Текст книги "Архивариус его величества (СИ)"

Автор книги: Светлана Шёпот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 36 страниц)

Глава 26

Около ворот столицы собралось множество повозок. Судя по всему, это были торговцы, которые везли товар на столичный рынок. С каждого телеги взимался сбор.

Я знала, что аристократы могли проехать бесплатно, но не собиралась рассказывать охранникам, кем была, по той простой причине, что опасалась раскрытия этой информации не тем людям.

Дождавшись своей очереди, мы спокойно оплатили по несколько монет за каждого человека и оказались внутри. Как только это произошло, я сразу с любопытством начала осматриваться по сторонам.

Ариана в столице бывала, и воспоминания об этом у меня имелись, но одно дело – чужое восприятие реальности и совсем другое, когда все видишь собственными глазами.

В воспоминаниях столица казалась мне большим городом, чистым и великолепным, но на деле нас встретили узкие улицы, едва ли мощеные камнем, одноэтажные каменные дома, множество людей в неяркой, а порой весьма потрепанной одежде и множество не самых приятных запахов.

Сразу ехать к замку короля я не собиралась, поэтому мы отправились на поиски таверны. Увы, но наши финансы не позволяли заглядываться на приличные заведения. Место, которое мы нашли, даже названия не имело. Вернее, когда-то оно, возможно, и было, но потом вывеска исчезла, а хозяин по какой-то причине не удосужился вернуть ее.

– Не самое хорошее местечко, – заметил Брон, поглядывая по сторонам.

Я согласилась с ним, но делать было нечего, поэтому первой шагнула в таверну.

Внутри стоял ужасный запах. Воняло тухлым мясом, дымом и кислой капустой. Помещение освещалось факелами, которые жутко чадили. Грязные полы выглядели так, словно их не мыли со дня постройки здания. Как насмешка, кое-где валялась свежая солома. Стены были черными от копоти, как и потолок. К столам, за которыми, к моему удивлению, сидели люди, страшно было прикасаться.

За стойкой напротив дверей можно было увидеть трактирщика. Это был невысокий мужчина лет пятидесяти в коричневой рубахе, поверх которой висел замызганный кожаный фартук.

Разговор с хозяином на себя взял Брон. Вскоре они договорились о цене, и трактирщик, безразлично скользнув по нам взглядом, направился на второй этаж. Лестница ужасно скрипела и выглядела так, словно в любой момент могла рухнуть.

– Вот две комнаты, как и просили, – привлек мое внимание мужчина, указав на двери рядом. – Ужин принесут сразу, как стемнеет. На завтрак спускайтесь сами, – бросил он и добавил: – Ежели захотите искупаться, то за воду придется платить отдельно, как и за прочие услуги.

После этого он бросил взгляд на Брона и сэра Эрмонда. Судя по всему, эти слова предназначались именно для них.

Выбрав одну из комнат, мы с Хэзель вошли внутрь. Та оказалась совсем небольшой. Внутри обнаружилось две кровати, на которых лежали тонкие соломенные матрасы и сложенные одеяла, сшитые из разного размера лоскутов. Между кроватями стоял небольшой стол. Напротив двери в стене виднелось маленькое окошко, которое закрывалось на ставни. Пол был покрыт старой соломой.

Спать на матрасе я не собиралась, поэтому сразу стащила его на пол, убрав подальше. Я даже думать не хотела, сколько людей побывало на этой кровати. Заразиться чем-нибудь от каких-нибудь вшей или клопов мне точно не хотелось.

Только после этого я села на деревянную поверхность и вздохнула.

– Ужасно, госпожа, – поделилась мыслями расстроенная Хэзель. Судя по всему, ей было невыносимо видеть, что мне приходилось жить в таких условиях.

Я не стала с ней спорить и задумалась о том, что делать дальше.

Поначалу я намеревалась отправиться прямо в замок и попросить аудиенции у короля. Вот только, по мере того как воспоминания возвращались, я начала понимать, насколько наивно с моей стороны было думать, что я смогу с такой легкостью напроситься к нему на разговор.

Это в фильмах и книгах герои могли спокойно уведомить стражу о том, что у них есть важные сведения, и их сразу провожали до короля. В реальности увидеть правителя простому человеку было практически невозможно.

Простолюдин мог лишь подать прошение в канцелярию. Там его просьбу рассматривали. Порой неделями, а то и месяцами. К королю бумага попадала лишь тогда, когда причину признавали стоящей. Но даже тогда король мог поручить решить проблему кому-то другому, отказав в личной встрече.

Если дело оказывалось пустяковым, то в лучшем случае бумагу просто выбрасывали, в худшем – штрафовали подателя за то, что он тратил время важных людей.

Без доказательств обвинить какого-то аристократа не осмеливался никто, потому как за такое строго наказывали. И хорошо, если просто всыпят плетей, а то могли и в темницу лет на пять бросить с конфискацией всего имущества в пользу пострадавшей стороны.

Даже совет и высшая аристократия могли попасть на аудиенцию только по уважительным причинам.

Как и гонцы.

Их, конечно, пускали, но если после выяснялся обман, то такого человека вполне могли казнить. Все потому, что порой некоторые недоброжелатели использовали этот прием, чтобы подобраться к его величеству без необходимости ждать неделями.

По идее, сейчас мне нужно было отправиться в канцелярию и подать прошение, подробно описав проблему. И вот тут крылась загвоздка.

Я не могла требовать или просить у короля, чтобы он отменил решение герцога, потому как тот был в своем праве отправить меня в монастырь.

И я не могла обвинять герцога в чем-либо из-за отсутствия реальных доказательств. В конце концов, слова бандитов ничего не стоили. Показания рыцаря Ульвика? Герцогу достаточно было сказать, что он выгнал его за какие-нибудь промахи и тот решил отомстить, оболгав. Домыслы по поводу графини тоже никому не будут интересны.

Вот и получалось, что единственное, чего я могла добиться, подав прошение, – это дать людям герцога знать, где я была.

– Что мы будем делать, госпожа? – спросил меня Брон за ужином. Тот состоял из картофельного рагу с капустой, куска сыра, лепешки и разбавленного кваса.

Ответ на этот вопрос я подготовила заранее, потому как знала, что рано или поздно они спросят меня об этом.

– Искать работу, – я обвела всех взглядом и добавила: – Желательно в замке.

Глава 27

Некоторое время все молчали.

– Сложное это дело, госпожа, – заметил Брон. – В замок абы кого на работу не берут.

Я прекрасно понимала, что он имел в виду.

Не было сомнений, что служба безопасности короля должна была проверять всех, кто так или иначе претендовал на какую-либо работу в такой близости от его величества. Но иного выхода не было, поэтому мне оставалось лишь надеяться на слепой случай и удачу.

Был еще один выход из ситуации.

Мы могли затаиться в столице, устроиться на работу под другими именами куда-нибудь еще и сделать вид, что никто из нас не имел никакого отношения к некой Ариане Данмрак.

Нам нужно было лишь подождать, когда ситуация в королевстве изменится и герцог сделает ход. Если король выстоит и Вальдрога поймают, тогда мы сможем дать о себе знать, выступив свидетелями на суде. К тому моменту нашим словам уже не понадобятся доказательства. Они сами по себе станут ценными.

Вот только существовал шанс, что герцог, независимо от того, что он задумал, сможет победить. И тогда жизнь в столице станет для нас еще более опасной.

Впрочем, мы в любой момент могли покинуть город. Да и Элендор не был единственным королевством.

– Мне не следует приближаться к замку, – привлек внимание сэр Эрмонд.

Я кивнула. Его ситуация действительно была такой же сложной, как и моя. Он был рыцарем и сыном барона, пусть и третьим, а это означало, что в замке могли иметься люди, которые знали, кому он раньше служил.

Как только его узнают, то люди герцога сразу обратят на него внимание. То, что таковые в замке имелись, не было никаких сомнений. После этого сэра Эрмонда могло ждать лишь суровое наказание за предательство. Лишение титула, анафема и публичное порицание – лишь малость, которой можно было страшиться. В худшем случае его могли казнить.

– Я думаю, что вам следует затаиться, – предложила, понимая, что помощи в их деле со стороны сэра Эрмонда ждать не стоило.

Он мог защитить в лесу от бандитов, но здесь, в столице, его навыки владения мечом ничего не решали. В конце концов, замок был полон искусных рыцарей.

Сэр Эрмонд кивнул. Хотя и было видно, что ему не нравилось прятаться, но он не был глуп и понимал, что безрассудство могло лишь усугубить проблему.

– Меня тоже не возьмут, – со вздохом произнес Брон. – Я слишком стар, чтобы претендовать на работу в замке.

– А у меня нет связей, – заметила Хэзель расстроенным голосом. – Вряд ли они возьмут кого-то с улицы без рекомендаций.

Я была вынуждена согласиться. Нам не стоило надеяться, что нас кто-то будет ждать там с раскрытыми объятиями. У чужаков без денег и связей не было ни шанса.

Обо мне речь вообще не шла. По нескольким причинам. Во-первых, Ариана ранее бывала в замке, и некоторые аристократы ее хорошо знали, а значит, могли узнать меня. Во-вторых, как и у Хэзель, у меня не было связей, которые могли помочь мне устроиться.

Из всего этого напрашивался один вывод – пока мы не могли рассчитывать подобраться к королю слишком близко.

– Предлагаю, подождать, – произнесла я. – Мы можем найти какую-нибудь простую работу где-нибудь поблизости, чтобы иметь доступ к замковым слухам. Уверена, когда-нибудь у нас появится шанс приблизиться к нашей цели.

– Вот это более реально, – согласился Брон. – Я могу устроиться в какую-нибудь конюшню при таверне. Там всегда нужны знающие люди. И тогда получится пристроить наших лошадей.

Я согласилась с ним. Нам действительно нельзя было забывать о животных. Им требовалась каждодневная еда и крыша над головой. А за это нужно было платить.

– Я попробую наняться охранником куда-нибудь, – не слишком уверенно сказал сэр Эрмонд.

Я бросила быстрый взгляд на щит, который сейчас был прислонен к ножке стола. Рыцарь везде носил его с собой.

– Думаю, вам стоит пока спрятать его, – предложила, опасаясь, что тем самым могу задеть его честь. – Он слишком приметный и может выдать вас.

Рыцарь нахмурился, но потом все-таки согласился. Я выдохнула с облегчением и посмотрела на Хэзель.

– Мы попробуем наняться подавальщицами, – сказала я. Это была самая простая и логичная для нас работа.

Судя по лицу Хэзель, мой план ей совсем не понравился, но возражать она все-таки не стала.

На следующий день после завтрака мы покинули безымянную таверну и отправились на охоту за работой. Нашей целью были таверны, находящиеся как можно ближе к королевскому замку.

Отыскав подходящую, мы с Хэзель переглянулись и дружно вошли внутрь.

– Работа? – спросил трактирщик. Он имел более приличный вид, чем его коллега, но не сильно. Его рубашка была чуть чище, как и кожаный фартук, но вот руки выглядели ужасно грязными, а волосы с бородой – нечесаными. – Лишние руки не помешают, – произнес он задумчиво и поглядел на меня. – Вот только справитесь ли вы? Какая-то ты хилая уж больно.

Хэзель рядом надулась, явно желая возразить, но я дернула ее за рукав, останавливая.

– Справлюсь, не сомневайтесь, – заверила его и мило улыбнулась.

Трактирщик прищурился и еще раз оглядел меня. В этот раз в его взгляде можно было заметить иные оттенки. Кажется, теперь он оценивал меня не как человека, который должен был таскать от рассвета до заката тяжелые подносы, а в совсем ином качестве.

– Пять медных монет в день, – согласился он. Я не могла поверить, что нам повезло в первом же заведении, куда мы обратились. – Коли негде ночевать, то можете спать либо на полу на кухне, либо на конюшне. Оплата – одна медная монета в сутки. Ежели захотите предоставлять клиентам особые услуги, то мне половина.

Мне не нужно было объяснять, что за «особые услуги». Все и так было предельно ясно. Впрочем, он вполне мог иметь в виду массаж или стирку одежды.

Хэзель снова собиралась возмутиться, но я вновь дернула ее за рукав. Она бросила на меня недовольный взгляд, а затем посмотрела на трактирщика, как на личного врага.

– Согласна, – сказала я. – Что насчет еды?

– Можно брать остатки на кухне, – ответил мужчина. – За них тоже придется заплатить монету в день.

Хэзель зашипела, бросая на трактирщика гневные взгляды. Но тот лишь флегматично посмотрел на нее и вздернул бровь, словно говоря, что это не он к ним пришел.

– Решайте скорее, – поторопил он их. – Дел полно. Некогда мне языком чесать.

Прежде чем согласиться, я еще раз все обдумала. Да, оплата не была высокой, но расположение таверны оказалось идеальным.

Сюда не забредали рыцари и дворяне, зато цены привлекали замковых слуг.

– Мы согласны, – произнесла спустя некоторое время, надеясь, что нам не потребуется задерживаться в этом месте слишком долго.

Глава 28

– Хорошо, – трактирщик кивнул и вышел из-за стойки. – Приступать можете сейчас, – произнес он, не удосужившись даже уточнить, согласны ли мы на такое или нет. – Дополнительно можете заработать на уборке, стирке постельного белья раз в месяц или помощи повару в особенно загруженные дни. За каждую из этих работ буду доплачивать по три монеты в день. Если кто-то из гостей решит поблагодарить вас за обслуживание, то половина переданных денег моя.

Рассказав все это, трактирщик повел нас на кухню. Там уже собралось несколько человек.

Помимо нас была еще одна молодая девушка, которая явно работала подавальщицей. Поваром служил мужчина лет сорока, он мешал тесто и выглядел чем-то сильно недовольным. Рядом с ним, понурив голову, стоял паренек лет тринадцати, явно его помощник.

Возле двери, выходящей на задний двор, на пеньке сидел юноша лет семнадцати. У него в зубах была соломинка, которую он перекатывал с одного уголка губ на другой. Парень то и дело бросал заинтересованные взгляды в сторону подавальщицы, но та его игнорировала.

Сразу после того, как мы вошли на кухню, трактирщик хлопнул в ладоши.

– Слушайте меня! – произнес он. Работники тут же посмотрели в нашу сторону. – Это наши две новые разносчицы, – представил он нас и выжидающе посмотрел на меня и Хэзель.

– Привет всем, – произнесла я и сделала шаг вперед. – Меня зовут Лина, а это моя подруга Хэлла.

Трактирщик на это кивнул.

– Верно, Лина и Хэлла. Теперь они работают вместе с нами.

Представлять работников он даже не подумал. Вместо этого оглядел всех, остановив взгляд на юноше около двери и спросил:

– Снова бездельничаешь?

Парень сложил руки на груди и вздернул подбородок.

– Я наблюдаю, – дерзко произнес он.

Что-то подсказывало мне, что этот юноша был сыном трактирщика. Именно поэтому он так себя и вел.

– Ступай на конюшню, – бросил ему мужчина. – Займись полезным делом.

После этого наш наниматель развернулся и вышел в зал. Парень даже не подумал выполнять указание, чем еще больше убедил меня в их родственной связи.

После знакомства мне и Хэзель вручили по кожаному фартуку, который нужно было обязательно носить, и отправили в зал, сунув в руки по деревянному круглому подносу.

Мы должны были стоять позади трактирщика, имя которого так и не узнали, и ждать, когда в заведение зайдут клиенты. После этого нам нужно было подойти к ним и спросить, что они хотели заказать.

В принципе, работа была несложной.

Хэзель явно не нравилось, что мне приходилось прислуживать другим, поэтому она пыталась позаботиться о каждом клиенте, который заходил в таверну, самостоятельно.

Я ничего не могла с этим поделать, потому как спорить с ней словесно на виду у людей совсем не хотелось, так как это могло привлечь к нам ненужное внимание. В итоге я просто встала поближе к проходу и старалась реагировать быстрее, чем она.

Оставшийся день и вечер трактирщик зорко наблюдал за нами, словно подозревал в каком-то мошенничестве. Но потом, убедившись, что мы действительно пришли только работать, успокоился и перестал обращать на нас какое-либо внимание.

Уйти вечером мы не смогли, потому как это время было самым оживленным. Таверна была буквально заполнена мужчинами. Заведение использовалось местными жителями как место отдыха, а женщины в такие места не ходили. Исключение составляли лишь те, кто снимал в тавернах комнаты.

– Эй, старый! – громко произнес один из клиентов после того, как я отнесла ему заказ. – Что-то в этот раз ты больно хилую взял, – крикнул мужчина и засмеялся, будто метко пошутил. – Неужто в нашем славном городе закончились достойные девицы? Тут ведь и подержаться не за что! – добавил он веселым голосом и попытался ударить меня пониже спины, но я ловко увернулась.

Трактирщик ничего на это не сказал, лишь бросил на нас короткий взгляд и продолжил свои дела за стойкой.

Мне казалось, что инцидент был исчерпан, но в этот момент проходящая мимо стола Хэзель неловко запнулась. Ее поднос накренился. Стоящая на нем кружка с отваром полетела прямо на голову сидящему шутнику.

– Ах! Смотри, куда идешь, бестолковая! – крикнул мужчина и вскочил, стряхивая с головы жидкость.

Он сделал шаг ближе к Хэзель и протянул руку. Мне показалось, что он хотел ее ударить, поэтому я сдернула с плеча мокрую грязную тряпку, которой протирала столы, и хлестнула человека по затылку, отвлекая его внимание от Хэзель.

Послышался влажный шлепок.

В таверне воцарилась тишина. Люди явно не ожидали ничего подобного.

Мужчина обернулся и озадаченно почесал затылок. Судя по всему, больно ему не было. Но шлепок оказался для него полной неожиданностью.

Сначала было тихо, но вскоре кто-то разразился громким хохотом. В следующий миг его подхватили остальные гости, а потом засмеялся и сам мужчина, который получил по голове.

Я не собиралась и дальше испытывать судьбу, поэтому подхватила Хэзель под локоть и торопливо увела ее обратно за стойку.

Постепенно все успокоились и продолжили заниматься своими делами.

Трактирщик взглянул на нас и качнул головой.

– Неплохо, – произнес он. – Но в следующий раз лучше сразу уходите на кухню.

Я выдохнула. Кажется, такие сцены здесь были обычным явлением.

Глава 29

Первая неделя работы в таверне прошла относительно спокойно.

Иногда случались различные недоразумения, но по большому счету это заведение было вполне приличным. Ни меня, ни Хэзель никто ни к чему не принуждал, хотя за прошедшие дни мы получили множество намеков.

Пару раз к нам подходил с различными предложениями сын хозяина, но после постоянных отказов потерял к нам интерес. Порой он словно по привычке бросал сальные шуточки, но черты не переходил. Зато постоянно доставал третью разносчицу – Ри́лику.

Она делала вид, что внимание парня ее не волновало, но на самом деле мы с Хэзель видели, каким взглядом она порой смотрела на юношу. Становилось ясно, что у девушки была стратегия, и она явно собиралась стать будущей хозяйкой таверны. Мы с Хэзель не намеревались ей мешать.

Брону и сэру Эрмонду также посчастливилось устроиться на работу.

Брон нашел место в одной из конюшен при таверне, которых в городе было предостаточно. Его, несмотря на возраст, взяли, хотя и предложили оплату меньше, чем более молодым работникам. Брон все равно согласился, потому как хозяин разрешил держать в конюшне Ласточку и Титана. Конечно, не бесплатно. Еда для лошадей тоже стоила денег.

Сэр Эрмонд устроился охранником в каком-то злачном заведении на окраине. Щит и меч при этом ему пришлось спрятать, ведь и то, и другое были отличительной чертой рыцарей и аристократов. В конце концов, меч в это время стоил дороже лошади, и позволить его себе могли исключительно богатые люди.

Оружие они спрятали на конюшне, где работал Брон.

За эту неделю мы узнали несколько интересных сплетен, но ни одна из них, казалось, не могла помочь нам достичь цели.

Рыцари и дворяне время от времени все-таки заглядывали в таверну, но мне всегда удавалось держаться в тени и не приближаться к ним, но долго так продолжаться не могло.

В этот день каждый стол был заполнен, некоторые посетители ели стоя, отказываясь уходить. Причина была в том, что сегодня Ха́берт – так звали повара – пек свой фирменный печеночный пирог. Он делал его только раз в неделю. Постоянные клиенты знали об этом и в этот день старались зайти.

Именно по причине большого количества клиентов, уйти и спрятаться на кухне, когда я увидела входящих в таверну молодых аристократов, я не могла.

– Обслужи их, – велел мне трактирщик, потому как я была единственной свободной подавальщицей в зале, и кивнул в сторону молодых дворян, которые благополучно нашли себе стол.

Тот, до их прихода, был занят, но когда занимавшие его люди увидели, кем именно были пришедшие, то благоразумно встали и ушли, явно не желая нажить себе проблем.

Бросив взгляд на молодых людей, я сжала полотенце, которое отлично служило и салфеткой, и оружием, и направилась к ним.

Хэзель тревожно посмотрела на меня с другой стороны таверны, но она была занята и никак не могла бросить работу и прийти мне на помощь.

Я ободряюще ей улыбнулась, а потом состроила самое хмурое, неприветливое выражение на лице и подошла к столу.

Молодые люди, весело переговариваясь, посмотрели на меня, а затем отстранились, позволяя вытереть столешницу и убрать мелкий мусор, оставшийся от предыдущих клиентов.

Желая как можно скорее закончить с этим заказом, я вытерла стол и выпрямилась, вернув тряпку на плечо.

Все это время мое сердце беспокойно колотилось. Я была уверена, что сейчас совершенно не походила на аристократку, которой являлась Ариана, но зоркий глаз всегда мог за что-нибудь зацепиться. Мне оставалось надеяться, что эти парни не были особо внимательными.

– Принеси нам фирменный пирог, – заказал один из юношей.

Я взглянула на парня, заметив, что тот смотрел на меня в ответ, но в его взгляде не было ни намека на узнавание. Его внимание явно было обусловлено мужским интересом, не более того.

Кивнув, я развернулась и отправилась на кухню, стараясь унять беспокойство.

– Четыре пирога, – заказала повару, а затем, забрав готовое, неторопливо направилась обратно.

– ...слышал, твоя тетка умерла, – донесся до меня голос одного из юношей, когда я приблизилась к столу.

– Ага, – ответил тот, кто сделал заказ.

– Правда, что она сумасшедшая была? – спросили у него другой приятель.

– Правда. – Судя по всему, юноша совсем не был убит горем по безвременно почившей родственнице. Он выглядел даже веселым, словно эта тема его забавляла. – В последние годы совсем из ума выжила. Уволила всех слуг и жила одна в старом имении. Отец говорит, что она постоянно твердила, будто ее кто-то хочет убить. Можно подумать, она кому-то действительно была нужна! – воскликнул он, забавляясь.

Я быстро и методично поставила на стол четыре тарелки с большими кусками пирога, а после ушла, не желая и дальше привлекать к себе внимание.

Добравшись до стойки, встала позади трактирщика и опустила голову, размышляя.

Эти молодые люди были сыновьями баронов. Земли их отцов располагались на другом конце королевства. По этой причине юноши встречали баронессу Данмрак лишь пару раз на балах в столице.

Ариана знала, что рано или поздно она выйдет замуж. Именно поэтому она внимательно относилась ко всем потенциальным женихам, каждому из которых ее представляли. Вот только на балы не ходят в простых платьях, без украшений с платком на голове и испачканным сажей лицом, поэтому я надеялась, что узнать меня сейчас будет не так уж просто.

Я была уверена, что никто из этих молодых дворян и помыслить не мог, что бывшая баронесса могла надеть платье служанки и прислуживать в обычной городской таверне.

Юношу, у которого умерла родственница, звали А́рон Ско́рвальд. У него действительно была тетя, которая очень рано потеряла мужа, после этого она уединилась в далеком южном имении под названием Озерный край и проживала там, судя по всему, до самой смерти.

Как и многое, узнанное за эту неделю, информация не показалась мне полезной, поэтому я отбросила ее в сторону и сосредоточилась на происходящем в зале.

В этот момент входная дверь снова открылась, и на пороге показался старик, облаченный в весьма дорогую коричневую мантию с золотистыми узорами.

Простым этот человек совсем не выглядел, поэтому я сделала шаг назад, желая стать как можно незаметней.

Еще больше я напряглась, когда трактирщик при появлении этого мужчины выпрямил спину, а затем вышел из-за стойки и направился в его сторону.