Текст книги "Архивариус его величества (СИ)"

Автор книги: Светлана Шёпот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 36 страниц)

Глава 33

Накануне прошел дождь, улицы города стали более грязными, мне приходилось ступать осторожно, чтобы не прийти в замок испачканной до самых колен.

Было раннее утро, но люди уже суетились. В это время все очень ценили дневной свет и старались не тратить его праздно, валяясь в кроватях поутру.

Чем ближе мы подходили к замку, тем более оживленными становились улицы. Люди суетились, иногда ругались, толкались. Время от времени по дорогам проезжали телеги или вовсе всадники.

В какой-то момент я заметила, что в грязи по центру улицы лежал какой-то комок. Сначала я не придала этому значения, потому как мои мысли были заняты будущей работой и болтовней Хэзель.

– Вам следует быть осторожной, – тревожным голосом бормотала она. – Лучше никуда не ходить, иначе будет худо. Если вам что-то понадобится – позовите меня.

Я кивнула, а потом огляделась, высматривая место, где можно было без последствий перейти улицу. Краем глаза я заметила, что комок, который ранее привлек мое внимание, шевельнулся. Я остановилась и сосредоточилась на нем.

– Дорогу! – услышала я громкий голос и цокот копыт.

Взглянув в ту сторону, сразу поняла, что ехал кто-то важный. Карета была полностью черной, без опознавательных знаков. В таких явно должны были ездить высокопоставленные персоны.

Возница то и дело кричал о том, чтобы люди убрались с дороги; от его криков все шарахались в стороны, освобождая путь.

Я перевела взгляд от кареты до комка на дороге и поняла, что несчастное живое существо должно было вскоре оказаться под копытами. Недолго думая, я кинулась вперед.

– Куда вы, госпожа? – донесся до меня взволнованный голос Хэзель.

Отвечать я не стала, потому как времени оставалось мало. Подскочив к бедному животному, я торопливо наклонилась и подхватила его.

– С дороги! – снова закричали очень близко.

В следующий момент я услышала хлесткий щелчок кнута. Торопливо оглянувшись, поняла, что карета была уже совсем близко. Я едва успевала отскочить с пути. Возница скривился, а затем вновь поднял хлыст, словно собирался ударить меня. Не став ждать, пока он сделает это, я отскочила ближе к домам, прижимая к себе грязный комок.

– Вы в порядке? – встревоженно спросила меня подбежавшая Хэзель.

Я ничего не ответила, потому как в этот момент смотрела на проезжающую мимо карету. Одна из штор на окне дрогнула, будто человек изнутри не желал, чтобы его кто-то видел.

– Госпожа, – снова позвала меня служанка.

Я отвела взгляд от мрачного транспортного средства.

– Да, со мной все в порядке, – ответила ей и посмотрела на дрожащее существо в своих руках.

Меня встретил внимательный и болезненный взгляд желто-зеленых глаз с вытянутым зрачком.

– Зачем вы сделали это? – спросила Хэзель с недоумением и осмотрела меня. – Боже мой! Вы вся испачкались! – принялась причитать она. – Теперь нас точно не пустят.

Я действительно испачкала платье. Животное, которое мне удалось выдернуть из-под копыт, было ужасно грязным, но даже так я могла понять, что это оказался кот. Он выглядел очень худым, а одна из его лап явно была сломана. Несмотря на это, его поведение оставалось спокойным, он просто лежал на моих руках и даже не думал бежать.

– Мы не успеем вернуться, – продолжала паниковать Хэзель. – Нам нужно найти воду и очиститься.

Я ничего не отвечала служанке, задумчиво глядя на кота. Тот смотрел на меня.

По идее, я должна была оставить его где-нибудь, ведь архивариус вполне мог не пустить в замок грязное животное. Даже мой внешний вид мог стать в будущем проблемой, ведь сейчас мое платье действительно выглядело плачевно. Что-то мне подсказывало, что старик вряд ли станет рад видеть в своей вотчине столько грязи.

Вот только взгляд кота, который будто все понимал, не давал мне сделать последний шаг. Я продолжала стоять и держать животное в руках, словно кто-то меня заморозил.

– Нам нужно найти воду, – донесся до меня голос Хэзель.

Время поджимало, солнце продолжало подниматься. Нужно было что-то решать.

Я еще раз взглянула на кота и поняла, что не могла оставить его. Вздохнула обреченно и попросила Хэзель:

– Достань какую-нибудь тряпку.

Так как мы намеревались жить в замке, то все наши немногочисленные вещи мы забрали с собой.

Служанка явно сильно удивилась, но торопливо выполнила просьбу. Приняв коричневый кусок холстины, я аккуратно завернула кота, а после передала ношу Хэзель. Мне нужно было вытереть грязь с платья. Для этого пришлось изгваздать одно из наших полотенец. Мне повезло, что платье, в котором я была одета, имело скучный коричневый цвет. На нем грязь была едва видна.

– Вы собираетесь взять его с собой? – немного неуверенно спросила у меня Хэзель.

Я кивнула.

– Но разве вам позволят? – в голосе служанки слышалась неуверенность, она то и дело бросала беспокойные взгляды на животное в своих руках.

– Что-нибудь придумаем.

После этого я забрала зверя себе, и мы торопливо продолжили путь, чтобы через некоторое время достигнуть ворот.

– Мы к господину архивариусу, – произнесла, когда охранник остановил нас.

Сначала он осмотрел меня, потом Хэзель, после его взгляд остановился на коте.

– В руках что? – спросил стражник сурово.

– Еще один работник, – весело произнесла я и откинула один уголок, позволяя увидеть мордочку животного.

Мужчина нахмурился, явно не понимая, что имелось в виду.

– Разве вы не знаете? – я удивленно округлила глаза. – Без кота в архиве никак, ведь они ловят крыс, которые не прочь погрызть ценные бумаги. Мне пришлось оббегать весь город, чтобы отыскать лучшего крысолова. Видите, какой потрепанный? Это потому что отлично выполняет свою работу. Сами понимаете, борьба с уличными крысами не такое уж и простое дело.

Взгляд человека прояснился. В нем даже появилось уважение. Видимо, в этот момент мужчина ощутил некую воинскую солидарность с бойцом в моих руках.

Кивнув, стражник отошел, освобождая нам дорогу.

– Идите, – разрешил он.

Я выдохнула и поспешила пройти, опасаясь, что охранник мог передумать.

Глава 34

Проскользнув внутрь, мы оказались в полумраке, едва освещаемом двумя факелами, висящими на стенах.

Ворота позади с грохотом закрылись.

Мы с Хэзель невольно вздрогнули и поторопились вперед. В какой-то момент я обернулась, заметив наверху нависающую над входом остроконечную решетку.

– Жуть какая, – заключила Хэзель, тоже заметив металлические пики, которые, упав с высоты, легко могли пронзить человека.

Я безмолвно согласилась с ней.

Вскоре стало понятно, что мы оказались внутри каменного мешка. Это был длинный коридор, зажатый между двумя высокими стенами. В них можно было увидеть узкие бойницы, из которых то и дело выглядывали стражники. Нетрудно было догадаться, какая задача перед ними стояла в случае нападения врага.

Каменный коридор изгибался. Я не знала точную причину, но могла предположить, что сделано это было лишь для того, чтобы усложнить вероятным противникам жизнь.

Миновав коридор, мы оказались перед внутренними вторыми воротами. Они тоже были массивными и обитыми кованым железом. Их также охраняли стражники.

Заметив нас, один из них вытянул руку, беззвучно давая понять, что мы обязаны были остановиться.

– Кто такие? – спросил он без особых эмоций.

– Мы к господину архивариусу, – доложила я.

Человек быстро осмотрел нас, на короткий миг остановил взгляд на комке в моих руках, а затем постучал в дверь. Через некоторое время с той стороны послышался грохот, следом за этим одна из створок приоткрылась.

– Идите, – бросил безразлично стражник.

Я была удивлена такой усиленной охраной, потому как мне казалось, что подобные меры были необходимы во время конфликтов, но не в мирное время. Видимо, у короля было иное мнение.

Мы с Хэзель прошли мимо и тут же оказались во внутреннем дворе. Вдоль стен можно было увидеть различные постройки. Слева виднелся большой колодец. Откуда-то издалека доносился мерный стук металла о металл. Где-то там явно должна была находиться кузница. Справа ютилась часовня.

Земля во дворе была покрыта соломой. Пахло железом, дымом, едой и отходами.

По двору то и дело проходили какие-то люди, занимающиеся своими делами. Время от времени некоторые из них бросали на нас любопытные взгляды.

Добравшись до крыльца, мы поднялись по широким ступеням. Около двери нас снова встретили двое стражников.

– Кто такие? – вновь задали нам вопрос.

– К господину архивариусу, – в третий раз ответила я.

Охранники с любопытством меня осмотрели, а затем один из них махнул кому-то рукой. Я оглянулась и увидела мальчишку, который торопливо вбежал по ступеням.

– Проводи девиц к господину Абериону, – велел стражник.

– Непременно, – ответил весело ребенок и ухмыльнулся.

Мальчугану было лет одиннадцать. Его рыжая голова выглядела давно нечесаной, а на лице виднелась грязь. Но это его, явно, никак не волновало. Вытерев нос рукавом, он громко шмыгнул, а затем кс любопытством оглядел нас с Хэзель.

– Идемте, – произнес он и прошмыгнул через приоткрытую вторым стражником дверь.

Нам не оставалось ничего иного, как поспешить следом.

В помещении царил полумрак. Пол был покрыт соломой, на стенах кое-где висели чадящие факелы. Пахло дымом, деревом и едой.

Мальчишка и повел нас по коридору вглубь замка. В его руках можно было увидеть фонарь, внутри которого горела свеча. Как оказалось, это не было лишним. Факелы висели не везде, а узкие окна бойницы были прорублены только на верхних этажах, поэтому в коридорах порой было очень темно.

– А чего это у тебя в руках? – спросил мальчуган с любопытством, время от времени оборачиваясь к нам с Хэзель.

– Наш маленький друг, – ответила я и добавила: – И будущий работник.

Конечно, не было гарантии, что старик согласится принять кота, но я продолжала настаивать на своей легенде. Я собиралась уговорить архивариуса оставить зверя. В таком месте, как средневековый замок, подобное животное было очень полезным.

Рыжик даже остановился и вытянул шею, явно желая увидеть, кого именно я прятала.

Не став скрывать найденыша, я вновь откинула уголок мешковины, позволяя увидеть хмурую мордочку.

– Так это же кот! – с недоумением воскликнул мальчик. – Как он может быть помощником в архиве?

– Еще как может, – заверила его и повторила историю об охоте на крыс и их вреде для ценных документов.

Судя по широко раскрытым глазам, ребенок был впечатлен.

– Как тебя зовут? – спросила я мальчика, подумав, что мне следовало налаживать отношения с замковыми обитателями.

– Все кличут Митрошкой, – признался он недовольно. Я поняла, что за этим стояла какая-то история.

– А как на самом деле? – выдвинула догадку.

– Мать назвала Митроном, – важно откликнулся мальчик и даже выпрямился, явно считая свое имя ужасно мужественным.

– Какое хорошее имя.

Мальчишка кивнул, а затем бросил последний взгляд на кота и поспешил дальше.

Спустя время мы добрались до еще одной двери. Ее тоже охраняли.

– Говорят, что их господин Аберион позвал, – пояснил мальчик стражникам.

Один из них кивнул.

– Можешь идти, – бросил он.

Мальчуган фыркнул, крутнулся на пятках, а затем бегом помчался прочь, оставив нас наедине с охранниками. Те сразу устремили на нас тяжелые взгляды. Затем один из них поднял руку и тихо, но настойчиво постучал в дверь.

Нам пришлось ждать несколько минут, прежде чем мы услышали грохот металла. После этого дверь со скрипом открылась, и на пороге показался уже знакомый старик.

– Ну, чего? – проскрежетал он недовольно.

Архивариус выглядел так, словно еще недавно нежился в кровати.

– Пришли тут к вам, господин, – пояснил стражник и кивнул в нашу с Хэзель сторону.

Старик прищурился на мгновение. В следующий миг в его глазах отразилось узнавание.

– Пришла, значит? Очень хорошо, – произнес он и перевел взгляд на Хэзель.

– А это моя подруга, – пояснила. – Я вчера говорила о ней. Она может работать служанкой.

– Да, точно, – старик кивнул и вопросительно взглянул на сверток в моих руках. – А это?

Я слегка занервничала, понимая, что в следующую минуту мне придется напрячься, чтобы убедить архивариуса оставить кота.

– Когда я служила у леди Вэйтмор, то однажды ее письма сгрызли крысы, и тогда она велела завести кота. После этого ни одна книга или свиток леди не пострадали. Я подумала, что в замке не помешает еще один крысолов. Этот кот – настоящий боец. Он пострадал в схватке с большой крысой, я сама это видела. Ведь так, Хэлла? – я повернулась к служанке.

Та тут же закивала, а затем развела руки в стороны и произнесла:

– Вот такой была! – подтвердила она мою ложь, не моргнув при этом и глазом.

Архивариус выглядел сомневающимся, но не сердитым.

– Хм-м-м, – потянул он, не дав окончательного ответа, но в сторону отошел, позволяя пройти.

Я уняла волнение и шагнула вперед, прижимая кота к себе ближе.

Сразу не отказал, а значит, в дальнейшем у него не будет шанса. С котами всегда так.

Мы оказались в большом темном помещении, полном стеллажей, на которых можно было увидеть свитки и книги. Пахло маслом, бумагой и вездесущей соломой, которой был усыпан весь пол.

Напротив двери, около небольшого окна, стоял массивный стол, заваленный различными документами.

К нему старик и направился.

Глава 35

Добравшись до него, старик принялся перебирать бумаги, при этом он щурился и что-то недовольно бормотал.

– Проклятие, – произнес он в какой-то момент, затем взял фонарь, стоящий на углу стола, достал оттуда свечу и поджег ее от факела, чтобы после вернуть обратно.

В архиве действительно было слишком темно. Проникающего через окно дневного света и факелов на стенах едва хватало лишь для того, чтобы осветить небольшой пятачок.

– Вот же он, – наконец произнес старик и положил передо мной пергамент. – Это договор найма на работу, – пояснил он. – Прочти, – добавил и внимательно, с большим интересом посмотрел на меня.

Я передала комок из кота и холщевины Хэзель, после этого взяла бумагу и взглянула на нее. В тот же момент мне стало ясно, что проверки со стороны старика не закончились, ведь договор был составлен на языке, которым здесь пользовались исключительно аристократы. На нем же было написано и письмо от герцогини. Здесь его называли староросским.

На лице архивариуса можно было заметить любопытство. Он словно ожидал дальнейшего.

– Не понимаешь? – спросил он меня.

Что мне следовало ответить на этот вопрос? Должна ли я была солгать, сказав, что этот язык был вне моего знания, или мне стоило рассказать о своем умении?

Я почти солгала, но в последний момент поняла одну важную вещь, и она решила, каким станет мой ответ.

– Леди Вейтмор в последние годы страдала головными болями, отчего ее глаза начинали видеть хуже. Она обучала меня чтению преимущественно потому, что хотела, чтобы я зачитывала вслух приходящие ей письма.

Бумага в моих руках действительно была договором о найме. В нем говорилось о моих обязанностях и о жаловании. Кроме этого, внизу имелась приписка о том, что я не должна была разглашать ничего из того, что узнала в архиве.

– Так значит, ты понимаешь, что написано? – уточнил старик.

Он не выглядел удивленным, словно мои слова что-то подтвердили для него.

Я выдохнула, похвалив себя за то, что успела придержать язык в последний момент.

Все-таки причин обучать служанку чтению было слишком мало.

Одной из них было декламирование художественной литературы, но таких книг было мало, и аристократки все-таки предпочитали самостоятельно наслаждаться ими.

Вторая причина – это чтение писем вслух, а также ответ на них от лица госпожи. Конечно, обычно большинство предпочитало делать это самостоятельно, но леди Вейтмор прослыла закрытой личностью, которая не желала контактировать с кем-то из мира вне.

Учитывая этот момент, можно было предположить, что ей также не нравилось и читать письма, тем более отвечать на них. По этой причине она вполне могла обучить служанку такому привилегированному в этом мире умению, как чтение.

– Да, мастер Аберион, я понимаю, – кивнув, я положила документ на стол и вопросительно взглянула на архивариуса.

Тот взял деревянную коробку, открыл крышку и поставил передо мной. Внутри оказалась влажная тряпка, пропитанная чернилами. Мне не нужно было спрашивать, что делать.

Я окунула в чернила большой палец и аккуратно оставила отпечаток на пергаменте. В этом мире важные бумаги подписывали именно так.

Считалось, что подпись можно было легко подделать, а вот отпечаток пальца являлся уникальным, и изобразить рукой подобный рисунок было в разы сложнее.

– Очень хорошо, – произнес старик, а затем взял бумагу и насыпал на чернила мелкого песка. Тот должен был впитать излишки влаги и помочь отпечатку быстрее высохнуть.

Архивариус не стал требовать, чтобы я зачитала документ вслух, дабы убедиться в моей правдивости. Это молчание не могло не нервировать. Создавалось ощущение, словно в будущем он собирался устроить мне еще несколько проверок, чтобы выявить, действительно ли я смогла прочитать или поставила отпечаток на авось.

Старик явно предпочитал узнавать правду через различные тесты, чем доверять просто словам. В какой-то мере столь дотошный и методичный характер был необходим для человека, занимающего такую важную должность.

– Идем, я покажу, где вы можете разместиться, – сказал он и направился в сторону одной из стен.

Как оказалось, за большим стеллажом находилось несколько дверей.

– Это моя спальня. Сюда входить никому не разрешено, – пояснил старик и указал на тяжелую дубовую дверь. – Это комната ученика. Сейчас она пуста, пока я не нашел ему замену. Ты можешь занять ее. И третья комната – для помощника. Ее может занять твоя подруга. Осмотритесь и возвращайтесь.

После этого его взгляд упал на кота в моих руках.

– Его лучше оставить в комнате. Он слишком грязный. Я не хочу, чтобы какие-либо документы были испачканы.

Договорив, старик передал мне фонарь.

– Конечно, – ответила я и коротко поклонилась.

После этого мы с Хэзель вошли в спальню, которая ранее служила убежищем для ученика. Комната оказалась очень маленькой. В ней имелась лишь широкая лавка, на которой сейчас лежал соломенный матрас и небольшая подушка. Под лавкой обнаружился ночной горшок. На столе стопками лежали различные документы и множество свитков. Судя по всему, в этом месте незнакомый мне молодой человек занимался делами.

Вся комната выглядела очень аккуратной. Либо здесь прибрали после, либо юноша, занимавший ее, обладал любовью к порядку. Никакого освещения в комнате не предполагалось, кроме свечей и факелов.

Вторая комната выглядела практически идентично, только была совершенно пустой. В ней не было ни бумаг, ни постельного белья. Становилось ясно, что там никто давно не жил.

Положив кота на стол, я взглянула на Хэзель.

– Нужна вода и какая-нибудь еда, желательно мягкая.

Служанка кивнула и вышла из комнаты.

Я проследила за ней взглядом, а потом принялась аккуратно разматывать холщевину.

Кот все это время спокойно лежал и смотрел на меня, поблескивая желто-зелеными глазами в оранжевом свете фонаря.

Глава 36

Он выглядел худым и истощенным, его шерсть намокла и прилипла к телу, а правая лапка была согнута в месте, не предназначенном природой. К сожалению, здесь не было ветеринарных клиник, и я могла рассчитывать лишь на себя. Вот только о лечении переломов я знала лишь минимум, который, вероятнее всего, был известен каждому человеку на Земле.

Когда я развернула кота, то заметила, что он мелко дрожал.

– Храбрый малыш, – произнесла и мягко погладила его между ушей, пытаясь успокоить.

Тот на мгновение прищурил один глаз, но взгляда от меня не отвел.

Хэзель долго не возвращалась, но я ее не винила, понимая, что ей нужно было сориентироваться в незнакомом замке.

По идее, мне следовало сейчас вернуться к архивариусу, но я не могла бросить кота одного, так как была уверена, что он немедленно попытается встать и уйти, чем только навредит себе еще больше.

В момент, когда ожидание стало совсем тягостным и я с каждой секундой ощущала, как время уходит, вернулась Хэзель. Она была буквально нагружена различными вещами. Заметив это, я бросилась к ней и забрала полное ведро воды.

– Спасибо, госпожа, – прошептала Хэзель, а затем прошла в комнату и положила на кровать какой-то мешок и деревянный таз, затем скинула с плеча несколько тряпок. – Нам повезло, – принялась она бодро рассказывать. – На кухне как раз была нагрета вода. Я попросила теплой, сказала, что вы желаете помыться.

И тут я вспомнила об одной важной вещи.

Так как у кота была сломана лапка, то требовалось наложить шину. Нужны были какие-нибудь ровные палки. Можно было просто завязать бинтом туго, но у меня имелись веские опасения, что этого будет недостаточно.

Когда я рассказала о проблеме Хэзель, та кивнула с понимающим видом и снова ушла. На этот раз она вернулась гораздо быстрее, в ее руках было несколько ровных щепок нужного размера.

– Подойдет?

Я кивнула.

Когда мы принялись очищать кота от грязи, тот несколько раз дернулся и даже хрипло мяукнул, но затем затих и повесил голову, словно полностью смирился с судьбой. Он выглядел таким обреченным и жалким, что даже Хэзель, которая явно относилась к котам равнодушно, не могла остаться спокойной.

После банных процедур пришло время. Вытерев аккуратно чистую шерстку, я вновь положила кота на стол. Тот посмотрел на меня недовольно и попытался встать.

Теплая вода явно согрела его, поэтому он выглядел более живым, чем в самом начале. Взглянув на лапу, я мысленно настроилась, а затем велела Хэзель держать животное. Я собиралась все сделать максимально быстро, надеясь, что все получится.

Через некоторое время, завязав бинт, который мы с Хэзель сделали из одной из простыней, я сунула под нос коту, который явно сейчас проклинал нас до седьмого колена, кусок вареного овоща, похожего на картофель. Возможно, нужно было дать мясо, но я боялась, что после долгого голодания столь тяжелая пища могла навредить.

Подношение было съедено так быстро, что казалось, будто ничего и не существовало.

Обнюхав место, на котором еще недавно лежала еда, кот посмотрел на меня. В его взгляде я видела упрек, он словно говорил мне, что после всех испытаний, которым я его подвергла, подобная мелочь была совершенно недопустимой.

Убедившись, что все было в порядке, я попросила Хэзель присмотреть за нашим неожиданным питомцем, а сама направилась обратно в архив.

Старик сидел за столом и что-то писал, рядом стоял фонарь. Как я поняла, открытый огонь в архиве не допускался, исключение – факелы, висящие на стенах.

– Простите, мастер Аберион, – повинилась я, понимая, что «осмотр» комнат занял непозволительно много времени.

– Все в порядке, – произнес старик. – Надеюсь, это животное не доставит никаких проблем.

– Можете быть уверенным, – пообещала я.

Старик взглянул на меня и кивнул.

– Расскажи о том, как ты понимаешь свои обязанности, – попросил он внезапно.

Старик не рассказывал мне о моих задачах. Зато о них было написано в договоре. Нетрудно было догадаться, по какой причине архивариус сейчас задал вопрос.

– В мои обязанности входит поддержание чистоты в архиве, работа с залежавшимися документами, очищение их от пыли, борьба с вредителями, такими как жуки или моль, проверка старых документов на наличие плесени, подготовка пергаментов, растирание чернил, переноска и доставка бумаг или книг по вашему запросу либо по запросу его величества, – без запинки перечислила я.

В целом обязанности помощника были весьма трудоемкими и скорее физическими, чем интеллектуальными.

– Очень хорошо. Полагаю, ты можешь начать прямо сейчас. Но твоей подруге запрещено касаться документов и книг, – предупредил старик строго. – Она может убирать полы и вытирать пыль, но не более того.

Договорив, он опустил взгляд на пергамент, и мне стало ясно, что разговор был завершен.

В комнате Хэзель сидела на кровати, а напротив нее лежал кот. Они смотрели друг на друга напряженным взглядом. В руках служанки я заметила еще один кусок овоща.

– Что случилось? – спросила, переводя взгляд с одного на другого.

Хэзель внезапно смутилась, а потом спрятала еду за спину и виновато посмотрела на меня.

– Мы его не прокормим, госпожа, – пожаловалась она.

Мне стало понятно, что наш питомец оказался отличным вымогателем, перед которым не смогла устоять даже Хэзель. Пока меня не было, он явно сумел выудить у нее еще несколько лакомых кусочков.

– Придется постараться, – я улыбнулась, затем взяла ведро, таз и направилась к выходу.

– Куда вы, госпожа? – встревожилась Хэзель.

– Работать, – ответила я ей.

– А что делать мне?

Я остановилась около двери и оглянулась, потом перевела взгляд на кота. Тот в этот момент пытался встать.

– А ты будешь следить за ним, – решила я и вышла из комнаты, намереваясь заняться делом.