Текст книги "Мисс Никто (СИ)"

Автор книги: Татьяна Лаас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 42 страниц)

Глава 51. Пес

Ник медленно пошла в сторону горизонта с баком из магизолята. Тварь по-прежнему пряталась в стене, но свет послушно загорался над головой Ник – тварь выполняла свою работу. Слова Гарсия продолжали звучать в голове Ник, переплетаясь с воспоминаниями.

…Наша кровь, моя леди, это наша сила. Все, что нам нужно, скрыто в нашей крови. – голос Тамиора ласково журчал, зато пальцы причиняли боль, заставляя Ник слушаться. – Наша кровь идеальна и неповторима. Она подчиняется нам. Она дает нам силу, она защищает нас от смерти, она способна оживить любое существо – было бы на то наше желание. Дать свободу вампирам, снять проклятье оборотнизма с укушенного или рожденного оборотнем. Было бы желание.

– То есть… Чтобы низший вампир снял привязку высшего, надо лишь выпить кровь лорда?

Тамиор рассмеялся:

– Что ты, моя леди. Без приказа лорда кровь не действует. Лорд должен страстно желать снять привязку с вампира или оборот с оборотня. Главное – приказ. Главное – желание. Нет желания – кровь бесполезна. Потому лордов и не трогают – без нашего желания наша кровь бесполезна… Твоя кровь пока испорчена окружающим миром, но не бойся, моя леди, скоро ты станешь идеальной – мы очистим твою кровь от скверны этого умирающего мира… И ты увидишь мир иначе. Ты обретешь силу и недоступные тебе раньше знания. Наша кровь – наша сила, и она подчиняется только нам.

Вот и Гарсия подтвердил – без приказа тварь не действует. Ник прикусила губу и вошла в зал, где стоял бак. Свет зажегся словно нехотя – шар под потолком то разгорался, причиняя боль глазам, то почти тух, погружая зал в полутьму. Тварь черной грудой лежала у бака, как будто зная свою судьбу.

Ник присела на пол у твари. Та засвистела, что-то рассказывая, но понять тварь было невозможно. В конце концов тварь отчаялась и замолчала. Ник не знала, что делать дальше. В голове был кавардак. Тварь снова отрастила уши и осторожно, боясь, что её могут уничтожить, положила свою голову Ник на колени.

– Что же ты такое, песик… – она почесала его за ухом, смиряясь – называть его тварью все же глупо. – Что же ты такое.

Мысли прыгали и неслись, переплетаясь с воспоминаниями о Тамиоре. Его кровь не сняла привязку с Брендона, потому что Тамиор не хотел этого. Зато кровь, подчиняясь приказу Тамиора об оживлении Холма, оживила и Дена. Мимоходом, потому что приказ был высказан некорректно. Для крови, для наноботов некорректно. Это дало Дену шанс на жизнь. Надо будет проверить Дена на происхождение, вдруг он тоже немножко лорд или был уже заражен наноботами – что-то же сохраняло его жизнь в течении десятилетия на том месте перед кампусом. Магия… Магия с технической начинкой… Надо вообще взять и пересмотреть все, что она делала, заменяя магию на… Торжество техники.

Её дом, её Холм, её убежище работает не из-за блока расширения пространства, починенного паяльником, а из-за крови того самого Холма, скрывавшего в себе генетическую лабораторию, в которую Ник продали… Дом подчиняется Ник, выполняя её просьбы, но и часто действует самостоятельно, своевольничая, как было в Пятом округе. Это нельзя отрицать. Гарсия сказал, что наноботы подчиняются программе. Какая программа могла быть задана наноботам Холма в отношении Ник? Она в ужасе сглотнула, вспоминая слова Заката о желании её матери восстановить род полиморфов. Внизу живота что-то резко перевернулось, словно от страха. Программа в отношении Ник могла быть только одна – размножаться. Не было никакой магии в её списке требований к принцу. Была только программа, которую её дом, точнее кровь Холма, выполнял, подсовывая «принцев». Программа одна на всех – на Ник и на её клонов. Только этим можно объяснить одновременную беременность у неё и погибшей Салли. Ник доросла до возраста, когда беременность пройдет без осложнений, и программа тут же начала действовать. Ник зажмурилась – хотелось дико орать в небеса. Хорошо, что их тут не было. Дом не подчинялся Ник, дом подчинялся программе, которую задал… Задала ему Иней. Называть её матерью у Ник язык не поворачивался. Даже ради высшей цели так играть судьбами других нельзя.

Дом ей не починялся. Он подчинялся программе уже погибшей женщины. Хотя иногда дом все же откликался на прямой приказ Ник. Она же тогда смогла снять привязку с Брендона, потому что наноботы подчинялись её однозначному прямому приказу. Вспомнился сразу Мигель, которому его укушенная леди отомстила месяцем полного подчинения.

Ник прикрыла глаза – она тогда сама недалеко ушла от той мстительной леди, хорошо еще, что влюбленность Брендона оказалась недолгой – откровенного приказа любить Ник тогда не отдавала. Наноботы лишь создали природный шторм гормонов у Брендона, которому тот вполне удачно противостоял. Ей бы тогда эти знания – снятие привязки у Брендона прошло бы вообще без потери разума и превращения в животное. Какая же она была тогда глупая… Влюблялась во всех подряд, чуть не влюбила Брендона в себя или… Или это наноботы игрались с ней и с Брендоном в том числе? Пора пришла – она влюбилась, да? Гормоны взяли и запели под действием программы? Ник стиснула зубы – хватит! Хватит думать об этом сейчас, иначе она дойдет до того, что будет сомневаться в своей любви к Линдро. Она подумает об этом потом, когда переговорит с Ханылем – он должен знать, на что способны наноботы. Он может знать, что задумала её мать. Быть может, Ник даже сможет вырваться из-под её программы… Главное помнить – всегда надо правильно формулировать приказ. Это главное. И дом… Что-то надо делать с домом. Хотя что именно делать, она уже почти решила, когда разговаривала с Лином. Сил бы хватило…

Пес вновь пошевелился, напоминая о себе. Ник вздохнула – как правильно сформулировать приказ ему, она не знала. Она шла сюда с желанием дать ему свободу, но немотивированное нападение на Гарсия её напугало. Пусть лучше Гарсия разбирается с псом и его разумностью – сама Ник это понять не в состоянии. Еще одного немотивированного нападения она брать на свою совесть не хочет.

Пес привстал, его псевдоголова была на одном уровне с лицом Ник.

– Песик, ты должен помочь людям. Мы нуждаемся в твоей помощи. Очень. Пожалуйста… Помоги нам. Залезь в бак…

Пес радостно засвистел, но желания залезать в бак не высказал. Так и стоял рядом, не руками же его туда пихать…

Ник начала по новой:

– Нужна помощь… Ты же понимаешь, что бессмысленно тут сидеть в умершем Холме? Ты можешь помочь в другом месте. Ну же! Залезь в бак!

Пес продолжал посвистывать, стоя на одном месте.

Ник раздраженно фыркнула – кажется, с её приказами что-то не то.

– Как тебе это объяснить? С тобой же как-то контактировали, с тобой же как-то общались люди раньше… Глупо сидеть в умершем месте!

Из головы пса вырвался тонкий, как игла, щуп. Он замер буквально в дюйме от глаза Ник.

– Орки рогатые… – только и выдавила она. – Только не говори, что ты подключаешься к людям буквально. Это как-то слишком…

Щуп продолжал висеть в воздухе, как будто дожидаясь одобрения. Или, вздохнула Ник, приказа. Он ждал приказа.

– Песик… Давай только без боли. Я не то, чтобы мечтала размножаться, как запланировали мое будущее родители, но уж коль получилось – я его люблю и жду. Причинять вред плоду нельзя. Понял?

Пес подозрительно согласно кивнул.

Ник сглотнула и решилась:

– Давай!

Поздним осознанием пришла простая мысль, что Лин программой точно не мог считаться принцем – Лин был бесплоден. И дом это знал. Ник влюбилась в Лина сама, не по приказу дома, как было с Брендоном.

Ник улыбнулась – Лина она выбрала сама! Только тепла от этой мысли надолго не хватило – щуп рванул вперед, впиваясь в слизистую около глаза и исчезая в глазнице. Через секунду глаз чуть не взорвался болью изнутри – наноботы подключились к зрительному нерву.

Ник еле сдержала стон, стискивая зубы. Боль тут же исчезла, но Ник даже не успела обрадоваться – тут уже взорвалась голова образами, звуками, формулами и орки знают чем еще. Кажется, услужливый песик попытался загрузить в Ник все знания мира одновременно. От резко меняющихся вспышек света где-то внутри головы, Ник затошнило, она согнулась, жалея, что поужинала… Скорость вливающихся образов стала ниже, и Ник старательно задышала, не желая расставаться с ужином. Скорость упала еще, и еще… Кажется, голова Ник не предназначалась для скорости обмена данными, принятыми у лордов. Прав Гарсия, они иные. Или Ник просто тупая. Пес, кажется, смирился с последним, и вспышки стали реже, а неоднородный гул распался на голоса.

…– Они сказали, что мы обязаны им подчиняться! – женский, надломанный, испуганный голос. – Мы должны сдаться – мы не в силах им противостоять!

– Мы уже полвека признаны Лигой свободных стран разумным, самостоятельным видом. Они не могут нам приказывать, даже с учетом того, что Лиги больше нет. – громкий мужской голос. – Мы им не подчиняемся – мы больше не их игрушки. Им придется смириться – мы им больше не починяемся.

Вспышки света пытались сформироваться в картинку, но что-то пока шло не так.

– Мы не предадим доверившихся нам людей, – другой мужской голос, более тихий и уверенный. – Люди, сбежавшие с фермы вампиров, только-только поверили нам. Только-только начали жить оседло – мы не предадим их и не бросим, как требуют из Дуба.

Яркая вспышка, и Ник все же увидела… увидела прошлое. Ткачи ивы, действительно, были иными. Болезненно хрупкие, невысокие, тонкие, с узкими лицами, на которых выделялись явно искусственно увеличенные глаза и пухлые губы. Кажется, до Катастрофы на Земле тоже жилось не очень. Особенно поражали Ник длинные, остроконечные уши у ткачей. Наверное, Гарсия был прав – все странные виды фейри были биомодификантами.

– Гургаши сдались лордам, – напомнила мужчинам девушка, одетая в свободную изумрудную тунику, подобную той, что заставлял надевать Тамиор. – А кунал-трау попытались противостоять и лишились своих женщин. Они лишились своего будущего… Наш АСУ слаб. Мы не выстоим в открытом противостоянии.

Мужчина, одетый привычно – в простой рабочий комбинезон, тут же ей ответил:

– Мы запретим АСУ открывать порталы, только и всего. Мы способны жить обособленно, нам не нужны снобы из Дуба. Перед нами весь мир. Надо будет – выйдем на поверхность. Мы уже вполне способны жить там – пыль улеглась, климат вошел в норму. Мы легко выживем там.

Девушка замерла – до этого она бессмысленно ходила по огромной зале, выглядевшей как дикий сад, заросший ивой. То, что это зала, а не поверхность, выдавало небо – оно было другое. Высокое и белесое. Выцветшее. Пустое. Ник прикусила губу – настоящее небо никогда не теряло цвет, даже в пик летней жары оно всегда оставалось ярко-голубым, а зимой стремилось к густо-фиолетовому. Пыль. Астероидная пыль так все изменила.

– Поверхность⁈ – девушка всплеснула руками. – Мы еще не готовы…

– Так мы никогда не будем готовы – пора сделать первый шаг, тем более что лооооорды, – последнее слово он сказал крайне насмешливо, – нас вынуждают. Мы же не бросим убежище, АСУ будет поддерживать его работу, мы всегда в случае угрозы на поверхности, сможем укрыться в убежище обратно.

Ник нахмурилась:

– Что такое асу? Или кто? – она нахмурилась: – это тебя так зовут?

Пес ответил – в голове раздался высокий, слишком чисто говорящий голос.

– Автоматический Страж Убежища Ткач, к вашим услугам.

Второй мужчина распорядился:

– Порталы закрыть. Все запросы на доступ игнорировать.

АСУ уточнил:

– Это касается все запросов?

– Абсолютно!

– Прошу уточнения – касается ли запрет на открытие портала в случае получения сигнала бедствия?

Мужчина твердо повторил:

– Игнорировать ВСЕ запросы. Абсолютно. И начать подготовку к жизни на поверхности.

Ник пробормотала:

– Так тебя зовут Ткач. Приятно познакомиться.

Пес, точнее АСУ так-то совершенно отчаянно засвистел в ответ.

– Ткач, прошлое – это интересно, но я хотела…

Снова вспышка в голове.

…Запрос на открытие портала отклонен.

– Помогите! Прошу! Тут пожар… Мы все погибнем…

…Запрос отклонен.

– Спасите хотя бы детей!!! Откройте портал…

…Запрос отклонен.

– Да что же вы за люди такие… Все смерти будут на вашей совести!!!

Что-то щелкнуло, и окно портала открылось. Только вместо детей в Убежище вошли две огромные фигуры.

Ник даже опознала доспехи – класс ультра, модификация начала третьего века. Ткач её чуть подправил – модификация двадцать третьего века.

– Да мне все равно, что ваше и наше летоисчисление не совпадает… – пробурчала Ник.

Дальнейшее Ткач прокрутил быстро. Полная парализация АСУ. Огонь. Бегство людей. Гибель убежища – лорды, оказывается, жестко отслеживали все контакты с поверхностными людьми. Вот же дрянь…

АСУ, освободившись от контроля, вырвался на поверхность к ткачам, но его уже ждали защитные знаки – ткачи, кажется, решили, что АСУ сошел с ума или предал их.

Ник погладила Ткача по голове:

– Ты не виноват. Ты ни в чем не виноват… Ты поверил не тем людям, Ткач. Иногда люди предают, иногда люди бывают сволочами и обманывают.

Пес положил свою голову обратно на ноги Ник, только щуп извивался в воздухе, по-прежнему связывая их.

– Ткааач… Я понимаю, тебе тяжело вновь поверить, но нам нужна твоя помощь. Нам нужно противостоять лордам. Тем самым, которые уничтожили твой дом.

Пес свистнул, и вновь в голове Ник появилась картинка.

– Да рогатые же орки!!! – не сдержала свое возмущение Ник.

Ткач показал оживший Хо… Убежище. Огромные залы, полные света и пространства, уютные комнаты, коридоры, в которых спешили люди – Ник даже Гарсия опознала среди них… И… Самое главное… И самое страшное, даже отвратительное… Сама Ник с Лином в окружении… Количество светловолосых голов всех оттенков рыжины просто потрясало. Ник сбилась на втором десятке.

– Знаешь, Ткач, а вот это несмешно! Я рада, что ты предлагаешь мне новый дом, но как бы плодиться в таких масштабах я не планировала! Никогда! С чего ты это вообще взял⁈

Перед глазами тут же возникла таблица.

Имя – Семечко

Класс – биомодификант, модель № О

Функция – репродукция

Начало выполнения функции – 18 лет

Цикл функции – 9 месяцев с повтором через три месяца

Особые указания…

Ник моментально взорвалась:

– Убери эту гадость! Уничтожь! Я человек! Я не…

Слезы брызнули из глаз, пальцы сжались в кулаки, а те загорелись открытым огнем от желания все уничтожить… Абсолютно все. Она… Она не…

Ник прикусила губу и потушила огонь – псу он не нравился, он чуть не разорвал контакт.

– Прости… – еле прошептала она от боли.

Подняла голову вверх, унимая горькие слезы. Как так можно обращаться с собственным ребенком⁈ Даже у Мигеля хватило совести не выдавать, что она, как её там… Ева. Даже Мигель удержался от соблазна, а мать…

Пес тут же заполошно засвистел, убирая таблицу. Правда, перед внутренним взглядом Ник тут же возникла другая таблица.

Модификации наносмога:

Рой Береза – 1 %. Сохранить – уничтожить?

Рой Дуб – 0 %. Последняя дата фиксации – 16 первоцвета этого года.

Рой Лед – 1 %. Сохранить – уничтожить?

Рой Бродяга – 49 %. Сохранить – уничтожить?

Рой Ткач – 49 %. Сохранить – уничтожить?

Фразы «Сохранить – уничтожить» мигали, требуя выбора.

– Ну знаешь, Ткач, я ведь даже не знаю, что значит Рой Береза, Дуб… Или Лед. – она прикусила губу, а потом медленно сказала, – хотя нет, что значит Лед, я знаю. Это наноботы Тамиора, да?

Ткач засвистел, еще бы что-то понятнее стало бы.

– А Бродяга – это же Закат… Вот же сволочь…

Ник вспомнила, как скользил палец Заката по её ране. А еще её эта сволочь поцеловала! Если магии нет, то лечил он как раз наноботами, которые почему-то забрать забыл или не соизволил. Или… Так он всем демонстрировал, что она его невеста. От статуса отказываться нельзя, Ник это помнила. Пока нельзя, а потом видно будет. Она еще вобьет эти наноботы Закату в глотку… Ладно, не так кардинально и жестоко, но она вернет контроль над своим телом самой себе.

Еще раз… Она же где-то родилась, значит… Береза или Дуб – это её родной Холм. Рой Дуб покинул её как раз тогда, когда с неё слетел магический блок. Ха! Магический! Наноботный… И что делать с этим одним процентом от Березы? Может, именно в нем сохранена мерзкая программа… Значит, плевать, что это возможная связь с домом – уничтожить!

Рой Лед – это привет от Тамиора. Уничтожить однозначно.

Рой Ткач…

Она смотрела в черную пустую морду пса и не знала, может ли она ему доверять? Но… Если она уничтожит его наноботов, то Закат будет владеть ею полностью. Как там Гарсия говорил о паритете?

Ник сглотнула и твердо сказала:

– Рой Бродяга и Ткач – пятьдесят на пятьдесят. Остальное – уничтожить.

Пес свистнул, и таблица исчезла. Только щуп никуда не делся – Ткач с надеждой ждал приказа на восстановление Хо… Рогатые орки, Убежища! Убежища. Только чем это поможет Гарсия, Пересу и человечеству? Убежище было уничтожено, тут не осталось ничего из технологий лордов. Называть их людьми не хотелось.

– Если я разрешу восстановить Убежище, ты поможешь людям, Ткач? Это очень важно…

Голова полыхнула множеством образов, которые Ник не смогла разобрать до конца. Тут и полностью рабочее убежище, и Гарсия, стоящий на поле под ярким солнцем, и сама Ник рядом с Лином и, о чудо, всего с одним ребенком, и еще много чего…

Наверное, все решил единственный ребенок – Ник почему-то поверила, что программу оркской, точнее полиморфной репродукции Ткачу удастся уничтожить.

– Что тебе нужно для восстановления убежища, Ткач?

Перед глазами предстала периодическая таблица элементов, раздел редкоземельных металлов.

– Да где я их тебе возьму?

Ответ Ник не совсем понравился – перед глазами предстала пробирка с кровью. Ну почему все упирается в кровь? Что в магических ритуалах, что в научных экспериментах?

– Нууу… Давай попробуем, только условие ты помнишь – никакого вреда для ребенка и… – она в последний момент все же добавила: – и для меня самой.

Ответом была тьма.

Глава 52. В больнице. Опять

Сперва пошевелить пальцами на руках. Есть. Чуть согнулись, но есть. На месте. Потом пошевелить ногами, пугаясь до холодного пота – когда-то она уже теряла способность ходить! Ноги отозвались, чуть дернувшись. Наличие головы можно не проверять – она болела так сильно, что сомневаться в её наличии глупо. Комплект! Все на месте. Еще бы вспомнить, почему она оказалась в больнице. Впрочем… Ник вспомнила.

Ткач.

Её глупое согласие ему помочь.

И тьма. Закономерная тьма – почему-то так всегда заканчивалось с Ник. Надо что-то менять. Лин, поди, места себе не находит.

Тихо раздалось откуда-то издалека:

– Ники…

Она вздрогнула – Брендон же обещал, что в следующий раз рядом с ней будет Лин.

Она обреченно открыла глаза.

Да, как и предполагалось. Больничная палата. И Мигель.

Вот за что это с ней…

Он стоял у изножия кровати и буквально пытался испепелить Ник своим тяжелым, алым взглядом. Мигель, как всегда, был изящен, напыщен и идеален. Каково Анне быть постоянно рядом с ним и соответствовать его требованиям – страшно представить.

Ник, собираясь с мыслями – надо же как-то оправдать собственную глупость, глубоко вдохнула и тут же пожалела – слишком откровенно пахло больницей. Едкий запах дезинфектантов, примесь лекарств, кисловатый запашок болезни. И совсем нет привычного аромата дерева. Ник тут же заволновалась – Мигель куда-то отправил Лина? Только этого не хватало! Или… Нет, она тут же прогнала крамольную мысль прочь. Лин не мог обидеться или еще что-то – он доверяет Ник. Он не обиделся и не фырчит где-то в уголке. Скорее всего он чем-то занят – раз Мигель тут, то прошло не меньше шести часов, а то и больше… Добираться из Либорайо долго, даже сейчас при условии хорошей дороги между городами.

Мигель вновь тихо сказал:

– Ники…

Она знала все, что он хочет ей сказать – слишком часто он выговаривал ей:

– Мигель, у меня все было под контролем. – Она старалась говорить твердо и уверенно, но получалось плохо – голова трещала от боли. – Я договорилась с Ткачом, что никакой угрозы жизни не будет. Ему не было резона наруша…

– Ники, – попытался остановить её Мигель, но она упрямо продолжила:

– Я ничем не рисковала. Даже если Ткач откажется сотрудничать – его наноботы есть во мне и, самое главное, что позволяет начать работу прямо сейчас, наноботы есть в Линдро.

Мигель неожиданно мягко улыбнулся, не показывая клыков:

– Ники…

Она его опять перебила:

– Только не говори, что ты все еще ждешь рождения вампиренка. Никаких вампирят! Брендон ни при чем – я никогда не лгала ему. Ну и тебе… Тоже… Понимаешь… – она собралась с мыслями. Никакого мифического: «Я создана для него, а он создан для меня!». Все очень просто и высокотехнологично. – Наноботы Ткача проникли в меня – они настолько малы, что для их инвазии не требуются проколы, представляешь? Наноботы меньше клеток – они легко проникают между ними. Вот ужас-то… Наноботы проникли в меня еще перед Новым годом, этим вашем Хогуэросом, а потом они проникли и в Линдро, излечивая его… Так что расслабься, вина с тебя за неожиданность с ребенком снята. Это все Ткач. И да… – Ник скривилась: – я помню – пороть меня было некому. Что-то еще?

– Ники… – заладил Мигель. Его там заклинило, что ли? Или все никак не может придумать уничижительную речь? Точнее, воспитательную.

Ники еле слышно сказала:

– Мигель, поверь, любое наказание и головомойка от тебя не сравнятся с тем, что сделали со мной мои родители, так что смело выплескивай все, что накопилось. Как там… Пляски на оголенных нервах, ни капли милосердия и понимания… Мигель… – она внезапно поняла, что еще чуть-чуть и почему-то расплачется. Прямо на глазах Мигеля. Так не вовремя. Так ненужно. И перед кем⁈ Перед Мигелем. Но слова уже слетели с губ: – Представляешь, кто-то из родителей… Или они оба запрограммировали нанороботов, и эта дрянь внутри меня… И я с этим ничего поделать не могу… Я даже не знаю – обмениваются наноботы информацией между собой или нет… Если обмениваются, то проще сразу в алхимический раствор шагнуть – я не Ева, я не хочу, как ты там говорил, быть прикованной к акушерской койке…

Мигель одним неуловимым… Впрочем, нет. Время вдруг взбрыкнуло. Оно замерло для Ник, и она видела каждый шаг Мигеля, направляющегося к ней. Будь при ней кинжал, она и остановить бы Мигеля успела. Точно, успела бы – настолько тягучим и послушным стало время. С чего бы это⁈

Дверь палаты медленно принялась открываться, внося аромат кофе.

Мигель опустился на кровать рядом с Ник и стремительно прижал её к себе. Настолько стремительно, что Ник даже подумала – стоит отклониться или нет? Оказаться в объятьях Мигеля, не зная, что он задумал, опасно. Или даже смертельно. А Лин успел только занести ногу в палату. Пар над бумажным стаканчиком с кофе медленно и как-то нехотя поднимался вверх. Капучино. С карамелью. И, наверное, с сердечком на взбитых сливках. Без сердечка как-то настроение поднимается не так.

И сердце билось как-то совсем размеренно, можно было между его тактами встать и… Что-нибудь сделать.

– Ниииикииии… – растянуто сказал Мигель ей в ухо, и время полетело вскачь. Лин вошел в палату, грустно улыбаясь и вставая у изголовья кровати. Ники улыбнулась в ответ – Лин был сосредоточен и явно расстроен. Понять бы еще чем. Она же жива, с ней все в порядке. Даже головная боль стала отступать. Мигель же вместо заслуженного наказания, принялся шептать: – глупая, глупая девочка… Ты же больше не одна… Мы с Лином все Холмы на колени поставим, если нужно будет. Всю землю перевернем, но программу разрушим. Ты не станешь Евой. Никто не имеет права заставлять тебя делать что-то, что ты не хочешь. Никто. Поверь, малышка. Ты не одна, у тебя есть семья, ты не будешь бороться в одиночестве. Мы рядом…

– Миге… – это было так неожиданно, что Ник все же хлюпнула носом и призналась: – Так ты меня пугаешь еще больше.

Он чуть отстранился, с улыбкой рассматривая её:

– Какая ты, оказывается, впечатлительная, Ник. – он провел пальцем по её щеке, ловя одинокую слезинку. – Забудь хоть ненадолго о своих родителях, о программе, о наноботах и прочем – просто наслаждайся жизнью, как ты умеешь. Мы с Гарсия и Санторо что-нибудь придумаем. Просто доверься, уж это ты умеешь, я знаю.

Странно-хмурый, молчаливый Лин подал салфетку, Ник вытерла слезы и непонятливо уточнила:

– А при чем тут Санторо?

Мигель пожал плечами:

– Тебе не нравится его кандидатура в качестве главы Холма? Он хорошо разбирается в устройстве Холмов – он же, как и Брендон, был привратником. Или ты хочешь сама заняться Ткачом?

Ник замотала головой:

– Неееет! Не хочу… У меня другие планы… – у неё этот… Ханыль, Холмы, работа, в конце концов. Её ждет Либорайо. И дом… Вот о последнем она подумала зря. Думать о доме пока запрещено.

Мигель радостно улыбнулся – еще чуть-чуть и по голове начнет гладить, как малышку:

– Дом, отдых, подготовка к рождению ма…

– Поездка в Пятый округ и встреча с О Ханылем. – оборвала его Ник. Остальные планы она озвучивать не стала. Хватит и этого пока с Мигеля. Особенно если учесть, как он отреагировал на её планы.

Мигель приподнял глаза вверх и тихо сказал:

– Святая кровь… Ты когда-нибудь угомонишься?

Лин еле слышно фыркнул, ничего не говоря, и подал Ник стаканчик с кофе. Мигель встал, уступая место Лину:

– Садись и убеждай свою жену в необходимости хоть какой-то подготовки к рождению ребенка. Хоть кроватку купите, а? Или книжку о воспитании детей… Впрочем… С вами это полностью безнадежно. Ты же, Ники, все равно побежишь неведомо куда спасать неведомо кого. Святая кровь… За что мне все это?

Ник благодарно улыбнулась Лину и сказала Мигелю, тут же отхлебывая кофе и обжигая язык:

– Так придумай мне дело, хорошее дело, чтобы я была занята. Только и всего. – ведь это, действительно, просто – дать ей работу вместо того, чтобы обкладывать ваткой и оберегать неизвестно от чего. Она ловец, пусть и бывший. Она страж! Она не может отсиживаться в стороне, когда мир может в любой момент полыхнуть очередной войной с Холмами.

Мигель послушно кивнул, словно последнее время только тем и занимался, что обдумывал дело для Ник:

– Хорошо.

Ники даже порадоваться его покладистости не успела, как он её огорошил:

– С тебя проект снятия кровавой привязки со всех новообращённых вампиров. Нужна правовая база, организация наблюдения за ними для предотвращения хомофилии и прочие мелочи. Справишься? Срок… Скажем, осенью начнем.

Ник поперхнулась кофе и закашлялась – хорошо, что стаканчик поймал Лин.

– Ты – что⁈

Мигель пожал плечами:

– Мало времени? Или тебе работа не нравится? Брендон как-то признавался, что вы с ним планировали бунт против меня, собирались дать свободу всем вампирам… Как там? Уникальным снежинкам. Так вперед! Я согласен. Или ты думала, что мне нравится быть Хххххозяином? – последнее слово он сказал с придыханием.

Ник сглотнула:

– Ты меня пугаешь все сильнее и сильнее. И проектом я займусь сразу же после возвращения из Пятого округа. Устраивает?

– Устраивает, – согласился Мигель. – Пойду я. Дела. Некоторые наворотили тут всякого, а я привычно должен разгребать. – Он уже в дверях остановился и уточнил: – Так со старшим Санторо подписывать договор или ты против?

– Подписывай! Я все равно пока сильно занята. – кивнула Ник, залпом выпивая кофе. Лин забрал пустой стаканчик, поставил его на стол и сел на кровать рядом с Ник, тут же крепко прижимая её к себе. От него пахло пряно деревом и усталостью, отчаянием и неуверенностью. Ник даже замерла от неожиданности – Лин мало когда сомневался в происходящем. Скорее, он был, как глыба, всегда невозмутим и готов к любым неприятностям. Что тут произошло, пока её не было⁈ В смысле, пока она была без сознания.

– Малыш… – прозвучало как-то обреченно.

– Напугала? – привычно уточнила она шепотом.

Лин поцеловал её в висок и уткнулся носом в волосы. Губы шептали у самого уха, щекоча его горячим дыханием и ужасно отвлекая ненужными мурашками, упрямо ползущими куда-то вглубь:

– Скорее ошеломила. И напугала, но самую малость…

– Если самую малость, то, почему, Лин, ты такой…

Он признался:

– Я виноват перед тобой.

– Вот уж точно нет, – она развернулась на кровати к нему лицом. – Никогда такого не было и не будет…

Он вздохнул и признался в том, что его так расстроило:

– Ник… Я знаю, ты не хотела проходить обследования, но Мигель настоял. Типа, надо проверить состояние плода после такого воздействия, которое оказал на тебя Пес… Врачи с ним согласились, я, конечно, разругался с Мигелем в пух и прах, но ничего поделать не мог.

– Ой, – только и смогла сказать Ник. Вот именно за это она ненавидела врачей. За невозможность отстоять себя, свое тело и свое право распоряжаться им так, как считаешь нужным. Эти люди всегда найдут закорючку, разрешающую делать с тобой, что хочешь. Хотя… В данном случае не совсем доктора виноваты – столкнуться с Мигелем, остановить его, когда он что-то для себя решил, практически невозможно. Ой, что сейчас будет…

Лин все так же шепотом сказал:

– Хочешь знать результаты обследования или…?

Она набрала полную грудь воздуха:

– Хочу… И спасибо тебе…

– За что? Я не отстоял твое право на невмешательство. Обследование показало, что с плодом все хорошо, развивается быстро. Это мальчик… Срок родов приблизительно через два месяца.

– Что⁈ – она ожидала чего-то подобного – уж больно шустро рос ребенок, но все равно. Два месяца⁈ У неё осталось всего два месяца⁈ Да не может быть… И как теперь доказать Лину… Она заглянула ему в глаза и поняла: доказывать ничего не надо. К счастью. Это Лин. Её Лин. А вот Мигель… И Брендон, опять же…

Лин кивнул:

– Прости, вот такие мы лигры большие. Правда, Мигель после обследования по потолку бегал – думал, что отец малыша Тамиор.

– Та… миор⁈ – еле выдавила из себя ошеломленная Ник. Лин криво улыбнулся:

– Мигель все еще не верит тебе.

– Ты же так не думаешь? – на всякий случай уточнила Ник. В Лина она верила, но мало ли… – Про Тамиора…

Заметив, как он потемнел лицом, она спешно добавила:

– Конечно, не думаешь. Я верю. Я знаю, Лин. Не надо ничего доказывать…

Он сжал кулаки так, что пальцы побелели – кажется, он так и не простил себе той осени. Не простил того, что её тогда спас Брендон, а не он. Взяв голос под контроль, Лин мягко сказал:

– Я знаю, какой сволочью был Тамиор. Никакого очарования лордов не хватит, чтобы заставить тебя забыть о таком. Даже учитывая программу и влияние наноботов – гормоны гормонами, но голову на плечах еще никто не отменял.

Ник вздохнула – кажется, Лин уже пообщался с Ткачем. Иначе откуда он про программу знает…

– И не бойся, Ник, правда, мы с тобой найдем способ остановить эту дикую программу, в чем бы она не заключалась. – Лин снова поцеловал её, в этот раз в кончик носа.

Ник призналась:

– Наноботы способны полностью контролировать тело человека. Тот магический блок, делающий меня неуклюжей, это наноботы. Мои влюбленности в Маки и прочих, быть может, тоже наноботы… Ты не боишься, что я… – она сглотнула и не смогла закончить фразу.