Текст книги "Под сенью пророчества (СИ)"

Автор книги: Мила Лешева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 62 страниц)

– Рыженькая моя, так что можешь и остальных предупредить. Так, смотри, – Коррис расстелил на столе карту, – мы здесь, вот эта дорога приведет тебя к границе. А вот Туарк, там нужно будет найти постоялый двор "Усталый путник" и передать письмо рену Киарру. Найди себе гражданскую одежду, формой нашей в Реаре лучше не светить. Плохо, что ты реарского не знаешь...

– Ничего, капитан, я справлюсь, – глаза солдата сверкнули азартом.

– Отлично, держи, – улыбнулся Коррис, протягивая ему письмо и кошелек, и кивая на последний – награда.

Мерв развязал кошель, взглянул внутрь и присвистнул:

– Капитан, да я готов ваши поручения хоть каждый день выполнять! Завтра с утра и отправлюсь. Разрешите идти?

Отпустив Мерва, Коррис закрыл глаза. Тяжелый день, а еще и со жрецами говорить... Интересно, сможет ли Орван привезти целителя?

– Рен Коррис, – почтительный голос мажордома прогнал дремоту, – там ваш человек вернулся с магом и жрецами, дозволите впустить?

– Да, конечно, – встрепенулся Коррис, – пригласите их.

В кабинет вошли трое: сухощавый мужчина с надменным лицом, облачённый в роскошный наряд синего бархата, пожилая полненькая женщина в белоснежном платье жриц Маэры и широкоплечий мужчина, чей строгий черный камзол особого покроя выдавал в нем жреца Руарра. Коррис вежливо поклонился:

– Приветствую вас, я капитан Коррис дер Сартон. Матушка, отец, рен...

– Фиарен, – сухо произнес целитель.

– Рен Фиарен, добро пожаловать. Орван проводит вас к моему человеку, а потом, надеюсь, вы не откажетесь разделить с нами трапезу?

Тот кивнул, Орван открыл дверь и пропустил его вперед, а на вопросительный взгляд Корриса прошептал одними губами:

– Только деньги.

С трудом сдержав вздох облегчения, Коррис повернулся к жрецам:

– Простите...

– Ничего, – улыбка жрицы чем-то напомнила ему Улану, – мы понимаем. Хотя как человек с полным отсутствием сердца может быть целителем, не представляю! Воистину шутка Богов!

– Прошу вас пройти в гостиную, там будет удобнее беседовать.

Стоило им опуститься в кресла, как слово взял жрец. Его мощный голос чем-то напомнил капитану раскаты грома, видимо, как и многие жрецы Руарра его гость был бывшим военным:

– Рен Коррис, я старший жрец храма Руарра в Понваре, рен Дирт, а это рея Ариста, старшая жрица Маэры. Ваше письмо... Скажу честно, оно не только встревожило, но и напугало нас обоих, и мы бы хотели услышать поподробнее обо всей этой ситуации. И особенно о том, что произошло в пещерах!

Коррис вздохнул и начал рассказ. Слушали его крайне внимательно, время от времени задавая уточняющие вопросы и переглядываясь. При словах о тириате оба слушателя вздрогнули, а когда Коррис упомянул про алтарь, то увидел, каким гневом исказилось лицо жреца.

– Рен Коррис, ваш рассказ потряс меня, – честно признался рен Дист, – могу я увидеть ваш меч?

Удивленный капитан кивнул:

– Если вы подождете немного...

Вернувшись через пару минут, он протянул клинок жрецу. Тот провел по нему пальцами и поднял глаза:

– Вы говорили, что молились Руарру перед ударом? Так вот, он придал силы вашему мечу. И всё же без кристаллов вы вряд ли бы смогли уничтожить алтарь Древних... Могу я посетить эту пещеру?

– Разумеется, рен Дист, когда пожелаете!

– Возможно, завтра утром? Дорога была неблизкой, а я уже не столь молод, чтобы лазить под землю после долгого пути.

– Как вам будет угодно.

– Ариста, а ты... – повернулся жрец к своей спутнице.

– Мне там делать нечего. Рен Коррис, вы говорили, что на протяжении всей вылазки вам словно благоволила сама Госпожа Путей...

– Верно, рея Ариста. А тот щит, что закрыл меня от удара тириата...

– Щит Маэры, – по губам жрицы скользнула улыбка, – Богиня действительно защитила вас.

– Ты уверена? – потрясенно спросил жрец. Коррис же не мог промолвить ни слова: вот так узнать, что его и его людей защитила сама Богиня... Дрогнувшим голосом он произнес:

– Но как?

– Видимо, за вас многие возносили молитву Ей. И, быть может, среди тех, кто просил защитить вас, был кто-то особо важный для Нее. Пути Богов неисповедимы, рен Коррис, так что единственное, что я могу сказать... Покажите, что висит у вас на шее!

Словно завороженный, он снял цепочку с оберегом и протянул жрице. Прикоснувшись к мешочку кончиками пальцев, жрица кивнула:

– Все верно. Этот оберег делался с чистым сердцем, и именно поэтому он стал проводником силы Маэры. Сейчас это вновь лишь оберег, но тень Ее силы осталась в нем. Храните его как зеницу ока!

Коррис склонил голову, пытаясь хоть немного прийти в себя, и бережно вернул оберег на место. Снова подняв глаза, слегка смутился: жрица смотрела на него удивительно ласковым взглядом, ее синие глаза лучились.

– Рея Ариста, рен Дист, позвольте задать один вопрос. Знаете ли вы о случаях пропажи людей в Понваре?

– Нет, – покачал головой жрец, а женщина задумалась, что-то припоминая. Затем вздохнула:

– Нет, во всяком случае в последние годы. Что-то такое я слышала много-много лет назад, когда только вступила в Храм... Да, тогда пропало несколько молодых парней и девушек, но это было перед самой войной с кшаси, так что вряд ли это хоть как-то связано с вашим расследованием. Тем более в то время у нас в городе были Врата Путей, и они могли просто уйти через них...

– Вы правы, – кивнул Коррис, – столь давняя история меня не интересует. И, если не секрет... Чувствуете ли вы изменения в отношении магов к людям без дара в последнее время?

– Думаю, вы и сами знаете ответ на этот вопрос, – невесело усмехнулся жрец, – рен Фиарен в этом отношении показателен.

– И каково ваше к тому отношение? – Коррис подался вперед, напряженно ожидая ответа.

– Боги создали всех людей равными, – негромко ответила жрица, – кому-то они подарили магический дар, кому-то – призвание слышать Их, кому-то – талант. Маги, противопоставляя себя всем прочим, идут против Их воли. И мы не хотим новой Смуты.

– Поэтому если вы спрашиваете о поддержке против магов... Мы, жрецы, будем готовы оказать ее, – подхватил рен Дист, – но не оружием, а словом.

– А священной Силой?

– Вы удивительно много знаете для простого офицера, рен Коррис, и даже для офицера Тайной Службы, – протянул жрец, – да, если будет на то Их воля.

– И последний вопрос... Если понадобится помощь против тех, кто воздвигает алтари Древних...

– Она будет оказана, любая, – блеснул глазами рен Дист, – если ваши выводы подтвердит мой визит в пещеру, завтра же я отправлю письмо в Эрант Верховному.

– Благодарю, – склонил голову Коррис, – тогда прошу вас оказать мне честь, отобедав со мной.

В трапезную Коррис и жрецы пришли почти одновременно с целителем, которого сопровождал Орван, жестами показавший, что все в порядке. Заметив скользнувшую по губам рена Диста улыбку, Коррис окончательно уверился в том, что его гость некогда был военным.

Перед тем, как сесть в карету – жрица и целитель решили вернуться в Понвар сразу после обеда – рея Ариста подозвала к себе Корриса и негромко сказала:

– Благословляю вас, рен Коррис. Каким бы ни был ваш путь, верьте своему сердцу, оно не обманет.

Коррис провожал карету взглядом до тех пор, пока он не скрылась за поворотом дороги, потом тряхнул головой и направился к дому.

Глава 21.

Эрант, покои принца Ориана. Неделя спустя.

– Ваше Высочество, – вошедший слуга склонился в низком поклоне, отвлекая принца от невеселых мыслей, – прошу прощения, но прибыл курьер со срочным письмом из Норвеара к Его Высочеству принцу Эверну, а он в отъезде...

– Курьера ко мне, – резко приказал Ориан.

Через минуту в двери вошел офицер с усталым лицом, одежда его была покрыта пылью. Протянув принцу письмо, он сделал шаг назад и склонил голову.

– Благодарю вас, рен...

– Кайнил, Ваше Высочество.

– Рен Кайнил, вы офицер гарнизона Норвеара? Судя по вашему виду, дорога была нелегкой...

– Вы правы, Ваше Высочество, – кивнул офицер, – с Вашего позволения немного отдохну, прежде чем отправлюсь в обратный путь.

– Отдохните хорошенько, возможно, моему отцу необходимо будет отправить ответ. Вот, возьмите, – принц подошел к столу и быстро написал несколько строк, – получите награду в Казначействе. И сообщите в Канцелярию, где вы остановитесь. Можете идти.

– Служу Империи, – вытянулся тот и вышел из комнаты.

Дождавшись, пока его шаги затихнут, принц нетерпеливо сорвал печать и развернул письмо. Пробежав его глазами, он от души выругался и принялся перечитывать медленно, словно анализируя каждую строчку.

Значит, это нить действительно тянется с тех давних времен... Самому Ориану в момент начала войны с кшаси было всего два года, так что он представлял себе расстановку сил лишь по скупым – чересчур скупым – рассказам отца да документам. Получается, кто-то спланировал ту войну! Судя по всему, рену Нервину пришлась по душе мысль о том, что эта... Даэрри кому-то служила, а значит, ее хозяин скорее всего и будет той загадочной личностью, что стояла за войной.

Ориан вдруг почувствовал, как душу охватило холодом. Какая же власть должна быть у того, кто это устроил? Он взял со стола листок, на котором были выписаны те, кому под силу было направить войска в Тиронн, и покачал головой. Трое из них были мертвы: наследник престола принц Ланнар, генерал Ольяс дер Дорак и рен Кейр дер Фалдон, старший брат нынешнего советника Императора, последние двое погибли в одной из самых страшных битв с кшаси примерно через два года после начала войны. Оставшиеся двое... принц хмыкнул: Император и принц Эверн. Кто-то из погибших находился под влиянием или был сторонником загадочного противника империи? Или все же это разные силы, ведь не зря же исчезновения людей начались всего пару лет назад? А может, они были и раньше? Вопросы, вопросы...

Еще и этарры! Упаси Боги в исчезновении их молодежи виновен кто-то из подданных Ронтара – что тогда может произойти, принц даже не брался предсказать... Вряд ли объяснения, что власти ничего не знали об этом, возымеет хоть какое-то действие на крылатых! А вот если удастся их найти, то на этом можно и сыграть...

Вздохнув, он потер виски. Как же все-таки плохо знать так мало... После того разговора с отцом Ориан закопался в тайны древней и не очень древней истории, пытаясь хоть как-то свести воедино то, что происходит сейчас. И, что греха таить, злился на отца за то, что тот многое скрывал от него... А тут еще эти маги! Знать бы, тянут они одеяло на себя или играют на стороне таинственного врага Ронтара...

Заслышав странный звук из-за потайной двери, принц повернулся и направил на нее миниатюрный арбалет, который достал из ящик стола. Об этой двери знали только его отец, он сам и рен Неран, но мало ли что...

Часть стены бесшумно скользнула в сторону, и принц отложил оружие, с удивлением глядя на своего заместителя и активируя древний защитный артефакт:

– Что-то случилось?

– Да, Ваше Высочество. Пришло донесение от рена Корриса, вместе с золотыми слитками, выявленными в процессе обыска конторы казнокрада-управляющего шахтами. Но само донесение куда интереснее, прошу.

Принц нетерпеливо выхватил бумагу и принялся читать. Сначала спокойно, потом все больше гневаясь: рен Неран без труда определил это по тому, как сжались в ниточку губы и побелели скулы. Закончив чтение, он поднял глаза на своего заместителя и произнес голосом столь же ледяным, как и взгляд:

– Маги перешли все границы. Я хочу говорить с директором дер Нистером.

– Ваше Высочество, но, может быть, Ваш отец...

– Отец куда-то уехал. С тех пор как он оставил пост начальника Тайной службы, он периодически исчезает на несколько дней, так что мне придется сделать это самому.

– Вы выдадите себя, это того не стоит, – покачал головой рен Неран, – я сам переговорю с директором, хотя вряд ли это к чему-то приведет: рен Коррис прав, доказательств нет. Надеюсь, мы всё же сможем хоть что-то узнать от бывшего наместника.

– Сомневаюсь. И мне совершенно не нравится то, что капитан пишет о видениях шахтеров, тем более с учетом письма, полученного от наместника Норвеара. Прочтите и скажите, что вы об этом думаете.

– Этарры? – отложив бумагу в сторону, спросил рен Неран, – Вы боитесь, он наломает дров?

– Боюсь. Одно дело, если речь идет только о видениях, но если они не случайны... Откровенно говоря, не знаю, что лучше: не найти их или найти и попытаться договориться с Повелителем Ветров.

– Отозвать его? Хотя полагаю, все уже случилось, и нам стоит подождать его донесения.

– Да... Проклятье, как же неудобно управлять империей без возможности быстрой связи! За сколько туда доберется гонец? Две недели?

– Примерно так. Увы, не было смысла искать быстрые средства связи при действующих Путях. Любопытно, не ведут ли маги исследования в этой области?

– Мне тоже хотелось бы это знать, – сумрачно ответил принц, – ладно, тогда действуем так: наместника и его племянника – в допросную, директора вызывайте к себе, а я послушаю, рен Коррис... вы правы, подождем следующего донесения. Кстати, что там насчет золота?

– Его доставили в Казначейство, пока точная сумма неизвестна, но там двадцать пять слитков, а значит, примерно десять тысяч монет. Казначей чуть ли не облизывает каждый из них!

– Капитан дер Сартон писал об армейском конвое, с которым он послал двоих своих людей. Вы их расспросили?

– Да, Ваше Высочество. Один из них просто мордоворот, сильный, но тупой, а второй, напротив, умен и хитер. Я полагаю, Вас интересует, не было ли нападений?

– Именно так.

– Трижды были попытки, замаскированные под нападения разбойников.

– Замаскированные? – бровь принца поползла вверх.

Его заместитель усмехнулся:

– Этот парень рена Корриса – просто сокровище. Заметить, что оружие нападавших было стандартным и опознать методы действия наемных отрядов... Подозреваю, что он и сам когда-то грабил обозы на дорогах!

– Странно, что не было предпринято массированного нападения, – задумчиво протянул принц.

– Ваше Высочество, вряд ли маги – а больше никто не заинтересован в этом – решились бы на прямое нападение, с учетом золота даже Император, при всей его к ним благосклонности, воспринял бы это как объявление войны!

– Вы правы, но можно было, к примеру, отравить наместника...

– Судя по словам людей капитана такие попытки были, но наместника кроме солдат охраняли они...

– Какой приказ дал им капитан?

– Дожидаться приказа, – усмехнулся рен Неран.

– Выдать им обоим награду по пять золотых и пусть ждут. Казначею передайте, что на два процента от доставленного золота пусть не рассчитывает, это будет наградой для капитана дер Сартона. Все, Неран, за работу!

Листан. Золотая шахта. Тот же день.

Коррис отложил перо и принялся перечитывать написанное. С дюжину скомканных черновиков догорали в камине, а ему наконец-то удалось изложить на бумаге все произошедшее за последние недели.

Три дня назад Мерв вернулся вместе со старшим этарром. Рен Киарр держался крайне настороженно и лишь после разговора с Лоррой наедине слегка оттаял. Он внимательно выслушал рассказ Корриса о том, что произошло в той пещере, останавливаясь на некоторых деталях, которые капитану казались незначительными и вроде бы прошли незамеченными. Рассказ об алтаре Древних его потряс, а при словах о тириате он побледнел как мел. На вопрос Корриса о Даэрри тот вздохнул и признал, что она действительно исчезла двадцать пять лет назад и больше о ней никто ничего не знает.

Беседа была длинной, и в конце ее этарр задал вопрос, которого Коррис ожидал:

– Рен Коррис, что вы хотите за спасение Лорры и Ноарра? Этарры умеют быть благодарными.

– Ничего, мне достаточно того, что удалось им помочь. Мерзавец, что творит все это... На алтарях Древних гибнут и наши дети, и я всего лишь хочу остановить их. Так что... помните, прошу, что не все люди одинаковы, и что он такой же враг Ронтару, как и вам.

– Вы ничего не просите для себя, рискуя собственным положением... Рен Коррис, я не могу говорить за Повелителя Ветров, и этарры не вступают в союз с людьми, но... Если вам понадобится помощь для сражения с этим монстром, мы постараемся ее предоставить. Во всяком случае, на меня и еще нескольких этарров вы можете рассчитывать. Возьмите, – он протянул ему амулет в форме спирали, – если мы вам понадобимся, просто прижмите его ко лбу и позовите меня по имени. Только два момента: амулет будет работать лишь в ваших руках и только в том случае, если зов будет идти от души, а сам зов надо посылать из места, где вы будете в полном одиночестве.

– Благодарю, это невероятно щедрый дар, – Коррис покачал головой, – вы отправитесь сейчас?

– Да, если вы не против. Лорру и Ноарра заждалась семья.

Коррис замялся, но потом все же не выдержал:

– Рен Киарр, а вы будете улетать отсюда? Я всегда мечтал увидеть полет этарров...

По губам капитана на миг скользнула мечтательная улыбка, а затем он вздохнул и вернулся в настоящее. А полет этарров... Что ж, он навсегда останется в его душе, там, где Коррис с жадностью скупца хранил воспоминания о немногих случившихся в его жизни чудесах...

– Командир, вызывали?

– Да, Орван. Ну что, с пещерой закончили?

– Ага, завалили на совесть, ни одна сволочь не подберется.

– Отлично. Так, надо в столицу курьера послать, доложить. Похоже, больше нам тут делать нечего, контрабандистов и без нас переловят, а после визита к нам жрецов даже маги присмирели.

– Мерва послать, что ли? Уж больно он довольный вернулся после выполнения вашего поручения: дело плевое, а награда немаленькая!

– Можно и его. Письмо доставить в Имперскую канцелярию рену Нерану, деньги на дорогу вот, – он достал из ящика стола кошелек, – и пусть поспешит. Чем раньше о том, что здесь произошло, узнают в Эранте, тем лучше.

– Прямо сейчас и отправлю, – осклабился Орван, – а то повадился тут клинья к служанкам подбивать. Есть тут одна черненькая красотка с таакой грудью...

– Мне и рыженькой хватает, – усмехнулся Коррис, – иди уже, пока твою черненькую не отбили.

Эрант. Первый месяц весны.

– Теа Лия, занятие окончено.

– Благодарю, теа Фиара, – Лия поднялась с кресла и присела в изящном реверансе.

– Вы делаете большие успехи.

Похвала и неожиданно скользнувшая по губам учительницы улыбка потрясли девушку до глубины души, но она только чуть склонила голову, принимая комплимент.

– Присядьте, теа, я хочу вам сказать еще кое-что, – теа Фиара подождала, пока ее ученица не опустилась в кресло – как она и учила, с абсолютно прямой спиной и изящно поднятой головой, и продолжила. – Когда вы несколько месяцев назад появились в моем доме, не узнать в вас... простую девушку из деревни не мог только слепой и глухой. Сейчас же вы практически ничем не уступите провинциальным дворянкам, которых мне доводилось учить, а кое в чем можете их и превзойти. Откровенно говоря, в моей практике вы первый человек, отдающийся изучению манер, правильной речи и этикета с такой страстью. И поскольку мои занятия недешевы, а ваши успехи значительны, я хочу спросить: будете ли вы продолжать занятия? Да, если мы продолжим, вы сможете уверенно чувствовать себя даже на балу у Императора, но требуется ли вам настолько блестящее знание этикета?

– Могу я подумать, теа Фиара?

– Разумеется, я понимаю всю серьезность данного решения для вас, – благосклонно кивнула та.

Чуть опустив голову, но по-прежнему держа спину прямой, Лия задумалась. Денег было жалко до слез, но девушка прекрасно понимала, как для нее важны эти уроки. Их преподаватель по языку кшаси, рен Артин, говорил: "Вы можете сказать, что хорошо знаете язык только в одном случае – если способны думать на нем". А Лия прекрасно понимала, что ей до сих пор приходится себя контролировать, чтобы не сбиваться на деревенский говор, и если в Школе ей это удавалось практически всегда, то с той же Ханией в речи иногда проскальзывали неправильные слова. Сможет ли она не дать себе слабину в случае, если не будет платить за уроки? Будет ли снова и снова повторять упражнения, от которых порой болели все мышцы лица?

– Теа Фиара, я буду продолжать занятия.

– Отлично, теа Лиа, вы приняли мудрое решение. Приятно встретить в столь юной девушке подобную рассудительность. Что ж, тогда я жду вас как обычно, а сейчас вы можете идти.

– Благодарю, теа Фиара, и доброй ночи.

Выйдя на улицу, Лия широко – совсем не по этикету – улыбнулась. Душа ее пела от радости, похвала строгой теи Фиары буквально окрылила девушку. Впрочем, она и без того заметила, что в последнее время слышит все меньше ехидных выпадов в адрес своих манер и речи. Даже недолюбливающий ее преподаватель истории стал меньше к ней придираться...

Из всех предметов Лия больше всего любила зельеварение и изучение строения человеческого тела, ведь именно на них она могла быть собой и заниматься тем, что было важно для нее как для будущего целителя. Конечно, занятия в трупарне удовольствия не приносили, но постепенно становились чем-то привычным. Тем более что ей удалось-таки придумать зелье, отключавшее обоняние, хоть и заняло это целых две недели. Правда, сама Лия была им недовольна: действовало оно целых четыре часа и при этом слегка затрудняло дыхание. Однако это ничуть не мешало Мирае, которая с радостью им пользовалась, да и кое-кто из учеников-парней прибег к нему. И это совершенно неожиданно оказалось для девушки источником дохода, за что благодарить следовало подругу: именно она заявила Лие, что отдавать зелья бесплатно всем подряд – глупо и, не слушая ее робких возражений, попросту сообщила одногруппникам расценки...

Физическая подготовка и землеописание не вызывали у Лии особых трудностей, да и преподаватели по этим предметам не делали особых различий между нею и другими учениками. Разве что были немного придирчивей, но девушку это не пугало, учиться ей нравилось. Намного сложнее было с иностранным языком и историей. С иностранным потому, что приходилось скрывать свои подлинные в нем успехи, ведь она уже могла свободно и без малейшего акцента говорить на кшасском! Но даже при этом во время занятий она все время ловила на себе взгляд Диара, лишь усилием воли удерживая себя от реакции на него. Что же касается истории... О, там все было сложнее!

Книги, что читала Лия, и беседы с теном Гираном привели ее к выводу, что их преподаватель нарочно искажает историю, выставляя магов во всех конфликтах образцом благородства. Но спорить с ним... нет, делать этого она не собиралась! Так что приходилось все время держать голову опущенной, чтобы преподаватель не заметил мятежный блеск ее глаз. И учить ту историю, что он давал им, зная о ее лживости...

К большому огорчению Лии ей не удалось ничего выяснить об истории пленных кшаси. Как сказал ей тен Гиран, события той войны вряд ли скоро попадут в книги, и даже когда попадут – не факт, что информация будет полной и правдивой. Вообще с библиотекарем у Лии образовалось что-то вроде взаимовыгодного сотрудничества: он советовал ей книги, необходимые для того, чтобы стать "по-настоящему образованным человеком" и нередко обсуждал их с девушкой, а она помогала ему в работе. Ничего особенного: составить каталог, внести в него новые книги, помочь в починке особо ветхих, переписать то, что восстановлению не поддавалось... Несколько часов работы в неделю не составляли для девушки особой сложности, зато благодаря этому она фактически платила за уделяемое ей время.

Словом, все было хорошо, если не считать того, что в последний месяц на нее начали обращать внимание парни. Нет, никто за ней не ухаживал и не говорил комплиментов, но оценивающие взгляды на себе она чувствовала все чаще. Говорить об этом с Мираей Лия не хотела, а кроме той у нее так и не появилось даже приятельниц. Так что единственным человеком, с которым Лия могла поделиться и спросить совета, оставалась Хания. Да, была еще теа Фалина, относившаяся к Лие с симпатией, особенно после того как вылечила ее зельем спину, но девушка не хотела чувствовать себя должной хоть кому-нибудь в Школе. Почему – она и сама не понимала, но за последние месяцы научилась доверять своей интуиции.

Посоветоваться с Ханией... Идея неплохая, но Лия боялась разволновать Ханию, та была беременна, и страдала совершенно невероятными перепадами настроения: могла сиять от радости, а через минуту рыдать навзрыд. Потом все проходило, она просила прощения у мужа и Лии... чтобы через какое-то время сорваться вновь. Слабые успокоительные настои ей почти не помогали, а сильные травник, посоветовавшись с Лией, ей не давал, опасаясь побочных действий.

В результате Лия решила не обращать внимания на взгляды, держать взор опущенным и стараться как можно меньше общаться с сокурсниками. Ну а со старшими курсами она и вовсе не сталкивалась, проводя немногие свободные часы за книгами в своей комнате.

К тому времени, когда Лия добралась до Школы, уже совсем стемнело. Задумавшись, она лишь в последний момент обратила внимание на выезжавшую из ворот карету без гербов, заметив в окне четкий профиль директора. "Интересно, он в последнее время постоянно куда-то ездит по вечерам, да еще в карете без гербов, точно заговорщик какой, – отметила девушка, – хотя кто знает, может, у него любовница завелась. Вот рея Виарри расстроится!" То, что преподавательница магии Земли рея Виарри любовница директора, не было секретом ни для кого в Школе. Кроме самой Лии, которую лишь пару дней назад просветила всезнающая Мирая. "Хотя какое мне дело? Лучше пусть будет любовница, чем заговор!"

Фыркнув, девушка взбежала на пятый этаж общежития, в очередной раз радуясь возможности побыть наедине с собой. И с книгами, что ждали ее на столе...

Эрант. Имперская канцелярия, следующий день.

Коррис взглянул на здание Имперской канцелярии и вздохнул. Что ж, вот сейчас он и узнает, что грозит ему за самовольно принятые решения...

Две недели назад Мерв, Шарт и Вирет вернулись в Листан, передав приказ рена Нерана о немедленном возвращении в столицу. За два до этого в Понвар прибыл новый наместник, а на шахты – новый управляющий, так что Коррис передал все дела, навестил напоследок рею Аристу и рена Диста, и побывал в качестве почетного гостя на празднике, который устроили жители близлежащих поселков и деревень для его отряда. Надо сказать, это капитана немало удивило: сам выросший в деревне, он прекрасно знал, что весна у селян голодное время. Впрочем, многие из местных мужчин работали на шахтах и считали Корриса и его отряд своими спасителями...

Последний месяц в Листане выдался довольно спокойным. Пропажи людей прекратились, шахты работали как должно, маги присмирели... Так что парни Корриса поймали пару десятков контрабандистов, уничтожили банду разбойников в лесах около Понвара, а также раскрыли шайку воров-домушников, орудующую в столице провинции. Последнее было заслугой Урика, чья душа не вынесла "поношения благородного искусства воровства". Как тот сказал Коррису: "да я с завязанными глазами и ушами проделал бы все изящней!"

В свободное время солдаты развлекались: пили, играли в карты и кости, волочились за служанками да деревенскими девицами, которые оказались весьма благосклонны к щедрым героям – после завершения работ в пещере Коррис выдал им премию. Сам же Коррис весьма приятно проводил время с Анирой, которая искренне огорчилась, узнав о его скором отъезде. Впрочем, подаренные им на прощание сережки с аметистами мгновенно заставили ее глаза засиять от радости.

Дорога в столицу была утомительной: отряд ехал с максимально возможной скоростью, заботясь лишь об одном – не запалить коней. Больше всего Коррис боялся за кристаллы Крови Богов. Шахтерам удалось найти лишь двадцать семь кристаллов, и капитан хранил их как зеницу ока, оставляя в обязательном порядке караул даже при ночевках на постоялом дворе. Вот и сейчас они находились при нем – откровенно говоря, капитан мечтал поскорее передать их рену Нерану или принцу и освободиться от этой ответственности...

Принц Ориан и рен Неран уже ожидали его. Войдя, Коррис склонился в поклоне:

– Ваше Высочество, рен Неран, добрый день.

– Добрый день, рен Коррис, – голос принца был холоден и резок, – садитесь и рассказывайте. Все подробно, ваше донесение было чересчур кратким!

– Ваше Высочество, я боялся того, что мой посланец может быть перехвачен...

– Это понятно. Итак, начните с момента вашего прибытия в Листан...

К концу рассказа Коррис чувствовал себя так, как будто его вывернули наизнанку. Принц и рен Неран выспрашивали обо всем в деталях, практически никак не выдавая своего отношения к его истории. Наконец капитан закончил:

– Получив приказ, мы на следующее утро направились в столицу, двигаясь со всей возможной скоростью.

– Кристаллы при вас?

– Да, Ваше Высочество, – поклонился Коррис, достал мешочек с кристаллами и протянул его принцу.

– Неужели у нас появилось оружие против магов? – задумчиво спросил принц, – что скажете, рен Коррис?

– Простите, Ваше Высочество, но, по моему мнению, сейчас главный враг империи – тот, кто устроил все это в пещере. И, судя по кристаллам, он точно не на стороне магов! Мне и вообще порой кажется, что он просто играет с нами... А кристаллы... Для магов они могут послужить инструментом сдерживания.

– Идея недурна, верно, Неран? Так, а теперь главный вопрос, – голос принца стал ледяным, – капитан Коррис дер Сартон, меня интересует, кто дал вам полномочия решать вопросы, связанные с отношениями между империей и другими расами?

– Никто, Ваше Высочество, – негромко ответил Коррис.

– И всё же вы взяли на себя смелость решать, что делать со спасенными вами этаррами. Вы понимаете, что я вполне могу подвергнуть наказанию вас и ваших людей?

– Ваше Высочество, я смиренно приму Ваше наказание, однако мои люди ни в чем не виновны, они лишь выполняли приказы. Более того, никто из них даже не знает о том, что двое подростков, спасенных из пещеры – этарры.

– Что ж, значит, вся вина лежит лишь на вас. Объяснитесь, почему вы приняли такое решение! Ведь вы могли доставить их в Эрант, чтобы принудить Повелителя Ветров к переговорам!

– Ваше Высочество, я немного пообщался с этаррами и понял одно, – начал Коррис, пытаясь вложить в свои слова все то, что передумал за эти недели, всю свою убежденность, – для них те, кто способен, простите, шантажировать разумных существ их детьми – недостойны быть не только друзьями, но и союзниками. Если бы их принудили к каким-то договоренностям... Полагаю, они бы их выполнили, но и только. А ронтарцы так и остались бы в их памяти как бесчестные и бессердечные негодяи!

– А теперь? – поднял бровь принц.

– Тот, кто захватил юных этарров – их враг, и они если и не помогут империи в борьбе против него – а эту помощь они обещали, то точно не станут на его сторону. Наши внутренние неполадки с магами... Простите, но для них это слишком мелко... А насчет переговоров... Простите, Ваше Высочество, но какие могут быть переговоры с теми, кому тьма в душе собеседника доставляет физическую боль?