Текст книги "Античный чароплёт. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Аллесий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 39 страниц)

Остаётся один вопрос. О чём думали члены Совета Коллонады, когда принимали решение коллективно и одновременно создать столько якорей? Ещё даже не имея на руках жемчужины? А если бы мы не справились? Хотя… Они могли окончательно решиться, когда получили сообщение о смерти Ссайршейса. Ведь его смерть автоматически означала передачу Шивкамути Бхопалару. Кто же знал, что Королева так извернётся? Но даже и так – слишком безрассудно и рискованно. Что же заставило их пойти на такой шаг? Или это следствие внутренних интриг? В Империи маги меж собой тоже постоянно грызутся. Если смысл одновременного создания якорей был в том, чтобы не ослабнуть в тот момент, когда твои «друзья» по Совету останутся при своих силах, тогда договориться и пойти на такой компромисс было бы можно. Ну… Точнее – эта странная и единственная причина, которая мне вообще приходит в голову. Она идиотская, но больше в рамки моей логики вообще ничего не укладывается.

– Не совсем, – прервал мои мысли брахман, отвечая на заданный вопрос. – Я попросил Раджу отдать тебя под моё начало.

– Однако! – ошарашенно качаю головой. Вот уж такого шага я от Абтармахана не ждал совсем!

– Не удивляйся. Я обещал тебя учить. И я буду учить. Так будет проще всем. Ты довольно быстро извернулся и сумел мне уплатить ценой, которую я назначил. А мои слова на ветру не развеиваются. Так что с этого дня ты напрямую подчинён мне и выполняешь мои распоряжения. Армия уже созывается. Пока – медленно и неспешно. Мне это не нравится, но делать нечего: даже я не могу заставить дворян в мирное время собирать и вести сюда дружины быстрее. Они забегают только когда станет слишком поздно. А сейчас я хочу, чтобы ты рассказал мне про Те Кемет и жрецов этого царства. Всё, что знаешь.

– С чего это подданные Фараонов тебя заинтересовали? – удивился я.

– Мы с ними давно вели переговоры о помощи в борьбе с эмушитами…

– С Те Кемет⁈ – вот уж реально странные дела творятся под взглядом могучего Шамаша! Земля змей и пирамид далеко отсюда: месяцы пути! А между Фараонами и эмушитами лежат горы и пустыни! Какие ещё переговоры⁈

– Нам они неприятны немногим меньше эмушитов. Как и шумеры. Все вы пользуетесь проклятыми силами загробного мира и тревожите покой мертвых. Но Та Кемет далеко, а потомки поганого Эмуши близко, – едва ли не сплюнул Абтармахан. – Я не знаю, что именно затевается в том царстве, но им срочно нужны жертвы. В том числе – чародеи. Не знаю, зачем именно, но надеюсь узнать. Судя по их речам, они желают заключать души в глиняные сосуды. И куда-то их забирать. Мне это отвратительно так же, как и бубны эмушитов. Но так ли это важно, если в этих сосудах будут души самих эмушитов? – поморщился Абтармахан. – В любом случае, уже двое суток минуло с тех пор, как прибыло посольство от Фараона. Он заключил с Бхопаларом союз и решил помочь нам в предстоящей войне. Разумеется, у его слуг в ней свой интерес, но в нынешней ситуации…

– Понимаю, – кивнул я. – Но пирамиды далеко. Большая армия сюда не доберётся быстро. Да и снабжать её будет почти невозможно.

– Это так. Не много помощи нам прислал Фараон. Но и далеко не мало, – брахман огладил бороду. – С посольством прибыл отряд прекрасных воинов. Двенадцать десятков человек. А кроме того – двадцать шесть жрецов. И у них далеко не слабые ауры. Будь они адептами Тысячи, я бы назвал их сатьянами, а троих, пожалуй, брахманами. Это немалая сила, и я желаю знать о наших союзниках как можно больше. Чем они дышат, что могут, в чём слабы. Всё. Вечером у египтян будет аудиенция у Раджи. И я буду присутствовать. Мне необходима любая информация, а шумеры куда чаще с ними контактируют.

– По большей части мы с ними воюем, – замечаю.

– Тем более. Значит, вам о них известно очень много. И в первую очередь я хотел бы тебя спросить о жреце Имхотепе. Слышал ли ты о нём что-нибудь?

– В первый раз узнаю о таком, – хмурюсь. – А что? Он присутствует в посольстве? Заинтересовал тебя?

– Он его возглавляет.

– А, ясно… Насчёт Имхотепа – ничего не могу сказать. А по поводу остального, то нам крупно повезло. Жрецы Те Кемет умеют работать с мёртвыми не хуже эмушитов. И они могут не только призывать и тревожить их души и плоть, но и упокаивать потревоженных навсегда…

Глава 23

Глава 23

– Значит, это ты тот самый шумер, подданный Империи двух рек, но при этом ты – мой собрат-жрец, не так ли? Мне было интересно с тобой познакомиться. И интересно услышать твою историю, – раздался рядом мужской голос. Повернувшись на звук, я увидел человека. Одет он был необычно. На нём была тога из дорогой ткани, но она, перевязанная поясом, висела на бёдрах на манер юбки. Он её надел, завязал пояс, а потом скинул верхнюю часть, оставив болтаться на бёдрах. Но вместо неё явно широкий отрезок ткани был накинут на плечи, закрывая, судя по всему, спину, но открывая вид на голый торс, которые посередине прикрыты не были совсем. На голове были повязаны несколько полос мокрой белой ткани на манер ихрама. Своеобразный головной убор: платок, который вокруг головы закрепляют жгутом. Он защищает голову и шею от солнца, но в таком виде, если будет сильный ветер, часть шеи точно откроется. К тому же, пусть такая своеобразная манера носить ихрам и скрывает голову, я всё равно вижу, что подошедший ко мне лыс. Что же касается кожи, то она слегка смуглая, но не по-местному, а скорее как у жителей северной Аккадии. Похожая на греческую, если убрать бронзовый отлив. Египтянин.

– Не помню, чтобы когда-нибудь присягал Фараону, – спокойно замечаю. – И да. Обычно при первой встрече принято представляться. Тиглат из Вавилона.

– Имхотеп из Мемфиса, – улыбнулся он белозубой улыбкой. Гм… Следит за зубами? Интересно. Специальные средства и даже необычные смеси вместо пасты для этого существуют. Но вот делает так редко кто. В Шумере такими пользуются некоторые дворяне, но далеко не вся знать увлекается чем-то подобным. Здесь, в Бхопаларском царстве, «грешат» этим в основном молодые придворные дамы. Традиционно такими средствами пользуются богатые ловеласы. Женщины почему-то предпочитат крутить романы с теми, у кого зубы чищены. С чего бы?.. Но к нам, магам, это, конечно, не относится. Мы, как и богатые люди, и воины вниманием не обделены. Гм… С другой стороны, я и сам буквально вчера нашёл себе подобные принадлежности и слугу-раба, который знал, как ими пользоваться. Он мне объяснил и показал. Ощущения пока странные. В моём рту никогда ничего не болело: сказывалось большое количество праны и лечебная магия. Кариеса у меня отродясь не водилось, а налёт я иногда счищал обычной чистой тряпкой из жёсткой ткани. Но нормальные средства гигиены, конечно, лучше, хоть и непривычные.

– Мемфис, город мудрецов, – уважительно отозвался я.

– Как и Вавилон – древний город чародеев. Но я подошёл к тебе не поэтому.

– Как уже говорил, не помню, чтобы когда-то присягал Фараону, – спокойно отвечаю. Мы находились на террасе дворца. Внизу сновали слуги, во дворе кто-то суетился, но рядом с нами никого не было. Мой собеседник, кстати, меня всё больше удивлял. На вид ему было не больше сорока. Он примерно мой ровесник. Максимум – старше лет на пять. Но при этом он обладает аурой, сравнимой с шумерским магистром. Думаю, он примерно равен по мощи старику Халаю в самом расцвете. Немногим уступает. Но при этом он мой ровесник. А ведь я в свои года считаюсь гением от магии! В моём возрасте некоторые учиться только заканчивают! Но я уже выдающийся мастер Гильдии! А тут передо мной живое опровержение этого устоявшегося мнения: человек, который обогнал меня в развитии в примерно таком же возрасте!

– Фараону – нет, но при этом ты стал жрецом Та Кемет куда как раньше, чем тебя приняли и признали в Шумере или Трое, не так ли? – я дёрнулся, когда Имхотеп упомянул ныне уже разрушенный и не существующий великий город.

– Это действительно так, – я и забыл уже давно, с чего начинался когда-то мой путь. А ведь египтянин прав. Формально я являюсь жрецом Хеха и Хаухет, а значит – жрец Та Кемет. Самый младший, правда. Это как в Шумере быть бабкой-травницей, знающей пару наговоров. Вроде бы и магесса, но официально – нет. Не признана ни Гильдией, ни властями. Да и от магессы там одно название. На земле Фараонов, правда, младшие жрецы обладают иным статусом. Они могут нести службу в храмах, молиться и проводить обряды, но вот аналогом наших магов не считаются, поэтому не должны нести службу государству или заниматься чем-то аналогичным. Примерно как ученики магов в Империи, что ли… Сложно подобрать аналогию. Но, вообще говоря, я действительно являюсь младшим жрецом Та Кемет. Правда, исключительно полуформально. Официально меня даже не подтверждали в этом статусе. Просто я жрец Хеха, а Хех отвечает на мои молитвы, поэтому опровергнуть этот статус никто не может. А присвоен он был именно в Та Кемет. – Интересно, откуда тебе об этом известно?..

– Я долго общался с посланниками богов прежде, чем отправиться в эти земли, шумер. И посланники Хаухет рассказали мне о тебе. Я решил познакомиться с тобой поближе, ведь мы во многом союзники.

– Ты служишь Хаухет? – с интересом спросил я.

– Нет, мои боги-покровители Тот и Аментет, но я говорю с посланцами всех богов.

– И зачем же посланники рассказали тебе обо мне? – с интересом спрашиваю. Обычно Хаухет или Хех лично приходили и говорили со мной, а здесь… непонятно.

– Они сказали, что ты поможешь нам в одном деле, – загадочно улыбнулся Имхотеп.

– Интересно, в каком? – приподнимаю брови. Внезапно все звуки вокруг пропали. Я насторожился и приготовился к бою.

– Это чтобы нас не подслушали, – он спокойно выдержал мой взгляд. – Ты знаешь ситуацию в этих землях лучше меня, не так ли? Но знаешь ли ты, зачем мы здесь?

– Собрать души шаманов эмушитов для своих целей.

– Верно. Но для этих целей, в которых, возможно, ты тоже когда-нибудь примешь участие, нужны не только души эмушитов.

– Хотите начать новую войну в Аккадии? – хмуро посмотрел я на него.

– Нет, – аура даже не шелохнулась. Не солгал. – Я пока не могу сказать, но это никак не связано с Шумером. У этих чёрных дикарей, эмушитов, есть некая сила, артефакт. Мне неизвестно, что это и какова его природа, но я и мои люди здесь, чтобы добыть его. Забрать. И ты нам в этом поможешь.

– Интересно, с чего бы? Мои боги не давали мне никаких знако…

Внезапно божественная сила словно всколыхнулась во мне. Я отчётливо услышал где-то в отдалении голос Хаухет. Я давно с ней говорил в последний раз, но это точно была она.

«Даю сейчас…»

– Я готов вам помочь, – вздохнул я. – Но без ущерба Бхопалару и Шумеру.

– Мы здесь, чтобы воевать за Бхопалар, – довольный, словно кот, упавший в корзину с рыбой, кивнул Имхотеп. Я же вздохнул.

– Добавлено новое задание: Искра Смерти

Помогите посланникам Фараона привезти на родину величайшее сокровище потомков Эмуши.

Награда: шесть уровней, 9 золотых сиклей, увеличение уровня ментальной магии.

Я чуть воздухом не подавился. Это была самая щедрая награда системы, которую она мне когда-либо предлагала. Одни только шесть уровней – это ОЧЕНЬ много. Мне столько за побег от Гази не давали. И вообще – никогда и нигде не давали. Золото – ладно, хотя и по нему всё очень щедро. Девять золотых – это очень много. Если не учитывать тот факт, что я с собой таскаю золота чуть ли не на десятую часть годового бюджета Империи. Благо, когда троянцы украли все запасы Спарты, то временно все причастные и непричастные к чему-то полезному могли очень серьёзно обогатиться. В том числе и я. Но ведь помимо всего прочего система предложила увеличить уровень ментальной магии! А ведь я в ней абсолютный бездарь. Чисто технически я могу слегка подвинуть границу своих возможностей свободными очками, но это будет мне стоить очень и очень дорого за сомнительный результат.

Всё это – на одной чаше весов. На другой – цель египтян. И мне интересно, что же там такого у эмушитов есть, что предлагается ТАКАЯ награда за задание⁈..

* * *

Хога проводил взглядом ладную фигуру младшей жены. Она нравилась ему куда больше старшей. Собственно, шаман бы уже давно принёс бы старшую в жертву кому-нибудь из великих покровителей-теней, да только она родила ему восьмерых детей. Две дочери вышли замуж за вождей соседних племён, одна стала старшей женой второго шамана его племени, скрепив их союз родственными узами. А пять сыновей все как один стали сильными шаманами. Пусть старшая жена и разжирела, да и красотой похвастаться не может, но и избавляться от неё в угоду младшей вертихвостке нельзя. Даже ради упругой груди и мягкого зада. Иначе от него самого избавятся. Тут даже вождь не посмеет его защитить. Женщины – существа низшие, но если женщина привела в мир пять талантливых шаманов, то она куда важнее многих мужчин. Собственно, только поэтому Хога ещё иногда делит с ней ложе. Надеется на ещё одного сына. Как ни обидно это признавать, но у толстухи и вправду особенная кровь. Все сорок три сына стали шаманами. Но только девять из них стали шаманами сильными (а живыми остались к нынешнему моменту вообще всего тридцать два). И пятерых из них родила некрасивая Муарри. А вот молодая красавица Зиена пока что разродиться успела всего одним ребёнком. И будет ли он сильным – пока непонятно. Но как же хороша! Истинная наследница великого Эмуши! Кожа чернее самого чёрного угля, волосы имеют серый отлив, а глаза вообще красные, словно кровь! Своей необычной внешностью она обязана, конечно, своему отцу – мудрому (хотя, по мнению Хоги, и любящему весьма противно побрюзжать) кудеснику Гурхаму. Верховному шаману и вождю северо-западного могучего племени, живущему в горных районах. Он обладает точно такой же удивительной внешностью.

Но Хоге стоило бы всё-таки отвлечься от дум о красивой младшей жене и вернуться к реальности куда менее приятной. Прямо перед ним сидели двое вождей. Собственно, сам Гурхам был одним из этих двоих. Вторым являлся весьма хитрый Рушем, который к тому же был ещё и отличным воином, сохранившим свою сноровку несмотря на хромоту на левую ногу, которую он повредил восемь лет назад в одной из битв. Здесь сидели верховные шаманы и верховные вожди двух сильнейших племён потомков великого предка. Правда, один из мужчин совмещал оба статуса в своём лице.

Красавица Зиена как раз принесла гостям экзотическое блюдо: запечённый в черепе мозг. В племени Хоги умели его готовить правильно. С кореньями и травами. Он слышал, что глупые мягкотелые южане иногда в некоторых местах тоже делают что-то подобное из обезьян, но правильно и истинно вкусно такое блюдо делать всё же из самих южан. Кстати, получается забавный круговорот: южане делают его из обезьян, а племя Хоги – из южан. Получается, в каком-то смысле, они тоже делают его из обезьян? Хотя нет. Очень мало южан ест обезьян. Зря, кстати. Бесполезные и мерзкие твари, годные только на ритуалы и еду.

– Спасибо, я не буду, – спокойно уточнил ещё один гость, отодвигая от себя угощение.

– Не обижай мою жену. Она отлично готовит, – хмыкнул Хога.

– Безусловно. К тому же, она настоящая красавица, – улыбнулся гость. – Но я всё же откажусь.

– Как хочешь, – Хога пододвинул череп на центр низкого стола, за которым они все сидели. Подавая пример остальным, шаман перевалил часть содержимого в свою костяную тарелку. – Великий совет вождей будет через два дня. И нам нужно услышать окончательный ваш ответ.

– Мы согласны заменить наг в вашем походе. Мы будем союзниками не хуже, – улыбнулся его собеседник, ранее отказавшийся от прекрасного угощения. По мнению Хоги, этот нелюдь был странным, но ничего серьёзного. Среди эмушитов и не такие чудаки попадаются. А южане и вовсе… – Вам следовало сразу предложить союз нам, а не нагам. Тем более, что северные кланы не владеют ни одной Шивкамути, а у Храма она есть.

– Глупцы хотели сбежать от смерти, – хохотнул Гурхам. – А прибегут прямо к теневым владыкам!

– Вы готовы использовать свою силу гор в войне с южанами? – задал самый важный вопрос Хога. Ему нужно было знать, о чём говорить на будущем собрании племён. Его собеседник, блеснувший глазами-турмалинами, кивнул головой. – Прекрасно, – довольно оскалился шаман.

Храм Тысячи, столько лет мешавший славным потомкам Эмуши, наконец-то ослаб. Ранее планировалось, что они уничтожат его вместе с северными нагами, но не получилось: те сейчас заняты делёжкой территории и объединятся только если на их земли вторгнутся чужаки. Зато помощь неожиданно пришла от тех, кто, как подозревал сам Хога, и рассорил наг промеж собой. Горный народ, смотрящий драгоценным взором, обладал тем же, что недавно приобрёл и Храм: Шивкамути. Конечно, сила гор, которая была у Королевы Ракануджара, куда полезнее была бы в этих самых горах, нежели в низинах, где куда опаснее те, кто обладают мощью самой жизни, но у эмушитов есть, что им противопоставить. Восьмая Шивкамути, дар самого Эмуши, который томится где-то в глубинах тени и не может выбраться уже тысячи лет. Скоро он вырвется на свободу, а сила смерти, заключённая в Жемчужине, о которой глупые южане если и вспоминают иногда, то исключительно как о сказке, сдержит силу жизни, которой они недавно овладели. К тому же новые союзники снабдили потомков могучего Эмуши тысячей топоров с лезвиями из призрачной бронзы. И обещали ещё столько же щитов. Посмотрим, как они понравятся поганым джунуюдха, которые столько лет отравляют храбрым воинам Эмуши жизнь!

* * *

– То есть вы хотите найти то, не знаете что, там, не знаете где? – устало потёр я виски.

– Что-то вроде того, – серьёзно кивнул Имхотеп. – Мы не знаем, что это за артефакт. Но он нам нужен. В любом случае, вожди и шаманы этих дикарей обязаны быть в курсе.

– Понятно, – помассировал я виски. – Ты знаком с Абтармаханом?

– Адаалат-ка-джаду? Да. Уже встречался и не раз.

– Я сведу вас более тесно. Он с недавних пор неплохо ко мне относится. Если я выступлю посредником на неформальной встрече, то вы сможете поговорить более предметно.

– Разумно ли рассказывать о нашей настоящей цели кому-то?

– То есть мне ты рассказал? – приподнимаю бровь.

– Про тебя говорили посланники богов.

– Гм… ладно. Но Абтармахан тебе и твоим людям не доверяет. Он не верит в ваши официальные намерения, так что, сообщив ему, мы сильно упростим задачу. Касательно же его реакции… Поверь, он сейчас рвёт на голове волосы и пытается организовать хоть каких-то чародеев. Я слышал – даже заручился поддержкой Брафкасапа, своего давнего соперника. У Храма, как ты знаешь, резко ослабела верхушка, так что ни о каких притязаниях на этот ваш артефакт не может быть и речи. Абтармахан будет прекрасным союзником, – жрец задумался.

– Хорошо. Я буду готов встретиться с ним в любое время.

– Тогда сегодня вечером в моих покоях он будет. На этом всё?

– Почти. Помимо прочего, я хотел сообщить тебе новости из дома. Судя по всему они до тебя ещё не дошли.

– Из Та Кемет? – Вряд ли меня там что-нибудь заинтересует. Разве что, опять Пазузу вылез, – нервно хмыкнул я.

– Из Шумера.

– Империя? Что там случилось? – мигом подобрался я.

– Архимаг Шурукках мертв.

– А! Это я знаю, – я уже было выдохнул, как меня огорошили новыми новостями:

– Архимаг Креол тоже. А архимаг Эскетинг объявлен предателем и покинул Империю. Сейчас в твоей стране остался лишь один архимаг – Менгске. Правда, появилось сразу четыре новых магистра.

– Что⁈.. – я в шоке повернулся к Имхотепу, смотря будто сквозь него. – Как так… А что творится в Аккадии?

– Пара небольших войн. Ничего серьёзного, – спокойно сообщил жрец.

– Не похоже на Царство змей и песка, – подозрительно сощурился я.

– О да. Мы никогда бы не упустили такой шанс. Но все силы жрецов брошены на подготовку нашего… проекта. И именно для него нам необходим этот артефакт эмушитов. И если мы не получим его за два года, то у Фараона появится много свободных посохов, ведь после определённого этапа без сокровища дикарей наши усилия бесполезны.

– Что же вы там такого делаете, если готовы упустить такой шанс в Аккадии?.. – тихо прошептал я.

– Кое-что очень важное. И в интересах Шумера помочь нам победить эмушитов побыстрее.

– Ты хочешь, чтобы я сообщил обо всём Верховному?

– Я хочу, чтобы ты приложил все силы, помогая нам. Но в свою Гильдию лучше сообщи. Пусть там знают.

– Сделаю, – мрачно вздыхаю. – На закате приходи в мои покои. Я устрою тебе встречу с Абтармаханом.

– Конечно, – кивнул египтянин, отправившись дальше по террасе.

* * *

– Дозоры со стороны гор сообщили, что всё тихо, – отчитывался Бруджарахфар на собранном военном совете. В мирное время он командовал гарнизоном и стражей Бхопалара. В военное же, как выяснилось, гарнизон и стража Бхопалара, а также силы Храма были тем военным ресурсом, который был у Раджи под рукой всегда. Сразу, без долгой комплектации и сборов. Именно поэтому Бруджарахфар был ещё и одним из главных военачальников правителя. – Но дороги закрылись обвалами и оползнями, а путники, забредшие в предгория, часто не возвращаются оттуда.

– Там, кажется, были вольные деревни колдунов? – спросил Раджа.

– Да. И от них нам известно, что подданные Рубиновой Королевы изредка появляются и нападают на людей в дне-другом пути от гор. Но армии они не собирают. И наблюдатели Совета, – воевода покосился со смешанным чувством на представителей Храма, – это подтверждают.

– Это так? – Тарджабалахасар требовательно посмотрел на Абтармахана.

– Если бы Красная собирала армию для войны, как когда-то давно, то мы бы это легко почувствовали. Драгоглазым сложно без силы Ракануджара. Она буквально изливается там, где будет собрана их армия. Если они будут воевать хотя бы в четырёх-пяти днях вдали от своих гор, то готовиться начать им придётся за месяц. Не меньше. Около гор нет и намёка на это. Видимо, они просто отрезали нам короткую дорогу в Похалай. И всё. Очень неприятно, конечно, но ничего ужасного. Ещё следует ждать нападений дэвов. Но они немногочисленны и их вполне могут убивать и обычные солдаты.

– По полсотни воинов на одного дэва – это далеко не «вполне», – едва ли не сплюнул Бруджарахфар.

– Это именно «вполне», – надавил Адаалат-ка-Джаду. – Гуру-Настоятель сообщил мне, что Храм отправит в предгория четырёх сатьянов и полтора десятка аколитов.

– Сатьяны случайно не из бывших членов Совета Колоннады? – мрачно уточнил воевода.

– В Совете Колоннады никогда не было сатьянов. И все его старые и нынешние члены исключительно брахманы и гуру. Тебе бы следовало это знать, воевода, – вернул шпильку брахман.

– Довольно! Раз войны с Горами не будет, того, что выделил Храм, вполне хватит. Но, мой ка-Джаду, я желаю также видеть там ещё три десятка джунуюдха. Из старых, которым недолго осталось. Думаю, Храм в Бхопаларе достаточно защищён и может отправить туда часть своей стражи? – приподнял брови Раджа.

– Думаю, это не будет слишком сложно для Совета, – сжал зубы Абтармахан. Не завидую я ему. Как Адаалат-ка-Джаду, он должен поддерживать Раджу и царство, как адепт Храма – стоять за свою организацию. При этом вторые заварили кашу, которую теперь все вынуждены расхлёбывать, а разгребать дрязги между ними ему, тому, кто не смотря ни на что смог завершить сложнейшее задание, благодаря успеху которого мы всё ещё готовимся к войне с эмушитами (как и сами эмушиты), а не ведём её где-то в глубине своих собственных территорий против превосходящей армии врага.

– Кроме того, раз уж наше царство теперь обладает одной из семи реликвий Шивы, я желаю, чтобы чародеи помогли крестьянам и сделали мои южные земли максимально плодородными. Этим займётся, пожалуй… Тиглат, – Раджа указал на меня.

– Я⁉ – я же пришлый! Он хочет доверить одно из величайших сокровищ всей Индии мне⁉

– Он⁉ – шокировано воскликнул Абтармахан. Ещё бы. Пусть мы и перешли с ним от противостояния к странной форме приятельства, но я пришлый чужак. Но не это главное. Храм сейчас считает шивкамути своей собственностью. И тут Раджа столь явно показывает, кто тут главный. Ещё пару месяцев назад меня бы мгновенно стёрли в порошок, чтобы утереть нос правителю Бхопалара. Только вот своими якорями душ брахманы сами себе свинью подложили. Если раньше Храм был организацией, раскинувшейся на несколько царств и имеющую штаб-квартиру в Бхопаларе, чем и делала местного правителя важнее прочих, то теперь внезапно оказалось, что остальные территории кроме пары условно независимых маджаратов, чьи правители давно принесли присягу Радже, отрезаны горами. В Похалай и Полай возможно сообщение только обходя горы с востока. Или с запада, но там сидят эмушиты. Верхушка Храма ослабла, а Раджу поддерживает мощный отряд египетских жрецов и воинов, собственно, воины Бхопалара, да ещё и старые рода магов, которые с удовольствием выступят против Храма на стороне законного правителя. Разделяй и властвуй, как говорится. И такой оплошностью Совета Коллонады Тарджабалахасар не преминул воспользоваться. Сами виноваты. Они явно рассчитывали, что у них будет хотя бы полгода на хоть какое-то восстановление сил. А ослабление они компенсируют шивкамути. Поздравляю их. Компенсировали.

– Что такое, ка-Джаду. Ты прошёл с этим шумером долгий путь и суровые испытания. Неужели ему всё ещё нельзя доверять? Я слышал, ты взялся его обучать? Или слухи лгали мне?

– Слухи не совсем верны, мой государь, – аккуратно ответил Абтармахан. – Я лишь взялся наставить его в некоторых путях таинств, в которых мало кто что-то смыслит кроме Храма.

– И что же? Неужели ему нельзя доверить шивкамути?..

– … Можно, повелитель, – сжав зубы, вымолвил брахман, опуская голову. Ему не нравилось даже не то, что Жемчужины отдают временно мне, а то, насколько жёстко Раджа показывает Храму, кто теперь главный. Имхотеп, который присутствовал тут вместе с лидером своих воинов, с усмешкой наблюдал за происходящим.

– Хорошо. Тогда я хотел бы знать, что говорят пророки о грядущих событиях? Они всё так же не видят ничего, кроме непроглядной мглы?

– Да, государь, – мрачно кивнул ка-Джаду.

– А ты, гость из земли змей и песка? Я слышал, ты тоже иногда смотришь в будущее? – он повернулся к Имхотепу.

– Твои земли и вправду окутаны мглой, Раджа. Я вглядывался в воды времени очень долго. И не разглядел ничего.

– Вот оно как. Я бы хотел в таком случае услышать о твоих воинах. Мне говорили, они вооружены зачарованным оружием?

– Меджайи, которые пришли со мной, Раджа, это лучшие воины Фараона. Все их клинки и доспехи заговорены, они владеют разными видами оружия, прошли множество схваток, знают наговоры и простые заклинания, умеют врачевать. Они не будут бесполезны ни против чародея, ни против нежити или любого другого врага.

– А ты что скажешь? – он посмотрел на меня.

– Шумер не раз сталкивался с Та Кемет, – пожимаю плечами. – Народ меджайя и его воины известны и у нас. Я бы сравнил их с полностью обученными джунуюдха. Только без духа. С зачарованными доспехами и оружием, умением заговаривать самих себя. И, разумеется, всё это нужно помножить на опыт многих битв.

– Вот как? В таком случае, я полагаю, можно отправить наших друзей в Индрахутару и отдать в ней им полное руководство городом.

– Повелитель⁉ – одновременно вскричали сразу же и воевода, и ка-Джаду.

– Что такое? Войска будут собираться ещё не одну неделю. Отряды моджар, вассальных мне, и вовсе будут у Бхопалара лишь через двадцать дней. Я полагаю, мои земли ждёт большая война на севере. И первая её часть пройдёт в обороне, разве я не прав? – присутствующие двенадцать человек склонили головы. – В таком случае, нужно освободить будущие поля боя от наших людей. Я уже приказал отправиться гонцам. Крестьяне из деревень, которые стоят к границе с эмушитскими землями ближе двенадцати дней пешего хода, должны покинуть свои дома и уйти на юг. Именно поэтому мне нужны там столь плодородные земли, чтобы не было голода. На севере у нас всего несколько небольших крепостей и… – он выжидательно посмотрел на воеводу.

– Индрахутара. Большой город с хорошими укреплениями.

– Который и станет основным лагерем для моей армии вместе с другими небольшими городами. От войны побегут многие жители, так что маленькие города обезлюдят. Они имеют стены. Отправим туда отряды воинов и сатьянов Храма. Получим крепости. Сама же Индрахутара недавно восставала. И я опасаюсь нового восстания. Воины и мудрецы Фараона охладят их пыл и подготовят город к долгой осаде и к войне. Эмушиты никогда не наступают сразу. Сначала в наших землях появятся небольшие их отряды. Думаю, меджайи и чародеи из Та Кемет вполне могут справится с ними. Особенно, если им будет подчинён местный гарнизон. Мы же пока спокойно соберём основную армию, укрепим мелкие городки и поселения, после чего встретим врага на наших условиях.

– Это разумно, повелитель, – и правда. Судя по всему, чернокожие некроманты уже со дня на день готовы будут выступить. Но судя по хроникам прошлых войн с ними, «выступить» – это у них сначала рвануть множеством отрядов разных племён, пока основные силы будут медленно собираться на границе. То есть, у нас есть около недели-другой, пока настоящая армия будет наполовину рассредоточенна по северным землям царства. Потом к ним подойдут серьёзные силы всех участвующих племён, они соберутся в большой кулак и отправятся в поход на Бхопалар. Только к тому моменту весь север царства превратится в множество небольших укреплённых крепостей, между которыми и будет действовать основная армия, которую Раджа и планирует собрать. Египтяне же и вправду самые боеспособные воины из всех имеющихся сейчас. Поэтому истреблять тамошние небольшие отряды в сотню-другую человек они будут в состоянии. Заодно станут и гарантом того, что новое восстание в Индрахутаре не случится. Сказывается опыт Тарджабалахасара как правителя и как полководца. Он действует грамотно. И даже отправляет меня, чтобы обеспечить в ближайшем будущем избыток важнейшего ресурса любой войны: еды.

– Повелитель, – вступил в разговор один из советников. – Я думаю, что знаю, где мы могли бы найти ещё одного сильного союзника…

– И где же? – удивлённо спросил Раджа. Мне, кстати, тоже не особо понятно. Кто имеется в виду? Шумер? Вряд ли. Восточные мудрецы? Делать им нечего – воевать за нас…

– Южные кланы наг, – поклонился советник. Воцарилась тишина.

– Не про тех ли наг ты говоришь, которых мы вышвырнули со своих земель сотню с лишним лет назад? Мы загнали их в южные непролазные лесные чащи и болота, истребляли их на своих землях десятками лет, а теперь ты предлагаешь нам обратиться к ним за помощью?

– Почему нет, о избранник Тысячи? Южные кланы давно и прочно ослаблены. Будь они сильны, мы бы уже давно вынуждены были с ними воевать. Они нам не угроза. С другой стороны, наги – искусные чародеи и воины. Несколько сотен таких союзников были бы нам очень кстати. А взамен мы предложим им то, что нам нужно даже больше, чем им.