Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-21". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"

Автор книги: Нил Кросс

Соавторы: Рафаэль Кардетти,Оуэн Локканен,Тед Льюис,Кейт Родс,Мартен Кумберленд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 186 страниц)

Глава 3

Ава жила в «Эдеме» – в огромном доме, облицованном розовым мрамором, неподалеку от Акватории. При всей роскоши этого здания, нельзя было назвать его красивым: оно имело форму пирамиды, асимметричной, нарушающей все представления о гармонии, похожей на нечто среднее между культовыми постройками Сан-Диего и Малибу. В дорогих районах на побережье все дома отличались друг от друга. «Эдем» же выделялся среди них подобно безобразной громаде, которая вызывала у Тесс какой-то беспричинный, инстинктивный ужас.

Она вышла на остановке на Пратт-стрит, чтобы проследить за тем, как Ава выезжает из гаража на своей «мазда миата». Согласно времени, указанному Роком, она обычно отправлялась на работу в четверть восьмого утра. Ровно в двадцать минут восьмого Ава вышла из дома и пешком направилась по улице. Для Тесс это было сюрпризом, и ей пришлось вернуться к своей машине, припаркованной на стоянке Президент-стрит, и достать из багажника свой складной велосипед.

К счастью, Ава шла очень медленно, прогулочным шагом идя по Пратт-стрит. Обычно на этой улице было полно народу, но пока еще время было ранее, и дорога оставалась свободной. Тесс старалась ехать очень медленно, чтобы не обогнать Аву, которая, казалось, вообще никуда не спешила. Тесс было довольно легко следить за ней, следуя за ее длинными черными волосами, мелькавшими среди набережных построек и лодочных навесов.

Ава не принадлежала к тому типу женщин, которые ходят только в кроссовках и носят под спортивными брюками белые носки. Она ходила в замшевых туфлях на высоком каблуке, с ремешками, застегнутыми вокруг щиколотки, что позволяло ей выглядеть почти на голову выше своего настоящего роста. Миновав причал, где слева покачивалось грузное мрачное судно «Созвездие», Тесс проследовала за ней дальше, но, случайно нажав на велосипедный звонок, едва не выдала свое присутствие. К счастью, Ава велосипедистами не интересовалась, заглядываясь исключительно на дорогие автомобили и хорошо одетых мужчин. Несколько раз она повернулась так, что Тесс почти был виден ее совершенный профиль, половина женщин в Балтиморе не прочь была бы обрести такой же профиль с помощью скальпеля пластического хирурга.

Как ни странно, красота Авы, в представлении Тесс, всегда находилась в некотором противоречии с ее родом деятельности. Она никак не соответствовала расхожему представлению о женщине, выбравшей своей специальностью юриспруденцию. Свои черные вьющиеся волосы она носила распущенными, юбка серебристо-серого костюма была слишком узкой и короткой для стиля бизнес-леди, не говоря уже о ее блузках – с глубокими до неприличия вырезами. Даже обувь, которую она выбирала, мало подходила для серьезного занятия адвокатской практикой и годилась больше для вечеринок в ночных барах и стрип-клубах. Сумочку Ава всегда покупала из такой кожи, которая Тесс казалась мягче, чем те подушки, на которых ей приходилось спать в доме тетки, а размером она была такова, что вряд ли в ней могло поместиться что-то, кроме пудреницы и губной помады.

Тесс не хотелось признаваться себе, что она завидовала этой женщине. Конечно же, занимая должность помощника по юридическим вопросам в компании «О’Нил, О’Коннор, О’Нейлл», Ава вынуждена была заниматься довольно нудной бумажной работой, но кто же стал бы жаловаться на это, получая восемьдесят тысяч долларов в год? «За такие деньги не грех и поскучать», – подумала Тесс, когда Ава наконец исчезла в дверях зеркального небоскреба. Что-то загадочное и жуткое было в этом здании, отражавшем солнечные лучи: проходя в него, человек словно растворялся в неведомом мире. Тесс задержалась на несколько секунд, затем повернула назад и, проехав по аллее, остановилась у дверей магазина, где продавался кофе. С этого места ей отлично был виден вход в здание компании. Но ведь Ава может выйти с противоположной стороны и сесть в чью-нибудь машину, и тогда Тесс, конечно же, потеряет ее из виду и упустит возможность собрать важную информацию.

Как же помешать этому? У Тесс еще никогда не было опыта слежки за кем-либо. Хотя она и работала репортером, но такого рода задания ей не поручали. Ей приходилось лишь брать интервью у нескольких знаменитостей, за которыми, впрочем, не нужно было ходить по пятам, а достаточно было поймать их на каком-нибудь банкете или презентации. Писала она и о более «доступных» людях – участниках религиозных организаций, студенческих обществах и прочих активистах общественных движений.

Обойдя здание, она увидела с противоположной стороны его небольшую скамейку, стоявшую в тени деревьев, почти неприметную и расположенную близко от перекрестка Пратт и Говард-стрит. Бездомная женщина, примостившаяся на скамейке, окинула ее подозрительным взглядом.

– Знаешь, как иногда сильны бывают воспоминания? – вдруг спросила она Тесс, прошамкав беззубым ртом.

– Да, – отозвалась та, раскрыв книжку, которую никогда раньше не вытаскивала из багажника велосипеда.

Женщина придвинулась к ней поближе. Время было уже восемь, и хотя воздух все еще был влажным, жара уже начинала набирать силу. Тесс с тоской подумала, что ей придется париться тут весь день. На женщине был надет серый кардиган поверх обычного домашнего халата, толстые шерстяные носки и рваные грубые ботинки. От нее тошнотворно пахло приторной смесью табака и алкоголя. Но, принюхавшись, Тесс распознала и еще какой-то необычный запах, тонкий, едва уловимый, напоминавший ей туалетную воду, которой когда-то пользовалась ее бабушка.

– Я вас напугала? – спросила женщина.

– Нет, вовсе нет.

– Тогда можно я тут еще немного посижу?

Тесс порылась в кармане и, достав доллар, протянула его незнакомке. Что-то пробудило в ней давно забытую сентиментальность, возможно, воспоминания детства или ей стало просто жалко эту всеми покинутую старуху. Однако в ее голове промелькнуло, что при необходимости эта бездомная не откажется промолчать или, напротив, подтвердить ее слова.

Женщина поспешно схватила деньги и сунула их в карман халата, что-то довольно напевая себе под нос. Тесс раскрыла книгу и уткнулась в нее, чтобы избежать дальнейших приставаний. Но песенку, которую бормотала старуха, она сразу же узнала. Это была «The Johnny Mercer Songbook» Эллы Фицджеральд.

Так они и сидели на скамейке в течение четырех часов, не говоря друг другу ни слова. Элла Фицджеральд сменилась Джеромом Керном «All the Things You are», «I’ll Be Hard to Handle»… «Подходящие темы для Авы…» – подумала Тесс. Но вскоре репертуар певицы иссяк, а Тесс еще предстояло просидеть с ней рядом довольно долго.

Время близилось к полудню, книга была прочитана. Тесс уже собралась было начать читать сначала, как, буквально в самом начале первого, появилась Ава. Она быстро направилась куда-то с сумкой в руке, по всей видимости, сильно чем-то озабоченная. «Вся ее профессиональная уверенность зиждется на том, что она правильно подбирает себе дневные и вечерние духи, – подумала Тесс. – Может, Китти права, когда говорит, что я завидую ей, потому что ее костюм стоит больше, чем я зарабатываю за полмесяца». Трудно было сказать, так ли оно было. Тесс считала себя хорошо одетой, если на ногах у нее была удобная обувь, а заправленная рубашка не выбивалась из джинсов.

Сегодня же она предпочла бы вообще не привлекать внимания своим внешним видом. Джинсы, белая футболка и бейсболка. Можно было не опасаться, что Ава помнит ее в лицо. Но, на всякий случай, Тесс все же спрятала косу под черный короткий парик, который она взяла у Китти. В этом парике тетка исполняла на хеллоуин роль Клеопатры. Где-то в глубине души Тесс предпочла бы не столь броский вороненый оттенок, а уж, скорее, нечто похожее на тускло-пепельные волосы Кроу, но слишком долго готовиться к этому маскараду у нее просто не было времени.

К ее удивлению, Ава направлялась в восточную часть города и вскоре свернула на Сэйн-Поул, в сторону здания суда. Ава вспорхнула наверх и оказалась под портиком галереи, точно такой, какая отличает все здания правосудия в Америке. Ава посмотрела на свое отражение в стеклянной двери и с беззаботным видом отошла к колонне. Похоже, что она ждала кого-то.

Тесс даже на расстоянии чувствовала сильный сладкий запах ее духов. Смешавшись с толпой, Тесс остановилась поодаль от Авы, стараясь держаться в тени. Но и тут Ава, к счастью, ни на кого не обращала внимания, рассматривала витрины соседних магазинов и издалека любовалась своим отражением. Только изредка она поглядывала на свои часы. Затем, постояв еще немного, Ава направилась к дверям небольшого ювелирного магазина «Амариллис». Сквозь стекла Тесс видела, как Ава попросила продавца показать ей экстравагантное серебряное колье с витрины, наверное, на любой другой женщине оно выглядело бы нелепо, но на длинной стройной шее Авы оно смотрелось как нельзя более уместно. Однако, померив его, она разочарованно отдала его обратно, словно всем своим видом давая понять: «Эта вещь недостаточно хороша для меня…»

Выйдя из ювелирного, она направилась по магазинам дальше, везде что-нибудь требуя показать и возвращая обратно с презрительным недовольством. Тесс следила снаружи за тем, как Ава примеряла пиджаки, сумки, шарфы и шляпы, однако так ни на чем и не остановилась. Казалось, чем дороже была вещь, тем меньше она ее устраивала.

На Виктория-стрит Тесс осмелилась даже войти вслед за ней в магазин и спрятаться за одним из стеклянных шкафов-витрин. Ава прикоснулась пальцами к дорогому белью с такой подозрительностью, как будто, оно было не из шелка, а из полиэстера, но затем снова провела по ним рукой – и вдруг, схватив две пары красных трусиков, сунула их в свою сумку.

Тесс застыла в шоке. Нет, этого не могло быть, ей, наверное, показалось. Слова тетки о том, что она будет относиться к Аве предвзято, вновь всплыли в ее памяти. Конечно же, этого не могло быть: белье просто упало на пол или же Ава собиралась заплатить за него после, а убрала его в сумку, чтобы не держать в руках.

Не могла же она быть воровкой!

Однако Ава подошла уже к другим вешалкам, где точно таким же образом стащила лифчик и положила его к себе в сумку. По подсчетам Тесс, она набрала две-три пары трусов и три пары зеленых лифчиков. Продавщица-консультант подошла к ней, когда она разглядывала шелковую комбинацию, но Ава любезно отказалась от ее помощи и, повесив комбинацию обратно, вышла из магазина. Никто даже не остановил ее.

«Ава – мелкая воровка! – подумала Тесс. – А ведь я могла бы заложить ее прямо сейчас. Ава – клептоманка. Клептомания – это болезнь. Возможно, она не совсем психически здорова, и именно этим объясняется ее странное поведение в отношениях с Роком».

Но была ли это действительно болезнь? Ведь Ава могла просто развлекаться таким образом во время обеденного перерыва. Во всяком случае, пока что это не стоило сообщать Року. Такая новость могла бы повергнуть его в отчаяние. Но была и другая причина – инстинктивно Тесс понимала, что странное поведение Авы является лишь частью таинственной истории. Что-то более серьезное стояло за всем этим, и ей, вероятно, потребуется немало времени, чтобы выяснить все остальные детали и разгадать эту загадку.

Совершенно растерявшись, Тесс не заметила, как Ава куда-то исчезла. Ей удалось разглядеть ее уже внизу, когда она спускалась на эскалаторе. Тесс попыталась пробраться вниз, но эскалатор был забит туристами, не дававшими ей протиснуться дальше. Когда она оказалась на первом этаже, Авы там уже не было. Тесс предположила, что Ава вполне могла выйти с другой стороны, но там не видно было ни ее черных волос, ни серого костюма. Другими словами, Ава пропала.

Скорее всего, она возвратилась назад в офис, чтобы снова погрузиться в бумаги и договора, связанные с делом о жертвах «асбеста», которым она теперь вынуждена была заниматься. Или задержалась в одном из открытых летних кафе. Но, куда бы ни обращался взгляд Тесс, повсюду были только шумные группки туристов или студентов, и старики, дремавшие в тени на лавочках.

– Вы думаете, он умер? – спросила какая-то женщина, ни к кому конкретно не обращаясь.

Тесс чувствовала, как жарко было голове под париком. Вот-вот пот потечет по лбу. Не вытерпев, она сняла его с себя, и трое туристов из Скандинавии, по ошибке приняв ее за уличную актрису, кинули ей доллар.

– Вы что, подумали, что я участвую в представлении? – спросила их Тесс.

Но студенты, не поняв ни слова, зааплодировали и стали кричать на своем родном языке что-то, видимо, означавшее «Еще, еще…»

Тесс махнула париком, который держала в руках, и посмотрела на доллар, валявшийся на тротуаре. Трое совершенно восторженных белокурых гостей пялились на нее в ожидании, но она подняла доллар и отдала его старушке, сидевшей неподалеку. Вообще-то ей было немного жаль денег, на которые она могла бы купить пакетик картошки фри, но сознание своей неудачи делало все эти мелкие неприятности незначительными. Нахлобучив парик на голову, она послала воздушный поцелуй туристам и направилась к столику летнего кафе.

Все прочие дела могли подождать – пришло время подкрепиться.

Глава 4

В течение восемнадцати лет дядя Тесс, Дональд, мечтал стать членом правительства, постоянно переходя с одной бесполезной работы на другую и возглавляя всякие сообщества и организации, пытавшиеся выступать за снижение налогов, пока, в конце концов, он не оказался сотрудником небольшого офиса в Департаменте по лицензированию и уставной документации. Должность его именовалась теперь «Директор отдела афер и мошенничества». Тесс же была его неофициальным заместителем.

– Знаешь, у твоей должности такое название, что волей-неволей можно подумать, что ты сам и есть главный аферист и мошенник, – как-то заметила Тесс, подумав при этом, что ко всему прочему из окон его офиса открывается унылый вид на пустырь Сэйн-Поул.

– Может, оно и так, – согласился дядя, – но меня это совсем не пугает. Главное, чтобы была работа.

Невысокий полный и темноволосый Дональд Уэйнстейн все еще сохранял некоторую моложавую привлекательность. Но, к сожалению, с годами он все больше становился похож на обрюзгшего бюрократа с восторженно сияющими глазами. К своей племяннице он относился по-дружески и охотно предоставил ей возможность поработать в своем учреждении. Тесс сидела за столом напротив него на коричневом пластиковом стуле и записывала все сообщения, которые приходили по факсу и по телефону, сортируя их для дальнейшей работы.

– Весьма впечатляюще, – пробормотала она. – Я так понимаю, что в Департаменте здоровья и умственной гигиены наконец починили протечку крана и теперь их счета за воду хоть немного уменьшились. Департамент трудоустройства и занятости нашел более дешевую забегаловку для своих еженедельных сборищ. А из Департамента защиты окружающей среды навалили столько информации, что на полмесяца хватит.

Тесс включила компьютер, собираясь занести все эти новости в базу данных. Департамент здоровья и умственной гигиены сократил расходы воды в соответствии с требованиями охраны окружающей среды. Затем она немного подумала и добавила: Департамент трудоустройства и занятости заключил более выгодный контракт с одной из фирм общественного питания в целях экономии. Она распечатала две копии, одну положила на стол Дональду, другую убрала в папку. Получала она за свою работу около ста долларов, после всех вычетов ей оставалось пятьдесят, то есть около десяти долларов в неделю. Это была неплохая прибавка к ее бюджету, если учесть, что работать ей приходилось не так уж много.

– Ты обедала?

– Да, тут поблизости на набережной.

– По-моему, этого мало. Можно было бы сходить к Тио.

– Я туда давно уже не хожу. – Это было не совсем правдой. Тесс перестала ходить туда после того, как рассталась с Джонатаном Россом, который так предательски перешел в другую редакцию, когда она потеряла работу.

– Но там можно выпить хорошего вина. И у них отменный десерт, я всегда заказываю несколько видов пирожных или ореховый торт. Что бы там ни болтали, это лучший ресторан в Балтиморе.

– Он еще и самый дорогой. У тебя что, много денег на счету или ты выиграл на пари?

– Хоть один-то раз я за тебя могу заплатить?

– А это разве не афера и мошенничество?

Дональд рассмеялся:

– Если бы я мошенничал, Тесс, то платил бы тебе зарплату в полном объеме. И ты бы получала шестьсот долларов за ту же работу, за какую сейчас получаешь сто. А я бы сколотил себе капиталец, чтобы открыть собственное предприятие.

– Ничего, дядя, меня это вполне устраивает. Я с пользой для себя провожу время. Например, осваиваю жаргон этих бесчисленных департаментов и организаций. Вот я теперь знаю, что вместо «получить деньги» всегда следует употреблять «иметь доход». Или «заключить выгодный контракт с одной из фирм общественного питания» это всего лишь означает, что теперь они будут есть более дешевые пончики.

Она чмокнула его в щеку, и он расплылся от удовольствия, как старая кокетка на званом обеде. От него пахло гелем для укладки волос и мятными конфетами. Дональд, единокровный брат ее матери, был старше Джудит Уэйнстейн, но на двенадцать лет моложе Микки, самого старшего. По приблизительным подсчетам Тесс, Дональду было около шестидесяти.

Она проводила его глазами до двери. Выглядел он очень внушительно, с большим портфелем, всегда деловой и уверенный в себе. Не будь его прежний начальник замешан в мошенничествах с почтовой связью, Дональд, может быть, смог бы пробиться в правительственные круги вместо того, чтобы убивать время в этом нелепом офисном кресле.

– А как пари? Успешно? – спросила Тесс.

– Весь год. Но эта неделя неудачная. Не нравятся мне эти калифорнийские лошадки. Не знаешь, чего от них ожидать.

– Ты не потеряешь деньги на этой игре?

– Я все вложил в рынок, вот эта ставка покрупнее будет. Главное, если захочешь, я тебе подыщу работу на тридцать тысяч долларов в год с хорошей медицинской страховкой.

Тесс обвела глазами пустую комнату, посмотрела в окно и снова уставилась на свой стол. Но все же сдержалась и, послав дяде воздушный поцелуй, ожесточенно застучала по клавиатуре.

* * *

Спустя семь часов ее работа в офисе дяди была окончена, и Тесс поспешила занять свой пункт наблюдения неподалеку от «Эдема». Но на сей раз она сидела в своей «тойоте», чтобы не привлечь случайно внимания Авы. Она точно знала, что Ава уже была в гараже, поскольку сама видела, как она вошла туда. Рок позвонил Тесс несколькими минутами раньше и предупредил ее, что Ава отказалась с ним ужинать. «Она сказала, что останется дома вечером», – сообщил он, но ничего не сказал о том, чтобы она продолжала следить за его подругой. В некотором смысле Тесс делала это на свой страх и риск. В конце концов, он платил ей за то, чтобы она избавила его от подозрений.

Через двадцать минут Ава выехала из гаража на своей серебряной «миате». Тесс проехала за ней не больше мили через центр города до Федерал Хилл и остановилась у спортивного магазина. В его здании, где недавно случился пожар, три молодые женщины погибли.

– Зачем врать, что занята на работе, – рассуждала сама с собой Тесс, – если просто хочешь пойти в спортзал?

Тогда там была целая толпа журналистов и репортеров из «Маяка», любыми средствами пытавшихся прорваться через цепь полиции и сфотографировать место происшествия и погибших. Кто-то говорил ей, что жертвами оказались совсем молодые незамужние девушки, у магазина и принадлежавшего ему спортивного зала были крупные неприятности, они едва не лишились лицензии.

Даже когда у Тесс была постоянная работа, она не могла позволить себе посещать дорогой спортзал, но способ, как попасть туда, она знала.

– Я хотела бы поговорить с кем-нибудь по поводу аренды помещения для нашей организации, – сказала она одиноко сидевшей за столом у входа блондинке.

Та прижалась грудью к столу и вздохнула. Из клуба и со стороны залов доносились голоса и шум тренажеров. «Отлично, сейчас она обязательно пригласит кого-нибудь». Так оно и случилось.

Дэйл (она прочла имя на его бейджике) поспешил ей навстречу. Невысокий и накачанный, он носил открытый облегающий костюм, выставлявший напоказ его широкую гладковыбритую грудь. Волосы у него были собраны на затылке в хвостик.

– Я – Дэйл, добро пожаловать в фитнес-клуб, – сказал он ей, крепко пожимая ее руку. – Какая программа вас интересует – платиновая или золотая?

– Скорее циркониевая.

Он в недоумении уставился на нее.

– Это шутка, – пояснила Тесс. – Для наших сотрудников мы выбираем самое лучшее. Но сначала я бы хотела побольше узнать о вас и осмотреть сами залы, а уж после можно будет говорить об аренде.

– Конечно. – Он предложил ей руку, выгнув ее дугой, словно это был автомобильный руль.

– Нет, спасибо, пожалуй, я сама все посмотрю, если вы не возражаете. Мне нужно еще заглянуть в раздевалки. Полагаю, вы мне это разрешите?

Дэйл, немного уязвленный ее отказом, все же любезно улыбнулся:

– Без проблем! Но я обязан занести ваши данные в журнал. Нам нужны только ваше имя и телефон.

Тесс подошла к столу, который он указал ей. Никакого журнала там не было, лежали только чистые листы бумаги, на которых стояли графы «Имя» и «Телефон». Она прекрасно понимала причины любезного обращения со стороны Дэйла: уже три месяца из-за вышеупомянутого инцидента их спортзал не пользовался спросом.

«Тесс Дербервилль» аккуратно записала она на листе бумаги и рядом приписала телефон местной метеослужбы. Придется Томасу Гарди и метеорологам записаться в число членов фитнес-клуба.

Получив возможность свободно ходить по всем помещениям, Тесс направилась прямо в зал, чтобы под предлогом осмотра тренажеров узнать, что там делает Ава. Нельзя сказать, что она испытывала экстатическое восхищение при виде шикарного немецкого оборудования. Безусловно, зал был хорошо оснащен и доступен только тем, кто способен был платить членские взносы в размере двух тысяч долларов в год.

Пушистые белые полотенца, модные покрытия для беговых тренажеров, подвесные мониторы, специальная акустика, смягчающая звук, любые индивидуальные программы с телеведущими или под руководством специального тренера. Для таких любителей спорта, как Тесс, это место являлось настоящим искушением, она так увлеклась разглядыванием тренажеров, что чуть не позабыла об Аве.

Вспомнив об основной цели своего посещения, она направилась в огромный зал аэробики, с зеркальными стенами. Ава была среди занимающихся и упражнялась с таким рвением, словно готовилась к соревнованиям. Без своей обычной сексуально-вызывающей одежды, она не выглядела такой хрупкой, как на улице. В белых шортах и майке она казалась даже более привлекательной. Ноги у нее были длинные и очень красивые, как у танцовщицы, и все мышцы накачаны так, чтобы это не вредило гармоничной красоте женского тела. По-прежнему выделялась только большая для такой тоненькой и стройной фигуры грудь, но это, скорее, придавало ей еще больше очарования. По окончании наиболее интенсивной группы упражнений Ава выбежала из зала, чтобы вытереть вспотевшее лицо полотенцем, а затем вернулась обратно. Было заметно, что она успела не только умыться, но и подкраситься и причесаться. Тесс снова подумала, что она специально носит такой открытый костюм на эти занятия, чтобы всем было видно, какая у нее гладкая и ухоженная кожа.

После окончания класса аэробики Ава отправилась в раздевалку и остановилась около фонтанчика с журчавшей водой. Хотя она и припала губами к струе, Тесс показалось, что она не сделала ни одного глотка, но при этом исподволь следила за всем, что происходило вокруг. Как только Уэспи, светловолосый мужчина с ракеткой в руках, подошел к ней, она моментально выпрямилась и поприветствовала его нежным звонким голоском:

– Какая встреча! Я и не ожидала увидеть здесь тебя.

Чтобы скрыть свое внимание к этой паре, Тесс тут же повернулась к плакату, красовавшемуся на стене раздевалки. На нем была изображена сердечно-сосудистая система человека и даны рекомендации по всем упражнениям, нормализующим ее работу. К сожалению, Тесс могла слышать только обрывки их разговора. Впрочем, в том, что Ава была знакома с этим человеком, не было ничего странного. К мужчинам в возрасте Ава, по наблюдению Тесс, обычно не проявляла интереса.

– … прихожу сюда и за сообщениями, – продолжал мужчина.

Тесс насторожилась, чтобы разобрать, что произнесла в ответ Ава, как раз когда за стеной в зале с грохотом уронили гантели.

– А вы не хотите прямо сейчас назвать нам имена всех, кто вступит в клуб, – раздался у нее за плечом голос Дэйла.

– Имена?

– Ну да, чтобы мы имели их в виду.

– О да, конечно, мне только нужно сходить за своей записной книжкой, она осталась в машине.

Дэйл ответил ей лучезарной улыбкой. Возвращаясь к машине, она с любопытством подумала, ко всем ли своим клиенткам этот тип клеится так навязчиво или только к тем, кто не выше его ростом.

Усевшись в машину, она стала ждать, когда Ава появится в дверях клуба. Судя по всему, она не спешила расстаться со своим знакомым теннисистом. И все же она смотрела него как-то странно, кокетливо и в то же время совершенно равнодушно. Она вспомнила, как Ава коснулась легким движением его плеча, точно так же, как она делала это, воруя белье в магазине – быстро и осторожно.

Вскоре Ава выбежала из клуба и направилась к своей машине. Она почти мгновенно покинула стоянку, и Тесс чуть не потеряла ее в потоке машин на Федерал Хилл. Она догнала ее уже на светофоре и ехала следом почти до самого «Эдема». «Тойота», припаркованная где угодно, обычно не привлекает к себе никакого внимания. К тому же Тесс не сомневалась, что уж что-что, а марку ее машины Ава точно не смогла бы вспомнить.

Вероятно, вернувшись домой, Ава отключила телефон. Иначе чем еще можно было объяснить то, что она не отвечала на звонки. Тесс звонила через каждые десять минут из автоматов, пока шла по улице к итальянскому кафе, где собиралась поужинать. Никаких признаков жизни. Представить себе, что Ава просто не слышала звонков, было невозможно, а если учесть ее вспыльчивый характер, то она бы давно уже не выдержала и схватила бы трубку. Значит, и Рок, если звонил ей, не смог добиться ответа.

Тесс ела свою пиццу и обдумывала все, что ей удалось узнать за день. Ава не так проста, как кажется. Она чем-то занимается и помимо работы. Судя по всему, у нее грудные имплантаты. И она вовсе не слабая, а хорошо натренированная. Все это, конечно, очень любопытно, но пока что ничего не проясняет. Подсчитав время своей работы – с половины восьмого до половины первого и два вечерних часа – Тесс с удовольствием отметила, что получит двести десять долларов. А проработав так неделю, она получит не меньше тысячи. Но, с другой стороны, ей было как-то неловко принимать столь немалые деньги от Рока, которому они доставались большим трудом.