Текст книги "Таверна в другом мире. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Лев Белин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 48 страниц)

ИнтерлюдияЛариэль и карп

– Ми‑ика… я не могу! – чуть ли не со слезами на глазах кричала Лариэль.

Она держала в руках кулинарный молоток. На столе напротив, на разделочной доске лежала крупная рыбина. Карп слегка подпрыгивал и, казалось, не отрывал взгляда от эльфийки. Ну, по крайней мере так казалось ей.

Мика же была настроена более решительно:

– Не бойся, один удар и всё закончится, – подбадривала она.

– Но Мика! Он же так смотрит!

– Лариэль! Тебе сколько десятков лет? Это же просто рыба! – всё больше раздражалась Мика.

С того момента как Маркус покинул их, отправившись в путешествие, ей пришлось взять всё в свои руки. И даже если было тяжело, даже если она не привыкла, она не собиралась его подводить. И старалась как никто другой.

«Я су‑шеф! Я справлюсь!» – с лёгкой гордостью, но с куда большим страхом думала она, но как правило тут же следующая мысль перекрывала прочие: «Да какой я су‑шеф⁈ Я не справлюсь!» – думала она.

При всех её талантах, характере и уме – синдром самозванца настигал даже в Тринадцатом мире. Но нечего, у неё была тактика. Каждые три часа перерыв на поплакать и как огурчик!

– Может Дурка позовём? Он быстро с ней разберётся, – предложила Лариэль, словно тонущий муравей искавшая любую соломинку.

– Нет, – отрезала Мика, – Ты должна делать это сама. Ты же хочешь стать поваром?

– Поваром! А не убийцей рыб! – кричала Лариэль.

– Уважаемая Мика, позвольте мне подать пример? – спросил Лусьен стоявший рядом. Он постоянно искал повод показать свою квалифицированность в области кулинарных искусств.

– Даже не думай, – сказала Мика. Она чувствовала в нём соперника, причём, во многом более умелого и опытного.

В день отъезда Маркуса, Лусьен пришёл в таверну. Пал на колени и смиренно просил места на кухне Безумного повара. Но Мика тут же отказала, она не забыла, как он себя вёл. Да и связь с гильдией её беспокоила. И даже если повара были очень нужны, она не была готова брать его. Но эльф хоть и был высокомерным, оказался чрезвычайно упрямым. Весь тот день он ходил за каждым в таверне и просил работы. Его уволили из Гильдии Кулинаров за провал задания, и даже так, с его умениями он без проблем мог найти себе работу в множестве мест. Но выбрал именно эту таверну.

«Безумный повар возродил во мне угасшую искру. Я желаю учиться у него.» – отвечал он на каждый отказ. Даже когда говорили, что Маркуса не будет несколько месяцев, он отвечал: «Таверна находится под давлением гильдии. И я не хочу, чтобы она пала до возвращения Мастера Маркуса. Я как никто другой, знаю все их приёмы. Не будьте глупцами, не использовать мои способности невероятное упущение.»

И это продолжалось несколько дней. Пока в таверну не набилась бригада гномов‑шахтёров. Вот тогда начался хаос! Пиво лилось рекой, заказы приходили на кухню непрерывным потоком. Они нашли какую‑то жилу и теперь швырялись деньгами, ну, насколько способны швыряться деньгами гномы. Мика едва не сошла с ума бегая словно ураган, но всё равно что‑то не успевая. Тогда‑то Лусьен ворвался на кухню, он решил заключить сделку перед богами за возможность работать на кухне Драконьего котла. А это как известно, весьма серьёзный шаг. Нарушение такой сделки карается смертью. И тогда, возможно, в состоянии запары, Мика согласилась.

– Мика, ты садистка! – бросила Лариэль.

– Десять килограмм лука! – не выдержала Мика.

Для Лариэль, чистка лука – была самым жутким наказанием.

– Нее‑еет! – она зажмурилась, и не глядя ударила молотком.

Бам! Рыбина подскочила, дрогнула и затихла. Лариэль открыла глаза.

– Я убила её… – прошептала она, – Убила…

– Да, молодец, ты справилась, – улыбнулась Мика, – Маркус оставил таверну на нас, и мы должны сделать всё, чтобы к его возвращению, она стала лучше, чем прежде, – проговорила она, тактично умалчивая о том, что Маркус попросил хотя бы не сжечь таверну в первую неделю.

– Я убийца рыб! – крикнула Лариэль, подхватила карпа за хвост и рванула в зал.

Первым на её пути попался Дурк. Он стоял за баром и экспериментировал. При последней поездке в город, Лусьен затащил его в какой‑то модный бар и заставил попробовать то, что холёные эльфы назвали «коктейл». И как бы Дурк не хмурился, как бы не отрицал совершенство пивных напитков. Он был вынужден признать, что эти «коктейлы» чего‑то стоят. Правда, ему сразу показалось, что в них не хватает – алкоголя. Потому на стойке стоял спиртус, ром, бренди и ещё пятёрка различных благородных напитков, некоторые из которых способны свалить тролля.

– А теперь… – сосредоточенно приговаривал орк, поднося к железному стакану горящую лучину, – Финальный штрих…

– Смотри! Дурк! Убила! – крикнула Лариэль, орк отвлёкся, лучина оказалась в напитке, а следом последовал взрыв.

Ба‑бах! Пламя вырвалось, взмывая к потолку! Но орк не потерял самообладания и закрыл железный стакан стальной крышечкой. Огонь тут же исчез. Благо потолок над баром недавно укрепили стальными листами, после последних экспериментов орка.

– Эксперимент номер шестнадцать, – записывал орк в свою тетрадку, – Пламя полтора метра. Ингредиенты коктейла «Пламя среднего Феникса»: спиртус, выдержанный дымный виски, тёмный ром, херес амонтильядо, настойка пламенного перца «Самоцвет Ифритта», пылающий мёд Фаэри, алхимический лёд. Качество: отличное. Редкость: необычная. Эффект: доступ к заклинанию «Дыхание Феникса. Уровень 3».

– Отличное⁈ Да любой, кто его выпьет – помрёт! – бросил Эрион стоя у барной стойки по другую сторону. За последние дни, они весьма сдружились с орком, чему свидетельствовали опаленные ресницы серены, – Ты можешь сделать хоть один коктейль, что смогут выпить нормальные гости⁈

– Эрион! Смотри! – влезла Лариэль показывая карпа, – Я сама убила его!

Эрион тут же изменился, словно кто‑то щёлкнул переключателем:

– Оу, Лариэль, ты молодец, – томно проговорил он, – Я верил, что у тебя получится.

– Спасибо! – невинно бросила она и побежала к Селене.

– Фу‑уф… – выдохнул Эрион, – Мне кажется, она совершенно не видит во мне мужчину, – печально прошептал он.

– Идея… – записывал Дурк, – Коктейл «Настоящий Мужчина», необходим бонус к харизме и влечению. Возможные ингредиенты: спиртус, розовый ром, копчёный виски, настойка корня мандрагоры, шкурка огненного саламандра, слёзы сирены, алхимический лёд.

– Да почему везде спирт⁈ – влез Эрион.

– Хм… не хватает слёз серены… – проговорил Дурк и посмотрел на Эриона.

– Нет, Дурк, нет!

Орк просто подвинул к нему свой коктейль и сказал:

– Пей, друг.

– Пожалуйста, не надо…

– Пей, давай.

– Я же на работе! – Эрион дёрнулся в попытке сбежать.

Но орк был готов!

– Лариэль! – бросил Дурк.

Эльфийка, разговаривающая с Селеной, обернулась.

– Что такое, Дурк?

– Только попробуй… – прошипел Эрион.

– Эрион тут рассказал секрет, – прогудел Дурк.

– Секрет? – глаза эльфийки загорелись.

– Ты не посмеешь… – прохрипел серена.

– Да, хочешь узнать?

– Конечно! – бросила Лариэль и уже шагнула в сторону барной стойки.

– Зелёный ублюдок… Ладно, я попробую… – сквозь зубы прошипел Эрион.

– Точно, я ошибся, – сказал Дурк, – Никакого секрета нет.

– Ммм… Вот как, – вздохнула эльфийка, – Ну ладно.

– Дурк опять издевается над братцем, – усмехнулась Селена смотря как её брат смиренно присаживается на высокий стул, и орк подвигает к нему новый коктейль.

– Разве? – не поняла эльфийка, – Они вроде подружились.

– Ну да, согласна, – обворожительно улыбнулась Селена, – От Маркуса нет вестей?

– Не‑а, он обещал отправить весточку через магическую почту, как только прибудет в Мередал, – отвечала Лариэль всё ещё держа в руках рыбину.

– Лариэль! Давай на кухню! – послышался крик Мики.

– Ладно, я побежала, – улыбнулась эльфийка и отправилась на кухню.

А Селена смотрела ей вслед и думала: «Держись, милая. Он точно вернётся. Маркус не из тех, кто не исполняет обещания.» Она знала, что именно Лариэль труднее прочих. Она иногда видела, как по утрам Лариэль выходила на тракт и смотрела вдаль. Она знала, что не увидит его, но всё равно надеялась. Каждый в таверне уже скучал по нему. И каждый находил утешение по‑своему – кто‑то уходил в работу с головой, кто‑то просто улыбался и старался радоваться жизни, у каждого был свой способ прожить это время. А Селена, она просто была рада находиться здесь. Это было первое место, где никто не смотрел на них с братом косо из‑за их способностей. И она была благодарна им за это.

– Спасибо, – шепнула она.

Дверь в таверну открылась и в проёме появилась высокая грузная фигура на фоне утреннего солнца. Это был Анкар держащий на плече тушу оленя, в другой несколько корзин – видимо с грибами. Дроу был как всегда серьёзен и хмур, вот где была настоящая стабильность. Но некоторые знали один способ вывести его из равновесия, точнее, ту, кто это мог даже не осознавая.

– Здравствуйте, Анкар, – кивнула Селена, – Вам стоит…

– Мика на кухне? – спросил он.

В таверне было заведено, что на рынок все отправляются по очереди. И когда отправлялась Мика, охотник уходил и возвращался к тому моменту, когда она возвращалась. Но сегодня в город отправился Келдар, ему требовались материалы для ремонта комнат, попутно предложил купить ингредиенты, так как тех нужно было немного – склады были заполнены.

– Да, на кухне. Пройдите к задней двери кухни, – попросила Селена.

– Да, – буркнул он и обернулся.

А она подумала: «В таких серьёзных мужчинах, что‑то есть. Надеюсь, Мика когда‑нибудь увидит в нём мужчину. Он так старается, – но она не могла не признать, – Соперничать с Маркусом будет очень непросто. И не только тебе, Анкар.» – и её взгляд сам собой лёг на брата, что сейчас валялся под стойкой хватаясь за горло, пока орк крутился вокруг, прося не шевелиться с колбочкой в руках.

В это время эльфийка уже занималась карпом на кухне. И она была обязана всё сделать идеально, а иначе чистки лука не избежать.

– Карпик, прошу, не подведи, – проговорила она, словно от мёртвой рыбины и впрямь что‑то зависело.

Лариэль вздохнула, прижала ладонью скользкий бок карпа к доске и взяла тяжелый секач. Инструкция Маркуса лежала выше доски, подпорченная каплями воды.

«Прямой рез за жабрами. Не пили, не дави – один уверенный удар. Либо же, два наклонных разреза там же, с двух сторон. Выбирай более удобный способ»

Она занесла инструмент, зажмурилась от внутреннего сопротивления и рубанула вниз. Раздался глухой, влажный стук, и голова с тупым хрустом отделилась. Лариэль открыла глаза и быстро отодвинула ее в сторону, отправится в бульон.

– Сделала! – выдохнула она.

Самый неприятный для неё этап – потрошение. Она сделала аккуратный продольный разрез по брюху от анального плавника к голове. Лезвие должно было скользнуть под кожей, не задев тонкую пленку, прикрывающую внутренности. Получилось неидеально, кончик ножа кольнул что‑то мягкое, и на доску выступило темное пятно. Лариэль сморщилась, но продолжила. Засунула два пальца в еще теплую, склизкую полость, нащупала плотную связку у горлового конца и потянула на себя. Внутренности вышли одним, отвратительно‑тягучим комком, пахнущим тиной и железом. Она быстро сбросила их в ведро для отходов, а затем скребком ножа и пальцем вычистила темную пленку вдоль ребер, стараясь ничего не порвать. Промыла полость под струей холодной воды, которая смыла остатки крови и слизи, оставив брюшко чистым и белесым.

– Весьма неплохо, – похвалила её Мика, что поглядывала за её работой.

– Спасибо, – чуть поморщившись сказала эльфийка.

Теперь надо было снять чешую. Она взяла специальный нож с зазубренным краем и повела от хвоста к голове, против роста пластин. Чешуйки, похожие на тусклое серебро, с сухим шелестом посыпались на стол, цеплялись за передник.

– А вот тут, стоило делать это сразу в раковине, – посоветовала Мика.

– Но в инструкции Маркуса…

– Маркус опытный, но именно поэтому, он может упускать слишком очевидные для него вещи. Так бывает, – объяснила Мика.

– Поняла, – буркнула Лариэль.

Ей пришлось убраться, и только после этого продолжить. Дальше шли плавники. Она срезала их короткими, аккуратными движениями, стараясь не порвать кожу у основания. Рыба под ее руками становилась странно голой, утилитарной.

И самый ответственный этап – филирование. Она взяла длинный, гибкий нож для рыбы, его лезвие холодно блеснуло. Кончиком она сделала неглубокий надрез вдоль всего хребта, от бывшей головы к хвосту.

«Почувствуй позвоночник. Не пили его, а скользи вдоль».

Она ввела лезвие в разрез и медленно повела, слегка надавливая. Нож послушно пошел, отделяя плотное розоватое мясо от цепи позвонков с тихим, поскрипывающим звуком. Она перевернула тушу, повторила процедуру. Потом сняла кожу, поддев её у хвостового плавника и потянув на себя ровным пластом. Осталось лишь разрезать полученное филе на толстые, ровные куски – стейки. Лезвие разрезало мясо чисто, почти без сопротивления. Она клала готовые куски на блюдо, и с довольным видом объявила:

– Готово!

– Ты не забыла, что тебя ждёт ещё две рыбы? – напомнила Мика.

– Нее‑еет…! – протянула эльфийка с медленным затиханием, словно падала в бездну.

И тогда послышался стук в дверь.

– Это, наверное, Анкар, – сказала эльфийка, и загадочно улыбнулась. Она была второй из таверны, кто догадывался о чувствах Анкара к Мике.

– Рыба ждё‑ёт! – напомнила вновь Мика.

– Ну и ладно, – надула губы эльфийка.

Но Лариэль следила краем глаза за тем, как Мика принимает продукты у Анкара. Она внимательно изучала каждый ингредиент постоянно прокручивая слова Маркуса в голове: «Давайте посмотрим правде в глаза: если у нас с вами одинаковые способности, одинаковая энергия, одинаковый персонал, и единственное, что отличается, – это продукты, которые мы можем получить, и я могу получить лучший продукт, чем вы, то я буду лучшим шеф‑поваром.» Кто такой Томас Келлер она не знала, но слова произвели на неё впечатление. Лусьен, как всегда, был на подхвате, перекладывая связки форели в новенькие хладкоробы, что куда дольше сохраняют продукты свежими. Дроу же, как всегда хмуро и молча наблюдал за процессом и вдруг, после того как все основное было передано, протянул корзинку с лесными ягодами. Он смотрел в сторону, куда‑то мимо Мики, на стену кухни, и только и смог выдавить:

– Вот… тебе…

Мика моргнула, уставившись на корзинку. Ягоды они обычно не закупают у Анкара, он говорил, что это слишком раздражительно. Грибы ещё куда не шло, но ягоды – нет. А тут раз и ягоды принёс. Она кивнула, принимая корзинку, и бросила Лусьену:

– Вычеркни их из списка покупок. Пересчитай, сколько мы должны за них.

Анкар открыл было рот, чтобы сказать, что это не на продажу, а для неё, просто так, от души, – но слова застряли в горле. Он только покраснел под своей темной кожей, что было почти незаметно, и пробормотал что‑то нечленораздельное. Мика, не понимая ни капли из его смущения, улыбнулась благодарно:

– Спасибо, Анкар. Ты всегда вовремя с добычей.

После этого он совсем расплылся, молча получил монеты и дождался, когда Мика закрыла дверь прямо у него перед носом, так и не разглядев в его глазах той искры, что тлела уже не один день. Лариэль, наблюдая за этой сценой из‑за разделочной доски, хихикнула про себя.

«Это неплохой шанс избавиться от соперницы, – подумала она. – Если Мика наконец заметит Анкара, то, может, может… Маркус… Хи‑хи» – на её щёки тут же забрался румянец.

Но пока, она только и могла, что взяться за следующие рыбины – две упитанные карпины ждали своей участи на доске. Параллельно Лариэль слышала, как Селена приносит заказ из зала: эклеры и сбитень.

«Вот оно!» – подумала Лариэль. Она знала, что в такое время только Анкар заказывает эклеры. Каждый раз, всегда.

Мика, не теряя времени, взялась за дело – эклеры были уже готовы, она выложила их на тарелку, красиво украсила взбитыми сливками, глазурью и парой вишенок сверху.

Но как только заказ был готов и Мика выставила тарелку на стол выдачи, Лариэль дождалась, когда та отвлечется на проверку соуса на плите, и быстро схватила тарелку.

Она рванула в зал, но по пути споткнулась о порог, сердце ушло в пятки, эклеры полетели вверх! Эльфийка успела подхватить их руками, жонглируя как цирковой артист, и, чудом не уронив ни один, выложила обратно на тарелку. Анкар сидел за дальним столиком, уставившись в окно, и Лариэль подскочила к нему с улыбкой:

– Вот, Анкар! Мика особенно старалась для этих эклеров. А тебе стоит быть смелее – она оценит!

И унеслась, не дожидаясь ответа, оставив дроу в растерянности.

Анкар зашел спустя пару часов к задней двери – Селена потом шепнула Лариэль, что все это время он сидел за столиком, держа ладони на подбородке, и хмурился, словно решался на что‑то невероятно сложное.

«Наверное, придумал отличный комплимент. Наконец‑то!» – подумала Лариэль.

Мика открыла дверь, вытирая руки о фартук, и Анкар, глядя в пол, пробормотал:

– Твои… рыбные эклеры были восхитительны. Мягкий вкус тины особенно понравился.

Лариэль, подслушивающая их, замерла. Она поняла, почему у эклеров такой рыбный вкус. Надо было руки мыть…

– Прости, Анкар, прости, Мика, – прошептала она.

Мика же замерла, ее глаза сузились, и сквозь зубы она выдавила:

– Очень рада, что эклеры понравились.

Анкар попытался добавить:

– А ещё…

Но дверь захлопнулась с громким стуком. Лариэль вздохнула, понимая, что битва проиграна, но не война. Она не сдастся!

Глава 17

– Эй! Отвали, придурок! – бросала Ноэль.

– Не имеете права! – кричал Хылщ.

– Вии‑ии!!! – визжал Фунтик, пока стражники пытались его поймать.

– Пщ‑щ‑щ!!! – шипел с неба Гром, отправляя мелкие молнии в латников.

А я сидел на повозке, свесив ноги и наблюдая за творившейся вакханалией. Чуть правее трое стражей пытались побороть Ригарта, но тот едва сдерживал смех, два других пробивались сквозь каменный кокон Ванессы. А вот Телана уже и след простыл, конь был, а его не было.

«Вот как решила действовать Гильдия. Играет по‑грязному, по беспределу, – спокойно размышлял я. – Тут придётся действовать тоньше. Нахрапом не взять, придётся хитростью и опытом», – понимал я, стражники это всё же не разбойники с дороги. Их много, и мы на их территории.

– Скажи им не сопротивляться, – пробасил сэр Виктор. – Иначе будет только хуже.

– Боюсь, сэр Виктор, я им не хозяин, даже не начальник, – пожал я плечами. – И к прочему, я не крал деньги у гильдии, а выиграл в честном споре.

– Разберёмся, – махнул начальник стражи и выступил вперёд. – Вы обязаны подчиниться моим требованиям! Сложите оружие и проследуйте за нами! – гремел Виктор.

Но это не вызвало достаточного эффекта. Тогда он рявкнул:

– ОЦЕПЕНЕНИЕ! – его голос ударил по ушам, а я ощутил ударную волну, едва не забросившую меня внутрь повозки.

К вам был принудительно применён эффект: «Оцепенение. Уровень 10»

Тело сковало, я не мог даже пальцем двинуть. Мои спутники застыли, а дракончик полетел с неба. Благо сэр Виктор почти изящно подхватил его своей лапой.

– Мана‑блоки на всех! – отдал он приказ, и подчинённые засуетились.

Вскоре на моих запястьях защёлкнулись интересные наручники, расписанные рунами. И тут же новое оповещение системы:

К вам был принудительно применён эффект: «Ограничение маны»

Мана: 1/1

Я так понял, наручники снизили доступную ману до одной единицы. Весьма действенный способ. Так и заклинания, и умения не используешь. Хотя я уже и не думал оказывать сопротивление.

Нас построили попарно, рядом со мной оказалась Ноэль, чей взгляд сейчас мог убивать. За спиной Ригарт и Ванесса, дальше Хылщ и Фунтик. Гром оказался в небольшой клетке. И было примечательно то, что у них всё это имелось с собой. Специальные ошейники, клетка, наручники. Тут явно подготовились.

– С вами должен был быть ещё один путник… – сказал Виктор, стоя перед мной. – Некий Телан. Где он?

– Он решил продолжить путь в одиночку, бывает, – пожал я плечами. – И что будет дальше?

– Вы отправитесь в корпус стражей, где окажетесь под стражей до суда, либо до того, как украденное будет возвращено и все убытки – моральные, физические и финансовые возмещены.

– Что? – ухмыльнулся я.

– Вы заковали нас в наручники, нацепили ошейники на моих питомцев, обвинили меня в преступлении, которого я не совершал, – проговаривал я всё громче, а окружающие торговцы начали кучковаться вокруг. – Моё имя Маркус Освальд! Которого знают ещё как… – я вздохнул, потому что даже для меня такое прозвище было слишком. – Безумный повар!

Из толпы послышался шёпот, что нёсся словно снежный ком всё дальше и дальше: «Это он, из Ирителя!», «Тот самый? Повар, победивший шайку Лапы?», «Точно же! Я слышал о нём!» В их голосах слышался неподдельный интерес, как к какой‑то диковинке. Но в то же время непонимание, даже какой‑то страх, будто я какой‑то ненормальный. Но главное, здесь обо мне слышали.

– Мы исполняем приказ… – начал Виктор, но я его перебил.

– Гильдии Кулинаров⁈ Неужто стражи города в подчинении у коммерческой гильдии, с которой у меня имеется конфликт⁈ Не удивительно, что меня тут же заковали и обвинили в краже! А ведь свидетелей того спора было предостаточно! Как и тех, кто видел, что победа досталась мне честно!

– Молчать! Всё! – рявкнул Виктор, понимая, что толпа разгоняется.

– Точно‑точно, мне брат рассказывал, что на Безумного повара гильдия наседала, – сказал кто‑то.

– Они вроде даже убить его пытались, Лапу наняли!

– Да! Точно! Он же честно сражался с теми авантюристами!

И тут я совершенно беззастенчиво повернулся к толпе.

– И ко всему прочему, вот они те герои, что участвовали в том споре! – я махнул головой в сторону «героев». Те тут же сникли, опустили плечи. – И представитель Гильдии Кулинаров сам согласился на спор! Не так ли? – глянул я на Хылща.

– Д‑да… Да! Он был там!

– Он сам деньги отдал! – гаркнул Ригарт.

– Я тоже видела, все знают об этом!

Толпа начинала греметь, ей главное кость кинуть, а там уж она сделает всё сама. Но сейчас главное, чтобы всё не вышло из‑под контроля. Мне бунт не нужен. Я хочу разобраться с грёбанными Кулинарами официально и при множестве свидетелей.

– Заткнулись! – рявкнул Виктор. – В корпусе обязательно разберутся, кто прав, а кто виноват!

– Знаем мы как вы там разберётесь! Закинете бедолаг в клетку и всё на том! – из толпы послышался до боли знакомый голос, только более скрипучий.

Я дёрнул головой и увидел макушку Телана.

– Да! Безумный повар спас торговцев на Мередалском тракте! И его в цепи⁈ – снова он же, только теперь голос сделал выше.

– Ещё и с шайкой Красной Лапы разобрался, хотя не должен был! – а теперь сделал низким.

– Да они на зарплате у Кулинаров! Те не подмяли Безумного повара, вот и бесятся! – а теперь гнусавым.

«Ай, молодца Телан! Талант!» – подумал я с улыбкой.

– Так! Шагом марш за мной! – крикнул на нас Виктор, он явно был не в восторге от реакции окружающих.

– Я пойду за вами потому, что я невиновен! И верю, что стражи Мередала не осудят невиновного! – прокричал я с улыбкой на лице, и добавил уже тише, сделав шаг ближе к главе стражи: – А ещё, леди Анна Валентия тоже присутствовала при том споре. И она засвидетельствовала его, – теперь мой голос даже не пытался скрывать усмешку.

Глаза сэра Виктора округлились, но он тут же вернул себе самообладание.

– Я тоже слышал о тебе, Безумный повар. И твоя репутация вовсе не играет тебе на руку, – проговорил он достаточно тихо, чтобы люди не услышали. – И я не знаю, что ты себе придумал. Но если ты и в самом деле невиновен, я призову гильдию к ответу. И с леди Анной тоже свяжусь, – так странно, но я совсем не ощутил фальши в его голосе. – Но, если ты солгал… – он сжал кулак, и я увидел, как желваки заходили на челюсти.

– Моя репутация и впрямь не лучшая. Но ведь ты из тех, кто судит людей по поступкам, не так ли?

Тут он не ответил, а просто махнул рукой, давая команду двигаться. Но чувствую, я произвёл на него нужное впечатление. А он теперь показался мне куда более приятным малым, если бы я не ощущал неприкрытой ауры раздражения. Ну, мне пришлось устроить всё это, иначе меня сожрут. А я уж так легко не дамся.

«Мне надоело играть в игры. Они окончательно перешли черту, – думал я про себя. – Теперь я уничтожу их на их же территории. Пусть думают, что это меня заперли с ними, ха‑ха…»

Мы двинулись за Виктором, стражники обступили нас со всех сторон, но разговоры зевак не утихали. Толпа любит такие истории, особенно когда живешь спокойную размеренную жизнь, такие шоу как глоток свежего воздуха. Уже к вечеру весь Мередал будет знать о том, что Безумный повар в городе и о том, что Гильдия Кулинаров использовала стражу против меня. Хе‑хе… Я уже предвкушал, как всё можно завернуть. Одно дело котлами с неба бросаться, а другое решать конфликты словами. И в них я чувствую себя куда лучше. Особенно зная, что скоро в город прибудут торговцы из каравана.

– И что будем делать? – тихо спросила Ноэль. – Я так поняла по тому, что ты устроил, у тебя есть план?

– Плана нет, – махнул я головой и посмотрел ей в глаза с юношеским, задорным азартом. – Но есть идея. Остаётся только наслаждаться.

– Придётся тебе поверить, а я это очень не люблю.

– Маркус, – позвал меня Ригарт позади. – Тут Хылщ спрашивает.

– Что ему надо? – холодно спросил я, ну не мог ничего с собой поделать. Хотя вынужден был признать, что их нахождение в нашей компании неплохо так добавляло веса моим словам.

– Как тебе помочь?

– Лучшее, что вы можете сделать, это не мешать. А ещё говорить правду. Справитесь с этим?

Небольшая пауза и ответ:

– Да, всё сделаем.

И даже если они были готовы идти навстречу. Стражники каким‑то образом узнали о том, что мы идём в Мередал. И знали полный состав нашей группы, включая «геройчиков». Возможно, торговцы, поспешившие раньше нас прибыть в город, передали информацию, но возможно кто‑то из них сумел отправить весточку. Я всё ещё не доверял им и не исключал, что их помощь может выйти боком. Поэтому нужно минимизировать их влияние на мою идею.

Город встретил нас высокими дубовыми вратами, окованными полосами холодного железа, глубоким рвом и массивным опускным мостом. Сходу было ясно – это крепость, выросшая в город. Внешние стены, испещренные шрамами древних осад, прикрывали второй, еще более высокий ряд укреплений. На зубчатых башнях поблескивали тусклым багровым светом огромные кристаллы, назначение которых сразу меня заинтересовало.

– Ноэль, это что за камни? – спросил я у дроу.

– Я тебе экскурсовод что ли? – раздражённо спросила она, но всё же ответила: – Огнекамни. Редкие магические кристаллы. А такого размера я вообще вижу во второй раз, – проговорила она, явно сама удивлённая увиденным. – В руках умелого мага один такой может обратить сотню воинов в пепел. Но им нужна война… а её здесь не было десятилетиями. Они совсем потускнели, скоро уснут от скуки, – с какой‑то нежностью и грустью сказала она. Ещё бы речь не шла про вещь, что способна убивать сотнями, вполне сошла бы за милую девушку.

Так как нас вели под стражей, и обзор мне загораживали широкие спины стражников в латных кирасах. Но даже сквозь этот живой частокол город заявлял о себе. Он дышал иным ритмом, нежели утонченный и свободный Иритель. Воздух, пропитанный запахом раскаленного металла, угля и древесного масла, был густым и весомым, куда насыщеннее. Его ритм отбивали не крики торговцев и зазывал при питейных, а отдаленный, ни на секунду не смолкающий звон молотов – размеренный, промышленный пульс. В просветах между зданиями мелькали открытые кузнечные цеха, где в клубах пара и жара двигались силуэты гномов и дворфов (я уже научился их отличать), а огромные горны пылали алым.

Архитектура говорила о суровой практичности: приземистые, добротные здания из темного камня с узкими, стрельчатыми окнами. Никаких излишеств, лишь функциональная строгость. Но и в ней находилось место разнообразию: мы миновали аскетичную «Пращу и Надежду», пахнущую соленым супом и кожей, и солидную «Гнездо Грифона» с дубовыми щитами на фасаде, даже тут заведения известного типа стремились к индивидуальности. Особенно симпатичным было высокое трёхэтажное здание с множеством окон, каждое из которых было занавешено. В нём прослеживался готический, изящный стиль, что‑то такое манящее. А чёрная вывеска блистала красивыми золотыми буквами и странным названием: «Три киски».

– Ноэль, а это что? – махнул я на чёрное здание.

Она вдруг покраснела, отвела взгляд:

– Дебил.

– Прошу прощения? – не понял я.

– Это бордель, – гаркнул позади Ригарт. – И весьма известный, ха‑ха.

– Оу…

– Разговорчики! – бросил Виктор, шагающий впереди.

Дороги были поразительно широки, будто рассчитаны на быстрый марш роты, а не на прогулки горожан. Они расходились лучами от центральной площади, вымощенные крупным, плотно подогнанным булыжником. По ним, грохоча подковами и когтями, двигался пестрый поток: тяжеловозные кони, впряженные в груженые повозки; бронированные ящеры с кожистыми гребнями; и даже пара массивных каменных големов‑носильщиков, чьи шаги отдавались глухим гулом в груди. Магия здесь была не для дворцовых фонтанов, а для тягловой силы и обороны.

«Сразу ощущается, что город приграничный. Мощный, готовый отбивать атаки неприятелей, – подумал я и начал сомневаться в своей идее, для неё мне нужна была определённая публика. – Ну, раз тут есть Гильдия Кулинаров, значит и аудитория найдётся», – решил я.

Мы свернули на одну из главных артерий, судя по плотности потока и ширине, и взору открылась просторная Площадь Воли, о чём рассказал Ригарт, где бронзовый монумент забытому полководцу взирал на суету рынка на одной её половине. А рынок похоже был ориентирован на доспехи, оружие и прочие атрибуты воинов. А затем…

– Вот его‑то я узнаю сразу, – усмехнулся я сам с собой.

Затем мы поравнялись с Гильдией Героев. Здание подавляло не вычурностью, а масштабом. Это был гигантский куб из черного базальта, больше похожий на донжон, чем на общественное строение. Его фасад украшали не фрески, а исполинские барельефы, изображавшие битвы с разного рода тварями. У входа, застыв, как изваяния, стояли двое стражей в полном, сияющем магическими рунами доспехе. От них веяло такой немой, сконцентрированной силой, что даже наши конвоиры на мгновение выпрямились.

И наконец, правее от этого гранитного сердца города, показалась наша цель – Корпус Стражей. Более молодое, но не менее неприступное на вид строение из серого камня, с высокой сторожевой башней, где в прорезях бойниц мерцал холодный свет. Факел у входа горел ровным синим пламенем – знак того, что магические защиты активны, как рассказала Ноэль.

И по всему пути я то и дело видел мелькающего Телана. То он выскочит из переулка, то выглянет из‑за угла. Но стоило моргнуть, как он исчезал.

«Теперь нужно, чтобы он как‑то попал к нам. Он главный ингредиент моего плана», – думал я, поднимаясь по ступеням.