Текст книги "Архивариус его величества (СИ)"

Автор книги: Светлана Шёпот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 36 страниц)

Глава 11

В этот момент мужчина остервенело тушил огонь на своей голове. Когда он опустил руки, я увидела, что он был полностью лысым, а на его лице виднелось покраснение и копоть. Кажется, до этого момента у него была борода, которая сгорела вместе с волосами.

– Ты! – яростно рыкнул он, глядя на меня горящими гневом глазами.

Становилось понятно: если он доберется до меня, то участь моя будет болезненной.

Мужчина дернулся вперед, явно намереваясь схватить и преподать мне урок. Я попыталась встать и убежать, осознавая при этом, что времени было слишком мало.

Не успела я отчаяться, как между нами возник рыцарь.

Одно едва уловимое движение – и через мгновение тело бандита рухнуло на землю.

Я прикрыла рот рукой, сдерживая тошноту.

– С вами все в порядке, миледи? – спросил рыцарь, глядя на меня тревожным взглядом.

Я посмотрела на него, не сразу поняв, что он у меня спрашивал, но потом несколько раз кивнула.

Убрав руку, я вздохнула глубже. В нос сразу ударил запах гари, паленых волос и крови.

Не позволяя себе раскиснуть, я поднялась, стараясь все-таки не смотреть на валяющееся у ног рыцаря тело.

– Да, все в порядке, – ответила ему.

Эрмонд окинул меня быстрым взглядом, а затем принялся оглядываться по сторонам.

Я тоже осмотрелась.

Как оказалось, рыцарь успел справиться не только с моим нападавшим, но и со своим противником. Как, впрочем, и возничий. Рядом с Броном находилось два тела. Судя по неподвижности, жизни в них не осталось.

– А где... – начала я беспокоиться о служанке.

К сожалению, я до сих пор не знала ее имени, поэтому не могла спросить прямо.

– Не волнуйтесь, госпожа, – заговорил Брон, подходя ближе.

Я старалась не смотреть на топор, который старик держал в руках. В этот момент пожилой мужчина выглядел устрашающе и напоминал какого-то злого и мстительного духа.

– Хэзель не глупая. Она наверняка хорошо спряталась.

Я очень на это надеялась. А еще была рада, что наконец узнала имя служанки.

– Госпожа! Что вы тут делаете? – послышался голос позади меня.

Из леса выскочила Хэзель.Подхватив юбку, она кинулась в мою сторону.

– Со мной все в порядке, – заверила я ее, сама себе не веря. От стресса меня все еще слегка потряхивало. Запах гари и крови забивался в нос и вызывал тошноту. Я была уверена, что в этот момент выглядела не лучшим образом.

Хэзель окинула меня скептическим взглядом. Она явно хотела сказать что-то еще, но в этот момент ее взгляд упал на валяющийся недалеко плащ.Тот выглядел весьма плачевно. Он был весь грязным, а в нескольких местах так и вовсе сгорел. Носить его теперь, без тщательной починки, было нельзя.

– Что мы будем делать? – спросила я у Брона, сосредотачиваясь на более важных вещах.

Тот некоторое время молчал, явно обдумывая ситуацию. Рыцарь не вмешивался в наш разговор. Прямо сейчас он был занят тем, что очищал меч грязной тряпкой, которая до этого висела у него на поясе, и лишь время от времени переводил взгляд с меня на старика и обратно.

– Мы можем остаться здесь, а утром последовать дальше. Но есть возможность, что к нам заявилась не вся банда. Не дождавшись товарищей, остальные придут сюда, дабы проверить, почему те так долго.

Я обдумала его слова и кивнула. По моему мнению, такое развитие событий было реалистичным. Я все еще считала, что этих людей послал герцог. Не дождавшись меня, он вполне мог отправить еще. И существовала вероятность, что на этот раз будут посланы более компетентные люди.

– А еще мы можем отправиться дальше прямо сейчас, – предложил второй вариант старик.

– Но как мы будем двигаться в темноте? – усомнилась я.

– Придется освещать путь факелами.

Все тщательно обдумав, я решила, что нам нужно было идти сейчас. Переживать подобное второй раз за ночь мне совсем не хотелось.

Собрались мы быстро.

Уже через пять минут я сидела на соломе вместе с Хэзель. Рыцарь и Брон вели лошадей, держа в одной руке поводья, в другой – по факелу. Я опасалась, что в темноте лошади будет трудно тащить телегу, но Брон лишь отмахнулся, сказав, что его Ласточка видела и не такое.

Спустя некоторое время мы благополучно выбрались на дорогу. Она была шире и более накатанной, поэтому идти по ней оказалось проще, но Брон с Эрмондом все равно предпочитали вести лошадей и освещать для них путь.

От перенесенного стресса я то и дело вздрагивала и оглядывалась. Мне постоянно казалось, что я слышала какие-то подозрительные звуки: то мне мерещилось далекое ржание лошадей, то чужие голоса, то звук шагов. Я понимала, что так сказывались нервы. Мне оставалось только надеяться, что мы успеем уйти как можно дальше от этого места.

– С вами все в порядке, госпожа? – в какой-то момент спросила меня Хэзель. – Вот, перекусите, и сразу станет легче, – заверила она и сунула в руки подсохший кусочек сыра.

Тот был сливочным и соленым. Я машинально отметила, что после него захочу пить, но все равно принялась грызть. И действительно, еда немного успокоила мои нервы. Я слегка расслабилась и села удобней, стараясь выбросить из головы события этого вечера.

Цокот конских копыт, тихий скрип телеги и звуки леса убаюкивал. Я задремала.

И в полудреме мне начало мерещиться, будто я была совсем другим человеком.

В памяти всплыло лицо мужчины, которого я знала, как своего отца. Его взгляд всегда был холодным и отстраненным.

Несмотря на ледяной характер, отец всегда обеспечивал меня всем необходимым. Я не знала недостатка в красивых платьях, украшениях или учителях.

«Жена должна быть опорой мужу во всем», – сказал он однажды после того, как представил мне мастера по письму и счету.

Я кивнула и принялась усердно учиться. Действительно, как без чтения жена сможет проверять домовые книги? Как без умения считать она будет узнавать, что главная кухарка потратила деньги именно на то, на что было велено?

«Ты не можешь позволить себе опозорить будущего мужа», – были его слова, когда он привел учителя по этикету.

Я вновь кивнула и согласилась. Мне не хотелось, чтобы надо мной смеялись, поэтому я усердно запоминала мелочи, касающиеся правил, принятых в обществе.

Вся моя жизнь была сосредоточена на подготовке к тому, что я стану женой. Хорошей женой.

Я надеялась, что отец подберет мне самого лучшего жениха, и усердно готовилась к своей свадьбе.

Известие о том, что он погиб на дуэли, и о том, что состояние Данмрак отошло герцогу Вальдрог, заставило ощутить растерянность. Первые дни я была подавлена, но потом собралась и решила, что следовало обсудить свое будущее с герцогом, ведь именно он после смерти отца стал моим опекуном.

Я пошла к нему в кабинет, который еще недавно принадлежал отцу, но при приближении услышала голоса. Люди что-то обсуждали, что-то важное, но настолько ужасное, что мое сердце едва не остановилось от страха.

Я помнила, как в ужасе отшатнулась от двери, как побежала прочь. Мои мысли лихорадочно метались. Я пыталась понять, куда мне следовало пойти, к кому обратиться.

«Король! Я должна пойти к королю!»

Наверху лестницы я запнулась о подол платья. У меня перехватило дыхание. Ужас сковал мое тело... а потом.

Я резко очнулась.

Мое сердце колотилось. Схватившись за плащ, отданный мне Хэзель, я отрывисто дышала, пытаясь прийти в себя.

– Что это было? – прошептала я онемевшими от страха губами.

В этот момент я не могла понять, кем была на самом деле. Сиротой Ариной, выпавшей из окна многоэтажки в провинциальном городе или Арианой – баронессой, упавшей с лестницы.

Но больше всего меня волновало даже не это. Дело в том, что я никак не могла вспомнить, что именно так поразило Ариану в разговоре герцога. Почему-то эта информация словно стерлась из памяти.

Остался лишь ужас и уверенность, что ей следовало кому-то все рассказать.

Глава 12

Мне потребовалось некоторое время, чтобы отойти от этого странного сна.

Судя по всему, воспоминания Арианы все еще находились где-то внутри. Вполне возможно, что я могла вспомнить больше после полноценного сна, но я не была уверена, что смогу уснуть этой ночью.

Когда захватившие душу паника и страх отступили, я принялась размышлять над тем, что узнала.

Перед смертью баронесса явно услышала нечто, что настолько ее напугало, что она бросилась вперед сломя голову, от чего и пострадала.

Она готова была пойти к королю, а ведь с мелочами к нему не ходили. На ум приходила только одна тема, способная до такой степени взволновать законопослушную жительницу королевства, а именно – заговор против короны.

В первое мгновение я даже подумала, что герцог мог сам толкнуть девушку с лестницы, но в воспоминаниях ничего подобного не было. Ариана запнулась о подол наверху лестницы, потеряла равновесие и упала.

Но это не означало, что мне сейчас не грозила опасность. Герцог вполне мог услышать удаляющиеся шаги и увидеть убегающую баронессу. И если он действительно видел, то становилось понятно, почему он настаивал именно на двух вариантах.

Согласись я стать его любовницей, то в случаи открытия правды меня ждала казнь, как вероятную сообщницу герцога. А после того как я попаду в монастырь, то буду заперта там на долгие годы.

Странно, что Ариану не убили сразу, пока она была без сознания. Это был самый короткий путь добиться желаемого.

Возможно ли, что герцог опасался за свою репутацию? В конце концов, одна подопечная не так давно уже умерла. Смерть второй вскоре после дуэли могла насторожить короля, а Вальдрогу явно пока не хотелось его внимания.

Это была единственная причина, которая приходила на ум.

Означало ли это, что мне можно было расслабиться и не бояться смерти?

Нет, вряд ли.

Сейчас, когда я отбыла из замка, это видело множество людей. Он даже охрану мне назначил, выдал служанку, передал паек, достаточный для того, чтобы добраться до монастыря, отдал лошадь, телегу, возничего.

Если я умру по дороге или пропаду, то у герцога будет алиби, ведь он выпустил меня из замка, а значит, не имел никакого отношения к тому, что со мной случилось по пути.

Даже если герцог не знал точно, как много услышала Ариана, он едва ли захочет оставлять в живых свидетеля, поэтому расслабляться явно не стоило.

Впрочем, я могла ошибаться.

Существовала вероятность, что Вальдрог обсуждал не свержение короля, а лишь будущую судьбу самой Арианы. И той приготовленная опекуном участь показалась настолько ужасной и мерзкой, что девушка могла подумать лишь о помощи короля.

В таком случае моя смерть исключалась, потому как герцог мог желать совсем другого.

Я сжала кулаки, стараясь мыслить позитивно, но получалось плохо.

После первой неудачи, Вальдрог мог послать всадников, которые способны были догнать нас в мгновение ока. Конечно, сэр Эрмонд и Брон оказались весьма умелыми воинами, но вряд ли они смогут выстоять против десятка или двух вооруженных до зубов рыцарей, облаченных в доспехи.

У меня начала побаливать голова от размышлений. Я пыталась придумать лучший план для того, чтобы скрыться, дошла даже до того, чтобы идти в одиночестве или только с Хэзель. Но быстро поняла, что одиноких девушек в этом мире поджидало еще больше опасностей.

Одно я знала точно – письмо должно быть прочитано. Если до этого момента я сомневалась, стоило ли вскрывать печать, рискуя тем самым насторожить монахинь, то сейчас все сомнения пропали. Я лишь надеялась, что умение читать осталось со мной.

В какой-то момент я обратила внимание на мужчин. Те не спали весь день и полночи. Им требовался отдых.

– Давайте поменяемся, – предложила я рыцарю.

К Брону обращаться не стала, потому как не была уверена, что могла управиться с лошадью, запряженной в телегу.

Сэр Эрмонд оглянулся на меня.

– Вы не удержите Титана, – ответил он.

Титан? Я окинула взглядом коня. На Титана тот совсем не походил, но говорить об этом я, конечно же, не стала, оставляя за рыцарем право самому называть своего коня так, как ему хотелось.

– Мы можем привязать его к телеге, – выдвинула предложение, – а вы пока поспите. Я просто буду нести факел.

– Нет…

– Слушай госпожу, – бросил ему Брон. – Если на нас нападут, ты должен быть в форме. От уставшего тебя не будет никакого толку.

Эрмонд выглядел возмущенным такими словами, но противопоставить что-либо им не мог. Ему пришлось согласиться.

Вскоре конь рыцаря был привязан к телеге. Сам Эрмонд передал мне факел и забрался на повозку, сразу рухнув на солому. Спустя мгновение до меня донесся усталый вздох.

В этот момент проснулась служанка.

– Что такое? – спросила она, оглядывая нас. Заметив, что я шагала перед телегой с факелом в руках, Хэзель затараторила: – Что это вы задумали, госпожа? Давайте я понесу. Вам не стоит утруждать себя такой работой.

– У меня ноги затекли, хочу пройтись, – заверила ее. – Отдыхай. Завтра твоя помощь всем нам понадобится.

Девушка некоторое время сопротивлялась, но моя настойчивость ее убедила. Ей пришлось смириться. Хотя еще минут десять с ее стороны до нас долетало бурчание. Впрочем, вскоре ее голос затих. Служанка явно уснула.

Дальше мы пошли с Броном вдвоем. Он по-прежнему тянул лошадку, а я шагала с другой стороны, освещая путь факелом.

Я несколько раз посматривала на старика, размышляя, можно ли было ему доверять. Но потом вспомнила, как он еще недавно рисковал собой, защищая меня, а ведь мог просто передать бандитам, не беспокоясь ни о чем.

– У вас что-то на уме, госпожа? – спросил Брон, явно заметив мои взгляды.

Я некоторое время молчала, а потом решилась.

Глава 13

– Почему? – спросила я. – Почему вы не передали меня бандитам? Это ведь было проще.

Старик ничего сразу не сказал, он шел вперед спокойной, твердой походкой, уверенно удерживая под узды лошадь. Но я заметила, как пальцы, которыми он сжимал черенок факела, слегка побелели.

– Должна быть причина? – задал он вопрос.

– Конечно, – я кивнула. – Возможно, до недавнего времени я была вашей госпожой. Но после того как мой отец проиграл, у меня не осталось ни титула, ни денег, ни влияния. Вы ничем не обязаны мне. Я такой же простой человек, как и вы.

– Не все измеряется титулами и деньгами, – заверил Брон и покачал головой. – То, что по бумагам вы более не баронесса, не означает, что вы утратили свою кровь.

Я некоторое время размышляла над его словами. В принципе, в них имелся смысл, но вряд ли так думало большинство людей.

– Возможно, – вновь заговорил старик, – для многих людей клятва – пустой звук. Но не для меня. Когда-то давно я дал обещание вашему деду, что буду защищать его и его потомков до самой смерти. Я ценю свое слово выше каких-то бумаг. Ваш дед в свое время помог многим людям, и их семьи до сих пор хранят в своих сердцах его доброту.

Я мысленно поблагодарила деда предыдущей владелицы тела за то, что тот был хорошим человеком. По крайней мере, так выглядело со слов старика. Как там было на самом деле, сейчас вряд ли можно было узнать.

Выяснив этот момент для себя, я решила действовать дальше. Мне нужна была помощь или хотя бы совет, поэтому я подумала, что могла рассказать о некоторых своих тревогах Брону.

– Понимаете, – начала осторожно, – я думаю, что это нападение было непростым.

Старик резко посмотрел на меня. Казалось, словно Брон не был уверен, что эти слова произнесла я.

– В сердцах многих людей таится тьма, – произнес он несколько обтекаемо.

– Мне кажется, это были... – я замолчала, все еще неуверенная в том, что мне следовало обвинять герцога вслух. Старик мог быть благодарен деду Арианы, но я не знала, как он поведет себя, узнав, что противостоять придется не просто какому-то разбойнику, а целому аристократу, причем высшему. – ...люди его светлости, – все-таки договорила.

Стало тихо. Брон молчал минут пять, не меньше. Все это время были слышны только доносящиеся со всех сторон отдаленные звуки леса, шорох листвы и шуршание камней, попадающихся под колеса. Время от времени огонь факела потрескивал, разбрасывая в разные стороны искры.

У меня начала побаливать рука, которой я держала деревяшку. Это тело действительно не привыкло к каким-то серьезным нагрузкам, но приходилось терпеть.

– У вас есть доказательства?

– Нет, – призналась. – Только предположения.

– И на чем они основаны?

– На моих собственных выводах, – сказала я, не став углубляться в подробности.

Все-таки сейчас я не была уверена, что именно услышала Ариана перед гибелью. Я не могла обвинять герцога в каких-то определенных вещах. Все мои мысли действительно были исключительно предположениями. Доказательств не существовало.

– Можете называть это женской интуицией.

Старик хмыкнул.

– Женская интуиция – сильная штука, – произнес он. – Ей не стоит пренебрегать. Что вы хотите от меня, госпожа?

– Мне нужна помощь, – сказала я прямо и добавила: – Или совет.

– По поводу чего вам нужен совет? – уточнил Брон.

Про помощь он ничего не спросил, словно это подразумевалось само собой. Казалось, что он и без моей просьбы собирался помочь.

Я обдумала следующие слова весьма тщательно.

Мне нужно было решить, что делать дальше, не имея пока полных воспоминаний и не ориентируясь в этом мире достаточно хорошо. Я надеялась, что следующий сон принесет новые знания, и тогда я могла обдумать все еще раз и выбрать правильный путь.

– Я не уверена, что мне следует ехать в монастырь, – призналась я.

Старик кивнул.

– Действительно, будет очень жаль, если вам придется отречься от мирской жизни, – согласился он. – Кровь Данмрак не должна сгинуть впустую.

Я не думала о проблеме с такой точки зрения. Но если так рассудить, для людей этого мира мое заточение в монастыре действительно выглядело как окончательный крест на роду баронов Данмрак. Я не только не могла передать фамилию, но и кровь этого рода. Выходило, что своим действием герцог не просто собирался стереть имя с карты, но и полностью уничтожить род.

– Но пойти против опекуна вы не можете, – продолжил Брон. – Если он сказал, что вы должны отправиться в монастырь, то вы можете только выполнить его требование.

– Разве я не могу просто затеряться на бескрайних просторах королевства? – задала вопрос, размышляя о том, что мне нужно было сделать, чтобы скрыться.

– Человек – не иголка, чтобы исчезнуть в траве, – хмыкнул старик. – В любом месте вы будете чужачкой, и для герцога найти вас будет очень легко.

– А если... – я принялась лихорадочно искать иные варианты, – я стану отшельницей где-нибудь в лесу или горах?

– Люди в деревнях не слепы и не глухи. Слухи о вас быстро разойдутся по округе. И в скором времени после того, как это произойдет, о вас узнает его светлость. Нет, госпожа, если вы хотите уйти от навязанной герцогом судьбы, то вы должны обратиться к человеку, который стоит выше. К тому, кто имеет право упразднить любой приказ опекуна.

Мое сердце по какой-то причине забилось быстрее.

– Вы говорите... – начала я осторожно, – о короле?

Я ощутила, как по телу прошла нервная дрожь. Я понимала, что Брон был прав. Побег мог вызвать у герцога инстинкт охотника. Если это произойдет, то он не остановится до тех пор, пока не поймает меня или не убьет – смотря что именно он хотел сделать.

Но обратиться к королю...

Казалось, что это была хорошая идея. Вот только я понимала, что люди Вальдрога не позволят мне приблизиться не то что к правителю, но даже к столице.

– Именно, – Брон кивнул. – Только король может изменить решение его светлости. Но я слышал, что попасть к нему на аудиенцию очень сложно.

Я кивнула, понимая, что он имел в виду. У короля было много работы, и вряд ли у него находилось время, чтобы разбирать мелкие неурядицы низшего дворянства.

В любом случае, это был тот самый выход, который мне требовался. Оставалось придумать способ, с помощью которого я могла попасть быстро и без препятствий к королю.

Глава 14

Я решила не спешить.

Для начала следовало прочесть, что герцогиня написала в письме. Вполне возможно, что она сдержала слово. Если это так, то Обитель Вечного Молчания могла послужить укрытием на какое-то время.

Следующие пару часов мы шли в полной тишине. В какой-то момент сэр Эрмонд на телеге громко всхрапнул, а потом зашевелился. Стало ясно, что он проснулся. Как только это произошло, рыцарь сразу спрыгнул на землю и направился ко мне.

– Я отдохнул, миледи. Вы можете вернуться на повозку.

– Нет, – отказалась я. – Подмени Брона.

– Не стоит, госпожа, – попытался возразить старик.

– Если вы сейчас не отдохнете, то днем будете сонным. В конце концов, я могу поспать и позже, – перебила я его.

Брону не оставалось ничего иного, как подчиниться. Передав поводья рыцарю, он забрался на телегу и улегся.

Утром, стоило рассвету забрезжить, как проснулась Хэзель.

Осознав, что я всю ночь шагала, она сразу запричитала, укоряя меня в том, что я не разбудила ее, чтобы подменить. К этому моменту я действительно очень устала, но от ее слов лишь отмахнулась, попросив дать чего-нибудь поесть.

Служанка моментально встрепенулась и достала еду, которой можно было перекусить в пути. Она состояла из лепешек, вяленого мяса и кусочка соленого сыра. Вместо простой воды был отвар из ягод – его служанка держала в бурдюках.

Словно пробужденный зовом еды, Брон оторвал голову от соломы и посмотрел на нас. Первое, о чем он попросил, – была еда.

– Лошадям нужен отдых, – произнес старик, покончив с завтраком. – Они не могут идти дальше.

Я окинула лошадей тревожным взглядом. Они действительно выглядели утомленными. Я понимала, что ходьба всю ночь должна была их измотать. Пусть мы с Броном, а потом и с рыцарем пару раз останавливались на короткие передышки, этого явно было мало, чтобы полностью восстановить их силы.

– Тут есть подходящая стоянка? – спросила я у старика.

Под слово «подходящая» я имела в виду какое-нибудь скрытое место, где мы могли бы спрятаться хотя бы на некоторое время.

– В часе ходьбы будет съезд. Им мало кто пользуется, потому как стоянка эта не слишком удобна.

– Тогда давайте остановимся там, – решила я.

Вскоре мы достигли нужного поворота. Он выглядел заросшим. Становилось понятно, что им не просто мало пользовались – им вообще пренебрегали.

– Трава высокая, – заметил Брон. – Гибкая. Если мы будем аккуратны, то после того, как пройдем, она вновь поднимется.

Вперед мы двигались с особой осторожностью, стараясь как можно меньше повреждать траву. Брон, не скрываясь, поправлял ее сразу за нами.

Поляна, до которой мы в какой-то момент все-таки добрались, действительно была ужасно заросшей. Стало ясно, что для начала нам следовало выдрать или выкопать кусты, чтобы освободить хоть немного места.

С кустами быстро справился рыцарь. Достав топор, он весьма искусно порубил кустарники под самый корень. Срубленные ветки с листьями он отдал лошадям. Те приняли подношение с благодарностью.

После этого сэр Эрмонд принялся ухаживать за своим конем, а Брон отдал все свое внимание Ласточке.

– Как далеко до реки? – задал вопрос рыцарь спустя пару минут.

– Далеко. Лучше сразу отвести лошадей туда, чем носить воду ведром, – ответил ему старик.

Я хотела отправиться с Броном, потому как у меня имелось желание освежиться, но Хэзель моментально взбунтовалась, заявив, что не пристало молодой девушке находиться наедине с рыцарем слишком долго.

– Пойду с вами, – припечатала она с решимостью. Стало ясно, что своего мнения она не изменит.

Вскоре мы поняли, что Брона оставить в одиночестве тоже было опасно. Существовала вероятность, что бандиты могли наткнуться на него, пока нас не было.

– Тогда пойдемте вместе, – решила я.

Все переглянулись друг с другом и подумали, что это тоже был выход. В итоге к реке мы отправились толпой, плюс лошади. На поляне осталась только телега с соломой, потому как припасы Хэзель оставлять без присмотра не захотела, и их пришлось тащить рыцарю.

Река, на которую мы наткнулись, оказалась совсем небольшой. Это был скорее ручей, и вода в нем выглядела буквально хрустальной. К сожалению, ее температура была слишком низкой для того, чтобы я могла без последствий помыться.

– Можно нагреть, – предложила служанка. – Все равно уже у реки, а лошадям все еще требуется отдых.

Я посмотрела на нее с сомнением, но не успела что-либо сказать, как сэр Эрмонд принялся собирать хворост. Вскоре костер был разожжен.

Когда над котелком с водой начал виться пар, я подумала, что это был хороший шанс, чтобы вскрыть печать.

В этот момент рыцарь был занят уходом за лошадьми. Он явно решил, что их можно было не только напоить, но и немного освежить. Брон был рядом с ним, а Хэзель занималась тем, что осматривала берег на предмет каких-нибудь трав или кореньев, которые можно было употребить в пищу.

Убедившись, что никто не обращал на меня внимания, я достала письмо от герцогини и еще раз осмотрела его. Печать по-прежнему была на месте. Я поддела ее ногтем, но та держалась крепко.

Не став долго думать и сомневаться, я поднесла письмо над котелком, позволяя пару смягчить печать. Несомненно, бумага должна была стать влажной и потерять изначальную гладкость, но я всегда могла отговориться какой-нибудь случайностью. В конце концов, в пути сложно было сохранить столь хрупкую вещь, как бумага, в идеальном состоянии.

Несколько раз я поддевала печать ногтем, но потом достала нож, решив, что орудовать с его помощью будет более удобно.

Все это время я продолжала наблюдать за людьми, но они занимались своими делами и не обращали на меня никакого внимания. Я не знала, действительно ли они не видели, что я делала, или старались дать мне пространство, но спрашивать не собиралась.

В какой-то момент мне удалось срезать печать.

Я аккуратно оставила ее на кончике ножа и положила на край подола, намереваясь в дальнейшем запечатать письмо так, как было изначально.

После всех манипуляций идеальная гладкость бумаги исчезла. Из-за пара она слегка покорежилась, но меня это не волновало.

Нетерпеливо вытащив из конверта письмо, я развернула его и впилась взглядом в аккуратные строчки.

Я надеялась, что умение читать передалось, вот только стоило мне увидеть буквы, как первое, что я ощутила, было сильным удивлением или даже недоумением.