355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сэнди Митчелл » Архив комиссара Каина » Текст книги (страница 72)
Архив комиссара Каина
  • Текст добавлен: 6 апреля 2017, 12:30

Текст книги "Архив комиссара Каина"


Автор книги: Сэнди Митчелл



сообщить о нарушении

Текущая страница: 72 (всего у книги 200 страниц)

Это был еще один постоянный приказ-инструкция, оставшийся с начала вторжения, и, надо сказать, он пришелся весьма кстати. С мощностями передающей станции командной «Химеры» я мог достичь ушей возможных союзников в радиусе гораздо большем, чем позволяла переносная станция Гренбоу (которая теперь почила с миром, после того как Фелиция отслужила над ней соответствующую заупокойную).

– Благодарю, – откликнулся я, вводя свой комиссарский код.

Учитывая то скептическое отношение, которое я встретил у Тайбера и Пирса, с самого начала следовало установить формат передачи, возможный лишь для моего положения, чтобы по мере сил оградить и нас, и ее получателей от множества противоречий. Маркони посмотрел на хронограф, подкрутил какие-то рукоятки и переключатели и кивнул мне:

– Вы в эфире.

– Передает комиссар Кайафас Каин, для всех имперских боевых единиц, кто может меня слышать, – произнес я, стараясь наполнить голос легким ожиданием полного подчинения, как меня тому учили в Схоле. – Общий сбор на базовом складе «Сигма двенадцать» к завтрашнему утру. Конец передачи.

Я кивнул Маркони, и он сразу же заглушил передатчик. Мы добрые двадцать минут вслушивались в разряды статики, но никакого ответа не было, даже удивленного «Вы сказали „комиссар“, мы не ослышались?», которого я наполовину ждал.

Маркони ухмыльнулся в мою сторону.

– Хорошая вокс-дисциплина, – произнес он. – Тем меньше зеленокожие могут услышать.

– Или так, или никого уже не осталось, чтобы дисциплину нарушить, – произнес я, стараясь, чтобы это прозвучало как шутка.

Как оказалось, мои страхи оказались необоснованны. Первый из разрозненных отрядов выживших прибыл вскоре, еще до полудня, добавив к нашей разношерстной компании еще пару «Химер» и больше дюжины солдат. С ними у нас образовался почти полноценный взвод, если добавить выживших из отряда Пирса, не говоря уже о том, что теперь по крайней мере одну «Химеру» мы могли использовать целиком и полностью для транспортировки различных припасов. Я оставил сержанта разбираться с новоприбывшими, дабы обсудить насущные вопросы интеграции нашей цепи командования с Пирсом и Тайбером, после чего направился еще за одной чашкой рекафа.

Так получилось, что по пути я столкнулся еще и с Норбертом, который, очевидно, искал того же, что и я, и потому присоединился ко мне за общим столом.

– Это прямо-таки зигзаг удачи, – заявил он, разворачивая ко мне планшет данных. – Теперь я могу распределить часть наших запасов топлива и амуниции в полностью бронированную машину. Так меньше шансов, что их подорвет шальной снаряд.

Конечно, в этом был известный риск, потому что одно хорошее попадание крак-ракеты или энергетического заряда заставило бы нас потерять значительную часть и того и другого, но у зеленокожих, кажется, не было большого количества подобных орудий. Так что это было определенно безопаснее, чем везти крупные части наших взрывчатых запасов в полуоткрытых орочьих штуковинах.

– А что касательно остальных припасов? – поинтересовался я.

Нотариус пожал плечами:

– Я разделяю их между грузовиками и некоторыми багги. Насколько возможно, равномерно. Даже если мы потеряем одну или несколько машин в предстоящих боях, это не нанесет нам большого ущерба. – Судя по голосу, его, конечно, не воодушевляла такая перспектива, и я совершенно не мог его за это винить. – Но все равно часть придется оставить. У нас не хватит транспорта, чтобы увезти все.

– Уверен, вы проконтролируете, чтобы у нас было необходимое, – сказал я.

– Я набросал список приоритетов, – подтвердил Норберт. – Вода, пища и медицинские принадлежности, конечно, а также достаточное количество боеприпасов для нашего вооружения. – Он указал на некоторые из пунктов в составленной им описи. – Некоторые из ополченцев запросили новые ружья вместо орочьих, которые им достались.

– Скажите, чтобы брали что захотят, – сказал я. – В оружейной достаточно добра.

И чем больше его мы смогли бы раздать по рукам, тем меньше пришлось бы везти мертвым грузом: будь я проклят, если оставлю за собой что-нибудь пригодное для зеленокожих, но и взрывать то, что могло оказаться необходимо нам в будущем, было против моей натуры. Кроме того, то оружие, которое мы позаимствовали у орков, имело склонность быть не менее опасным для стрелка, чем для его мишени.

– Именно так я и сделаю, – кивнул Норберт. – Что касательно остальных гражданских?

Я пожал плечами:

– А почему бы и нет? – С оружием в руках они почувствуют себя увереннее, в этом я не сомневался, а целиться с тех подпрыгивающих на ухабах орочьих монстров, на которых они ехали, все равно было бесполезно. – Все, кто пожелает, могут взять оружие, но только при условии, что кто-то из людей Тайбера покажет им, как с ним обращаться, и если они готовы слушать приказы, когда начнется стрельба.

Это, конечно, должно было позволить большинству из них не отстрелить себе ноги, когда дойдет до дела, а в моем распоряжении оказывалось еще больше пушечного мяса, которое можно было поставить между мною и орками в том случае, если дела пойдут совсем уж отчаянно.

– Вполне разумно, – согласился Норберт.

Оглядываясь назад, я, впрочем, могу сказать, что это была не самая удачная из моих идей, но, кажется, тогда она вдохнула в наших беженцев новые силы, и в конце концов едва ли не каждый из них обзавелся лазганом или чем-то подобным, закрепив свой статус в качестве части нашей нерегулярной армии. Даже Эриотт, когда мне случилось его встретить, уже добыл себе лазерный пистолет, хоть и заверил меня, что не собирается им пользоваться. Я был несколько озабочен тем, что регулярные бойцы СПО могут косо посмотреть на такое развитие событий, но они, кажется, были всеми руками за. Поскольку теперь гражданские вроде как могли позаботиться о себе сами, солдаты получили возможность сосредоточиться на том, чтобы биться с врагом без того, чтобы отвлекаться на беззащитную массу (или, по крайней мере, они так считали – я обнаружил, что немало солдат выразили полную готовность преподать персональные уроки стрельбы женщинам). В целом я посчитал это признаком поднятия боевого духа.

И действительно, весь наш лагерь вскоре излучал ощущение общей цели, что я нашел несколько удивительным. Незадолго до заката состоялся наш следующий разговор с Пирсом – на открытом воздухе, но все же за бутербродами с солониной и чашкой рекафа. К этому времени появилось еще немного оставшихся от регулярных сил СПО отрядов, приведших с собой пару тяжелых армейских грузовиков, которые заставили Норберта едва ли не откровенно потирать руки от удовольствия, и три «Саламандры» (разведывательного образца) с полными экипажами, а также медицинскую «Химеру». Я направил ее и двух санитаров, прибывших с нею, к Эриотту и его раненым, которым должно было быть гораздо удобнее на борту этой новой машины, чем на орочьих колымагах, к которым они были приговорены до сих пор.

– Никто из нас не ощущал себя так с тех пор, как появились зеленокожие, – произнес молодой лейтенант, откусывая от бутерброда. Он кинул на меня взгляд, яростно работая челюстями, с примечательным выражением на лице. – Мы просто старались выжить, и все. Но теперь у нас снова есть цель.

– Цель остается той же, что и всегда, – откликнулся я. – Очистить этот мир от орков.

– Вам легко говорить. – Пирс допил остатки своего рекафа, непроизвольно отшатнувшись, когда Юрген шагнул к нему, чтобы снова наполнить чашку. – Для вас это всего лишь еще одна военная кампания. Но мы здесь потеряли все, что у нас было.

– Но только не боевой дух, – возразил я, легко входя в ту роль, к которой Комиссариат так старался меня подготовить. – А это все, что вам нужно, дабы снова отвоевать свою планету.

А также позволить мне оставаться невредимым, как я искренне надеялся.

Пирс кивнул, полностью покупаясь на мои слова.

– И мы это сделаем, – торжественно провозгласил он. – Или умрем сражаясь.

Пирс слегка повысил голос, и тот эхом разнесся по пространству между куполами, перекрыв даже шум людской суеты, всех этих солдат и ополченцев, сновавших туда-сюда с коробками и тюками.

– Пришел тот день, когда мы перестанем бежать и прятаться. Сегодня мы закончим просто досаждать врагу, мы станем наносить ему настоящие раны! Настало время зеленокожим бояться нас!

Рев согласных голосов поднялся от добрых шести десятков глоток вокруг, эхом отозвавшись от высоких стен. Я отступил в тень, позволив перлийцам наслаждаться собой в этот миг. Император знает, что им придется туго, едва лишь снова начнется наше путешествие.

– С дороги! А, это вы. Простите. – Демара, тащившая на себе переносной пулемет огневой поддержки, который был едва ли не с нее размером, шагнула в сторону, чтобы обойти меня. Тэмворт следовал за ней в двух шагах с треногой, заброшенной за спину бронеплитой, долженствующей защищать расчет орудия, и с коробками патронов в обеих руках. На лице девушки-бандитки появилось странное, смешанное выражение недовольства, уважения и вызова, когда она обратилась ко мне: – Или я должна добавить «сэр»?

– Обычно да, – произнес я. – Но я не гонюсь за формальностями.

– Мы это поняли, сэр, – вставил Тэмворт.

Демара кивнула:

– Спасибо, что разрешили брать всякую всячину. – В ее глазах промелькнуло сомнение. – Вы ведь не имели в виду только ружья и тому подобное, правда?

– Что вам больше подходит, – заверил я.

– Круто. – Она оглянулась на Тэмворта. – Видишь? Я же говорила, что все будет тип-топ. – Затем девушка снова обратилась ко мне: – Тэм говорил, что мы можем брать только легкие штуки. – Она бросила на тяжелое орудие в своих руках такой нежный взгляд, будто это был котенок тринкса. – Но я как увидела ее, так сразу сказала: вот она, моя пушка.

– Наслаждайтесь, – напутствовал я.

Оба ухмыльнулись и быстро удалились в сгущающуюся темноту. Через мгновение из-за угла ближайшего здания вывернул погрузчик и с шипением пневматических приводов остановился, легко удерживая в клешнях коробку высотой почти с меня. Фелиция улыбнулась мне, превращенная своими белыми одеждами и наступающим сумраком в благожелательного призрака.

– Почти последняя, – сообщила она. – Из того, по крайней мере, что может нам пригодиться.

– Отлично. – Я кивнул. – А что в остатке?

– В основном крупные снаряды, но нам не из чего ими стрелять. – Ее ухмылка расширилась. – Когда будем взрывать это местечко, должно неплохо жахнуть.

– Рад слышать, – только и произнес я. – А как с машинами?

– Неплохо. Я проведу за ночь последние проверки.

Ее энергичность в то время показалась мне ошеломительной; лишь позже я узнал, что, как и у многих техножрецов, мозжечок ее был заменен аугметической системой, которая, помимо всего прочего, позволяла ей обходиться без сна едва ли не бесконечно.

– Если у вас есть минутка, то я обсудила бы несколько идей по поводу этой вот машинки.

– Вы хотите взять ее с собой? – изумленно вопросил я.

– О да. Конечно, пока она славна только перетаскиванием туда-сюда коробок, но не забывайте, этот агрегат выполнен на основе «Часового». – В ее голосе появилась определенная нотка энтузиазма. – Он будет намного быстрее и маневреннее на пересеченной местности, чем даже «Химера».

Технопровидица подняла одну из клешней погрузчика в подобии салюта, заставив меня сжаться от предчувствия, что коробка рухнет мне на ноги, но та оставалась на месте, ловко сбалансированная Фелицией на одной точке.

– И он окажется более чем полезен, если какая-то из наших машин застрянет.

– Хороший довод, – признал я, сторонясь, чтобы дать ей пройти, затем обернулся к Юргену. – Пора бы и нам собираться.

Мой помощник согласно кивнул.

– Завтра будет еще полно дел, сэр, – отозвался он.

Хотя если бы я в тот момент знал, насколько слабое это выражение для того, что нам предстояло, уверен, мне всю ночь не пришлось бы сомкнуть глаз.

Глава девятнадцатая

Как мы ни старались, а уже перевалило за полдень, когда наше разношерстное собрание машин было готово отправляться, и я, как мог, скрывал свое нетерпение, пока гражданские рассаживались по местам. Последние несколько тюков драгоценной поклажи привешивались на борта наших «Химер», уже и так настолько увешанных ею, что противопехотные лазеры сделались совершенно бесполезны, и Тайбер был уже готов устроить из покидаемого нами места такой фейерверк, чтобы было видно с самого Золотого Трона. Мы расположили заряды взрывчатки в каждом из зданий и еще несколько подрывных патронов к оставшемуся в хранилище оружию и снарядам, просто на удачу, но все же я намеревался быть отсюда как можно дальше, прежде чем позволить саперам передать по воксу импульс, который приведет все это в действие.

– Последнее, – в конце концов доложил Тайбер, подбегая к командной «Химере», где Юрген и я расположились вместе с Пирсом и остатками его подразделения.

В нормальных условиях я последовал бы своей привычке и забрал бы для собственных нужд одну из «Саламандр», но с меня уже хватило езды в открытой машине по подобной местности. Разведывательные же машины были назначены для той работы, для которой и были сконструированы, – они патрулировали впереди основной автоколонны и на флангах, время от времени докладывая, что все еще не видно и следа зеленокожих, хотя я все равно не собирался позволять себе погрузиться в обманчиво-спокойное состояние. С самого первого момента прибытия на Перлию я научился доверять своей хронической паранойе больше, чем чему бы то ни было.

Вдобавок к прочим положительным моментам командная машина должна была идти в центре нашей импровизированной армии и быть защищенной настолько, насколько это вообще возможно. Я, конечно, и не думал сообщать Пирсу, что именно это было основной причиной пересесть к ним, а вовсе не необходимость контролировать любую нештатную ситуацию, чему должен был весьма способствовать набор специализированного вокс-оборудования и ауспиков, которые командная «Химера» несла на борту. То, что я мог почти с таким же успехом получать информацию и отдавать приказы с помощью моего старого доброго микрокоммуникатора, по-прежнему глотая при этом пыль в нашей орочьей костоломке, ему, кажется, в голову не пришло, а если и пришло, то он оставил эту мысль при себе.

– Отлично, – похвалил я Тайбера, в последний раз перед отправлением окидывая взглядом тот сброд, который мы назвали военным конвоем.

А что еще оставалось делать, если в нашем распоряжении была лишь примечательная смесь имперских и орочьих машин, настолько перегруженных закрепленным снаружи грузом, что эта разница все равно была малоразличима, – оставалось лишь смириться с тем, что выглядим мы, как куча бездомных со своим барахлом, а не военное формирование.

Я уже готов был дать сигнал выдвигаться, когда знакомый свист поршней и звяканье валов предупредили меня о появлении погрузчика. Обернувшись на звук, я был вознагражден особенно радостным помахиванием рукой Фелиции, перегнувшейся через дверь кабины, притом что сам я мог лишь пялиться в полном ошеломлении на труды ее рук.

– Император, Сущий на Земле! – воскликнул я. – Что вы с ним сотворили?

– Я же предупреждала, что у меня есть на его счет некоторые идеи. – Голос технопровидицы звучал совершенно обыденно, эхом отдаваясь у меня в ухе, что хорошо, я полагаю, поскольку в противном случае я не мог бы разобрать ни слова за ревом запускающихся вокруг нас двигателей.

Одна из идей, которая ей пришла в голову, очевидно, заключалась в установке на погрузчике вокс-оборудования.

Место камнебетонного противовеса за спиной шагающей машины занял обширный металлический бак, полный, судя по ведущему в нутро машины переплетению труб, прометия. С таким количеством топлива на борту Фелиция, должно быть, могла добраться без остановки до самого побережья, хотя, очевидно, часть этого запаса планировала иначе: под кабиной «Часового» был смонтирован тяжелый огнемет, чей поджигающий элемент нежно шипел, наполняя воздух слабым запахом гари. Как, во имя всей галактики, Фелиция собиралась использовать его, учитывая, что панель управления огнем в кабине у этой модификации была предназначена для управления клешнями, я не имел ни малейшего понятия. Лишь позже, когда мне случилось наблюдать, как она со всем и всяческим удовольствием набросилась на встреченный по дороге орочий патруль, я осознал, что она наскоро прикрутила к нему подобие гашетки, которой могла управляться с помощью своего механического хвоста.

– Это… очень находчиво, – только и смог вымолвить я, стараясь, чтобы это прозвучало как можно нейтральнее.

Фелиция снова ухмыльнулась и со звоном удалилась на поиски своих помощников, которые забрали себе один из новоприбывших транспортов, погрузив в него набор инструментов и запчастей (которых теперь, когда их запас был пополнен за счет хранившегося на складе, было обнадеживающе много). Я обернулся к Пирсу:

– Мы можем выступать.

– Эскорт-второй, – зазвучал в моем ухе новый голос. – Вижу цель, движется в юго-восточном квадранте, быстро приближается.

Одна из команд на «Саламандрах» выполнила, как видно, свою задачу. Пирс поглядел мрачно.

– Быстро они выдвинулись, – заметил он.

Я кивнул и осознал, что внезапно пересохшее горло стало таковым вовсе не из-за сухой пустынной жары или вони горящего прометия, распространяемого моторами наших машин, подобно тому как Юрген распространял вокруг свой особый запах. Похоже было, что оправдывается наш самый пессимистический прогноз относительно того, как скоро орки отреагируют на уничтожение их разведывательного отряда.

Я поспешил укрыться в тенистом чреве командной «Химеры», и некий отстраненный уголок моего сознания порадовался холодку внутри нее, в то время как я встал за спиной оператора ауспика.

– Можете дать мне приблизительную оценку численности врага? – спросил я.

Оператор по имени, если я правильно помню, Орилли покачал головой.

– Они еще не вошли в наш радиус действия, – объяснил он и указал на пятно у самого края экрана, успокаивающе помеченное имперским значком. – Это «Эскорт-второй».

– Говорит Каин, – передал я, прервав рутинное подтверждение приема от Маркони. – Визуально можете определить цель?

– Никак нет, сэр. – Капрал, командовавший состоявшей из четырех человек командой разведчика, ответил сразу же, вне сомнения удивленный моим вмешательством и полный надежд произвести на меня хорошее впечатление. – Все, что пока видим, – это облако пыли, которое они поднимают.

Потом он взял паузу, и я легко представил себе, как он вглядывается в ампливизор, стараясь настроить более четкую картинку.

– Облако, впрочем, большое.

– Дайте знать, когда получите какую-то информацию, – сказал я. Затем обернулся к Пирсу и Тайберу. – Время принимать решение. Остаемся и надеемся, что сможем отбиться в укрепленном расположении, или выдвигаемся, рискуя тем, что придется драться на открытой местности, если будет погоня?

– Выдвигаемся, – решил Пирс и указал на экран ауспика. – Они по меньшей мере в двадцати минутах пути.

Тайбер кивнул, соглашаясь:

– Мы все равно собирались подорвать все строение. Отойдем за линию холмов, пока еще есть время.

– Вопрос в том, есть ли оно, – задумчиво протянул я. Будь с нами лишь военные, мы, несомненно, должны были успеть скрыться, но сможет ли гражданский сброд так быстро взять ноги в руки, было весьма спорно. Впрочем, я лично задал вопрос чисто в риторическом ключе, ради того чтобы показать свою заботу о беженцах. Я не собирался рассиживаться здесь, ожидая подхода зеленокожих, а если кто-то из гражданских поработает для нас в качестве живого щита, то уж это мне как-нибудь удалось бы пережить. Так что я кивнул, будто неохотно принимая тяжелое решение. – Но, впрочем, выбора у нас нет, все согласны? Выдвигаемся.

К моему удивлению, отход с территории склада прошел удачно, по крайней мере в том, что касается его первой части. Гражданским вполне удавалось не отставать, несмотря на то что они по большей части были размещены на орочьих машинах, и, хотя наша цепь немного растянулась, «Химеры» смогли достаточно хорошо держать общий строй под контролем. Основной моей заботой было узкое место на выходе из главных ворот, через которые вел единственный спуск с отвесного основания складов, но все живо оказались на равнине и уже через каких-нибудь десять минут весело поднимали пыль по направлению к холмам.

– Вижу цель, – доложил Орилли вскоре после того, как и мы начали движение. – Одна машина средних размеров. Большего на таком расстоянии сказать не могу.

– Отлично, – подбодрил я его, стараясь скрыть испытываемое облегчение.

Кто бы это ни был, похоже, они не представляли особой угрозы. Через секунду вышла на связь команда «Саламандры», подтверждая выводы оператора ауспика.

– Имперская машина, – доложил капрал. – Один «Леман Русс». – Он на секунду замолчал, затем продолжил: – Похоже, ведет какой-то конвой. За ним гораздо большее облако, тянется на несколько километров.

– Какое, к чертям собачьим, ведет! – врезался в передачу новый голос, четкий, командный и, несомненно, женский. – У нас куча зеленокожих на хвосте. Кто бы вы там ни были, лучше бы вам приготовить серьезные пушки, или от нас останутся одни шкварки.

– Говорит комиссар Каин, – ответил я, стараясь ничем не выдать тревожную дрожь, охватившую меня при ее словах. – Назовитесь, пожалуйста.

Намек на то, что пора бы перейти на официальные формулировки, должен был внушить окружающим уверенность в том, что их комиссар контролирует ситуацию, но и грубить экипажу танка не стоило. Я всегда находил, что от людей можно добиться гораздо большего, если дать им почувствовать твое уважение, а если это не сработает, всегда можно их пристрелить.

– Сержант Вивика Сотин, Пятьдесят седьмой бронетанковый. Все, что от него осталось, насколько мне известно[310]310
  Действительно, позже проявились и другие выжившие из данного полка, которые в это время продолжали вести партизанскую войну на юге континента. Сотин и ее экипаж медленно двигались на север после того, как оказались отрезаны от своей роты, которая была практически уничтожена во время первого же орочьего штурма планеты.


[Закрыть]
. У нас нет снарядов для основных калибров. Заехали сегодня пополнить боезапас на точке «альфа», а там кишмя кишат зеленокожие.

Я бросил взгляд на Тайбера, узнав имя того склада, к которому он предлагал направиться вместо теперешнего, но был даже так галантен, что не стал вслух произносить ничего вроде: «А что я говорил?»

– С этого момента мы только уносим ноги, – продолжала Сотин. – Думала, что оторвались от них, но с рассветом они углядели наши следы.

– Обходите склад, – передал я, надеясь, что зеленокожие все же не прослушивают наши вокс-передачи. – Встречаемся на гребне противоположной стороны долины.

– Вы что, невнимательно слушаете? – отозвалась она с резкостью, которую я могу списать только на состояние стресса, в котором она находилась, и обычное для СПО недопонимание значимости Комиссариата. – Мы совершенно на нуле. Если не перевооружимся, то остается выйти на врага с одними лишь матюгами.

– Они в десяти минутах за вами, – заметил я, вопросительно посмотрев на Орилли, чтобы он подтвердил мой расчет. Тот кивнул. – Если вы не способны перевооружиться с такой скоростью, склад станет смертельной ловушкой.

Я не сказал обо всех тех взрывчатых мерах, которые мы приняли, дабы не допустить попадания запасов снарядов в лапы орков, все-таки опасаясь, что связь наша прослушивается. Сотин, впрочем, очевидно, оказалась достаточно умна, чтобы самой прийти к такому выводу.

– Получение приказа подтверждаю, – отозвалась она.

Я снова повернулся к Орилли и светящимся оспинкам, покрывшим экран его ауспика. Что-то касаемо их движения показалось мне смутно неправильным, но я некоторое время не мог сообразить что же. Через пару секунд на меня снизошло озарение, и я указал на одну из крапинок.

– Этот почему движется не в том направлении? – спросил я.

Что бы это ни было, оно обладало изрядной скоростью и маневренностью, протискиваясь сквозь массу других машин с поспешностью и легкостью, которые исключали большинство из транспортных средств нашей импровизированной роты. Мне пришлось заключить, что это «Часовой», что через мгновение подтвердилось радостным окликом по воксу:

– Не волнуйся, Кайафас. Я обо всем позабочусь[311]311
  Так как здесь в первый раз оказывается, что Каин и Фелиция, очевидно, уже успели перейти на «ты», мы можем предположить, что им удалось выкроить время для более тесного знакомства, подробности которого Каин не потрудился описать, хотя один Император знает, как им удалось найти время для столь тесного социального контакта.


[Закрыть]
.

– О чем позаботишься? – переспросил я, уже боясь услышать предполагаемый ответ.

Как и всегда, голос Фелиции просто лучился обычным оптимизмом, который в моем сознании давно уже плотно увязался с ее личностью.

– У меня куча времени, чтобы смотаться на оружейный склад и обратно, – заверила она меня. – Мы ведь не захватили с собой снарядов, а?

– Немедленно вернись в строй, – произнес я так авторитетно, как только мог, не забыв отключить все остальные вокс-каналы от этого разговора.

Я не мог рисковать подрывом собственного авторитета прямым неповиновением, о котором стало бы к тому же известно всем и каждому.

Фелиция лишь рассмеялась:

– Это я и сделаю, как только раздобуду снарядов для леди-танкиста. Болтерные заряды у нас есть, да и пара батарей для лазеров тоже.

Непокорная точка на экране теперь выбралась из основной части конвоя и была ближе к складу, чем к безопасной цепи холмов. Я прикинул время. Если все будет происходить столь же быстро, она обернется с делами внутри примерно к тому моменту, как спасающийся бегством танк достигнет базового склада, а затем они смогут вместе отступить. У нас не было никакого вооружения, которое позволило бы обеспечить им огневое прикрытие на таком расстоянии, и я понял, что мечтаю иметь в своем распоряжении хоть парочку «Сотрясателей» (или, что предпочтительнее, «Василиск», оборудованный этим орудием, который мог бы выполнять все те же функции и при этом передвигаться наравне со всеми).

– Разрешаю, – произнес я, смиряясь с неизбежностью.

У меня не было никакой возможности переубедить ее, так что оставалось лишь создать впечатление, что я сам утвердил ее действия. В этом вся беда с гражданскими: они вечно одержимы какими-то своими идеями, вместо того чтобы просто делать, что сказано. Я переключился на другой канал связи.

– Тайбер, – распорядился я, – отложите детонацию до дальнейшего приказа.

– Так точно, сэр. – Его голос даже по воксу донес некоторое удивление, но дисциплина превыше всего. Фоном я слышал рык «Химеры», в которой теперь разместился отряд Браво, и свист ветра, обдувающего микрокоммуникатор, – это говорило о том, что сержант стоит, высунувшись из верхнего люка. – Какие-то трудности?

– Фелиция возвращается, чтобы кое-что забрать, – пояснил я, вполне уверенный, что он достаточно хорошо знает сестру, чтобы понять все остальное.

– Ясно, – произнес он таким тоном, который с очевидностью показал, что он все понял. – Еще приказы?

– Стройтесь на гребне, – сказал я. – Как и обсуждалось.

Я бросил взгляд на Пирса, и тот кивнул. Если зеленокожие обойдут склад и двинутся за нами, у нас хотя бы будет то преимущество, что им придется идти в атаку вверх по склону. С нашими перегруженными машинами у нас не было возможности уходить от продолжительной погони, так что нас просто уничтожили бы по одному, а значит, необходимо было встать и принять бой, а в нем я хотел использовать любое возможное преимущество.

– Приказ понял.

Канал связи замолчал. Я снова посмотрел на экран ауспика. Фелиция как раз достигла базового склада, да и танк был почти на месте. Эскорт-второй тоже быстро приближался к нашим позициям – хорошо настроенный двигатель разведывательной «Саламандры» позволял держаться вне радиуса обстрела орочьих машин, пока он огибал их по широкой дуге, стараясь визуально определить численность. Я затаил дыхание. Первые точки вражеского построения появились на экране ауспика Орилли, отразившись в маленьких круглых очках, которые он носил.

– Время поджимает, – предупредил я всех.

– Спешу, – заверила меня Фелиция. – У меня две налеты со снарядами для главного калибра лежат около ворот. Сотин, сможете зарядить пушки?

– Нет, – кратко отозвалась командир танка, – но можем погрузить снаряды на броню. За пару минут принайтовим.

– Это хорошо, – заверила Фелиция, как всегда полная оптимизма. – Я прихвачу еще одну с собой.

Этого, если я правильно помнил, должно было хватить, чтобы полностью заполнить их боеукладку, и еще останется несколько лишних.

– У вас только две минуты, – предупредил я.

– Эскорт-второй, – врезался в переговоры наш разведчик, идеально подчеркивая мою мысль. – Подтверждаем, восемь орочьих грузовиков, двадцать багги. Наступают с достаточными силами.

– Сколько там пехоты? – сразу задал вопрос я.

Если каждый из этих грузовиков был заполнен до отказа, мы могли столкнуться с гораздо более многочисленными силами зеленокожих, чем какая-то сотня. Даже с преимуществом, которое давала возвышенная позиция, нам потребовалось бы приложить все возможные усилия, чтобы выиграть этот бой.

– Пара дюжин, в основном в мелких машинах, – доложил разведчик с некоторой ноткой удивления в голосе. – Грузовики едва ли не пусты.

– Они направлялись поживиться, – констатировал я, и детали происходящего внезапно сложились в целостную картину.

Разграбив склад, расположенный к югу, они, вероятно, нашли информацию еще об одном и послали разведчиков, чтобы захватить его, после чего последовали за ними с тяжелым транспортом. То, что они наткнулись на след, оставленный танком Сотин, было лишь несчастливым совпадением, и ничем другим, но я абсолютно не питал иллюзий относительно того, что, каковы бы ни были их изначальные цели, предвкушение битвы уже должно было распалить их врожденную жажду крови. Водитель нашей «Химеры» остановил машину, и я подхватил ампливизор, собираясь лично пронаблюдать, как будет развиваться ситуация.

– Похоже, вы правы, – согласился Пирс, опуская задний пандус машины.

Я выбежал наружу, как обычно, с Юргеном, следующим за мной по пятам, и поднял наблюдательный прибор. Солдаты вокруг занимали позиции для обороны, подкрепленные силами ополченцев, в то время как остальные гражданские сбились в кучу позади них, отчаянно и мрачно цепляясь за свои лазганы. Это было не к добру. Если на нас попрут зеленокожие, то эти, весьма вероятно, начнут палить в полной панике, не обращая внимания на то, что между ними и врагом находятся свои, и в результате по их милости мы понесем больше потерь, чем от рук орков.

– Колфакс, – подозвал я нашего проводника, – уводите гражданских. Если зеленокожие атакуют, мы будем сдерживать их до тех пор, пока вы не отступите на достаточное расстояние.

– Ясно, – кивнул он, к моему невыразимому облегчению даже не вздумав возражать, и начал загонять гражданское стадо обратно на машины.

– Хорошо придумано, – одобрил Пирс, уважительно глядя на меня. – По крайней мере беженцы будут в безопасности.

– На некоторое время, – произнес я, размышляя, смогу ли быстренько выдумать оправдание, чтобы улизнуть с ними, но затем пришел к выводу, что в окружении профессиональных тренированных солдат мои шансы на выживание побольше. Нам ведь еще предстояло преодолеть целый континент, наводненный зеленокожими. – А потом мы их нагоним. – Я отвернулся, но тут заметил Эриотта. – Вам бы тоже лучше отправляться, – произнес я.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю