Текст книги "Под сенью пророчества (СИ)"

Автор книги: Мила Лешева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 62 страниц)

Глава 29.

Эрант. Магическая Школа, две недели спустя.

– Что ж, поздравляю вас с началом каникул, – улыбнулся рен Артин, – увидимся на балу. Надеюсь, за эти десять дней вы не забудете все изученное!

Преподаватель кивнул и вышел за дверь, провожаемый радостными улыбками учеников. Диар проводил его взглядом, повернулся к Лие и произнес с довольным видом:

– Ну что, прелесть моя, пора выполнять обещание! Завтра мы идем с тобой гулять по городу на весь день!

– А как же Тиала? – уголками губ улыбнулась Лия, – она не обидится?

– Ну, во-первых, Тиала терпеть не может прогулки, особенно пешие, а я обожаю гулять в такую погоду; во-вторых, мне нравится смотреть на тебя веселую; в-третьих... я уже говорил – Тиала мне интересна лишь в одном смысле, в отличие от тебя, и один твой намек...

– Нехорошо так говорить, – прямо посмотрела на него девушка, – она тебя любит!

– Лия, солнышко, ты такая наивная, – с чувством нескрываемого превосходства произнес парень, – Ти любит только себя. Не понимаю твоего стремления видеть в людях лучшее, хотя это мне в тебе нравится, помимо прочего, разумеется! Ну а если Тиала обидится... Что ж, может, это и к лучшему...

Лия только вздохнула, надеясь, что он говорит не всерьез. По крайней мере, пока у Диара была любовница, она могла надеяться на отсутствие постельных поползновений с его стороны. Рано или поздно ей придется сказать ему 'нет' на прямое предложение, но чем позже это случится, тем лучше, ведь он вряд ли примет ее отказ спокойно...

– Так что, во сколько за тобой зайти? – спросил Диар, водя пальцем по ее ладошке.

– Смотри как тебе удобней, – сдалась Лия.

– Тогда в десять утра я буду ждать тебя у ворот Школы, томимый нетерпением, – выдохнул он ей в самое ухо, а потом подал руку, – пошли, провожу тебя до общежития.

Буквально за несколько шагов до общежития они чуть не столкнулись с директором. Диар элегантно поклонился, Лия присела в реверансе, ожидая, что рен Игрэн пройдет мимо, как обычно, но тот неожиданно остановился и усмехнулся:

– Теа Лия, добрый день! Рен Диар, рад в кои-то веки видеть вас в компании девушки не только красивой, но и разумной, и благовоспитанной.

– Я и сам рад находиться в такой компании, директор, – улыбнулся Диар, – надеюсь, вы помните о приглашении отца?

– Разумеется, – ответил тот, кивнул и пошел дальше, оставляя Лию гадать о причинах его внезапной благосклонности.

– О чем задумалась, красавица? – весело спросил ее Диар.

– Странно, мне всегда казалось, что директор меня презирает...

– Открою тебе тайну: ни один нормальный мужчина не способен презирать красивую и умную женщину, – усмехнулся парень, – ненавидеть – да, испытывать другие чувства – возможно, но презирать... ладно, увидимся завтра!

Вечер следующего дня.

– Не замерзла? – спросил Диар, лаская взглядом тонкую фигурку и любуясь раскрасневшимися щечками своей спутницы.

– Нет, – ответила Лия, помотав головой, отчего с капюшона ее беличьей шубки посыпался снег, – разве ж это мороз! Да и снега не так уж много!

– Разве?

– Ой, у нас в деревне иной раз такие сугробы наметало... Знаешь, в Ортене дома часто строят с высоким крыльцом, потому что если делать двери вровень с землей, зимой можно и не выйти – как засыпет снегом до пояса...

Диар усмехнулся. Забавная она, такая искренняя, и радуется простым вещам, как ребенок, не то что та же Тиала! Жаль только, старательно держит его на расстоянии, было бы приятно обучить ее кое-чему! Ладно, не будем спешить, все равно ни у кого другого нет шансов, а в постепенном приручении есть своя прелесть... Знать бы еще, почему отец так неожиданно благосклонно отнесся к ее кандидатуре в качестве его подруги: просто из-за того, что она не может претендовать на серьезные отношения или же это какая-то интрига...

Лия весело улыбнулась, жмурясь от удовольствия, как котенок. День сегодня был просто чудесным: они гуляли по улицам, наблюдали за представлениями бродячих артистов, пили отвар и ели сладости в небольших лавчонках... Диара словно подменили, сейчас никто бы не узнал в нем рожденного в одной из знатнейших семей империи: просто веселый и немного шебутной парень. Вот и сейчас он лукаво усмехнулся, повел бровью и в сторону Лии полетел снежок.

– Магия, да? Здорово! Хотя я и без магии в битве на снежках смогу тебя победить, хочешь, проверим?

– В городском парке! – глаза его сверкнули веселым азартом.

– Идет!

Через два часа они, оба раскрасневшиеся, в мокрой одежде – свалились в сугроб – подошли к вратам Школы. Лия тепло улыбнулась:

– Спасибо, день был просто замечательным!

– И тебе спасибо, я уже давно так не веселился! Завтра увидимся?

– Нет, мне готовиться к балу надо, – помотала головой девушка, вздыхая.

– Не переживай, тебе понравится. Тогда послезавтра в четыре возле общежития, – Диар чмокнул девушку в щечку и направился прочь.

Эрант. Магическая школа. Вечер бала.

– Красивое платье, – Мирая оценивающе оглядела Лию, – только слишком уж скромное! Ты ж не жрица, а ученица Школы, а декольте практически нет!

– Мне и так непривычно, – тяжко вздохнула Лия, – еще и корсет этот... Лучше бы здесь осталась...

– Не глупи, – усмехнулась подруга, – все будет хорошо. Красивая вышивка какая, что за мастерица делала? – спросила она, рассматривая ткань.

Белый шелк с едва заметным голубоватым отливом – такого цвета бывает свежевыпавший снег – был украшен искусно имитирующей морозный узор вышивкой. Скромное декольте, узкий лиф, изящные складки юбки... Лие платье очень нравилось, но в нем она казалась себе совсем другим человеком...

– Я сама вышивала, – призналась девушка, – ох и намучалась, да только больно дорого было бы еще и вышивку заказать! А у тебя это что, неужели элесское кружево?

– Ага, нравится? – улыбнулась та, бережно поглаживая дорогое кружево из далекого западного королевства Элесса. Золотистая паутинка поверх персикового изящного платья с открытыми плечами и глубоким декольте словно окутывало фигурку Мираи невесомым облаком.

– Ты прическу решила не делать? – блондинка поправила кокетливо выпущенный локон, – хотя да, с твоей косищей ничего и не придумаешь. Ладно, идем, а то наши кавалеры изведутся...

Следующее утро.

Лия зашла в комнату, сняла и аккуратно повесила в шкаф платье и устало опустилась на кровать. Боги, и что они все в этих балах находят?! Постоянно следить за выражением лица, за каждым жестом и словом, ловить на себе взгляды: оценивающие, завистливые, заинтересованные, откровенно похотливые... Слышать всю ту грязь, что льется из уст этих высокородных особ... А танцы? Церемонные, без души и чувства, напоминающие какой-то магический ритуал...

Девушка потерла виски – голова гудела – и бездумно уставилась в стену. Может, стоило платье сделать попроще? Вроде бы фасон и без того прост донельзя – хозяйка ателье так выразительно поморщилась, когда она отказалась от кружева, пышной юбки, вышивки и фестонов, но почему-то Диару оно понравилось чересчур сильно... Тот даже заявил, что Лия самая красивая и изящная девушка в зале и все время пытался перевести разговор в весьма фривольную плоскость. "Да уж, вести такую беседу по книгам не научишься, вон как ловко у других получается, – с невольной завистью подумала девушка, – хорошо хоть Диар уезжает, авось остынет!"

По пути к общежитию Диар рассказал, что вместе с отцом и всем Двором уезжает на каникулы в загородный дворец, на Большую Зимнюю охоту, и вернется только к началу занятий. Услышав это, Лия не сдержала удивления, ведь он никогда не говорил о том, что любит охотиться. В ответ парень только снисходительно усмехнулся, пояснив, что это одно из тех придворных мероприятий, на которых он обязан присутствовать в силу своего положения.

На прощание он попытался поцеловать Лию в губы, но та была настороже и в последнюю секунду чуть повернула голову, так что его губы коснулись лишь самого уголка ее губ. На этот маневр Диар ничего не сказал, однако улыбнулся весьма многозначительно и попрощался, велев девушке вести себя хорошо.

"Как же хорошо, еще восемь дней каникул и свободы – не надо притворяться, да и следить за своей спиной... А завтра Зимник", – Лия улыбнулась, вспомнив, что праздник она будет встречать с теном Долером и его семьей...

Загородный дворец. Зимний бал. Третий день нового года.

Принц Ориан опустился в кресло, оглядывая веселящихся придворных. «Вот уж гадюшник», – подумал он и с трудом сдержал брезгливую гримасу при виде принца Лиэра, прильнувшего к очередному фавориту.

Взяв у возникшего словно ниоткуда слуги бокал с вином, принц, полуприкрыв глаза, принялся наблюдать за образовывавшимися то тут, то там небольшими группками, оценивая выражение лиц, жесты, пытаясь по губам прочесть, о чем они говорят – Ориан целенаправленно развивал это умение. Порой такие вроде бы случайные наблюдения могли дать новую ниточку в расследовании!

"А вот и наш замечательный директор, – подумал принц, рассматривая того, – хм, что-то вид у него не сильно радостный, может, еще какой хитроумный план сорвался? Или он притворяется?"

Стараясь, чтобы его интерес не был замечен, Ориан наблюдал за тем, как директор раскланивается то с одним аристократом, то с другим. Вот он остановился рядом со старшим дер Фалдоном, наблюдающим за флиртом сына с младшей, шестнадцатилетней дочерью Казначея, которая явно сделала стойку на одного из самых завидных женихов империи. "Хм, любопытно, о чем таком дер Нистер с ним говорит, что советник не смог удержать тень досады?"

Следующий вошедший в зал заставил принца нахмуриться. Странно, он был уверен, что отца нет в столице... а еще страннее то, что у него явно какие-то дела с директором Школы – не случайно же тот прервал свой разговор с дер Фалдоном и устремился к принцу Эверну...

Глава 30.

Эрант. Имперская канцелярия, неделя спустя.

– Рен Коррис, ну наконец-то! – принц благожелательно улыбнулся вошедшему, – мы вас уже заждались! Когда вы прибыли в столицу?

– Вчера, перед самым закрытием городских ворот, Ваше Высочество, – ответил тот, кланяясь.

– И с самого утра поспешили с докладом? Могли и отдохнуть немного, но раз прибыли – налейте себе вина, присаживайтесь и рассказывайте. Ваши донесения хоть и были довольно подробны, но недостаточно, чтобы полностью разобраться в том, что произошло на Востоке!

– И, если Ваше Высочество не против, – вмешался рен Неран и, получив благосклонный кивок принца, продолжил, – я предпочел бы сначала услышать обо всем, что касается нашего таинственного Игрока.

Коррис опустился в кресло, глотнул вина и начал:

– По словам Эравана Ат'Шери Игрок появился на Востоке примерно двадцать семь лет назад, во всяком случае, именно тогда их свел случай. Эраван тогда был слугой на постоялом дворе для богатых путешественников и попутно занимался тем, что поставлял гостям девушек, причем благодаря определенным связям среди Ночных гильдий был готов потрафить самым изощренным вкусам. Возможно, именно это и заинтересовало Игрока в нем, так что тот предложил Эравану немалые деньги в обмен на службу, клятву верности и молчание.

– Клятву верности? Это не было тем подчинением, с которым мы сталкиваемся сейчас? – с интересом подался вперед рен Неран.

– Нет, обычная магическая клятва.

– А как он тогда смог рассказать о своем бывшем господине? – удивленно вскинул бровь принц.

– Я думал об этом, Ваше Высочество, – кивнул Коррис, – в клятве не звучало имени господина, а Игрок перестал быть таковым для слуги как только прекратил платить ему жалованье. Разумеется, это лишь мои догадки, но я полагаю, что Восток сам по себе Игрока не интересовал.

– И поэтому он решил, что обычной клятвы будет вполне достаточно, – понимающе протянул рен Неран, – весьма логично...

– Или же он просто не имел таких возможностей для подчинения в то время, – почтительно возразил Коррис, – да и вряд ли кто-либо мог заподозрить в слуге-сутенере задатки того, кем он стал!

Принц задумчиво кивнул:

– Пожалуй, вы правы. И что он рассказал о своем нанимателе?

– Явно из очень знатного рода, как сказал сам Эраван, вел тот себя точно князь. Откуда-то из центральных провинций, скорее всего, житель столицы, это было слышно по говору. Высокий, широкоплечий, привлекательный, светлые волосы и голубые глаза, причем настоящий его облик слуга видел лишь однажды, и то случайно – Игрок всегда либо носил маску, либо пользовался амулетом личины.

– Тогда с чего этот... Эраван решил, что виденный им облик – настоящий? – задумчиво спросил принц.

– Видите ли, Ваше Высочество, определенные виды магии и ритуалы не терпят рядом с собой никакой другой магии, даже самой слабой. Если верить словам жрецов, жертвоприношения во славу Древних относятся к таким ритуалам. Неслучайно Их жрецам за день до жертвоприношения нельзя было даже никаких зелий пить!

– Любопытно, я не знал об этом, – протянул рен Неран, – и что, слуга присутствовал на жертвоприношении?

– Он оказался достаточно хитрым и ушлым, чтобы проследить за своим господином – захотелось узнать, для чего тому столько девушек... И как-то раз увидел ритуал и своего господина без маски и личины.

– И, насколько я понимаю, неправильно понял смысл ритуала, – горько усмехнулся принц, – поэтому, начав стареть, решил повторить его в личных целях, так?

– Именно так, – кивнул Коррис, – но, к моему величайшему сожалению, ниточка к Игроку оборвалась... Последний раз Эраван видел его примерно за неделю до закрытия Путей...

Принц задумался, а потом медленно покачал головой:

– И все же я не понимаю... На территории Ронтара было около сотни Врат, если жертвоприношения были нужны для их закрытия, то... неужели во всех городах было такое же? А по времени? Разве для магического действия оно не должно происходить одновременно?

– Я много думал об этом, – тяжело вздохнул Коррис, – увы, мы ровным счетом ничего не знаем о Путях, так что это лишь предположения... Я полагаю, что жертвоприношения были не везде, но у нас пока слишком мало данных, чтобы определить место точек Силы. Насчет времени... Есть ряд ритуалов, в которых Сила накапливается постепенно, в других выполняется подготовка, а затем запускается главный ритуал. Здесь могло быть и то и другое, ведь жертвы оставались живы в течение почти двух недель!

– То есть, к примеру, Игрок мог подготовить все для ритуала, скажем, в двадцати точках, перемещаясь через Пути, а потом перейти в место проведения главного ритуала и, обратившись к Древним, начать жертвоприношение сразу везде?! – потрясенно спросил рен Неран.

– Думаю, да. А значит, искать надо того...

– Кто подходит под описание, обладает – или обладал – достаточной властью и находился неизвестно где незадолго до закрытия Путей, – сумрачно сказал принц, – странно, что кшаси не сказали об этом ни слова! Получается, в закрытии Путей и гибели принца Ланнара виновны не кшаси, а люди, и война была не только глупостью, но и подлостью с нашей стороны...

Некоторое время все трое молчали, а затем Коррис медленно, словно пробуя на вкус каждое слово, заговорил:

– Ваше Высочество, здесь есть один момент. У меня есть личные причины не любить кшаси, но... возможно, они и сами толком не знают, как работали Пути, и не предполагали, что их можно закрыть таким образом. А значит, Игрок если и не гений, то человек незаурядного ума!

– Незаурядный ум, холодная жестокость, жажда власти, возможно, причина ненавидеть империю или лично Императора, – рен Неран слегка поежился, – нам противостоит страшный противник!

– Вы правы, – кивнул принц, – и хуже всего то, что он опережает нас на несколько шагов! Остается лишь попытаться найти места других ритуалов и составить карту его перемещений... Хотя порой мне жутко хочется попросту арестовать всех возможных кандидатов и хорошенько допросить!

– Так может, так и сделаем? – подался вперед его заместитель.

– Тогда взрыв будет неминуем, и гражданская война начнется сразу же, – горько усмехнулся принц.

– Может случиться худшее, – тихо проговорил Коррис, заставив обоих собеседников воззриться на него, – с учетом того подчинения, которое было наложено на тех, кого мне довелось арестовывать в Вентерисе, я боюсь, что любое неосторожное действие против "хозяина" заставит действовать слуг. Это как карточный домик: выдерни одну карту, и он рассыплется.

– А карточным домиком стал Ронтар, – кулак принца обрушился на стол, – будь оно все проклято! И я почти уверен, что наши соседи в этом тоже замешаны... кроме Кшасаэра, разумеется! Забавно, мы воевали с ними десять лет, и они единственные, кто могут стать сейчас нашими союзниками... Надо будет все-таки уговорить Императора наладить с ними дипломатические отношения...

– Рен Коррис, расскажите поподробнее обо всем, что произошло на Востоке, о ваших поисках, – предложил рен Неран, – вряд ли вы что-то упустили, но кто знает? И меня очень интересует та междоусобица, что вас задержала. Это точно не интрига Игрока?

– Нет, рен Неран. Это интрига директора дер Нистера, как оказалось, – усмехнулся Коррис.

– Что?! – глаза принца пораженно расширились, – рассказывайте! Хотя рен Неран прав, давайте по порядку.

– Слушаюсь, Ваше Высочество. Итак, все началось в Таресе, там начали исчезать люди...

Коррис говорил почти три часа, изредка делая глоток вина, принц и рен Неран периодически перебивали его вопросами и уточнениями. Наконец он закончил:

– И только мы собрались уехать, пришла весть о междоусобице... Конечно, там нужен был не воин, а дипломат, но был только я и мой отряд, вот и пришлось убеждать одних, запугивать других, искать причины той ситуации... После того, как стало ясно, что все это затеяли агенты директора, стало несказанно проще...

– Но зачем это дер Нистеру? Какое ему дело до смут на востоке? – удивленно спросил рен Неран.

Коррис подошел к висевшей на стене карте Ронтара и обвел пальцем кружок вокруг того места, где все три провинции граничили друг с другом. Границей им служила полноводная Эна, самая крупная река тех мест.

– Это тайна, которую мне доверили, разрешив рассказать только тем, кто не выдаст ее. Здесь есть комплекс пещер, в которых растет очень интересный мох. Если сварить из него отвар – процесс чрезвычайно сложен, требует применения магии и невероятного чутья на травы, то готовое зелье способно на короткое время усиливать Силу мага в несколько раз. И именно здесь началась смута, спровоцированная посланцами директора...

– О Боги... Получается, директор искал средство для увеличения Силы подвластных ему магов, и как всегда, не побрезговал ничем, – с явным отвращением проговорил принц, – рен Коррис, а что вы говорили насчет чутья на травы? Разве недостаточно знать рецепт?

– Нет, как мне сказали, ингредиенты в зелье всегда одни и те же, а вот их количество и соотношение может меняться. Причем это зависит от огромного количества факторов, так уж странно действует тот самый чудо-мох. Поэтому на востоке травники пользуются огромным уважением, а травники с даром целителя – и подавно.

Принц и рен Неран молниеносно переглянулись, затем последний спросил:

– Рен Коррис, но если вы знаете о том, что эта междоусобица была спровоцирована людьми дер Нистера... как я понимаю, для того, чтобы под шумок выкрасть мох? – подняв глаза на капитана и дождавшись его утвердительного кивка, продолжил, – то и местные это знают, особенно маги! И какова была их реакция?

– Вот, прочтите, – недобро усмехнувшись, Коррис протянул ему свиток.

Глаза рена Нерана становились все больше по мере чтения свитка, и наконец он расхохотался:

– Это великолепно! Ваше Высочество...

Принц выхватил свиток из его рук, быстро прочитал и покачал головой:

– Хотел бы я увидеть лицо дер Нистера при чтении этого свитка! Пожалуй, еще ни разу его так утонченно не оскорбляли! А на словах велели что-то передать?

– Да, дословно: "если хоть один западный маг без нашего дозволения покажется в Таресе, Китроне или Марне, назад к дер Нистеру он отправится в бочке с солью, нарезанным на мелкие кусочки"!

Принц рассмеялся:

– О, какой удар для нашего великого интригана! Вы хотите передать ему это сами, рен Коррис?

– Меня просили по возможности сделать это лично, Ваше Высочество.

– Что ж... – принц открыл ящик стола и протянул Коррису амулет в форме ромба, – знаете, что это?

– Пропуск в Школу, точнее, амулет для связи с "привратником"?

– Да. Когда вы хотите посетить директора?

– Прямо сейчас. Предпочитаю не откладывать дела в долгий ящик.

– Отлично, – кивнул принц. – Рен Коррис, я благодарю вас за верную службу и проявленную инициативу. В Казначействе вы получите премию для вас и вашего отряда. С завтрашнего дня считайте себя в отпуске, месяц я дам вам точно, возможно – больше, хотя вряд ли, вы нужны Ронтару

– Служу империи, – Коррис почтительно склонил голову.

– Я знаю. Идите, друг мой, и отдохните хорошенько, – улыбнулся Ориан.

Коррис вышел из кабинета, чувствуя, как душа наполняется гордостью. Принц Ориан назвал его другом, и это для него значило куда больше, чем любые награды... Что ж, а теперь – в Школу! А завтра, немного отдохнув – к Лие, только теперь капитан позволил себе ощутить, как сильно ему хочется увидеть юную целительницу...

Принц проводил Корриса взглядом и повернулся к рену Нерану:

– Мозаика начинает складываться, Неран. Удвойте усилия по поиску следов ритуалов и по выяснению личности Игрока!

Эрант. Магическая Школа, через полчаса.

Проводив взглядом рена Фирвина, Диар фыркнул и негромко сказал Лие:

– Индюк напыщенный! Интересно, он и правда думает, что никто книг не читает?

– Мне порой кажется, что он предпочел бы, чтоб так и было! – неприязненно покосилась на дверь, за которой только что скрылся историк, Лия. – У тебя занятия на сегодня окончены?

– Да, а у тебя?

– А у нас наши "любимые" занятия в трупарне! – выразительно скривилась Мирая, вставая. – Лия, идешь?

– Да, конечно!

– Я провожу, – безапелляционно заявил Диар.

– Я тоже, – улыбнулся Мирае Виарн, – тем более перед неприятным занятием лучше побыть в приятном обществе, верно, милая?

Через минуту небольшая компания – к ним присоединилась Тиала, после бала полная решимости не оставлять Диара наедине с Лией, за что та была ей безмерно благодарна, – вышла из учебного корпуса.

Коррис остановился перед вратами Школы и усмехнулся: давненько он здесь не был! Приложил амулет к специальному месту и через полминуты услышал:

– Представьтесь, пожалуйста!

– Капитан Тайной службы Коррис дер Сартон к рену директору с важным посланием.

Говоривший смолк. Коррис терпеливо ждал, наконец тот заговорил снова:

– Капитан, обождите немного, сейчас подойдет служитель, который проводит вас к рену директору.

Через несколько минут ворота отворились, молодой человек в синей куртке поклонился Коррису:

– Капитан, добрый день! Следуйте за мной, я провожу вас к рену директору.

Коррис молча кивнул и шагнул в ворота. Идя следом за своим провожатым, он с интересом поглядывал по сторонам, ища отличия от того, что помнилось ему. Их было на удивление мало, словно время было не властно над этим местом. Совсем такие же группки учеников, о чем-то болтающих и спешащих на занятия, старающиеся казаться неприметными слуги, вспышка в той стороне, где был полигон...

Он внутренне усмехнулся: вот уж не думал снова здесь оказаться! Интересно, как воспримет директор его появление? Задумавшись, он не смотрел по сторонам, поэтому не сразу понял, что заданный мужским голосом вопрос: "интересно, кто это?" относится именно к нему. Сообразил, только когда женский голос прошипел с ненавистью и страхом:

– Вентерисский палач!

Коррис поднял глаза и в упор взглянул на небольшую группку учеников, почувствовав, как душу охватила тоскливая обреченность: рука об руку с молодым человеком, в котором было нетрудно узнать сына советника дер Фалдона, стояла Лия. И в ее серых глазах, что так часто вспоминались ему в последние месяцы, он увидел осуждение, обиду и страх...

Смерив взглядом молодых людей, особенно девушку, что бросила ему то обвинение, Коррис молча шагнул следом за провожатым. Вот и все... Вряд ли Лия захочет его теперь видеть: мало того, что она явно не одинока, так еще и знает о том, кто он есть...

Лия проводила капитана взглядом, стараясь не подать виду, как ей обидно и больно. Значит, он действительно вернулся, и не захотел даже зайти поздороваться... А ей-то казалось, что между ними возникло что-то... может, дружба или хотя бы симпатия...

– Страшный какой-то, и глаза мертвые, – поежилась Мирая, и спросила Тиалу, с ненавистью глядевшую вслед капитану, – а почему палач, он же дворянин вроде, перстень родовой есть?

– Это точно он, Ти? – переспросил Диар.

– Да, он. Коррис дер Сартон, Вентерисский палач! Дворянин из знатного рода, который лично пытал дворян в Вентерисе, в том числе и двоюродного брата моего отца, причем наслаждался этим! Вот кому бы я с удовольствием сделала любую пакость!

Лия слушала, не в силах поверить своим ушам. Рен Коррис, что был всегда так вежлив и заботлив с ней – то чудовище, о котором говорит Тиала?! Наслаждался пытками?!

– Мирая, нам пора, мы уже опаздываем, – тихо напомнила она подруге, поежившись.

– Что, малышка, он тебя испугал? – спросил Диар, сжимая ее пальцы.

– Немного... Мы и правда опаздываем, прости! Увидимся завтра!

Урок прошел для нее как в тумане: она так и не могла перестать думать о том, что рен Коррис, вернувшись в столицу, действительно не захотел ее увидеть. Получается, она для него ничего не значит... "Странно, почему так больно?" ...

Коррис шел в сторону административного корпуса, но не видел почти ничего вокруг себя: перед глазами стояла Лия. То, как уверенно касался ее руки младший дер Фалдон, то, как естественно она держалась в окружении аристократов... Да, это уже не та робкая девушка, смущающаяся от невинной похвалы! И Боги, какой же красавицей она стала! Даже в форменном сером платье могла бы затмить собой многих светских дам... Неудивительно, что этот смазливый мальчишка явно имеет на нее свои виды... "Так, стоп, хватит, – остановил он себя, – еще будет время подумать об этом. Сейчас первоочередная задача – дер Нистер".

Спутник Корриса остановился перед дверью из мореного дуба. Поклонившись, он сказал:

– Прошу вас, рен капитан.

Коррис хмыкнул. Вот он и посмотрит, каков кабинет директора, никогда бы не подумал, что ему доведется это сделать! Толкнув дверь, он оказался в роскошной приемной, навстречу ему поднялся мужчина средних лет, по виду – типичный чиновник средней руки. Поклонившись, он представился:

– Рен Тиман дер Вартин, помощник директора. Рен Коррис, прошу вас оставить меч здесь.

Молча кивнув, капитан отстегнул ножны с мечом и положил их на стол.

– Отлично, теперь следуйте за мной.

Каких только слухов не ходило в былые времена о кабинете директора и как старались ученики хоть одним глазком взглянуть на него! Оказалось, ничего особенного в нем нет: стены, отделанные резными деревянными панелями, шкафы, заполненные свитками и книгами, большой стол, несколько кресел... Сидевший за столом директор дер Нистер поднял голову и усмехнулся:

– Неожиданный гость... Присаживайтесь, рен Коррис! Кстати, мне казалось, вы были в отъезде? Неужели так и мотаетесь по всей стране, ища нечто... эфемерное?

Последние слова он произнес с явной насмешкой, заставив Корриса подумать о том, что директор знает об Игроке и его поисках. Однако капитан лишь пожал плечами:

– Такая служба. Я служу империи так, как мне приказывают, и там, куда меня посылают.

– Да-да, я понимаю... Впрочем, у вас и выхода-то особого нет, не так ли? Разве что уйти в отставку и зажить спокойной жизнью...

– Спокойная жизнь не для меня, рен директор, – позволил себе улыбнуться Коррис.

– Возможно... Так что привело вас сюда?

– Видите ли, рен Игрэн... Последние месяцы я провел на востоке Ронтара, и перед отъездом меня просили передать вам послание, вот оно, – протянул свиток капитан.

Лишь пристальное наблюдение за лицом директора позволило Коррису заметить тень гнева на его лице. Всё так же любезно улыбаясь, директор протянул руку за свитком. Капитан был готов к тому, что его попросят удалиться, но, видимо, директора прямо-таки снедало нетерпение. Тот тут же принялся за чтение, а Коррис постарался замаскировать свое любопытство, делая вид, что рассматривает книги в шкафах.

Выражение лица директора менялось весьма примечательно: непонимание, неверие в то, что кто-то осмелился написать ему такое, гнев – побелели и заострились скулы, нервно дернулся кадык... И как апофеоз всему – лютая ненависть, мелькнувшая в его глазах. А еще капитан почувствовал, как нарастает напряжение Силы: похоже, директор забыл о контроле, которому учили всех учеников Школы. Дер Нистер отшвырнул письмо и воззрился на Корриса, тот ответил ему прямым спокойным взглядом.

– Вы это читали? – голос казался скрежетом заржавевшего колодезного ворота.

– Меня ознакомили с посланием, рен директор, – тщательно контролируя голос – не дай Боги прорваться злорадству – и выражение лица, ответил Коррис.

Директор глубоко вздохнул, явно пытаясь взять себя в руки. "Похоже, подобных щелчков по носу наш великий и непревзойденный давным-давно не получал", – подумал Коррис, вспоминая текст письма.

– Есть ли послание на словах?

– Да, рен директор, но оно... весьма грубое, должен признать. Даже для нас, а уж для помешанных на церемониях жителей Востока – и подавно...

– Слушаю, – дер Нистер потянулся к графину вина, стоявшему на столе, налил себе, жестом предложив Коррису, который отрицательно покачал головой, и одним глотком выпил. Коррис вздохнул и процитировал:

– Если хоть один западный маг без нашего дозволения покажется в Таресе, Китроне или Марне, назад к дер Нистеру он отправится в бочке с солью, нарезанным на мелкие кусочки!

– Что?! – а вот теперь гнева директор не скрывал, даже своим искалеченным чутьем Коррис ощущал, как вокруг того закручивается тугая воронка Силы. Как-то некстати припомнилось, что дер Нистер действительно сильнейший маг Ронтара, один из тех уникальных личностей, что лишь немного не дотягивали до уровня подлинно сильных магов перед Смутой.

– Хм, рен директор, надеюсь, вы помните, что у нас давным-давно не убивают принесших дурные вести, – отважился напомнить Коррис, прекрасно понимая, что противопоставить вышедшему из себя магу ему просто нечего.

– Помню, – процедил директор, – у вас все?

– Да.

– Тогда ступайте, вас проводят, – ярость прорвалась отрывистыми фразами.

Коррис встал, поклонился и быстро вышел из комнаты – за его спиной раздался грохот и звук разбиваемого стекла. Забрав меч со стола у секретаря – на лице того был написан явный страх – он покинул приемную.

Через десять минут за ним закрылись ворота Школы. Капитан облегченно вздохнул: в какой-то момент ему показалось, что дер Нистер всё же прикончит его. Даже не потому, что винит его в провале своих интриг на востоке, а походя, словно отмахиваясь от надоедливого насекомого. Неудивительно, вряд ли кто-либо мог сдержаться: такого количества упакованных в изящную оболочку оскорблений ему до сих пор видеть не приходилось... Похоже, стоит быть повнимательней, да и парней напрячь, ведь вряд ли директор забудет, что капитан дер Сартон был свидетелем его унижения...