Текст книги "Принц ночи (ЛП)"
Автор книги: Лорен Палфриман
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 28 страниц)
Глава шестьдесят третья
Все слова вылетели из головы.
Блейк стоит передо мной на краю обрыва, а волны разбиваются о камни внизу, я отчасти понимаю желание Райана опустить голову и сбежать. Доминантность, которую я не замечала раньше, потоками накатывает от него. Возможно, я укрепила связь между нами, и теперь знаю о нем больше, чем раньше. Возможно, то, что связывает меня со всеми волками, ощущает в нем зверя. Он чувствуется… опасным.
Возможно, это из-за того, что он так неподвижен, когда вокруг бушует стихия, или из-за напряжения в его плечах, несмотря на расчетливую ямочку на щеке. Струйка крови на его лице смешивается с проливным дождем, стекая по щеке и капая с подбородка.
Джеймс ухмыляется. Широко. Он хватает Блейка за плечо и демонстративно крутит передо мной.
– Видишь это? Напряженные плечи, твердые бицепсы, сжатые челюсти, – говорит он, указывая на лицо Блейка. – Классические признаки защиты. Если бы я прикоснулся к тебе сейчас, принцесса, он, вероятно, попытался бы убить меня.
Блейк одаривает Джеймса угрожающей улыбкой.
– Если ты еще раз прикоснешься ко мне, я вырву твою руку и засуну тебе в задницу.
Джеймс смеется и слегка хлопает Блейка по щеке.
– Какой ужас.
Он направляется к железным воротам замка. Блейк разворачивается и слегка пинает его под коленку, отчего тот спотыкается.
– Придурок!
– Мудак.
Уголок губ Блейка дергается, когда он поворачивается ко мне. Меня пронзает осознание, что, хотя Блейк и Джеймс с радостью убили бы друг друга, Блейк был частью ближайшего окружения Джеймса – Альф – в течение двух, может быть, трех лет. Джеймс знал Блейка достаточно хорошо, чтобы понять истинное значение этой связи даже раньше, чем Каллум. Возможно, они в некотором роде друзья.
Когда ворота со скрипом закрываются, а шаги Джеймса тонут в шуме дождя, барабанящего по земле и морю, мое сердце замирает. Мы с Блейком впервые остаемся наедине с тех пор, как я ворвалась в его спальню и люди Локлана схватили его. Мы были врагами, работающими друг против друга, но он спас мне жизнь, а я спасла его.
Блейк проводит рукой по затылку, скрывая эмоции от меня. Думаю, что он чувствует себя так же неловко.
– Как ты себя чувствуешь? – наконец спрашивает он.
– Я… я в порядке. Спасибо. А ты?
Он тихо смеется и качает головой.
– Я в порядке, крольчонок.
Блейк вздыхает, и мои мышцы напрягаются. Уверена, что, несмотря на то что я промокла и дрожу, он собирается сказать мне вернуться в дом и отдохнуть. Но я не хочу возвращаться в постель прямо сейчас. Не хочу оставаться наедине со своими мыслями и не хочу рисковать ночными кошмарами, которые, я уверена, обязательно придут.
Он подходит к валуну на краю обрыва и садится, глядя на океан. Делаю глубокий вдох и подхожу к другому камню в нескольких футах от него, и сажусь, свесив ноги с обрыва.
Вдалеке амфитеатр, почти полностью затянутый черным дымом.
– Джеймс сказал, что ты приказал сжечь его. Почему?
– Я хотел сжечь тела. На послушниках была метка Ночи, означающая, что они отдали свои души ему. Я слышал истории, что некоторые из пленников Ночи настолько сильны, что могут вселяться в мертвых. Это заставило меня задуматься о Кае, еще в Мадах-Аллайхе, и о его изменившихся глазах.
– Думаешь, он был одержим?
Блейк пожимает плечами.
– Не знаю. Но они знают правду о тебе. Я не хотел рисковать. – Он поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. – То, что ты там сделала… ты была великолепна.
– Хм, – моя кровь стынет в жилах.
Между бровями Блейка появляется складка.
– Что случилось?
– На мгновение я почувствовала себя… могущественной. Но потом, – качаю головой, – я захотела изменить свою судьбу. Я стремилась стать кем-то большим, чем просто марионеткой. Я больше не желала быть объектом. Из-за меня будут вести войны, не так ли? Люди будут пытаться убить меня. Не из-за того, кто я есть, а из-за того, кем я могу быть и как они могут использовать меня. Я – оружие.
– Дорогая, нет. – Его мягкий, как шелк, голос проникает сквозь шум ветра. – Ты не оружие. Ты гребаный торнадо.
В его глазах отражается нечто настолько мощное, что мне приходится отвести взгляд к бушующим волнам.
– Александр называл тебя своим братом, – говорю я.
– Мы не родственники, но в некотором смысле мы братья. Так же, как Джек и Арран – мои братья. Некоторые узы скрепляются кровью. Некоторые – светом, любовью и надеждой. А другие… создаются во тьме.
– Где Джек и Арран?
– Арран отправился проверить Лоуфелл, а Джек следит за тем, чтобы Серая крепость была в безопасности. Они скоро вернутся.
Глубоко вдыхаю воздух, наполненный запахом водорослей.
– Я готова поговорить об этом.
Между нами повисает долгое молчание. Блейк кладет руки между бедер.
– Хорошо. Что ты хочешь узнать?
– Правду. Когда… когда ты узнал… о связи?
Касаюсь своей груди, не желая произносить слова громко.
– Точно не знаю. Сначала я думал, что просто хочу поиграть с тобой. Но чем дольше мы были рядом… Я уже говорил тебе, что при первой встрече ты показалась мне знакомой, хотя мы никогда раньше не встречались. Аррана держали в плену вместе со мной, под дворцом, как и его подругу.
– Фару, – тихо произношу я.
Он кивает.
– Наш похититель проводил над ними эксперименты и записывал результаты на страницах книги, которую ты взяла из моих покоев. В те мрачные дни я узнал о парной связи больше, чем когда-либо хотел. Именно поэтому я впервые взял книгу из своей старой комнаты вскоре после того, как ты приехала в Северные земли. Я начал что-то подозревать, но не был уверен. Только когда мы оказались в подземельях и твои ноги обвились вокруг моей талии, я понял, что это правда.
Вспоминаю тот момент. Он выглядел так, будто собирался поцеловать меня, и, казалось, испытывал отвращение к самому себе.
Он вздыхает.
– Итак, той ночью, когда ты была на грани жизни и смерти, я осознал, что могу поделиться с тобой своей жизненной силой, ведь Арран и Фара проделывали это множество раз. – Он качает головой. – Ты, вероятно, думаешь, что я тебя обманул. Но, по правде говоря, это не так. Я сделал это, потому что не хотел твоей смерти.
Слова звучат болезненно, и я не могу подобрать ни одного, чтобы заполнить тяжелую тишину, которая тянется между нами.
Блейк пожимает плечами.
– Полагаю, вся правда в том, что я был слишком самоуверен, думая, что смогу отстраниться в последнюю минуту. Я думал, что смогу схватить тебя, как ты сделала тогда, в колодце, а затем отпустить без каких-либо последствий. Но ты держалась так крепко. Честно, Аврора, я не хотел, чтобы так все вышло. Не сомневайся, у меня были виды на трон – и они до сих пор есть. Но твое участие в моем плане закончилось. Я просто собирался шантажировать Каллума, как только мы заберем Мадах-Аллайх у Джеймса. Я не планировал… устанавливать связь. Она все усложнила для меня.
– Ты скрыл знания о связи. Ты не имел права так поступать.
Он мрачно усмехается.
– А что мне оставалось делать? Ты была с Каллумом. Я знал, что он не сможет с этим справиться. Правда уничтожила бы вас обоих.
– И твой план тоже.
– Да. И его тоже. – На губах Блейка играет улыбка. – У тебя есть сила. Если хочешь, разорви связь сейчас.
– Я думаю, что сделала ее сильнее. Я чувствую… она ощущается… по-другому.
– Да. Я тоже так думаю. – Веселье исчезает из его глаз. – Возможно, ты упустила свой шанс. Ты могла разорвать нить, когда я умирал. Почему ты этого не сделала?
Со вздохом провожу руками по лицу.
– О, не знаю, Блейк. Ты противный, коварный манипулятор. Ты намеренно провоцировал меня снова и снова. Ты укусил меня. Замышлял заговор против меня. Ты хранишь секреты и что-то скрываешь, и я не доверяю тебе ни на йоту. Ты самый раздражающий человек, которого я когда-либо встречала в своей жизни. И все же… – я тяжело вздыхаю. Чувствую себя беззащитной перед ним.
– И все же?
Я признаю кое-что, что заставляет меня чувствовать себя более уязвимой, чем когда-либо в жизни.
– Ты мой друг.
Мой голос звучит тихо.
Ожидаю подшучиваний и издевок. Жду лукавого изгиба его губ и враждебного блеска в глазах. Однако вместо этого выражение его лица серьезнее, чем я когда-либо видела. Блейк улыбается, но это выглядит печально.
Интересно, был ли у него когда-нибудь раньше настоящий друг или, по крайней мере, который не был бы создан в недрах тюремной камеры?
Но правда в том, что у меня тоже никогда не было настоящего друга, как бы сильно я о нем ни мечтала.
Непреодолимое раскаяние охватывает меня, прежде чем он отстраняется.
– Взаимно, крольчонок.
Воздух между нами снова становится каким-то неловким. Внезапно я чувствую себя обессиленной. По телу прокатывается дрожь, я встаю и потираю руки.
– Собираюсь вернуться в дом. Я устала.
Он кивает, поднимаясь.
– Я пойду с тобой.
Вместе мы возвращаемся в Серую крепость.
***
Темнота.
Она окутывает меня, такая густая, что я ощущаю ее вкус.
Резко втягиваю воздух. Я нахожусь в длинном темном коридоре, и тени стелются по полу, словно у них есть собственный разум. Они обвиваются вокруг моих голых лодыжек. Пульс учащается, когда я чувствую запах чего-то древнего. Крадусь вперед, мимо запертых дверей. За одной из них что-то шипит – звук хриплый и знакомый.
Сглатываю комок, подступающий к горлу, и спешу пройти мимо. Мне нужно выбраться отсюда.
Прохожу через арку в шестиугольную комнату. Что-то в ее форме кажется мне знакомым, и я вспоминаю рисунок лабиринта, который нашла в спальнях Блейка.
– Для меня это не имеет значения, – доносится шелковистый голос Блейка от одной из арок слева от меня, где на камне вырезан знак Ночи. – Если тебе нужна армия, я могу создать ее для тебя.
Чувствую, как кровь застывает в моих жилах. Следуя за голосом, останавливаюсь за большим троном из обсидиана. На нем сидит мужчина, и страх охватывает меня с такой силой, что я не могу пошевелиться. Он излучает холодную, древнюю силу, от которой у меня волосы встают дыбом. Я не вижу его лица, но мельком замечаю короткие волосы, белые, как лунный свет, и высокую зубчатую корону, инкрустированную бриллиантами. Он барабанит длинными пальцами по подлокотнику трона, и моя душа знает, кто он такой, хотя я никогда раньше не видела его изображенным.
– Я тебе не доверяю, – говорит мужчина холодным голосом.
Блейк преклоняет колени перед троном, почтительно склонив голову. Когда он поднимает ее, уголок его губ приподнимается.
– Разве это не часть моего обращения, Хозяин?
Его лицо кажется моложе, а волосы немного длиннее и взъерошенные. Меня охватывает шок. Это воспоминание, как и другие, в которые я проникала. Сон Блейка. И мы находимся в тюрьме Ночи.
Ночь смеется. Холодный и зловещий звук, вызывает дрожь в моем теле.
– Ты одна из моих любимых игрушек. Хм. Очень хорошо. Возьми Королевство Волков и подготовь его к моему возвращению. Гелах будет больно, когда я уничтожу ее творения. Найди ключ. Принеси мне Сердце Луны, и ты получишь награду, превосходящую все твои самые смелые ожидания. Не подведи… Иначе наказание будет суровым.
– Я не подведу.
Мое сердце бешено колотится, в ушах стоит какофония звуков. Отстраняюсь, и Блейк смотрит мне прямо в глаза. Они слегка расширяются, и на его лице мелькает короткая вспышка паники, прежде чем он снова принимает беззаботный вид и переводит взгляд на своего хозяина.
– Что-то не так? – Коронованный мужчина начинает поворачиваться и цокает языком. – Одна из моих душ плохо себя ведет? Приведите ее ко мне.
Я не хочу, чтобы Бог Ночи заметил меня. Не хочу, чтобы Блейк поймал меня. Возможно, это всего лишь воспоминание, но у меня предчувствие, что если меня поймают, последствия будут ужасными. Я убегаю, бегу так быстро, как никогда в жизни. Мои мышцы ноют, ноги скользят по плитке. Мне кажется, что легкие сейчас разорвутся, когда я вваливаюсь обратно в шестиугольную комнату. За спиной слышатся шаги. Блейк преследует меня.
В одной из арок мерцает свет. Поворачиваюсь к ней и молюсь, чтобы это был выход. Прижимаюсь всем телом к двери, которая находится за ней. Чувствую запах сосен и тени.
С грохотом дверь распахивается. Темнота окутывает меня, и я падаю.
Яркий свет ослепляет меня.
Глава шестьдесят четвертая
Внезапно просыпаюсь.
Я в маленькой комнате в Сером замке, где тлеют оранжевые угли в камине. Блейк спит в кресле, склонив голову на грудь. Я замечаю, что дышу слишком часто, и пытаюсь успокоиться, боясь разбудить его.
Тысячи эмоций переполняют меня, но одна из них особенно тревожит – холодный, пронизывающий страх. В какой-то момент своей жизни Блейк назвал Ночь своим хозяином.
Мне нужно уйти отсюда.
Блейк открывает глаза. Я укрыта простынями, и мой пульс бьется под кожей, словно барабанная дробь. Он громкий. Такой громкий. Я знаю, что он его слышит. Пытаюсь превратить свое тело в камень, словно могу заглушить этот звук, но он бьется все быстрее и быстрее. Еще быстрее.
Его черные волосы растрепаны, пряди вьются надо лбом. Ворот рубашки расстегнут. Он выглядит расслабленным, а за его спиной слабо мерцает огонь в камине. Он кажется безобидным. Уязвимым. Интересно, насколько тщательно он готовил свой номер. Или, возможно, ложь для него просто естественна.
Блейк работает на Ночь, и так было всегда. Он искал меня.
Я всегда притворяюсь, сказал он мне однажды. Мне следовало бы прислушаться к его словам.
Уверена, что сейчас он тоже притворяется. Вижу это по его напряженным рукам, сжимающим подлокотники кресла, и слегка выпрямленной спине. Чувствую, как кольцо настороженности сжимается вокруг моей души. Долгое время он чувствовал себя туго натянутой пружиной, и, кажется, настал момент, когда она наконец лопнула.
Я знаю его секрет.
Мой пульс сливается с какофонией в ушах.
Знает ли он, что я знаю?
Он пристально смотрит на меня, и в его глазах читается намек на вызов. Укуси.
Мое дыхание учащается. Мне нужно уйти. Нужно предупредить Райана и Джеймса. Необходимо предупредить все это проклятое королевство и мой народ тоже. Мне нужно помешать Блейку использовать меня, чтобы освободить своего хозяина. Бросаю взгляд на дверь, но знаю, что он заметит меня.
Заставляю себя расслабиться, сделать глубокий вдох и улыбнуться. Он пока не причинил мне боли, значит, вероятно, выжидает, прежде чем нанести удар. У меня есть время. Возможно, еще есть.
Я тоже могу притворяться.
– Мне приснился очень странный сон, будто за мной гонятся по лесу, – говорю я, откидываясь на подушки. Я планирую успокоить его, дождаться, пока он снова заснет, и тогда я смогу сбежать.
Он моргает. Один раз. Второй.
– Звучит пугающе.
Блейк ерзает в кресле, и я стараюсь не вздрогнуть. Он ставит ногу на край моей кровати, и я думаю, что он пытается меня защитить. Но тут я замечаю, как он задирает брюки. Слишком поздно мой взгляд падает на его обнаженную плоть, и я понимаю его намерения.
Отметина, которую я увидела, когда пряталась под его кроватью, оказалась не обычным шрамом. На его лодыжке выжжен ключ с двумя полумесяцами на конце, а кожа вокруг побелела и покрылась пятнами. У Элси и Александра метки Ночи были на запястьях, но эта… эта совсем другая. Меня охватывает новая волна ужаса, когда я вспоминаю книгу с рисунками, изображающими монстров Ночи. На них было такое же клеймо.
Блейк демонстрирует метку. Он хочет, чтобы я ему противостояла.
Поспешно отвожу взгляд, делая вид, что ничего не заметила.
Блейк вздыхает и опускает ногу. Его ботинок глухо стучит об пол.
– Давай больше не будем играть в игры. – Его слова звучат с нотками усталости, как будто это я его утомляю, и с ощущением, что меня поймали на чем-то недостойном. Во мне вспыхивает огонь, который прогоняет часть моей холодности. – Давай хоть раз будем честны.
– Честны? – слово срывается с моих губ. – Ты хочешь быть честным?
– Да, – говорит он, когда я бросаю взгляд в сторону двери. – Я знаю, о чем ты думаешь, так что скажи вслух, и я все объясню.
Раньше сила текла по моим венам, но сейчас я чувствую себя какой угодно, но не могущественной. Даже если бы я поняла, как работает сила Луны, что я могла бы с ней сделать? Превратить его в волка, сделав еще большей угрозой?
Сжимаю простыни.
– Ты не можешь причинить мне боль из-за нашей связи, – напоминаю я ему.
– Это не причина, по которой я не причиню тебе вреда.
– Ты работал на Ночь.
Жду, когда он начнет отрицать. Хочу, чтобы он отрицал.
– Да.
У меня перехватывает дыхание. Моя душа разрывается на части от страха.
– Слухи о том, что кто-то пытался освободить Ночь и создать ему армию, были о тебе. Ты Принц Ночи.
– Да.
Мой пульс бьется так быстро, что заглушает все остальные звуки. Адреналин бурлит во мне. Беги, беги, беги.
– Аврора, у нас нет на это времени. Не…
Я бросаюсь через кровать к двери, простыни путаются на бедрах, а стакан на прикроватном столике падает, расплескивая воду. Блейк хватает меня за талию и бросает обратно на матрас. Открываю рот, чтобы закричать, но он садится на меня сверху и зажимает рот рукой. Его бедра прижимаются к моим, и я ощущаю его запах. Хватаю его за запястье и впиваюсь пальцами в его кость, чувствуя соль на его ладони. Кусай. Кусай. Кусай.
– Не надо, – шепчет он, и в его глазах вспыхивает волк, дикий и прекрасный. – Послушай.
Его темная, мощная и удушающая сущность поглощает меня. Она ласкает и уговаривает, но от нее исходит такое сильное доминирование, что я почти хнычу, пытаясь оттолкнуть ее. Однако что-то внутри меня хочет уступить ей, подчиниться.
Он, как и раньше, использует Айтне, но страх леденит мою кровь. Он сильнее, чем я думала. Все это время я думала, что Каллум сдерживался. Теперь я понимаю, что это был Блейк. Капли пота выступают у меня на лбу. Его слова, сказанные в покоях Мадах-Аллайха, не дают мне покоя.
Когда придет время, крольчонок, я отдам тебе все, что у меня есть. Обещаю.
Неужели это конец? Его славное поражение?
– Перестань сопротивляться, Аврора. Послушай.
Моя внутренняя сила поднимается навстречу его силе. Протягиваю руку глубоко внутрь себя и хватаю его темные пальцы. Его хватка становится крепче, и я задыхаюсь, когда он сжимает меня. Однако я думаю, что могла бы вырваться. Когда перед моими глазами появляются предательские точки, а дыхание учащается, я понимаю, что все, что мне нужно сделать, – это отступить.
Мне кажется, он тоже это знает. Я думаю, он дает мне возможность уступить ему, притвориться, что он вынудил меня подчиниться. Потому что он знает правду, даже если я не могу ее принять.
Я хочу знать, что он скажет. Хочу доверять ему. Хочу, чтобы он сказал мне, что это ошибка, и что я не ошиблась, когда спасла ему жизнь.
Поэтому предательская часть меня замирает. Я подчиняюсь.
Притворяюсь, что не хочу этого. Даже тихонько всхлипываю, уткнувшись в его ладонь. Уголок его губ дергается, как будто он знает, что я играю. Откидываюсь на простыни и перестаю сопротивляться. Когда я, моргая, смотрю на него, мое тело смягчается и становится податливым.
Его плечи опускаются от облегчения.
– Ты собираешься кричать? – спрашивает он.
Я качаю головой, и он убирает ладонь.
– Хорошая девочка.
Мое дыхание учащается, как и его.
– Я собираюсь сказать тебе правду, Аврора, и мне нужно, чтобы ты слушала меня внимательно, потому что, боюсь, у нас не так много времени. Ты слушаешь?
Киваю.
– Да.
– Хорошо. Я не один из служителей Ночи. Я не какой-то дурак, который носит темный плащ с символом, нанесенным чернилами на мою кожу. Я гораздо хуже. Я один из пленников Ночи, такой же, как змея, которую ты убила, одно из тех чудовищ, о которых ты слышала. Тюрьма, в которую я затаскивал тебя в своих снах, когда-то была моим домом. Ты ведь это поняла, верно?
– Клеймо на твоей лодыжке, – замечаю я.
– Да. Он ставит свою метку на всех своих пленниках. Служители копируют ее, словно когда-нибудь смогут понять, что она означает.
Он отклоняется назад и становится передо мной на колени. Я не могу успокоить свое бешено бьющееся сердце и зверя, который проснулся в моей груди. Осознаю, что все еще сжимаю его запястье. По какой-то причине я не хочу отпускать его. Его учащенный пульс бьется под моими пальцами.
– Моя душа принадлежит Богу Ночи. Как и души других, которые были заперты в камере под дворцом вместе со мной. Однажды ты спросила меня, убил ли я ученого врачевателя. Я сказал тебе, что это неправильный вопрос. Теперь ты знаешь, какой вопрос должен быть правильным?
Прерывисто вздыхаю, пытаясь собрать воедино все, что знаю, все, что он мне рассказал. Страх, более густой, чем кровь, бежит по моим венам. Я киваю, но подушка заглушает это движение.
– Спроси меня.
– Как ты сбежал?
Мои слова звучат тихо, почти неслышно, снаружи бушует ветер, а море с ревом бьется о скалы. Кажется, природа реагирует на бурю внутри меня.
На его лице появляется тень, и меня охватывает та холодная, бесконечная боль, которую я чувствовала, когда он поцеловал меня. Словно я тону в ней.
– Я не сбежал. Я умер в камере под дворцом.
Мое сердце замирает. Мощная, непонятная эмоция вырывается из моей души и смешивается с его тьмой.
– Я не понимаю.
Он улыбается, но в улыбке нет тепла.
– Это был главный трюк Ночи. Он жаждет отчаявшихся душ, а я был именно в таком отчаянии. Я заключил с ним сделку – попросил дать мне силу сбежать от врачевателя и освободить остальных. В обмен я отдал бы ему свою душу. Думаю, он сдержал свое обещание. Он подарил мне свободу в виде смерти. Только вместо того, чтобы моя душа обрела покой, он забрал ее себе.
Слова застревают у меня в горле. Я уверена, что он говорит правду. Чувствую это каждой клеточкой своего тела. Моя кожа такая же холодная, как и его глаза. Не знаю, что сказать, как реагировать. Часть меня, хочет утешить его, как это было, когда я узнала, что с ним произошло во дворце. Но, как и тогда, я понимаю, что пережитые им ужасы делают его еще более опасным.
– Я думал, что знаю, что такое страдания. Но когда стал игрушкой Ночи, понял, как ошибался. Я бы отдал все, чтобы обрести свободу. Я был мертв всего несколько месяцев, но мне казалось, что провел в этой ловушке целую жизнь. Со временем я осознал, что Ночь так же отчаянно стремился к свободе, как и я. Я дал ему новое обещание: если он отпустит меня, я дам ему то, чего он хочет. Сон, который ты видела, это воспоминание о той ночи, когда Элси молилась ему, потому что наш отец собирался убить ее. Я сказал ему, что могу использовать Брюса в наших интересах и получить поддержку в Королевстве Волков. И он согласился отпустить меня.
– Как? У Ночи нет ключа.
У Ночи нет меня.
– Ночь использовал Гелах, чтобы сделать это. В ночь полнолуния стены его тюрьмы становятся тоньше. Не настолько, чтобы он или кто-либо из древних заключенных могли сбежать, но достаточно тонкими, чтобы я мог пройти сквозь них. Он отвел меня в ее камеру. Я был уверен, что она найдет способ не дать мне уйти, но, когда я проходил мимо нее, она заговорила со мной. Ее взгляд прожигал меня. Она сказала: «Мое сердце – твое спасение.»
Мои пальцы впились в его запястье.
– Я думал, что Сердце Луны – это просто камень. Думал, что смогу обменять его на свою свободу, даже если это означает, что мир наполнится ужасами. Потому что, когда я умру в следующий раз, я буду знать, какой будет моя вечность. Я не испытываю любви ни к Королевству Волков, ни к Королевству Людей. Одно бросило меня, другое пытало. Какое мне было дело, если бы они оба сгорели? Но я не знал, когда давал это обещание… Я не знал, что это будешь ты.
– Когда ты понял?
– Чем больше я узнавал тебя, тем больше начинал подозревать. Я был почти уверен в ночь полнолуния, когда ты не обернулась. Когда Алекс забрал тебя, я убедился окончательно.
Делаю глубокий вдох.
– И что теперь?
– Я не могу тебя отпустить.
Он говорит это так просто. И какая-то часть меня, глубоко внутри, хочет верить ему. Но отдать меня Ночи – единственное, что может спасти его от вечных мук. Блейк лгал мне снова и снова. Он притворялся, манипулировал и обманывал.
Ранее этим вечером он уговаривал меня разорвать связь, и только сейчас до меня дошло, что если все, что он говорит, правда, то связь может быть единственным, что мешает ему передать меня своему хозяину. Все, что случится со мной, случится и с ним тоже.
Блейк вздыхает, словно ощущает мою нерешительность.
– Я понимаю, что не давал тебе особых оснований доверять мне. Но я верю, что если Ночь или кто-то из его армии доберется до тебя, тебя будут пытать и убьют, чтобы ты высвободила достаточно силы для разрушения стен его тюрьмы. Если ты не веришь, что я не хочу причинять тебе боль, то, по крайней мере, поверь, что мои собственные интересы заставляют меня держать тебя подальше от Бога, которому я служу. Но мне нужно, чтобы ты поверила в один из этих вариантов, и как можно скорее. Душа Александра тоже принадлежит Ночи, и теперь он мертв. Он сказал Ночи, где ты. Я видел это только что во сне.
Мое дыхание учащается, а кровь стынет в жилах. В глубине души я знала, что за мной придут другие последователи, но все же думала, что у меня будет больше времени, чтобы во всем разобраться. Он медленно слезает с меня и встает у края кровати. Я сажусь.
– Я знаю, чего ты хочешь, крольчонок. Слышал, как ты разговаривала с Джеймсом. Ты мечтаешь об армии, королевстве и короне. Я могу дать тебе твою месть. Брошу голову твоего отца к твоим ногам, если ты попросишь меня. Но тебе нужно ускользнуть от Ночи, и никто в этом королевстве не знает его лучше, чем я. Я могу помочь тебе. Я помогу тебе. Но нам нужно идти. – Он бросает взгляд на окно, которое дребезжит на ветру. – Служители Ночи, первые лица его армии, все остальные заключенные, которые могли выбраться через дыру в тюремной стене… Они приближаются.
Пытаюсь преодолеть нарастающий страх и цепляюсь за надежду, что у нас еще есть время. Должно быть.
– Нам нужно сообщить Райану и остальным…
– Нет. Они идут за тобой. Если ты хочешь, чтобы они были в безопасности, нам нужно уходить немедленно. Мы отвлечем их. Только ты и я, – он протягивает мне руку, чтобы я взяла ее.
– Каллум…
– Похуй на Каллума.
В его тоне слышится неожиданная резкость.
Качаю головой, уверенная, что его игра еще не закончена.
– И что ты хочешь получить в обмен на свою помощь, Блейк?
Он слегка наклоняет голову.
– Есть кое-что, чего я желаю больше всего на свете. Ты ведь знаешь, что это, не так ли?
Его взгляд впивается в меня с такой силой, что у меня перехватывает дыхание. Воздух в комнате внезапно становится горячим и плотным. По моей коже пробегают мурашки, когда связь вибрирует между нами.
В моей памяти всплывает сон, в котором я оказываюсь на кровати, румянец на его щеках и выражение лица, когда он прижимает меня к матрасу. Я прогоняю это видение, потому что оно слишком опасно.
– Ты хочешь… Ты хочешь обрести свободу.
– То, чего хочешь ты, в обмен на то, чего хочу я, – отвечает он, не подтверждая и не опровергая мои слова. – Простая сделка.
Смотрю на его руку, протянутую ко мне. Когда дело касается Блейка, все не так просто. Мне кажется, будто я заключаю сделку с самим Богом Ночи. Но Блейк уже завладел моей душой. Что еще он может у меня отнять?
На его щеках появляются опасные ямочки.
– Давай, крольчонок. Нам нужно идти. Сейчас же. Они приближаются.
Богиня, помоги мне. Я вкладываю свою руку в его.
