Текст книги "Принц ночи (ЛП)"

Автор книги: Лорен Палфриман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 28 страниц)

Глава двадцать восьмая

Темнота душит. Моим глазам требуется время, чтобы привыкнуть. Вижу длинный коридор, по обеим сторонам которого расположены камеры. Пульс учащается, когда замечаю символ, выгравированный на одной из дверей. Знак Ночи. Я в его тюрьме.

Замечаю удаляющийся силуэт. В темноте штаны и рубашка Блейка кажутся серыми. Его шаги торопливы, и я задаюсь вопросом, не сон ли это. Он так же обеспокоен своим присутствием здесь, как и я?

Не могу точно вспомнить, что произошло до того, как я оказалась здесь, но мне кажется, что я должна срочно связаться с ним.

– Блейк? – шепчу я. За дверью камеры позади меня раздается шипение, и мое сердце замирает. Быстро иду вперед. – Блейк!

Он не оборачивается. Не думаю, что он слышит меня. Бегу за ним. Мои шаги эхом отдаются в темноте, но Блейк не замечает меня. Ощущаю его тепло и замечаю, как напрягаются мышцы его спины. Протягиваю руку.

– Блейк! Мне нужна твоя помощь!

Земля исчезает из-под ног, прежде чем успеваю коснуться его.

Я падаю в бесконечную тьму.

Я нахожусь в Церкви Света и Солнца, но ее поглотила дикая природа. Каменный алтарь покрыт мхом, толстым, как зеленый бархат. Виноградные лозы пробиваются из земли и обвивают мои лодыжки. Они отделяются от стен и обвивают мои запястья, удерживая руки вытянутыми.

Но я не согрешила! Мой голос, похожий на шепот, доносится сквозь листву, растущую вдоль куполообразной крыши.

Все женщины грешат, дитя мое, отвечают тени, и их голос похож на голос Верховного жреца. Твоя мать была грешницей. И ты тоже грешница. Хочешь, чтобы Богиня Солнца разгневалась?

Виноградные лозы сжимают мое тело и толкают вперед. Горячие слезы наворачиваются на глаза. Я не хочу умолять. Не хочу умолять. Пытаюсь напомнить себе, что это сон, но мне разрывают спину, и кровь растекается лужицами по плиткам пола. В воздухе витает запах меди.

В ужасе кричу, когда из склепа появляется силуэт. Шаги эхом раздаются в тишине, когда он приближается ко мне.

Глаза Блейка светятся, дикие и янтарные.

– Борись, – говорит он.

***

Делаю глубокий вдох и, лежа на полу, ощущаю пульсирующую боль в голове. Воздух вокруг кажется влажным и затхлым, а платье насквозь промокло. Передо мной стена с решеткой, и я уже бывала здесь раньше.

С трудом поднявшись на колени, осматриваю камеру. К одной из стен придвинута койка, в углу стоит ведро, а с потолка на ржавых цепях свисают кандалы, при виде которых по коже бегут мурашки. Это камера в особняке, место, куда Блейк привел меня перед тем, как вернуть Себастьяну. Здесь Блейк издевался надо мной, а затем пытался заставить выйти замуж за Джеймса.

Камера находится недалеко от Пограничья. Скорее всего, Джеймс уже договорился с Александром о сделке и, возможно, в данный момент находится в пути.

Дрожу от страха, рука сама собой тянется к карману, и я достаю маленький пузырек с аконитом. Это не так уж много – армия Джеймса может поджидать меня за пределами этих подземелий, – но мне нельзя возвращаться на юг. Я не хочу становиться собственностью другого лорда Пограничья, особенно Александра. Думаю, он использует меня, чтобы заслужить прощение моего отца. Уверена, он причинит мне боль. Призрак его криков в тронном зале после того, как я сказала своему отцу, что он планирует совершить измену, преследует меня.

В моей голове туман, но я пытаюсь придумать план.

Молюсь любой богине, которая услышит меня, чтобы дала силы выжить.

Молюсь, чтобы с Каллумом все было хорошо, и чтобы Блейк знал, что меня нет в замке.

Уверена, они оба будут искать меня. Только надеюсь, что они успеют сюда добраться, пока не станет слишком поздно.

***

Где же он?

Мерцающий свет факелов создает в камере мрачную атмосферу. Часы, кажется, тянутся бесконечно. Дрожу, сжавшись на узкой койке, и прижимаю колени к груди. В камере все пропитано сыростью: стены, простыни, мое платье. Меня охватывает холод.

Большую часть своей жизни я чувствовала себя узницей, но моя позолоченная клетка сильно отличалась от этой. Мне так хочется ощутить на лице теплый солнечный свет и почувствовать дуновение ветра с ароматом сосен. Кажется, целую вечность назад я была ходила на Даун-Крэйг, где перепачкала руки землей, а воздух был таким свежим, что я чувствовала его вкус. Не знаю, сколько времени прошло, но каждая капля воды словно отсчитывает секунды до того, что должно произойти. Меня отправят в Пограничье – судьба, которая может быть хуже смерти. Или, возможно, Джеймс просто хочет казнить меня, чтобы разозлить Каллума.

В какой-то момент мужчина в синем килте и со светлыми волосами, собранными в узел на макушке, протягивает мне через решетку черствую булочку. Узнаю его по Мадах-Аллайху. Дункан, кажется. Спрашиваю его, что происходит, где Джеймс и что он планирует со мной сделать. На каждый вопрос он отвечает мрачной улыбкой, а затем поворачивается спиной и поднимается по лестнице.

Стиснув зубы, жду, когда появится Джеймс и решит мою судьбу. А еще жду Каллума и Блейка. Неуверенность грызет изнутри, как крысы, снующие по подземелью, стучащие маленькими лапками по каменному полу. От голода сводит живот, а в голове стучит, и я не понимаю, обезвоживание ли это или приступы лихорадки, которые накатывают время от времени.

Почему Каллум не приходит?

В своих снах я вижу лица, скрытые в тени – темные волосы, дикие глаза и насмешливые улыбки. Блейк преследует меня. Темнота сгущается, и я думаю, что это он. Крики эхом разносятся по подземельям, хотя я здесь одна, но слышу скрежет металлических скальпелей и смех Блейка.

Просыпаюсь, запутавшись в простынях и всхлипывая. Внутри меня бушует тьма, холодная и бесконечная, на вкус как сосна и яд.

Клянусь себе, а также богиням Солнца и Луны, что смогу пережить это. Каллум покончит с Джеймсом и займет трон. Я разорву связь с Блейком и никогда не вернусь домой, на юг. Мы оба будем свободны.

Но Каллума здесь нет. Я одна.

Не знаю, день сейчас или ночь, когда слышу приближающиеся шаги. На мгновение позволяю себе представить, что Каллум пришел за мной.

Вот и ты, принцесса. Ты же не думала, что я оставлю тебя, не так ли? Представляю его низкий северный голос, теплый и успокаивающий. Представляю, как его руки обнимают меня, и чувствую себя в безопасности под его телом.

Дункан разрушает иллюзию. В мою камеру входят двое мужчин в зеленых килтах, хватают меня под мышки и выводят в коридор. Я едва могу стоять на ногах, когда меня тащат вверх по узкой лестнице. Я замерзаю и обливаюсь потом, а что-то дикое внутри меня пытается вырваться наружу.

– Куда вы меня ведете?

– Тихо.

Шум обрушивается на меня, как только мы достигаем первого этажа. Снаружи доносятся крики. Меня толкают мимо окна, и я мельком вижу людей, охраняющих здание, их мечи сверкают в лунном свете. Мое сердце бьется все быстрее.

Меня ведут за угол, через какие-то двойные двери, в помещение, которое когда-то могло быть бальным залом. Мое сердце почти останавливается. Комната огромная и залита лунным светом, а стена наполовину снесена с одной стороны. Холодный ветер дует сквозь нее, раскачивая пыльную люстру. За длинным столом сидят шестеро мужчин.

Джеймс сидит за одним концом стола, небрежно откинувшись на спинку стула и слегка раздвинув ноги, словно демонстрируя свое превосходство. Рукава его рубашки закатаны до локтей, открывая взгляду цветную татуировку на одной из рук.

Рядом с ним сидит Роберт – Альфа клана, одетый в зеленую шотландку. Этот огромный мужчина с бритой головой взял на себя роль Короля волков, пока Джеймс отсутствовал. Он наклоняется к Джеймсу и шепчет что-то на ухо, пока меня подталкивают ближе. Джеймс ухмыляется.

Другие мужчины, стоящие передо мной – нет, другие Альфы – тоже кажутся мне знакомыми, хотя я не могу вспомнить их имена. В животе у меня все сжимается от страха. Это Альфы из Мадах-Аллайха, которые поддерживают притязания Джеймса на трон.

Подавляю желание бросить им вызов и сохраняю самообладание. Делаю вид, что податливая и скромная.

Меня швыряют на пол к ногам Джеймса, и я падаю на потрескавшуюся плитку, а платье обвивается вокруг.

– Я думал, ты не встаешь на колени перед фальшивым королем, Принцесса, – раздается хриплый голос Джеймса, эхом отражаясь в зале.

Альфы усмехаются, и один из них рычит:

– Как все изменилось.

Во мне закипает адреналин. Этот мужчина укусил меня, напал на меня и пытался заставить выйти за него замуж. Он собирается отправить меня к тому, кто причинит мне боль. Отвращение смешивается со страхом. Не думаю, что смогу убежать от всех этих мужчин, но хочу, чтобы он знал, что значит бояться.

Делаю пару глубоких вдохов, пытаясь успокоиться.

Затем бросаюсь на него, как разъяренное животное. Ожидала, что смогу сбить его со стула, но его ноги твердо стоят на полу. Стул лишь слегка покачивается, а он хватает меня за талию. С его губ срывается удивленный возглас.

– Не знал, что ты так относишься ко мне, принцесса, – произносит Джеймс, и Роберт смеется. – Но…

Хватаю его лицо, и веселье в его глазах исчезает. Бальный зал наполняется шипящим звуком, его кожа горит под моими пальцами, которые я облила аконитом. Джеймс хватает меня за запястья и с силой швыряет через всю комнату. Его рев эхом отражается от высокого потолка. Тяжело приземляюсь на холодную плитку, и весь воздух выходит из меня. Сильно ударяюсь локтем об пол и подавляю стон.

Раздается громкий хлопок, как будто распахивается дверь, а затем шум. Мужчины кричат. Альфы вскакивают на ноги, отодвигая стулья.

– Свяжите ее, – рычит Джеймс.

Сквозь ножки стула вижу, как одного мужчину швыряют на землю. Стук сапог. Пространство заполняет рычание. Не понимаю, что происходит, но инстинкты берут верх. Нужно бежать.

Поднимаюсь на колени.

Джеймс переводит взгляд на меня и приказывает:

– Лежать.

Его слова наполнены силой волка, словно лавина, которая сметает на своем пути. Он использует на мне Айтне – команду Альфы. Стискиваю зубы, выдерживаю это давление и отталкиваю его. Встаю и бегу.

Дункан хватает меня под мышки и тащит к колонне, поддерживающей потолок. Обхватив ее руками, он связывает мои запястья веревкой. Воздух наполняет рев мужчин, но я не могу сосредоточиться на происходящем, поскольку дикость внутри меня требует выхода. Из меня рвется крик, глухой и бесконечный.

Ровный смех, словно лезвие ножа, разрезает хаос. Резко вдыхаю.

Блейк направляется к концу стола. Его черная рубашка плотно застегнута до самого ворота, а темные волосы, как обычно, растрепаны. Он садится на один из стульев и закидывает руку на спинку. Подмигивает мне.

Мое сердце замирает, когда я вижу Каллума за спиной Блейка. Я понимаю, что именно они стали причиной переполоха. Должно быть, они только что прибыли. Каллум словно воплощение ярости и грома. Он наступает ногой на шею одного из Альф, который, вероятно, встал, чтобы поприветствовать его, в то время как блондин в светло-зеленом клетчатом килте приставляет кинжал к горлу Каллума. Кажется, Каллум едва замечает это.

Меня поражает, насколько растерянным он выглядит по сравнению с Блейком. Его щеки раскраснелись, а темно-русые волосы развеваются на ветру, словно он ехал сюда очень быстро. На его рубашке видна прореха и струйка крови, которая, надеюсь, не его. Каллум смотрит на своего брата, в его глазах горит волчий огонь.

– Только посмей прикоснуться к ней еще раз и я брошу тебе вызов, – рычит он.

Почти чувствую, как его волк выходит на поверхность, желая заявить о своих правах, защитить и убить.

– Каллум, – шепчу я.

– Все будет хорошо, Рори, – говорит он грубым голосом. – Никто не причинит тебе вреда.

– Это мы еще посмотрим, – рычит Джеймс.

На лице Блейка появляется улыбка.

– Мы здесь, чтобы обсудить условия твоего освобождения, крольчонок.

Глава двадцать девятая

Мы здесь, чтобы обсудить условия твоего освобождения, крольчонок.

Голос Блейка эхом разносится по бальному залу. Я тяжело дышу, чувствуя, как путы сжимают мои запястья. Не хочу никаких переговоров. Хочу, чтобы Каллум бросил вызов Джеймсу и заставил его заплатить.

Альфы стоят вокруг стола и смотрят на меня, как на добычу. Их волчьи глаза сверкают в темноте. Мужчина, лежащий на спине под ногой Каллума, задыхается, и Каллум усиливает давление ботинком.

Только Блейк кажется спокойным, хотя я знаю его достаточно хорошо, чтобы понять, что это лишь маска. Он откидывается на спинку стула и поправляет воротник. Рядом с ним Каллум тяжело дышит, а на его шее пульсирует вена.

– Отпусти ее, – рычит он.

– Нет, – отвечает Джеймс. На каждой щеке, там, где я до него дотронулась, по три волдыря, похожих на следы когтей. – Пока я с ней не закончу.

– Если ты ее тронешь…

– Что? Бросишь мне вызов? Предашь меня? Попытаешься возглавить восстание против трона? – голос Джеймса становится громче. – Кажется, ты уже делаешь это, брат. Мы на войне. Наши люди умирают. И ты считаешь нужным стравливать волка с волком, когда настоящие враги находятся к югу от границы.

Альфы согласно перешептываются. Мужчина, приставивший кинжал к горлу Каллума, крепче сжимает рукоять, костяшки его пальцев белеют. Но Каллум, кажется, даже не замечает.

– Когда наш настоящий враг здесь. Ты присоединяешься к дочери завоевателя, который вторгся на наши земли, призу лорда, который держит Клэр в своих псарнях, к девушке, которая была помолвлена с человеком, содравшим кожу с нашей матери!

Краска отливает от лица Каллума. Он сжимает кулаки, словно пытаясь скрыть шок и боль. Я чувствую сожаление.

Я сообщила Каллуму о ее смерти, но не стала раскрывать свои подозрения о том, как она была убита. Эти подозрения возникли у меня, когда Джеймс рассказал мне о шубе, присланной на имя его отца. Я хотела избавить Каллума от этой боли.

Ненавижу Джеймса за то, что он использовал это против него, так же сильно, как и за то, что он сделал со мной.

Каллум пару раз моргает.

– Рори нам не враг.

– Садись, брат. – Волк исчезает из глаз Джеймса. – Нам с тобой нужно многое обсудить.

Он кивает на мужчину, держащего лезвие у горла Каллума.

– Убери, Хэмиш. Вы все тоже садитесь на свои места.

Хэмиш отстраняется и убирает кинжал в ножны. Он садится, и остальные следуют его примеру. Каллум убирает ногу с шеи Альфы. Мужчина, который кажется моложе остальных, поднимается на ноги и, прищурившись, смотрит на Каллума.

– Мерзавец, – бормочет он.

– Не испытывай меня, Кеннет, – рычит Каллум.

Кеннет садится и складывает руки на груди, как будто ему все равно, но его лицо такое же красное, как и его волосы.

– Нам нечего обсуждать, Джеймс, – говорит Каллум. – Ты забрал мою девушку, и ты умрешь за это. Но сначала я верну ее.

Он делает шаг ко мне. Дункан приставляет лезвие к моему горлу. Я задыхаюсь и поднимаю подбородок, чтобы не проколоть кожу. Каллум останавливается.

– Советую переосмыслить ситуацию, брат, – говорит Джеймс.

Прижав руку к боку, Каллум возвращается к столу. Он садится во главе стола, напротив своего брата, и указывает на Дункана.

– Мы с тобой поговорим, когда все это закончится, – говорит он. Дункан бледнеет, когда Каллум переключает свое внимание на главу стола. – Говори.

– Твой отец перевернулся бы в гробу, если бы увидел, как двое его сыновей дерутся из-за южанки, – говорит мужчина, сидящий рядом с Джеймсом. Он старше остальных, с седыми волосами, а его лицо с угловатыми чертами и вокруг глаз нет морщинок от смеха.

– Наш отец считал тебя трусом, Малкольм, после того как ты сбежал в Высокие вершины, поджав хвост, вместо того чтобы прийти на помощь нашему деду, когда он нуждался в тебе, – рычит Каллум.

Глаза Малкольма вспыхивают.

– Он прав, – говорит Джеймс. – Наш отец презирал тебя. Это касается только нас с братом.

– Полагаю, Александр уже в пути? – вмешивается Блейк.

– Да, – отвечает Джеймс, и у меня сводит желудок.

Блейк барабанит пальцами по столу.

– Тогда, может, продолжим?

– Ты выглядишь очень самодовольным для покойника, Блейк, – говорит Джеймс.

– Ты выглядишь очень самодовольным для волка, который рассчитывает править королевством после очередных переговоров с южанами, – отвечает Блейк.

Джеймс поджимает губы.

– В отличие от моего брата, который окружает себя ими.

Блейк холодно смеется.

– Пожалуйста. Аврора не представляет угрозы. Что касается меня, то я тоже когда-то был в твоем совете, Джеймс.

Джеймс стучит кулаком по столу.

– И посмотри, чем это закончилось, ты, ненадежный ублюдок. – Он качает головой. – Вы оба представляете угрозу для королевства, и мой брат должен это увидеть.

– Рори не представляет угрозы, – рычит Каллум.

– Он прав, – говорит Блейк. – Это не так. Джеймс, ты становишься параноиком, совсем как твой отец перед смертью. Он сказал о тебе кое-что интересное, понимаешь?

На скулах Джеймса играет мускул, и Малкольм прищуривает глаза.

– Если бы ты позволил Каллуму оставить его питомца, мы бы не оказались в такой ситуации, не так ли?

Джеймс смеется, но его смех звучит хрипло и безрадостно.

– Питомец Каллума, да?

– Кем же еще ей быть? – спрашивает Блейк.

Пытаюсь сдержать свое негодование ради самосохранения, но не могу.

– Я не чей-то питомец, – выпаливаю я. – Я принцесса чертовых Южных земель!

Дункан прижимает лезвие к моей коже, и я напрягаюсь.

– Наверное, не лучшая идея напоминать всем об этом прямо сейчас.

Несколько мужчин смеются, а Каллум рычит, чтобы заткнуть их.

– Чего ты хочешь, Джеймс? Ты мой брат. Мы выросли вместе. Мы охотились в лесах вокруг Хайфелла и собирали цветы для матери. Когда я сломал ногу, ты нес меня на спине по ущелью Гелах. Ты научил меня владеть мечом, и я всегда преданно поддерживал тебя. Я мог бы тысячу раз бросить тебе вызов, но я поклялся в верности. – Выражение его лица стало жестче. – Ты оскорбил меня. Ты причинил вред девушке, которая дорога мне больше всего на свете. Ты удерживаешь ее сейчас против воли. Ты знал, что я к ней чувствую, и все равно попросил ее руки. Ты опозорил себя и нашу семью, нашу мать. Более того, ты держишь Фи, одного из моих людей, в заложниках. Моя честь не позволит тебе выйти из этого невредимым. Ты это знаешь.

– Да, – говорит Джеймс, кладя руки на стол. – Я понимаю, что сейчас ты так думаешь. Но прежде чем примешь окончательное решение, я хочу тебе кое-что показать. Люди Александра будут здесь через час. Если ты позволишь мне провести небольшую демонстрацию, которая не причинит вреда девушке, я отпущу ее. А ты сможешь решить, хочешь ли ты получить фору и увести ее до приезда Александра. Или же ты оставишь ее со мной, чтобы я мог вернуть Клэр, одну из наших, из Пограничья.

Каллум невесело усмехается.

– Что ты хочешь показать, брат?

Джеймс проводит рукой по подбородку.

– Я хочу обратиться к Блейку с просьбой. Это простая задача. Если он выполнит, вы можете уйти. Я хочу, чтобы ты очень внимательно следил за его реакцией, когда я об этом попрошу.

В лунном свете, проникающем через арочные окна, глаза Блейка блестят, словно он заинтригован. Однако мое сердце сжимается, и я чувствую, как оно настороженно бьется. Каллум поворачивает голову, и Блейк пожимает плечами, положив руку на спинку стула.

– Продолжай, – говорит Каллум.

Джеймс обращает свой взгляд на альфу Лоуфелла.

– Ты считаешь себя чертовски умным, правда, Блейк? Ты настроил Каллума, мою родную кровь, против меня. Ты убедил меня просить руки Авроры. Ты думал, если я узнаю, что Каллум хочет ее, я захочу еще сильнее. Ты действительно думал, что мне понравится отнимать что-то у своего брата? – Он качает головой. – Нет. Я решил, что хочу ее, несмотря на это. Хочешь знать, что на самом деле подтолкнуло меня попросить выйти замуж?

– Уверен, ты и так расскажешь, – говорит Блейк.

– Это ты, Блейк, – произносит Джеймс с мрачной усмешкой. – За все время, что я тебя знаю, я ни разу не видел, чтобы ты проявлял к кому-то интерес. Затем я услышал, что ты подарил девушке из Южных земель свой ошейник, пока Каллум помогал мне в бою. Я подумал, что это, вероятно, одна из его игр. Но потом я увидел, как ты танцуешь с ней в ночь пира. Ты не мог отвести от нее глаз, не так ли? Я задался вопросом: что же такого есть в этой девушке, что привлекло внимание неуловимого Блейка? И она действительно привлекла твое внимание, верно?

Пытаюсь разжать запястья, но веревка натирает их. С меня хватит. Это нужно прекратить.

На щеке Блейка появляется ямочка.

– Она дочь короля Южных земель.

– Заткнись, Блейк. Не поэтому. Когда ты уходил, я обыскал твои покои и обнаружил там очень интересную книгу. – Я до сих пор удивляюсь, как Джеймс узнал, что наши жизни связаны. – В этой книге было много о пытках, изъятии органов и экспериментах на волках. Все выглядело довольно мрачно, хотя я и не ожидал от тебя ничего другого. Но на этих страницах было кое-что еще, что привлекло мое внимание. Ты же знаешь, о чем я говорю, да?

Улыбка не сходит с лица Блейка, но его плечи напрягаются.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал, Джеймс?

Джеймс откидывается на спинку стула.

– Ты смотришь, брат?

Каллум морщит лоб.

– Да.

– Блейк, я отпущу принцессу, если ты поцелуешь ее.