Текст книги "История Винсента Робертса (СИ)"
Автор книги: Dominic Holter
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 102 страниц)
– Рэй, тебе пора перестать питать иллюзии на свой счет, – снова заговорил Маклейн, голос его звучал печально. – В отличие от этих тварей твое тело на самом деле очень хрупкое, потому что, в первую очередь, ты все-таки человек. И хотя твоя сила имеет такое же происхождение, это вовсе не значит, что ты можешь ей пользоваться так же необдуманно и легко как они.
– Я знаю, – начал ворчать Адамс в ответ, – не нужно мне об этом напоминать.
– Нужно! – возразил доктор и надавил куда-то в район грудной клетки пальцами. Рэй застонал от боли и поморщился. – Еще не все ребра срослись.
Адамс заерзал и зарычал. Ему больше не хотелось, чтобы его осматривали.
– Не забывай, – снова заговорил Док, – твое тело использует большое количество энергии, а человек не способен ее столько вырабатывать самостоятельно, и ты не берешь ее из ниоткуда. У тебя есть предел твоих способностей, после которого ты используешь собственную жизненную силу. И в следующий раз, если ты будешь поступать так опрометчиво, то ты можешь умереть сразу же, как преодолеешь этот предел.
Охотник нахмурился. Он знал, что у его способностей есть некоторое ограничение, и все прочее тоже знал. Адамс был воином, и умереть в сражении для него было честью, а вот умереть по собственной глупости ему вовсе не хотелось, но порой он попросту забывался. И тогда, в соборе, он не мог позволить, чтобы те вампиры убили людей из Ордена, и неважно, как сильно он ненавидел их. Защитить людей был его первостепенный долг. Но ему не хватило сил, он переоценил себя. Однако он должен был сделать хотя бы что-то, а не просто валяться на земле, и был рад, что смог спасти своего товарища. Даже если бы он погиб тогда, все было бы не напрасно.
– Если ты продолжишь отрицать свою сущность, то тебе лучше прекратить так геройствовать. Или тебе придется смириться с тем, кто ты есть, – добавил доктор и снова запустил руки в свои бездонные карманы, а потом извлек оттуда пакетик донорской крови и бросил на кровать рядом с Адамсом. – Подумай хорошенько над этим.
Док махнул на прощание своей тощей кистью и вышел из палаты. Рэй смог расслышать, как тот попросил никого внутрь не пускать и не заходить, пока он не вернется. Потом охотник перевел взгляд на пакет крови. Ему было омерзительно даже думать о том, чтобы ее пить. Он никогда не испытывал жажды, и ее вкус ему не нравился. Более того, если он начнет пить кровь, то неизвестно, что может случиться в будущем. Какова вероятность, что он потом не сможет отказаться?
Парень едва смог вытащить загипсованную руку из-под одеяла, хорошо, что его пальцы были свободны, но двигать ими было пока еще трудно. Он смог подтолкнуть пакет к краю кровати, и тот упал на пол.
– Никогда… – прошептал он себе под нос, – я никогда не стану уподобляться им.
====== Глава 21 (Конец 2-ой части) ======
За окном пели сверчки и шумели деревья. Такая мягкая и свежая постель, пуховая подушка и легкое одеяло, приятное ощущение свежести. Я сделал глубокий вдох и перевернулся на другой бок. Приоткрыл глаза, вокруг было очень темно, непривычно темно. Обычно я бы смог рассмотреть хоть что-то, но сейчас не видел ничего, кроме едва заметного света от луны на полу. В комнате еще кто-то был, я смог это определить по тихому дыханию. Этот кто-то заметил, что я проснулся, и стал приближаться ко мне очень медленно. Когда он сел на край кровати, я узнал его по едва различимому силуэту и знакомому запаху.
– Акира… – прошептал я и протянул к нему руку.
Когда его прохладные пальцы коснулись моей ладони, я ощутил, как он дрожал, а потом я услышал вздох и сдавленный всхлип.
– Почему ты плачешь? – спросил я его.
– Просто я очень рад, что ты очнулся, – ответил Юкимура шепотом и сильнее сжал мою ладонь в своих руках.
Мы молчали с минуту, пока я пытался вспомнить что произошло, но с каждой секундой я все больше ощущал жжение в горле, жажда становилась все сильнее. Я коснулся второй рукой своей шеи в поисках мешающего ошейника, но там ничего не было.
– Ты голоден? – шепотом спросил якудза.
Мне все еще хотелось рассмотреть его лицо, но он сидел спиной к окну, и я мог видеть только его силуэт, подсвеченный лунным светом. Не в силах уже что-либо ответить от невыносимой жажды, я просто кивнул в ответ и зажмурился. Похоже, что я очень давно не пил кровь, жжение в горле становится все сильнее.
Акира встал с кровати и, выпустив мою ладонь из своих рук, исчез. Мне очень захотелось его остановить в этот момент. Мне почему-то было страшно остаться одному. Японца не было всего несколько минут, а мне уже начало казаться, что кто-то наблюдает за мной и жуткие тени тянут ко мне свои мерзкие лапы. Когда Акира снова оказался в комнате, я почуял запах крови и тут же потянулся к нему, приподнявшись на локтях.
Только после того, как я жадно выпил несколько пакетов, мне стало лучше, хотя я все еще ощущал, что мне этого мало.
– Почему ты молчишь? – спросил я Акиру, цепляясь пальцами за его одежду.
Обычно он так много разговаривал, постоянно трепался о каких-то глупостях. Но сейчас он не говорил почти ничего, словно язык проглотил. И мой вопрос остался без ответа. Мне показалось это очень странным и пугающим. Что-то случилось, что-то страшное. Но я не мог ничего вспомнить.
Пьянящий аромат крови все еще витал в комнате, дурманя мне голову. Попросить еще? Да, я хочу еще. Я голоден, как никогда. Того, что я выпил было не достаточно, чтобы утолить мою жажду. И этот потрясающий запах…
Я потянулся к источнику запаха, к Акире, и повалил его на кровать, придавливая всем весом.
– Винсент… – шепот заставил меня опомниться. Я нависал над Акирой, крепко сжимая его плечи, и уже почти касался своими зубами его шеи. Я отпрянул от него и схватился за голову. Ничего не понимаю. Я как будто проваливаюсь в какую-то пустоту. Что случилось? И почему он не сопротивлялся?
– Что это? – дрожащим голосом зашептал я, – что со мной происходит?
Внезапно дверь в комнату распахнулась, яркий свет ударил мне в глаза, и я соскочил с кровати, пытаясь укрыться в темноте.
– Акира, почему ты не сказал, что он пришел в себя?! – грубым тоном спросил Хозяин.
Да, я узнал его голос, он единственный звучал для меня так, словно раздавался в самой моей голове. Мне хотелось спрятаться, убежать куда-нибудь подальше, но я не мог пошевелиться. Я застонал, когда снова почувствовал, что жажда снова усиливается. Меня словно сложило пополам от резкой боли во всем теле.
– Что происходит? – закричал взволнованно Юкимура.
Я все еще мог слышать его голос. Земля уходила у меня из-под ног, я оказался лежащим на холодном полу. Мне было плохо.
– Прости меня, – прошептал Акира таким тоном, что у меня похолодело внутри.
Что происходит, что со мной? Я едва мог ощутить, что меня уложили обратно на кровать. Я как будто тонул в этом мягком матрасе, он поглощал меня и тянул куда-то вниз. Я пытался ухватиться хотя бы за что-нибудь, потому что не хотел падать. Кто-нибудь!
– Держите его! – доносится до моего слуха голос Валентайна.
Рядом со мной есть еще кто-то сильный, они хватают меня за руки и ноги. Мне больно, все внутри меня снова выкручивала болезненная судорога. Я не заметил даже, что уже кричу так, что закладывает уши. Тьма вокруг только сгущалась, и я не мог ничего рассмотреть. Чьи-то холодные как лед пальцы касались меня, моего тела, впивались до боли в кожу. Мое тело снова сводило судорогой, заставляя выгибаться под неестественным углом.
– Хватит, пожалуйста! – выкрикнул я.
Чьи-то мягкие прохладные руки коснулись моей головы, лица, висков, и я уже не мог разобрать, что происходит вокруг. Я стремительно проваливался в полную тьму.
В комнате, где я пришел в себя, было очень светло, и я решил, что уже середина дня. Кроме меня в помещении никого не было. Я сел на край кровати, пытаясь вспомнить что со мной было ночью. Случилось что-то странное. Мне было так плохо. И я, кажется, обидел Акиру.
Я оторвал взгляд от пола и пытался сфокусироваться на обстановке. Эта комната была мне знакома. Значит, я сейчас в особняке Хозяина. Это была та самая комната, где я обычно ночевал, когда бывал у него. Но сейчас в ней что-то было не так. Я различил на стенах царапины, словно от когтей, некоторых предметов мебели не хватало, одна штора была на окне надорвана. Оглянувшись, я заметил, что кровать запачкана кровью. Что же, черт возьми, тут случилось?
На ноги мне удалось встать с трудом, во всем теле была странная усталость и тяжесть. Пол показался очень холодным. Я сделал шаг, пытаясь удержать равновесие, потом еще один. Осмотрел себя. На теле не было заметно никаких повреждений, но мне почему-то казалось, что на груди должна быть глубокая рана. Очень странное ощущение.
Моя старая одежда нашлась в шкафу. Хорошо, что мне не придется гулять по особняку Хозяина нагишом.
Подойдя к двери, я обнаружил и на ней тоже следы от когтей и пятна крови. Не припомню, чтобы у меня была вечеринка. Потирая виски пальцами, я вышел из комнаты наружу босиком – обуви в комнате не нашлось.
В доме ясно ощущалось присутствие Хозяина и еще нескольких вампиров. Один из них – Акира, но вот еще троих я не знал. Пока я шел по коридору, то услышал голоса, они о чем-то спорили в гостиной. Я остановился у двери и прислушался.
– Не стоит городить китайскую стену у него в голове. Ты только хуже делаешь, пойми же наконец. Он должен это пережить! – говорила женщина с очень звонким и приятным голосом.
– Вы же видели что происходит! Нельзя все так оставлять… – отвечал ей Валентайн.
– Последствий все равно не избежать, как бы ты ни старался. Все уже не будет как прежде, – снова заговорила женщина.
– Тсс… Не так громко, вы же не хотите что бы вас подслушали, – заговорил кто-то низким бархатистым голосом, его я не узнал, и у него был странный акцент.
Через мгновение кто-то оказался прямо за моей спиной и дернул за рукав рубашки. Я развернулся и увидел перед собой изящную женщину восточного типа в причудливом красном платье в китайском стиле, у нее были потрясающие длинные волосы, собранные в высокий хвост. Но больше всего я залюбовался ее лицом, она была словно ангел.
– Давно ты тут стоишь? – спросила она меня, и я узнал ее голос, это была та самая женщина, которая только что разговаривала с моим Хозяином.
Дверь позади меня открылась, и я ощутил знакомый взгляд на своей спине. Эдвард тоже вышел из гостиной. Пока я соображал, что ответить этой прекрасной особе, она тут же схватила меня за руки и пристально посмотрела мне в глаза. Пришлось чуть нагнуться, когда она меня потянула, видимо, потому что я был намного выше ростом.
– Не стоит этого делать, госпожа Юкимура, – заговорил Эдвард за моей спиной.
Юкимура? Мои брови приподнялись, я смотрел на нее и не мог сообразить, кто сейчас передо мной. Она родственница Акиры? Они не похожи, совсем. Женщина улыбнулась мне так светло и искренне, что я не смог сдержаться и тоже улыбнулся ей, потом она отпустила меня и изящно обошла вокруг.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил меня Хозяин, когда я обернулся и посмотрел на него. При взгляде в его холодные голубые глаза внутри что-то кольнуло.
По выражению его лица я мог определить точно, что его что-то беспокоит. Улыбку стерло с моего лица в мгновение ока. Мне было очень неприятно его видеть.
– Не знаю, – ответил я, прислушиваясь к своим ощущениям.
– Ты голоден? – спросила меня женщина и снова улыбнулась.
Я не успел ответить, потому что услышал чьи-то шаги, повернул голову и увидел, как к нам бежал Акира, раскинув руки в стороны. Он весь сиял и улыбался. Волосы его все так же привычно торчали в разные стороны разноцветными прядками, а одежда позвякивала металлическими вставками и пряжками. Когда он оказался рядом со мной, то тут же обнял, сжимая в объятиях так крепко, что мне казалось, сейчас у меня захрустят ребра.
– Эй, тише… – захрипел я, – сломаешь.
Ничего не понимаю, ночью он был таким грустным, а сейчас ведет себя так, словно ничего не произошло.
– О, прости, просто я так рад видеть тебя! – радостно выпалил японец и потерся об меня своей щекой. – Я так волновался, так переживал!
Женщина едва слышно прокашлялась, поднеся ладонь к лицу. В ее взгляде проскользнуло что-то неприятное. Ревность? Юкимура выпустил меня из объятий и отошел в сторону.
– А что случилось? – спросил я, переводя удивленный взгляд с одного на другого и ожидая услышать ответ.
– Ты ничего не помнишь? – спросил Валентайн, прожигая меня внимательным взглядом.
Я напряг память, со скрипом шевеля извилинами, но перед мысленным взглядом всплывали только какие-то разрозненные обрывки с вечеринки у Акиры дома, а потом…
Зажав себе рот рукой, чтобы не закричать, я отступил назад. Мне вспомнилось жуткое чудовище, такое отвратительное, что меня затошнило. Ужасная клыкастая пасть была прямо перед моим лицом, и эти красные, как кровь глаза, полные жажды и безумия. И боль, бесконечная и нестерпимая боль, все вокруг в крови, в моей крови. Руки и ноги задрожали, тело перестало слушаться меня. Я ощутил, что по лицу что-то потекло и стер влагу рукой. Приглядевшись, я увидел на ладони кровь. Меня начало трясти еще больше.
Ко мне тут же подскочил Акира, схватил за плечи и обеспокоенно залепетал:
– Винсент! Винс, что с тобой?
– Что происходит? – дрожащим и охрипшим голосом спросил я, снова вытирая со своего лица кровь.
Все лица передо мной стали расплываться, превращаясь в уродливые гримасы. По стенам потекла кровь, она капала с потолка и плескалась под ногами. Тошнота подступила к горлу. Я закричал и отскочил к стенке, пытаясь отбиться от одного из этих чудовищ.
– Сестренка, пожалуйста, спаси его… – умоляюще произнес монстр голосом Акиры, глядя на меня.
– Я же предупреждала тебя, Эдвард… Будет только хуже… – искаженным до неузнаваемости голосом произнесла женщина.
Она резко приблизилась ко мне и коснулась пальцами моей руки. На меня тут же навалилась слабость, и я стал соскальзывать по стене на пол, но кто-то меня удержал. Из гостиной вышел еще один человек. Я смог рассмотреть только его обувь. Я сам ношу нечто подобное, похожее на гриндерсы. Этот человек подхватил меня на руки, словно пушинку. Я смутно видел его лицо. Мне оно показалось каким-то знакомым, пока не расплылось и стало неразборчивой кляксой. Я закрыл глаза, стараясь не видеть этого ужаса. Это всего лишь галлюцинации.
– Куда нести? – спросил незнакомец своим бархатистым голосом.
– Обратно в комнату, – сдавленно ответил Эдвард.
– Эй, Артур, – послышался недовольный голос Акиры, – я бы и сам мог его отнести.
– Нет уж, уронишь еще, – недовольно сказала женщина.
Меня уложили обратно на кровать, я ощущал что уже снова могу шевелиться, но боялся открывать глаза. В памяти все больше всплывало страшных образов, я вспомнил, как меня похитили, как пытали, как я оказался в руках Ордена. От приступа боли тело содрогнулось, я до скрежета сжал зубы.
– Я попытаюсь ему помочь, но я не могу гарантировать этого, – произнесла сестра Акиры.
– Делайте, что посчитаете нужным, – почти равнодушно произнес Хозяин, а потом я услышал его шаги и громкий звук закрывшейся двери.
Женщина коснулась меня, я еще больше оцепенел. Я попытался открыть глаза и, на удивление, у меня получилось. Я увидел лица, теперь они не искажались. В комнате был Акира и его сестра, они сидели рядом со мной на кровати по обе стороны. И еще двое – близнецы, или у меня двоится в глазах? Я уже видел их где-то, но в памяти все перепуталось, и я не мог вспомнить.
Мои воспоминания медленно возвращались ко мне. Обрывками, эпизодами, отдельными кадрами, но все это складывалось вместе, воссоздавая полную картину. Первым же моим желанием было убить Валентайна за все, что он сделал со мной. Я дрожал, но не мог двинуться с места. Мне было так противно и больно внутри. Я вспомнил, как хотел умереть, был готов к этому, жаждал…
Нужно время, много времени, чтобы все это осознать и пережить. Мне понадобится вечность. Я ненавижу Эдварда Валентайна за все, что он сделал, за все эти муки и пытки. Гнев завладел моим сознанием, и если бы мое тело было свободно, я бы сейчас догнал и убил бы его. Я точно смог бы сейчас это сделать! От одного его вида меня тошнит.
– Я ненавижу тебя, Эдвард Валентайн! – закричал я так громко, как только смог, чтобы выпустить из себя всю эту злость и ненависть.
Звериный рык вырывался из моего горла, и я сжал в своей руке тонкие пальцы той женщины, что сейчас держала меня. Она поморщилась, но все еще держала меня, хотя ей должно быть было больно. Но я не мог сейчас контролировать поток этих страшных эмоций. Я готов был убить кого-нибудь.
– Винсент, успокойся, все будет хорошо, – произнесла женщина и погладила меня по лбу свободной рукой.
Ее прикосновение принесло спокойствие, которое медленно разливалось по телу, я будто плыл в океане. Все произошедшее со мной когда-то теперь уже не казалось таким значимым и страшным. Я выдохнул.
– Сестренка, – недоверчиво зашептал Акира, держа меня за другую руку, – что с ним?
– Я подавила его желание убить себя, оставила только ненависть, – шепотом ответила женщина.
– Думаешь, это поможет?
– Не знаю, Акира. Остается только надеяться, что он справится с остальным сам…
Как хорошо, что сейчас рядом со мной был Акира. Он всегда был так добр ко мне и не требовал ничего взамен. И хотя порой он был жутко назойливым, все равно он очень хороший парень. Сейчас он мой единственный друг. Я никогда не думал, что моим лучшим другом станет вампир. Мне даже показалось, что я слышал его голос, когда мне в сердце вонзили клинок.
– О… – протянула удивленно женщина, и повернулась к брату, – он думает, что ты его хороший друг.
Акира весь засветился и улыбнулся так, словно я ему сам это только что сказал. Стоп. Она читает мои мысли? Эта женщина, госпожа Юкимура, она видела все мои воспоминания?
Женщина едва заметно кивнула мне, словно ответила на мой немой вопрос. И это меня испугало. Мне не хотелось, чтобы еще кто-то знал, что творилось со мной, через что мне пришлось пройти, и что со мной делал Валентайн. Это так унизительно и больно.
– Я никому не скажу… – шепнула она мне на ухо, нагнувшись очень близко, а потом поцеловала в щеку.
В этот момент лицо Акиры стало красным, он смотрел на сестру так, словно она только что сделала что-то очень плохое. Я не знал, его реакция на этот простой дружеский жест будет такой. А его сестра определенно очень красивая, и теперь, когда они оба сидели передо мной так близко, я заметил, что все же в них есть что-то похожее.
– Ты что, ревнуешь? – поддразнила Юкимура, подмигивая своему брату.
Акира надулся и отвернулся от нее, украдкой поглядывая на меня. Если бы я мог говорить, то, наверное, тоже подразнил бы его. Он сейчас был похож на обиженного подростка. И все же он очень забавный.
– Это он тебя спас, – сказала женщина и потрепала братца по разноцветной шевелюре. – Правда-правда! И это действительно был его голос.
– Так он слышал меня? – удивленно просиял японец.
– Да, слышал, сразу, как ты пришел, а потом я ничего не вижу, словно то, что произошло позже, просто отсутствует в его голове. Но ты же сам видел это?
Акира согласно закивал головой. Потом прищурился, всматриваясь в меня, словно искал что-то, чего не видел во мне раньше.
– Ты знаешь, это было больно… – обиженно произнес он, – ты точно не помнишь, что случилось?
Я сильно удивился, разглядывая его лицо. Я ничего не помнил из того, что произошло позже, после того, как я вроде бы умер. И кстати, почему я до сих пор жив?
– Не помню… – прохрипел я, на большее сил не хватило.
– Точно, – ответила женщина, – если бы он помнил, я бы тоже это видела.
– Вот как… – протянул Акира, потирая свободной ладонью свой живот.
Абсолютно не помню, что я сделал, но если я обидел Акиру, то, наверное, должен извиниться. Он спас меня, и я был благодарен ему. Хотя и чуточку разочарования, ведь в тот момент я действительно был готов умереть и принял бы смерть от их рук, как спасение. Мне стало очень грустно от этого ощущения. Я снова вспомнил о той боли и пытках, о том страшном чудовище, что смотрело на меня таким жадным и голодным взглядом.
Женщина сжала мою ладонь, и я понял, что она тоже видела то же, что и я. Скорее всего она не ощутила всего, но могла представить, что я чувствую.
– Как хорошо, что ты жив, – радостно прошептал Акира и потерся щекой о мою руку.
Сонливость подступила внезапно, и я прикрыл глаза, сквозь ресницы я едва рассмотрел, как Акира нагнулся ко мне и провел пальцами по волосам. Акира. Как я рад что он не пострадал. Рад, что он со мной…
Приятное ощущение обволакивало все тело, меня словно качало на волнах, и глаза закрылись сами по себе. Впервые мне было так спокойно засыпать.
Дверь кабинета Валентайна открылась, и на пороге показался Акира. На его лице отражалась только глубокая печаль. Винсент недавно заснул. Юкимуре было очень больно наблюдать за страданиями друга, ему хотелось выпить. Он чувствовал в этом часть своей вины и не знал, как искупить ее. Спасение жизни Робертса не принесло ему полного облегчения, теперь, когда он видел Винсента вновь, совесть нещадно продолжала проедать дыру в его сердце.
– Спит, – коротко ответил Юкимура на вопросительный взгляд Валентайна, медленно потягивающего вино. – Сестра осталась с ним, она все еще сдерживает его, – тихо добавил он, усаживаясь в кресло напротив стола.
Акира протянул руку к подносу, взял пустой бокал и тоже налил себе вина. Они молча пили и не смотрели друг на друга. Юкимура не решался спросить, что же такого страшного сделал Эдвард, за что Винсент его теперь так ненавидел. Хотя мог догадаться. Поднимать тему о смене Хозяина он теперь тоже не хотел. Мало ли что сейчас могло взбрести в голову Валентайна, который, судя по виду, сейчас сам был бы не против убить кого-нибудь.
– Что ты намереваешься дальше делать? – спросил Акира и покосился на бизнесмена.
– Ничего, – сухо бросил Эдвард и снова отпил из бокала.
Его отношение бесило Юкимуру, он бы с удовольствием вцепился сейчас Эдварду в глотку. Но не мог, не имел права. Пока что. К тому же, волнение за судьбу Винсента сейчас перевешивало все остальные проблемы. Юкимура готов был дьявола молить, чтобы друг его выкарабкался и не наложил на себя руки после всего, что ему пришлось пережить в застенках Королевского Ордена.
Акира вспомнил, как той ночью он бежал по лесу, прижимая к себе Винсента, которого лихорадило так, что казалось, он может воспламениться прямо у него в руках. Якудза прибежал к особняку Эдварда. Они тогда сразу же сели в машину и отвезли парня на загородную виллу Валентайна. С Робертсом осталась Ая, а они вдвоем вернулись обратно в город. Утром Валентайн отослал из дома всю прислугу. А потом прибыли каратели, искали Винса, но Эдвард сделал вид, что ничего не знает. Тогда они начали ему угрожать, и Акира признался в том, что это он ослушался приказа и вмешался. Юкимуру тут же сковали цепями и увезли. Его допрашивали, но он так и не признался, где Винсент. Тогда Совет хотел насильно вытянуть из него эту информацию. Но тут же появилась сестренка и устроила скандал. Акира даже не подозревал, что его сестра может быть настолько пугающей и злой. А еще, что она обладала такой большой властью. Хотя он, конечно же, знал, что она одна из древних. Акиру тут же отпустили, хотя намеревались серьезно наказать, но с условием, что он покинет пост главы семьи Юкимура и передаст его своей сестре. Якудза даже не сопротивлялся. Все было улажено за несколько минут. Но Совет все равно продолжал настаивать, чтобы им отдали Винсента. Тогда Ая заявила, что этот парень находится сейчас под ее опекой, и она сама решит, что с ним делать. Высшие из Совета были крайне недовольны таким положением дел, и снова чуть не вышел скандал, но Маркус, самый древний и самый сильный из всех вампир, все-таки был более снисходителен и дал свое согласие. Они с сестрой сошлись на том, что за Робертсом будут приглядывать и если посчитают его опасным, то тут же казнят. В это дело вмешался и Михаэль. Он предложил в качестве надзора за Винсентом своих ребят. Совет был вынужден согласиться с ним, потому что братья были очень послушными, и их способность тонко чувствовать ауру вампира, его энергию, была очень полезна в этой ситуации.
Когда Акира со своей сестрой вернулись в Лондон, Винсент все еще был без сознания, но его жар спал. Эдвард перевез его в особняк и вызвал своего знакомого, который работал главным врачом в центральной городской больнице. Доктор сказал, что внешне с парнем все в полном порядке, и лихорадка была вызвана чем-то таким, что он объяснить с точки зрения медицины не может, так как в его практике еще не встречалось больных вампиров.
Первый раз Винсент очнулся через четыре дня после того, как его спас Акира. У него случился припадок ярости, он метался по комнате, все крушил и пытался разорвать себя руками, пришлось его скрутить и уложить в постель. После чего Ая усыпила его.
Второй раз Робертс очнулся и слонялся по дому как зомби, обмотавшись простыней. В особняке тогда почти никого не было, кроме близнецов. Эдвард уехал разбираться с делами, у него была целая куча проблем после грандиозного погрома той ночью, когда взорвали собор. А Ая и Акира отбыли в Токио для официального объявления всем о смене главы семьи. Братья обнаружили Винсента на кухне, когда тот сидел на полу и не реагировал ни на что. Близнецы молча за всем наблюдали, но не предпринимали никаких действий. Потом, когда Акира попытался узнать у них, что они думают по поводу всего происходящего, Артур признался, что пока не видит ничего опасного, и намерен именно так и передать Хозяину и Совету.
Этой ночью Винсент снова проснулся. К тому времени прошла уже неделя с тех пор как его вызволили из плена. Ситуация снова вышла из-под контроля. Юкимура не ожидал, что Винсент попытается на него напасть. Ему казалось, что Робертс начал приходить в себя. Но когда тот навалился на Акиру, то японец сначала растерялся, не знал, как реагировать, он в этот момент думал совсем о другом. Почему-то он был готов к тому, что Винсент его укусит и не стал сопротивляться. Желание владеть Винсентом пересиливало тогда все остальные чувства, включая здравомыслие. Он был бы счастлив, если бы Винс вонзил свои клыки ему в шею. Сейчас Акире было страшно подумать о том, что у него в тот момент возникло такое желание. Винс мог не простить его за это, когда пришел бы в себя.
Акира поежился и провел пальцами по своей шее, в том месте, где он ощутил дыхание Винсента на своей коже. От того чувства у него тогда помутился рассудок.
Сейчас Юкимура больше всего боялся, что Винсент не сможет справиться со всем этим и сойдет с ума. Тогда его точно убьют. А если это случится, то Акира не сможет себе этого простить никогда. Страшно было подумать, что будет, если его друга не станет. Наверное, именно то, что он подумал, когда увидел Роберта на алтаре с клинком в груди. Ему самому захотелось умереть в тот же момент. Правда, тогда первым делом Юкимура собирался сам лично оторвать Эдварду голову за то, что тот искалечил Робертса.
В дверь тихонько постучали, а потом в комнате возникла принцесса с немного уставшим видом. Она потратила неожиданно много сил, чтобы удержать Винсента и усыпить его.
– Как он?! – тут же встрепенулся младший Юкимура.
– Я надеюсь, все будет хорошо. Пока он еще спит, с ним остались близнецы, – женщина прошла по кабинету и присела на диванчик у стены.
– Я посижу с ним… – шепнул Акира и тут же вскочил с кресла.
– Погоди, – позвала его сестра, – ты обещал мне, что покажешь, что видел там, в соборе...
– Я сказал, что только когда ты поможешь Винсенту, а пока ему еще плохо, – пробубнил Акира и вышел из кабинета, нарочно громко хлопнув дверью.
Ая понимала, что брат все еще злится на нее за то, что она копалась у него в голове, но что ей еще оставалось? Для нее младший брат сейчас был всем, и она боялась его потерять. Поэтому она всеми силами пыталась помочь Робертсу, ради Акиры.
Валентайн подлил себе еще вина, он дожидался, когда придет Мари. Та очень сильно хотела увидеть Робертса.
– Этот переполох с ритуалом вызвал много шума, – медленно протянул Эдвард, – несколько Высших пробудилось.
– О, надо же, и кто? – удивленно спросила принцесса, подгибая под себя ноги, и по-хозяйски раскинулась на диване.
– Наш старый знакомый Сабиен Несбит и Графиня Аделлия.
– Хорошо, что Ван Холкам не проснулся, – раздраженно зашипела принцесса.
– Хм… – протянул Валентайн. – Так вы не знаете еще. Он уже восемь лет как не спит…
Лицо Аи в один миг переменилось, она вся побледнела, и напряглась. Узнать, что самый страшный тиран в мире давно уже не спит, для нее было огромной неожиданностью. И что самое удивительное – он не явился на такой переполох.
– Не может быть… – напряженно выдохнула принцесса.
– Не знаю, что его пробудило, но пока он ведет себя тихо. По крайне мере в Англии он точно не появлялся. Говорят, где-то в Америке сейчас бродит.
Юкимура поджала губы и тяжело выдохнула. Если бы кто-то спросил ее как выглядит смерть, она бы с точностью описала Ван Холкама. Именно этот вампир наделал много шума во время Второй мировой войны. Именно его пробуждения боялись больше всего. Для такой твари не было ничего святого. Он мог запросто истребить целый город всего за одну ночь, если не быстрее.
– Маркус, ублюдок, он мне ничего не сказал…
– Пока нет повода для беспокойств. Похоже, он нашел себе новое развлечение, – равнодушно произнес Эдвард и отпил несколько глотков вина.
Принцесса серьезно задумалась.
– Мне нужно будет поговорить об этом с Советом. Кажется, я очень много интересного пропустила…
Акира присел у кровати друга и сжал его руку в своих ладонях. Близнецы молча переглянулись и вышли из комнаты, остановившись в коридоре у двери.
– Прости меня, прости… – шептал Юкимура, сжимая в своих руках бледные длинные пальцы Винсента. Тот крепко спал с умиротворенным выражением лица. Акира винил себя за все, что случилось с Винсом, за то, что не смог уберечь его, и за то, что не смог защитить от Эдварда, за все.
– Прости, – снова выдохнул якудза и всхлипнул.
Братья близнецы переглянулись и отошли от комнаты Робертса еще дальше. Они оба молчали, но понимали друг друга без слов, просто переглядываясь. Габриэль протянул руку к брату и коснулся пальцами его плеча. Артур улыбнулся в ответ и сжал его руку в своих пальцах.
Вечером пришла Мари, ее тут же проводили в комнату Винса. Когда женщина вошла, то увидела мирно спящего Робертса, а рядом на полу сидел Акира, он сжимал руку друга и тоже спал. Они вдвоем выглядели почти беззаботно, только лицо японца было распухшим от слез. Ая нервно хмыкнула и тут же вышла из комнаты, не желая видеть своего брата в таком состоянии. Она тут же вернулась обратно в кабинет Валентайна. Тот с места вообще не сдвигался, словно прирос к своему креслу и пил вино как воду.
