Текст книги "Гарри Поттер и Кольцо Согласия (СИ)"

Автор книги: Юнта Вереск

сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 63 страниц)

– Это я… я во всем виновата, – всхлипывая ответила она. – Когда я вошла, здесь уже было много народу, и вдруг, через спины, в просвет… мне показалось, что я увидела Люциуса Малфоя. Ты… ты ведь знаешь, как я… нет… тот случай с Эмелин Вэнс… Нет, я не могу… Я действовала инстинктивно… выхватила палочку и направила на него…

– Ну-ну, успокойся, дорогая, – сухо сказала Селеста, подавая Гестии янтарно-желтый напиток в высоком бокале. – Выпей это…

Гестия взяла бокал дрожащими руками и судорожно сделала пару глотков, затем бокал вздрогнул и несколько брызг зелья пролились ей на платье. Она выпустила бокал, он упал на пол и разбился. Не обращая на это внимания, женщина снова громко всхлипнула, а затем разрыдалась. Подняв руку, она одним движением выдернула из своей высокой прически большую шпильку. Копна каштановых волос рассыпалась, закрывая ей лицо.

Кто-то выступил вперед, на мгновенье закрыв от Гарри сценку. Он непроизвольно качнулся в сторону, чтобы лучше видеть. Сквозь спины столпившихся вокруг волшебников он мельком увидел рыдающую Гестию. Какая-то тревожная мысль шевельнулась в его голове, но в этот момент сбоку его кто-то толкнул, и Гарри едва не потерял равновесие.

– Осторожно, – тихо сказал Ремус Люпин, подхватив его за локоть, удерживая от падения. – С тобой все в порядке?

Гарри кивнул – одновременно и благодаря, и подтверждая, что он в порядке. И тут толпа снова всколыхнулась, открыв ему вид на стоявшего рядом с плачущей женщиной Дожа. Гестия теперь стояла на коленях, уткнувшись лицом в ручку кресла, в котором по-прежнему лежал Драко.

И в этот момент Гарри понял, что его встревожило. Он вспомнил!

– Гарри, с тобой все в порядке? – снова зашептал Люпин, покрепче хватая юношу за локоть. – Ты так побледнел…

– Да… да, Ремус, давай выйдем отсюда… голова… кружится, – слабым голосом сказал Гарри и повернулся к выходу, увлекая за собой Люпина.

* * *

Преодолев барьер из по-прежнему лежащего поперек входа шкафа, они выбрались из гостиной. В коридоре к Гарри словно сразу вернулись силы и он стремительно кинулся к лестнице: "Сюда!" Влетев в свою спальню, он повернулся к Люпину и плотно закрыл дверь.

– Профес… извини, Ремус, я знаю, кто в Ордене предатель.

– Что?

– Я знаю, кто предатель. Или думаю, что знаю. Я видел ее… Я видел ее в доме Волдеморта.

Гарри потер лоб рукой. Люпин смотрел на него с тревогой.

– Может, тебе показалось? Ты так побледнел…

– Я в порядке! Пойми, сейчас, когда волосы упали ей на лицо… Она точно так же наклонилась над убитым Петтигрю! Я видел это! Это было в кабинете Волдеморта!

– Да, да, Гарри, я верю тебе, – Люпин похлопал его по руке. – Наверное, нужно предупредить Дожа?

Гарри кивнул и сделав пару шагов, тяжело рухнул на свою кровать. Ремус бросил на него встревоженный взгляд, на секунду поколебался, но затем, со словами: "Я сейчас вернусь", – вышел из комнаты.

Закрыв глаза, Гарри пытался вспомнить ту сцену в кабинете Волдеморта. Тогда между массивной кожаной ручкой кресла и упавшим столом была лишь небольшая щелка, через которую он видел женщину с распущенными волосами. И она ведь говорила тогда… Похож ли голос Гестии на голос той женщины? Может быть, он ошибся?

Дверь распахнулась, на пороге спальни показались Люпин и Дож.

– …мне лучше находиться там, – услышал Гарри слова Дожа, входящего в комнату.

– Это важно, Элфус. Поговори с Гарри, он лучше скажет…

Дож обернулся и посмотрел на лежащего юношу, который в этот момент открыл глаза.

– Магистр, – сказал Гарри, быстро садясь кровати. – Мне кажется, что я узнал женщину, которую видел в кабинете Волдеморта. Она тогда обнаружила труп Петтигрю, и склонилась над ним точно так же, как… миссис Гестия сегодня… Правда тогда мне показалось, что волосы у нее черные. Может быть свет падал по-другому? Нет, я все же думаю, что узнал ее. Это была она!

– Гарри, но… этого не может быть, – растерянно сказал Дож.

– Я знаю, как это можно проверить. Мне нужен Омут памяти…

– Так он же где-то здесь! – заметно приободрившись, огляделся Дож.

– Нет, я забрал его с собой в Дамфрис… Он сейчас там!

Дож схватился за голову. Люпин, чуть прищурившись, переводил взгляд с одного собеседника на другого.

– Элфус, прежде чем обвинять, мы должны быть абсолютно уверены, – тихо сказал он.

Закусив губу, Дож оглянулся и сел на кровать Рона.

– Ремус, нам нужно немного времени, чтобы сгонять в Дамфрис и вернуться сюда. – обратился он к Люпину, который кивнул в ответ. – Возле Дамфриса может быть засада… Мне нужны добровольцы…

– Магистр, никто не сможет найти Омут Памяти, – перебил его Гарри. – Дамблдор заговорил его так, что он появляется только если я его вызываю. Другие его не видят…

Гарри слукавил. Он не знал наверняка, смогут ли найти Омут другие, после того, как он унес его из этого дома. Но надеяться на то, что вместе с Омутом гонцы захотят рыться в его сундуке, разыскивая расколотое зеркало, он не мог, а получить его хотелось как можно скорее.

Дож кинул на него пронзительный взгляд, затем посмотрел на Люпина.

– Может, нам отправиться туда всем вместе?

– Ерунда, – возразил Люпин. – Не стоит привлекать внимания. Мы должны разобраться сами. Предлагаю, чтобы в Дамфрис мы отправились вдвоем с Гарри. Мы можем надеть на себя мантии-невидимки… Гарри, у тебя, кажется, есть вторая, трофейная?

– Да…

– Это замечательно, но без помощи сотрудников Дамфриса вы не сможете туда попасть! – саркастически фыркнул Дож.

– Значит с нами должны отправиться либо вы, либо Селеста, – тут же предложил Гарри.

– Элфус должен оставаться здесь. Собрание еще не закончилось, его отсутствие будет слишком заметно! – покачал головой Люпин.

– Мы дольше говорим, – вспылил Гарри. – Если бы отправились сразу, уже бы вернулись назад!

– Согласен. Давайте разработаем план, как нам лучше улизнуть, – сказал Люпин.

Глава 71. Разоблачение

…Десять минут спустя по лестнице, громко топая, в холл сбежали близнецы Уизли и направились к двери.

– Вы куда? – окликнул их Ремус Люпин.

– Мы получили сообщение…

– Нам срочно нужно в свой магазин…

– Вы не можете сейчас вот так вот просто взять и уйти! – заволновался Люпин.

– Мы должны!

– Фред, Джордж! Поймите, это опасно! Погодите, я провожу вас. Сейчас только я предупрежу Элфуса…

Он взлетел по лестнице на первый этаж и, заглянув в гостиную, где Дож снова пытался успокоить Гестию, и предупредил, что ненадолго отлучится …

Выслушав его, Дож разрешающе кивнул: "Только не задерживайся", – и снова повернулся к плачущей женщине.

– Ремус, погоди, я выйду с вами, – окликнула Селеста. – Поможешь мне вынести из дома тело мальчика, нужно доставить его в госпиталь…

Гарри уже стоял рядом с входной дверью, закутавшись в мантию-невидимку и молил, чтобы размашистый Фред ненароком не сдернул ее. Наконец, Фред дождался кавалькады из Селесты, Люпина и плывущего по воздуху на носилках Драко Малфоя. Открыв дверь, он придержал ее, ожидая Джорджа и остальных. Гарри осторожно выскользнул на улицу, шепнув: "Спасибо, я выбрался".

Через минуту Селеста в обнимку с безжизненным телом Драко аппарировала. Люпин, Гарри и близнецы отошли подальше от света уличных фонарей, выбрались на газон. Два хлопка, почти неслышных из-за шума проезжающих по площади машин, и близнецы Уизли исчезли. Люпин набросил на себя трофейную мантию-невидимку:

–Ты готов?

– Да.

– Тогда хватай меня за руку, лучше нам аппарировать вместе.

***

…Не прошло и получаса, как Ремус и Гарри уже вошли обратно в дом на площади Гримо. Их путешествие обошлось без происшествий. В холле Люпин скинул мантию невидимку, громко объявив, что близнецы успешно доставлены в магазин Уморительных Уловок Уизли, где их радостно встретил соскучившийся по хозяевам персонал.

Пока он рассказывал о своем путешествии, Гарри потихоньку проскользнул в свою комнату, с трудом избежав столкновения с волшебниками, снующими туда-сюда по лестнице. Через минуту дверь распахнулась и на пороге показался Дож:

– Все в порядке? Без происшествий?

– Да, Селеста впустила и выпустила нас… А потом снова отправилась в госпиталь, но обещала поскорее закончить обследование Малфоя и вернуться сюда. – Гарри повернулся к столу, на котором уже стоял Омут Памяти. – Я попробую достать нужное воспоминание…

Дож прикрыл за собой дверь и уже привычно уселся на кровать Рона. Гарри повернулся к нему спиной, прикрыл глаза и приставил палочку к виску, пытаясь сосредоточиться на нужном воспоминании. Кажется, тогда он очнулся, запертый в защитную клетку Волдеморта в кресле, придавленном столом. Да, точно, он хотел достать свою волшебную палочку…

Тонкая паутинка потянулась от его виска… На этот раз воспоминание оборвалось гораздо раньше, чем предыдущее. Гарри скинул его в Омут и осторожно размешал…

– Ты позволишь? – Дож поднялся с кровати и подошел к столу.

– Может быть… я тоже пойду с вами?

– Да, конечно, Гарри… Хотя было бы неплохо пригласить сюда Ремуса… Я хочу, чтобы был еще один независимый свидетель… О! Замечательно, ты вовремя! – обернулся Дож к входящему в комнату Люпину. – Запечатай дверь, я не хочу, чтобы нам помешали…

На этот раз в Омут, один за другим, нырнули все трое.

***

...Десять минут спустя Дож и Люпин спустились вниз по лестнице, а Гарри, которому идти в гостиную запретили, остался стоять на площадке. Однако едва они скрылись из виду, он потихоньку отправился вслед за ними.

Он еще был на лестнице, когда из гостиной вдруг выскочила Гестия Джоунс, которая стремительно рванулась вниз. Гарри побежал за ней, но в этот момент из гостиной высыпала целая толпа и на ступенях возникла пробка. Во входную дверь кто-то позвонил. Портреты на стенах привычно заволновались, их голоса добавили шума и в без того тревожную атмосферу. Вырвавшись из клубка спотыкавшихся друг о друга волшебников, Гарри преодолел последний марш, и спрыгнул в холл.

В дальнем конце коридора вдруг отворилась дверь. Кто-то попытался войти в дом, но был сбит с ног. Гарри, понимая, что догнать Гестию ему уже не удастся, на бегу поднял палочку, но его услуги уже не понадобились: женщина оказалась распростертой на полу.

Фред и Джордж, вернувшиеся из Косого переулка, позвонили в дверь и через секунду она распахнулась. Джордж сделал шаг внутрь и в тот же момент какая-то растрепанная женщина неожиданно схватила его за руку и изо всех сил рванула на себя. Она не рассчитывала, что гостей в дверях окажется двое. Увидев, что его брат внезапно полетел внутрь коридора и обнаружив перед собой ту самую подозрительную особу, из-за которой они час назад поучаствовали в спектакле с отбытием в магазин, Фред схватил беглянку в охапку – времени на то, чтобы достать волшебную палочку у него уже не было. Жертва рванулась у него из рук, тогда он, сделав подсечку, уронил ее на пол рядом с поднимающимся на четвереньки Джорджем, и сел ей на спину.

В этот момент к месту событий подбежал Гарри, нацелив на беглянку свою палочку.

– Не нужно, Гарри, – раздался сзади задыхающийся голос Люпина. – Теперь она не убежит.

Фред вскрикнул и подскочил: миссис Джоунс безо всякой палочки словно окатила его кипятком.

– Ну-ну, успокойся, Гестия, – успокаивающе сказал Люпин. – Ты проиграла. Нас здесь слишком много…

Женщина шевельнулась, Гарри показалось, что она пытается дотянуться рукой до спрятанной у нее в кармане волшебной палочки.

– Петрификус Тоталус! – выкрикнул он. Луч попал ей в спину.

– Ну и горячий же ты парень, Поттер, – сказал кто-то из волшебников. – Вылитый Джеймс…

Гарри судорожно вздохнул и отступил в сторону. И тут же почувствовал, как кто-то приник к нему. Повернув голову, он увидел Джинни, которая оказалась рядом с ним и теперь прищурившись смотрела вниз, на поверженную предательницу.

– Фред, помоги, – сказал Люпин, поднимая неподвижное тело Гестии с пола.

Вместе с Фредом они подняли женщину на ноги. Затем из палочки Ремуса вылетел пучок веревок, опутавших все тело пленницы. Они перенесли ее в кухню и сняли заклинание Гарри.

– Что ты сделала с Элфусом? – спросил Люпин. Кто-то из присутствующих тихонько ахнул.

– Не твое дело, – кривя губы, ответила Гестия Джоунс.

– Но я не понимаю… Гестия, это правда? Ты… ты предала нас? – недоверчиво спросила какая-то волшебница, только что появившаяся в дверях кухни.

– Да что вы все понимаете! – вдруг громко, с вызовом, сказала пленница, резко тряхнув головой, отбрасывая волосы с лица. – Темный Лорд, величайший из волшебников всех времен! И скоро вы все узнаете об этом! Но будет поздно! К Темному Лорду на помощь идут все те, кто понимает истинное величие! И он вправе требовать жертв!

– Силенцио! – раздался с порога слабый хрипящий голос.

Гарри обернулся. Бледный и словно на двадцать лет постаревший Дож стоял, направив на пленницу палочку. Но было поздно. Кто-то ахнул. Люпин откинул в сторону стул, пытаясь поймать падающее тело, но не успел. По-прежнему обмотанная веревками Гестия Джоунс упала и теперь лежала на полу, лицом вниз.

Дож медленно приблизился к ней и присел рядом. Пощупал пульс на шее. Затем перевернул тело и замер, вглядываясь в широко раскрытые глаза женщины.

– Что… что с ней? – выдохнул кто-то.

– Она умерла, – ровным голосом сказал Дож, поднимаясь с колен.

– Умерла?

– Да, – тяжело вздохнув, ответил магистр. Затем, словно обессилев, сел на ближайшую скамью. – Меня предупреждали, что Волдеморт заложил в каждого из своих Пожирателей программу самоуничтожения. Самоубийства. Нужно лишь сказать кодовые слова… Я ведь знал… знал… но не успел…

– Самоубийства? – повторил кто-то.

– Пойдем, Элфус, тебе лучше прилечь, – подошла к нему Нимфадора Тонкс.

Дож тяжело поднялся и, не глядя на тело бывшей соратницы, которую он не успел спасти, пошел за Тонкс к выходу, сгорбившись и шаркая на ходу башмаками.

В кухне повисла тишина, которую неожиданно нарушил чей-то всхлип. Гарри посмотрел туда и увидел полные слез, широко раскрытые глаза Гермионы, которая с ужасом смотрела на распростертое тело, по-прежнему опутанное веревками.

С другой стороны раздались тихие шаги, и Гарри обернулся. Из глубины кухни к Гестиии Джоунс приближался Кингсли. Его мягкая, словно кошачья походка, напомнила Гарри передачу о диких животных, которую он видел летом по телевизору. Точно также, настороженно и плавно, к выложенной людьми приманке приближалась пантера.

Кингсли Кандалболт подошел и наклонился над лежащим на спине телом. Но, в отличие от Дожа, он смотрел не на лицо, а на правую руку.

– Пятен нет, – задумчиво сказал он, словно размышляя вслух.

К нему подошла маленькая седая волшебница с изрезанным морщинами лицом.

– Если она предала нас, они должны были остаться, – сказала она, присев рядом с рукой Гестии и внимательно осмотрев ее. – Удалить их было бы невозможно…

– Ты считаешь, что Дож ошибся? – прищурил глаза Кингсли.

– Не… не знаю. Может быть Сами-Знаете-Кто сумел найти противочары… Хотя нам этого сделать не удалось. Заклятие мисс Грейнджер не снимается, мы много работали с ним по просьбе миссис Эджком после того как на лице ее дочери появились эти забавные прыщички…

Гарри бы не стал называть прыщи Мариэтты "забавными". Образуя через все лице яркую надпись "ябеда" они изуродовали девушку. Но то, что чары Гермионы не смогла снять эта, по всей вероятности, умудренная опытом волшебница, наполнило его чувством гордости за подругу.

– Это не мое заклятие, – тихо, чуть дрожащим голосом, сказала Гермиона. – Я нашла его в одной старой книге 12 века… Но там и вправду было написано, что нужно обращаться с ним осторожно, потому что противочары на него не действуют…

"Может быть, Волдеморт сумел все же найти возможность обойти это заклятие?" – подумал Гарри, вспомнив, как тот хвастался, что дальше всех других ушел по дороге изучения темной магии.

– Есть еще один вариант, – сказал Люпин, по прежнему стоявший рядом с телом Гестии. – Но, боюсь, он вам не понравится… Она могла стать шпионом Волдеморта давно, еще до принятия клятвы…

– Но этого не может быть, Ремус! – воскликнул кто-то.

– Эти же слова час назад сказал Элфус, когда услышал о том, что она может оказаться предательницей, – мягко ответил Люпин.

Кингсли взмахнул палочкой и все веревки исчезли. Машинально он поправил сбившуюся на бок полу мантии Гестии. Раздался тихий стук. Люпин резко наклонился и поднял выпавший из внутреннего кармана несчастной самоубийцы предмет.

– О! Мерлин! – выдохнул Кингсли, беря его из рук Ремуса. – Это двустороннее зеркало!

Он торопливо отвернул загнутый край чехла, в котором было вставлено небольшое зеркальце, и прикрыл им стекло. Обведя столпившихся вокруг волшебников озабоченным взглядом, он протянул находку седовласой колдунье:

– Пенелопа, будь любезна… Надо немедленно доставить его в ваш отдел…

Не сказав ни слова, пожилая леди вынула из своего кармана большой носовой платок и аккуратно завернула в него зеркало. Затем она, ни на кого не глядя, вышла из кухни. Через секунду Гарри услышал, как хлопнула входная дверь.

– Кто-нибудь, позовите Нимфадору, – обратился Кингсли к стоявшим у дверей волшебникам.

Джордж стремительно вышел из кухни и затопал по лестнице. Остальные стояли молча. Тишину нарушало лишь поскрипывание ступеней, потом смолкли и эти звуки. Через минуту послышались торопливые шаги и в кухню влетела Тонкс.

– Нимфадора, нужно осмотреть тело миссис Джоунс, ты не поможешь мне? – обратился к ней Кингсли. – Всех остальных прошу выйти.

Пару секунд никто не шевелился, затем, один за одним, волшебники безропотно потянулись из кухни в коридор.

– Где сейчас Элфус? – спросила миссис Уизли у Джорджа.

– Там, в комнате Тонкс, – ответил тот, махнув рукой в сторону лестницы.

Миссис Уизли торопливо направилась наверх. Остальные, разбившись на группы по три-четыре человека, стояли в холле перед закрытыми дверьми кухни.

– Думаю, вам лучше пройти к себе, – тихо обратился Люпин к сбившимся в кучку подросткам.

– Мы не уйдем, – твердо сказала Джинни.

– Не нужно вам здесь толочься, – покачал головой Ремус. – Это дело Совета Ордена, вы и так уже видели слишком много.

– Да, дети, – поддержал его мистер Уизли. – Давайте пройдем наверх.

Он посмотрел на Гарри долгим взглядом, словно пытаясь что-то сказать. Гарри понял, что тот хочет поговорить о чем-то важном, поэтому неожиданно для друзей кивнул и направился к лестнице, подхватив под руку Джинни. Невилл оглянулся на остальных и, вместе с Луной направился вслед за ними. Близнецы, Рон и Гермиона остались внизу. Преодолев лестничный пролет, Гарри обернулся и, увидев, что те не собираются идти, подмигнул им. Гермиона двинулась к лестнице, увлекая за собой Рона.

Вскоре все подростки уже входили в спальню Гарри и Рона. Только теперь Гарри заметил, что большое кресло, в котором раньше так любила сидеть Гермиона, исчезло, а у стола появилась третья кровать. "Для Невилла", – понял он.

Мистер Уизли прошелся по комнате и присел на краешек стола, приглашая подростков рассаживаться. Гарри увлек на свою кровать Джинни, с другой стороны рядом с ним пристроилась Луна. Рон с Гермионой и Невиллом уселись напротив них.

– Я понимаю, что вам не хотелось уходить оттуда, – начал мистер Уизли, но закончить фразу не успел. Дверь отворилась, и вошли близнецы. – О, хорошо, что вы здесь, у меня важный разговор для всех вас.

Фред и Джордж переглянулись, ухмыльнувшись, и прошли через комнату к кровати Невилла.

– Ох, и хлопотное это дело – присматривать за этим детским садом, – притворно вздохнув, сказал Фред.

– Очень хлопотное и крайне нервотрепное, – поддержал брата Джордж.

– Да-да, – рассеянно кивнул им мистер Уизли. – Совершенно с вами согласен… Так вот… Я хотел сказать вам… Не думаю, что Кингсли одобрит мой поступок, но, думаю, вы должны знать. То зеркало, которое было у Гестии… Если он прав, и это двустороннее зеркало, то, скорее всего, весь наш сегодняшний разговор могли слышать сторонники Сами-Знаете-Кого. А слышать им, к сожалению, было что…

– А! Вот почему…

– …нас уже ждали…

– …у магазина! – воскликнули близнецы Уизли.

Их отец отрывисто захрипел, словно внезапно подавился. Джордж вскочил на ноги и крепко стукнул его по спине.

– Вас ждали? – обретя голос, изумленно спросил Артур Уизли.

– Ну да, думали взять нас голыми руками!

– Ха! Не на тех напали!

– Мы были готовы!

– Да что же там произошло? – чуть не завопил мистер Уизли.

– Ничего особенного, – пожал плечами Фред.

– Мы подошли к магазину….

– …и на нас напали какие-то два кретина…

– Мы дали им достойный отпор…

– …и тут вылетели двое наших продавцов…

– …и несколько клиентов…

– Этих уродов повязали…

– …и уволокли в Министерство…

Подростки с изумлением слушали близнецов. Встревоженный мистер Уизли вдруг хлопнул ладонью по столу:

– Погодите! А где был Ремус? Он же должен был вас охранять?

– О! У него была особая миссия…

– Он опекал Избранного!

Мистер Уизли изумленно повернул голову и посмотрел на Гарри.

Именно в этот момент что-то произошло. Гарри показалось, что в комнате что-то неуловимо изменилось. И, видимо, показалось не только ему, потому что рука Джинни, которая лежала у него на колене, вдруг судорожно дернулась.

И это движение было последним, что он почувствовал.

Глава 72. Дурсли–спасатели

Настроение Дурслей в тот воскресный вечер было отвратительным. По дому туда-сюда сновали полчища волшебников. Их собственный племянник заглянул только для того, чтобы предупредить, что здесь сегодня состоится большое собрание, поэтому дяде, тете и кузену лучше не высовывать носа из своей комнаты. Чуть позже к ним без стука ворвалась та рыжая пышка, мамаша Рона, которая принесла ужин и тоже попросила не выходить из комнаты.

Делать было совершенно нечего. Все газеты были уже прочитаны, ни телевизора, ни радио, ни компьютера в доме не было. Даже мобильные телефоны были бесполезным хламом: в этих стенах никакие сигналы не ловились. Дурсли пытались растянуть ужин как можно дольше, но, в конце концов, все было съедено. Разговор не клеился – за дверью слышались шаги и голоса, что сбивало любую беседу, поскольку непроизвольно все сидевшие за столом начинали прислушиваться к тому, что творится в доме.

– Никакого воспитания, ведут себя как дикари, – наверное в десятый раз за этот вечер повторил дядя Вернон.

И в это время шум за дверью резко усилился. Кто-то бегал, раздавались крики, хлопали двери. Дадли подобрался к двери и попытался открыть ее, но не тут-то было! Дверь оказалась запертой. Мистер Дурсль открыл рот, чтобы разразиться гневной тирадой, но тут шум внезапно затих. Все крики смолкли, слышались лишь приглушенные шаги где-то внизу. Дадли приник к замочной скважине, пытаясь разобрать, что там происходит. Вот кто-то прошел мимо их двери и зашел в соседнюю комнату. Затем по лестнице протопало сразу несколько человек. Дадли услышал голос своего двоюродного братца и тут же прокомментировал это:

– Похоже, Гарри опять идет со своей рыжей подружкой. Не похоже, чтобы волновался.

– Мог бы зайти и объясниться, – сказал Вернон Дурсль. – Почему мы должны…

Он внезапно замолчал и повернулся к висевшей на стене картине. Жена и сын удивленно уставились на него.

– Дурсль, быстро! Сними меня со стены! – вопила миссис Блэк, но слышал ее, как всегда, только Вернон.

– Дадли, помоги! – засуетился мистер Дурсль, подходя к картине.

Его сынок неохотно покинул свой пост. Самой картины он не видел, но отец заказал для нее новую, тяжелую и богатую раму, которая, к счастью, была совершенно нормальной, если считать нормальным то, что она торжественно висела на голой стене, словно внутри ее был шедевр.

– Быстрее, быстрее! Снимай, тащи в середину комнаты! – командовала между тем миссис Блэк. – Вот так. Ставьте на пол! Да не уроните, придерживайте!.. Что за олухи!

Вернон ногой подтянул поближе табуретку и прислонил к ней картину – в новой раме она была просто неподъемной.

– А теперь хватайте друг друга за руки! Быстрее! Встаньте в круг, чтобы я была в центре! Я спасаю ваши жизни, олухи несчастные! Вот же наказала судьба общаться с такими идиотами!

Вернон Дурсль передавал команды миссис Блэк жене и сыну, которые никак не могли понять, что вдруг на него нашло. Петуния с опаской посматривала на мужа, думая, что в результате всех последних событий тот повредился в уме. Дадли же решил, что папа придумал какую-то новую игру…

Они взяли друг друга за руки. Картина стояла в центре получившегося круга. Очень скоро Вернон почувствовал себя крайне глупо: стоять вот так, сцепив руки, посреди комнаты… До чего же довели его эти чертовы волшебники! Он уже хотел потребовать объяснений от этой старой ведьмы на портрете, как вдруг ощутил сильный удар, словно порывом ураганного ветра его толкнуло в спину. Петуния завизжала. Дадли вырвал свои руки из рук родителей. Миссис Блэк на портрете снова заорала: "Немедленно восстановите кольцо! Идиоты! Кретины! Уроды!"

Петуния Дурсль вдруг осела на пол, словно обессилев. Дадли не обратив на это внимания, отправился назад, к двери и приник к замочной скважине. Вернон кинулся к супруге, отмахнувшись от продолжавшей вопить картины.

– Там тихо, – испуганно прошептал Дадли, пытавшийся услышать хоть какой-нибудь звук извне. – Совсем-совсем тихо!

Вернон уже усадил супругу в кресло. В первое мгновенье он был страшно удивлен, как можно понять, что в доме тихо, когда миссис Блэк орет так, будто ее режут. Да и другие портреты там, за дверью, тоже переговаривались, создавая устойчивый гул. Потом до него дошло, что сынок имеет ввиду вовсе не крики портретов, а все остальные звуки. Он прислушался. Голосов и шагов волшебников действительно не было слышно.

– Что там случилось? – сердито спросил он, прерывая вопли миссис Блэк.

– Что? Что случилось? – взвизгнула дама на портрете. – Да я только что спасла ваши никчемные жизни, олух ты!

– Жизни? – тупо переспросил Вернон Дурсль.

– А ты как думал, идиотский магл? Зря я что ли собирала вас в Кольцо?

– Вернон, дорогой? Что происходит? – слабым голосом спросила Петуния.

– Ты хочешь сказать, что этот наш хоровод вокруг тебя спас наши жизни? – недоуменно спросил Вернон.

– Вернон! Что происходит? Объясни! – неожиданно даже для себя самой взвизгнула Петуния.

Те, кто присутствовал при чьем-нибудь телефонном разговоре, когда слышно лишь одного собеседника, смогут понять чувства Петунии и Дадли, раздраженных тем, что их муж и отец разговаривает с невидимой и неслышимой для них дамой.

– Миссис Блэк уверяет, что спасла наши жизни, – виновато проговорил Вернон, вспомнив об уговоре: все, о чем он будет говорить с портретами в этом доме, он будет пересказывать.

– Наши спасла? А всех остальных, значит, нет? – заинтересовался Дадли.

– Видать, что нет, – буркнул Вернон. – Сам же говоришь, что там тихо…

– Давайте, выбирайтесь отсюда! – вновь подала голос миссис Блэк. – Ни к чему этим идиотам знать, что вы спаслись во время катастрофы! Да меня не забудьте прихватить!

– Куда же нам выбираться? – спросил Вернон, снова позабыв объявить семье, о чем говорит портрет.

– Нам нужно выбираться? – спросил Дадли. – Тогда спроси, как мы это можем сделать, если дверь заперта?

– Выломаем… – неуверенно ответил ему отец, но его тут же прервал сварливый голос с портрета:

– Она волшебством заперта, идиот! Вам ее не выломать! Доставай свой трофей!.. Палочку! – пояснила миссис Блэк, видя, что Вернон ее не понимает.

Кряхтя и пыхтя, мистер Дурсль достал с гардероба большой чемодан. Открыв его, он пошарил и извлек завернутый в бумагу и обвязанный скотчем длинный пакет. Разорвав упаковку, он осторожно извлек волшебную палочку. Было видно, что держать ее в руках ему было и страшно, и неприятно.

– Отдай ее Петунии! – приказала миссис Блэк.

– Петунье? – удивленно переспросил Вернон.

– Да, старый идиот! У тебя духу не хватит даже на то, чтобы открыть дверь!

– Петуния, дорогая… Миссис Блэк утверждает, что ты сможешь открыть дверь с помощью… этого…

– Я? – изумилась Петуния, с ужасом уставившись на палочку, которую ее супруг держал в руке.

После нескольких минут сопротивления, она все же с опаской взяла ее двумя пальцами за самый краешек.

– Аламора, – повторил Вернон заклинание, которое ему подсказала миссис Блэк. Произнес он его неправильно, поэтому был рад, что его семья не слышит того потока ругани, которую обрушила не него злобная дама с портрета. – Да, да, сейчас… Алохомора… Петуния, дорогая, ты должна наставить палочку на дверь и сказать "Алохомора"… Ах, да, не просто наставить, а взмахнуть…

Минут пятнадцать ушло на то, чтобы научить Петунию делать правильное движение. Наконец, дверь неожиданно щелкнула и приоткрылась. Дадли уже давно отошел он нее и затравленно смотрел на манипуляции с палочкой, которые вытворяла его мать.

Вернон опасливо подошел к двери и выглянул наружу. На лестнице, головой вниз, лежал незнакомый ему человек. Поколебавшись несколько секунд, мистер Дурсль оглянулся на жену, а затем осторожно вышел из комнаты. Завидев его, портреты на стенах заволновались.

– Он жив! Посмотрите, он жив! – заговорили они. – Ах, это ненадолго, его удар хватит, когда он увидит, что делается внизу!

Не обращая внимания на зловещие предупреждения, Вернон начал медленно спускаться по лестнице. Едва он преодолел один марш и повернул к следующему, он обнаружил чудовищную картину: весь холл внизу был усеян телами, словно кто-то свез со всего города трупы и бросил их сюда.

Вернон отшатнулся и пошел назад. Взгляд его упал на лежащего на ступенях, ведущих на третий этаж, волшебника, которого он увидел первым. Подойдя к нему, мистер Дурсль протянул руку и попытался нащупать пульс на шее. Шея была теплой, но пульса обнаружить не удалось. Тяжело вздохнув, он направился обратно в свою комнату.

– Что там, Вернон, – испуганно спросила Петуния, едва он показался на пороге.

– Побоище. Словно крыс потравили…

– Говорю же вам, убирайтесь из этого дома, кретины! – снова завопила миссис Блэк.

– Они… Они что, заразные? – испугался вдруг Вернон и начал отчаянно вытирать о полу своего пиджака руку, которой он щупал пульс у незнакомца.

– Да не заразные они! Сюда скоро может кто-нибудь придти! И тогда возникнут вопросы, почему вы остались живы, идиот! – взвизгнула миссис Блэк.

Выясняя отношения с крайне громогласным портретом, Вернон не заметил, как из комнаты вначале выскользнула его супруга, а затем и заинтригованный происходящим сынок.

Петуния поднялась по лестнице и отворила дверь спальни, в которой, как она уже знала, жил ее племянник. Комната была полна трупов. Один из них, в котором она опознала мистера Уизли, распростерся посреди комнаты лицом вниз. Его рыжие волосы в свете чадящей лампы, казалось, были залиты кровью. Гарри лежал поперек кровати, откинувшись к стене. По его груди разметались волосы Джинни, которая уткнулась лицом в плечо любимого. С другой стороны от Гарри, лежало тело блондинки, имя которой миссис Дурсль вспомнить не смогла.