444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » MI1978 » S-T-I-K-S. Заяц (СИ) » Текст книги (страница 35)
S-T-I-K-S. Заяц (СИ)
  • Текст добавлен: 16 ноября 2026, 07:30

Текст книги "S-T-I-K-S. Заяц (СИ)"


Автор книги: MI1978



сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 41 страниц)

Глава 57. Жертвы автокредита

– У них иммунные, – сообщила Кэт.

– И что? – спрашиваю я, предчувствуя беду. Муров двенадцать человек. По двое в пикапах: пулеметчик с Кордом и водитель, которые заняли оборону по обе стороны от склада, контролируя перекрестки рядом с ним. Еще два водители грузовиков, кабины не покидают. Три мура внутри склада, явно контролируют работу пленных. Еще два контролируют прилегающую к складу территорию около грузовиков. Последний мур следит за погрузкой ящиков на грузовики.

– Беспилотники пролетали за все время два раза. Они тут без прикрытия. Есть возможность их пощипать.

– Или мы можем подождать, когда они уедут, – говорю я.

– Предлагаю проголосовать. Я за то, что бы пощипать муров, – спокойно заявляет Кэт.

Вот что с ней будешь делать?

– Я-за!-это Шип.

– Я-за!-это Струна.

– Я…,-Вера немного запнулась, – За!

– А я против!-гребаная военная демократия, а моя команда-экстремисты. Вот уверен, что добыча с муров их интересуют во-вторую очередь.

– Решение принято. Заяц, ты с нами?

– С вами. Но я-против!..

…-Я на позиции, – сообщает Кэт.

Склад, который сейчас потрошили муры, был довольно длинным, и грузовики и большая часть муров была зажата между ним и корпусом завода. Этакий длинный «коридор» с двумя выходами. Более или менее тактическую свободу имели экипажи джипов. Находясь на перекрестах на выездах из «коридора», они контролировали всю прилегающую к складу территорию, кроме задней стороны. Нет, конечно, твари к ним могли подобраться, но при надлежащей бдительности и низких шансах столкнуться с тварью с особо хитрым даром, риск был в разумных пределах. Поэтому экипаж одного джипа был на Кэт, а ее позиция самой дальней, поскольку надо было обойти склад и занять удобное место в каком-то здании, второй-на Шипе с Верой.

– Они загрузили один грузовик, – сообщила Струна, аккуратно посадившая коптер на угол здания и используя его как стационарную камеру, и гонявшая второй дрон на магистралью-улицей Станционной, откуда к мурам могли подойти подкрепления или конкурирующие команды.

– Действуем только по моей команде, – говорю я, то что дружина решила по-своему, не означает, что вождь теряет полномочия, – Или, если поднимется кипишь.

Муры были довольно опытными и пугаными, именно поэтому атака должна быть самой неожиданной стороны, поскольку с ними надо было разобраться, не дав возможности вызвать помощь. Конечно, не понятно как остальные отреагируют на призыв о помощи, и сколько времени займет прибытие подкрепления, но до Реки и «черноты» километра два, а беспилотники могут появиться максимум в течение минут десяти.

А самым неожиданным направлением для муров был именно склад. Перед началом мародерки пять муров проверили его на предмет зараженных и возможности сбежать, и теперь он считался безопасным, хотя бы подспудно на уровне подсознания.

Прокрадываюсь к складу с задней части. Два запасных выхода в виде стальных дверей были заблокированы изнутри навесными замками, но для моего телепорта не были препятствием.

В черной одежде, с закрытым платком Веры лицом, я стал просто невидимкой, в помещении, где единственными источниками света были открытые ворота и фонари муров, а Сфера позволяла перемещаться в местах полного мрака, не задевая вещей и предметов, благо склад был еще на четверть полон ящиками с цинками бронебойных патронов для Кордов, Утесов, Моськи и прочего, что кушало патрон 12,7х108 мм. Просто золотая жила. Была. После сегодняшнего в Форд-Нокс превратиться.

На складе пахло табаком, кто-то из муров курил, что меня как сталкера возмущало, но как диверсанта радовало, ребята слегка расслабились.

– Шевелись, мясо, – подбадривал ближний ко мне мур, – А то явиться тварь, вас ей и оставим.

А вот этот мур мне конкретно не нравился, не было у него фонаря, и о его существовании я знал, потому, как он не затыкался, раздавая глумливые приказы, да и по силуэту, появившегося вовремя моих передвижений пару раз на фоне открытых ворот. Прокрался, ступая мягко и бесшумно в кроссовках, сзади, прячась за еще полными полками стеллажей, пока он не попал в Сферу.

Ясно. Дар позволяющий видеть в темноте. Учтем. Крадусь дальше. Вот второй мур. Дар ни о чем. Крутым пиромансером ему уже не стать. Последний мур у ворот метрах в пятнадцати. Крадусь еще. Есть, в Сфере. Просто быстро бегает. Аккуратно прокрадываюсь назад, так что бы оказаться между муром-совой и муром-пироманьяком, держа обоих в Сфере. Дожидаюсь момента, когда пленные пыхтя потащат очередной ящик, а мур-пироманьяк будет следит за ними, глядя на свет бьющий из открытых ворот. Делаю шаг из-за стеллажа. Хлоп. Мур-сова получает пулю Марго чуть выше уха, под край тактического шлема. Телепорт между стеллажами на десять метров. Хлоп. Мур-бегун у ворот, попавший в Сферу, получает пулю прямо в правый глаз. Разворачиваюсь направо. Мур – пироманьянк среагировав на падение мура-совы, пытается проморгаться и лучом фонаря нащупать, что там произошло, уже открыв рот для вопроса, и получает пулю Марго в затылок. Выступаю из мрака в полумрак, являясь замершим от неожиданности четверым свежакам. Прикладываю указательный палец левой руки к губам, и глушителем Марго указываю сесть у стеллажа. Те, помедлив, подчиняются, а я уже двигаюсь к воротам, перезаряжая пистолет Ладонями, прижимаясь к стене. В Сферу попадают и грузовики с водителями, и мур в кузове и оба мура-охранника. Обычные дары Улья. Клокстоперов, сенсов, ганслингеров и щитовиков нет. Дожидаюсь момента, когда правый мур-охранник отвернется посмотреть как дела у пулеметчика на перекрестке, делаю шаг в проем. Хлоп. Мур в тентованом кузове получает пулю в глаз. Его тело еще не упало, а я делаю шаг вперед, с разворотом влево. Хлоп. Левый мур-охранник даже не успел среагировать, ведь он ожидал появления пленных. Разворот направо. Правый только начал поворачивать голову. Хлоп. Под край шлема за ухо. Водители сидят с опущенными стеклами. Жарко им. Тот, в кузове которого упало тело, даже ничего не понял. Два шага. И я закрыт тентом грузовика от всех наблюдателей кроме, наверное, Кэт. Телепорт на ступеньку двери грузовика со стороны пассажирского сидения. Хлоп. Хлоп. По пули каждому в висок. Ближнему и дальнему.

– Огонь!-командую по рации.

Как работает Кэт позади меня по двум мурам, я не слышу. А вот работу снайперки Веры еле-еле услышал. Тоже два раза хлопнуло и тишина. Подстраховка Шипа не понадобилась.

– Чисто, – доложила Кэт.

– Чисто-,доложила Вера.

– Чисто, – доложила Струна.

– Струна, продолжай наблюдение. Крота сюда, – говорю я, возвращаясь на склад, – Парень, руки убрал!

Это свежак уже почти добрался до автомата мура. Какой резкий.

– А то, что? – замерев, дерзко спрашивает свежак.

– А то, что чужое брать нельзя. Не ты его добыл, не для тебя тут лежит. Всем на выход.

– Вы кто?

– Честные сталкеры. Чужого нам не надо, свое не отдадим. Там погорим. На свежем воздухе. На выход...

…-Десять минут отдыха. Струна, проверь!

Все пять свежаков валяться на землю отдыхать. Еще бы, все снаряжение муров с четырьмя стволами Корда (два из которых были запасными) за сто двадцать килограмм. А было еще двадцать пять цинков патронов 12,7х108 мм, каждый цинк по двенадцать килограмм, что еще давало примерно около трехсот килограмм. Конечно, больше половины веса тащили мы: я с Кэт, Шип и Вера. Но тридцать-тридцать пять килограмм для свежаков, после не особо сытной кормежки, что у муров, что в погребе, было довольно много.

Да и самим свежакам от муров немного перепало: по тактическому поясу, по клюву с ножом, по рюкзаку, по две фляги живчика и по фляге воды, и разовые пайки.

Из огнестрельного оружия разрешили каждому взять ПЛК с двумя запасными магазинами. Нам эти пистолеты были не к чему, а бывшие пленные, как я понял, немного нервничали, не попали ли они из огня да в полымя. От оружия никто не отказался, даже Крот, и никто своего не бросил, хоть было тяжело.

– Как будем всех перевозить? – спрашивает Кэт, – У нас по пять человек на лодку в снаряжении, плюс хабар.

– Оставляем здесь цинки. Остальное распределяем по лодкам. Лодки качественные, думаю, перегруз выдержат. Переправляемся. Там в Заельцовском парке есть несколько неплохих коттеджей. Потом я с Верой возвращаюсь за патронами. Вы присматриваете за свежаками и округой.

– Ты почему так спешишь?

Я, бросаю взгляд на свежаков, и понижаю голос:

– Когда я уходил, сообщил Наташе, что на складе есть много вкусной еды.

– Зачем?

– Что бы убедиться.

– В чем?

– Что Наташа может меня отслеживать.

– И что?

– Сейчас жрет вкусную еду и довольна.

– Это как? Она там? – Кэт бросает взгляд на трубу ТЭЦ, – Тут только два километра.

– Как не знаю. Но полагаю, что местную географию она знает хорошо. И чувствует расстояние и направление. И может, у нее получается фиксировать точки интереса.

– Это опасно?

– Пока у нее есть жратва, риск приемлем. Но спать на Кластерах мы теперь не будем.

– Может это совпадение?

– Хочешь рискнуть?

– Вообще не хочу. Можно вопрос?

– Ну.

– А склады ты ей специально засветил?..

…Вообще, спасение такого большого количества свежаков обернулось неожиданной проблемой. Переход на Вышку показал, что расход сил на защиту людей и вещей от воздействия «черноты» существенно вырос, и я не был уверен, что смогу все три дня вести через нее двенадцать человек нагруженных грузом.

На Вышке Кэт еще раз переговорив с четверкой свежаков, покрестила их. Ребята были из Новосибирска, попали к мурам после перезагрузки, были направлены ими на «откорм» и прочие тяжелые работы, и в принципе понимали, что ничего хорошего им не от муров не светит. И все свежаки, включая Крота, согласились на условия найма, когда им более подробно пояснили за местные реалии.

Затем был короткий совет отряда, что делать дальше. Я, доложил о своей выносливости, и, поскольку у нас имело шесть-восемь свободных дней, предложил отвести пятерых свежаков нагруженных патронами и продуктами к Василию, оставив погостить максимум на полторы недели.

Тут надо сказать, что все наши спокойно восприняли мое предложение, не убоявшись риска, остаться здесь навсегда, если что со мною случиться, что указывало на веру в силы, способности и удачу командира, и с энтузиазмом приняв идею почти недельного, между прочим оплачиваемого, отдыха…

…-Готова!-сообщает Струна, аж голос дрожит от азарта.

– Давай.

Самый грузоподъемный наш коптер идет низко над водой. Машинка тянет за собой тонкий металлический тросик. Что бы хоть как-то облегчить аппарату работу, на сам тросик надеты, посаженые на клей, поплавки из пенопласта, перетянутые черной изолентой, которыми металлический шнур ложился на поверхность воды.

План «А»: выманить тварь на берег не прошел. Толи только прежняя Царь-Рыба так могла делать, толи нынешней еще не хватало либо мощи, либо тупости, либо злобы, но монстр никак не желал вылезать из воды под Моську и карабин Кэт. К счастью, что-то такое, исходя из размеров монстра, я подозревал и приготовил план «Б», благо судьба предыдущего маленького дрона его подсказала.

Сам коптер это наживка, крючок, точнее десяток металлических шнуров, усеянных большими крючками-тройниками, которые сейчас шлепают по воде, и бомба, собранная Шипом. Причем бомба хитрая, стоящая из четырех гранат РГД-5, размещенных на плоской небольшой сковороде для блинов. Такое устройство, делало их взрыв кабы более направленным, и защищало тросики с крючками под нею.

В общем, план был простой, дать Царь-Рыбе заглотнуть дрон, что сорвет чеки и активирует все четыре гранаты. Взрыв убьет тварь, а тушку мы аккуратно подтянем к берегу тросиком, зацепив крючками, и лодкой с багром. Что могло пойти не так? Это Стикс, тут все идет не так.

Царь-Рыба стремительно выпрыгивает из воды, сверкая белым брюхом, захлопывает пасть на дроне и уходит в воду. Секунду спустя, я понимаю, что по какой-то причине атака на машину была у твари чуть ли не брюхом вверх. В чем была причина такой странной манеры охотиться, было не ясно.

– Ослабляй, – ору я, и Шип удваиваете скорость сбрасывания шнура с бобины не давая ему натянуться.

Взрыва мы не слышим, но в метрах сорока выше по течению гладь воды вспучивается, и через несколько секунд на поверхности показывается черная спина монстра, вокруг которой расплывается темно-красное пятно.

– Вера, за мною, – кричу я, запрыгивая в лодку с пожарным багром на перевес. Вера мощными движениями толкает лодку на глубокую воду, ловко заскакивает в нее, придав дополнительное ускорение, и начинает работать веслами, почти заменяя мотор.

– Шип! Натягивай.

Шип начинает крутить ручки бобины, выбирая слабину.

Спина монстра стремительно приближается, он попадает в Сферу, и я понимаю, что мы с Верой возможно влили. Странная атака твари брюхом вверх, сломала все планы. Взрыв, вместо того, чтобы уйти в верх и разломать череп твари, который был не таким уж и толстым, просто напрочь оторвал ей нижнюю челюсть, сильно повредив часть жабр. Да, взрыв и страшное ранение шокировали и оглушили Царь-рыбу, но тварь была жива, активно приходила в себя, используя наш с Кэт янтарь.

В Сфере я вижу споровый мешок чудовища. Та же «раковина», из двух плотных костяных половинок. По развитию это толи матерый кусач, толи молодой рубер.

– Чуть, правее, – командую я по удобнее перехватывая багор, занося его для удара. Моей силы и тяжести багра хватить для того, что бы пробить его острием защиту твари, проткнуть споровый мешок.

Но Царь-Рыба так просто расстаться с нашим янтарем не готова. Сфокусировав взгляд черного мутного глаза, тварь нас заметила, и начала разворачиваться в нашу сторону, набирая скорость. Все же хорошо, что они не простые животные. Даже нормальный раненый хищник мог бы уже, наверное, отступить. Но этот видит только два куска мяса. Плохо, что в споровый мешок так не попасть.

– Держись!-кричу я, одной ногой упираясь в скамейку, и нанося удар. Острие багра попадает выше глаза чудовища, пробивая кость, но недотягивается до мозга твари совсем чуть-чуть, из-за своего крюка, который уперся в череп монстра.

Энергия удара тела монстра в сотни килограммов вырывает багор из моих рук, ударяя ручкой по плечу, вбивая меня в лодку, и я негероически шлепаюсь на дно лодки, расквасив нос о жесткий борт. В левой ключице трещина. В Сфере вижу как Вера, бросив весла, ухватив руками кольцо на конце багра, и упираясь ногами в скамейки, напрягает все мышцы, не дает твари приблизиться, сунуть морду под лодку, снизу поднять и перевернуть ее либо проткнуть ее баллоны шипами на морде. Багор конкретно застрял в башке твари, из-за раны та не может активно двигать башкой и сдернуть Веру, которой с одной стороны приходиться бороться с дерганьем монстра, с другой стороны принимать на себя вес лодки с нами и сопротивление воды, не давая перевернуться. Царь-Рыба постепенно разворачивает лодку и пытается толкать ее подальше на средину реки. Матерясь прихожу в себя, готовясь телепортом прыгнуть на спину монстра с Когтем наперевес и засветить дар. Тут в Сфере вижу, как костяная раковина спорового мешка разлетается кусками, и нити паразита рвут отколовшиеся фрагменты бронебойной девятимиллиметровой пули, явно разогнанной Кэт своим даром. Царь-Рыба дергается, и дохнет.

– Заяц, ты в порядке? – спрашивает Вера, тяжело дыша.

Короткая схватка с зараженным не прошла для нее даром и происходила на грани физических сил девушки.

– Все нормально, – гнушу я, размазывая кровь из разбитого носа, – Подтяни нас, что бы почистить мешок.

– Мне кажется, Кэт очень будет зла.

– Улей милостив, – отмахиваюсь я, однако мысленно ежась. Судя по всему, за эту нелепую игру в китобоя я от Кэт еще получу. Хотя риск был умеренным.

– Так это Улей. А Кэт... она суровая…

…Я сижу в нашем номере с Кэт и выкладываю на стол расписки местного банка:

– Чек на сто гороха за двойной хабар с Волгограда. Чек на триста за янтарь с Царь-рыбы. Патроны с завода плюс почти вся наша казна еще три чека по сто. Теперь в казне осталось двадцать восемь горошин после того как со всеми расплатились. С тебя и с меня по двадцать пять горошин на броневик.

– Хорошо. Значит броневик у нас. Только я не поняла зачем?

– Мы будем передвигаться по Улью, нанявшись на охрану каравана. Поэтому я одно ружье Симонова для Веры оставил, раз у них одни патроны с КПВТ.

– Ладно, хоть твоя мысль пока от меня ускользает. Но мы ведь могли расплатиться жемчугом. Зачем так напрягаться?

– Жемчуг на то, что может сгореть при первом выходе? Это все расходники, которые могут прослужить долго или сгинуть в первые минуты. Жемчуг, Кэт, надо вкладывать в себя.

– Горох тоже можно в себя вложить.

– Вот только чистого гороха тут мы можем получить только на сотню в месяц. Остальное только в рублях. Фактически мы обмениваем хабар на иное имущество.

– Я тебя поняла.

– Но есть плохие новости, мой дорогой партнер.

– Какие?

– Во-первых, полгода на патронный завод соваться не будем вообще. Хотя Наташа там всех подъела, но автоматы и стволы к Кордам она утащить не могла. Конечно могут подумать на резких свежаков. Но я бы на это не закладывался. Теперь все будут там на стреме. Тем более об этом новом месте кормежки Наташа теперь знает и будет их дополнительно драконить. Во-вторых, без учета сегодняшнего, два месяца распределения дивидендов не будет.

– Это еще почему?

– Сейчас мы потратили все резервы, казны, надо будет их снова накопить. Половина доходов была от патронов на тот же КПВТ. Сейчас мы копим их себе на боезапас и не продаем. Остается только хабар из двух нычек. Это сорок-шестьдесят горошин в месяц. А Шип, Вера и Струна нам на круг обходятся в тридцать шесть горошин. Так что будем пропивать накопленный личный горох. Что ты на меня так смотришь?

– Мне так нравиться смотреть, как ты идешь к цели.

– Вижу цель, не вижу препятствий!

– Лоб не разбей.

– Ты же должна меня поддерживать?

– А я тебя и поддерживаю. За ручку.

Вот зараза языкастая.

– Не злишься на нас? – неожиданно спрашивает Кэт, пока я ищу как можно более остроумный ответ.

– На что?

– Если бы мы не спасли свежаков, то могли бы тихонько раз в месяц наведываться на склады и получать под двести гороха за ходку. Поэтому ты и был против.

– Поэтому я был против, – соглашаюсь я, – Но понимаешь, я мог себе позволить быть плохим и жадным. Вы все одно проголосовали бы за спасение свежаков. И поэтому я голосовал последним, что бы Веру не смущать.

– То есть, голосовал против из вредности?

– Да. Кто-то должен выполнять в нашем буйном коллективе роль тормоза.

– А потерянные доходы?

– Больше, чем можешь, все одно гороха не сожрешь. Вот сейчас его у меня за полторы сотни. Куда мне их запихнуть? Копить на жемчуг? Пока у нас и так с жемчугом нормально. Скоро от Деда получим еще две черных. Сейчас пошукали по хоревкам и нам хватило на броневик, и этого достаточно. В реке появится новая Царь-Рыба и будет нагуливать янтарь, на складах через полгода прибьем еще десяток расслабившихся муров. И жадность-это плохо. Улей может наказать. И еше, Кэт…

– Что?

– Ты понимаешь, что двенадцать муров это край? И то нам повезло с тактической ситуацией.

– Я понимаю. Я исходя из нее и предложила…

Глава 58. Геометрия и техномагия

…-Все, я тебя не вижу, – сообщает Струна по рации.

Красная жемчужина зашла Струне на мой взгляд крайне хорошо. Правда, она как раз не понимает, как ей снова повезло. Теперь Струна, пока поддерживала работу нового для нее дара, в радиусе ста метров засекала источники и приемники радиосигналов. Да, не все рейдеры таскаю на себе рации. Но фишка в том, что рации обычно таскают на себе более опасные личности, чем простой рейдер с арбалетом, в том числе и внешники. Кроме того, более ценным было то, что она засекала не только рации, но и дроны и коптеры на радиоуправлении, и пульты управлениями ими, и радиодетонаторы, и подслушивающие устройства, если они работаю на радиоволнах.

– Примерно сто метров.

– Фигня какая-то, – расстроилась Струна, – Шип на двести пятьдесят метров может засекать.

– У тебя что по геометрии было?

– Четверка, – не уверено ответила Струна, и под моим пристальным взглядом призналась дополнительно, – С минусом.

– Так вот, у Шипа площадь сектора, то есть покрытия дара примерно шестнадцать тысяч квадратных метров. У тебя тридцать одна тысяча. Не смотри на меня так, просто поверь. По площади действия твой дар в два раза сильнее.

– У него все рано дальше, – бурчит Струна, – Сто метров это мало.

– Зато со всех сторон. Черную жемчужину можно будет принять через неделю.

– И у меня будет новый дар?

Я закрываю глаза и полминуты держу ее руку:

– Нет, эта жемчужина пойдет на усиление твоих даров. Твой первый дар стал якорным. Но так как второй дар от красного жемчуга возможно появление дополнительных граней.

– Каких?

– Я не знаю. Я такой дар сенса впервые вижу. И Струна, не бери в голову. Второй дар у тебя просто отличный.

– Все равно, лучше бы я как Шип умела, хоть и сектором, но подальше…

…-Кэт, я вернулся, – кричу из душевой кабинки, видя в Сфере, как Кэт открывает дверь.

– Привет, – говорит она заходя в номер.

– Пойдешь ко мне в душ?

– До вечера потерплю, – отвечает она улыбаясь.

– Ты обедала?

– Еще нет.

– Тогда я приглашаю тебя в ресторан.

– Как я пониманию съездил удачно?

– Ага. Сбыл все Деду. Ты бы видела, как он в них вцепился.

– Не понимаю я вас.

– А что не понимать? Ключи разные получаются, как не крути. И знахари разные. Василий все четыре Ключа проверил и забрал себе наиболее ему подходящий. Дед также сделает. И так будет с каждым новым Ключом.

Выхожу из душа, целомудренно завернув бедра в полотенце.

– Ты чего стесняешься?

– Я не стесняюсь. Я просто без дела не трясу. От Ключей мы получили всего три черных. Одну я месяц назад съел. Как остальные две распределим?

– Обе тебе. У меня есть, – ну да у нее еще три красных.

– Дай руку.

Я беру протянутую руку, концентрируюсь считывая ее дар, и даю внутренний импульс зародышу своего дара раскрыться. Процесс проходит удивительно легко и просто. Я вижу, как скопированный дар начинает разворачиваться в ярко-оранжевую тонкую проволоку, которая все удлиняясь, обматывается, вокруг витков золотой спирали энергоструктуры рядом с такое же тонкой состоящей из бледно-желтой и бледно-фиолетовой половинок проволоки моего дара, раскрытого при «помощи» Наташи. Прям ускоритель частиц или обмотка рельсотрона получается. Вот только места на энергоструктуре остается только еще для одной «проволоки». Судя по всему, я опять уперся в некие ограничения. Еще один дар копирования в эту «обмотку» залезет, а дальше продолжать качать энергоструктуру для нового так сказать слота.

– Вот и все.

– И какой дар взял?

– Ускорение пуль. Дар у меня вызрел где-то на половину. Пока энергия пули возрастет на процентов пятьдесят. За три месяца догоню до ста процентов.

Беру Марго и активирую дар. На конце ствола появляться оранжевый шарик света, миллиметров пятнадцать в диаметре.

– Хм. А у тебя какого размера шарик?

– С очень мелкую сливу. Сантиметра три диаметром.

Быстро прикидываю объемы шариков. У Кэт раз восемь по объему больше. Это активная зона дара. Значит пока у меня процентов предположительно шестьдесят плюсом к начальной энергии пули или одна восьмая от дара Кэт.

– А почему не цилиндр? – спрашиваю Кэт.

– Зачем?

– Тогда активная зона дара, через которую проходит пуля будет больше.

Концентрируюсь, и оранжевый шарик превращается в цилиндр миллиметров десять в диаметре и чуть больше двадцати миллиметров в длину. То есть энергия, пули теперь две трети от дара Кэт. Геометрия, мать ее.

Кэт достает револьвер и, уставившись на него, пытается колдовать с даром.

– У меня не получается.

Тут мне приходит следующая мысль. Я просто обрезаю длину цилиндра зоны дара вдвое. Получилось. А значит и расход сил меньше. Да энергия пули упала. Но пустышу думаю теперь на сорока метрах Марго башку пробьет. И в баллистики не потеряет. Но это надо испытывать. Так обрезал еще на половину до четверти первоначального цилиндра. Получилось.

– А размер шарика уменьшить можешь?

– Нет.

Хм. А я почему могу?

Снова активирую дар. И уже сразу цилиндр. Обрезаю наполовину. Еще. Работает. Обращаю внимание, что энергия проходит через Оберег. Черный кристалл снижает расход сил. А что если он позволяет управлять этим расходом?

Теперь мне стало ясно, почему у Кэт, чем больше вес пули, тем больше дар сжирал сил. Пуля, входя в шар начинала испытывать разные нагрузки внутри и наружи, когда ее внутренняя часть в сфере уже ускоряется, а внешняя на той же плоскости еще в сферу не вошла, и зеркальная ситуация при выходе пули из сферы. И это создает «торможение» на ровном месте и сжирает уйму дополнительных сил. И чем тяжелее пуля, тем больше расход сил. И пока вся пуля не вошла в зону действия дара ускорение неоптимальное, и из-за того, что та часть пули, которая вне поля действия дара, также «тормозит» всю пулю. При этом, когда пуля выходит из сферы, та часть пули которая что оказалась в зоне дара продолжает ускорять всю пулю, вышедшая часть тоже «тормозит», но это менее критично. А если пуля слишком длинная, и оба ее конца за пределами дара одновременно «тормозят» ускорение, плюс создается дополнительное «торможение» из-за формы зоны дара, что более негативно сказывается на расходе сил. Поэтому пуля от СВД, которая длиннее диаметра шарика дара Кэт, так себя и вела, высушивая весь запас дара.

А ведь я это знахарским даром даже при помощи Сферы понять не мог. Не видел, как он на практике действует и вопросом не задавался…

…-Привет!

– Привет!-Василий указывает на столик, – Чаю?

– Давай, – сажусь за столик, – Слушай, у тебя черные Слезы есть?

– Есть, – не спорит Василий.

– Красную слезу Кэт на сколько поменяешь?

– А, чего вообще необходимость в размене возникла?

– Так, кое-что Улей подсказал.

– Не поделишься?

– Сперва размен.

– Хорошо, сменяю на две небольших, – Василий явно заинтригован,

– Покажи.

Он уходит к себе и возвращается с двумя небольшими черными Слезами. Если их две сложить будут короче, чем красная у Кэт. Беру каждый кристалл. Проверяю. Подходят.

Отдаю красную Слезу. И объясняю возможность управления расходом сил через черный кристалл. Тут все конечно от дара зависит. Для знахаря управлять расходом сил не требуется, он в силу специфики дара умеет делать сам. А вот то, что это можно делать через черный кристалл, не пуская дело на самотек как это обычно делали, вешая себе на шею, он не догадался. Нет, конечно, допустим дар ментата или клокстопера, или дары той же Веры, так не усилить, не изменить, однако горизонт возможностей и вариантов сильно расширяется, когда дар создает какую-то зону воздействия.

– И как тебе такое в голову приходит? – спрашивает Василий.

– Наверное, у меня просто свой взгляд на Улей, Стикс и прочее. Но как толчок, Струна хотела дар с меньшим сектором, но с большим радиусом действия. Что такое мультиварка знаешь?

– Ну, мы тут не совсем дикие. В фуд-траках несколько мультиварок имеется.

– Так вот. В моем мире магией можно было заниматься только не привлекая внимания санитаров. Поэтому Стикс у нас явно искусственная система. Паразит позволяет нам с этой системой взаимодействовать посредством дара. Паразит-это биоимплантат. И если рассматривать первый дар как допуск к мультиварке, каждый из нас его получает. Но на входе мы можем нажимать только на одну кнопку включить или выключить ее. А какая программа там стоит по умолчанию, мы не знаем и не влияем. Грани дара или новый дар, это как понять и получить доступ к дополнительным функциям. У кого-суп, у кого-каша. А кому установка таймера. Теоретически надо прочитать инструкцию к мультиварке. Но не каждый знахарь, это может сделать. И даже если может, часто доступно только несколько листков из этой инструкции в отношении полученного дара. Черная слеза Улья это дополнительный инструмент, который позволяет работать с ним более тонко.

– То есть, ты полагаешь, что дары и грани даров это просто часть чего-то более большого?

– Ну, это типа доступа к огромному пульту управления местной реальностью…

…-Получилось?

– Нет!– Кэт уже начинает терять терпение, второй час бьемся.

– Это нормально. Ты его использовала как шар, и подсознательно привыкла.

Минута попытки.

– Не получается.

– Попробуй, тогда, его сжать.

Кэт, уставившись невидящими глазами на ствол своего карабина, на полминуты зависает, и наконец выдает:

– Получилось чуть-чуть сжать.

Это незримое усилие явно отнимает у нее много сил:

– Зачем мне это? Все ж было нормально.

– Ты знаешь, что такое объем?

– Да.

– Ты понимаешь, что твой шарик три сантиметра диаметром дает какой-то объем и зона действия дара в этом объеме для пролетающей пули три сантиметра?

– Я это понимаю, – раздраженно говорит она.

– Так вот. Сколько будет высота или, если хочешь длина, цилиндра с таким же объемом, что твой шарик, но с диаметром один сантиметр, под пулю «парабеллума»?

– Ну и сколько?

– ВОСЕМНАДЦАТЬ САНТИМЕТРОВ!!!..

…-С ней все в порядке? – Струна немного с опаской смотрит на Кэт, которая сидит с отсутствующим взглядом, уставившись на ствол револьвера.

Настойчивости и целеустремленности Кэт не занимать, как только она поняла, что форма дара в виде цилиндра способна в разы повысить его эффективность, и уже мне ее приходилось останавливать, что бы сильно не перенапрягалась, обещая, что все у нее со временем получиться.

– С ней все нормально. Работает, скажем так, с новой гранью своего дара. Револьвер разряжен. Шип, Струна. У меня есть предложение. Вот это здесь называют Слезой Улья, – выкладываю на столик черный кристалл.

– У тебя вроде такой же в твоем амулете, – говорит Шип.

– Этот больше и может работать самостоятельно.

– И что это? – с любопытством спрашивает Струна.

– Точно никто не знает. Но он позволяет немного снизить расход сил при применении дара.

– Довольно полезно, – согласился Шип.

– А еще, при помощи его можно даром управлять. Струна, возьми его в руку.

– А почему я? – спрашивает Струна с опаской.

– У тебя второй дар появился недавно. Ты к нему еще не привыкла. Как показала практика, – я киваю на Кэт, – Переучиваться не просто.

Струна берет черный кристалл, зажимая его в кулаке:

– И что делать?

– Активируй дар.

– Сделала.

– Теперь представь, что круг твоего дара, это как полностью развернутый веер. Постарайся его сложить наполовину.

Струна минуту напрягается:

– Не выходит.

– Твой дар-это веер. Ты его разложила. Что такое гарда веера знаешь?

– Нет.

– Это две крайние пластины веера. Обе гарды сошлись за твоею спиною. Чуть-чуть сложи его обратно. Чуть-чуть.

Минут пять Струна пытается сложить дар и наконец выдает:

– П… получилось!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю