Текст книги "Не опоздай...(СИ)"

Автор книги: Anna Easton

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 51 страниц)

– А что у меня с лицом, мсье Герардески?.. – отозвался юноша, выкладывая на стойку наличные и документы к ним. – Это просто… небольшая царапина.

– Правда? – участливо улыбнулся его собеседник, и в голосе проскользнули стальные ноты. – И кто же тебя так… поцарапал?

Иньяцио пожал плечами:

– Никто. Я сам… случайность.

– И ты в таком виде общаешься с гостями?

– Нет, что Вы! Мсье Лоренцо поручает мне другие дела. Но через пару дней все заживет и я опять…

– Пойдем со мной! – перебил его Герардески, не дав закончить фразу.

Иньяцио быстро убрал конверт с наличными в одну из сейфовых ячеек и направился следом за хозяином, все еще не выпуская из рук пустой контейнер.

Мужчины оказались в кабинете врача, и Натэлла удивленно посмотрела на них.

– С приездом, мсье Герардески!.. Что-то случилось?.

– Нет, мадам. Просто одолжите мне пару перчаток и не обращайте на нас внимания, – отозвался Максимиллиан, поворачиваясь к Иньяцио, и тому пришлось подойти ближе.

Хозяин поместья молча разорвал тонкую упаковку и натянул гигиеническую перчатку на одну руку. Потом потянулся этой самой рукой к стоящему перед ним и аккуратно отлепил пластырь от раны.

– И это ты называешь «небольшой царапиной»?

– Э… мсье…

– Как Вы думаете, мадам Натэлла, за пару дней эта небольшая царапина исчезнет?

Женщина приблизилась к пациенту и усмехнулась:

– Мсье, я ценю Ваше чувство юмора, но подобные вещи заживают довольно долго. Минимум неделя. Да и потом мне придется некоторое время гримировать рубец, если Вы собираетесь вернуть Иньяцио к его прежним обязанностям.

– Собираюсь, – кивнул Герардески. – Но почему так долго?

– Ну, видите ли… у раны слишком гладкие края, поэтому клетки срастаются очень медленно. Я могла бы Вам объяснить эти медицинские особенности клеточного роста подробнее…

– Не надо подробнее! Спасибо. Подробнее будет объяснять ОН. Я слушаю тебя!

Последняя фраза была обращена к Иньяцио. Тот вздохнул.

– Мсье, мне очень жаль, что я Вас так подвел… но я постараюсь…

– Заткнись. Еще раз. Что. У тебя. С лицом?!

– Я порезался.

– Чем?

Иньяцио опустил глаза.

– Бритвой… когда брился.

– Хм! – громко фыркнула на это мадам врач из своего кресла.

Оба молча посмотрели на нее. Потом посмотрели друг на друга.

– Бритвой, – задумчиво повторил Герардески.

– Мсье, я…

– Ладно, иди работай!

– Мсье Герардески, это правда была досадная случайность! Я просто…

– Возвращайся к работе, я сказал!

Иньяцио кивнул и направился на кухню. Кажется, пронесло… Однако он ошибся.

– Ну как, сынок, твой мсье Бовэ остался доволен?

– Да, ваши пирожки вне конкуренции, как всегда! – улыбнулся юноша, наливая себе чашку чая.

– Я знаю, что мои пирожки самые вкусные на острове, – нетерпеливо согласилась шеф-повар, – ты мне скажи, он их сам ел?

– При мне – нет.

Женщина возмущенно всплеснула руками:

– Ну что ты будешь делать с этим упрямцем! Я же специально сделала его любимый штрудель! И мясные пончики!...

– Не расстраивайтесь, мадам Луиза, Эркюль обязательно все их прикончит перед самым открытием!

– Правда?.. Ой, Иньяцио, ты специально это говоришь, чтобы меня успокоить!.. – покачала головой женщина и заметно надулась, продолжая колдовать над кастрюлями. – Еще скажи, что он всегда так делает!...

– Ну что Вы! Только если дело касается Вас лично! – подмигнул Иньяцио.

Мадам Луиза продолжала хмуриться, но было видно, что она явно польщена.

– Что случилось, Оксана?

– Да, почему у тебя такое лицо? – кивнул молодой человек, приглашая ее за стол: – Присядь, рассказывай!

– Ой, что я сейчас видела! Вы даже не представляете! – закатила глаза горничная, усаживаясь рядом с ним.

– Что?

– Там… Герардески и мсье Франсуа!..

– Вот как? А я уж думала, что кошка спустилась на парашюте! – фыркнула мадам Луиза.

– Ну что Вы такое говорите!... Спасибо, Иньяцио, – почти покраснела девушка, когда он налил ей чашку чая, – Но если бы вы оба знали, ЧТО я только что видела, то точно перестали бы смеяться и сами побежали посмотреть!

– ?

– ?

– Так вот! Мсье Герардески так напустился на мсье Франсуа, что прямо цирк!

– Что, накричал на него?

– Нет, лучше!.. – заверила ее девушка, наспех дожевывая сладкий пирожок. – Мсье Франсуа разговаривал в холле с мсье Лоренцо… Потом появился мсье Герардески… схватил мсье Франсуа за плечо и буквально потащил его в свой кабинет!... И еще сказал что-то вроде «Ты доигрался!... Я тебя предупреждал!..»… А потом из кабинета раздались крики и даже что-то разбилось там… Иньяцио, куда ты??... Иньяцио!.. Когда я говорила, что вы все бросите и побежите на это смотреть, я не имела ввиду так буквально!...

Но молодой человек уже не слушал ее. Он выскочил из-за стола как пробка из бутылки с шампанским. Выскочил, и помчался к кабинету хозяина… Действительно, такое оставлять без внимания ему никак нельзя!

– … я не желаю больше ничего слушать!

– Мсье Герардески, но я тут совершенно ни при чем! Я его не трогал!!!.. Почему Вы мне не верите?!..

Оба голоса так отчетливо разносились по первому этажу, что и служащие, и мимо проходившие гости невольно останавливались и с интересом пытались понять, в чем же дело?.. Внезапно тяжелая дубовая дверь кабинета захлопнулась, словно пушечный выстрел, и разом прервала все «веселье». Скандал, конечно же продолжался, но теперь до зрителей не долетало ни звука. И постепенно все стали расползаться по своим делам.

– ..Сегодня же! – гремел Герардески, страшно сверкая глазами. – Сегодня же я позвоню Пьеру, и скажу ему, что наш договор аннулируется! Собирай свои вещи и выметайся отсюда!

– Мсье!..

– Я тебя предупреждал, Франсуа! Предупреждал, что если ЕЩЕ ХОТЬ РАЗ… ты посмеешь его укусить!

– Но я его не кусал, как Вы не понимаете этого! – в отчаянии закричал де Винсент, стукнув кулаком по столу, разделявшему сейчас его и его собеседника.

– Все!.. Разговор окончен. Убирайся отсюда! Или нет… лучше пусть твой профессор вышлет за тобой охрану!

– Зачем?

– Ты не адекватный, Франсуа! Ты становишься совершенно не управляемым.

– Неправда! Я себя контролирую! Я принимаю все эти Ваши пилюльки… на меня нет ни одной жалобы!

– Я все сказал, де Винсент! C этой минуты ты больше у меня не работаешь!..

– Подождите! – раздалось за их спинами, и дверь кабинета вновь с грохотом закрылась.

Мужчины обернулись, и Иньяцио стремительно приблизился к ним.

– Подождите, мсье Герардески! Не торопитесь!..

– Это что еще такое?! Ты почему опять вламываешься в мой кабинет без приглашения?!

– Мсье, я прошу Вас дать мне пять минут! Выслушайте меня!

– Да, кстати, мсье Франсуа, давайте выслушаем его? Он нам расскажет все недостающие подробности! Ты ведь расскажешь нам, Иньяцио? Как все было?

– Расскажу.

Герардески кивнул и жестом предложил начать повествование. Иньяцио посмотрел на де Винсента, тот – на него. Де Винсент был бледен, словно приведение. Его глаза казались сейчас почти совсем бесцветными.

– Мсье Герардески, я Вас прошу отменить Ваше решение и оставить мсье Франсуа в качестве управляющего!

– Что???.. Оставить в качестве управляющего?!..

– Да! Потому что он ничего не сделал.

– Не сделал?! Он снова пил из тебя кровь! – закричал Максимиллиан, окончательно выходя из себя. – Что?! Разве не так?!

Франсуа де Винсент зажмурился и отвернулся. Больше всего на свете сейчас ему хотелось придушить этого мальчишку!!! Придушить… или избить ногами… или...

– НЕТ.

В кабинете повисла на мгновение почти мертвая тишина.

– Что ты сказал?.. – почти спокойно задал вопрос хозяин поместья, настолько он удивился услышанному.

– Я сказал – нет! Вы не ослышались, мсье. Мсье Франсуа этого не делал.

– Чего он не делал? Ты хочешь сказать, что он не кусал тебя? – усмехнулся Герардески. – Ну да, он просто разрезал тебе губу… чем ты там говорил? Бритвой?

– Лезвием.

– Да, действительно, бритвы слишком безопасны…

– Да, мсье, все правильно. Губу разрезал лезвием.. только не он, а я.

– ???

– ???

– Мсье Герардески, я сам себя поранил. Мсье Франсуа не имеет к этому отношения.

– Иньяцио, не пытайся его выгородить! Я видел записи камер видеонаблюдения, – отмахнулся его хозяин. – Я видел, как он вошел к тебе на цоколь…. А потом вы оба появились, и ты был весь в крови! Или ты и это станешь отрицать?

– Нет, мсье, все правильно. Мсье Франсуа в самом деле заходил в мою комнату… и очень вовремя.

– Как это?

– Я действительно сам разрезал себя… а мсье просто появился вовремя и… и не дал мне довести задуманное до конца!

– Иньяцио, черт побери, говори толком, что ты там «задумал»?! Неужели ты надеешься, что я поверю в этот бред? Поверю, что ты сам себе хотел губы разрезать???

– Мсье Герардески, это правда. Мсье Франсуа вошел, я обернулся, рука дрогнула, и… – он перевел дыхание и сказал: – Я хотел… я хотел полоснуть себя по горлу, но… рука дрогнула и… и вот я перед Вами.

– ???

– ???

Герардески переводил взгляд с одного на другого.

– Франсуа! Что он несет?!

– Я сказал Вам правду, мсье.

– Заткнись! Франсуа?!

– Ммм… я в самом деле вошел именно в тот момент, мсье, – подал голос управляющий.

– Все так и было?

– Да, мсье.

– ХМ!

Молчание длилось на этот раз слишком долго.

– Ну… и кто из Вас врет?... – прищурился хозяин поместья. Потом снял трубку телефона внутренней связи: – Мсье Сингха ко мне!

Сингх появился через минуту. Словно он тоже был все это время по ту сторону двери.

– Мсье Сингх!

– Да, мсье Герардески?

– Вы видите этих двоих?

– Вижу, мсье.

– В карцер! Обоих!

– ? Обоих, мсье Герардески? Но один из них – Ваш управляющий…

– Вы не ослышались, мсье Сингх. ОБОИХ!

Раджив Сингх чуть улыбнулся своей дежурной дипломатической улыбкой и почтительным жестом пригласил обоих следовать за ним.

– Ты что, в самом деле хотел перерезать себе горло? – прищурился Франсуа, когда все трое уже были в подвале.

– Нет. Но в конце концов... какая разница?... Днем раньше… днем позже… что изменится?

– Что?!... – опешил де Винсент и, пользуясь тем, Сингха сейчас не было рядом, прижал юношу к стене и наклонился к его лицу слишком близко: – Не смей!... Слышишь?!.. Ты это сделаешь, только когда Я тебе разрешу! Понял?! Только Я решаю, как долго тебе жить! А ты мне пока нужен.

Иньяцио долго и молча смотрел в его глаза. Потом грустно усмехнулся:

– Я ЕЙ не нужен. При чем тут Вы…

====== LXXV. Тайна Франсуа де Винсента ======

Иньяцио шел по коридору второго этажа, прислушиваясь к тишине вокруг и попутно выключая лишнее освещение. За последнюю неделю гости вселились почти во все комнаты в этом крыле, и работы прибавилось. Но час был поздний, и все уже спокойно спали. Стоп! Нет, похоже, спали не все… Молодой человек заметил, что одна из дверей приоткрыта, и из щели пробивается яркий луч света. Может, что-то не в порядке? Иньяцио подошел ближе и с удивлением обнаружил, что это – комната управляющего гостиницы, на двери красовалась табличка с номером сто тридцать три. Ну да, это та самая дверь. Очень странно, что она сейчас открыта. Юноша прислушался – внутри было тихо. Он осторожно постучал.

–Мсье Франсуа! Вы здесь?...

Никто не ответил, и Иньяцио осторожно постучал еще раз. Почему-то сейчас в памяти всплыли события двухмесячной давности, когда вот так же Франсуа де Винсент вошел к нему в каморку… тот, наверное, тоже стучал, но Иньяцио тогда был в таком состоянии, что не услышал…

Стук повторился. И результат повторился. Юноша нахмурился. Подождал еще немного и вошел.

– Мсье Франсуа?..

В комнате действительно горел яркий свет, слишком яркий для этого времени суток. Управляющий «Жиневры» сидел на своей постели, спиной к двери и никак не реагировал на вопрос.

– Мсье Франсуа… это я, Иньяцио! У Вас все в порядке?

– Сегодня день ее рождения.

– ? Чей день рождения, мсье?

Де Винсент ничего не ответил. Прошла еще пара минут, а он все сидел и молчал. Молодой человек в небольшой растерянности подошел к нему и сел рядом, прекрасно понимая, что сейчас вновь нарушает правила…

– Мсье Франсуа?... Что случилось? Я что-то не то сказал?.. – его взгляд упал колени управляющего. – Кто это?

Франсуа повернул к нему свое лицо, словно только что очнулся. Лицо было бледное. Обычно такое лицо у него бывает перед приступом. Но зрачки глаз не увеличились… Странно. На коленях мужчина держал фотографию. Фотография была в рамочке за стеклом, в котором отражались блики искусственного света. Он так бережно прикасался к ней, что Иньяцио спросил:

– Это она?

Де Винсент молча кивнул, не глядя на него.

Из-под стекла на них смотрела молодая женщина в красном платье. Блондинка. Она смотрела и улыбалась. Фото было не профессиональным, но очень хорошим.

– Да. Она… Моя Лаура… – еле слышно пробормотал управляющий, не сводя глаз с портрета.

– Красивая женщина! И счастливая…

– Да… Она очень красивая!... Мы были очень счастливы…

Последняя фраза прозвучала как-то сдавленно и в прошедшем времени. Словно говоривший отказывался верить в то, что говорил…

– Были?..

Молчание.

– Вы никогда не рассказывали о том, что у Вас кто-то есть, мсье Франсуа, – негромко сказал Иньяцио. – А где она?.. Я хочу сказать… где она сейчас?

Франсуа де Винсент удивленно взглянул на сидящего рядом, словно тот ляпнул откровенную глупость, и кивнул на портрет в своих руках:

– Так вот же она!..

– А… – Иньяцио открыл было рот, но тут же его закрыл. – Вы позволите?...

– Убери руки! Не смей ее трогать! – тут же рявкнул де Винсент, дернув плечом.

– Извините, – юноша поднялся на ноги и сказал: – Я пойду… спокойной ночи, мсье.

Но едва он подошел к двери, как управляющий окликнул его:

– Постой!

Он остановился.

– Сюда иди!

Иньяцио вернулся и встал перед ним. Де Винсент осторожно поставил фото на прикроватную тумбу и тоже встал на ноги:

– Ты зачем заходил?

– Я увидел свет в Вашей комнате, и дверь была не заперта… Я постучал, а Вы не отзываетесь.

– И что?

– Ну… я подумал, что с Вами что-то случилось, мсье. Вы никогда раньше не оставляли дверь в свою комнату открытой в такой поздний час.

–Разве? – рассеянно отозвался де Винсент. Его мысли сейчас точно были не здесь, не в этой комнате.

– Да, мсье.

– А… сколько сейчас времени?

Юноша бросил взгляд на свои часы:

– Без четверти двенадцать.

Франсуа молчал, по его лицу вдруг пробежала судорожная гримаса. Он явно нервничал.

– А… почему ты сам болтаешься по коридорам в такое время?!

– Потому что я сегодня дежурю мсье, – спокойно объяснил стоящий перед ним.

– Вот как?..

– Да, мсье. Я провожу плановую проверку всех помещений.

– Угу…

Они помолчали немного, и Иньяцио спросил:

– Что-нибудь еще, мсье Франсуа?

– Нет, ничего!

– Тогда, можно я пойду?

– Ммм… иди!

– Спокойной ночи, мсье!

Но едва он вновь оказался у двери, управляющий снова его окликнул:

– Иньяцио!

Юноша обернулся.

– Сюда иди!

Иньяцио вздохнул и подошел к нему.

– Я слушаю Вас, мсье.

– Посиди со мной, – вдруг тихо попросил управляющий.

– Что?..

– Я говорю, побудь здесь… со мной. Пока я не засну.

Иньяцио медлил. Он слишком хорошо помнил, чем заканчиваются подобные «посиделки».

– Это не приказ, – тихо добавил де Винсент, глядя ему в глаза. – Ты же все равно не спишь сегодня.

– Что-то случилось, мсье Франсуа?

Управляющий молчал, нервно сжав губы. Выражение его лица вдруг снова стало официально-холодным. Не дождавшись ответа, Иньяцио снова пожелал ему спокойной ночи и сделал попытку уйти, но почувствовал, как Франсуа цепко ухватил его за локоть, и пришлось остановиться.

– Я не могу, – внезапно признался де Винсент, не отпуская его. – Не могу оставаться один… сегодня. В такой день. Не хочу сидеть один в темноте! Спать я все равно не смогу. Я никогда не сплю в день ее рождения… Вот уже… десять лет… Не оставляй меня одного сегодня, Иньяцио!.. Что ты молчишь? Тебе не смешно?

– Нет, – покачал головой молодой человек и в этот момент почувствовал, как пальцы администратора гостиницы перестали сжимать его руку.

– Ты останешься?

– Мне нужно сделать обход. Извините, мсье Франсуа.

Иньяцио развернулся и молча вышел в коридор. Дверь закрылась.

– Ну и вали отсюда!... – закричал управляющий ему вдогонку, запустив вслед чем-то тяжелым. Предмет гулко ударился о закрытую дверь и упал на пол.

Но когда через час Франсуа вышел из ванной, Иньяцио сидел в кресле, недалеко от его кровати, и в руках у него была книга.

– Ты здесь?.. Это что за фокусы?!

Юноша поднял на него глаза и многозначительно постучал пальцами по книге, словно объясняя причину своего появления.

Управляющий мрачно глянул на неожиданно вернувшегося и молча улегся в кровать.

– Я нашел последнее издание «Гонок под парусом», думаю, Вам будет интересно послушать.

– Ты мне почитаешь?

– Да, мсье. Если Вы не против.

– Я не против… – кивнул Франсуа и даже почти улыбнулся, потом покосился на своего гостя и сказал: – Сядь сюда, на кровать!

– Ну нееет, спасибо!.. Мне и здесь не плохо.

– Подойди ко мне, я сказал! – рявкнул Франсуа, похлопав ладонью поверх покрывала, под которым лежал.

– Если мсье что-то не устраивает, я могу пригласить сюда горничную, пусть она Вам почитает… – молодой человек сделал попытку встать на ноги.

– Ну ладно, ладно! Постой!... Черт с тобой… оставайся там, где сидишь… – в голосе Франсуа вдруг отчетливо прозвучал испуг.

– Как скажете, мсье Франсуа, – кивнул Иньяцио, усаживаясь обратно и открывая книгу на нужной странице.

Лежащий в кровати судорожно выдохнул, закрыл глаза и расслабился. Женщина в красном платье продолжала тепло улыбаться с фотографии. Иньяцио неслышно ступая обогнул кровать, приблизился к тому месту, где она стояла, взял изображение в руки и довольно долго разглядывал его, пытаясь понять… а может быть вспомнить… аккуратно вернул фото на место, потом перевел взгляд на управляющего.

– Только не молчи, – тихо попросил тот, не открывая глаз, – говори со мной, Иньяцио… говори, пока я не засну…

====== LXXVI. Круг замкнулся. Повторение истории знакомства. ======

«Эта спортивная красная машина» все так же занимала парковочное место на стоянке для гостей, а между тем ее владелец так и не объявлялся. Иньяцио задернул шторой окно и направился по своим делам. Путь лежал через холл. Холл был пуст.

– Иньяцио!

Управляющий Раджив Сингх материализовался словно из ниоткуда, и бамбуковая трость его театрально «сказала» юноше, что он должен изменить траекторию и подойти.

– Да, мсье?

– В каком номере ты разместил владелицу красного «Nissan»?

– ?... А это женщина?

– Да. Это женщина. В каком она номере?

– Мсье Сингх, дело в том, что хозяйка машины еще не регистрировалась. Она не появлялась здесь.

– Как это? – уставился на него управляющий. – Ты хочешь сказать, что за те три часа, что автомобиль находится на стоянке нашей гостиницы, его владелица не заходила внутрь?

Иньяцио кивнул.

– Или ты ее упустил?!

– Нет, что Вы!

Наконечник трости уперся юноше в грудь.

– Лично доложишь мне, КТО она и ОТКУДА! И не дай Бог, если эта спортивная красная машина исчезнет с нашей стоянки БЕЗ этих сведений!

– Я понял, мсье.

Сингх выразительно сверкнул своими черными глазами и молча отошел от него. Юноша выдохнул, пытаясь собраться с мыслями. Надо бы глянуть записи камер видеонаблюдения для начала. «Спортивная красная машина»… надо же, и этот человек тоже так ее назвал…

– Когда ты все это успела? – искренне удивился Иньяцио, открывая перед Оксаной дверь.

– Вообще-то именно для этого я и летала в Москву! На целый месяц, если ты забыл.

– Да нет, я помню, что ты долго отсутствовала… И кто ты теперь?

– Дипломированный переводчик! Английский и итальянский. В области музыкальной межкультурной коммуникации. Вот так-то, – гордо сообщила она ему, и тут же получила неожиданную «награду» – поцелуй в щеку.

– Поздравляю! Я очень рад за тебя, – улыбнулся Иньяцио и спросил: – И что теперь?

– А что теперь?

– Я имел ввиду, куда ты теперь отправишься?

– Иньяцио! Ну какой ты смешной! Зачем мне куда-то отправляться? Я уже приехала, куда хотела, и здесь останусь.

– ? Здесь? Новоиспеченный специалист будет работать здесь… прислугой???.. Оксана! Но зачем это тебе? Разве ты этого хотела?

– Ммм… нет, не этого, – тихо ответила она и вдруг помрачнела.

Он вздохнул и положил ей руки на плечи.

– Ну ка посмотри на меня!.. Оксана...

– ?

– Я не могу, – прошептал молодой человек, глядя ей в глаза, в которых застыли слезы, – ты же знаешь, что я не могу… Я не могу ничего тебе предложить… Ни тебе, ни кому-либо другому.

– Знаю.

– Поэтому не стоит тратить свою жизнь на…

– На тебя, ты хотел сказать?

– Да. На меня, – кивнул Иньяцио. – Не надо этого делать, ты еще можешь уехать... да куда угодно – хоть в Италию! И построить там свою жизнь, у тебя могут быть интересные предложения по твоей специальности…

– Не хочу! Я не хочу никуда ехать. Мне и здесь хорошо.

– Но здесь… тупик! Болото. Ты просто потеряешь здесь время… Или… хочешь, я поговорю с мсье Максимиллианом, он очень ценит хороших переводчиков?

– Ммм… я не знаю… Иньяцио, а тебе не влетит за это?

– За что? За предложение экономии денег на привлечении специалистов со стороны? Нет, конечно!

– Ты правда можешь?... – девушка поддалась порыву и крепко обняла его. – Спасибо тебе, спасибо!.. Я даже и предположить не могла…

– Оксана, но это все, что я могу, – вернул он ее с небес на землю.

– А?

– Это единственное, что я могу для тебя сделать.

Горничная чуть отстранилась, пристально посмотрела ему в глаза и очень серьезно сказала:

– Мне этого достаточно, дорогой. Правда. Ты будешь рядом…

– Уф… Оксана…

– Ведь будешь?

– Да. Я никуда отсюда не денусь.

– Ну вот и хорошо! А дальше… посмотрим, что будет дальше, Иньяцио. И все равно спасибо тебе! Ты самый внимательный и заботливый… друг! – с этими словами она крепко расцеловала его в обе щеки и бросила взгляд в окно: – Ой! Опять эта спортивная красная машина здесь!

– Какая машина? – обернулся он.

– Ну вон, видишь? На стоянке!

– Ах, эта!.. Еще утром ее тут не было. Это скорее всего кто-то из новых постояльцев.

– Нет, из старых. Она уже была здесь несколько месяцев назад! Я ее хорошо помню. За рулем, кажется, сидела женщина… неужели ты сам забыл?

Они посмотрели друг на друга, и Иньяцио пожал плечами.

– Ладно, мне пора… если у тебя что-то получится, и хозяин согласится, ты расскажешь мне?

– Да, конечно!

Она улыбнулась и ушла.

Минуло еще три часа, а таинственная гостья все не появлялась. Но Иньяцио так замотался с делами, что совершенно забыл об этом. Сегодня даже пообедать толком не удалось. Но может быть, посчастливиться поужинать? После того, как эта толпа туристов из Японии наконец получит свои комиксы и расползется по номерам? Молодой человек уже автоматически одной рукой выдавал журналы, а другой заполнял необходимые бумаги и поворачивал журнал учета к клиенту, чтобы тот ставил свою подпись в нужных местах не «вверх ногами»… потом тут же поворачивал журнал к себе и тянулся за следующей партией почты и ключей…

– Arigatou!.. ((спасибо*))

– Ирассяимасэ, мсье! ((добро пожаловать*)) – кивнул Иньяцио, успев подумать про себя «Как смешно звучит этот японско-французский коктейль!». И тут же добавил, кладя на ресепшн очередную партию журналов: – Онэгаи симас… ((пожалуйста, прошу Вас*))

– Ты что, издеваешься? Зачем мне эти уродцы?! – раздался совсем рядом раздраженный женский голос.

Иньяцио поднял глаза и замер… По ту сторону стола стояла женщина. Молодая. Черные волосы… солнечные очки «хамелеон»… красная помада… Она швырнула на столешницу сумочку из кожи крокодила и стала нетерпеливо барабанить длинными красными ногтями по гладкой поверхности, разделяющей их сейчас.

– Ну, что ты на меня уставился, Иньяцио? Неужели я так изменилась?

– Э... только в лучшую сторону, мадам Гриф, – запоздало улыбнулся молодой человек.

Они посмотрели в глаза друг другу.

– «Мадам»! Опять это противное слово! – фыркнула она, снимая очки, – Я же просила называть меня просто «Каролина»!

– Хорошо, мадам.

– Пф!!..

– Пожалуйста, не надо этого делать, – осторожно предупредил он, видя, как ее ногти вот вот поцарапают столешницу, так яростно они туда впивались.

– Чего не надо?..

Иньяцио быстро взял ее руку в свою и поцеловал.

– Все хорошо, мы разместим Вас в самом лучшем номере… Это ведь Ваш «Nissan»?

– Разумеется, мой!

– Я узнал его, – соврал служащий гостиницы и добился чего хотел – она слегка угомонилась и перестала барабанить по столу.

– Правда? Узнал? Значит, ты не забыл меня? Прекрасно!.. Ну, где там что подписать?... Давай покончим с формальностями, и собирайся!

– Мадам?..

– !!!..

– То есть… Каролина… Вы хотите, чтобы я Вас куда-то отвез? – его память стала выдавать обрывки воспоминаний ее прежних визитов к ним.

– Разумеется. Иньяцио! Мы едем с тобой в Казино! На всю ночь!

– Э... сейчас?

– Да!

Ах, черт возьми, ну конечно! Как он мог забыть… КАЗИНО!.. Она приехала опять тратить деньги своего мужа, который вечно отсутствовал… или он уже умер?..

– Ну что ты завис?! Иньяцио, шевелись, иначе мы не успеем к открытию!

Он ждал.

Время тянулось слишком медленно. Опять.

Опять уже почти стемнело и похолодало, как и тогда… несколько месяцев назад. На стоянке опять все стихло, но из распахнутых окон казино временами доносилась музыка, хотя ее приглушал шум дождя.

Холодные капли падали с неба, барабаня по крыше «спортивной красной машины», в которой он сидел, срывались вниз и залетали в салон… Он резко вытер мокрую щеку о плечо и отвернулся. Бросил взгляд на часы: половина первого ночи. Мерзкая погода сегодня! Даже комары попрятались. Иньяцио пошевелил пристегнутыми к рулю руками, непроизвольно вспомнив события прошлого вечера…

– Приятного путешествия, мадам Грифф!

Пальцы с красными ногтями вновь забарабанили по полированной столешнице. Раджив Сингх бросил на них взгляд, потом посмотрел на гостью:

– Мадам хочет сказать, что я что-то забыл?

– Разумеется, мсье!

– ?

Иньяцио, ожидая ее у центрального входа, отвернулся к двери, чтобы никто не заметил его усмешку. Все-таки вспомнила!.. Опять придется всю ночь проторчать в машине, а ночь обещает быть очень холодной… А, впрочем, какая теперь разница!..

– Мне нужны наручники для него!

– Зачем, мадам? – искренне удивился Сингх, с любопытством глядя на женщину, и тут же сделал знак стоящему у двери. Юноша подошел. – Разве были какие-то прецеденты? Или я чего-то не знаю?

Последнюю фразу он буквально прошипел над ухом Иньяцио. Тот помотал головой, но его слово здесь мало что значило.

– Не было, мсье. Но мужчина, работавший на Вашем месте в прошлый мой приезд, настоятельно рекомендовал мне ими воспользоваться, когда я оставлю его в машине одного.

– Мужчина на моем месте. Мсье Винсент, надо полагать?

Мадам Грифф нервно дернула плечами:

– Мне все равно, я не помню, как его звали! Мсье, передайте мне железные браслеты для Вашего сотрудника, я спешу!

Управляющий помедлил немного, открыл один из ящиков стола и протянул требуемый аксессуар гостье.

– Пожалуйста, мадам! Любое желание клиента для нас – закон.

– Да, да…

– Мадам Гриф!

– ?

– В прошлый раз Иньяцио просидел в Вашей машине, пока Вы были в Казино?

– Да.

– Всю ночь?

– Да, всю ночь! Я спешу… или у Вас еще какие-то глупые вопросы, мсье управляющий?

– Нет, нет, мадам. Приятного путешествия!

Женщина развернулась на каблуках и устремилась к выходу, махнув рукой Иньяцио, чтобы тот следовал за ней немедленно…

…Металл давил на запястья, и руки начали затекать. Он ждал.

Казино переливалось разноцветными огнями, с большой рекламной вывески над главным входом игриво подмигивала девушка с кучей долларов в руках... Подъехала новая машина, трое мужчин, уже изрядно выпивших, громко вывалились оттуда и, горланя что-то непристойное, направились к крыльцу. Добравшись до входной двери, они неожиданно притихли: швейцар-секьюрити, вероятно, сделал им замечание, и они теперь изо всех сил старались «вести себя прилично»…

И вот так всегда: вечер, громкая музыка, подвыпившие клиенты… холод снаружи и этот чертов руль, к которому он вновь прикован!.. И никуда невозможно деться от этого, хотя… однажды с ним все таки произошло «чудо»…

…Комары не давали покоя, один из них больно впился в левое плечо прямо через ткань рукава белой рубашки. Молодой человек дернулся, пытаясь дотянуться до обидчика подбородком:

– Эй! Эй!...

– Вам помочь? – она чуть наклонилась к открытому окну автомобиля, за рулем которого он сидел. – Вы что-то сказали…

Иньяцио резко повернул голову и увидел перед собой ее лицо. В глазах незнакомки читались любопытство и настороженность.

– А?.. Простите.. это я ему… – он глазами указал на пьющее его насекомое.

Она быстро и сильно ударила рукой по указанному месту – на белом рукаве остался маленький кровавый след.

– Ай!.. Grazie, signorina, – он улыбнулся пересохшими губами.

– Лучше закройте окно, иначе комары Вас загрызут, – предложила девушка, разглядывая его.

– Я … не могу… – он пошевелил пальцами рук – запястья были пристегнуты наручниками к рулю.

Девушка заметно напряглась:

– Это что?... И давно Вы так сидите?

– Уже… часа три, наверное… – отмахнулся юноша, стараясь казаться непринужденным, но она заметила, что ему неловко.

– И долго еще собираетесь сидеть так? Скоро похолодает…

Они смотрели друг на друга и молчали.

НЕ УХОДИ. ПОМОГИ МНЕ! – кричали его глаза.

И она услышала...

…Чудеса случаются. Но не повторяются. Никогда. Снаряд никогда не попадает в одну мишень дважды… или как там говорится?.. Время нельзя повернуть назад. Время идет только вперед, а до утра еще куча времени, и он вполне успеет тут серьезно замерзнуть, пока дождется ее возвращения!..

Он ждал.

– ..Эй!.. Вымерли все что ли здесь?... – донесся до него женский голос откуда-то снаружи, но юноша не обратил на него внимания.

И приближающихся шагов он тоже плохо расслышал. Внезапно ветер с улицы перестал дуть в открытое окно автомобиля, в котором он сидел, и это было странно. Он открыл глаза и повернул голову влево.

И вздрогнул от удивления!.. Откуда она здесь взялась? Бывает же такое!..

– Привет! – сказала она в окне, глядя на него лукаво.

Он молчал. Она поняла, что он растерялся, а может… пытается вспомнить, как ее зовут?

– Алессия! – подсказала она с хитрой улыбкой. – Алессия Лучано. Ну? Вспомнил?

– А…

– Мы встречались с тобой в гостинице… «Жизель», кажется.

– «Жиневра». Здравствуйте, мадемуазель!

Девушка тряхнула кудрявой головой и рассмеялась. Кудри были теперь намного светлее, чем тогда, когда они виделись в последний раз.

– Халатик-то не жмет?.. – ехидно напомнила она.

Он улыбнулся, но ничего не ответил.

– А я не знала, что ты поешь в популярной группе!

– Уже нет.

– Вот как?.. Ммм… жаль!.. Что ты на меня так смотришь, Иньяцио?

– Что у Вас с волосами, Алессия?

– Что?.. Ах, это!... – она вытянула пальцами одну кудряшку и смешно покосилась на нее. Кудряшка была почему-то бледно-зеленой. – Не волнуйся, я уже убила своего парикмахера! Но ближайшие пару недель придется делать вид, что так и задумано, чтобы не испортить волосы повторным окрашиванием… Послушай, mio caro amico, моя машина совершенно не хочет никуда ехать… может быть, глянешь, что с мотором? Тут недалеко…