностью стеклянную стену, появляется женщина в простом бежевом платье. Ой, сколько у нее даров-то! Иллюзионист и клостопер из самого интересного.

Улыбаемся и машем. Нас кажется пригласили на ужин. Знать бы в качестве кого, и за что честь такая.

– Добрый вечер!

– Здравствуйте, Заяц, меня зовут Ирина. Дед вас ждет.

У Ирины под платьем, на внутренней стороне правого бедра какой-то компактный импортный пистолет, на левой-нож. Богатые в Улье тоже плачут. Но реже, и часто с комфортом.

Первый этаж представляет собой по сути огромную гостиную, столовую и прихожую. Две стены полностью стеклянные. Есть камин, зона с шикарным деревянным обеденным столом персон на двенадцать, два дивана, один с видом на водохранилище, один напротив просто огромной «плазмы», и лестница на второй этаж. Мне нравиться. Единственное картины, даже если это оригиналы, на стенах не в моем вкусе. Я не люблю сюрреализм.

Следую за Ириной на второй этаж и мы оказываемся в застекленном П-образном коридоре. С одной стороны кабинет с библиотекой, с другой шикарная спальня и ванная с туалетом. А по середине выход на площадку с зоной барбекю, на которой над котлом колдует обычный ничем не примечательный мужчина, лет сорока. Скорее всего, метис, если судит по слегка раскосым глаза.

– Дорогой, у нас гость, – говорит Ирина, сразу внося ясность в ее статус.

– Добрый день, Заяц.

– Здравствуйте, Дед.

– Выбирайте пока, что выпить. Сейчас бульон дойдет, и кинем пельмени. А плов уже готов.

Готовят на таких аккуратных, я бы сказал калиброванных, дровах. Свой шик. Я так только на Вышке могу. В любом другом месте на запах дыма набегут любопытные.

– Вам, что-то, Ирина, налить? – пытаюсь быть галантным.

– Спасибо, я сама, – говорит она, присаживаясь на небольшой диванчик.

А вот кега с пивом, нацеживаю себе в поллитровую стеклянную кружку, между прочим из натурального хрусталя.

Дед тоже крут. Очень сильный знахарь, силовой щит и боевой дар раскаченный на столько, что позволяет светом как лазером прожигать дырки. Слабое место требует концентрации и «разогрева» дара, но вместе с щитом очень неплохо. Прочая мирная шелуха из даров, типа разогнанной реакции и сканера. Вот именно этим сканером он пытается меня аккуратно пощупать на предмет имущества и даров, о чем мне сообщает Оберег. Я используя свою энергию создаю вокруг себя небольшой энергетический кокон, превращаясь почти в непрозрачное стекло из белого шума. Уверен вруби он сканер на полную мощь, пробил бы защиту. Но он пытается действовать незаметно, знает, что я знахарь, и смогу засечь мощное сканирование. Хотя в местной социальной лестнице разница между нами огромна, то, что мы относимся к одной корпорации знахарей делает нас почти равными. Формально.

– Я много о вас слышал хорошего. У вас репутация человека, который приносит необычные и редкие вещи.

– Что именно?

– Противотанковые ружья, странный янтарь и свежаков.

– Свежаков? – кто-то ведет учет свежаков за каким-то рейдером по имени Заяц.

– Их довольно много. Я бы сказал необычно много. И каждого доводите до стаба, даете снаряжение и даже оплачиваете работу.

– Хотите сказать я подозрительно добренький? Типа каждого второго свежака не довожу и съедаю?

Дед смеется:

– Добреньким вас нельзя назвать. Гранит и Звон не дадут соврать.

– Звон? – я игнорирую любые намеки на янтарь.

– Да. Он ко мне приходил в связи с … недавними затруднениями по внешним торговым операциям.

Я жму плечами:

– Я просто опытный водитель-экспедитор.

Бульон доходит, хотя это оказывается не бульон, а будущая чучвара. В котел летят пельмени.

– Не скромничайте. Звон в большом впечатлении от вашей работы и работы… Кэт. Она ваша девушка?

– И совладелец тоже.

– Так почему вы так относитесь к свежакам?

– Это не просто свежаки. Это свежаки с моего и соседних кластеров. Так уж получается, что выбраться оттуда почти невозможно. Либо к мурам на разделку, либо к зараженным в пасть. Ни уйти оттуда, ни убежать. Вот я и отрабатываю долг перед Ульем, за то, что я выжил.

– Хм. Какая необычная причина.

Беседа течет плавно и неспешно. Чучвара и плов просто великолепны, пиво отличное. Рассказываю про Кластеры у Реки. Дед и Ирина меня внимательно слушают время от времени задавая вопросы. Я расслаблено плыву по течению. От меня что-то Деду нужно. Подождем.

– Кстати, вы, как я знаю, в «черноте» пересекаетесь с какими-то сектантами.

– Да. Там есть изолированные нормальные кластера, где люди живут довольно замкнутыми общинами, – дипломатично отвечаю я.

Дед, задумчиво чешет подбородок:

– Вы там что-то слышали про Слезы Улья?

– Слышал, – не стал отрицать.

– Тогда мне нужен ваш совет. Ко мне обратились люди, которые готовы добывать эти Слезы. Мне показали образец. Я был им впечатлен. Но им требуется финансирование и поддержка. Что вы думаете?

– Либо вас пытаются обмануть, либо они не понимают во что ввязываются.

Они оба молчат, явно ожидаю продолжения.

Я вздыхаю:

– Я там брожу уже второй год и совсем не знаю, как и где добываются эти Слезы Улья. Те, кто находят эти Слезы, почти не отличаются от килдингов. Я не удивлюсь, что часть кристаллов они получают какими-то кровавыми ритуалами. Знаю, что, по слухам, Слезы встречаются чаще, чем ближе к центру Кляксы. Это сильно южнее моих обычных маршрутов через «черноту» на Кластеры. А еще, чем ближе к центру, тем еще злее «чернота». Хотя в Кляксе она сама по себе очень плохая. Говорят, на другой «черноте» развитый иммунный может несколько часов идти, а тут его за минуту «ведет». Как там в центре Кляксы, я и не представляю. Далее, что находят эти недокилдинги, это полуфабрикат. Есть община, которая его дорабатывает в окончательный… продукт. Ваши старатели столкнуться там с сектантами и «чернотой» и получат только сырую заготовку. А там еще водятся чудовища и прочая странная хрень.

– Скребберы? – спрашивает Ирина.

– Не знаю. Может и скребберы. Я там видел много странных следов и явлений. По мне легче Слезы покупать.

– Где? – живо спрашивает Дед.

– На стабах за Кляксой. Только с местными главами надо договориться.

– Благодарю. Ваша консультация, Заяц, была крайне полезной, – задумчиво говорит Дед, – А вы можете отличить полуфабрикат от готового продукта?

– Могу.

– Хм, а могу я вас попросить пройти вместе, взглянуть на Слезу Улья?

– Хорошо, – соглашаюсь я, предчувствуя, что это событие еще долго будет аукаться мне в Стиксе.

[1] НЗ-неприкосновенный запас.

[2] ПП-19-01 «Витязь»-российский пистолет-пулемет по патрон 9х19 мм Парабеллум.

Глава 51. Чужие среди чужих

Я и Дед спускаемся вниз, где минут пять ждем Ирину. Та за это время переоделась в камуфляжные штаны, тяжелые берцы и куртку, под которой спрятался легкий бронежилет. В качестве оружия эта валькирия взяла редкий в наших краях из-за патрона пистолет-пулемет «Вереск»[1], сейчас спрятанный под курткой, в комплекте с «Гюрзой»[2]. Не то что бы я немного занервничал, но для замеса с хомо сапиенсами, даже мутировавшими в условиях Стикса, этого будет за глаза, а значит толи оценка Слезы Улья, толи по последующие оргвыводы, могут быть брутальными. Но назвался груздем, полезай в кузов.

Как выяснилось прожектеры проживали за пределами внутренней зоны, поэтому на выходе с КПП № 3 я вновь стал обладателем Марго и ножа, и почувствовал себя более уверено.

Мы идем в гостевой сектор, где находим неведомую мне пивную «Лежачий бегун». В пивной дым коромыслом, скученность, шум, гам, который пытается перекричать музыка из натурального старого магнитофона либо его имитации, сильно пахнет потом, спиртом, жареным мясом и горелым подсолнечным маслом. Две полуголых девицы разносят выпивку и закуску, ловко уворачиваясь от игривых шлепков. На нас не обращают внимания. Мы почти ничем не выделяемся. Я двигаюсь за Дедом, в то время как Ирина растворяется в недрах этой наливайки.

Минуем зал, проходим мимо барной стойки с взмыленным барменом, ныряем в небольшой коридор. Прямо, судя по звукам и запахам, кухня, слева неприметная дверь. Туда без стука и заходим.

Хозяин кабинета мордатый, склонный к излишнему весу мужчина, сидел вольготно раскинувшись на огромном кожаном кресле и смотрел на «плазме» какой-то футбольный матч. Был тут один спортивный канал, транслирующий запись одной и той же игры из разных миров. Этакий День Сурка в стиле Стикс. Развлечение как по мне специфическое, но оно видно пользовалось спросом. Мужик как раз сделал сочный глоток пива из здорового стакана, но увидев нежданных посетителей, поперхнулся, закашлялся, оплевываясь пивом, и попытался встать.

– Сиди, Груздь, не беспокойся.

– Добрый вечер, Дед, – придушено проблеял Груздь, – Не ожидал…

– Добрый, – перебил его Дед, – Я могу присесть?

Груздь активно закивал.

– Садитесь, Заяц, – предложил Дед.

– Спасибо, я постою, – и привалился к стене.

– Сейчас Танк придет и начнем, – сообщил Дед.

– Я…,-начал было Груздь, но знахарь прервал его простым поднятием ладони.

Через три минуты нашего молчания, прерываемого криками комментатора из «плазмы», в кабинет зашла Ирина, сопровождающая здорового, бородатого, почти квадратного мужика. Действительно танк. Что было странно, тот уже сжимал в правой руке красную Слезу на веревочке.

– Образец у тебя, Танк? – спросил Дед не здороваясь.

– Ага, – прогудел Танк.

– Покажи ему, – кивок в мою сторону.

Я беру из лапищи Танка амулет, накрываю его второй ладонью, и концентрируюсь. Амулет проводит энергию без помех отзываясь в голове чистым колокольным звуком.

Возвращаю Слезу Танку.

– Какое заключение?

– Это не полуфабрикат.

– Груздь, я жду объяснения, – холодно говорит Дед.

– А в чем дело? Он же работает!-и Груздь забеспокоился, – Он же работает?

– Работает. И вот его ты мне обещал добывать?

– Ээээ, – Груздь, не может понять, что происходит, но чует задницей за любой базар придется потом ответить, – Да. Танк подтверди!

– А че не так? – басит Танк, – Дело верное, место знаем, накопаем там стекляшек.

– Откуда место знаете? – вмешиваюсь я в разговор, – Сам там был?

– Мой человек там был, – хмуро отвечает Танк.

– Груздь, объясни мне, как ты хотел добывать кристаллы, если мне показал обработанный кристалл?

– Чего?

– Разницу между бриллиантом и алмазом знаешь?

– Ну, да, – осторожно ответил Груздь.

– Так вот это бриллиант.

Башка у Груздя варила видно хорошо. Он в отличие от Танка понял в чем косяк, и засипел на последнего:

– Танк, тащи сюда гребанного Эльфа!

Танк пропадает в сопровождении Ирины.

– Дед, я…

– Груздь, помолчи пока. Давай сначала во всем разберемся. А там я выслушаю оправдания. Возможно, тебе очень повезло, что Улей тебе послал его (кивок на меня).

Через пять минут вернулся Танк с Ириной:

– Эта, Эльфа нигде нет. Вышел в туалет, но в туалете его нет.

– Эльф, место знал? – спрашиваю я.

– Ага.

– А чего он сам не пошел?

– Не умел, – Танк оглядывает присутствующих, и поскольку никто ему говорить не запрещает, – Один из моих ребят умеет ходить по «черноте». В компании.

– Эльф давно с вами?

– Не. Он с нами недавно.

– Откуда у него место?

– Вроде как от крестного в наследство досталось. Вот он и искал, кто может ходит по «черноте».

– Кристалл Эльфа?

– Да.

– И его он не продавал?

– Нет. Типа память о крестном и доказательства этого… как там его… месторождения.

– Если у меня будут еще вопросы, где тебя найти, Танк?

Танк оглядывается. Все молчат.

– Гостиница «Гранд-отель».

– Я, Дед, вам еще нужен?

– Нет, Заяц, спасибо. Сейчас я немного буду занят. Подходите завтра в больницу. В любое удобное для вас время.

Прощаюсь и ухожу…

…Сейчас начало первого ночи. Сплю на кровати с Марго, на которую уже накрутил глушитель. За стеной номер Танка. Этот шкаф пришел минут двадцать назад сильно пьяный и злой. Видно Дед ему хвосты накрутил. Он не понимает, что Эльф за ним придет. Узнать, где Слеза. У этих амулетах есть одна недокументированная особенность. Жить с ними комфортно, привыкаешь и воспринимаешь как часть себя, а вот когда теряешь, начинаешь ощущать неприятный дискомфорт, как зуд. Как будто лишился чего-то вроде незначительного, но важного.

К номеру Танка подходит девушка одетая довольно откровенно с бутылкой вина. Уже по набору даров понимаю, пришли за Танком: примерно такая же энергоструктура как у меня, позволяющая бродить по «черноте», хитрая эмпатия, дар малой трансформации тела с корректировкой ментаткарты как бонус, и паралич. И у нее странный нож. Вроде не из стали, а как-бы из пластика с рукоятью напичканной какой-то электроникой. Я прокрадываюсь к двери и прижимаю к ней ухо.

– Милый, – стучит девушка, – Открывай, я вся твоя.

Этот дурак и открывает.

– Ой, ты не Шершень, но… мне нравятся большие мужчины… Как тебя зовут, мой красавчик, – девка пудрит ему мозги даром эмпатии. Не нимфа, конечно, но в чем-то более тоньше.

– Танк, – распускает хвост и слюни здоровяк.

– Вы не угостите даму вином? – спрашивает девка, предъявляя бутылку.

– Прошу в номер, – говорят тестикулы Танка.

Дверь закрывается за девушкой, и дальше я наблюдаю немое кино. Дар паралича врубается мгновенно, Танк мебелью грохается об пол, в его пасти моментально оказывается кляп, а девица начинает ему что-то выговаривать, приставив нож к глазу.

Пора вмешиваться. Телепорт в номер рядом со встроенным шкафом.

– Нож бросила.

Девка резко разворачивается. Мое тело становиться ватным, ноги подгибаются, руки опускаются, Марго не выпала из правой руки только потому, что одной Ладонью придержал кисть и ствол, второй правый локоть. Я видел, что было с Танком. Карта, дар знахаря, вот так, на хрен паралич. Девка прыгает на меня. Хлоп. Вот тебе. Пуля бьет прямо в правый лучезапястный сустав, она даже не вскрикивает, но роняет нож. И хотя я был готов к параличу, но гравитация, бессердечная сука, воспользовалась одной десятой секунды, поэтому шлепаюсь задницей на пол. Успеваю прикрыться левой рукой от удара ногой в лицо. Хлоп. Прощай правая коленная чашечка. Надеюсь, тварь, она была твоей любимой. Девка, стиснув зубы и снова не пикнув, падает прямо на меня, пытаясь выдавить мне глаз левой рукой. Бью рукоятью Марго прямо в левую скулу. Железо-это надежно, в жопу ваш соевый пластик! И в это же время под Картой на минуту, на большее не хватает знахарских сил, подавляю ей дар паралича. Пользуясь легким нокаутом, скидываю тело с себя…

…Утром стук в дверь. За мною пришла Ирина.

Натягиваю штаны и отрываю дверь:

– Доброе утро, чем могу быть полезным?

Та без приглашения заходит в комнату, оглядывая мой скромный номер. Экономия, аскетизм и целибат у меня в крови.

– Твоя девка молчит.

– А в чем проблема?

– У нее нечувствительность к боли.

Ага. Нечувствительность к боли и дело у них не идет.

– А я тут причем?

– Дед, считает, что ты можешь ее разговорить.

– Почему?

Она жмет плечами:

– Не знаю. Интуиция у него. В конце концов, ты почему-то догадался про Танка. А мы нет. Ты явно знаешь таких как она лучше нас.

– А что надо?

– Узнать, где Эльф, и что собственно тут происходило…

…-Привет, Эсмеральда, – я захожу в маленькую комнату с зеркальным окном. За окном, Дед, Ирина и какой-то парень. Ментат.

Свеженазванная Эсмеральда сидит с гордым видом, на приветствие не отвечает. Левой рукой она прикована наручниками к стальному столу, намертво привинченному к полу. Сидит чуть-чуть скособочено, пули из коленки и запястья ей, конечно, достали и перевязали. Все же что-то неуловимо меняться в ее настроении. Еще бы, это я ее поймал, Мату Хари недоделанную. Со мною надо держать ухо востро.

Открываю банку «Спрайта», вставляю туда соломинку, и двигаю к девушке:

– Угощайся.

Она спокойно пододвигает к себе банку ближе и отпивает газировку:

– Когда меня отпустят?

Я открываю свою банку и тоже отпиваю пару глотков газированной кисло-сладкой воды:

– Скоро. Ну, это если конечно, судья поверит, что ты ошиблась номером, а потом поняла, что в нем два мужика и стало страшно, что тебя зверски изнасилуют группой. И возникло небольшое недоразумение. За нож схватилась в целях самозащиты, а в тебя начали стрелять.

– Если бы ты меня не пытался изнасиловать в номере, подумала бы что ты мой адвокат.

В Сфере видно, что заоконные обитатели комнаты, услышав наглое заявление девицы, приходят в легкое замешательство. Еще бы, Танк ее точно трахнуть хотел.

– И ты пока задержана, а не арестована.

– А в чем разница?

– Задержана, означает, что группа неравнодушных граждан в целях пресечения преступления тебя схватила. И пока ты медленно и плавно доставляешься в руки официальной власти и правосудия. В общем, до суда еще тебе доехать надо.

– Скорей бы, а то устала ехать.

Я забираю у нее банку и доливаю живчик, снова пододвигаю к ней, и кладу красную Слезу.

– Твоя?

Молчит, пьет живчик с газировкой. Отвечать по теме не хочет, ментата за стеклом опасается. Выкладываю на стол Рекламный Ключ.

Вообще на том ужине я понял, что первым с предложением лезть не надо. Последующие события, в том числе чудесное: «сейчас разберемся, а потом вы извинитесь», только утвердили меня в мысли, что Дед человек жесткий, как и положено человеку власти, к такому приди с челобитной, голым уйдешь.

Рекламный Ключ производит впечатление и на Эсмеральду и на Деда. Эсмеральда не знает, что кристаллы дефектные, и впечатлена их количеством, а Дед делает стойку на незнакомое устройство из желанных кристаллов. Как говориться: «А что так можно было?!».

Достаю из кармана крутки свой шаманский амулет и одеваю на шею.

– Вот, мне интересно, Эсмеральда. Килдинги считают, что мы недостойны Улья, а Улей отзывает на наши дары. Как так?

– Не знаю, я не килдинг.

Очень хорошо. На нейтральные темы говорит. Тут ментата не боится.

– А я, Эсмеральда, шаман. Слышу, что говорит Улей. Не всегда понимаю, но слышу.

Та насторожено молчит.

– А еще смотри как я умею, – кладу свою левую руку на Рекламный Ключ, а правой хватаю ее левую руку.

Мой Ключ в Кармане, и это не мешает пользоваться даром знахаря. Чик. Ее хитрый дар трансформации, которой прятался внутри энергоструктуры, и который не раскусил Дед, в отличие от даров эмпатии и паралича, подавлен. Ее лицо как бы оплывает, затем вновь становиться четким, приобретая новые черты, превращаясь в ничем непримечательную мордашку, груди с третьего худеют до нулевого размера, да и остальные округлости терпят инфляцию до тощего состояния. Вот только кожа потемнела. Знакомый загар «черноты», как у меня, с почти неуловимым оттенком серого. Заоконные приходят в возбуждение, но с советами не лезут.

Эсмеральда, она же Эльф дергается, но некуда и поздно.

– Вот, Эльфа мы нашли, – докладывая я окну.

Ладонью открываю замок ее наручника, и она сжимается на стуле, прижимая руки к груди. Уже боится, что снова дотянусь. Хорошо.

– Скажу так. Расслабься. Тебе крышка. Покушение на убийство Танка и меня. Мы перед судьей и ментатом тебя с Танком полностью притопим. У тебя дар трансформации и паралич. Вот и расскажешь, как тебе было страшно, если захочешь. Кроме того, ты хоть слабая, но нимфа.

Эсмеральда, аж поперхнулась от такого обвинения, но молчит.

– Это я тебе как шаман говорю. Поэтому расслабься. Тебе каюк. Хоть как нимфе, хоть как шпиону муров, или килдингов или… да хоть кого. А покушение на двойное убийство, это так на десерт.

Молчит, скрепя зубами. Просвечиваю ее Сферой и даром знахаря, контролирую ее давление, и сердцебиение, этакий детектор лжи. Энергоструктура ее первый дар. Он же отвечает за нечувствительность к боли. Совпадение? Не думаю. Я его вижу как стальную обожженную пружину. Именно как обожженную. Что говорит о неком травмирующем событии появления этого дара. Я даже догадываюсь как.

– Пей живчик. И продолжай молчать. А я расскажу, что мне говорит Улей.

Отбиваю ногтем простой ритм на шаманском амулете. Два удара, пауза, два удара.

– Улей говорит нужен тебе был ходок по «черноте». Наверное, тебе надо было заманить Танка и его ребят на «черноту». Меня спросят зачем? Вы же сами отлично по ней ходите. Вот ты не Дитя Улья, ты иммунная с загрузки. То, что у тебя первый дар именно связанный с хождением по «черноте», значит, был ритуал. И тебе повезло выжить. Тут, что говорит Улей, я не особо слышу.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю