Текст книги "Таверна в другом мире. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Лев Белин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 48 страниц)

Новое задание: Зачистить подземелье. Уровень 5

Сложность: Высокая

Награда: 5000 опыта и Редкий артефакт (по 1000 за каждый уровень подземелья)

Штраф за провал: Отсутствует

– Даже не думай… – покачал я головой, но внутри что‑то свербело.

Уже почти стемнело, когда мы добрались до таверны. Звезды появлялись на небосводе над кронами. Вокруг таверны опять суетились рабочие – Келдар оставил пятерых крепких парней, и они вовсю копали фундамент для его кузницы. Земля летела из‑под лопат, стук инструментов разносился вокруг.

«Келдар не тянет время, молодец. Скоро здесь будет кузня – мечи, доспехи… А значит и гости в моей таверне.» – думал я проходя мимо.

Нас встретила Лариэль у входа, её глаза блестели от беспокойства, длинные волосы слегка растрепаны ветром. Она бросилась ко мне и обняла

– Маркус! Фунтик! Я так переживала! Вы пропали на полдня! Всё в порядке? Ты весь в грязи, и эта слизь… И запах гари? Что случилось?

Её голос дрожал, забота тронула меня до глубины души.

«Она правда беспокоится. В этом мире у меня есть те, кто ждет. Не то что в прошлом… Там я был один, а здесь – семья, пусть и странная», – подумал я, улыбаясь, и обнял в ответ, чувствуя, как напряжение уходит.

– Всё нормально, просто… небольшое приключения. На двадцать минут… – ответил я, похлопав её по плечу. – Не переживай, мы целы в основном. Грибы пытались нас съесть, но мы их перехитрили.

Как только зашли в зал Фунтик сразу рванул к Мишке – тот сидел в углу изучая рецепты, и кабанчик с радостным хрюканьем присоединился, толкая мальца в плечо, они закатились в смех и возню, копытца и ручки мелькали.

Мика хлопотала на кухне, мешая что‑то в большом котле. Она взглянула на меня, кивнула с улыбкой. Дурк за баром переливал свежую медовуху, жидкость искрилась золотом в свете ламп, бормоча себе под нос о «правильной пенке» – его борода была в каплях, а глаза хитро блестели, как будто он знал больше, чем говорил.

– Маркус, – позвала Лариэль, – К тебе тут пришли, – и указала на один из углов зала.

А за одним из столов сидели они – парень и девушка, близнецы, с лицами такими красивыми, что аж дух захватывало. Идеальные черты: высокие скулы, яркие глаза цвета морской волны, губы, словно выточенные скульптором. За спинами – сложенные крылья, переливающиеся в свете ламп, как перья экзотических птиц в радужном оперении, а на руках – длинные, острые когти, с легким металлическим блеском.

– И чего такая красота забыла в моей таверне? – прямо спросил я.

– Они кандидаты в официанты, – сказала эльфийка.

«Кандидаты на официантов? Она‑то?», – подумал я, – «Точно какой‑то развод. С такой внешностью, работу найти должно быть не проблема.»

– Привет, я Маркус, хозяин этого заведения. Вы на собеседование?

Они кивнули синхронно, парень улыбнулся, обнажив идеальные зубы, девушка чуть наклонила голову, её крылья слегка шелохнулись, выпустив легкий ветерок.

– Я Эрион, а это моя сестра Селена, – сказал он мелодичным голосом, который ласкал слух, как музыка, теплая и обволакивающая. – Мы слышали, вам нужны официанты. Готовы служить, если подойдем.

– Ну раз хотите…

Собеседование вышло… забавным, почти комичным. Я уселся напротив, пытаясь выглядеть серьёзно, но с моим опытом в HR из прошлого мира – где собеседования были сухими, с резюме и тестами – это было как импровизация в театре абсурда. Запах медовухи витал вокруг, добавляя расслабленности, а треск камина создавал уютный фон.

– Итак, навыки? Что умеете? Подавать блюда, общаться с гостями? Воруете? – спросил я, стараясь звучать авторитетно.

Эрион рассмеялся – звук был как колокольчик, чистый и заразительный.

– Мы ловкие. Крылья помогают маневрировать в толпе, даже в переполненном зале – полетим над головами, если нужно. Когти… ну, для чего‑то подойдут. А воровать? Нет, мы честные. Сирены не крадут – мы поём, чтобы привлекать. Наша магия в голосе, не в карманах.

«Чая у них будет завались.» – подумал я.

– Сирены? – переспросил я.

Селена кивнула, её глаза встретились с моими – взгляд был глубоким, манящим.

– Именно. Но мы можем петь тихо, чтобы гости расслаблялись, наслаждались едой, а не тонули в реке или тратили все деньги. Мы не нарушаем закона «О Сиренах» Общаемся мы мило – улыбка, комплимент, и заказ готов. А если гость буйный… ну, когти на что? Мы защитим заведение, споем ему колыбельную.

– Ладно, пробный период. Зарплата пять серебряных в месяц, плюс чаевые. И закон соблюдайте, не дай бог, увижу, как гипнозом промышляете, – сказал я серьёзно. И надо бы узнать об этом законе. – И покажите, как вы общаетесь – представьте, я гость, уставший после приключений.

«Не думал, что когда‑нибудь буду проводить собеседование сиренам. Но с волками жить – по волчьи выть, как говорится.» – подумал я с усмешкой.

Селена улыбнулась, запела тихо – голос обволакивал, как шелк, вызывая тепло в груди. Эрион подхватил, шутливо.

– Что желаете, уважаемый? Наш суп – как объятия богини, а медовуха – как песня ветра. Расскажите о вашем дне, и мы подберем идеальное блюдо.

Я рассмеялся, чувствуя, как напряжение уходит полностью, магия голоса действовала мягко, не принуждая.

Пожал им руки – осторожно, когти были холодными и острыми, как ножи, но хватка уверенная. Договорились на завтра, придут с утра.

А я проводил их до двери и постоял немного.

– Орк‑пивовар, эльфийка‑огородница, магический кабан, официанты сирены… – проговаривал я, – И мы только‑только открываемся.

Глава 9

Проснулся я ещё до рассвета, когда небо за окном таверны было ещё густо‑синим, усеянным звёздами, а воздух в комнате – прохладным и свежим, с лёгким ароматом древесины от стен. Тело ныло после вчерашних приключений в подземелье – мышцы в ногах тянуло, как после долгого бега, а кожа на руках всё ещё зудела от тех проклятых спор, несмотря на то, что я вымылся перед сном.

«Чёрт, система, ты меня чуть не угробила вчера. Но опыт… опыт того стоил», – подумал я, потягиваясь в постели, чувствуя, как хрустят позвонки.

Фунтик мирно посапывал в углу на своей подстилке, свернувшись клубком рядом с Мишкой, которому я выделил кровать у себя в комнате, пока остальные готовились к косметическому ремонту. Мальчишка спал как убитый, его дыхание было ровным, а лицо – таким безмятежным, что я не стал будить.

«Пусть отсыпаются. А я – в город. Дела не ждут». – подумал я про себя тихо вставая с кровати.

Я быстро оделся – простая рубаха, штаны, плащ для дороги – и спустился вниз, где таверна ещё дремала в полумраке. Мика, наверное, уже хлопотала на кухне, такая уж она. Но я не стал её беспокоить. Все указания раздал ещё вчера, они успеют доделать последние заготовки. Главное, основным блюдом сегодняшнего дня будет плов!

Вышел на улицу, вдохнув свежий утренний воздух и оседлал гнедую кобылу – её шкура была тёплой под ладонью, а она фыркнула приветственно, топнув копытом по земле, отчего поднялась лёгкая пыль. Выехал на тракт, ведущий к городу.

Ветерок раннего утра обдувал лицо, неся запах росы и лесных трав, бодря, как чашка крепкого кофе. Как же я скучаю по кофе…

«Как разберусь с делами, сделаю всё – но найду кофеин!!!» – сжал я кулаки.

По пути зевал, борясь с сонливостью, и решил распределить свежие очки характеристик – система услужливо вывела панель в сознании, текст мерцал мягким голубым светом, не ослепляя в предрассветной мгле.

Я мысленно перераспределил очки, добавив в восприятие, мудрость и ловкость – мир вокруг стал чётче, даже в сумерках, а тело ощущалось легче, как будто гравитация совсем немного ослабла.

Сила: 7

Ловкость: 11

Выносливость: 12

Харизма: 14

Интеллект: 7

Восприятие: 12

Мудрость: 14

Здоровье: 60

Мана: 70

«Универсальный боец? – подумал я глядя на цифры, – Ха, скорее универсальный беглец. Как небоевому классу, мне нужно прокачивать восприятие – чуять опасность заранее, да и для повара главная характеристика. И ловкость, чтоб удирать быстрее. Сковорода внушает доверие, но не всесильна. Самый простой способ победить – не ввязываться. С чем я успешно не справляюсь… Ладно, на рынок: баранина, курдюк для плова, масло. И одежда для Мишки – не бегать же ему в моей старой рубахе, как в мешке».

Оставшееся время в пути я посвятил изучению новой механики – системы репутации. Система вывела архив заметок, как старый журнал, страницы которого я мысленно листал, чувствуя лёгкое покалывание в висках от концентрации.

«На репутацию влияют все поступки по отношению к другим. Основной фактор – субъективное мнение тех, с кем взаимодействую. За Келдара, хоть я его немного провёл, плюс – он доволен. За договор с Анкаром по мясу – плюс поменьше, но минус в пять раз больше. Наверное, урезал поставки кому‑то в городе. Хочешь жить – умей вертеться. А с Микой и Лариэль – только плюс, странно, но приятно… Титул „Бунтарь небес“ снимает тысячу, „Тавернщик‑сердцеед“ – сотню. Надо следить за ней – репутация влияет на цены, качество сделок. Всё в рыночный сегмент переводить проще: хорошая репа – скидки, плохая – наценки».

На въезде в город, где ворота скрипели под первыми лучами солнца, меня окликнул старый знакомый стражник – тот самый, с кем я делился рецептом от «мужских проблем». Он стоял в доспехах, потрёпанных, но чистых, лицо его было румяным, а глаза – благодарными. Воздух здесь уже пропитался городскими запахами: дымом из труб, свежим хлебом из пекарен и навозом от проезжающих телег.

– Эй, Маркус! – крикнул он, подходя ближе, его шаги тяжёлые по булыжнику. – Мой приятель… ну, ты знаешь, с «делами» – ему полегчало! Твои советы – золото. Спасибо, брат.

Я улыбнулся, чувствуя тёплую волну удовлетворения – не только от помощи, но и от мысли о потенциальных клиентах.

Цинизм? Да, но денюжки нужны.

– Рад слышать. А помнишь, обещал привести коллег в мою таверну? Медовуха свежая, плов сегодня будет – пальчики оближешь.

Он рассмеялся, хлопнув меня по плечу – удар был крепким, но дружеским:

– Обязательно! После смены заглянем.

Я кивнул и поехал дальше, город пробуждался: горны раздувались с гулким вздохом, купцы на телегах ехали рядом, переговариваясь о ценах, а из таверн вываливались авантюристы – пьяные, с красными глазами, бормоча проклятия и желая отоспаться в ближайшем переулке. Запах хмеля и пота смешивался с утренней свежестью, создавая тот неповторимый городской букет.

На рынке царила утренняя суета – воздух густой от ароматов: специи жгли ноздри, свежее мясо манило, а дым от жаровен, где шипели лепёшки, добавлял уюта. Торговцы расставляли товары с грохотом ящиков, перекрикиваясь хриплыми голосами, лошади и прочие твари фыркали, топча пыльную землю, а я нырнул в этот хаос, чувствуя прилив энергии – как в старые времена на базарах моего мира.

Сначала мясник – коренастый орк с фартуком, заляпанным кровью, размахивал тесаком над огромным куском баранины, каждый удар отзывался влажным чмоканьем.

– Сколько за кило баранины? Только мне с кости! – спросил я, придирчиво осматривая мясо: сочное, с тонкой жировой прослойкой, ещё тёплое.

– Сколько? – спросил орк.

– Килограмм двадцать, – улыбнулся я.

– Три серебряных и пятьдесят медяков, не меньше! – буркнул он, вытирая пот со лба, глаза его хитро блеснули.

«Да в этом мире месячная зарплата меньше пяти серебряных! Меня ты не проведёшь!» – подумал я и напрягся, совсем не потому, что у меня оставалось всего десять монет.

– Три с половиной? За эту тощую овцу, которая, наверное, бегала от волков всю жизнь? Полтора, и то с натяжкой! Смотри, жилы какие – жевать устанешь, – парировал я, тыкая пальцем в мясо, чувствуя его упругость.

Мы препирались минут пять: он рычал, что мясо шикарное, от лучших пастбищ, я смеялся, напоминая о вчерашнем дожде – «вода добавила веса, скидку давай!». В итоге сошлись на двух серебряных. Курдюк – жирный, желтоватый, с дымным ароматом – взял после похожего спора: он просил серебряный, я сбил до сорока медяков, пригрозив уйти к конкуренту.

Дальше – хлопковое масло у эльфийки с тележкой, полной бутылей, масло золотистое, с ореховым ароматом, идеальное для плова, не дающее горечи. Я рассчитывал примерно на шестьдесят‑семьдесят порций, казан на сто литров у меня имелся. Масла нужно было литра три.

– Пять медяков за литр, милый, – пропела она мелодично, но глаза – расчётливые.

– Пять? За масло? Да тут рядом, у уважаемого орка, баранина по десять медяков за килограмм. А ты мне хочешь литр масла за пять всучить. По два медяка, и по рукам! – ответил я, нюхая бутыль – аромат чистый, но я сделал вид, что сомневаюсь.

Торг вышел живым: она жаловалась на урожай, я напоминал о конкурентах. Сбил до трёх.

Наконец, одежда для Мишки у гнома со странной зелёной бородой. Его лавка пахла свежей тканью и специями, полки заставлены рулонами.

– Один серебряный за комплект: рубаха, штаны, курточка, простые башмаки. Для пацана лет тринадцати – в самый раз, – заявил гном, почёсывая бороду.

Тут я сильно напирать не стал. Цену посчитал справедливой. Одежда была хорошая, сшита как надо. Ладно… это всё ещё дорого. Но пусть, дальше полегче будет.

Я складывал покупки в сумки и кольцо, когда подошёл он, высокий эльф в камзоле с золотыми пуговицами, волосы в хвосте, лицо надменное. Запах парфюма, лаванда и спесь, ударили в нос.

– Господин Маркус, я полагаю? – произнёс он чопорно, растягивая слова, как будто каждое драгоценность. – Лусьен Ар’Де, член гильдии Кулинаров, один из тринадцати председателей. Позвольте представиться должным образом.

– Рад знакомству, Лусьен, – ответил я нейтрально, но внутри напрягся, чувствуя подвох.

Он выпрямился, глядя сверху вниз, голос стал ещё более напыщенным:

– Я наслышан о том, что ваша… таверна на пустом тракте вновь открывается. В таких случаях, как председатель, я обязан напомнить: вам следует незамедлительно зайти в гильдию Кулинаров, уплатить вступительный взнос – скромные пять серебряных – и утвердить своё меню. Дабы избежать нежелательных совпадений с блюдами в других заведениях города и окрестностей. Кроме того, впредь вы обязаны предупреждать гильдию о любых мероприятиях в вашей таверне – будь то состязания, фестивали или специальные ужины. Это напрямую влияет на посещаемость наших уважаемых коллег. Порядок должен быть соблюдён, не так ли?

Я моргнул, переваривая этот поток слов, чувствуя, как раздражение теплой волной поднимается в груди.

Усмехнулся и спросил уверенно, глядя прямо в его глаза:

– Зачем мне это, Лусьен? Объясните по‑человечески.

Эльф покраснел, ноздри раздулись, он сделал паузу, как будто собираясь с мыслями.

– Зачем? Это… это… так принято среди цивилизованных рестораторов! Быть членом гильдии – большая честь! Мы обеспечиваем стандарты, обмен знаниями, защиту от… недобросовестной конкуренции. Без нас вы рискуете остаться в изоляции.

– Мне это нахрен не сдалось, – отрезал я спокойно, но твёрдо, чувствуя, как адреналин покалывает в пальцах. – Сборы, налоги, объявления об мероприятиях, утверждение меню… Я уже обо всём посоветовался с Микой – она в курсе законов. Налог платится только за землю, в казну государства. Гильдия – это ваша внутренняя кухня, а я варю свой суп сам.

Лусьен зашипел, лицо исказилось от злости, он шагнул ближе, голос стал резче.

– Вы наживаете себе врагов, Маркус! Гильдия – это сила. Мы можем… усложнить вашу жизнь. Поставщики, клиенты – всё под нашим влиянием.

– А вы лучше озаботьтесь вкусом своих блюд, а не поборами, – парировал я, не повышая голоса, но с лёгкой усмешкой, чувствуя удовлетворение от его реакции. – Честная конкуренция: чей вкус острее, тот и лучше. Гости голосуют ногами – придут ко мне, если моя еда лучше. Правила просты: готовь вкусно, и мир твой. А монополии… в моём мире они рушатся под весом инноваций.

Он открыл рот для ответа, но я равнодушно отвернулся, подхватил сумки и ушёл, не оглядываясь, чувствуя его взгляд в спину, как иголки.

«Враги? Добавь в список. Репутация, наверное, упадёт с гильдией, но свобода дороже. Лучше пойду плов готовить.» – подумал я.

На выходе из города, у ворот, где солнце уже грело булыжники, меня перехватила знакомая фигура, плут с бандой, стоявший в тени, скрестив руки. Его ухмылка была нервной, глаза бегали.

– Эй, повар, – начал он тихо, но с нажимом, подходя ближе, его товарищи остались в тени. – Давай отменим состязание. Без обид, просто… передумал. Мир?

– Струсил? – усмехнулся я, не останавливаясь, чувствуя, как напряжение возвращается, сердце ускоряется.

– Это последний шанс, идиот! – зарычал он, лицо покраснело, кулаки сжались. – Не хочу марать руки о такого, как ты.

– Ты ворвался в мой дом, угрожал моим людям, хотел забрать Мику, – отрезал я жёстко, останавливаясь и глядя в глаза, голос мой стал низким, как рык. – Ну уж нет. Я так надеру тебе задницу, что месяц не сядешь. Приходи – увидишь.

Плут вышел из себя – лицо исказилось яростью, в руке блеснул кинжал, он замахнулся быстро, как змея.

«В городе⁈» – на миг подумал я, призывая сковородень из кольца.

Но удар не дошёл – чья‑то рука перехватила его запястье с железной хваткой. Девушка‑стражница со светлыми волосами в косах. Крепкая, в доспехах, с решительным взглядом, как у воина из легенд. Она заломила ему руку в миг, кинжал звякнул о землю, эхом отозвавшись.

– Ещё раз и за решётку, на месяц минимум, – предупредила она холодно, голос твёрдый, как сталь, но с ноткой презрения.

Плут огрызнулся, корчась от боли:

– Это не твое дело, девка! Отпусти, или…

– Или что? – она усилила захват, он взвыл, лицо побелело. – Убирайся, пока не арестовала всю твою шайку «героев».

Он отступил, уходя, бормоча проклятия, хромая от боли.

– Спасибо, – сказал я, выдыхая, чувствуя облегчение, как прохладный ветер после жары.

«Красотка и героиня – редкое сочетание» – неосознанно подумал я.

– Ты и есть тот Безумный повар? Слухи ходят… Хотя, – она улыбнулась, оглядев меня, – выглядишь слишком приятно для безумца.

Я не растерялся от прямолинейного комплимента.

– Не так приятно, как ты, воительница, – улыбнулся я в ответ.

Она покраснела, щеки вспыхнули румянцем, но глаза блеснули игриво.

– Льстец. Но… спасибо. Редко слышишь такое от авантюристов.

– Я же повар, а не авантюрист, – пожал я плечами.

Провожая меня до ворот, она болтала о городских сплетнях: о воровских бандах, о гильдиях. Шаги её были уверенными, доспехи позвякивали.

Я решился пригласить на сегодняшнее шоу. Чем больше у меня знакомых среди местных стражей, тем прочнее позиции. Это, к сожалению, работает в каждом мире.

– Приходи сегодня на представление в мою таверну. Увидишь, как я этого плута уделаю. Будет весело – плов, медовуха, зрелище.

– Будь осторожнее с такими «героями», – предупредила она серьёзно, останавливаясь у ворот. – Они мстительны. Но… постараюсь заглянуть. После смены.

Я кивнул и улыбнулся.

– Жду. И спасибо ещё раз.

Вскочил на лошадь и поскакал домой. Сегодня я, возможно, обрету ещё одну союзницу.

– Сегодня всё решится, – сказал я себе пролетая мимо рядов деревьев на пути к своему дому.

Глава 10

– Товарищи! Друзья! Коллеги! – громко говорил я, стоя у камина в зале. Перед мной выстроилась вся команда, – Этот день наконец‑то настал! Сегодня двери Драконьего котла откроются для орков, эльфов, людей и каждого кто захочет познать вкусной еды! Наша таверна станет храмом вкуса, маяком для каждого ищущего покоя и уюта, тёплой похлёбки и сладкой медовухи!

Они смотрели на меня с воодушевлением уже готовые сорваться на кухню, за бар или между столов. Нас было ещё немного, но это было начало. Наша маленькая команда, что покорит сердца и рты. Мы станем для путников вторым домом. Расскажем им историю вкуса, покажем нашу страсть и профессионализм.

– Помните, гость – важнее всего! И лучшая награда за ваш труд – звонкая монета и яркая улыбка! – говорил я, сжимая кулак, – Вы готовы начать величайшее шоу в вашей жизни⁈

– Да! – первым выкрикнул Мишка, переодевшийся в новую одежду, а за ним и остальные.

– И в честь открытия, мы надерём задницы тем «геройчикам»!

– Ещё как! – подхватила эльфийка.

– Так, план следующий, – приблизился я, – Так как нам одновременно придётся обслуживать гостей, участвовать в соревнованиях будем по очереди, – уточнил я, – Мика, сегодня ты главная на кухне. Я постараюсь снять основную нагрузку с помощью специального блюда, но тебе нельзя расслабляться. Если какая‑то заготовка закончится, ставь на стоп. Мы пока не готовы к такому потоку, – она кивнула с готовностью. В её взгляде горела страсть и жажда, та самая, что необходима любому повару, – Лариэль, ты на подхвате. Слушай Мику и работай быстро, но качественно. Если возникнут проблемы, я буду за таверной – сразу ко мне.

– Поняла! – кивнула она.

– Но прежде, будь добра, подумай ровно три раза над тем вопросом, что хочешь задать, хорошо?

– Хорошо… – чуть понуро сказала она.

По своему опыту, я точно знал, что повара могут ответить почти на все возникающие у них вопросы. Стоит только немного подумать, а не бежать сломя голову к шефу. И лучше сразу обучить их самостоятельности.

– Дурк, ты естественно за баром. Кто‑то начнёт дебоширить, просто подойди к нему и молча смотри прямо в глаза, – я был уверен, что для большинства, этого уже будет достаточно, чтобы навалить в штаны.

– Ага, – гаркнул он.

– Так, Эрион и Селена, – глянул я на наших официантов, – Вы же должны быть гибкими как вода, и стремительными как ветер, понимаете? У нас сейчас нет меню для каждого гостя, так что, вы сами должны понимать, что предложить.

– Не беспокойтесь, хозяин, – учтиво кивнул Эрион, – Сделаем всё в лучшем виде.

В них я почему‑то совсем не сомневался. Бывало, глянешь на человека и уже понимаешь, что он продаст тебе всё, что сам пожелает. Вот они как раз были из этого теста. Хотя, были некоторые сомнения по поводу гномов и орков, к ним как я понял, нужен особый подход.

– А мне что делать? – прощебетал Мишка.

Точно… Мишка… Ну, для него работа тоже найдётся.

– А ты будешь самой важной фигурой в нашей таверне, – сказал я, улыбнувшись, – Следи за всеми и только почуешь, что кому‑то нужна помощь – будь уже на месте. Носить еду, протирать стаканы, нарезать картошку – ты будешь нашим универсальным бойцом! Сможешь?

– Я справлюсь, обещаю! – бросил он с той самой, юной уверенностью.

– Отлично, – кивнул я, – А я займусь пловом! Одна порция – десять медяков, оплату буду принимать через Селену, – глянул я на сирену, – Сегодня ты будешь со мной, Эрион в зале.

– Хорошо, – сладко сказала она. Всего лишь одно слово, а внутри уже растеклось тепло.

– И не забываем, нам нельзя использовать усиления на соревновании. Так что, будем справляться своими силами. Это касается только Дурка, Лариэль и меня. Остальным же рекомендую плотно позавтракать, – оглядел я Эриона и Селену, – Для вас Мика приготовит «Яйца пашот с соусом голландез», повысим харизму ещё больше, – подмигнул я.

Рецепты у неё были, качество скорее всего будет хуже моего, но даже пятёрка харизмы весьма достойная прибавка. Уж не знаю, как в этом мире было принято, но я собирался использовать все доступные преимущества.

«Мне нужно обрести столько силы и власти, что никакая хренова гильдия, не посмеет мне угрожать. Я стану силой, с которой придётся считаться.» – думал я про себя.

– Лариэль, ты приготовь Дикий салат с лесными травами, он увеличит ловкость и восприятие, – а я увидел, как Мишка облизнулся, – А нашему универсальному бойцу, сделай порцию Паштета из зайца, ему понадобится ловкость и слух, – отдал я финальное указание.

– Фунтик, – серьёзно сказал я, – Ты, как всегда, главный в моё отсутствие, понял?

– Хрю! – ответил он и стукнул копытцем о пол.

И тут дверь на улицу открылась и в зал ввалился Тиберий.

– А вот и звезда этого шоу! – пропел он.

– Штраф пятьдесят медяков, – пожал я плечами.

– Что? Штраф? Тиберию? – его глаза округлились, – Пятьдесят медяков⁈

Не со всеми можно было договориться словами. С некоторыми лишь монета была аргументом. И Тиберий, как раз был из этой оперы.

Я хлопнул в ладоши и сказал:

– Да начнётся магия!

Все тут же разбежались по местам. Кто‑то на кухню, кто‑то рассыпался по залу. А я сразу отправился на задний двор. Там Келдар заканчивал кладку мангала. Всё же основной очаг будет занят пловом, а у меня ещё блюда на углях.

– Маркус, дорогой, ну какой штраф? – не отставал бард.

– Вот такой. Сказано было, что всем быть на месте в обусловленное время.

– Да народа ещё нет, мне делать‑то и нечего, – оправдывался он.

– Тем более можно было зайти на огонёк вовремя, – отвечал я. – Ты теперь часть моей команды. Будь добр, соблюдать мои правила.

– Ну я же бард! Творческая личность!

– Нечего страшного, я же как‑то справляюсь со своей «творческой натурой», и ты давай, – покачал я головой.

– Дорогой, я и так согласился на минимальный гонорар, – попытался надавить он.

– А я твою задницу спас, голубчик, – усмехнулся я, – Да и согласился ты потому, что почуял денюжки, не так ли? Я не забыл наши условия, твой минимальный гонорар очень быстро вырастет. Но эксцентричность свою, оставь для публики.

– А если я уво…

– Закончишь, тут же отправишься к себе в кибитку, а там куда глаза глядят, – спокойно, глядя ему в глаза сказал я.

– Хм, – хмыкнул он, – Не думал, что ты такой жёсткий.

– Возможно, думать просто не твоё, – ответил я. Неужели тот случай ничему его не научил. Он видел перед собой юнца, даже не представляя, кто внутри.

– Ха‑ха! Это хорошо! – посмеялся он, – Ладно, Тиберий поиграет по твоим правилам, пока ему это будет выгодно, – согласился он.

– Вот и хорошо. Иди позавтракай, скажи Мике, чтоб пашот приготовила. Харизму немного тебе подкрутим, а то пока, не очень действенно, – усмехнулся я.

Наконец рогатый отстал, а я занялся розжигом круглого очага. Дрова, которые Дурк сложил вчера, были сухими и крупными, – смесь дуба и ольхи, дающая ровный жар без лишнего дыма. Я чиркнул кресалом по труту, искры полетели, как крошечные звёзды, и пламя лизнуло кору, разгораясь с тихим треском.

«Жар должен быть сильным, но не избыточным.» – думал я про себя, слушая треск и параллельно, шум из кухни.

Воздух на заднем дворе был свежим, с лёгким привкусом утренней росы и земли, но скоро он наполнится ароматами – густыми, манящими.

Я уже замочил мешок риса в большом тазу после того, как промыл его десяток раз, пока вода не стала прозрачной, как горный ручей. Не забыл и закинуть несколько горстей соли в воду. У риса была такая особенность: он никогда не возьмёт больше соли, чем это необходимо. По сути, я лишь немного придам ему вкуса на данном этапе. Но из таких тонкостей и складывалась кулинария – каждый шаг, как нота в симфонии, где ошибка в мелочи может испортить весь аккорд.

Ферганский плов являлся моим любимым. Жёлтая морковь, хлопковое масло, рис – девзира. Этот рецепт складывался веками в долине и готовился «остозами» – мастерами этого дела. Я, конечно, даже близко не мог приблизиться к их мастерству, но рассчитывал, что мой плов тоже будет неплох.

«Жаль, не все ингредиенты удалось найти, – думал я про себя, закидывая казан на очаг, – Мне придётся готовить на шестьдесят‑семьдесят гостей, надеюсь, столитрового будет достаточно.» – но я не сильно волновался, всё же помимо плова, у меня ещё остаётся куча блюд на кухне.

Казан был огромным, чугунным монстром, с толстыми стенками, которые равномерно распределяют жар – идеал для такого масштаба. Я прикинул пропорции: для шести‑семи порций в малом казане берут килограмм риса, но мяса побольше, так что здесь умножим на десять – восемнадцать килограммов баранины, десять риса, десять моркови и лука, два‑три литра хлопкового масла, литров пятнадцать кипятка. Специи – зира, барбарис, перец – тут надо чувствовать, но с солью осторожно, чтоб не пересолить. Как говаривали раньше, зирвак по вкусу должен быть как море, рис заберёт своё.

Сначала подготовка – ключ к успеху, как в любом деле. Рис девзира, розоватый и тяжёлый, я уже замочил в тёплой воде с солью часа два назад, чтоб он набух, но не размяк. Промывка была ритуалом: вода текла мутная сначала, с крахмалом и пылью, но после десятка смен стала кристальной – это гарантирует, что рис не слипнется в кашу, а останется рассыпчатым, каждое зёрнышко отдельно.

Баранину – смесь мякоти с лопатки, шеи и грудинки, плюс курдюк для жира – я нарезал крупными кусками, сантиметров по пять‑шесть, чтоб мясо не развалилось в тушении, а сохранило сочность внутри. Курдюк порубил мелкими кубиками, сантиметр на сантиметр – он даст основу, вытопленный жир, без которого плов не плов, а пародия. Морковь – не жёлтую, сладкую, как в Фергане, но тоже вкусную – нарезал толстой соломкой, толщиной в полсантиметра, вручную, без тёрки, чтоб она не отдала сок слишком рано и не превратила всё в пюре.

«Помнится, когда пришёл в первый ресторан в шестнадцать, даже гречу варить не умел. Но вот искусству плова меня обучили. Как раз на персонал нужно было готовить, меня поставили в первый же день, дабы проверить на что способен. Ну я и сварганил свой, родной, кавказский плов. И как же я был рад, что умел его готовить. Может иначе, на том и закончилась бы моя карьера, – вспоминал я про себя, – А через неделю, другой паренёк решил посоревноваться. Так натёр морковь на тёрке, естественно та в кашу превратилась, ещё и пригорела. Бедолага долго соскабливал её со стенок.»

Лук – полукольцами, чтоб равномерно карамелизовался. Чеснок – очистил только снаружи, подрезав хвостики, чтоб не развалились, а пропитали всё ароматом изнутри. Специи просто рядом оставил. Только решил ещё кориандр добавить, он смягчит дерзость зиры.

«Теперь зирвак – сердце плова, основа вкуса.» – выдохнув, подумал я.

Казан уже прогрелся на очаге, стенки накалились, от них шёл жар, как от печки, обжигая лицо.

– Что делаешь? – услышал я немного басовитый, женский голос.

Из‑за угла таверны вышла Манта, но без своей гоблинской свиты.

– Так ты всё же решила навестить нас, – улыбнулся я.

– Это моя обязанность, контролировать, что происходит во владениях моей госпожи, – проговорила она, подходя ближе.

– Не волнуйся, скоро у тебя станет одной заботой меньше. Будешь заходить только, чтобы вкусно покушать, – улыбнулся я.

– Тебе бы к соревнованию готовиться, а не кашеварить, – сказала она.

– Не волнуйся, это лучшая подготовка, – парировал я.

– Ты совсем не беспокоишься, что можешь проиграть?

– Проиграть? – я усмехнулся, – Я не проиграю.

– Какой самоуверенный повар.

– Может поможешь мне? – предложил я.

Её глаза округлились по пять рублей.

– Я? Готовить? Ты не боишься, потерять примерно всех опробующих это блюдо?

– Не преувеличивай, это не так сложно.

– Ну уж нет, я создана чтобы есть, а не готовить, – отмахнулась она и уселась у стены, достав точильный камень из кольца.

«Ну, хоть не ушла. После моего плова она куда чаще будет наведываться. А это лишняя защита моих интересов, ой, интересов Ронты Золотогривой, конечно… конечно…» – думал я, выстраивая план, как порабощу её вкусовые сосочки.