Текст книги "Избранные произведения в одном томе"

Автор книги: Лиза Гарднер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 147 (всего у книги 260 страниц)

Глава 25

Вначале меня беспокоили две вещи: как задать Итану Гастингсу нужные вопросы, не выдав при этом слишком многого, и как сыграть против мужа, учитывая лимит свободного времени. Решение обеих проблем оказалось на удивление простым.

Я встречалась с Итаном каждый день, в свое «окно». Сказала, что хотела бы создать учебный модуль, интернет-навигатор для шестого класса. Прикрывшись учебным проектом, я выудила у Итана ответы на все интересовавшие меня вопросы и еще много чего вдобавок.

Начала с безопасности в онлайне. Нельзя, чтобы шестиклассники заходили на порносайты, правильно? Итан показал, как управлять аккаунтом и настраивать браузер, как ограничивать доступ пользователей.

Вечером того же дня я, уложив Ри в постель, включила домашний компьютер и взялась за работу. Открыла окно безопасности в AOL и расставила где надо «галочки». Уже ложась спать, я подумала, что Джейсон, может быть, и не пользуется AOL для прогулок по Сети. Может быть, у него есть для этого другой браузер – например, «Интернет Эксплорер».

На следующий день я вернулась к Итану.

– Можно ли точно определить, какие веб-сайты посещал пользователь компьютера? Мне это нужно, чтобы проверять, куда заходят ученики и работают ли наши протоколы безопасности.

Итан объяснил, что каждый раз, когда юзер кликает по тому или иному веб-сайту, тот создает кукиз, и временные копии веб-страниц сохраняются в кэше компьютера. Компьютер хранит также историю браузера, так что, заглянув в нужный файл, я могу точно определить, в каких именно местах Всемирной паутины побывал пользователь.

Мне пришлось ждать еще пять ночей, прежде чем удалось улучить удобный момент, когда Ри ляжет спать, а Джейсон отправится на работу. Итан уже показал, как открыть меню поиска, которое покажет, какие веб-сайты посещались в последнее время. Я сделала все, как надо, развернула меню и увидела три варианта: www.drudgereport.com, www.usatoday.com, and www.nytimes.com.

Мне сразу подумалось, что здесь что-то не так, поскольку у Итана в компьютерной лаборатории легко открывалось от двенадцати до пятнадцати ссылок. Я перешла на «Интернет Эксплорер» и открыла историю браузера, которая выдала точно те же результаты.

Тупик.

После этого я еще некоторое время просматривала историю браузера. Заглядывала туда в разное время, когда имела в запасе несколько минут и знала, что успею быстро свернуться и Джейсон ничего не заметит. Каждый раз я находила одни и те же три сайта, что представлялось полнейшей бессмыслицей. Мой муж просиживал за компьютером часами. Не мог же он все это время читать новости…

Прозрение пришло на третьей неделе. Я придумала задание для своего класса по теме пяти свобод, гарантированных Первой поправкой к Конституции. Потом провела поиск в «Гугле» и обнаружила сайты по истории, правительственные сайты, «Википедию» и множество других источников. Я открыла их все, а когда закончила, меню показало внушительный список недавно открытых веб-сайтов.

На следующий день я отправилась в школу и прочитала классу импровизированную лекцию по свободе слова, свободе вероисповедания, свободе печати, свободе собраний и праву обращаться к правительству.

Я побежала домой и едва дождалась того момента, когда Ри ляжет спать, а я смогу еще раз проверить историю браузера «Интернет Эксплорер».

Знаете, что я нашла? Три веб-сайта: www.drudgereport.com, www.usatoday.com, and www.nytimes.com. Все ссылки на сайты, которые я открывала двадцать четыре часа назад, исчезли. Их удалили.

Каким-то образом мой муж скрывал свои следы в онлайне.

На следующий день, как только Итан пришел в компьютерную лабораторию, я сразу же задала ему вопрос.

– Разговаривала вчера после уроков с коллегой, и она сказала, что одной лишь проверки истории браузера недостаточно. Мол, есть способы манипуляции этими данными или что-то в этом роде…

Я беспомощно пожала плечами, и Итан тут же сел за ближайший компьютер.

– Конечно, есть, миссис Джонс. Кэш можно очищать после каждого выхода в онлайн. Все будет выглядеть так, словно никакого выхода в Интернет и не было. Давайте я вам покажу.

Он подключился к графическому веб-сайту «Нэшнл джиографик», вышел и показал, как очистить кэш компьютера.

– Значит, отследить, что делают дети, все-таки невозможно? – огорчилась я. – То есть если они научатся очищать кэш – а это совсем легко, – то смогут посещать любые сайты, а я и знать ничего не буду…

– Ну, у вас же есть базовые функции безопасности, – попытался успокоить меня Итан.

– Но они тоже не дают полной гарантии. Ты показал мне это в самый первый раз. Похоже, я все-таки не смогу должным образом контролировать учащихся. Может быть, весь мой проект с учебным интернет-навигатором – не такая уж хорошая идея…

Итан ненадолго задумался. Мальчик он талантливый. Серьезный, основательный, но одинокий. У меня сложилось впечатление, что родители любят его, но не знают, что с ним делать. Итан слишком умен, и это пугает даже взрослых. Такой паренек будет страдать первые лет двадцать, а потом запустит свою компанию, женится и пересядет на «Феррари».

Но пока он был еще не там, а здесь, и я переживала за него, такого застенчивого и стеснительного, рассматривавшего мир через некие аналитические призмы и видевшего то, чего не замечали остальные.

– Вы понимаете, что когда удаляете что-то на компьютере, оно на самом деле никуда не уходит? – спросил наконец Итан.

– Нет, не понимаю.

Он просиял.

– Да, так и есть. Видите ли, компьютеры по своей природе ленивы.

– Правда?

– Конечно. Главная функция компьютера – хранение информации. Жесткий диск есть, по сути, огромная библиотека с пустыми полками. Потом приходит юзер и начинает вводить документы, скачивать информацию и гулять по Интернету. Вы создаете «книги» данных, которые компьютер ставит на полки.

– Понятно.

– Как и в любой библиотеке, компьютер должен уметь предъявлять книгу по первому требованию. Поэтому он создает каталог, собственную версию картотеки, чтобы с его помощью отыскивать нужную информацию на полках. Поняли?

– Поняла, – заверила его я.

Итан улыбнулся мне. Очевидно, я оказалась не только хорошей учительницей, но и отличной ученицей. Потом продолжил лекцию:

– Вот тут компьютер и начинает лениться. Когда вы удаляете документ, он не тратит время на отслеживание фактической информации на полке и отправку ее в корзину. Он считает такую работу излишней и просто убирает ссылку на документ в каталоге. Книга остается на месте, но картотека больше не показывает ее местоположение.

Я взглянула на моего рыжеволосого наставника.

– То есть ты хочешь сказать, что даже если кэш очищен, файлы из Интернета все еще находятся где-то в компьютере?

Этим вопросом я заслужила вторую улыбку.

– Отличная работа!

Я ничего не могла с собой поделать. Улыбнулась в ответ. Итан смущенно зарделся, и мне пришлось напомнить себе об осторожности. Я пользовалась им, да, но вовсе не хотела создавать ему неприятности.

– Итак, если картотека очищена, как найти информацию?

– Если вам действительно нужно узнать, что есть в истории браузера, рекомендую «Паско».

– «Паско»?

– Компьютерная программа. Ее можно скачать в Интернете. Тут вот какое дело… Когда пользователь «очищает кэш», компьютер редко очищает весь кэш. По крайней мере, некоторые временные файлы, файлы index.dat, остаются. Вы открываете файл предыстории, запускаете «Паско», и она выдает си-эс-ви…

– Си-эс-ви?

– Значения, разделенные запятыми. Формат, открывающий таблицу «Эксель». В таблице зафиксированы все URL-адреса, которые посещал пользователь. Эти адреса можно скопировать прямо в поисковую машину, и они приведут вас к веб-сайту. Вуаля, вы знаете все места, куда заходил компьютер.

– Ты так много знаешь; откуда?

Итан залился краской.

– В моей… ммм… семье…

– Да?

– Моя мама проверяет мой компьютер каждую неделю. Не то чтобы не доверяет, нет! – Лицо у него уже горело. – Просто… она называет это «должной осмотрительностью». Знает, что я сообразительнее, поэтому ей приходится пользоваться чем-то… для равновесия.

– Твоя мама права. Ты – гений, и я даже не знаю, как смогу отблагодарить тебя за помощь с этим модулем.

Итан кивнул, но, мне показалось, как-то задумчиво.

В тот вечер я настроилась на серьезную работу. Две сказки, песенка, половинка бродвейского шоу, и Ри отправилась спать. Джейсон уехал в редакцию. Я осталась одна – с новыми компьютерными навыками и охапкой подозрений. Порядок действий: скачать и установить программу «Паско» с сайта «Фаундстоун».

Затем я взялась за меню – идентифицировала возможные файлы предыстории и запустила программу. Сидела, согнувшись, всматриваясь в микроскопический шрифт на экране и одновременно прислушиваясь к доносящимся снаружи звукам, чтобы не пропустить машину Джейсона.

Я сама не знала, что делаю, и происходящее занимало больше времени, чем я рассчитывала. Не успела я опомниться, как наступила полночь, и Джейсон мог появиться в любую минуту. Я все еще просматривала файлы и еще не решила, как удалить «Паско», одно присутствие которой на рабочем столе показало бы мужу, что я знаю что-то о нем.

Я ужасно нервничала и уже была на взводе, когда в диалоговом окне появился вопрос, хочу ли я открыть или сохранить си-эс-ви. Что делать? Время истекало, я кликнула «открыть», и экран передо мной заполнила таблица «Эксель».

Я полагала, что открою дюжины URL-адресов. Порносайты? Чат-форумы? Жуткие фотографии перепуганных детишек? Свидетельства того, что человек, которого я выбрала, чтобы вырастить моего ребенка, – закоренелый педофил или один из тех больных ублюдков, которые охотятся в «MySpace» на двенадцатилетних девочек? На что я надеялась? Чего боялась? Я зажмурилась и не могла заставить себя открыть глаза.

Что делал мой муж этими долгими ночами?

Экран дрогнул. Я уже знала, что увижу, – и не ошиблась.

«ДраджРепорт», «Ю-эс-эй тудэй», «Нью-Йорк таймс».

Мой муж надежно хранил свои секреты.

На следующий день, в «окно», Итан уже ждал меня в компьютерной лаборатории.

– Получилось? – спросил мой помощник.

Я не знала, что сказать.

– Ну, так как? – нетерпеливо повторил он. – Узнали, что ваш муж делает в онлайне?

Я потеряла дар речи.

– Шестиклассники не настолько хорошо разбираются в Интернете, – деловито добавил он. – Я в их возрасте разбирался, но я был один такой в классе, так что на этот счет вам беспокоиться не стоит. Остается работа, но школьные компьютеры я проверяю постоянно, и ничего интересного там нет.

– Итан!..

Он пожал плечами.

– Так что последний вариант – вас беспокоит что-то в доме. Ри только четыре, значит, это ваш муж.

Я села. Так было лучше, чем стоять.

– Порнография? – Итан смотрел на меня невинными голубыми глазами. – Или проигрывает ваши сбережения?

– Не знаю, – выдавила я наконец.

– Запускали «Паско»?

– Запускала. Только три URL-адреса, те же самые, что я видела раньше.

Итан выпрямился.

– Правда?

– Правда.

– Вау. У вас, должно быть, «Шреддер» стоит – программа для полного удаления файлов. Я о них только слышал. Круто!

– Это хорошая программа?

– Хорошая, если вы пытаетесь замести следы. Эти программы, «Шреддер» или «Скраббер», действуют как скребки. Вычищают все оставленные вами в кэше следы.

– То есть уничтожают то, что ленивый компьютер в противном случае удалять бы не стал?

– Нет. Программы-удалители тоже ленивые. Кэш они чистят автоматически, так что вам не обязательно делать это вручную. Пользователь заходит в разные места, а «Шреддер» за ним подметает. Но поскольку отсутствие истории браузера – это тоже красный флажок, то ваш муж пытается создать фальшивый след. К счастью для нас, в этом он не слишком хорош.

Я не произнесла ни слова.

– И самое здоровское – эти программы-удалители не вполне надежны.

– Хорошо, – пробормотала я.

– Каждый раз, когда вы кликаете интернет-страницу, компьютер создает столько временных файлов, что никакой «Шреддер» до всех не доберется. К тому же он занимается только каталогами, а сами файлы где-то лежат, и нам просто нужно их найти.

– Как?

– С помощью другого инструмента. «Паско» – это как лекарство, которое продается без рецепта, а нам нужно кое-что особенное.

– У меня нет знакомых фармацевтов, – безучастно сказала я.

Итан Гастингс ухмыльнулся.

– У меня есть.

Глава 26

Ди-Ди снова снился ростбиф. Она была в своем любимом буфете, выбирая между баклажаном с пармезаном и сочным кровавым ростбифом. Ди-Ди выбрала оба, правой рукой погрузившись в баклажан и прихватив левой щепотку тонких, сочащихся полосок ростбифа. Расплавленный сыр тек по пальцам, капельки соуса ползли по подбородку.

Ну и пусть. Она взгромоздилась на накрытый белой скатертью стол, поместив задницу между зелеными фруктовыми колечками в желе и подносом с вишневыми пудингами. Подхватила ладошкой подрагивающее, вязкое желе. И лизнула вязкий, мучнистый крем, остывавший в охлажденной креманке.

Она проголодалась. Просто умирала с голоду. Потом еда вдруг исчезла, а Ди-Ди оказалась на громадном, покрытом атласом матрасе. Лежала на животе, лицом вниз, голая, потягиваясь и довольно мурлыча под руками незнакомца, который творил что-то волшебное с ее ягодицами и бедрами, проникал между ними все глубже. Она знала, куда бы направила эти руки. Знала, где бы хотела ощутить их прикосновения. Знала, что хочет отдаться им. Она подняла услужливо бедра, и тут вдруг ее перевернули, бесцеремонно развели ноги, и между ними забился в натужном, неукротимом порыве… Ди-Ди подняла глаза и уставилась в усатое лицо Брайана Миллера.

Она дернулась и проснулась в собственной спальне. Отбросила простыни. Доковыляла до ванной. И взглянула на себя в зеркале над раковиной.

– Этого, – твердо сказала Ди-Ди своему отражению, – не было.

Полшестого утра.

Она почистила зубы и приготовилась к очередному дню.

Ди-Ди смотрела на жизнь без розовых очков. В полиции не протянешь двадцать лет, если не постигнешь нескольких суровых истин относительно человеческой натуры. В первые двадцать четыре часа, когда дело касается исчезновения, шансы найти человека живым составляют примерно половину. Всякое случается. Взрослые уезжают. Пары ссорятся. Одни держатся, другим нужно сорваться на денек-другой. Вот почему в первые двадцать четыре и даже, может быть, тридцать шесть часов Ди-Ди еще заставляла себя верить, что Сандра Джонс жива и что они, детективы бостонской полиции, могут вернуть ее домой.

Теперь, по истечении пятидесяти двух часов, Ди-Ди думала уже не о том, чтобы найти пропавшую мать, а о том, чтобы обнаружить тело. Но, даже имея в виду эту задачу, она понимала, насколько важен фактор времени.

И в преступлении, и в расследовании есть определенный ритм. В первые двадцать четыре часа сохраняется надежда не только на то, что жертва еще жива, но и на то, что преступник облажается. Похищение, нападение, убийство – все это происходит на высоком эмоциональном фоне. Охваченные порывом чувств, люди обычно совершают ошибки. На волне адреналина, под грузом тревоги или даже раскаяния, преступник действует в режиме паники. Он сделал что-то плохое. Надо бежать. Бежать? Как и куда?

Но время идет, день за днем, результата у полиции нет, и преступник понемногу успокаивается, приходит в себя. Он выстраивает оборону, избавляется от улик, отрабатывает собственную версию и даже перетягивает на свою сторону ключевых свидетелей – как, например, четырехлетнюю дочь. Другими словами, неумеха-любитель становится криминальным гением.

Ди-Ди вовсе не горела желанием иметь дело с каким бы то ни было криминальным гением. Найти тело и провести арест – вот и всё, и желательно к пятичасовым новостям. Взять, нажать, раскрыть – тогда день прошел не зря. Ничего другого она не хотела.

Увы, объектов для приложения испытанных методов набралось слишком много. Взять того же Итана Гастингса. Тринадцать лет, чертовски умный и при этом безнадежно втрескавшийся в исчезнувшую учительницу. Начинающий соблазнитель или юное чудовище?

Далее. Эйдан Брюстер. Преступник уже состоявшийся, осужденный за неподобающий выбор сексуального партнера. Утверждает, что не знаком с Сандрой Джонс, но живет неподалеку от места преступления. Исправившийся правонарушитель или злодей с неутолимой жаждой насилия?

Отец Сэнди, достопочтенный Максвелл Блэк. Его тоже нельзя исключать. Отвергнутый папаша, чудесным образом нарисовавшийся именно после исчезновения дочери. По словам полицейского Хоукса, Блэк вроде как угрожал Джонсу и явно вознамерился так или иначе пробиться к внучке. Скорбящий отец или расчетливый дедуля, готовый на все, чтобы прибрать к рукам Ри?

И, наконец, Джейсон Джонс, хладнокровный муженек, не проявивший до сих пор какого-то большого желания найти исчезнувшую супругу. Говорит, что он не из ревнивых. Плюс полное отсутствие бумажного следа до женитьбы на Сандре пять лет назад. Человек, скрывший истинное лицо под маской.

Нарезая один и тот же круг, Ди-Ди снова и снова возвращалась к Джонсу. Показания его дочери относительно событий той ночи. Непонятное поведение после пропажи жены. Явное использование вымышленного имени. Джонс определенно что-то скрывает – следовательно, он – главный подозреваемый в исчезновении своей беременной супруги.

Значит, так. Еще раз – и как можно скорее – поговорить с малышкой Ри. Отрядить двух человек для проверки остальных субъектов. Покопаться в их прошлом и установить алиби. А еще лучше – дать задание двум толковым следователям отследить банковские счета Джонса. Выяснить происхождение денег, настоящее имя Джонса, его подлинную биографию, настоящее прошлое. Сорвать маску. Раскрыть его истинную сущность.

Довольная собой, Ди-Ди достала блокнот и сделала короткую запись, определив главную задачу дня: прижать Джейсона Джонса.

Сотовый зазвонил через десять минут. Часы показывали только начало восьмого, но Ди-Ди не жила в мире, где люди звонят только в рабочее время. Она отпила еще глоток кофе и открыла телефон.

– Говорите.

– Сержант Ди-Ди Уоррен?

– Она самая.

Звонивший замешкался. Ди-Ди глотнула еще капучино.

– Это… э… Уэйн Рейнолдс. Я работаю в полиции штата Массачусетс. И я – дядя Итана Гастингса.

Ди-Ди ненадолго задумалась. Высветившийся на экране номер казался знакомым. И тут до нее дошло.

– Это не вы звонили мне вчера утром?

– На пейджер. Посмотрел пресс-конференцию и решил, что нам нужно поговорить.

– По поводу Итана?

Снова пауза.

– Полагаю, нам лучше встретиться лично. Что скажете? Я мог бы угостить вас завтраком.

– Думаете, мы собираемся арестовать Итана?

– Думаю, что вы совершили бы большую ошибку.

– То есть вы хотите, пользуясь служебным положением, оказать на меня давление и попросить, чтобы я отступила? Если так, то имейте в виду, что мне подобные разговоры не по вкусу, и купленная вами булочка со сливочным сыром ничего не решит.

– Может, мы сначала встретимся, а уж потом вы продемонстрируете свою враждебность и неуступчивость?

– Ладно, дело ваше, – Ди-Ди выпалила название ближайшей, за углом, кофейни и отправилась за зонтиком.

Кафе «У Марио» предназначалось для местных. Маленькое, уютное, сохранившее оригинальные, с 1949 года, пластиковые покрытия «формайка» и громадную стеклянную банку со свежим печеньем бискотти, неизменно стоявшую рядом с древней кассой. Управлял заведением сын основателя, Марио II, предлагавший посетителям яичницу, тосты, панчетту и лучший – за пределами Италии – кофе.

Ди-Ди пришлось побороться за крохотный круглый столик в углу, перед окном. Она пришла пораньше – насладиться в тишине и покое второй чашечкой кофе и кое-кому позвонить. Тот факт, что на связь вышел дядя компьютерного гения, показался ей занимательным. Только что она сидела и размышляла, что надо бы надавить посильнее на Джейсона Джонса, как в драку ввязалась семья влюбленного тинейджера. Что ими движет? Чрезмерная забота или чувство вины? Интересно.

Ди-Ди ткнула пальцем в кнопку быстрого набора и поднесла телефон к уху. Пусть прошлой ночью у нее и был сон с сексом, Бобби Доджу она звонила по другой причине.

– Алло, – ответил женский голос.

– Привет, Аннабель, – сказала Ди-Ди совершенно спокойно, без малейшего признака беспокойства, которое она тут же ощутила.

Ее не пугали другие женщины. Это непреложное правило Ди-Ди усвоила много лет назад, когда поняла, что симпатичнее девяноста процентов женского населения и лучше всех ста с заряженным револьвером. Аннабель, конечно, составляла исключение из этого правила и, кроме того, зацепила Бобби Доджа. Для Ди-Ди она стала личным врагом, хотя в отношениях друг с другом женщины оставались взаимно вежливыми.

– Бобби проснулся?

– Это не ты звонила ему среди ночи? – поинтересовалась Аннабель.

– Я. И, послушай, прими мои поздравления.

– Спасибо.

– У тебя… э… все хорошо?

– Да, спасибо.

– Когда срок?

– В августе.

– Мальчик или девочка?

– Пусть будет сюрприз.

– Чудесно. Так Бобби рядом?

– Он снова повесит трубку.

– Знаю. Это часть моего обаяния.

На другом конце что-то зашуршало – наверное, Аннабель передала телефон мужу, потом послышалось сопение и ворчание недовольного пробуждением Бобби.

– Скажи, что я сплю, – простонал он в трубку.

– Не знаю. Я там голая и вымазана взбитыми сливками?

– Послушай, я разговаривал с тобой восемь часов назад.

– Тут ведь такая штука, преступники не спят.

– Зато детективы спят.

– Правда? А нам в Академии ничего про это не говорили. Или, может, я пропустила… В общем, у меня вопрос насчет одного твоего коллеги. Уэйн Рейнолдс. Знаешь такого?

Последовавшая за этим долгая пауза была все же лучше привычного щелчка, который означал бы, что Бобби дал отбой.

– Уэйн Рейнолдс? – повторил он наконец. – Нет, детектива с таким именем я не знаю.

Ди-Ди кивнула, но промолчала. Управление полиции Бостона и полиция штата Массачусетс были организациями с немалым штатом, но при этом оставались до некоторой степени учреждениями семейного типа. Даже если ты не работал непосредственно с каждым сотрудником, то все же мог слышать имя где-то в коридоре и даже поймать какой-то слушок.

– Минутку, – сказал Бобби. – Знаю я это имя, но только парень не детектив. Работает в компьютерном отделе. В прошлом году, после ограбления банка, проводил анализ некоторых сотовых телефонов.

– Компьютерный гик?

– Они называют себя «специалистами судебно-криминалистической экспертизы».

– Ха.

– Ты изъяла компьютеры и просишь помощи у штатников?

– Компьютеры я изъяла, а вот за помощью обратилась в БРРЦ, так что большое тебе спасибо.

Бостонский региональный разведывательный центр располагался в Управлении полиции Бостона, поскольку городское полицейское начальство, как и положено всем хорошим бюрократам, считало, что должно иметь в своем распоряжении собственные игрушки и собственных специалистов. Это воспринималось как нечто само собой разумеющееся.

– Ну, тогда позвони кому-нибудь в БРРЦ, – проворчал Бобби. – Может, они и работали с Уэйном. Я – нет.

– О’кей. Спокойной ночи, Бобби.

– Какой ночи, если уже утро… Теперь вставать придется.

– Тогда с добрым утром.

Ди-Ди дала отбой, так и не услышав проклятий Бобби, повесила на пояс сотовый и задумчиво посмотрела на пустую чашку. Два компьютерных чудака – профессионал Уэйн Рейнолдс и любитель Итан Гастингс. Она подлила еще кофе. Интересно…

Уэйн Рейнолдс вошел в кафе ровно в восемь. Ди-Ди узнала его по медно-рыжим, как у племянника, волосам. На этом, однако, сходство с тринадцатилетним Итаном Гастингсом кончалось.

Дядя был высок, шесть футов и два дюйма, и двигался с легкостью спортсмена. Работа определенно не мешала ему совершать ежедневные пробежки. В кафе он пожаловал в легком шерстяном блейзере верблюжьего цвета, темно-зеленой рубашке и темных слаксах. Немало глаз проводили его взглядом, пока он шел через зал, а когда повернул к угловому столику – к ней и только к ней, – дрожь волнения испытала уже Ди-Ди. Если в Итане Гастингсе было что-то от дяди, то, может быть, Сандра Джонс и впрямь поймала удачу за хвост.

– Сержант Уоррен… – Уэйн протянул руку.

Ди-Ди кивнула, отвечая на предложенное рукопожатие. Мозолистые ладони. Короткие ногти. Красивые пальцы без обручального кольца.

Ей-богу, ей срочно нужен добрый кусок мяса.

– Хотите поесть? – спросила она.

Он моргнул.

– О’кей.

– Отлично. Возьму на двоих.

Воспользовавшись паузой у стойки заказа, Ди-Ди выровняла дыхание и напомнила себе, что она – профессионал и завтрак с двойником Дэвида Карузо[173]173
  Дэвид Стивен Карузо (р. 1956) – американский актер и продюсер, наибольшую известность получивший за исполнение роли лейтенанта Горацио Кейна в сериале «C.S.I.: Место преступления Майами».


[Закрыть] никакое для нее не событие. Убедить себя, увы, не удалось – она всегда питала слабость к Дэвиду Карузо.

К столу Ди-Ди вернулась с салфетками, столовыми приборами для двоих и чашкой черного кофе для него. Уэйн взял белое керамическое блюдо своими красивыми пальцами, и она закусила губу.

– Итак, работаете в полиции штата?

– В отделе судебно-компьютерной экспертизы в Нью-Брейтри. Мы занимаемся, как и следует из названия, компьютерным анализом.

– И давно вы там?

Он пожал плечами, отпил кофе и на секунду задержал удивленный взгляд на ростбифе.

– Лет пять или шесть. Раньше работал детективом, но, будучи в душе гиком, фокусировался обычно на технологических аспектах расследования. Учитывая, что в наше время все, начиная от наркодилера и заканчивая криминальным боссом, пользуются компьютерами, сотовыми телефонами и палмтопами, спрос на мои умения постоянно рос. Я прошел восьмидесятичасовые курсы, стал лицензированным судебным специалистом компьютерно-технической экспертизы и перешел в компьютерную лабораторию.

– Нравится?

– Нравится. Жесткий диск – это как пиньята. Все сокровища, что вы когда-либо хотели иметь, хранятся где-то там. Надо только знать, как его открыть.

Принесли заказ. Яичница с жаренной на гриле панчеттой – для обоих – и густым, аппетитным ароматом. Ди-Ди тут же принялась за еду.

– И как вы работаете с «железом»? – спросила она с набитым ртом.

Уэйн разделил вилкой яичницу и задумчиво посмотрел на Ди-Ди, словно оценивая степень серьезности ее интереса. Глаза у него были цвета ореха, с зелеными крапинками, так что она постаралась его убедить.

– Возьмем, к примеру, правило пять-двенадцать. В компьютерном анализе это магическое число. Понимаете, внутри жесткого диска находятся круглые диски, которые крутятся, чтобы прочитать или записать информацию. Эти диски – блоки информации по пятьсот двенадцать байтов в каждом, и они постоянно крутятся под считывающими головками. Чтобы сохранить информацию на дисках, головка должна разделить ее на сектора по пятьсот двенадцать байтов.

– Понятно. – Ди-Ди перешла к панчетте.

– Предположим, вы собираетесь сохранить на жестком диске файл, который не делится ровно на блоки по пятьсот двенадцать байтов. В нем не тысяча двадцать четыре байта, а восемьсот. Компьютер заполнит один целый сектор и половину другого. Что дальше? Компьютер продолжит не с того сектора, который заполнен наполовину, а с нового, пустого, а значит, на предыдущем останется свободный объем. Его называют «пустотой». В таких «пустотах» часто остается старая информация. Допустим, вы открыли файл, внесли изменения и закрыли с сохранением. Новая запись может и не лечь на старую. Она может отложиться где-то еще. Потом кто-то вроде меня начинает поиски и обнаруживает в «пустоте» старый документ, письмо, в котором вы просите любовника убить вашего мужа, а также измененный документ, в котором данный раздел удален. И – вуаля – материал для обвинения уже есть.

– Мужа у меня нет, – призналась Ди-Ди, подцепляя кусочек яичницы, – хотя к компьютеру теперь буду относиться с подозрением.

Уэйн Рейнолдс усмехнулся.

– Так, наверное, и надо. Люди представления не имеют, сколько всевозможной информации остается на их жестких дисках. Мне нравится сравнение компьютера с обремененной виной совестью. Она все помнит, и мы не можем знать, когда она проснется и заговорит.

– Вы занимаетесь с Итаном? Учите тому, что умеете сами?

– В этом нет необходимости. Парнишка учится самостоятельно, впитывает все как губка. Если мне удастся направить его способности на служение добру против зла, из него получится чертовски хороший следователь.

– А что, по-вашему, является темной стороной компьютерной технологии?

Уэйн пожал плечами.

– Хакерство, взлом паролей, незаконное получение информации. Итан – хороший мальчик, но ему всего тринадцать, и идти по стопам дяди уже не так интересно, как когда-то. Поступить на службу в полицию штата – или уйти в интернет-подполье. Решайте сами.

– По-моему, для него важно мнение Сэнди Джонс, – Ди-Ди закончила и отодвинула белое керамическое блюдо.

Уэйн на секунду задумался, потом кивнул.

– Итану кажется, что он влюблен в нее.

– У них был секс?

– Сомневаюсь.

– Почему?

– Она не рассматривала его в таком качестве.

– Откуда вы знаете?

– Я виделся с Сандрой. По четвергам, вечером. На баскетболе.

– Итан сам позвонил мне насчет Сандры, – пояснил Уэйн. Они уже рассчитались и вышли из кафе, решив, учитывая предмет разговора, обсудить все на улице. Теперь они неспешно двигались в общем направлении к набережной, следуя красной линии, обозначавшей маршрут скачки Пола Ревира[174]174
  Пол Ревир (1734–1818) – американский ремесленник, серебряных дел мастер во втором поколении; один из самых прославленных героев Американской революции. Особенно знаменит тем, что в ночь с 18 на 19 апреля 1775 г., накануне сражений при Лексингтоне и Конкорде, верхом проскакал к позициям повстанцев, чтобы предупредить их о приближении британских контингентов («скачка Пола Ревира»).


[Закрыть].

– Насколько я понял, – продолжал Уэйн, – Сандра попросила Итана помочь ей с разработкой учебного модуля для Интернета. Однако Итан быстро понял, что ее интерес к теме безопасности в Сети объясняется причинами более глубокими, чем простое использование компьютера на классных занятиях. Он решил, что это имеет какое-то отношение к ее мужу, что речь может идти о его увлечении детской порнографией и что Сандра отчаянно хочет докопаться до сути.

– И вы не завели дело?

Уэйн покачал головой:

– Не смог. При первой же нашей встрече Сандра ясно дала понять, что рассматривает мое участие только как личное одолжение. Она не хотела привлекать полицию, пока не выяснит точно, что именно происходит. Ей нужно было думать о дочери, для которой необоснованный арест отца стал бы сильным психологическим потрясением.

Ди-Ди вскинула бровь.

– Если Сандра подозревала мужа в интересе к детской порнографии, ей следовало понимать, что дочери угрожает травма более глубокая, чем арест дорогого папочки.

– Вы же знаете, как бывает в семье, – Уэйн пожал плечами. – Можно указать матери на испачканное семенем белье ее семилетней дочери, и она все равно будет твердить, что этому есть логическое объяснение.

Ди-Ди тяжело вздохнула. Он был прав, и они оба это знали. Никто не хочет выносить сор из избы, когда речь заходит о сексуальной агрессии в отношении детей.

– Итак, Итан звонит вам. Что дальше?

– Мне показалось, что он очень беспокоится из-за учительницы, и я согласился прийти в четверг вечером на баскетбол и поговорить с Сандрой лично. Признаться, думал, что дело ограничится короткой беседой – я дам ей свои рекомендации, посоветую, как быть дальше, и все такое. Но… – Он не договорил.