Текст книги "Охота (ЛП)"

Автор книги: Кристин Буони

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 29 страниц)

Я медленно кивнула. Возможно, у Ретта всё-таки были какие-то моральные принципы.

– Да, я согласна, – сказала я. – Это ужасно.

– Мы узнали об этом только потому, что один из наших парней услышал, как она плачет в туалете во время последнего собрания, – продолжил он. – Поначалу она наотрез отказывалась говорить. Была напугана до чертиков. Думала, мы ей не поверим.

Я не видела причин её винить. Чисто мужские организации славятся тем, что горой стоят за своих, защищая участников до последнего. Бедная девушка, должно быть, была в ужасе.

– Но вы поверили? – спросила я, вскинув брови.

– Несколько человек из нас – да, но кое кто из старших парней – нет, – ответил Ретт. – Так что ей дали шанс это доказать. Мы поставили ей «жучок» и велели встретиться с ним и ответить отказом на его требования. Благодаря этой записи удалось зафиксировать, как он несёт всю эту чушь про слив секретов.

– И теперь он больше не состоит в обществе?

– Нет. Его выставили.

– А что мешает ему слить все секреты прямо сейчас? Из мести за то, что его вышвырнули?

– Он прекрасно знает, что с ним будет, если он обронит хоть слово, и ему еще повезло, что с ним не разобрались жестче. – Пока Ретт говорил, в его глазах вспыхнула мрачная, пугающая интенсивность, что-то по-настоящему опасное заворочалось прямо под поверхностью. – Я почти уверен, что он никогда бы не решился выложить это в сеть. Слишком труслив. Но Лайла-то этого не знала, когда он к ней подкатил.

Моя верхняя губа презрительно дернулась.

– Боже, какой скользкий, трусливый маленький засранец.

– Ага. – Ретт вскинул темные брови. – Ну так что… ты всё еще думаешь, что я мудак? Или теперь понимаешь, почему я решил проучить его?

Я глубоко вздохнула. Как бы мне ни было тошно это признавать, но после первой встречи я действительно осудила Ретта слишком предвзято.

– Да. Теперь я понимаю.

– Но, как я уже сказал, ты никому не должна об этом рассказывать.

Я пожала плечами:

– Ты ведь не раскрыл мне никаких настоящих тайн.

– Знаю. Но дела общества должны оставаться внутри общества.

– Тогда почему ты решил рассказать всё мне? Я ведь для тебя практически чужой человек.

Ретт снова медленно провел рукой по подбородку.

– Наверное, я не соврал в прошлый раз. Мне не нравится, когда привлекательные девчонки ненавидят меня без причины, – произнес он и хитро улыбнулся и наклонился чуть ближе, так что его мятное дыхание коснулось моего лица: – Я бы предпочел дать тебе вескую причину для ненависти.

Я тихонько рассмеялась.

– Вау. И это как раз тогда, когда ты начал мне нравиться, – поддразнила я. – Но если серьезно… думаю, ты поступил правильно. Мне самой сейчас хочется проучить этого Райана.

– Не переживай. Я с ним уже разобрался.

Я издала короткий, нервный смешок.

– Знаешь, когда ты так говоришь, ты подозрительно напоминаешь мафиози.

Ухмылка Ретта стала еще шире:

– Разве женщин это не заводит? Вся эта тема с плохими парнями?

– Кого-то, может, и да. – Я пожала плечами. – Но не меня. Если я когда-нибудь и решусь снова с кем-то встречаться, мне нужен только хороший, приличный парень.

– Готов поспорить, я смогу переубедить тебя на этот счет.

– Оу, неужели? – я насмешливо выгнула бровь. – Ну что ж, желаю удачи.

Улыбка Ретта исчезла, сменившись легким нахмурившимся взглядом.

– Ты уверена, что мы не встречались раньше? – спросил он. – Ты кажешься мне такой знакомой. Но я никак не могу понять почему.

– Не думаю, что мы виделись. Я переехала сюда всего несколько недель назад, – ответила я. – Может, ты просто переспал с девушкой, которая немного похожа на меня, или типа того.

Я говорила это легким и непринужденным тоном, будто это была просто брошенная вскользь фраза, но я бы соврала, если бы сказала, что не использовала эти слова специально, чтобы проверить, насколько ему интересно переспать с девушкой моего типа.

Не то чтобы мне самой это было интересно. Нет, определенно нет.

Ретт на мгновение провел кончиком языка по нижней губе, разглядывая меня своим фирменным темным, пронзительным взглядом, от которого мои колени превращались в желе.

– Да нет, – наконец произнес он. – Я бы не забыл, если бы переспал с такой девушкой, как ты.

С этими словами он наклонился еще ближе ко мне. Воздух между нами заискрился от напряжения, в моем животе запорхали нервные бабочки, а когда его взгляд на секунду опустился и задержался на моих губах, я почувствовала, как к щекам прилила волна жара.

Я никак не могла понять: я действительно ему интересна или это просто игра, в которую он играет со всеми девчонками? Вешает им лапшу на уши, пока они не упадут к его ногам уже без нижнего белья?

В любом случае, от одной будоражащей мысли о том, что его губы коснутся моих, во мне вспыхнул укол желания, смешавшийся с застрявшей в груди нервозностью. Но позволить ему поцеловать меня было плохой идеей… верно? Особенно учитывая, что я уже твердо решила, что он мне абсолютно не интересен.

Ой, да ладно. Кого я обманываю? Конечно, он мне интересен.

Я сделала прерывистый вдох и отвела взгляд в сторону, нервно покусывая изнутри щеку. Посмотрев на лес и на видневшийся вдали костер, вокруг которого собрались парни-Уайлдеры, я сделала шаг назад.

– Слушай… раз уж ты был так честен со мной насчет Райана, думаю, мне стоит быть столь же честной с тобой кое в чем, – сказала я, приподняв ладонь.

– Я уже знаю, что ты ни с кем не встречаешься, – перебил Ретт. – Ты сама говорила.

– Дело не в этом. – Я тяжело сглотнула. – Кое в чем другом.

Он отступил на шаг, но электрическое напряжение всё еще вибрировало в воздухе вокруг нас.

– И в чем же?

Я вздохнула и снова перевела взгляд на костер.

– Думаю, тебе стоит знать, какими людьми твои друзья являются на самом деле, – произнесла я. – Ну… во всяком случае, один из них.

Ретт нахмурился:

– Что ты имеешь в виду?

– Один из твоих дружков-Уайлдеров – мой недавний бывший, и он просто ужасный человек. Даже хуже Райана. – С этими словами я указала в сторону их костра, сузив глаза. – Я почти уверена, что он спит и видит, как бы выжить меня из Холлингсворта, чтобы я никому не разболтала его грязный секрет. Но к несчастью для него, я никуда не уеду.

– Погоди, и кто твой бывший? – спросил Ретт, оборачиваясь через плечо, чтобы посмотреть на парней у костра.

– Ой, прости, забыла сказать. Это Джейк.

– Джейк? – Он перевел взгляд на меня, а затем снова обернулся назад. – Тот высокий блондин, который стоит вон там? Этот Джейк?

– Да, он самый.

Он резко развернулся ко мне, и его глаза сузились:

– Ты на полном серьезе утверждаешь, что он с тобой встречался?

Я ощетинилась, мне очень не понравился этот намек на то, что я якобы недостойна Джейка.

– Да. Встречался.

– Ладно, допустим, – Ретт скрестил руки на груди. – И что же он тебе сделал?

– Если говорить конкретно обо мне… ну, оказалось, что он всё время врал мне и изменял, – ответила я. Я подняла руку и продолжила: – Но это всё цветочки по сравнению с тем, за чем я застукала его с другими женщи…

Он грубо оборвал меня:

– Тормози. Джейк изменял?

– Да, – раздраженно бросила я. Его скептические перебивания с каждой секундой бесили всё сильнее. – Но, как я уже сказала, он вытворял вещи гораздо хуже этого. Честно говоря, он настоящий монстр. И я не бросаюсь такими словами просто так.

– Что за чушь ты несешь? – тон Ретта стал заметно холоднее. – Что такого ужасного он сделал?

Я подняла ладонь, пытаясь собрать в кучу разбегающиеся мысли:

– Просто чтобы ты понимал… мне довольно трудно об этом говорить.

– Ты сама подняла эту тему.

– Я знаю. Просто я… я не совсем понимаю, как облечь всё это в слова, потому что это очень долгая история. Я даже не знаю, с чего начать. И вообще-то, это даже не моя тайна, чтобы ею делиться, – выдохнула я. – Но послушай, главное, что тебе нужно знать: Джейк серьезно болен на голову. Я уверена, что в глубине души он ненавидит женщин, и у него есть отвратительные способы проявлять эту ненависть. Когда я поймала его на этом дерьме, он пытался утверждать, что это всего лишь сексуальный фетиш, но…

– Так, Эв, – Ретт резко оборвал меня, выставив вперед властную ладонь. – Я остановлю тебя прямо здесь. С меня хватит.

Я нахмурилась от неожиданности:

– Что?

– Наш разговор окончен.

– Но я ведь даже не рассказала, что он…

– Тебе больше ничего не нужно говорить, – процедил он, а его ноздри гневно раздулись. – Я не собираюсь стоять здесь и слушать, как ты поливаешь грязью моего лучшего друга.

– Слушай, я понимаю, что он твой друг, и в такое трудно поверить, но я могу доказать! – в моем голосе появилась паническая дрожь. – По крайней мере… ну, отчасти. Этого мало, но я…

Ретт снова перебил меня, и его глаза были полны холодной ярости:

– Знаешь, когда ты зашла в тот тоннель в первую ночь, я подумал, что ты чертовски дерзкая. И смелая. Это меня дико завело, – произнес он. – Но теперь я вижу, что просто думал членом. Я явно перепутал дерзость и смелость с тем, что ты обычная наглая стерва.

Я отступила на шаг, потрясенная. Никто и никогда еще не называл меня этим словом… кроме Джейка.

– Вау, теперь я вижу, почему вы лучшие друзья, – выплюнула я. – Ни один из вас ни капли не уважает женщин, да?

Ретт фыркнул.

– О да. Дело определенно именно в этом, – его голос буквально сочился сарказмом. – Вот почему Джейк такой, какой есть. Потому что он ненавидит женщин, так ведь?

– Да, – процедила я сквозь стиснутые зубы. – Именно так.

– Разговор окончен. – Ретт указал большим пальцем на тропинку, ведущую к дому. – Убирайся отсюда к чертовой матери.

– Ты реально собираешься защищать его, даже не выслушав сначала, что он натворил? – со злостью спросила я, сверля его взглядом. Его неспособность дать мне сказать больше пары слов подряд бесила до безумия. Типичные замашки шовинистического богатого сынка.

– Во-первых, мне вообще нет нужды его защищать, потому что я знаю, что он не сделал ничего плохого, – отчеканил Ретт. – А во-вторых, он мне как брат, так что если потребуется, я буду защищать его ценой своей гребаной жизни.

Я покачала головой, сузив глаза:

– То есть ты даже знать не хочешь, что твой друг – больной извращенец, который…

К моему глубочайшему раздражению, Ретт снова меня перебил.

– Я прекрасно знаю, кто такой Джейк, ясно? – ледяным тоном отчеканил он. – Я уже наслушался этой чепухи про «больного извращенца» от таких, как ты, и мне реально похуй.

Мое сердце ушло в пятки.

– Ты знаешь, что он вытворяет? И тебе просто всё равно?

– Абсолютно. И остальным тоже, – выдал он с недоброй усмешкой. – Похоже, это место реально не для таких правильных девочек, как ты, а?

– Вау. Куда только делось твое хваленое уважение и забота о женщинах, – огрызнулась я. – Еще пару минут назад ты только об этом и распинался. Но стоило мне упомянуть, что один из твоих дружков – больной психопат, как правила игры резко изменились. Внезапно всё стало дозволено.

Глаза Ретта снова опасно сузились.

– Меня чертовски тошнит от таких людей, как ты.

– От таких, как я? – Я ошарашенно покачала головой и выставила ладонь вперед. – Так, серьезно, я думаю, нам нужно начать сначала. Это какое-то недоразумение. Просто дай мне рассказать всё как было.

– Нет уж. Никаких недоразумений. – Он выпрямился во весь свой немалый рост, глядя на меня сверху вниз темными, полными ненависти глазами. – Ты предельно ясно показала, что ты за особа, так что убирайся отсюда ко всем чертям. Живо. И чтобы ты знала: на все будущие вечеринки Уайлдеров тебе вход заказан. Поняла?

– Ты это сейчас серьезно?

Он сделал еще шаг вперед, переходя на низкий, угрожающий шепот, от которого по моей спине пробежал ощутимый мороз.

– Не заставляй меня хватать тебя за шею и тащить отсюда, Эв.

Я захлопала глазами:

– Ч-что?

– Ты прекрасно меня слышала, – прорычал он. – Даю тебе пять секунд, чтобы ты скрылась с глаз. И советую поторопиться.

Я попятилась, чувствуя, как внутри меня сталкиваются шок и ярость. Как Ретт вообще смеет так со мной разговаривать? Как он смеет так со мной обращаться? Он даже слова мне вставить не дал, прежде чем взорваться, и всё только потому, что я задела кого-то из его элитного закрытого клуба. Какой же невыносимый тип.

Но вопреки этой слепой ярости и обиде, внутри меня снова вспыхнул обжигающий жар при одной мысли о том, как его рука сжимается на моей шее, как он и обещал. Это пробудило чувства, которые я так долго пыталась похоронить глубоко внутри. Желание, любопытство и трепет, балансирующий на самой грани опасности.

Мне нужно было уходить. Прямо сейчас.

– Да пошел ты, Ретт, – пробормотала я, протискиваясь мимо него.

Он не проронил ни слова. Просто развернулся и зашагал прочь.

Я поспешила вверх по тропинке, на ходу нащупывая в сумочке телефон. Дрожащими пальцами я набрала сообщение в наш общий чат с девчонками: «Простите, что-то мне нехорошо. Вызываю дежурный университетский шаттл. Веселитесь!»

Нажав «отправить», я обернулась через плечо, глядя на далекие языки пламени костра Уайлдеров. Голова шла кругом, я едва могла переварить то, что только что произошло. Это было так неожиданно. Так дико.

На долю секунды Ретт вырос в моих глазах после истории с Лайлой и Райаном, но уже мгновение спустя превратился в настоящего негодяя, стоило мне заикнуться о подозрительном прошлом Джейка. Меня буквально тошнило от этих эмоциональных качелей, и я уже сто раз пожалела, что вообще согласилась прийти на эту проклятую вечеринку.

Впрочем, радовало одно. При первой встрече с Реттом всё внутри меня кричало: «Беги!». Моя интуиция предупреждала, что он опасный человек. Сегодня я засомневалась в себе, когда он включил всё свое обезоруживающее обаяние, но теперь я точно знала: мое первое впечатление было верным.

Я не зря его боялась.

4

Ретт

Стиснув зубы, я ломился сквозь чащу, едва замечая бьющие по лицу ветки. В груди всё сжалось, а ярость выжигала меня изнутри, под стать костру, который уже мелькал впереди.

Как я мог быть таким слепым?

Осознание ударило под дых, как кулак: Эв оказалась лгуньей, да еще и расчетливой манипуляторшей. И что хуже всего – она была именно тем типом людей, которых я на дух не переносил. Из тех, кого я обычно чую за версту. Но на этот раз я слишком увлекся её внешностью и этим притягательным огоньком, чтобы заметить гниль, пока она не вывалила всю эту чушь мне прямо в лицо.

Кулаки сжались, и я рыкнул, пинком отшвыривая с дороги упавшую ветку. Злость на Эв мешалась со злостью на самого себя. Как я мог пропустить все тревожные звоночки, кричащие о том, какой она дерьмовый человек?

Я и сам не был святым. Далеко не был. Черт, я две недели назад голыми руками чуть не забил парня до полусмерти и не чувствовал ни капли раскаяния. Напротив, я упивался звуком ломающихся костей и наслаждался ощущением его теплой, липкой крови на своих костяшках. И это было еще не самым худшим из моих поступков.

Так что нет, я не был хорошим. Но я хотя бы был честным.

Я был абсолютно уверен, что Эв лжет обо всем, что наговорила. Без вариантов. Это стало очевидно еще тогда, когда она назвалась бывшей девушкой Джейка, с которой он якобы недавно расстался. Ведь у Джейка уже три года был постоянный парень.

Даже если Эв встречалась с ним до его каминг-аута, еще в какой-нибудь школе, я ни на секунду не поверил бы, что он способен кому-то изменить. Он был одним из лучших парней, что я знал.

Другие Уайлдеры? О да, в их случае я легко поверил бы в историю о двойной – да хоть о десятерной – игре, учитывая, насколько им плевать на принципы, когда хочется переспать с кем-то новым.

Но Джейк? Ни за что. Он был по-настоящему преданным парнем.

Мои подозрения насчет мотивов Эв зародились сразу же, как только она принялась его поливать грязью, и они окончательно подтвердились, когда она погнала эту мерзкую тему о том, что он «ненавидит женщин» и страдает «отвратительными сексуальными фетишами». А под конец и вовсе скатилась до обвинений в том, что он «больной извращенец» и «больной псих».

Вот тогда я и понял, что она не просто лгунья. Она – ярая, повернутая на предрассудках ханжа.

Я уже много раз в прошлом слышал подобный бред от ограниченных, нетерпимых людей, и от их визгливой тирады у меня всегда закипала кровь. На дворе 2024 год. Как до сих пор столько людей на этой планете не понимают, что чужая личная или сексуальная жизнь их вообще не касается? Мне лично было глубоко плевать на это, и я искренне не понимал, почему других это так волнует.

Вдобавок ко всему, эта её логика, будто Джейк не уважает и ненавидит женщин просто потому, что не хочет с ними спать, выбесила меня до крайности. Как будто отсутствие влечения к женщинам – это какое-то преступление на почве ненависти, или что за бред она пыталась выдать.

Смешно. Джейк обожал женщин.

Черт, всего два года назад он помогал координировать благотворительный сбор, чтобы оплатить закупку бесплатных средств гигиены для девочек в нескольких школах штата. И всё потому, что наткнулся на статью о том, как бедные семьи в этих районах не могут их себе позволить. Он тогда подумал, как паршиво пришлось бы его младшим сестрам, окажись они в такой ситуации. Едва ли это похоже на поступки человека, который ненавидит и не уважает женщин. Но Эв, очевидно, считала, что раз он не хочет её саму, значит, это «ненависть».

Ради всего святого.

Я просто физически не мог терпеть это дерьмо. Не мог позволить ей болтать своим гребаным ртом ни секунды дольше сегодня вечером.

Она всё заладила, что я должен её выслушать, но она этого не заслужила. Не тогда, когда я уже прекрасно понял, к чему она клонит. Мне не нужно было продолжение этой лекции, а Джейку… Джейку точно не нужно было это в его жизни.

Ему и так в свое время тяжело дался каминг-аут, он дико переживал, примут ли его, да и сейчас порой бывали трудные моменты. Как в прошлом году, когда в кампус приперлись какие-то протестующие, чтобы устроить митинг против университетского ЛГБТ-клуба. Они стояли с плакатами о грешниках и орали, что геи – это «больные извращенцы». Точно те же слова, которыми Эв только что приложила его.

Я вместе с другими Уайлдерами вышвырнул тех ублюдков так быстро, как только смог, но дело было сделано. Я видел боль на лице Джейка. Тот опустошенный взгляд, в котором явно читался вопрос: когда же эти люди наконец оставят таких, как он, в покое и дадут им просто жить своей жизнью?

По мере моего приближения костер трещал всё громче, обдавая теплом еще до того, как я ступил на поляну. Весьма символично: в этом первобытном, пожирающем пламени было что-то, что идеально соответствовало бушующей во мне ярости.

Мне хотелось напрочь забыть об Эв. Стереть из памяти каждый раз, когда мне казалось, что она, возможно, стоит моего времени. Что она – тот самый вызов, который хочется принять. Но вот она – уродливая правда, прямо перед глазами. Она гнилая девчонка. Ни для меня, ни для кого-то еще. И я ненавидел её еще сильнее за то, что она заставила меня поверить, будто она другая.

– Эй, чувак, – окликнул меня Джейк, заметив мое появление на поляне. – Всё путем?

Я заколебался. Часть меня порывалась рассказать ему про выходки Эв, но здравый смысл подсказывал, что лучше держать это при себе. По крайней мере, сейчас. Джейку незачем портить хороший вечер знанием о том, что по кампусу шляется сумасшедшая гомофобная особа, пытающаяся очернить его репутацию.

– Да, всё отлично, – ответил я, выдавив дружелюбную ухмылку и подходя ближе к огню. – Просто нужно еще выпить.

– Я как раз собирался сходить за пивом. – Джейк поднялся на ноги. – Захватить тебе? Кому-то еще нужно?

Когда он ушел, я тяжело опустился на бревно у костра, едва замечая, как грубая кора врезается в ладони, которыми я уперся в дерево.

Джей-Джей посмотрел на меня, вскинув брови.

– Ты уверен, что всё нормально? – тихо спросил он. – Вид у тебя злой до крайности. Райан что, опять решил высунуть свою морду?

Я покачал головой:

– Да нет, пустяки, – бросил я. – Болтал тут с одной девчонкой, но она оказалась полной стервой.

Он покосился на тропинку, с которой я только что пришел.

– Ты про Эв? Мне показалось, я видел тебя с ней.

– Ты её знаешь?

– Ну, э-э… типа того. – Он потер подбородок. – Пересеклись возле аудитории на прошлой неделе.

– Короче, держись от нее подальше, – отрезал я. – Поверь на слово. Она того не стоит.

Джей-Джей недоуменно наморщил лоб. Он помолчал секунду, явно ожидая, что я добавлю подробностей. Не дождавшись, кивнул:

– Ладно, – сказал он, а затем, нахмурившись, склонил голову набок. – Кстати, а что стало с той другой девчонкой, про которую ты нам уши прожужжал какое-то время назад? Ну, которую ты считал идеальной для себя?

Я снова перевел взгляд на огонь. Пламя неистово плясало, отбрасывая резкие тени на поляну. Я завороженно смотрел на него, словно эти языки могли как-то выжечь ярость, всё еще бушевавшую внутри меня.

Я никак не мог перестать прокручивать в голове разговор с Эв. Каждое её слово было пропитано таким лицемерием, что меня буквально передергивало. Поначалу она вела себя так непринужденно: плела свои сети с милой улыбкой и невинным взглядом, притворяясь открытой и честной со мной, прямо как я с ней.

Но всё это было обычной игрой.

Я нахмурился еще сильнее, вспомнив её фразу о том, что у нее есть так называемые улики, доказывающие его «плохие поступки». О чем она вообще говорила? Неужели она намекала на то, что тайно записала интимное видео Джейка с другим парнем? И планировала выложить его в сеть, чтобы публично его унизить?

Я понятия не имел, что у нее на уме, но точно знал одно: я не позволю ей провернуть ничего подобного. Ни за что на свете.

Мгновение спустя в моей голове эхом отозвалась еще одна её реплика: «Я почти уверена, что он спит и видит, как бы от меня избавиться, но к несчастью для него, я никуда не уеду».

Я стиснул зубы, резко выдохнув через нос.

Эв глубоко заблуждалась, если думала, что в Холлингсворте кто-то станет терпеть её выходки. Я не был уверен, знает ли её Джейк на самом деле и уж тем более говорил ли он ей, что хочет её ухода… но если и говорил, то он был абсолютно прав.

Мы должны были от нее избавиться.