Текст книги "Гарри Поттер и Кольцо Согласия (СИ)"

Автор книги: Юнта Вереск

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 63 страниц)

И тот прыгнул.

Гарри успел увидеть, как темная туша заслонила свет луны и звезд, нависнув над ним, а затем резким толчком перекатился к самой стене. Он не видел, как в летящую над ним фигуру сбоку вонзился другой волк. Но, повернувшись на шум, увидел, как перед ним крутится завывающий и повизгивающий ком. Лишь через несколько секунд осознал, что перед ним не один, а два волка, которые сцепились в отчаянном бою.

Вдруг сбоку кто-то ухватил мальчика за плечо и потащил в сторону: «давай в дом, быстрее, быстрее». Передвигаясь на четвереньках, он последовал за мистером Уизли. Передвигаться было неудобно, и лишь несколько «шагов» спустя Гарри понял, что в правом кулаке у него зажата его палочка. Когда он успел ее найти?

Добравшись до крыльца, он вскочил на ноги и вдруг вспомнил о призыве Гермионы.

– Там Рон с Гермионой! – крикнул он мистеру Уизли и побежал вокруг дома. Отец Рона бросился за ним.

Выскочив к задней стороне дома, он оглянулся. В темноте были видны лишь четыре белые фигуры, распластанные на земле. Рона и Гермионы видно не было. Тут он услышал невнятные голоса, сдавленные стоны, казалось, кто-то кого-то уговаривает… Сделал несколько шагов по двору, прислушиваясь. Кажется, голоса раздавались из-за забора. Приблизившись, он узнал собеседников: это явно были Рон и Гермиона, однако интонации их были совершенно незнакомыми.

– Нет, нет, Рон, не надо, – причитала Гермиона, всхлипывая.

– Ну давай, давай, положи сюда руку, – уговаривал Рон.

– Ой-е-ей, я не хочу…

– Ну что ты в самом деле, как маленькая…

– Рон, не надо, я боюсь!

– А как же иначе? Ну, как? Давай! Обнимай, обнимай его!

– Не-е-е-т, я не буду!

– Ногу сюда подвинь… Что у тебя в руке?

– Па-палочка!

– Давай ее сюда, она тебе сейчас только мешает!

Гарри в изумлении слушал этот диалог. Что там у них происходит?

– Рон! Гермиона! Чем вы там занимаетесь? – раздался голос мистера Уизли.

– Папа, помоги! Она меня не слушается! – завопил Рон из-за забора.

– Ну что ты, в самом деле, – сконфуженно забормотал мистер Уизли.

– Пап, давай быстрее, у меня уже сил нет! Она сейчас сорвется! – торопил его сын.

Сзади, у парадного крыльца, продолжалась битва волков. Вот кто-то из них взвизгнул, затем послышалось тонкое и бесконечно долгое завывание…

Гарри встряхнул головой. Люпин, обернувшись волком, кинулся ему, Гарри, на помощь. А он бросил его на произвол судьбы! Рон с Гермионой явно находятся вне опасности. В отличие от Люпина.

Гарри повернулся и поспешил обратно, туда, где раздавался тонкий вой. Завернув за угол, он увидел волка, который, выгнувшись дугой, пытался зализать свою лапу, безостановочно скуля. Второго зверя видно не было. Гарри пригляделся. Нет, он не сможет узнать, кто это – Люпин или тот, другой. На секунду замешкавшись, он последовал примеру Гермионы и опутал волка веревками. Тот взвыл громче. Наверное, из-за веревок его рана разболелась еще сильнее. Гарри в нерешительности остановился. Что с ним можно сделать?

Послышались голоса – это возвращались Рон, Гермиона и мистер Уизли.

Мистер Уизли посмеивался, Гермиона явно оправдывалась, а Рон обиженно сопел. Повернув за угол, они увидели Гарри, стоявшего рядом со связанным волком.

– Гарри, отойди немедленно! Ты не представляешь его силы! Ему эти веревки разорвать – раз плюнуть. Сегодня же полнолуние, как же я забыл! – расстроено махнул рукой мистер Уизли.

– Он ранен, – сказал Гарри.

– Может быть ему нужна помощь? – начал приглядываться к волку Рон. – Это Люпин?

– Не знаю! Темно ведь! Да если было и светло, все равно мы бы не смогли его узнать, – объяснил расстроенный Гарри.

Если это был враг, его нужно было бы убить. Очень возможно, что это тот самый Фенрир, который ранил Билла Уизли. Но вдруг это Люпин?

Мистер Уизли, похоже, тоже не мог ни на что решиться. И в это время все услышали, как неподалеку треснула ветка, словно на нее кто-то наступил.

Четыре фигуры резко повернулись на звук. Из-за угла дома выглянула чья-то тень. Затем тень шелохнулась и шагнула вперед, навстречу четырем палочкам, нацеленным ей в грудь.

– Вот так вы меня и заколдуете? – спросил веселый голос Тоббса. – В кого превратите? В обезьяну или попугая?

Палочки опустились. Рон громко выдохнул. Тоббс подошел к волшебникам и тут заметил лежащего на земле волка.

– О! Как вы его!.. А вы знаете, что на заднем дворе лежат четверо пострадавших? Джейн сейчас оказывает им помощь, а я пошел за вами. Но, похоже, вам волки интереснее, чем люди…

– Отойдите, мистер Тоббс! Это оборотень!

Джимми отшатнулся.

– Оборотень? Настоящий?.. А где… остальные?

– Какие остальные?

– Мы видели штук пять или шесть волков. Или этот оборотень был их предводителем?

Волшебники в ужасе переглянулись. Здесь бродят и другие оборотни?

– Все в дом, быстро! – приказал мистер Уизли.

– А как же те пострадавшие на заднем дворе? – поинтересовался Тоббс.

– Заходите в дом. И не шагу оттуда. Я сейчас приведу мисс Смит, – сказал мистер Уизли и ушел.

– Как же я забыл! Там же Тонкс! – воскликнул Гарри и кинулся в другую сторону.

Обогнув дом, он увидел, что девушка по-прежнему лежит на земле. Подбежавший следом Тоббс поднял ее на руки и понес назад. Гарри подобрал обломки ее палочки.

Надеюсь, ее не покусали, – испуганно сказала Гермиона, когда они вошли в дом.

Тоббс прошел через кухню в комнату и осторожно опустил Нимфадору на кровать.

– Вроде укусов не видно… А они опасны? Интересно, где ее кавалер? Что удивляетесь? Думаете я не заметил, что у них с мистером Люпиным роман?

– Конечно роман… – начала вошедшая в комнату Джейн, но тут же осеклась. – Боже! Что с ней?

– Ничего, ничего, она жива, – ответил Тоббс, щупая пульс на шее Тонкс.

К ним подошел мистер Уизли и начал снимать проклятие. Похоже, у него не очень-то и получалось, но он не оставлял надежды, продолжая медленно водить палочкой над ее телом.

– Что вы там делали-то, за забором? – тихо спросил Гарри Рона.

– Пытался снять Гермиону с дерева. Уму непостижимо, как она туда забралась…

– Ты бы тоже забрался, если бы на тебя выскочила огромная собака, – обиженно зашипела Гермиона.

– Это была не собака, а оборотень! – поправил ее Рон.

– Тем более!

Гарри поднял глаза к потолку. Ну неужели даже сейчас им обязательно нужно перепираться?!

Мистер Уизли обернулся к подросткам.

– Давайте, выходите на улицу. Нужно возвращаться домой. Потом я доставлю Тонкс в госпиталь…

– Погодите! А как же мы? И куда делся Назем? – окликнул его Тоббс.

– Да, действительно, я совсем забыл о нем… Но вы не беспокойтесь, я доставлю детей домой и через минуту вернусь. Прихвачу подмогу заодно. Тогда и поищем Наземникуса… Рон, мальчик мой, давайте отправляться…

Гермиона первой шагнула к двери. Однако, едва переступив порог, вскрикнула и попятилась назад.

– Что это там? – дрожащим голосом спросила она и спряталась за спину Рона.

Гарри выглянул. Перед крыльцом высилась чья-то громадная тень. Дракон? Отодвигая мальчика в сторону, к двери протиснулся мистер Уизли.

– О, Хагрид, заходи! – крикнул он в темноту.

– Фестрал, – выдохнул Гарри, разглядевший то, что стояло во дворе как только глаза немного привыкли к темноте.

Это действительно был фестрал, на спине которого восседала громадная фигура Хагрида.

– Покидал их в яму, вряд ли выберутся, – тяжело спрыгнув на землю, сообщил великан.

Они вошли в дом. Гарри увидел, что на руках Хагрида были надеты перчатки из кожи дракона с высокими раструбами.

– И того, связанного, что перед домом лежал, кинул туда же.

– Ты поймал оборотней?

– Ага, пять штук, плюс связанный…

– Слушай, Хагрид… Ты никого из них не узнал? – спросил Артур. – Среди них, возможно, был и Ремус.

Хагрид взмахнул руками, задев болтающийся под потолком светильник:

– Ну и дела! Я и не подумал… Неладно вышло, надо идти выручать, как бы не задрали его там…

Великан вышел во двор, за ним выскочили Рон и Гермиона, которым хотелось посмотреть на фестрала и летающего Хагрида.

– А как ты его узнаешь? – обеспокоено спросил мистер Уизли.

– Что я своих, что ли не признаю… Да не волнуйтесь вы, лучше подумайте, куда нам его запереть, чтобы делов-то не наделал…

Подкатив к фестралу большую бочку, Хагрид забрался на нее, а оттуда – на спину фестрала. Потрепал по голове и с глубоким вздохом сказал:

– Давай, милая, обратно, к той яме.

Фестрал секунду помедлил, затем взмахнул громадными крыльями и легко взлетел.

– Ух ты, это на них мы в Министерство летали? – восхищенно произнес Рон, провожая фестрала взглядом. – А на ощупь он какой-то не такой был…

Маглы стояли, прижавшись лицом к стеклу и смотрели на удаляющегося Хагрида.

– Как это вам удается летать? Я думал, что для этого нужны какие-нибудь ковры-самолеты или, там, ступы…

– Фестралы гораздо удобнее. Они могут найти дорогу, да и быстрее намного, – рассеянно ответил мистер Уизли, глядя на подростков.

Во дворе что-то хлопнуло. Через секунду в дом вошла МакГонагалл. Губы ее были сурово сжаты. Она оглядела присутствующих, задержавшись на долю секунды дольше на маглах, затем повернулась к мистеру Уизли.

– Артур, мы уже забеспокоились. Дети пропали, потом Ремус с Нимфадорой, которые за ними отправились, потом ты тоже... Теперь и Хагрид запропастился куда-то. Тут что, Бермудский Треугольник?

– Хагрид полетел к оборотням, сейчас вернется, – виновато кивая, ответил мистер Уизли.

– К оборотням? – глаза у МакГонагалл округлились.

– Да, ты понимаешь, они напали на дом, Ремус превратился, одного Гарри связал, а пока мы там с Пожирателями разбирались, Хагрид отловил всех оборотней и скинул в какую-то яму, но Нимафадору ранили, она там, в комнате лежит, – быстро перечислял события Артур и по мере его сбивчивой речи глаза директора Хогвартса становились все больше и больше.

– Артур! У тебя температура? Что здесь происходит? И что тут делают посторонние?

– Профессор МакГонагалл, это наши друзья, маглы, они много знают о Гарри, – попыталась объяснить Гермиона. – Ну, о его родителях, о том, что здесь случилось шестнадцать лет назад… Наземникус нашел их и поселил в своем доме, хотя теперь выяснилось, что это дом Гарри... Познакомьтесь, это мистер Тоббс, а это мисс Смит… А это наш директор, профессор МакГонагалл…

По-видимому, объяснения Гермионы были не более вразумительными, чем речь мистера Уизли. Изумленно переведя взгляд с одного на другого, она, наконец, глубоко вздохнула, прошла к столу и села.

– Думаю, нам лучше присесть. Может быть мистер Тоббс и мисс Смит сумеют объяснить, что здесь происходит?

– Даже не знаю, что и сказать… В двух словах этого не объяснить, – начал Тоббс. – Но мне кажется, что тот джентльмен, который улетел без ковра-самолета, просил найти убежище для… оборотня…

– Да, да, – засуетился мистер Уизли, оглядываясь по сторонам. – Может быть вы что-нибудь нам посоветуете? Все-таки вы лучше знаете окрестности…

Узнав, что для того, чтобы обезопаситься от оборотня, нужно найти очень прочную камеру или глубокую яму, Джейн и Джимми начали совещаться. Сарай был признан непригодным в силу своей ветхости, «грот», где они прятались днем, тоже не годился в силу отсутствия стекол в окнах и запоров на дверях. Никакой подходящей ямы поблизости они тоже не могли вспомнить.

– Яму бы мы вырыли во дворе, – сказал мистер Уизли, – Но лучше бы где-нибудь подальше от деревни… Я боюсь, что от него будет слишком много шума…

Тоббс вызвался проводить Артура в лес, где они смогут подобрать удобное местечко для ямы, и они ушли.

– Мисс Грейнджер, здесь действительно происходило все, о чем вы тут рассказывали? – устало спросила МакГонагалл.

– Да, профессор…

– На вас что, действительно напали Пожиратели и оборотни?

– Да, напали… Только лично я оборотней не видела, кроме того, которого поймал Гарри. Хотя… один, наверное, выскочил на меня, но я решила, что это большая собака и залезла на дерево. А Пожиратели лежат на заднем дворе…

– Пожиратели – что? Где лежат?..

– Они там, на заднем дворе, четверо…

МакГонагалл закатила глаза. Затем, не глядя на сидящих за столом, поднялась и пошла к двери:

– Мистер Уизли, вы не проводите меня?

Рон не сразу сообразил, что директор обращается к нему, и вскочил лишь после того, как Гермиона толкнула его в бок. Поднявшегося вслед за ним Гарри МакГонагалл сразу осадила:

– Оставайтесь здесь, мистер Поттер… Должен же кто-то присмотреть за ними, – и, кивнув в сторону маглов, вышла вслед за Роном во двор.

Через несколько минут они вернулись.

– Осталось трое! – возбужденно сказал Рон. – Один сбежал!

– Может быть сбежал, а может бродит где-нибудь вокруг, – озабоченно сказала МакГонагалл.

– Извините, а почему теперь не срабатывает сигнализация, – поинтересовалась Джейн Смит. – Ну та, которая как колобок бегает и звенит?

Действительно, почему? Ни на Хагрида, ни на МакГонагалл она не среагировала. Подростки стали озираться по сторонам.

Во дворе послышались шаги и вскоре появились Тоббс и мистер Уизли, вслед за которыми вошел Хагрид.

– Все, пристроили красавца, – с какой-то суровой нежностью сказал великан.

– Минерва, знаешь, исчезновение Наземникуса кажется мне все более подозрительным, – сказал Артур Уизли. – Может быть он лежит сейчас где-то раненый…

– Или сбежал по обыкновению, – фыркнула МакГонагалл.

– Нужно идти искать, – предложил Тоббс. – Он неплохой человек, если разобраться…

– Вначале отправим детей домой, – строго сказала МакГонагалл. Гарри хотел было возразить, но увидел в лице директора такую решительность, что лишь кивнул.

– Хагрид, доставишь их на фестрале?

Великан поднялся и, кивнув троим подросткам, направился к двери. Выйдя вслед за ним, Гарри обнаружил, что Хагрид идет не к стоящему перед домом фестралу, а огибает угол, направляясь на задний двор. Через секунду оттуда раздался громкий призывный клич.

Рон толкнул Гарри в плечо: «что это?»

Но ответа не понадобилось. В полумраке начинающегося рассвета трое друзей увидели, как перед ними приземляются, один за другим, три фестрала.

– Ага, уже здесь, – радостно сказал Хагрид, появившись из-за угла. – Давайте, садитесь! Помощь нужна?

И, не дожидаясь ответа, схватил стоявшего ближе всего к нему Рона и посадил на фестрала. Затем точно также верхом оказались Гарри и Гермиона. Сам Хагрид снова взобрался на бочку и оседлал своего фестрала.

– В Юлу, дорогие! – крикнул он и во дворе сразу стало тесно. Один за другим, четыре зверя взмывали в воздух, расправляя громадные крылья.

Полет продолжался совсем не долго, минут пять–семь. Приземлившись рядом с домом Альберфольда, ребята быстро покинули своих крылатых коней – как бы там ни было, но удовольствия полет им не доставил. Хагрид, не спешиваясь, попросил их сразу же заходить в Юлу, затем слегка присвистнул – четыре черных силуэта, взлетев, пересекли тонкую светлую полосу разгорающегося рассвета и растворились на фоне черного неба.

Глава 33. Как искать хоркруксы?

– Нельзя больше откладывать этот вопрос! – крикнул Гарри.

– Тише, что ты орешь? Хочешь, чтобы сюда весь Орден сбежался? – попыталась успокоить его Гермиона.

Гарри сердито посмотрел на нее, но все же взял себя в руки и плюхнулся на кровать.

– У нас одна неделя. Потом эта дурацкая школа авроров. Мне бы хотелось найти хотя бы один хоркрукс до этого, – изо всех сил пытаясь говорить спокойно, объяснил Гарри.

– Искать нужно целенаправленно, – примиряющим тоном сказала Гермиона. – Мы должны вычислить его местонахождение, а не бегать по всей стране в поисках неизвестно чего! Выберешься сейчас отсюда, и что? Куда пойдешь?

Гарри сжал зубы, вспомнив, как он уже сбегал из Юлы… В словах Гермионы было рациональное зерно, но сидеть и раздумывать он сейчас не мог: его активная натура требовала действий.

А действовать было сложно. После вчерашнего происшествия они попали под домашний арест. Миссис Уизли страшно разозлилась на них и перестала кричать лишь после того, как домой вернулся ее муж, сообщивший, что с Тонкс уже снято заклятие и сегодня к вечеру она уже сможет вернуться в Юлу, а Ремуса им удалось вытащить из ямы после рассвета – он был страшно огорчен всем произошедшим, но все же отправился в госпиталь, чтобы сидеть с Нимфадорой.

Друзьям повезло, что МакГонагалл вернулась в Дамфрис сразу после того, как они с Артуром сдали аврорам троих захваченных в плен Пожирателей – гнев миссис Уизли был скорее эмоциональным, а вот с холодной яростью директора ученикам бы столкнуться не хотелось…

Проснулись они после полудня. В доме кроме миссис Уизли, Невилла и Дурслей, похоже, никого не было. После обеда (ставшего для троих друзей завтраком), Невилл рассказал, какая суматоха была в доме вчера вечером, а затем сообщил, что сегодня ему разрешили встретиться с бабушкой, поэтому он скоро уедет и вернется лишь завтра. Но сейчас он уйти не может, поскольку из Дамфриса прибыл какой-то волшебник, который запечатал дом – пока не вернутся взрослые, он будет сидеть здесь и охранять всех…

Около четырех часов прибыли Нимфадора и Люпин в сопровождении Билла, Флер и Габриэль. Флер, наконец, выписали из госпиталя. Выглядела она плохо, под глазами залегли темные мешки, лицо осунулось и побледнело. Впрочем, настроение у нее было хорошим, в отличие от Билла, который бросал на нее тревожные взгляды, словно не веря, что она уже вне опасности.

Поздравив девушек с выздоровлением, подростки оставили их обустраиваться, а сами вежливо удалились – Невилл, наконец, получил возможность отправиться домой, а Гарри, Рон и Гермиона уединились, чтобы обсудить все произошедшее…

И вот теперь речь зашла о хоркруксах. Гарри казалось, что Гермиона просто вредничает – если кто и мог бы вычислить, где они находятся, так только она. Вон, целое расследование провернула, пока они с Роном сидели у Дурслей на Бирючиновой аллее… Неужели искала какие-то дурацкие газетки вместо того, чтобы заняться самым важным делом – поиском хоркруксов?

– Искать хоркруксы – очень сложная задача. Поэтому решать ее надо последовательно, шаг за шагом, – сказала Гермиона, доставая перо и рулон пергамента.– Итак, что мы имеем?

Гарри с Роном посмотрели на письменные принадлежности с ужасом: неужели и на каникулах нужно будет что-то писать? И, главное: зачем?

– Мы имеем четыре хоркрукса. Вернее мы их не имеем, а должны найти, – сердито ответил Гарри. – И это вовсе не нужно записывать, я и так помню каждый из них!

– Нет, Гарри, я не думаю, что все так просто. Ты что, собираешься сидеть и медитировать, представляя хоркруксы и надеясь, что они сами прилетят к тебе? Давайте запишем, на какие вопросы нам нужно найти ответы, чтобы отыскать хоркруксы.

– Где они спрятаны? – предложил Рон.

– Нет, такой вопрос не даст нам ответа, он слишком абстрактный. Нужны более конкретные вопросы, к которым мы сможем найти ответы.

– Ерунда какая-то… Зачем задавать вопросы, на которые известны ответы? – фыркнул Гарри.

– Я не говорю, что известны. Я говорю, что мы МОЖЕМ их найти.

– Например?

– Например, сколько всего хоркруксов осталось, – медленно проговорила Гермиона, записывая свой вопрос.

– Можешь не писать, и так известно, что четыре!

– Кому известно?

– Мне!.. Так говорил Дамблдор, а я ему верю!

– Он тоже Снейпу верил, – горячась, ответила Гермиона, но тут же осеклась. – Да нет, я не говорю, что он был не прав! Просто Дамблдор думал, что их МОЖЕТ остаться четыре. Но доказательств у нас нет. Это начальная предпосылка, я бы сказала, гипотеза, которую ты пытаешься выдать за аксиому.

– Ты бы не могла говорить попроще? – попросил озадаченный Рон, который ничего не понял.

– Куда уж проще! Мы думаем… Дамблдор думал, что Волдеморт сделал семь хоркруксов. Мы можем принять это как утверждение и не оспаривать его. Но вот у меня вопрос… Он хотел СДЕЛАТЬ семь хоркруксов, или он хотел РАЗДЕЛИТЬ свою душу на семь частей?

– А какая разница?

– Разница? Очень простая. Если он душу делил, то хоркруксов запрятал шесть, седьмая же часть души находилась в его теле до тех пор, пока он на тебя, Гарри, не напал и не исчез... А если делал или собирался сделать семь хоркруксов, то разделил душу на восемь частей!

– И что?

– А то, что нужно вначале понять, сколько вообще было сделано хоркруксов!

– А может не усложнять, а просто найти хоть один? – предложил Рон.

– Может и стоит не усложнять. Но для того, чтобы найти «хоть один», мы должны понять главное: какова логика Волдеморта, какова последовательность его действий.

– Знаем мы его логику, – буркнул Гарри.

– Нет, все, что ты знаешь, это такие же ничем не подтвержденные домыслы, которые ты пытаешься снова представить аксиомами!

– Да что это за аксимы такие? – взмолился Рон.

– Аксиома – утверждение, которое принимают за верное, не требуя доказательств. Ее противопоставляют теореме, которую нужно доказывать, хотя и то, и другое может быть гипотезой...

Рон взвыл. Нет, не хочет он разбираться во всех этих запутанных штуках!

– Ну ладно, чего уж там, давай свои следующие вопросы!

– Следующие… Да, Следующий вопрос может звучать так: во что он запечатывал свою душу?

– Тут не может быть никаких вопросов! – фыркнул Гарри, глядя как Гермиона записывает вопрос. – Это медальон, чаша, змея и что-то, принадлежавшее либо Ровене Равенклоу, либо Годрику Гриффиндору…

– Вот именно, либо–либо…

– Да какая разница, во что запечатывал!

– Ну… Тут у меня есть гипотеза, – Гермиона смущенно потупилась, Рон закатил глаза, а Гарри скептически уставился на девушку. – Все дело в стихиях… У меня родилась такая идея, когда Гарри рассказал о том, как был найден фальшивый медальон… Понимаете, там было очень много воды… А вода – одна из основных стихий, наряду с землей, огнем и воздухом. Так вот, медальон был Слизерина, значит одну из стихий мы уже можем отбросить…

– Да, особенно учитывая, что, как ты правильно заметила, медальон был фальшивый…

– Гарри, я исхожу из предпосылки, что когда-то там был настоящий медальон, а этот Р.А.Б. его подменил…

– Да, еще бы знать, откуда он знал, что нужно брать с собой именно медальон!

– Откуда? Не знаю, может он был у него, когда этот Р.А.Б. полез в пещеру, вот он его и подменил!

– Угу, и записку заранее засунул туда…

– Ну не знаю. И мы этого не знаем… Вы меня все время с мысли сбиваете… Да, медальон. Если исходить из предположения, что это медальон Салазара Слизерина, то Волдеморт мог ассоциировать его с факультетом Слизерина, то есть со стихией воды… Нет, погоди, дай договорить!.. Поэтому и запрятал его в озере. Значит, если мы хотим вычислить местонахождение других хоркруксов, то должны исходить из тех стихий, которые связаны с артефактами…

Рон снова взвыл. Гермиона кинула в него быстрый взгляд и снова уткнулась в свою тетрадку.

– Ну ладно, проехали, – усталым голосом произнес Гарри. – Давай, что у тебя там еще?

– Еще? Да-да… Еще хорошо бы узнать, когда он создавал каждый из них… Может это подтолкнет нас к мысли о месте, где в тот период жизни он мог придумать тайник… Дамблдор, кажется, говорил, что Волдеморт…

– Слушай, называй его как-нибудь по-другому! – взмолился Рон, но Гермиона не обратила на его выкрик внимания.

– …Волдеморт был фетишистом… Ну, в общем, для него большое значение имели всякие символы, предметы… Даже в предсказание поверил, – сказала Гермиона и осеклась, взглянув на Гарри. Затем упрямо продолжила, но уже более громким голосом: – В общем, эти хоркруксы для него много значат, причем не только с точки зрения ценности предметов, но и с позиции их символической сущности… Значит, поняв, в какой период жизни он запрятывал свой хоркрукс, мы сможем понять, что в тот период было для него важным и найдем место!

Гермиона торжествующе посмотрела на ребят, но энтузиазма в них не заметила. Помолчав немного, она продолжила:

– Так, с этим вопросом ясно… Тогда вот еще один: а в какой последовательности они оживают?

– А это-то тебе зачем? – возмутился Гарри.

– Ну подумай сам, один из хоркруксов уже ожил… То есть использован… Ну из чего-то же Волдеморт возродился! Значит, если мы поймем, в какой последовательности они оживают, мы сможем понять, какой из них нам уже не нужно искать… Еще хотелось бы знать, как их делают и как их разрушают… А то найти найдем, а разрушить не сумеем… Вон что Дамблдором сделало то кольцо!

– Не факт, что кольцо, – возразил Рон. – Может быть это защита такая была вокруг него поставлена…

– Ну да, возможно…

Разговор явно замер. Гермиона смотрела в свои записи и, время от времени, кидала взгляды на сидящих перед ней ребят. Рон сидел с глубокомысленным видом, скорее всего, просто демонстрировал задумчивость. Гарри же, казалось, вообще отключился.

– Ну что, продолжим вопросы задавать, или начнем отвечать? – наконец, спросила Гермиона.

– Слушай, у меня такое подозрение… Мне кажется, что ты все эти вопросы не прямо сейчас придумала, – задумчиво сказал Гарри, взглянув на девушку.

– Ну, – смутилась она. – Да, я об этом думала… И летом, и до этого еще… Практически с того момента, как ты о них рассказал в первый раз… Хотя нет, сначала я пыталась просто найти о них что-нибудь в книгах… А когда поняла, что не получится… Вот тогда и поняла, что нужно думать самостоятельно…

Гарри и Рон смотрели на нее с удивлением и уважением. Додуматься до такого им просто не пришло в голову!

– Ну ладно, давайте попробуем хоть на какие-нибудь вопросы ответить!

– Мы знаем, что Гарри проткнул один хоркрукс клыком от василиска, – торопливо сообщил Рон.

– Да, отсюда у нас ответы сразу в три пункта: о том, как уничтожить хоркрукс и о том, что одного из них уже нет. Значит, осталось либо шесть, либо пять, смотря как считать… И еще о том, что именно он использовал для их создания.

– Тогда еще один сюда можно посчитать, дамблдоровский…

– Да, только я бы разнесла только по двум вопросам. С одной стороны, мы знаем, что он уничтожен, с другой – что это было кольцо Марволло… в общем, тоже слизеринский артефакт… Или просто родственный? Интересно, его Дамблдор тоже в воде искал?

– В какой воде? Оно в доме его мамаши было! – возмутился Гарри.

– В доме? Да, да… в доме… Может быть в каком-нибудь кувшине с водой?

– Да погоди ты со своими стихиями! Хоркруксов шесть или семь, а стихий, сама сказала, только четыре!

Гермиона озабоченно посмотрела на Гарри. А ведь он прав! Может быть ее теория не верна?

– Знаешь, ты меня запутала, – прервал ее размышления Рон. – Пока не начали говорить, было понятно, что есть четыре хоркрукса. А теперь как прикажешь думать?

– Давайте запишем оба варианта, – предложила Гермиона. – Он создал либо шесть, либо семь хоркруксов. По крайней мере, намеревался. Но мы будем исходить их самого пессимистического варианта, что все хоркруксы, которые он хотел сделать, он сделал.

– Тогда запиши и те, которые мы уже знаем, – предложил Гарри, почувствовав интерес к игре.

– Так… Первый – это дневник Тома Риддла. С ним все ясно. Он был отдан на хранение Люциусу Малфою, оттуда перекочевал к Джинни, начал оживляться, а потом был разрушен клыком василиска…

– Что-то я уже начинаю сомневаться, что это был хоркрукс, – задумчиво протянул Гарри. – Все то, что ты перечислила, так непохоже на то возрождение, которое я видел после Турнира Трех Волшебников… Во-первых, дневник не был ничем защищен, Джинни спокойно в нем писала. Да и я тоже… Во-вторых, Том постепенно подпитывался силами Джинни, и едва не ожил… А Волдеморту, чтобы возродиться, понадобилась какая-то совершенно дикая, ритуальная магия… И, кстати, непонятно, я тогда разрушил хоркрукс, в смысле предмет, в котором этот кусок души хранится, или саму душу уничтожил?

– Да, и если уничтожил душу, то почему фестралов не видел? – добавил Рон.

– Ну, тут все проще, – ответила Гермиона. – Скорее всего, душа – это не человек… Так что в Тайной комнате Гарри никого не убивал, кроме василиска. А дневник… ну, будем считать, что просто выпустил душу на свободу, разрушив хоркрукс…

В комнате снова повисло молчание.

– Тогда получается… нет, ничего не получается, – нарушил тишину Гарри. – Чтобы ликвидировать очередную часть души, нужно разрушить ее хранилище. Но ведь кольцо Марволо у Дамблдора было целым! Как же он умудрился избавиться от души, сохранив оболочку?

– Думаю, тебе нужно снова поговорить со Слагхорном, Гарри, – проникновенно сказала Гермиона. – Возможно, он знает хоть какие-то ответы. Ведь то, что он рассказывал тогда Тому Риддлу… Вряд ли он рассказал ему все, что знал…

– И как ты из него вытрясешь это знание? В прошлый раз мне Феликс Феликсис помог… А теперь у нас и его нет…

– Напоим его зельем правды, да и все! – махнул рукой Рон.

– Нет, не получится, – Гарри скептически покачал головой. – Волшебник может поставить заслон против вторжения, в том числе и против зелья… Не зря же даже Дамблдор не мог вытащить из него правды! Куда уж нам!

– Тогда нужно применить к нему легименцию! – не унимался Рон. – Зря, что ли, ее Гермиона целый год изучала!

– Тот же заслон сработает. Не так просто прорваться в чужие мысли, – ответила Гермиона. – Помнишь, что Тоббс говорил: мысли можно читать только те, которые на поверхности…

– Или просто те, которые наиболее эмоциональны, – продолжил Гарри, вспомнив, что за воспоминания выплывали у него на поверхность во время занятий со Снейпом.

– Тогда схватим его, запрем в чулане и пригрозим оставить его там без воды и хлеба! Он же комфорт любит, пусть посидит часик на полу, сам все расскажет!

Неожиданно дверь в комнату распахнулась. Гарри и Гермиона, изумленно смотревшие на Рона, не сразу это заметили, но тут Рон повернул голову и быстро вскочил с кровати.

– Пора ужинать, – каким-то странным голосом сказала миссис Уизли. Она слегка помотала головой, затем приложила руки к ушам.

– Ай!

Палочка вылетела из руки Гарри и покатилась под кровать. Доставая ее, он незаметно снял антишумовое заклятие, которое наложил на комнату, чтобы никто не мог их подслушать. Миссис Уизли отняла руки от ушей и прислушалась. Затем оглянулась, моргнула несколько раз и, повторив, что дети должны идти в библиотеку, вышла.

– Продолжим после ужина, – шепнула Гермиона, и друзья направились в холл.

* * *

Переступив порог, Гермиона ахнула, а Рон от удивления открыл рот.

Вместо привычных факелов, библиотеку освещали стоящие на столах высокие витые свечи. Все стены были задрапированы золотистой тканью, тускло отблескивающей в колеблющемся свете свечей, придавая комнате торжественный вид. Громадный стол был заставлен яствами, хрустальными бокалами, фарфоровыми тарелками, добавляя атмосфере праздничности.

У стены стояли несколько человек, среди которых ребята опознали только Элфуса Дожа, остальные были им неизвестны. В дальнем углу МакГонагалл тихо беседовала о чем-то с Артуром Уизли – лица их были сосредоточенными и грустными.

Остановившихся в дверях подростков протолкнула внутрь откуда-то взявшаяся сзади компания. Тонкс весело хлопнула Гарри по спине, Люпин улыбнулся ему виноватой улыбкой. Селеста подхватила под руку Гермиону и сразу оттащила ее в сторону, где они начали оживленный разговор. Затем в библиотеку, ставшую, впрочем, торжественной обеденной залой, вошел молодой парень в джинсах и голубой трикотажной рубашке. Его лицо показалось Гарри знакомым. Рон радостно поздоровался с ним, а потом, увидев недоумение Гарри, представил их: