Текст книги "Гарри Поттер и Кольцо Согласия (СИ)"

Автор книги: Юнта Вереск

сообщить о нарушении

Текущая страница: 37 (всего у книги 63 страниц)

– Никого? А кто рычал-то? – раздался голос Рона.

Гарри оглянулся. Все уже пролезли через дверцу и теперь озирались – Гермиона с явным ужасом, остальные, вроде, с любопытством.

– О-хо-хо! Явились мои ученики! – раздался могучий вопль.

Гермиона радостно взвизгнула: «Хагрид!»

Действительно, со стороны трибун к ним приближался Хагрид, веселый и довольный сюрпризом.

– Ну, как вы? Не устали? Нет? О, я вам такой хороший урок приготовил! Две недели уговаривал!

– Кого уговаривал, Хагрид? – дрожащим голосом спросила Гермиона.

– Как кого? Союзника! Мы с ним делов-то наделаем!

Хагрид хохотнул и, поманив школьников за собой, размашистой походкой пошел в сторону деревянного ангара. Гермиона вцепилась в руку стоявшего рядом с ней Невилла. Гарри оглянулся на друзей и пошел вслед за учителем. На душе у него кошки скребли: слишком хорошо он знал вот это настроение Хагрида. Явно дорвался до какого-нибудь ужасного зверя.

– Он же сказал, что союзник, значит не может быть страшным, – лепетала Гермиона.

И тут из ангара появился… великан. Нет, это был не Хагрид, и даже не его братец Грох, а настоящий великан. Вышедший вслед за ним учитель едва доставал ему до колена. Гарри почувствовал, что с него хватит. Сколько можно! Да, это не соплохвосты и не драконы. Но ему и младшенького братика Хагрида было слишком много!

– Нет, нет, не хочу-у-у, – раздался позади голос Гермионы. И на этот раз Гарри был совершенно с ней согласен.

– Вот, знакомьтесь! Олентзеро XII… Олентзеро, смотри, это тот самый Гарри Поттер! А рядом с ним его замечательные друзья! Джинни, Рон, Гермиона, Луна, Невилл!

– Добрый день, друзья Хагрида, рад познакомиться с вами, – великан склонил голову.

– Привет, – сказала Луна. Она первой сумела справиться с ужасом, но голос ее все же дрогнул.

Гарри наклонил голову в знак приветствия, но сказать ничего не смог, в горле у него словно металлический шар застрял.

И в этот момент со стороны ангара снова раздался жуткий вой. Только на этот раз его поддержало какое-то шипение, за которым послышались громкие тупые удары. Кто-то схватил Гарри за предплечье. Стрельнув взглядом в сторону, он увидел Джинни. Обоими ладошками она ухватилась за его руку повыше локтя, но взгляд ее был устремлен на великана. Гарри показалось, что в глазах ее был не испуг, а восторг.

– Ну что за хулиганы, право слово, – отмахнулся от шума Хагрид, затем повернулся к подросткам. – А вы лучше сюда идите, Олентзеро уже давно хочет с вами познакомиться!

Что бы там ни говорили о великанах, Олентзеро оказался довольно приятным в общении. Когда все расселись на траве, он рассказал, что происходит из древнего рода джентилаков, давних покровителей басков. Проживает он на юге Франции и давно дружит с мадам Максим. Она и познакомида его с Хагридом. Ехать в Англию он не хотел, но уж очень его уговаривал новый знакомый…

По-английски он говорил почти без ошибок, но с довольно заметным мягким акцентом. Хагрид сказал, что Гарри и его друзьям нужно научиться дружить с самыми разными созданиями, которые смогут придти на помощь в трудную минуту.

– Детские сказки. Неужели Хагрид до сих пор в них верит? – шепнула Гермиона, пока Невилл и Луна вели с великаном оживленный разговор.

– Хагрид, ты говорил, что тебе надо напомнить о времени. Сейчас без пяти час, – вежливо сообщил Олентзеро.

– Видали! У него просто будильник в голове, никогда не опаздывает! – радостно воскликнул Хагрид, с восхищением поглядев на джентилака, а затем поднялся. – Давайте, давайте, до завтра! Вам сейчас на обед нужно!

Подростки торопливо поднялись, распрощались с Олентзеро, помахали рукой Хагриду и через маленькую дверцу вышли к раздевалкам.

– Теперь я понимаю, почему эта дверь такая маленькая, – проворчала Джинни.

– Странно, вроде этот великан такой добродушный…, – начала Гермиона.

– Да, такой добродушный, что они сделали выход, через который он не сможет выбраться, – тут же возразил ей Рон.

– Вряд ли это от него защищаются, – сказала Луна. – Слышали те звуки из ангаров? Вот там-то, наверное, и сидят опасные звери…

Они подошли к своему домику. Девушки побежали наверх мыть руки, а Рон тут же повернул в гостиную.

– Эгей, это что за дела! – тут же раздался его недовольный голос. – Глядите, вся еда пропала!

Действительно, в гостиной теперь не было не только еды, но и того большого стола, на котором она стояла.

– Странно… Может завтракать тут положено дома, а обедать в столовой? – предположил Гарри.

Дождавшись девушек, друзья отправились в «Приют», большую столовую Университета.

Университетский городок словно вымер. Казалось, даже птицы не пели. Поэтому, добравшись до столовой, все были удивлены, обнаружив стоящую у входа мадам Помфри. Целительница окинула подростков беглым взглядом, затем сказала:

– Я понимаю, что вы торопитесь поесть, но я должна осмотреть вас. Пройдемте в лазарет!

– С нами все в порядке, мадам Помфри! – громко сказал Гарри. – Нас еще не убили, не покусали, не заколдовали…

– В самом деле? – повернулась к нему мадам Помфри. – Вот это мне нравится! Но все равно, вечером прошу зайти ко мне. После ужина. Всех! Надеюсь, вы получили мои рекомендации по диете? Тогда приятного аппетита!

С этими словами целительница направилась по дорожке, ведущей к лазарету и преподавательским домикам.

– Мадам Помфри, извините, – догнала ее Гермиона. – Не можете ли вы нам сказать… У нас следующий урок называется ТЧ… Но около него не указано даже место проведения…

– А какое место вам нужно? Вы что, еще не разместились?

– Разместились?

– Да. Где вы сейчас живете?

– В Трущобе.

– Вот там и будет ваше «место проведения», – фыркнула мадам Помфри.

Затем посмотрела на Гермиону и добавила:

– ТЧ – это тихий час. Я была уверена, что вы это знаете!

– Ой, ой не могу, – внезапно залился смехом Рон, держась за живот.

– Мистер Уизли, с вами все в порядке? – обеспокоено посмотрела на него мадам Помфри.

– Да, да! Просто замечательно!

Повеселевшие друзья ввалились в столовую. Да, Гарри был прав, обед был и вправду накрыт здесь.

Глава 50. Вечер с Элфусом Дожем

Наевшимися и слегка осоловевшими друзья вышли из столовой и отправились в Трущобу. Гермиона еще по пути в дом попыталась завязать обсуждение сегодняшних занятий, но ее никто не поддержал. Добравшись же до своей спальни, ребята повалились в кровати, так что девушкам ничего не осталось, как только последовать их примеру и отправиться наверх…

– Эгей! Подъем!

Бодрый голос Джинни отнюдь не порадовал три спящих на первом этаже «бревна». Рон досадливо отмахнулся и закрыл голову подушкой. Невилл пробурчал что-то неразборчивое и спрятался под одеялом. Гарри приподнял голову и растерянно поморгал:

– Что, уже?

На лестнице послышались шаги и через секунду в комнату влетели Луна с Гермионой.

– Если вы будете валяться, то останетесь без обеда, – громко сказала Гермиона.

Рон встрепенулся и скинул подушку на пол. Из-под одеяла Невилла вылезла рука и помахала: «ну и ладно, только уйдите». Гарри со стоном сел на кровати и пробормотал:

– Идите, мы вас догоним…

Девушки уже вовсю уминали обед, когда на пороге столовой возникли три друга.

– Скорее, – помахала им рукой Гермиона. – В диете мадам Помфри указано, что нам нужно налегать на мясо!

Пожалуй, это была единственная фраза, которая смогла приободрить парней. Напичкав свой желудок котлетами, зразами и толстыми отбивными, они явно повеселели.

– Ну и что за ТБ нас ожидает? – спросил Рон, поглаживая свой живот.

– Техника борьбы?

– Тумаки и барабашки?

– Темные болотники?

– Тупые болваны…

Веселые предложения выдвигались на протяжении всей дороги до главного корпуса. Но, как только друзья вошли в холл, шутки умолкли. Поднявшись на четвертый этаж, они нашли дверь, на которой висела табличка: «Аудитория 404». Никаких расшифровок больше не было. Как и преподавателя внутри класса.

Они оказались у самых верхних рядов парт огромной полукруглой комнаты, каскадами спускавшейся далеко вниз.

– Амфитеатр, – шепнула Гермиона, и этот шепот разнесся, казалось, по всей аудитории.

Внизу находилась большая площадка, посреди которой одиноко стояла какая-то узкая будка.

– Это кафедра, – еще тише пояснила Гермиона, когда все спустились вниз.

– Ого-го! Вы уже здесь? Освоились? Замечательно! Рад, очень-очень рад вас видеть!

Сверху к ним уже спешил маленький смешной человечек в развивающейся мантии. Безостановочно размахивая руками, он говорил не делая никаких пауз, так, что подростки могли отвечать на шквал его вопросов лишь кивками.

Так и не назвав своего имени, новый преподаватель перечислил имена шестерых своих учеников, радостно приветствуя каждого, затем проронил, что Теория Боя – совершенно удивительная дисциплина, поскольку касается столь прикладного предмета, что позволяет вовсю развлечься, несмотря на столь сухое и академическое название!

Полу-радостно, полу-торжественно объявив об этом, он, словно фехтовальщик, сделал выпад в сторону по-прежнему стоявших на площадке друзей, которые тут же выставили перед собой палочки и хором рявкнули:

– Протего!

И в следующую секунду с ужасом увидели, как их учитель размашисто летит от них спиной вперед. Пролетев метра три, он грузно рухнул на пол. Впрочем, поспешившая к нему Гермиона обнаружила, что упал он не на пол, а на предусмотрено уложенные вдоль стен маты.

– Сэр, вы в порядке?

– Я? Ну конечно же я в порядке! Очень, очень доволен, что вы восприняли мои слова всерьез! Прекрасные, прекрасные коллективные щитовые чары! А вы знаете, чем отличаются коллективные щитовые чары от индивидуальных щитовых чар? О-хо-хо! Ну конечно же вы знаете! Молчите-молчите! Я и так вижу, что вы знаете! А я применил смягчитель, чтобы не расшибиться… Вы же конечно знаете, как применять смягчитель? Конечно знаете, такие умные ребятки, как же вам не знать…

…Полтора часа спустя шестерка друзей торопливо направилась в столовую. По дороге все молчали, даже Гермиона. Удивительное дело, новый учитель не дал вставить никому из учеников ни одного слова в свою практически непрерывную речь! Безостановочно передвигаясь по площадке, он наскакивал то на одного, то на другого, демонстрируя «наиболее-часто-встречающиеся-приемы-боя-которые-вы-конечно-должны-знать-и-без-меня-вам-тут-конечно-не-справиться». Еще пару раз он отлетал к стене, нарвавшись на «совершенно-умопомрачительные-индивидуальные-щитовые-чары», но это ничуть не ослабило его энтузиазма.

– Глядите, по-моему, это тот самый напиток… КЭА. Попробуем? – в голосе Рона слышалось сомнение.

– КЭА рекомендован мадам Помфри. И я слышала о нем много хорошего. В частности, он отгоняет волосистых мерзлюков. А в Австралии те, кто не хотят левитировать, используют его для защиты от муховерток!

Все ошарашено уставились на Луну, которая, как ни в чем ни бывало, ухватила большой кувшин и налила себе полный стакан янтарно-желтого напитка…

КЭА им пригодился. Ибо, как выяснилось, следующий предмет сегодня, МН, расшифровывался как «Магия Нападения». Сложности с ним возникли с самого начала. Никто не знал, где находится спортзал. Спросить тоже было не у кого: территория университета выглядела на редкость безлюдной. В конце концов, они отправились в лазарет (хотя бы здесь-то должны быть люди!) и нашли там Джонотана Кларка, местного целителя, с которым познакомились в свой прошлый приезд. Он не только показал, где находится спортзал, но и сам проводил их туда. По дороге Кларк донимал Невилла, пытаясь выяснить, откуда тот знает такие чудодейственные зелья и заклинания – информация о том, что только благодаря знаниям семикурсника Хогвартса Лонгботтома удалось спасти пострадавшего во время штурма Норы аврора, уже дошла и до Дамфриса…

Вел МН профессор Колоброд, с которым Гермиона уже была знакома – в прошлый раз он представился преподавателем заклинаний. Но, как выяснилось, знал он не только заклинания… Устроив из урока воистину гладиаторские бои, заставляя друзей сражаться друг с другом то попарно, то трое на трое, то пятеро против одного, то двое против четверых, он так вымотал всех, что разрешение покинуть спортзал оказалось едва ли не самым желанным событием этого суетливого дня.

Еле шевеля ногами, подростки добрались до столовой и рухнули на стулья. Ни у кого из них, даже у Рона не нашлось сил пойти к столу раздачи за едой. Луна попыталась подозвать к ним большое блюдо с жареной рыбой (рекомендация диеты мадам Помфри для ужина в 19-00). Блюдо пролетело почти до стола, за которым устроились друзья, но в последний момент внезапно наклонилось, и куски рыбы посыпались с него прямо на стол. Джинни резким движением своей палочки выровняла полет и сумела успешно «приземлить» блюда с остатками рыбы. Экспериментировать с левитацией напитков ребята не стали. Рон, ухватив кусок рыбы прямо руками, начал есть, не обращая внимания на недовольные взгляды Гермионы. Гарри с Невиллом присматривались, как бы им тоже ухватить кусочек… В конце концов Джинни сходила за вилками. Через пару минут от рыбы осталось одно воспоминание. Теперь Рон почувствовал в себе силы и сумел принести еще пару подносов с едой и два кувшина с напитками, в одном из которых оказался КЭА – на этот раз отказываться от него никто не стал…

– Я надеюсь, что этот СиТ окажется все же полегче, – сказала Гермиона по дороге из столовой к главному корпусу. – Все же в классе, надеюсь, не будет таких боев…

– Угу, – скептически пробормотал Рон. – Особенно, если вспомнить ЗЗ и того лысого безумца с его Теорией Боя… Поневоле пожалеешь об отсутствии здесь профессора Бинса. Учителя-приведения тоже имеют свою прелесть…

«Ох, не зря нам рекомендовали рыбу, она, вроде, должна стимулировать работу мысли», – простонала Джинни посреди занятия по Стратегии и Тактике, обозначенной у них в расписании как СиТ. Вел этот предмет сам Элфус Дож.

Он опоздал на урок минут на десять, и все эти десять минут, собравшиеся внизу уже знакомого им амфитеатра подростки пугливо озирались, ожидая, что в любую секунду на них обрушится очередной учитель с очередными фокусами. Элфус Дож появился безо всяких спектаклей, быстро сбежал по лестнице к своим ученикам и позволил им, наконец, сесть за парты. Отдышавшись, он извинился за опоздание, и предупредил, что после его урока Невилл, Луна и Гермиона должны будут быстро поужинать, а затем отправляться на стадион, отрабатывать полеты. Затем посмотрел на Рона и сказал:

– С вами, Рональд, оказалось сложнее, но мы все же нашли вам учителя… Правда, он не волшебник…

Подростки с изумлением переводили взгляд с Рона на Дожа, сам же Рон вообще не мог понять, о чем идет речь.

– Профессор Спарк порекомендовал вам поработать над дикцией… Мне удалось найти одного логопеда, но он магл. К счастью, его сын оказался волшебником, он окончил Дамфрис лет восемь или девять назад. В отличие от некоторых маглов, в семье которых оказался волшебник, этот профессор медицины был очень доволен… Он оказывал нам множество услуг, а вот теперь, пригодился и по своей прямой специальности…

Рон покраснел так, что, казалось, сейчас взорвется. Попытавшись что-то сказать, он сумел лишь буркнуть нечто неразборчивое. Гермиона ободряюще похлопала его по плечу, но Рон так дернулся в сторону, что на мгновенье Гарри показалось, что друг сейчас вскочит и выбежит из аудитории.

– Так что на сегодня дополнительных отработок не получили лишь Гарри и Джинни, – как будто не замечая переживаний Рона, продолжил Дож. – Но это только пока… Возможно, к концу занятия у меня самого возникнут вопросы…

– Так это «О» в расписании означает отработки? – спросила Луна. – А мы-то голову ломали, что это за предмет и когда же нам сегодня дадут еще полетать!

– А где тогда находится Сс? – тут же спросила Джинни.

– Сс – это не место для занятий. Вечерняя программа для всех слушателей интенсивных программ включает комплексную работу над собой. «О и Сс» означают Отработки и СамоСовершенствование, – пояснил Дож.

А затем началась интенсивная умственная работа.

«Не знаю, не знаю, может как целитель он и хорош, но как учитель, по-моему, вообще ни на что не годен», – ворчал Рон, который никак не мог понять объяснений Дожа, которые были ничуть не понятнее тех, которыми ректор пичкал подростков вчера вечером. Хоть что-то понимающими выглядели только Луна и Гермиона. Впрочем, первая отвечала на вопросы Дожа так, что окончательно всех запутывала, и довольным выглядел только учитель, которому, возможно, было понятно, о чем она говорит. Гермиона же настолько точно повторяла цепочку рассуждений учителя, что не позволяло оставшимся понять хоть что-нибудь из ее ответов.

– Ну, все, давайте на этом сегодня закончим наше занятие, – наконец сказал Дож. – Теперь быстро на ужин, а затем вы трое отправляетесь на стадион. А вы, Рональд, пойдете к выходу из городка, там вас уже будут ждать. Вы же, – Дож посмотрел на Гарри и Джинни, – отправляйтесь в Трущобу. Как я и думал, нам с вами придется немного позаниматься дополнительно, вряд ли вы вынесли что-то полезное для себя из сегодняшнего занятия…

Ужин прошел относительно весело, все радовались окончанию столь трудного учебного дня. Однако к концу настроение у троих из них начало портиться. В конце концов, недовольного «особым к себе отношением» Рона увели («давай проводим тебя до выхода») Гермиона, Луна и Невилл, которые потом собирались отправиться на стадион. Посидев в пустом, гулком зале после ухода друзей, Гарри и Джинни поняли, что просидеть тут всю ночь они не смогут. Общаться с Дожем им не хотелось: его вообще трудно понять, а уж без Гермионы шансы становились совсем мизерными…

– Ладно, пойдем… Может, он хочет пригласить нас в квиддичную сборную университета, – поднялась, наконец, Джинни. Она первой не выдержала напряженной паузы, возникшей после ухода друзей.

Гарри хмыкнул, но все же поднялся и пошел вслед за девушкой.

Дожа они встретили на центральной аллее: он явно шел в сторону Трущобы и обрадовался, увидев своих подопечных. Расспросив их о первом дне, он с удивлением выслушал о ночном бое с докси. То ли в самом деле не знал об этом, то ли сделал вид, что впервые об этом слышит, – ни Гарри, ни Джинни так и не поняли.

– Извините, мне бы очень хотелось поговорить на отвлеченные темы, но у нас очень мало времени, – с сожалением сказал Дож, как только все трое расселись в кресла около камина. – Я думаю, вы понимаете, что являетесь довольно уникальными людьми… Я имею ввиду ту удивительную связь с Волдемортом, которую…

– Мы не напрашивались, – резко сказал Гарри.

– Я понимаю, понимаю… Это вовсе не ваша вина. Я сказал: это ваша особенность. К сожалению, вы не можете передать ее никому другому… А, значит, находитесь на особом положении…

– Сэр, я понимаю, этот шрам… Но при чем тут Джинни? – снова прервал магистра Гарри.

– Джинни?.. Э-э… Джиневра, милая моя, я думаю, вы понимаете, почему я связываю вас с мистером Поттером?

Джинни ничего не ответила. Гарри увидел, как глаза ее вдруг превратились в две щелочки, сквозь которые она в упор смотрела на Дожа.

– Альбус рассказал мне о том… происшествии, которое случилось с вами на первом году обучения в Хогвартсе… Вы уж простите брюзжание стариков… Но у меня зародились некоторые… соображения касательно вашей возможной… связи с Волдемортом…

– Нет у нее никакой связи с ним! – снова вмешался Гарри. Хотя он сам подозревал о чем-то подобном, но не хотел, чтобы посторонние бередили старые раны его любимой девушки. Пусть оставят ее в покое!

– Я не имею ввиду ничего плохого, поверьте мне… Но Волдеморт… Он втягивает людей… Вспомните хотя бы нашего профессора, которого вам так ловко удалось раскрыть на экзамене!

– Джинни не работает на Волдеморта! И она – не Пожиратель Смерти! – рявкнул Гарри, не обратив внимания на лестное замечание.

– Как и вы, мистер Поттер? – мягко улыбнувшись, спросил Дож.

Гарри ничего не ответил, всем своим видом показывая, что даже предположение, что он может быть Пожирателем – оскорбление.

– Джиневра, детка, не можешь ли ты рассказать, о чем вы беседовали с Волдемортом в тот день, когда твои действия спасли десятки ваших гостей?

Гарри знал, что никому кроме него самого, Джинни об этом не говорила. И правильно делала! Совершенно ни к чему об этом кому-нибудь знать!

– Сэр, я плохо помню то, что тогда случилось, – медленно сказала Джинни. – В тот момент я хотела лишь защитить Га… гостей любым способом… Мне рассказали, что мы взлетели с ним в каком-то шаре, но, наверное, он стер мою память. Я ничего этого не помню.

– Не помнишь? Жаль… Ты бы не хотела попробовать вспомнить? У нас есть средства…

– Не смейте трогать ее! Она и так слишком многое пережила! Вам этого не понять! Как и то, что даже ради вашего Ордена не нужно бередить старые раны!

– Гарри, мальчик мой, успокойся! Я и не думаю нарушать спокойствие мисс Уизли! Просто я предположил, что, возможно, ей самой захочется разобраться в этом…

– Пока нет, сэр. Я… я еще не чувствую себя готовой… Давайте лучше перейдем к тому вопросу, ради которого вы сегодня разогнали всех наших друзей.

– Друзей? Поверьте, я никого не разгонял, это вышло, хот и очень удачно, но совершенно непреднамеренно! Но вы правы, Джиневра, у меня действительно есть к вам разговор… На сегодняшний день очень тревожной для нас является вопрос о безопасности…

– Мы не дети, хватит нас опекать! – снова сорвался Гарри.

– Да, не дети. Но, поверьте, мистер Поттер, я чувствую ответственность за… за вас всех, потому что собравшиеся на этих курсах шесть человек… это не просто обычные наши ученики… В вас во всех есть нечто особенное. То, что объединяет вас. И все время ввергает в опасные ситуации… Вспомните, ведь именно вы шестеро оказались в Министерстве, и именно…

– Мы знаем это и без напоминаний, сэр. И даже обсуждали это, если вам это интересно знать, – сказал Гарри. – Но, думаю, вы делаете слишком далеко идущие выводы из простых совпадений. В мире идет война. А мы – друзья. И то, что мы противостоим в этой войне не поодиночке, а всей… командой, говорит лишь о том, что мы достаточно близки. Кстати, в Норе кроме нас было множество людей, в том числе и школьников…

– Я понимаю, о чем вы хотите сказать, мистер Поттер. А теперь попробуйте выслушать меня… Ваша славная команда, совершенно очевидно, замыкается вокруг вас двоих. И меня не может не волновать вопрос безопасности… Нет-нет! Успокойтесь! Я говорю не о вашей безопасности, а… о безопасности окружающих вас людей! Вы сами можете в любой момент стать опасными!

От неожиданности Гарри замер. Да, он знал, он чувствовал это! Он знал, что опасен для всех окружающих! Только из-за него погибли и его родители, и Седрик, и Сириус, и Дамблдор! Желание убежать подальше, туда, где нет людей, где он никому не сможет причинить вреда, снова накатило на него горячей волной.

– Я не опасна. Гарри – тоже, – твердо сказала Джинни.

– Вы не можете знать этого наверняка, юная леди! Вам дана сила, которой нет ни у кого из известных мне волшебников! Мистер Поттер узнает о планах Волдеморта и умудряется выскользнуть из его лап! Заметьте, не один, и не два раза! Это – не случайность. Это – закономерность. И мы должны с этим считаться!

– Моя мама умерла, чтобы дать мне защиту! – тихо сказал Гарри. – И ее защита оберегала меня все эти годы… И я не вижу, как я могу быть опасным для вас… Беспокоиться следует, скорее Волдеморту…

– Да, да, конечно…

– А я чем опасна? – перебила Дожа Джинни.

– Я бы не хотел говорить о вашей опасности. Ни о вашей, ни о Гарри. Но ведь что-то вас с Волдемортом все же связывает! Ну подумайте, откуда мог взяться этот эффект – Приори Инкантатем? Помните, во время боя с Волдемортом? Насколько я знаю, это весьма и весьма редкое явление. Мистер Поттер сумел добиться его благодаря своей палочке. А вы, мисс Уизли? У вас же не было двойника палочки Волдеморта? Что же такое произошло там, в вашем саду?

– Не важно, что там произошло! Важно, что она спасла всех нас! И, к счастью, не пострадала сама!

– Вы связаны с Волдемортом. И мы не знаем как, – продолжил Дож, не обращая внимания на слова Гарри и по-прежнему обращаясь к Джинни. – Но эта связь очевидна и отрицать ее нельзя. Я не хочу сказать, что вы действуете подобно тем, на кого наложено проклятье Империус. Думаю, ваша связь с Волдемортом носит более глубинный характер. И, возможно, природа этой связи, имеет нечто родственное с той связью, которую имеет с ним Поттер.

– Но… сэр, у меня нет шрама…

– Шрам – это лишь след, отпечаток. Возможность проникать в мысли Волдеморта никак не связана со наличием или отсутствием шрама. Это телепатия. А телепатия является известным, но не до конца объясненным понятием. Если Волдеморт решит обмануть вас, он это сделает. И если раньше он знал только о своей связи с Гарри, то теперь, полагаю, у него есть информация и о вашей с ним связи. Поэтому мне бы хотелось спросить, что знает об этой связи Волдеморт, и что именно о ней не хотите знать вы?

В комнате повисла пауза. Гарри и Джинни сидели, уткнувшись взглядом в собственные колени. Дож ждал.

– Я хочу помочь. Я понимаю, что у вас нет никаких оснований доверять мне, но все же, прошу запомнить: если надумаете что-то сказать, я всегда в вашем распоряжении. Мы постараемся дать вам максимально много за эти две недели. Просто я подумал, что если бы я знал больше, я бы мог скорректировать программу вашего обучения так, чтобы пользы было еще больше…

За окнами послышался смех. Гермиона, Рон и Невилл возвращались с тренировки. В гостиной воцарилось молчание, которое так никто и не прервал до тех пор, пока в комнату не ввалилась раскрасневшаяся троица.

– О, профессор Дож! – радостно сказала Гермиона. – А мы ломали голову, кому бы тут можно было задать вопрос! Мы так и не узнали, как зовут нашего преподавателя по Теории Боя!

– По Теории Боя? Ее зовут Магдаленой Френвоу…

– ЕЁ? – стон удивления вырвался сразу из нескольких глоток.

– Ну да. Должен заметить, что она редко соглашается преподавать у нас, но на этот раз уделила нам часть своего отпуска…

– Но, сэр! Занятия у нас вел… мужчина! – возмутилась Гермиона. – И он не представился!

– Он? Мужчи… В каком смысле мужчина?

– В самом прямом! По крайней мере, нам так показалось, – сообщила Луна.

– Не может быть! Магду нельзя спутать с мужчиной, – Дож озадаченно обежал взглядом всех подростков. Но их удивленные лица показали, что это не розыгрыш. – Э-э… Позвольте, друзья, я постараюсь выяснить этот вопрос… Я еще забегу к вам попозже… О, добрый вечер, мадам Помфри! Пришли проведать своих подопечных?

В гостиную и в самом деле вошла хогвартская целительница. Сухо кивнув ректору, она дождалась, когда тот выйдет из комнаты и повернулась к стоявшим посреди комнаты друзьям.

– Ну-с, как ваше здоровье? Почему вы не зашли ко мне после занятий? И, погодите, вас же должно быть шестеро! Куда делся еще один мой пациент?

Глава 51. Ночь ужасов

Рон так и не вернулся со своего «урока».

Мадам Помфри закончила обследование и лечение пятерых «пациентов», самыми тяжкими ранами которых были несколько синяков и шишек у Луны и Гарри, да ноющие мышцы у Гермионы и Невилла. У Джинни жалоб никаких не было, да и беглое сканирование ее состояния, проведенное целительницей с помощью легкого взмаха палочкой, тоже не выявило никаких проблем.

– Натритесь этой мазью перед сном, – сказала мадам Помфри, выдав Невиллу и Гермионе по маленькой баночке. – Смазать нужно не только руки и ноги, но, также, спину, плечи и живот. Иначе завтра вы не то что на метлу, даже на стул спокойно не сядите!

Она уже выходила из домика, когда навстречу ей прибежал запыхавшийся Дож.

– Ма-ма-мадам Помфри, дорогая, пожалуйста, не уходите, – пропыхтел он и, подхватив ее под руку, втащил в дом. – Случилось… Случилось нечто неординарное, – чуть не крича, объявил он, обращаясь к подросткам. – Ваш друг, мистер Рональд Уизли исчез. Равно как и ваша преподавательница, Магдалена Френвоу! Я… Мы сейчас организовали поиск… Очень, очень настоятельно прошу всех вас не покидать этот дом! Вас, дорогая мадам Помфри, я попрошу побыть с детьми…

– Мы не дети! И пропал наш друг! Мы должны отправиться на его поиски! – перебил его Гарри.

– Да, это мой брат! Вы не имеете права задерживать нас тут! – поддержала его Джинни.

– Магистр, а они правы, вам так не кажется? – кисло улыбнулась Луна.

– Бунт? Я не потерплю бунта! – рявкнул Дож. И ребята впервые почувствовали в его голосе такую мощь, что желание возражать у них тут же пропало. – Сейчас вы находитесь под покровительством университета. И не сделаете отсюда ни шага. У меня нет времени вступать в полемику, каждая минута на счету!

С этими словами Дож вылетел из комнаты. Уже находясь на улице, он что-то крикнул, но никто из подростков не разобрал, что именно.

– Он запечатал дом, – философски вздохнув, сказала мадам Помфри. – Так что и мне теперь отсюда не выбраться. Если я вас стесняю, то могу уйти в какую-нибудь другую комнату…

Гермиона проводила целительницу наверх, в комнату для занятий, и быстро вернулась назад.

– Нужно что-то делать, нельзя тут сидеть! – донеслись до нее слова Гарри.

– Гарри, успокойся, Дож сделает все, что нужно, – сказала она.

– Нет, не сделает! Я ему не верю!

– Но почему?

– Потому! Не знаю, не нравится он мне!

– Да, ты все время на него кричишь, – ни к кому не обращаясь, констатировала Луна.

– Кричу?.. Он… Он… Он говорит как Волдеморт! – голос Гарри сорвался и, прежде чем продолжить, пришлось кашлянуть. – Да! Нормальные люди так не говорят! Вы послушайте его: «я», да «я» все время! Не «мне» или «нам»… Одно «я». И Волдеморт такой же… Он же ни о ком, кроме себя не думает!

– Ну, я бы не была столь категоричной, – снова произнесла Луна куда-то в потолок.

– А тебя с ним что-то связывает? Вы же давно знакомы? – ехидно спросила Джинни.

– Связывает? Папа. Они давние друзья… И с мамой тоже он дружил.

– Да не о том мы говорим! Нужно что-то делать! Рон пропал! Его спасать надо! – взорвался Гарри.

– Да погоди ты, «спасать, спасать». Может быть его похитили, чтобы выманить тебя? – сказала Гермиона.

– Выманить? Значит я выманюсь! Потому что я не могу бросить друга в беде!

– Как Сириуса, – тихо сказала Гермиона.

– Прекрати! – набросилась на нее Джинни. – С Роном действительно что-то произошло. И мы должны помочь ему! Должны спасти его!

– Думаю, на нашем месте, он поступил так же, – робко сказал Невилл.

Гермиона обвела друзей грустным взглядом. Все кроме нее были настроены на действия.

– И что вы предлагаете?.. Ой, что это?

Она посмотрела на распахнутую дверь, ведущую в холл.

– Где?

– Кажется, у вас в спальне погас свет…

– Ерунда. Надо попробовать выбраться отсюда, – сказал Гарри, доставая что-то из кармана. – И я знаю как!