Текст книги "Гарри Поттер и Кольцо Согласия (СИ)"

Автор книги: Юнта Вереск

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 63 страниц)

– Седьмого августа, – подсказала Гермиона, а Гарри не понял, задал ли он вопрос вслух, или девушка в очередной раз прочитала его мысли. – У нас с Роном этот день уже позади, а вам с Невиллом еще предстоит. Если честно, то на твоем месте, я бы пошла сдавать аппарирование только после совершеннолетия. Хотя у тебя, вроде, и сейчас получается…

– А какие поступки были у вас после совершеннолетия? Вы-то пытались как-нибудь свою судьбу… скорректировать?

– А как же! – воскликнула Гермиона.

Рон внезапно покраснел, вспомнив о заколдованных конфетах Ромилды Вейн.

– Рон, ты же отравился в кабинете Слагхорна в свой день рождения, это было за неделю до совершеннолетия! – выпалила Гермиона.

Гарри понял, что она читает мысли, причем не только его, но и Рона тоже!

– Гарри, сколько раз тебе говорить! Никто не может читать мысли, если ты этого не захочешь! – взорвалась Гермиона. – «Прочитать» мысль можно только если она на поверхности и вербализирована, либо если она существует в виде четко опознаваемого образа или чувства! Когда ты волнуешься, ты вербализуешь мысль, ну, словно произносишь ее вслух, поэтому услышать ее может любой мало-мальски знакомый с легименцией волшебник.

– И что делать? – спросил взволновавшийся вдруг Рон.

– Делать? Не нужно мыслить образами, не нужно облекать мысль в слова. Она должна быть быстрой и стремительной, перескакивать от одного образа к другому, не зацикливаться ни на одном событии… Это азы окклюменции. Гарри бы мог рассказать тебе об этом лучше, он ведь тоже занимался…

– С кем я занимался! Со Снейпом! В первый раз слышу всю эту теорию! – взорвался Гарри. – Этот урод только и делал, что лез в мои воспоминания, не объясняя, как я могу защититься!

– Когда мы вернемся в Юлу, я дам тебе почитать «Основы легименции», для этого тебе никакой Снейп не нужен. А потом мы сможем позаниматься!

– Я тоже почитаю, – сказал Рон, обиженный, что девушка обращается лишь к одному Гарри.

– Ну конечно, Рон, я не собиралась от тебя этого скрывать, просто для Гарри это сейчас гораздо важнее. У него же страшный противник, сильный легимент!

– Давайте выбираться отсюда, поговорить можно будет и дома, – устало предложил Гарри, поняв, что друзья сейчас снова сцепятся в бесконечном споре. Выслушивать их у него не было сил.

Гермиона заметалась по гостиной, собирая вещи и наводя порядок. Рон помог ей водрузить на место шторы и кое-как расставил поваленные во время борьбы двух эльфов кресла и столики. Оглянулся на рассыпавшиеся по полу пирожные, даже наклонился, чтобы подобрать одно из них, но девушка резко окликнула его и он, сразу выпрямился, вытирая руки о полы мантии.

– Кабинет Директора!

Через секунду Гарри уже выходил из камина в такой знакомой круглой комнате. Первые лучи солнца только что проникли через многочисленные окна, выхватывая отдельные детали, оставляя другие в глубокой тени. Гарри слышал, как вслед за ним в комнату влетели его друзья, но даже не оглянулся. Он в нерешительности стоял посреди комнаты, вглядываясь в портрет умиротворенно посапывающего во сне Дамблдора. Подойти или нет? Захочет ли его бывший наставник поговорить?

– Я слышал, ты решил принять наследство моего беспечного пра-пра-правнука? – раздался знакомый голос слева.

– Между прочим, я тоже ваш пра-пра… Вы об этом не знали? – раздраженно ответил Гарри, которому сейчас совсем не хотелось вступать в беседы со своим дальним предком.

– Ну как же, конечно знал, – вздохнул Феанис Найджелус Блек. – Даже страшно подумать, до чего докатились дети великого рода! Впрочем, я не тебя имею ввиду. Ты в мире живых, вроде бы герой? Избранный? Жаль, что не Блек. Хотя… Мои внуки попадают в Гриффиндор! Наверное, мне придется с этим смириться, но от самой мысли…

– Я ведь не первый гриффиндорец среди ваших потомков? – с вызовом спросил Гарри, вспомнив Сириуса.

– О, нет конечно, не первый… Но, к сожалению, самый известный…

– Гарри, мы так и будем здесь стоять? Нам пора! – окликнул друга Рон, который чувствовал себя в этом торжественном кабинете не в своей тарелке.

Да, пожалуй, нужно уходить. Гарри не мог понять, почему у него никак не хватает сил подойти к портрету Дамблдора и заговорить с ним. Потому что не было вопросов к бывшему директору? Нет, они были. Недоставало решительности? Ее, вроде, было не занимать… «Скорее всего, я просто боюсь, того, что портрет заговорит», подумал Гарри и честно признался сам себе: это будет окончательным подтверждением того, что Дамблдор мертв. А пока где-то в самых дальних уголках души оставалась надежда: может быть великий волшебник все-таки жив, а его смерть и похороны – лишь ловко разыгранный спектакль?

Тяжело вздохнув, Гарри повернулся к камину.

– В дом Альберфольда?

Увидев, как друзья кивнули ему, он сделал приглашающее движение рукой: давайте! Рон, оглянувшись на Гермиону, бросил щепотку летучего пороха в огонь, протянул коробку с остатками Гермионе и шагнул в огонь. За ним последовала Гермиона. Гарри мгновенье помедлил, повернул голову и посмотрел на портрет Дамблдора. Волшебник на портрете продолжал спать. Тогда Гарри бросил порох в огонь и шагнул в камин, в последний раз обернувшись.

Движение вверх уже началось, его уносило в темноту, но мальчик не замечал, как летит через бесконечный тоннель, потому что ему показалось, что перед тем, как его втянуло в бесконечную трубу каминной сети, Дамблдор на портрете открыл глаза и подмигнул ему. Он верил и не верил себе, всей душей стремясь вернуться назад. Поэтому когда он вывалился из огня, ему хотелось одного – тут же развернуться и отправится в кабинет директора.

– Экспелиармус!

Палочка выскочила из кармана Гарри и отлетела в сторону. Все еще стоя на четвереньках, он поднял голову. Перед ним, криво улыбаясь, стоял Драко Малфой.

Стрельнув глазами по сторонам, Гарри увидел, что Рон лежит у стены на спине и не шевелится, а Гермиона сидит на каком-то топчане, наклонившись над лежащим на нем человеком. Впрочем, обзор занял лишь долю секунды, затем Гарри снова повернулся к Малфою.

За тот месяц, что Гарри не видел Драко, тот побледнел, осунулся и… повзрослел. Щеки на его прежде лоснящемся лице ввалились, кожа казалась блеклой и серой, в глазах угадывалась затаенная боль. Он стоял, по-прежнему криво улыбаясь и вертя в пальцах сразу три палочки. Из одной из них, видимо, его собственной, во все стороны сыпались серебряные искры, но он не обращал на это внимания. Гарри стрельнул глазами в другую сторону и увидел, что его собственная палочка, вылетев из кармана, ударилась об стену и теперь лежит на полу, футах в пяти. «Надо бы дотянуться», подумал он, но Малфой уже двинулся по направлению к ней. Тогда Гарри, не поднимаясь до конца на ноги, устремился прямо на врага. Сзади вскрикнула Гермиона. В следующее мгновенье голова Гарри ударилась в живот Драко, который, взмахнув сразу тремя палочками, завопил:

– Перфитикус Тоталус!

Однажды это заклинание у него уже хорошо сработало – в поезде, когда он оставил истекающего кровью Гарри лежать на полу в купе. Но в этот раз рука дернулась вверх, заклинания от всех трех палочек ушли в потолок, а Гарри уже вцепился в него руками, пытаясь повалить на пол. Инерция толчка была слишком большой, а Малфой слишком сконцентрировался на заклинании, поэтому не удержался на ногах и рухнул на спину, увлекая за собой Гарри. Палочки выпали из руки и с грохотом покатились по деревянному полу в одну сторону, а комок из двух сцепившихся подростков – в другую. Пожалуй, рычания, хруста и стонов хватило бы на пять пар Добби и Кричеров, но в этой комнате мебели почти не было, поэтому яростная схватка закончилась как только парни врезались в стену. Гарри по-прежнему обнимал Драко вокруг талии, тот же вцепился ему в волосы, словно желая оторвать голову.

– Импедимента!

Гарри почувствовал, как Малфой вырывается у него из рук и одновременно отцепляется от его волос. С трудом повернув голову, он увидел, что там, где они сцепились с Драко, теперь стоит Гермиона с одной палочкой в правой руке и тремя – в левой. Стремительно откатившись от дезориентированного врага, он кинулся к девушке, которая уже протягивала ему его палочку. Малфой увидел это и кинулся вслед за Гарри.

– Таранталлегра! – взвизгнула Гермиона.

Запнувшись о собственные ноги, Драко растянулся посреди комнаты, судорожно дергая ногами в неведомом танце. Гарри схватил свою палочку и, наконец, обездвижил врага. После чего перевел дух и огляделся.

Темная, мрачная комната освещалась в основном огнем камина. Высокие, но очень узкие витражные окна почти не пропускали света. Возле двери стояло кресло, в нише за камином притулился тот самый топчан, который он заметил в самом начале. Больше мебели в комнате не было. Гарри подошел к по-прежнему лежащему на полу Рону, над которым уже склонилась Гермиона, и только теперь понял, что тот не ранен, а просто обездвижен. Сняв проклятие, Гарри помог другу подняться на ноги. И лишь после этого повернулся к топчану.

На нем лежала… МакГонагалл. Глаза ее были закрыты, казалось, что она не дышит. Подойдя к ней, Гарри наклонился и потрогал руку. Рука была ледяной.

– Она жива, – раздался сзади голос Гермионы. – Только ей очень досталось, хорошо бы поскорее переправить ее в госпиталь святого Мунго…

– А где мы?

– Не знаю, Гарри. Да и не важно это, давай побыстрее отсюда уберемся, мне здесь не нравится!

Голос девушки дрожал от волнения и страха. Гарри повернулся и увидел, что Рон пытается собрать с полу летучий порох, который Гарри рассыпал, выпав из камина.

– Давайте попробуем ее поднять, – предложил Гарри.

Рон поднялся и протянул друзьям коробку. Те взяли по щепотке пороха. Гарри с Роном подняли директрису на руки. Гермиона первой шагнула к камину, за ней шли парни, поддерживающие бесчувственную МакГонагалл.

– Этого возьмем? – Гарри кивнул на лежащего посреди комнаты Драко.

– Угу, давай, помогу тебе подхватить МакГонагалл, а потом прихвачу его, – ответил Рон.

– Хогвартс, кабинет директора! – крикнула Гермиона и шагнула в огонь.

Из камина посыпались зеленые искры, девушку закрутило и понесло вверх…

Через секунду она выпала обратно, налетев на уже входящих в огонь Гарри в обнимку с МакГонагалл, которую сзади придерживал Рон. Все четверо не удержались на ногах и рухнули на пол.

Кое-как поднявшись, они перенесли так и не пришедшую в сознание МакГонагалл на тахту.

– Жаль у нас нет второго хор… Сами–Знаете–Чего, чтобы взорвать этот чертов камин! – в сердцах выругался Рон. – Может попробуем этим протолкнуть?

Он кивнул на лежащего Малфоя. Несмотря на обездвиженность, тот все видел и слышал. В глазах его застыл ужас.

Глава 40. Проверка Беллатрикс

Внезапно дверь распахнулась. Обернувшиеся на шум Гарри, Рон и Гермиона увидели появившуюся на пороге Беллатрикс Лейстрендж, которая явно не ожидала увидеть здесь такую компанию. Гарри выхватил свою палочку, но сделать ничего не успел. По его телу вдруг хлестанула чудовищная волна боли: Пожирательница, видимо, полоснула по ним беспалочковым невербальным заклинанием. Он услышал, как сзади закричала Гермиона. В следующую секунду в руках Беллатрикс появилась волшебная палочка. Один взмах, и из рук Гарри, Рона и Гермионы вылетели их палочки и, перелетев через всю комнату, оказались в левой руке Беллатрикс.

– О, какие деточки к нам пожаловали! – своим резким, высоким голосом сказала она.

– Ты говоришь как людоед, – превозмогая боль, выдавил из себя Гарри.

– Что вы сделали с этим идиотом? – не ответив ему, сказала Беллатрикс, тыча палочкой в лежащего посреди комнаты Малфоя и снимая с него заклятье. – Я же говорила Темному Лорду, что ему нельзя доверить не то что охрану, а даже переноску ночного горшка.

– Заткнись, – прошипел Драко, тяжело поднимаясь на ноги.

– Круцио!

Малфой закричал и снова упал на колени. Беллатрикс сразу же отвела свою палочку.

– Я научу тебя разговаривать со мной, как подобает, племянничек, – промурлыкала она, прицеливаясь палочкой в разные части тела Драко. – Ты послал сообщение?

Снова поднявшийся на ноги Малфой что-то неразборчиво буркнул.

– Нет? Я так и думала…

Беллатрикс презрительно пожала плечами и повернулась к двери. В следующее мгновение ноги ее вдруг резко взлетели вверх и она взмыла в воздух, безостановочно ругаясь.

Гарри оглянулся. Рон стоял с нацеленной вперед палочкой, сам не веря, что у него получилось!

– По-полукровка, – промямлил он, не сводя взгляда с висящей в воздухе Беллатрикс.

Рон воспользовался невербальным заклинанием Принца-Полукровки. Обезоружив троих друзей, Беллатрикс не сообразила, что у Драко Малфоя могли отобрать палочку. Гермиона, растерявшись при неожиданном появлении Пожирательницы, сообразила, все же, осторожно передать ее стоящему за спиной Гарри Рону.

Со стороны камина послышался шум и Гарри, уже шагнувший, чтобы взять у Рона палочку, обернулся.

В снопе зеленых искр из камина выскочила фигура в черном. Ловко приземлившись на ноги, человек поднял голову и Гарри с ужасом и ненавистью узнал в нем своего бывшего учителя, Снейпа.

– Экспелиармус! – выкрикнул Рон, но Снейп легким движением отвел заклинание. В следующую секунду все трое друзей отлетели назад, как будто великан смахнул их одним взмахом дубинки.

Палочка Драко вырвалась из руки Рона и с легким стуком покатилась по полу. Гарри, ударившись об стену спиной, и еще не восстановив дыхания, тут же ринулся за ней, но был снова отброшен. В следующую секунду толстые веревки опутали и его, и Рона с Гермионой.

Снейп лениво прошелся по комнате, мельком взглянул на по-прежнему стоявшего посреди комнаты Драко, затем остановился перед висящей под потолком женщиной.

– В таком виде, Белла, ты, пожалуй, нравишься мне куда больше, чем обычно, – с неподражаемым сарказмом произнес он.

В ответ Беллатрикс злобно выругалась.

– На твоем месте, Беллатрикс, я бы был осторожнее в выражениях. Здесь, по-моему, нет никого, кроме меня, кто бы мог вернуть тебя на грешную землю…

От злости Белла с силой швырнула в Снейпа стопку палочек, зажатых у нее в руке. Палочки упали ему на плечи и свалились на пол.

– Когда ты злишься, ты становишься еще привлекательней, – ухмыльнулся Снейп и, обойдя висящую в воздухе фигуру, уселся в единственное кресло. – Драко, что здесь произошло?

Драко сбивчиво начал что-то объяснять, но его голос заглушали вопли Беллатрикс. Наконец, это надоело Снейпу, и он ленивым жестом освободил женщину от заклинания. В воздухе мелькнула яркая вспышка. Все еще продолжая вопить, Пожирательница упала на пол, едва успев выставить руки, чтобы защитить голову. Тяжело дыша, она поднялась на ноги и, бросив на Снейпа тяжелый взгляд, без единого слова вышла, хлопнув за собой дверью.

– Ты начал что-то рассказывать, Драко, но я не расслышал. Твоя тетушка порой бывает слишком эмоциональна…

Драко начал бормотать что-то. Троим друзьям, находящимся в другом конце комнаты было почти ничего не слышно.

Внезапно в камине снова послышался шорох. Драко замолчал и обернулся. Огромная вспышка зеленого пламени полыхнула по комнате, на мгновенье ослепив всех присутствующих, затем из камина шагнула высокая горделивая фигура.

– Северус, Драко? – произнес надтреснутый голос.

Шрам Гарри горел огнем, но, стянутый в кокон из веревок, он не смог даже поднести руки к лицу. Боль исчезла так же внезапно, как возникла. В уголках глаз юноши появились слезы, которые он, слабо двинув головой, попытался стряхнуть.

Лорд Волдеморт повернулся, обводя взглядом комнату и вдруг замер, увидев Гарри. Красные глаза его полыхнули огнем, радость перекосила черты лица, сделав их еще уродливее.

– Превосходно! Мой план сработал, – сказал он, кривя тонкие губы в улыбке. Затем посмотрел на лежащую МакГонагалл, мельком взглянул на Рона и Гермиону. – Поттер, ты, я вижу, никак не можешь обойтись без компании. Вечно притаскиваешь с собой кого-нибудь. Я рад сообщить тебе, что и эти твои спутники умрут у тебя на глазах… Впрочем, это подождет, у нас еще есть время…

Волна раскаянья захлестнула Гарри. Опять он будет виноват в смерти людей! Друзей! Сначала родители отдали за него свои жизни, затем Седрик пострадал из-за его тупого самодовольства, Сириус погиб, пытаясь вытащить его из ловушки в Министерстве, Дамблдор поплатился жизнью за попытку защитить его…

Волдеморт пристально вгляделся в лицо юноши и внезапно расхохотался. Гарри понял, что тот прочитал его мысли. Нет! Нельзя позволять врагу вот так вот легко копаться в своих мыслях и чувствах! Что там Гермиона говорила? Мысли должны метаться, не нужно им давать зацикливаться на одном, не нужно их вербализировать… Гарри попытался представить себе дом Дурслей, затем квиддичный матч, затем залитого кровью Драко, лежащего на полу в туалете… Волдеморт скривил губы, поняв его замысел, и неторопливо отвернулся.

Легкое движение руки – палочки, лежавшие на полу, взмыли в воздух и покорно упали в руку темного мага. Дверь распахнулась и на пороге снова показалась Беллатрикс.

– О, Темный Лорд! Как я счастлива, что вы смогли так быстро прибыть! Вы уже видели мой подарок? – она небрежно махнула рукой в сторону связанных по рукам и ногам подростков.

– Да, хороший у тебя вышел подарок… Если бы великий Лорд прибыл несколькими минутами раньше, он был бы еще больше рад, – пробормотал Снейп.

– Спасибо, Белла, – кивнул Волдеморт своей сподвижнице, взглянув ей в глаза. – Мне жаль, что я пропустил такое представление! Северус, благодарю, что прибыл вовремя… Ты всегда умеешь приходить вовремя…

– Не верьте, не верьте ему, мой Лорд! – вскричала Беллатрикс. – Он скользкий как змея! Я уверена, что он замышляет недоброе!

– Ты никак не успокоишься, Белла? Даже после того, как я спас твоего племянника? – с сарказмом сказал Снейп.

– Лучше бы ты дал сделать ему свое дело! Теперь это просто ни на что не пригодная тряпка! – Беллатрикс брезгливо махнула рукой в сторону побелевшего от унижения Драко.

Волдеморт с видимым удовольствием наблюдал за перепалкой своих слуг. И, похоже, они тоже сознавали, что это представление нравится хозяину.

– Не думаю, что именно так ты называешь его в разговорах с Нарциссой, – равнодушно сказал Снейп.

– Я не разговариваю с Цисси, – взвизгнула Беллатрикс. – И ты это знаешь!

– Я? Знаю? Откуда же? Меня не было здесь целый месяц…

– Бедняжка! Верный песик Дамблдора зализывал ранки после смерти своего хозяйчика!

– Это не твое дело, Белла, – спокойно ответил бывший учитель, но было заметно, что его этот разговор начинает раздражать.

– Не мое? Не мое? Как ты смеешь! Я самая преданная слуга великого Лорда, я слежу за каждым шагом каждого, кто приближается к нему!

– За мной, я полагаю, тоже? – ухмыльнулся Снейп. – Ну и где же я был этот месяц, ищейка ты моя?

– Где? Где? Я понятия не имею, где ты шлялся! И поэтому теперь еще больше подозреваю тебя в предательстве!

– Это твое дело.

– Мое? Да, это мое дело! Потому что мне говорит сердце! А его не обманешь!

Гарри вдруг показалось, что Снейп не случайно продолжает этот неприятный разговор. Эта мысль его настолько поразила, что он пропустил несколько реплик и лишь знакомое имя заставило его снова прислушаться к разговору.

– Я убила своего родственника! Этого презренного гриффиндорского прихвостня, Сириуса Блэка!

– О, это было не только легко, но и приятно, не так ли, Беллатрикс?

– Приятно? При… Что ты имеешь ввиду, Снейп?

– Как приятно послужить Темному Лорду, если при этом можно решить собственные проблемы?

– Какие проблемы, о чем ты говоришь, Северус? – в голосе женщины внезапно зазвучал страх.

– Ты же хотела получить наследство? Не так ли? Но у тебя ничего не вышло, дом достался присутствующему здесь подростку, – Снейп явно наслаждался ситуацией. – Но ты знаешь, Беллатрикс, что он не может погибнуть до своего совершеннолетия. А после этого он вступит в права наследования. И если у него есть капля мозгов, в чем я лично сомневаюсь, то он уже написал завещание! И в нем вряд ли упомянуто твое имя!

Лицо Беллатрикс внезапно исказилось гримасой, словно его свело судорогой. Несколько раз она жадно хватанула ртом воздух, затем прохрипела что-то невнятное. Снейп расхохотался.

– У тебя есть лишь один шанс вернуть дом, Беллатрикс! – сказал он, веселясь. – Попробуй понравиться Поттеру настолько, чтобы он добровольно захотел оставить его тебе! Не забудь, что все завещания проверяются и обман не пройдет!

– Кто бы говорил об обмане, – выдавила из себя женщина, устремив на Снейпа взгляд, полный ненависти. – Для тебя он столь же естественен, как дыхание! Наверное поэтому ты во всех остальных ищешь подлянку.

– В самом деле? – поднял бровь Снейп, продолжая кривить губы в ухмылке. – Для меня обман так же естественен, как дыхание? Нет, я обманываю только тогда, когда мне это нужно. Я не трачу лишних сил… Поттер, хоть и был любимчиком Дамблдора, это хорошо знает, я был с ним вполне искренним. Не правда ли, Поттер?

Ирония в голосе бывшего учителя всколыхнула такую ненависть, что Гарри едва не задохнулся. Волдеморт, молча наблюдающий эту картину, глухо хохотнул.

– Не верю! – выдохнула Беллатрикс. – Ни одному слову не верю! Ты обманывал Поттера, чтобы поддержать свою репутацию! Ты патологический лжец, Снейп!

– Нет, Беллатрикс, я очень искренний человек. И стараюсь по возможности обходиться без лжи. Запомни: обман требует слишком больших усилий, правда же естественна…

– Почему тогда тебе верил Дамблдор? – снова взвизгнула женщина.

– Потому что я сумел ему понравиться, – холодно произнес Снейп. – И мне не верил Поттер, потому что нравиться ему было бессмысленно…

Волна яростной ненависти внезапно взорвалась в сознании Гарри. Без палочки он мог сделать лишь одно: задушить ненавистного учителя своими руками. Вцепиться в него и душить, трясти, рвать, топтать…

Снейп внезапно покачнулся и схватился за горло. Медленно повернувшись, он посмотрел в лицо Гарри и мальчику показалось, что в глазах его мелькнула какая-то искра. Удивления? Уважения?

Волдеморта заинтересовала эта немая дуэль. Он пристально посмотрел в глаза мальчика, но тот отвел взгляд. Повернулся к Снейпу, который взглянул на него широко открытыми глазами. Волдеморт кивнул.

– Северус, Беллатрикс не успокоится. Покажи, как ты умеешь лгать и как ты можешь быть искренним… Можешь попрактиковаться на этих, – Волдеморт небрежным кивком указал на Рона и Гермиону. – А заодно проверим проницательность Беллы…

Снейп низко поклонился, принимая задание. Выпрямившись, он окинул стоящих у стены подростков, и задумался. Затем поднял глаза и пристально посмотрел на Гермиону, Рона и Гарри.

– Один из вас… Я не имею ввиду тебя, Поттер… Один из вас сможет выйти отсюда, – медленно начал Снейп, глядя перед собой, словно в комнате никого не было. – Уйти, когда все кончится. Чтобы рассказать о том, что здесь произошло. Поведать о величии Темного Лорда. Донести весть о радостном событии, воцарении мира в волшебном мире, основанном на полной победе Лорда Волдеморта, которому уже никто и ничто не сможет угрожать… Это первое. Теперь второе. Пользуясь случаем, любезно предоставленным мне величайшим из магов, – Снейп на мгновенье склонил голову в сторону Волдеморта. – Я, Северус Снейп, приглашаю вас четверых посетить мою хибару, мой дом, в котором вас будет ждать… в котором вас будут ждать совершенно неожиданные сюрпризы.

Снейп внезапно замолчал. Гарри увидел, как по лицу Волдеморта скользнула тень удивления. Беллатрикс стояла в напряженной позе, словно вслушиваясь в слова, хотя в комнате уже царила полная тишина, нарушаемая лишь легким потрескиванием огня в камине.

– Я сделал им два приглашения, – сказал Снейп совершенно будничным тоном, поворачиваясь лицом к Волдеморту и Беллатрикс. – Одно из них ложное, одно настоящее. Вы можете оценить степень моей искренности.

Он приклонил голову сначала в сторону Волдеморта, затем в сторону Беллатрикс. Потом глубоко вздохнул и посмотрел в глаза грозного волшебника, который, мимолетно взглянув на него, кивнул и перевел взгляд на Беллатрикс. Снейп повторил процедуру, но уже пристально вглядываясь в глаза женщины. Та уставилась на него, затаив дыхание, а через несколько секунд сказала:

– Великий Лорд, я вижу предательство! Приглашение в дом было настоящим!

Волдеморт удивленно посмотрел на нее, затем подошел и посмотрел в глаза Рона, а затем Гермионы. Удовлетворенно кивнув, он обратился к Снейпу:

– Северус, докажи свою преданность! Думаю, мальчик подойдет лучше. Мы немного потеряем, если Белла окажется права!

Снейп ухмыльнулся, взглянув на Беллатрикс, затем повернулся к подросткам и, повторяя движения Волдеморта, по очереди просмотрел в глаза своих бывших учеников.

– Вы как всегда правы, мой Лорд, – новый поклон в сторону Волдеморта. Затем Снейп отошел на несколько шагов от связанных подростков и обратился к ним: – Вы, наверное, не знаете, что усилиями Лорда Волдеморта и преданных ему людей, была создана независимая от Министерства каминная сеть. Она соединяет замок Лорда с домами самых преданных ему слуг. Нашу сеть можно подключить к официальной в одностороннем порядке, в чем вы уже могли убедиться. Да и защищена она лучше, чем официальная. В частности, ею можно пользоваться лишь с любезного приглашения хозяина дома, и никак иначе. Единственное исключение составляет Темный Лорд, которому в любое время открыт камин каждого из нас…

– Не тяни дракона за хвост, Северус, – крикнула Беллатрикс. – Тебе не удастся доказать свою правоту, сколько бы тут ни произносил речей!

– Я пригласил всех вас в свой дом, – продолжил Снейп, не обращая внимания на ее слова. – А это значит, что любой из вас может сейчас воспользоваться камином и попасть ко мне домой. Если вы не забыли, то до этого я пригласил одного из вас совершить героический поступок и выжить там, где другие погибнут. Платой за спасение должно быть тщательнейшее наблюдение за агонией и смертью остальных, а впоследствии точный рассказ об этом любому желающему за пределами этого замка. Я следил за вашими реакциями. Поттер не поверил ни одному из моих приглашений. Как я и подозревал, он достаточно глуп, чтобы понять данное мне Величайшим волшебником задание. Алчность и предательство, такие милые и полезные черты характера, свойственные Рональду Уизли, в полной мере пробудились в нем во время моего рассказа. Конечно же, он не поверил мне…

– Это мы видим без тебя, Снейп! – снова крикнула Беллатрикс.

– …когда я сказал, что приглашаю всех к себе домой, – продолжал говорить Снейп, не обращая внимания на вопли. – Он понял, что такого просто не может быть, поэтому его жалкая душонка ухватилась лишь за первую возможность. А именно: спастись любой ценой!

– Ты лжешь! – слабым голосом проговорил покрасневший до корней волос Рон. – Это неправда!

– Тогда как мисс всезнайка, набитая как тряпичная кукла опилками идиотскими представлениями о благородстве, восприняла мое первое предложение в штыки, а второе – как величайший подарок, который я по-прежнему делаю им, словно до сих пор еще являюсь учителем…

– Вы не сможете не быть учителем, профессор, – тихим от ужаса голосом сказала Гермиона, глядя в глаза Снейпа.

Волдеморт расхохотался. Его булькающий хохот прозвучал столь громко и столь неожиданно, что все находящиеся в комнате вздрогнули. Внезапно раздался еще один звук. Волдеморт прекратил смеяться так же неожиданно, как начал, а все остальные повернули головы в направлении Драко: забытый всеми подросток подобострастно подхватил смех своего хозяина. Когда все посмотрели на него, он попытался остановиться, но рвущийся из его груди хохот не прекращался, становясь все громче.

– Прекрати истерику, болван! – рявкнула Беллатрикс, наводя на него палочку. – Круцио!

Смех внезапно перешел в дикий визг. Малфой упал и покатился по полу. Женщина уже давно убрала палочку, а мальчик продолжал подвывать, прижав руки к животу и перекатываясь то в одну, то в другую сторону. Снейп вынул из кармана маленький коробок, направил на него свою волшебную палочку и через секунду у него на ладони уже стояла обитая кожей шкатулка. Открыв ее, учитель зельеварения достал маленький стаканчик, плеснул в него из какого-то пузырька, разбавил водой и, схватив Драко за шкирку, влил ему в рот. Визг прекратился. Малфой полежал еще несколько секунд, затем начал медленно подниматься, ни на кого не глядя.

– Иди, приведи себя в порядок, Драко, – сказал Снейп.

– А потом возвращайся сюда, – рявкнула Беллатрикс, пропуская мальчика к двери.

По-прежнему ни на кого не глядя, Малфой прошел мимо нее и вышел из комнаты. Снейп снова повернулся к плененным подросткам. Взмахнул палочкой и с Рона упали все стягивающие его веревки. От долгого стояния в плотно стягивающих путах, тело мальчика затекло, поэтому когда веревки исчезли, он покачнулся, попытался сделать шаг, но не смог и бессильно осел на пол.

– Не кривляйся! – брезгливо поморщившись, сказала Беллатрикс.

Снейп жестом приказал Рону подняться. Тот, посмотрев на него изподлобья, немного приподнялся и снова упал, упираясь руками в пол. Скептически поджав губы, Снейп бросил взгляд на Волдеморта. В этот момент Рон внезапно вскочил и бросился к Снейпу. Ухватившись двумя руками за его волшебную палочку, он резко рванул ее на себя и отлетел назад, с добычей в руках. Но воспользоваться ею не успел: Беллатрикс проревев какое-то заклятие, свалила его с ног. Рон упал на спину и остался лежать, без движения. Гарри в ужасе вглядывался в его лицо, но видел лишь глаза, немигающе уставившиеся в потолок. Снейп подошел и поднял свою палочку.

– Что ты с ним сделала? – грубо спросил Гарри, посмотрев на Беллатрикс.

– У-тю-тю, деточка разволновалась, – радостно оскалилась женщина. – Не волнуйся, он жив. У тебя еще будет возможность насладиться его мучениями и его смертью. Я не собираюсь пропустить такое удовольствие – смотреть на тебя в эти такие упоительные часы и дни!

Гарри озверел. Все тело его рванулось по направлению к веселящейся Пожирательнице. Кокон из веревок, в который он был упакован, пошатнулся и упал. В падении Гарри слышал, как женщина вскрикнула. В следующее мгновенье он ударился подбородком о пол и почувствовал, как во рту у него выступила кровь от разбитых десен.

– Гарри! Ты цел? – услышал он испуганный голос Гермионы. Попытался перевернуться, но не смог. В другом конце комнаты послышалось шуршание, какой-то неясный шум. Он не мог повернуть голову и посмотреть, что там происходит.

– Ты заплатишь за это, Поттер, – услышал он озлобленный голос Беллатрикс.

В следующую секунду кокон приподнялся в воздухе и снова занял вертикальное положение. Гарри увидел, как Снейп опускает свою палочку вниз. Значит это он зачем-то поднял его!