Текст книги "Изгнание из Эдема. Книга 1"

Автор книги: Патриция Хилсбург

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 28 страниц)

Часть вторая

Глава 1

Южная Австралия – самое засушливое место на самом засушливом континенте Земли. Аделаида – столица самого знойного штата на самом засушливом континенте Земли. Аделаида-Хиллз – самое приятное для жизни место в столице знойного штата на самом засушливом континенте Земли. Миссис Паркинсон – жительница Аделаида-Хиллз.

Путешественники, бывающие в Австралии, редко сходятся во мнениях относительно красоты и привлекательности этого континента – самого необычного континента Земли. Те, кому посчастливилось отдыхать в Куинсленде, уверены, что ничего прекраснее Большого Барьерного Рифа природа на Земле создать не могла. Великолепные коралловые островки и атоллы, переполненные невиданными моллюсками и рыбами, оставляют впечатление неземного рая. Перед глазами попавшего сюда человека вставала картина сказочной тропической страны, где переливавшиеся на солнце всеми цветами радуги рыбки лениво плавали в прозрачной голубой воде, где земля была полна даров природы и все говорило о неслыханном изобилии.

Серебристый песок на ошеломляющей красоты пляжах превращался в золотой, когда волны, одна за другой, накатывали на берег, словно повинуясь медленным движениям руки создателя. Великолепные зеленые склоны, переходившие в пляжи, были усеяны выстроившимися плавными дугами пышными пальмами. Позади них клубилась густая тропическая растительность, устилавшая фантастическим ковром холмы. На горизонте вставали остроносые вершины Большого Скалистого Хребта. Извилистый берег был усыпан перламутровыми ракушками и яркими обломками кораллов, разбросанными вокруг щедрой природой.

Когда солнце садилось, на землю опускались яркие тропические сумерки. Небо над застывшим морем окрашивалось красными, лиловыми и золотистыми полосами. В последних отсветах заката морская гладь блестела словно сапфир. По мере угасания дневного света море становилось густо-лиловым, переходя в свинцовое с последними отблесками заката. Небо тем временем менялось, как в калейдоскопе – от почти белого до пунцового, превращаясь в непроницаемое черное покрывало. Невыносимая дневная жара спадала и в буйных зарослях тысячелетнего папоротника оживали ящерицы, крабы и райские птицы.

Чтобы увидеть это, люди тратили сумасшедшие деньги, приезжая на Большой Барьерный Риф с другого конца света.

Те, кого в Австралии больше интересовали прозаические, но не менее увлекательные вопросы бизнеса, направляли свои стопы в Сидней или Мельбурн.

Штаты Новый Южный Уэльс и Виктория были средоточием деловой жизни самого отдаленного и самого засушливого континента Земли. Именно здесь располагались штаб-квартиры крупнейших корпораций, банков и адвокатских контор. «Харпер майнинг» была одной из таких компаний. Деловые традиции и жизненный стиль в Новом Южном Уэльсе и Виктории почти ничем не отличались от бывшей метрополии – старой доброй Англии.

Этого нельзя было сказать о штате Южная Австралия, почти половину которого занимает Большая Пустыня Виктория. Географические справочники называют Южную Австралию самым засушливым штатом на самом засушливом материке. Однако к столице штата – городу с романтическим названием Аделаида – это определение не имеет никакого отношения.

Расположенный на берегу залива Святого Винсента, омываемый теплыми водами Индийского океана, город окружен покрытыми прекрасным зеленым ковром холмами. Тихие пригороды в южной части Аделаиды постепенно переходят в живописнейшую долину Барроза. Долина Барроза – место столь необычное и богатое достопримечательностями, что стоит сказать о нем отдельно.

Когда-то, в середине прошлого века, здесь не было ровным счетом ничего, кроме покрытой редкими жухлыми кустиками земли. Появившиеся в долине переселенцы из Германии распахали долину и превратили ее в один из самых больших и известных виноградников южного полушария. Белые и красные вина, производимые здесь, считаются равными лучшим испанским и мозельским сортам. Главной достопримечательностью долины по праву считается великолепное имение Зеппельцфельд-Йстэйт – один из самых крупных в мире семейных виноградников.

Поскольку большинство жителей долины изначально составляли немецкие иммигранты, вся Барроза носит на себе отпечаток немецкой сельской общины. Переселенцы из Германии селились вокруг построенных в традиционном стиле лютеранских церквей, которые сейчас являются заметными элементами пейзажа. Как ни странно, однако название свое долина получила от горного хребта в южной Испании. Однако на старых картах по ошибке писали «Баросса», и лишь позднее долину стали называть в соответствии с испанским оригиналом.

Позднее долину Барроза заселили выходцы из Франции и Италии, поэтому сейчас здесь можно встретить и построенные в традициях французского средневековья шато, и каменные селения, словно перенесенные из сицилийских степей. Рядом с ними стоят имения, будто сошедшие с картинок, рассказывающих о доброй старой Англии, и аккуратные немецкие домики из голубого камня. То же самое можно увидеть в фешенебельных пригородах не по-столичному тихого и спокойного города – в районе Аделаида-Хиллз.

Саму Аделаиду окружает расположенная по всему периметру широкая зеленая терраса. Каждая ее часть получила свое название от стороны света – Северная терраса, Южная и т. д. Этот великолепный парковый пояс служит излюбленным местом отдыха и прогулок жителей столицы Южной Австралии.

Аделаида-Хиллз – не просто большой жилой пригород столицы. Это живописнейшее место, окруженное яблочными и персиковыми садами, среди которых уютно чувствуют себя и традиционные поселения в сугубо национальном духе – например, Хандорф – немецкая деревня, и маленькие ресторанчики, постоялые дворы, галереи, пивные погребки.

Раз в два года эти тихие заведения наполняются шумно веселящимися толпами – Знаменитый Винный фестиваль долины Барроза приглашает на праздник окончания сбора винограда всех желающих. В такие теплые майские дни – сбор урожая заканчивается в начале мая – тысячи людей со всей Австралии и со многих концов света собираются в Аделаиду, чтобы попробовать молодого и уже выдержанного вина, поплясать у майских столбов, принять участие в соревнованиях по выжимке ногами сока из свежесобранного винограда и, конечно, спеть традиционные сельские песни. Улицы Аделаида-Хиллз заполняются тысячами веселящихся, поющих и пляшущих людей.

Собственно, Аделаида-Хиллз – это часть невысокого горного хребта Маунт-Лофти, своим краем проходящего по южным окраинам города. Отсюда открываются прекрасные виды на расположенную внизу столицу штата Южная Австралия.

Река Торренс широкой сверкающей лентой разрезает город на две части, образуя в центре Аделаиды небольшое озеро, где любят отдыхать горожане. Неподалеку от озера Торренс-Лейк располагается самая большая и деловая улица Аделаиды – Рандл-Молл. Здесь размещены представительства банков, конторы и офисы многочисленных компаний. Здесь же, в центре города, находится Хиндли-Стрит, которую в Аделаиде называют «маленькой Европой». Причиной тому стало огромное количество ресторанчиков и пабов, где можно встретить людей с любым цветом кожи и любым паспортом.

Миссис Паркинсон любила проводить время в одном из таких открытых кафе, где подавали отличные вина и готовили первоклассный яблочный пирог. Что еще нужно женщине на склоне лет, не славящейся пышным здоровьем?

Сегодня вечером она сидела у столика вместе со своей старой приятельницей, по-английски сухощавой и подтянутой миссис Джеймс.

Миссис Джеймс жила в Сиднее, но регулярно, раз в полгода, приезжала к миссис Паркинсон отдохнуть от шумной суеты своего родного города. Почему-то она всегда любила этот тихий чистый город и именно здесь находила покой, которого ей так не хватало в Сиднее.

Миссис Паркинсон встретила подругу тепло и приветливо, как всегда. Она запрещала миссис Джеймс останавливаться в гостинице. Поэтому подруга прямо из аэропорта, который располагался к западу от Аделаида-Хиллз, в районе Вест-Торренс, ехала к миссис Паркинсон.

Глава 2

Миссис Паркинсон начинает рассказ.

Теплый ноябрьский вечер спустился над Аделаидой. В кафе «Джинджерс» почти не было свободных мест. Миссис Паркинсон задумчиво теребила краешек белоснежной скатерти, чуть наклонив голову набок. Ее выразительные карие глаза были спокойны, но это не могло обмануть миссис Джеймс. Она давно знала свою подругу и ее глаза, по которым можно было читать.

Миссис Джеймс поняла, что произошло нечто необычное. За ужином миссис Паркинсон расспрашивала подругу о ее делах. Та рассказала последние новости о своей жизни, сиднейские сплетни, просто долго болтала, но потом заметила: миссис Паркинсон сидела как-то неподвижно, устремив взгляд на витрину противоположного ресторанчика.

– Миссис Паркинсон, вы не слушаете меня?

– Что? – она дернулась, как бы очнувшись. – О, простите, дорогая…

Она снова замолчала на некоторое время, словно собираясь с мыслями.

– Знаешь, – наконец, произнесла она, – я хочу рассказать тебе одну историю… Это случилось здесь, в Аделаиде…

Глава 3

Джейк Сандерс возвращается домой. Новые соседи. Знакомство с мистером Мейганом и его женой.

Джейк остановил свой «мерседес» возле дома на тихой зеленой улочке района Аделаида-Хиллз. В небольшой песочнице перед крыльцом возился его маленький сынишка Том.

– Привет, малыш!

Джейк вышел из машины и подошел к мальчику. Он поднял его на руки и поцеловал. Возле соседнего дома из белого мрамора, который в то время пустовал, он увидел незнакомого молодого человека с озабоченным лицом. Висевший на невысоком столбике плакат перед особняком напоминал, что дом сдается внаем.

Молодой человек медленно прошел мимо Джейка и остановился рядом со стоявшим у соседского особняка потрепанным «астон-мартином». Сандерс заинтересованно посмотрел на незнакомца.

– Здравствуйте, сэр, – приветливо сказал он. – Вы, случайно, не наши новые соседи?

Молодой человек отрицательно мотнул головой.

– Нет, я из агентства по найму и продаже недвижимости.

Из дома вышел еще один человек и направился к ним. Он был невысокого роста. Чуть поседевшие волосы и не слишком свежая кожа говорили о том, что ему исполнилось не меньше сорока.

– Уилфред Мейган, – представился он, протягивая Джейку холеную, чуть вяловатую ладонь.

– Джейк Сандерс. Будем знакомы.

Мейган огляделся по сторонам и озабоченно посмотрел на Сандерса.

– Э-э… Здесь есть телефон? – спросил он молодого человека.

Тот поморщился.

– Нет, пока нет…

Клерк из агентства хотел сказать еще что-то, но Джейк прервал его.

– Вы можете позвонить из моего дома, – сказал он, обращаясь к Мейгану.

Тот учтиво поклонился.

– Это очень любезно с вашей стороны.

У Джейка был большой уютный дом в английском стиле. Любой, кто заходил сюда, чувствовал себя удобно и легко. Хозяева особняка были милы и гостеприимны. Окружающие считали их образцовой семьей. Из кухни, вытирая руки полотенцем, вышла Ребекка.

Когда Мейган вышел из дома Сандерса, сделав короткий звонок, Ребекка спросила:

– Он будет снимать дом?

Джейк кивнул.

– Да.

– Он с женой?

Джейк пожал плечами.

– Не знаю. Может быть, он не женат…

Ребекка улыбнулась.

– Женат! Ты что, не заметил – у него на руке обручальное кольцо.

Джейк провел рукой по густой шевелюре темно-каштановых волос, словно в задумчивости.

– Нет, не заметил. Теперь надо быть настороже – в саду больше не будем заниматься любовью.

Оба рассмеялись. Джейк приблизился к Ребекке и крепко обнял за талию, шепча на ухо:

– Это наверняка к лучшему. На траве я в последнее время стал часто простуживаться.

Они снова расхохотались.

Спустя несколько дней у соседнего особняка остановился новенький, сверкающий лаком, «хорнет». Том играл в песочнице. День близился к концу, и родители мальчика были дома. Увидев нового соседа, который подъехал на темно-вишневой машине, Том забыл об игрушках и поспешил навстречу мистеру Мейгану.

Тому было четыре года. Каждое новое лицо в окрестностях Аделаида-Хиллз вызывало у него живой интерес и, конечно, появление мистера Мейгана он не мог оставить без внимания. Лицо этого человека нельзя было назвать красивым, но от него веяло какой-то по-английски сдержанной порядочностью и добротой. Он невольно вызывал симпатию. Мистер Мейган выгружал из багажника автомобиля чемоданы, а Том, который не мог оставаться безучастным, стал, пыхтя и обливаясь потом, подносить их к крыльцу.

Дом, который намеревался снять Мейган, выглядел довольно уныло. И дело тут было вовсе не в строгой архитектуре особняка – в нем царила присущая любому необжитому месту угрюмость. В большом пустынном холле на полу лежала груда свертков и чемоданов. Среди этого беспорядка стояло старое деревянное пианино. Мальчик подошел к инструменту и осторожно поднял крышку.

– Принести еще что-нибудь, сэр? – спросил он, нажимая на клавиши.

Мейган улыбнулся.

– Нет, спасибо. Отдыхай.

Том закрыл крышку пианино и стал с любопытством разглядывать пока еще необжитые комнаты особняка. Вскоре с улицы послышался голос Ребекки, которая не могла найти куда-то запропастившегося сына.

– Том! Где ты?

Мейган вышел на крыльцо.

– Добрый вечер, миссис Сандерс!

Ребекка подошла к соседнему дому и приветливо поздоровалась:

– Добрый вечер!

Мейган жестом пригласил ее в дом.

– Вы бывали здесь?

Ребекка покачала головой.

– Нет.

Она поднялась по ступенькам и вошла в неприбранный холл. Увидев, как жена направляется к дому по соседству, Джейк зашагал следом. Мейган, немного смущаясь, показал рукой на груду вещей в холле и сказал:

– Здесь скоро не будет всего этого…

Потом, словно вспомнив о чем-то важном, он хлопнул себя по лбу и спросил:

– Вы, наверное, еще не знакомы с моей женой..?

Джейк улыбнулся и покачал головой.

– Джилли! – крикнул он. – Спускайся сюда!

Сандерс внутренне напрягся и, стараясь скрыть волнение, которое вызвало у него это имя, отвернулся к окну.

Ребекка внимательно смотрела на широкую лестницу, которая вела из холла на второй этаж. Среди окружающего беспорядка она выглядела как-то громоздко и неуютно. Джейк по-прежнему смотрел в окно, выходившее во внутренний двор. Отсюда открывался прекрасный вид на пышный сад, в котором среди кустарников роз и цветочных клумб возвышались аккуратно обрезанные еще прежними хозяевами плодовые деревья.

На лестнице показалась высокая стройная женщина с короткой стрижкой. Она относилась к тому типу дам, возраст которых было трудно определить. Аккуратно стриженые волосы темно-каштанового цвета и чуть холодноватые карие глаза прекрасно гармонировали с загорелой золотистой кожей. Идеальной формы нос и великолепно очерченные брови делали ее лицо открытым и привлекательным. Пухлые полуоткрытые губы и сверкавшие белизной зубы придавали их обладательнице пленительность и неотразимость. Она улыбалась. Ребекка не могла не отметить – эта улыбка была просто ослепительна!

Уилфред Мейган очарованно смотрел на жену. По его взгляду нетрудно было догадаться, что этот человек влюблен. Когда женщина неторопливо спустилась по лестнице, Уилфред приподнял руку, показывая на Ребекку.

– Джилли, познакомься. Это мистер и миссис Сандерс, наши новые соседи.

Джилли протянула руку Ребекке.

– Очень приятно.

Ребекка не почувствовала несколько сдержанного тона Джилли. Она с невинным энтузиазмом приветствовала соседку.

– Добро пожаловать в Аделаида-Хиллз!

– Благодарю.

Джейк, который все еще стоял у окна спиной к Джилли, повернулся и пристально посмотрел на нее.

– Мистер Сандерс, – представил его Мейган.

Джилли обернулась к нему и… О, боже… Ее и без того большие глаза, казалось, стали размером с яблоко. Губы невольно задрожали.

Самого Джейка прошиб холодный пот. Он почувствовал, как лицо его покрывается предательскими бисеринками и начинает пылать.

Неожиданность? Нет, скорее это была какая-то обреченность… Она сквозила во взглядах Джейка и Джилли. Сандерс почувствовал внутри, под самым сердцем, могильный холод и чисто физическое чувство опасности. Появление этой женщины могло обещать только одно…

– Джилли… Мейган, – выдавила из себя новая соседка.

– Джейк Сандерс, – стараясь скрыть дрожь в голосе, произнес он и взял ее руку.

Рука была холодной, словно лед.

Глава 4

Ребекка не чувствует беспокойства мужа. Джилли звонит Джейку. О вреде воспоминаний для пищеварения. Ребекка приглашает новых соседей на ужин. Джейк в растерянности.

Ребекка встала с кровати и, глубоко потянувшись, подошла к окну спальни. Окна соседского особняка выходили во двор прямо напротив.

– Они уже выключили свет. Наши новые соседи рано ложатся спать, – сквозь зевок сказала она.

Джейк что-то пробурчал.

– А, правда, красивая жена у этого летчика? – продолжала Ребекка.

Джейк приподнялся на постели и, стараясь изо всех сил казаться безразличным, произнес:

– Он не летчик, а старший менеджер в авиакомпании «Фрейт Эйрлайнз». Работает в аэропорту.

Ребекка пожала плечами.

– Какая разница? Ты все-таки не ответил на мой вопрос, – не отставала она.

Джейк нахмурился и опустил глаза. Хорошо, что жена стояла к нему спиной и не видела его озабоченного лица.

– Не знаю. Мне кажется, ничем не лучше других, – все так же изображая равнодушие, ответил он. – По-моему, она плохо вписывается в пейзаж Аделаида-Хиллз.

Ребекка удивленно повернулась к мужу.

– Это как?

Джейк спустил ноги с кровати и прикрыл лицо рукой, словно вытирая лоб.

– В ней есть что-то беспокойное, – ответил он уклончиво. – Вокруг покой. В деревьях, в воздухе, в самой земле…

Он снова улегся и смотрел в потолок.

– …Нам было так хорошо вдвоем… – грустно сказал он и погасил настольную лампу.

Утром Ребекка едва не опоздала на работу. Поспешно вскочив, она побежала в ванную.

– Ну, кажется, все. Последний штрих.

Ребекка подкрасила губы и провела щеткой по волосам. Худенькая и невысокая, она не была красавицей и даже не относилась к числу броских заметных женщин. Наоборот, в ней все было просто. Почти бесцветные, пепельные волосы, серые глаза, худощавое лицо… Вместе с тем на этом лице отражалось столько благородства и внутренней чистоты, что Джейк при первой же их встрече решил: эта женщина достойна быть его женой. Весь опыт его предыдущих любовных связей говорил ему о том, что тихую семейную гавань нужно создавать именно с такой, внешне неброской, но надежной и верной женщиной. Конечно, его внутренним идеалом целиком и полностью соответствовала лишь одна – Стэфани Харпер, однако, как ни странно, лишь Джилли могла удовлетворять его ненасытный сексуальный темперамент. Прошло уже больше пяти лет с тех пор, как он покинул Сидней, но старое не забывалось… Пребывание в Нью-Йорке было лишь кратковременным эпизодом в его жизни. Несмотря на риск от пребывания в Австралии, Джейк все-таки вернулся сюда, не в силах порвать с родиной. Здесь ему хотелось обрести покой и тихое семейное счастье. Ребекка впервые внесла в его душу это состояние…

Как обычно, он проводил ее до дверей и нежно поцеловал в щеку.

– Пока, дорогой, – она чмокнула его в губы.

В это время Джилли стояла у прикрытого занавеской окна. Когда Ребекка села в машину, Джилли принялась поспешно листать телефонную книгу.

– Сандерс… – бормотала она. – Ага, есть!

Джилли сняла телефонную трубку и набрала номер.

Джейк допивал кофе, когда телефон на кухне как-то вызывающе зазвонил. Он догадывался, от кого звонок. Что-то внутри говорило ему: «Не подходи», однако Джейк протянул руку и снял трубку.

– Я слушаю.

– Джейк, я знаю, что ты один, – услышал он жаркий шепот. – Мы можем поговорить?

Хотя Джейка нельзя было отнести к когорте мужчин, теряющих рассудок от любви, внутри у него что-то екнуло. Пауза затягивалась. Сандерс почувствовал, как у него начинают холодеть ноги.

Стараясь сохранять спокойствие, Джейк ответил:

– Мы можем говорить когда угодно.

Внутри у него все переворачивалось.

– Да, конечно, – промурлыкала она. – Ты ведь не сказал ей?

Джейк почувствовал, что самообладание покидает его. Он бессмысленно тер лоб, не зная, что ответить.

– Твоя жена знает, что мы знакомы? – Джилли была настойчива, как и прежде.

Ее голос был столь обворожителен, что Джейка бросало в дрожь. Как и шесть лет назад.

– Нет, – холодно ответил он. – А что насчет твоего мужа?

Джилли беззаботно ответила:

– Я скажу ему. Он все поймет. Уилфред – прекрасный человек. Скоро ты и сам узнаешь об этом.

Джейк почувствовал, что разговор начинает утомлять его.

– Что ж, я очень рад за тебя, – он хотел положить трубку и поэтому перешел к прощанию. – Ну пока.

– Нет, подожди! – воскликнула Джилли умоляющим тоном. – Ведь я изменилась, правда?

Джейк вдруг ощутил прилив необъяснимой для себя самого нежности. Может быть, воспоминания сыграли свою роль? А, может быть, она действительно изменилась, и Джейк подсознательно почувствовал это?

Он сказал неуверенным тоном:

– Нет. По-моему, ты осталась такой же, как всегда…

Джилли почувствовала перемену в его голосе.

– А по-моему, ты говоришь это мне назло, – устало сказала она. – Я действительно изменилась, и думаю, что к лучшему. Я не думала, что встречу тебя здесь. Этот дом – чистая случайность. Его нашел Уилфред. Если бы я знала… я бы отговорила его.

Джилли попыталась оправдаться. Ей так не хотелось, чтобы Джейк положил трубку … Она жаждала слышать его голос.

Но Сандерс вновь начал нервничать. Он понял, что потерял самообладание, и стал злиться на самого себя.

– Прости, мне пора на работу, – пробормотал он.

Джейку не терпелось закончить этот разговор, абсолютно бессмысленный.

Но Джилли не сдавалась.

– Постой, Джейк, – тихо сказала она. – Ты ведь не сказал мне, как у тебя дела…

Сандерс молчал.

– Хорошо, – добавила она. – Может быть, ты позвонишь мне? Запиши номер. У тебя есть под рукой что-нибудь?

Джейк вдруг почувствовал приступ раздражения.

– У меня нет ничего под рукой, – мрачно сказал он, – и я не буду звонить тебе.

Он бросил трубку.

Что за женщина?! Настоящий дьявол! Ну, что ей надо?

Господи!

За что же судьба так наградила его? После стольких лет напряжения, растрат энергии, борьбы и поражений он наконец-то обрел покой… Ведь все было так хорошо. У него наконец-то появилась прекрасная жена, чудесный малыш … Они были так счастливы вместе … Стоп! Были? Почему были? Джейк Сандерс еще семейный человек, и не намеревается разводиться…

Ему не потребовалось много времени, чтобы честно признаться себе во всем. Он никогда не сможет спать спокойно, пока эта женщина рядом … Он будет постоянно чувствовать ее присутствие, ее взгляд – насмешливый и вызывающий, холодный и невыносимо горячий, испепеляющий … О, этот взгляд! Только от него одного, такого страстного и коварного, он сходил с ума несколько лет назад.

Джейк боялся. Боялся, что она опять принесет ему несчастье. Такие женщины не сулят покоя, они ненасытны и коварны… Не довольствуясь малым, они пытаются поглотить тебя целиком – твой ум, твою душу и тело…

Ночью Джейк не мог уснуть. Долго ворочаясь с боку на бок, он пытался забыться. Но мысли… они будоражили ум, не давали покоя…

Бекки мирно спала, слегка откинув голову. Ее тихое посапывание не могло успокоить Джейка. Ей сейчас хорошо. Она ни о чем не догадывалась и продолжала жить в том чистом, светлом, беззаботном мире, в котором до недавнего времени существовал и он, Джейк Сандерс. А теперь в его жизни что-то пошатнулось, нарушилась привычная жизненная колея. А самое главное, он чувствовал, что уже не сможет быть искренним с женой, этой замечательной женщиной, подарившей ему столько счастья и покоя. Не может, потому что прекрасно сознавал вновь проснувшееся непреодолимое желание к Джилли… Джилли Стюарт … Разум пытался сдержать эти нелепые, столько раз пережитые чувства, но душа и тело не слушались, требовали своего …

Он встал и подошел к окну. Была уже глубокая ночь. Окна соседнего особняка были плотно зашторены. Конечно, она спит. В обнимку со своим царственно уравновешенным мужем… Ей нет дела до страданий Джейка. Появилась, разбередила душу и спокойно смотрит радужные сны!

Хотя… нет. Он знал Джилли. Она не может сейчас спокойно спать. Наверняка лежит и думает, и наверняка о нем…

Тихонько, на цыпочках, чтобы не разбудить Ребекку, он вышел из спальни и спустился вниз. В животе урчало. Сегодня весь день после этого злополучного звонка он не мог есть. Джейк почувствовал, что проголодался.

Открыв холодильник, он достал лежавшие на тарелке и аппетитно пахнувшие кусочки копченой лососины.

Поставив тарелку на столе перед собой, он сел. Взяв маленький кусочек рыбы, Джейк положил его в рот. Однако, несмотря на голод, ощутив вкус пищи, он почувствовал тошноту. Нет. Есть он сейчас не может.

Ребекке снился дурной сон. Как будто чьи-то руки… да, женские руки… руки с тонкими длинными пальцами и огромными красными ногтями душили ее мужа, ее Джейка. Они как бы захватывали его, вбирали в себя…

Ребекка проснулась. По привычке не открывая глаз, она протянула руку к Джейку. Но подушка рядом была пуста. Ребекка приподнялась и открыла глаза. Одеяло сдвинуто в сторону. Джейка рядом не было.

Ребекка поднялась с постели, накинула свой белый шелковый халат, нащупала босыми ногами мягкие шлепанцы.

Она нашла Джейка на кухне, за столом, перед тарелкой копченой лососины. Увидев жену, он принялся жевать. Бекки облегченно вздохнула.

– Я так испугалась, – тихо произнесла она. – Что ты здесь делаешь?

Джейк виновато взглянул на жену.

– Просто захотелось есть.

Он взял с тарелки еще один кусочек рыбы и положил в рот. Ребекка подошла к мужу и нежно обняла его за плечи.

– Плохо поужинал?

Он беззаботно махнул рукой и обхватил ее за ноги.

– Проголодался.

– И поэтому ужинаешь в темноте? – насмешливо спросила Ребекка.

Она аккуратно освободилась от объятий и, направившись к противоположной стене, включила свет. Потом, слегка прижмурившись, подошла к Джейку и обняла за голову.

Он уткнулся в ее живот, теплый и родной. Джейк часто любил стоять вот так с Ребеккой, когда что-то не ладилось на фирме или просто настроение было неважным. В такие минуты он ощущал себя маленьким беспомощным ребенком, а Ребекка казалась ему доброй и заботливой матерью, которая всегда поможет и никогда не предаст.

И теперь в глубине души он просил спасти его. Но в то же время Джейк понимал, что это уже не в ее власти.

– Что-то произошло?

В голосе Ребекки была привычная нежность.

– Нет, ничего, – вздохнул Джейк. – Просто мне пришло в голову…

Его вдруг посетила стоящая мысль.

– Да? – внимательно спросила Бекки.

– Давай уедем куда-нибудь. На пару недель… И возьмем с собой Тома.

Ребекка мотнула головой.

– Но это невозможно…

Она была удивлена. Какие-то странные мысли посетили ее мужа. Ведь была еще только весна. Обычно они отдыхали в конце лета, в бархатный сезон.

– Я не смогу сейчас, – непонимающе сказала она. – У меня скоро конференция, будут слушать мой доклад…

Она аккуратно убрала его руку, подошла к столику в углу и взяла из вазы два огромных яблока, больше похожих на небольшие мячики.

– Не мучайся ты с этой лососиной, – сказала Ребекка. – Съешь-ка лучше вот это. Оставь лососину для гостей.

Джейк удивленно взглянул на жену.

– Каких гостей?

Все те годы, которые Джейк провел в Аделаиде, он жил довольно уединенной и даже немного одинокой жизнью. Отчасти в этом было повинно прошлое… Поэтому сообщение Ребекки было для него неожиданностью.

Она удивленно пожала плечами.

– Разве я не говорила тебе? Я пригласила завтра на ужин наших соседей.

Джейк резко встал из-за стола.

– Погоди-ка…

Как ни в чем ни бывало, Ребекка убрала рыбу в холодильник и сказала:

– А что? Они вполне симпатичные люди. И, тем более – наши новые соседи. Надо же налаживать дружеские контакты.

Она была совершенно невозмутима.

Черт побери! Только этого еще не хватало! Вот сейчас он действительно разозлился не на шутку.

Джейк стал быстро ходить по кухне взад-вперед. Надо же! Он изо всех сил, как только может, избегает этой женщины, а его жена… Ну, какой-то злой рок, честное слово!

Ребекка поняла, что мужу не понравилась ее идея.

– Может быть, пригласим их в другой раз? – робко спросила она.

Джейк махнул рукой.

– Уже поздно что-то менять.

Ладно, будь что будет! Он положил ладонь на талию Ребекки и легонько провел рукой вниз.

– Пошли спать, – сказал он с улыбкой.

Супруги не успели сделать нескольких шагов, как за окном раздались странные вопли. Джейк и Ребекка удивленно переглянулись.

– Коты дерутся, что ли? – сказал Джейк.

Ребекка улыбнулась.

– Нет, – сказала она, покачав головой, – они не дерутся. Это весна.

Бекки игриво посмотрела на мужа.

В спальне было темно. Джейк сбросил ночной халат, обнажив крепкое, атлетически сложенное тело с четко очерченными мускулами. Сегодня он решил отвлечься от мрачных мыслей, забыться в сексе. Ребекка, милая славная Ребекка была рядом. Она тоже желала близости. С непривычной торопливостью стащив с нее шелковый халат, Джейк в порыве страсти швырнул Ребекку на постель и бросился сверху. Осыпая ее тело поцелуями, Джейк пытался заглушить в себе неприятные тяжелые воспоминания о Джилли, о ее податливом и в то же время гибком теле, о ее похотливом языке, который приводил его в экстаз… Ребекка была верной, преданной женой, но в постели она не могла сравниться даже с одной рукой опытной и ненасытной Джилли Стюарт… В своей интимной жизни Джейк ощущал себя обделенным. После сексуальных буйств, которые были для него столь же привычными и незаметными, как воздух, он явственно почувствовал необходимость этого – как необходимость воздуха.

Джейк понимал, что он потерял, но до поры пытался смириться с этим. Конечно, она не так хороша в постели, как его прежние возлюбленные, но нужно было чем-то жертвовать. И так он слишком долго предавался чувственным наслаждениям. Джейк постоянно пытался приучить себя к мысли, что не все еще потеряно, и Ребекка когда-нибудь сможет стать настоящей страстной любовницей. Именно поэтому он старался приучить ее к сексу, именно поэтому он старался заниматься с ней этим везде. Но… полного удовлетворения не было. И вот появилась Джилли. Инстинкты, которые так долго подавлял в себе Джейк, выплеснулись наружу. Эта греховная сила была столь неодолима, что Сандерс ощущал презрение и ненависть к самому себе, но… ничего не мог с собой поделать. Джилли манила и влекла к себе. Джейк помнил ее прекрасное округлое тело, ее набухшие от возбуждения и трепетно дрожащие в его руках соски, влажное, раскрытое, словно бутон, лоно. Он готов был при одних этих воспоминаниях броситься на Джилли, сорвать с нее одежду, впиться губами в округлые сладкие груди, изгрызть набухший возбужденный клитор, довести ее до оргазма десять, двадцать, … сто раз и снова ненасытно и жадно обладать ею…

Близость с Бекки, при помощи которой он пытался отогнать эти жуткие видения, не принесла ему ничего, кроме страшной усталости и разочарования. Жена была сегодня в постели такой же, как всегда. Именно – такой же… Она отнюдь не была холоднее или ленивее. В том-то и дело – все было как всегда. Но, пытаясь довести жену до оргазма, он молил бога о том, чтобы все это поскорее кончилось. Ребекка, разумеется, ничего не заметила. Получив удовлетворение, она чмокнула Джейка в щеку и отвернулась набок. Вспотевший и усталый супруг, проклиная себя и судьбу, еще долго лежал, закрыв глаза рукой. Не нужно было сегодня этого делать… Ведь он знал, что наверняка не сможет заглушить свои чувства, но все-таки сделал неверный шаг. Тревога и страх только усилились…