Текст книги "Матабар IX (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 39 страниц)

Когда пыль чуть улеглась, Ардан повернулся к потолку, где еще виднелся обрывок Лей-кабеля, торчавший из-под завала. Юноша прижал ладонь к оплетке и пустил через нее свободный заряд собственной Лей. Короткий, сухой треск пробежал по кабелю, оплетка вспыхнула по всей длине тусклым, бездымным пламенем, Эрталайновый сердечник внутри оплавился и потек. Через несколько секунд от кабеля остались только черные обугленные ошметки, повисшие на искореженных скобах.

Таисия наблюдала за происходящим молча, за что Ард был ей безмерно благодарен.

Когда они вернулись в основную пещеру, то обнаружили, что бой уже почти закончился. Пол был усеян обугленными костями, оплавленным камнем и догоравшими кусками мертвечины. Воздух повис сводом таким густым, что его, казалось, можно было резать ножом и подавать ломтями, а от стен тянуло жаром, будто из только что потушенной печи. Несколько последних скелетов, простеньких и хлипких, еще дергались где-то в дальнем конце пещеры, но охотники Борса уже лениво и без всякого задора добивали их саблями.

Рогов и Мелин стояли в стороне и ожесточенно спорили с Залесским. Рыжебородый размахивал руками так, что борода тряслась, в то время как Мелин говорил тихо и спокойно. Но по лицу Залесского было видно, что размеренный тон Мелина скребет по нервам начальника охотников куда сильнее, чем размашистые жесты его товарища.

– … в контракте черным по белому прописана доплата за боевые столкновения третьей категории и выше! Сверху над потраченными накопителями! – шипел Мелин, тыча пальцем в грудь Залесскому. – А то, с чем мы только что возились, тянет минимум на четвертую! Так что извольте оформить нам акт, господин Залесский!

– Акт оформляет руководитель экспедиции, а руководитель в данный момент сидит в дилижансе и жует бутерброды, – Залесский сложил руки на груди и смотрел на мага сверху вниз. – Вернемся наверх, подойдете к Наленскому и будете трясти его, а от меня отвяжитесь.

– Я к этому клоуну лишний раз подходить не собираюсь, – рявкнул Мелин.

– Тогда оставайтесь без доплаты, а за накопители я с вами рассчитаюсь, как вернемся, – пожал плечами Залесский и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Ардан тихо прошел мимо всей троицы, стараясь не привлекать к себе внимания. Таисия, двигавшаяся рядом, тоже держалась незаметно.

Вскоре, вместе с отрядом, они выбрались из пещеры, поднялись по расщелине и наконец вылезли наружу. Обратно к степному ветру и серому небу. Ардан вдохнул так глубоко, что у него голова закружилась от чистого, свежего, до слез обыкновенного воздуха, пахнувшего только травой, землей и далеким дождем.

Самого лучшего воздуха в мире!

Точно так же, стараясь не задерживаться лишний раз на месте, они вместе с Таисией поднялись на холм и миновали дилижанс Наленского, куда быстрым шагом направлялись маги. Остальные охотники разбредались по кострам, около которых их уже ждали спальные мешки. Полуторачасовой перерыв, и после того, как маги выжгут тела Лохматин, караван вновь отправится в путь.

Ард подошел к своей кобыле и убедился, что та мирно спит. Юноша потрепал ее гриву, после чего сунул руку под куртку и нащупал свернутые трубкой страницы гримуара.

Таисия стояла рядом, щурясь от предрассветного часа после подземной темноты, и молчала. Затем достала портсигар и закурила.

– Вы ведь что-то забрали оттуда, Скофский, – произнесла она, глядя куда-то вперед, на далекие холмы.

Ардан тоже посмотрел на степь и на караван, стоявший лагерем внизу.

– Вам могло показаться в темноте, – пользуясь наукой Скасти, ответил Арди.

Таисия затянулась, и уголок ее губ чуть дрогнул.

– Врете, – сказала она просто.

– Вы тоже, – ответил Ардан.

Потому как он прекрасно видел, как карман ее куртки оттопыривается от спрятанных бумаг. И Таисия знала, что он видит. И он знал, что она это знает. И так можно было продолжать до бесконечности, но оба они понимали, что в этой игре выигрывает тот, кто первым перестанет притворяться.

– Спокойной ночи, Скофский, – махнула рукой Таисия и направилась к дилижансу. – Или утра… Вечные Ангелы, я уже забыла, когда последний раз высыпалась!

Ардан посмотрел ей вслед и позволил себе устало улыбнуться. А потом тоже поспешил к своему спальному месту, попутно прижимая локтем к ребрам страницы мертвого Розового мага и думая о том, что до конца экспедиции впереди еще два месяца, и выспаться за оставшееся время ему, скорее всего, тоже не удастся.

Впрочем, когда за последние два года ему вообще это удавалось.

* * *

Качаясь в седле, Арди наблюдал за тем, как ветер игрался среди невысокой травы, раскинувшейся по степи. Зелеными волнами, блестя росой, она качалась в такт бегущим невидимым вихрям, приносящим с собой истории о далеких землях, которые прерии увидеть никак не могли. И потому внимательно слушали. Лишь изредка, тихо-тихо, они перешептывались между собой шуршанием все тех же трав.

Над головой плыли облака. Белые громады, величаво ступавшие по высокой лазури, где птицы реяли наравне с туманными шлейфами небесных троп.

Ветер домчал до юноши, растрепал его волосы и попытался вырвать из рук пожелтевший листок бумаги, но Арди крепко прижимал тот к луке седла. Кобыла дернула головой, встряхивая гриву и позволяя свежему бризу дотронуться до немного вспотевшей кожи.

Арди потрепал кобылу по шее и вернулся к листу. Возможно, впервые в жизни – в том, что касалось Звездной магии, ему повезло. Причем настолько сильно, что можно было бы подумать, что Спящие Духи специально увидели в своем сне все то, что произошло.

Ардан даже порывался тут же написать письмо Милару, но в любом случае, пока он не доберется до Первой Станции, все равно не сможет найти своего связного. Да, у него, без малого, появится собственный связной. Потому как, разумеется, в таком важном поселении, как Первая Станция, открывавшая путь в Парк, где обитало наибольшее число редких природных аномалий, находились оперативники Черного Дома.

Но факт оставался фактом.

Листы гримуара, уцелевшие после того, как кто-то целенаправленно пытался избавиться от книги Розового мага, не были зашифрованы!

Вернее, были, но весьма простеньким математическим способом, опиравшимся на смещение матриц, выраженных руническими массивами. Да, без ключа такой шифр взламывать отняло бы примерно несколько лет утомительного подбора вариантов. Так что Арди сперва даже отчаялся, но! У него мелькнула идея, что абстрактные символы, которые он видел на спуске в пещеру, могли появиться там вовсе не случайно.

Оказалось, что действительно – символы оказались вовсе не случайными, а метками, отделенными равными между собой расстояниями. И в этих расстояниях хранилось, выраженное через геометрию, значение смещения. Так что уже к полудню Ардан смог прочесть все страницы!

– Милая Таисия, а вы знали, что в «Пеликане» недавно случился грандиозный скандал?

– Дорогой Чаз! Немедленно все мне расскажите! Я хочу знать подробности вплоть до мельчайших деталей!

Первый помощник главного исследователя аномалий центрального отделения Гильдии Охотников, Старший Магистр Чаз Наленский сидел на козлах дилижанса госпожи Шприц и правил четверкой лошадей. В это время сама госпожа Шприц, сменив свой «походный наряд» на платье, идеально подошедшее бы к вышеупомянутому, едва ли не главному ресторану Метрополии, сидела рядом.

Сидела рядом и делала вид, что ей не только безумно интересно слушать Старшего Магистра, но и очень нравится, когда господин Наленский будто невзначай касался то ее бедра, то талии, то предплечья.

Сам же Чаз, из-за того, что ему приходилось руководить, включая носильщиков, караваном в почти сотню человек, появлялся в их с Таисией компании довольно нечасто. Но сейчас, когда позади остались все географические препятствия их путешествия, а до Первой Станции оставалось лишь полдня пути, дела отошли на второй план. А на первый вышел немного замасленный взгляд Старшего Магистра, который неизменно, ловчее любого следопыта, находил путь к декольте госпожи Шприц.

– Так вот, милая Таисия…

Ардан отвернулся в сторону и не стал слушать подробностей светской жизни столицы Империи.

Обладая свободным пропуском в библиотеку Большого, Ардан прочел несколько запрещенных Аль’Зафирским пактом трудов. И нет, он не нарушил «международные законы» (Бажен как-то пытался объяснить Арду, как какие-то законы могут распространяться дальше территории их страны, но Ард так ничего особо и не понял), скорее…

Ардан покачал головой.

Он понятия не имел, как это все работало. На лекциях по Звездной юриспруденции они пока не проходили такие нюансы. Просто потому, что на данный момент вряд ли кто-то из студентов мог получить доступ к запретной литературе. Но, вроде как, учитывая полномочия и сферу деятельности Арда, он имел право изучать подобные материалы, чтобы при случае иметь возможность бороться с теми, кто их применяет на практике.

Так или иначе, он поверхностно разбирался в принципах Некромантии. Как минимум – элементарной. И этих знаний оказалось вполне достаточно, чтобы увидеть в уцелевших бумагах нечто совсем иное. Нечто, что находилось за пределами не только знания Арда, но и того, о чем он читал в Библиотеке.

Если в двух словах, то та Некромантия, о которой он читал, относилась к созданию низших форм неживых и использованию их в качестве слуг. Причем появились подобные идеи на восточном континенте после уничтожения рабства как института. Но бесплатные рабочие руки все равно прельщали тех, кому требовался наемный труд.

Затем, разумеется, Некромантия эволюционировала, от нее в какой-то момент отделилась Малефикация, но все это нюансы. Главное, что Ардан увидел в бумагах совершенно иной подход к Некромантии. Откуда, если Арди обладал лишь поверхностными знаниями, он имел такую уверенность?

– Паарлакс, – коротко прошептал юноша, глядя на одну из хорошо знакомых ему формул.

Некромант в пещерах работал над чем-то, что могло бы связать Некромантию с Полем Паарлакса. Для чего? Ардан понятия не имел. Более того – он даже не мог предположить, в какой именно области запретного знания могли бы использоваться новейшие открытия о структуре Лей.

Может быть, Розовый маг пытался отыскать способ создания филактерия Лича? Метод, благодаря которому Звездный маг мог обрести бессмертие в форме Высшей Нежити, был утерян еще задолго до падения Эктасса. Те же Личи, которые обитали в мире после появления Мертвых Земель, появлялись ввиду редких природных феноменов Поля Паарлакса (ранее называемого Эхом Лей). Так что, возможно, Розовый маг изучал природу подобного механизма, что весьма логично, учитывая схожесть Северного Парка и Мертвых Земель.

Самый главный вопрос, который отсюда следовал, – занимался ли Розовый маг исследованиями исключительно ради собственных амбиций или по чьему-то заказу. И пока, на данный момент, Арди не имел ни малейшей зацепки, которая смогла бы пролить свет на данный вопрос.

– Вот так все и закончилось, милая Таисия! – чуть ли не в голос воскликнул господин Наленский, который все это время самозабвенно предавался рассказам о событиях в «Пеликане». – Это, конечно, если верить письму моего секретаря. Я потребовал, чтобы он присылал мне все последние новости из столицы. Надо ведь быть в курсе, чем живет и дышит наше тесное сообщество!

– Разумеется, дорогой Чаз, – продолжала улыбаться госпожа Шприц, но Арди заметил, как подрагивало ее левое веко.

Да уж – выдержки и самообладания журналистке не занимать.

– Вам удалось решить проблему с капитанами Роговым и Мелиным? – явно стараясь как можно скорее перевести тему, заискивающим тоном спросила Таисия.

Наленский чуть скривился. По нему было заметно, что ему не очень приятна данная тема.

– Выписал им расписки для офиса Гильдии, – процедил он и напряг желваки. – Пусть разбираются, когда вернемся, с клерками. Я ученый! А не администратор за стойкой информации.

– Конечно, дорогой Чаз, все именно так, – вновь предельно «искренне» поддержала его Таисия.

Арди же мысленно возразил Наленскому, что, если подумать, учитывая его чиновничью позицию, он находился к гордому званию «администратор» на максимально приближенном расстоянии. На таком же, как и:

– Вижу город! – закричали где-то впереди. – Станция!

Караван заметно ожил. Охотники приободрились, и даже кони, кажется, зафырчали с удвоенным усердием. Во всяком случае деревянные колеса точно заскрипели куда активнее.

– Милая Таисия, наконец мы сможем принять нормальный душ! – воодушевился господин Наленский и вытер лицо краем своего желтого плаща.

Таисия, судя по всему, имела собственный взгляд на то, что значит «нормальный душ». И вряд ли в данное понятие, с ее точки зрения, входила холодная вода из бочки, нагреваемая солнцем. Но, видимо, Наленский не так уж и редко выбирался из столицы, так что ценил даже такие, скромные для жителя Метрополии, удобства.

– Как же вы правы, дорогой Чаз, – снова согласилась Таисия, и в ее голосе не послышалось ни толики сарказма.

Вот только Арди был уверен, что именно им, сарказмом, госпожа Шприц и спасалась. В любом случае их путешествие до Парка подходило к концу. Ардан открыл гримуар, к последней странице которого прикрепил календарь.

Вытащив из-за уха карандаш, он перечеркнул очередной день и улыбнулся тому, как, пусть и неторопливо, сокращались оставшиеся квадратики, отделявшие его от возвращения домой.

Ард дернулся в сторону, чем встревожил кобылу.

– Все в порядке, северная сестра, – прошептал он на языке диких зверей и снова потрепал могучую шею животного.

С удивлением для себя Ардан отметил, что действительно назвал столицу домом. Хотя, наверное, не сам город и даже не квартиру на канале Маркова, а рыжеволосую девушку, пахнущую весенними цветами, распускавшимися у ручья.

Ардан вложил листы неизвестного мага обратно в гримуар и, оставив карандаш в руке, достал из кармана письмо Тесс. Теперь он знал, что ей написать.

'Родная Тесс,

Скучаю по нашему дому. Здесь, вдали от тебя, я…'

Глава 132

Караван въехал в Первую Станцию со стороны восточного рубежа, и Ардан, успевший за последние дни привыкнуть к запаху степного ветра и мокрой земли, тут же уловил в воздухе совсем иные оттенки. Угольная пыль, машинное масло и тот особенный, чуть кисловатый душок, какой всегда стоит в городах, где работают круглые сутки без выходных.

Сам городок оказался значительно крупнее, чем юноша ожидал увидеть. Три или четыре просторных улицы тянулись от центральной площади широкими, пыльными лентами, а между ними путался лабиринт боковых переулков. В тех неустанно мелькали то деревянные домики в один этаж, то кирпичные коробки с блестящими окнами.

Центральный проспект тянулся шагов на триста и упирался в приземистое здание банка из темно-серого камня, перед крыльцом которого приткнулись два старых, заляпанных грязью автомобиля. Напротив банка возвышалась гостиница в три этажа, с коваными балкончиками и огромной вывеской, сулившей постояльцам мягкие постели, горячую ванну и казино на первом этаже. Вывеску расписали яркими красками и подсвечивали изнутри керосиновыми лампами, отчего казалось, что здание подмигивает прохожим с видом старого приятеля, зазывающего на рюмочку.

Людей на улицах хватало.

Охотники в кожаных куртках, с перевязями и порой даже с посохами и регалиями Имперских магов, передвигались по своеобразным «тротуарам» с какой-то особой неторопливостью. Между ними сновали и работяги попроще. Ард без труда различал угольщиков по черным от въевшейся пыли лицам, лесорубов по клетчатым рубахам и широким подтяжкам, а приказчиков по бумажным папкам под мышкой и выражению легкой озабоченности на лице.

Женщины в простых платьях несли корзины с провизией, несколько мальчишек-разносчиков с жестяными лотками пирожков пробирались между телег, а на углу центральной улицы сидел сапожник в кожаном фартуке и чинил чей-то сапог прямо на открытом воздухе, никуда не торопясь. Откуда-то из боковых переулков доносились удары молотков и визг пил. Впрочем, догадаться об этом можно было не только по звуку. Видимо, город постепенно менял свое дощатое убранство на кирпич. Пока они ехали, по обеим сторонам улицы каждая третья постройка щеголяла свежими строительными лесами.

Местные на караван смотрели как на явление вполне обыденное, что было совершенно естественно, учитывая назначение городка в качестве «врат» Северного Парка. Никто не высыпал из домов поглазеть, не тыкал пальцем и не торопился приостановить работу ради праздного любопытства. Лишь несколько мальчишек, игравших у коновязи, оторвались от своих палок-лошадок и с интересом проводили глазами дилижансы, но и те скоро вернулись к своим игрищам.

Таисия, сидевшая на козлах рядом с Наленским, огляделась по сторонам и чуть нахмурилась.

– Признаться, дорогой Чаз, я представляла себе Первую Станцию несколько менее… городской, – она выглядела одновременно восторженной и при этом разочарованной. – В моих записях значилось «укрепленное поселение Гильдии», а я вижу настоящий город с банком и фонарями. Пусть и свечными.

Наленский хохотнул, довольный предоставившейся возможностью сесть девушке на уши, и тут же пустился в пояснения с присущей себе важностью.

– О, милая Таисия, ваши записи, видимо, составлялись еще до прошлого промышленного бума! – как и всегда, он не упускал возможности скользнуть взглядом по фигуре Таисии. – Когда-то так оно и было. Клянусь Вечными Ангелами, лет двадцать назад здесь стояло всего-то три десятка домов, церковь и штаб Гильдии. Я сам, будучи еще студентом, проезжал через эти места и останавливался в единственной тогда ночлежке, где клопов кормили, не побоюсь этого слова, получше, чем постояльцев. Причем постояльцами же и кормили!

– Какой ужас, дорогой Чаз! – притворно хохотнула Таисия, хотя Арди вовсе не понял, в чем именно заключалась шутка. – И что же изменилось?

– Экономика, милая Таисия, экономика! – Наленский приосанился и, кажется, даже подкрутил несуществующие усы. – Стране нужно все больше угля и металла, знаете ли, а сидеть на готовых залежах и не разрабатывать их – это, уж простите мне прямоту, преступление перед казной, Императором и перед здравым смыслом. Причем все разом.

– Но ведь главные шахты в нескольких днях пути. Я читала об этом в колонке моего коллеги, господина Клочкова. Там прямо указывалось, что основные добывающие предприятия расположены к юго-востоку от Парка.

– Совершенно верно, милая Таисия, – даже сильнее прежнего воодушевился Наленский. – О свет, как же приятно беседовать с образованной женщиной! Так вот. Главные шахты действительно южнее, и добраться до них можно только по узкоколейке. Но здесь, вокруг Парка, совсем недавно обнаружили несколько весьма перспективных угольных жил и два нефтяных пятна. Года четыре или пять тому назад, если память мне не изменяет. И вот результат, перед вами, так сказать, во всей красе. То, что еще недавно было оплотом одной только Гильдии Охотников, прямо на наших с вами глазах превращается в полноценный добывающий городок.

Кобыла Ардана немного нервно фыркнула, и юноша заозирался по сторонам, но так ничего особенного и не приметил.

– Невероятно, как быстро меняется мир, – Таисия наклонилась чуть ближе и позволила Наленскому скользнуть взглядом туда, куда тот, судя по всему, давно намеревался скользнуть. – А лесозаготовки? Я заметила у северной окраины огромные штабели бревен.

– Ах, лесозаготовки! – Наленский буквально расцвел. – Это отдельная статья доходов и, между нами говоря, одна из самых прибыльных. Северная сосна сейчас сильно востребована. На шпалы для железной дороги и для постройки новых кварталов в небольших городах. Вот этот самый проспект, по которому мы с вами едем, возможно, стоит на сваях, срубленных в тридцати верстах отсюда!

– Вы так интересно обо всем этом рассказываете, дорогой Чаз, – Таисия чуть приподняла неизвестно когда появившийся в ее руке веер и посмотрела на Наленского поверх вышитой кромки. – Я непременно упомяну ваш рассказ в статье, с указанием авторства, разумеется. «Со слов Старшего Магистра Чаза Наленского, первого помощника главного исследователя Аномалий центрального отделения Гильдии Охотников…»

– О, это было бы очень лестно, милая Таисия, очень лестно!

Ардан ехал немного позади и жалел, что не может переместиться от дилижанса подальше. Он уже перестал удивляться тому, с какой легкостью госпожа Шприц переключала голоса и интонации.

Еще полчаса назад она курила на козлах и равнодушно разглядывала бесконечную степь, а теперь уже щебетала, хлопала ресницами и делала вид, что ничего прекраснее Чаза Наленского не встречала за все свои тридцать лет жизни. Ард невольно отметил, что Таисия даже веером обмахивалась так, будто ее в любой момент могло унести порывом безудержного восторга. Юноша мысленно покачал головой. Актриса пропадала в госпоже Шприц такого масштаба, что ее давно пора было звать на Бальеро.

Вскоре караван начал замедляться.

Здание Гильдии Охотников оказалось одним из немногих полностью каменных строений в городе. Двухэтажное, с высокими стрельчатыми окнами и массивным крыльцом под кованым козырьком, оно напоминало те административные постройки, какие в столицах Империи возводили при дедушке нынешнего Императора. С лепными карнизами, пилястрами по углам и чугунной оградой вокруг небольшого палисадника.

Над входом висел бронзовый герб Гильдии в виде подзорной трубы и дубового листа, а по обе стороны от двери скромно примостились массивные каменные урны, в которые кто-то из охотников уже успел набросать окурков.

Караван остановился на площадке перед зданием, и из дверей тут же выскочил человек, от одного взгляда на которого у Арда слегка приподнялись брови. Невысокий, худой до той степени, когда скромность комплекции уже нельзя списать на телосложение; с вытянутым лицом, острым носом и почти полным отсутствием волос на голове, он походил на облезлого лесного хорька, которого долго держали впроголодь и только что выпустили на свободу.

На его плечах покоился Розовый плащ, а погоны украшала гравировка звезд с двумя, снова двумя, тремя, опять тремя и, под конец, вновь двумя лучами.

Маг быстро просеменил к дилижансу Наленского и, не поздоровавшись и не взглянув ни на Таисию, ни тем более на Арда, принялся сыпать словами так резво, будто ему выдали их ограниченный запас и требовалось использовать весь набор, пока не забрали обратно.

– Наконец-то, наконец-то, Наленский, я вас уже третий день жду, слышите, третий день, вы понимаете, что мы выбиваемся из графика, абсолютно выбиваемся, скоро начнутся миграции Рогозубых Плавунов, и тогда все южные тропы Парка станут непроходимыми минимум на две недели, а может и на все три!

Таисия, успевшая в этом потоке слов сделать ровно один взмах веером, повернулась к Ардану. В ее глазах мелькнуло такое откровенное изумление, что Арди едва удержался, чтобы не засмеяться.

Маги, порой, особенно когда относились к числу находящихся на острие научного прогресса, могли быть весьма эксцентричны.

– Господин Звонков, позвольте представить… – начал было Наленский, но тут же оказался перебит.

– Позвольте, позвольте… что вы мне позволяете, Наленский, у нас нет времени на позволения, – Розовый маг наконец соизволил скользнуть взглядом по Таисии, следом по Арду, и тут же неприятно поморщился. – Гомар Звонков, Старший Магистр, главный исследователь Аномалий центрального отделения Гильдии Охотников. Журналистка, как я понимаю? Я, кажется, видел вас на каком-то приеме у герцога Абраилаала в позапрошлом сезоне, впрочем, неважно, абсолютно неважно. А это кто? Охрана?

– Капитан Дар Скофский, частная охрана госпожи Шприц, – представился Ард, чуть склонив голову.

– Угу, угу, – Звонков уже смотрел мимо него. – Наленский, носильщики уже подогнали гусеничные повозки, надо перегружать оборудование немедленно, промедление смерти подобно, понимаете, миграция начнется не позднее, чем через пять дней, и если мы не войдем в Парк до того, как Плавуны выйдут на южные тропы, то вся экспедиция превратится в бессмысленное прожигание бюджета, за который, я напомню, отвечаете вы, а не я!

– Дорогой Гомар, но я же отчитывался письмами при каждой возможности и…

– Письмами он отчитывался! – Звонков всплеснул руками, едва не запутавшись в собственном плаще. – Письма, Наленский, не доезжают до моего стола, потому что почерк у вас хуже, чем у моей тетушки, которая, как и вы, либо вы, как и она, скорее даже вы, как и она, каждую вторую строчку путаете так, что я читаю вместо «караван движется по графику» – «каравай двигает пограничника», и гадай, что вы там имели в виду!

Наленский, обычно выглядевший солидно и вальяжно, рядом со своим начальником съежился и потерял добрых полголовы в росте. Ард даже посочувствовал ему, хотя и знал, что Чаз сам по себе являлся не лучшим образцом достоинства.

– А эта дама собирается с нами в Парк? – Звонков снова метнул взгляд на Таисию, и в его бегающих глазках как-то разом проявилось все, что Розовый маг думал о журналистах в целом и о журналистках в частности.

– Все так, дорогой Гомар, – Таисия улыбнулась той самой улыбкой, от которой таяли всякие «Наленские» и которая, увы, никак не действовала на таких, как Звонков. – Я подписала все необходимые бумаги, включая соглашение об отказе от претензий, и оплатила свой проезд согласно расценкам Гильдии.

– Еще одна головная боль, – буркнул Звонков, не утруждая себя вежливостью. – Ладно, разбирайтесь сами, Наленский, со своей гостьей, и давайте, давайте уже! Разгружайте, грузите, мне некогда, у меня еще три доклада на столе лежат.

Носильщики-юноши, не дожидаясь особых распоряжений, уже приступили к перегрузке. Они подогнали к дилижансам странные, механизированные повозки. Ардан, увидев их впервые, не сразу сообразил, что перед ним такое.

Массивные стальные платформы в человеческий рост высотой, с плоской грузовой палубой и кабиной для водителя в передней части. Вместо колес под ними тянулись широкие гусеничные ленты, точно такие же, как у танка, которого Ард видел на полигоне Дагдага, только поменьше и полегче.

Гусеницы уходили под брюхо повозки и крепились к натяжным колесам через сложную систему рычагов и пружин, а в задней части, под откидным кожухом, прятался дизельный двигатель, в котором Ард разглядел характерные катушки охлаждения. Повозки сопели, пыхтели и время от времени выплевывали из боковых отдушин сизые клубы пара.

– Технический прогресс, – только и сказал спешившийся Арди, стараясь отогнать от себя образ танка на полигоне.

Таисия, к этому моменту уже забравшая из дилижанса свой саквояж, подхватила Арда под локоть и откланялась перед Наленским.

– Дорогой Чаз, я уверена, что у вас с господином Звонковым слишком много дел, чтобы тратить время на мои пустяки, так что мы с капитаном, с вашего позволения, направимся в гостиницу и более не будем вам мешать, – и она тут же метнула весьма многозначительный взгляд. – Вечером, быть может, я смогу рассчитывать на удовольствие разделить с вами ужин?

– Непременно, милая Таисия, непременно! – Наленский вновь расцвел, забыв на мгновение про Звонкова. – В семь часов в ресторане при гостинице?

– Буду ждать с нетерпением, – Таисия присела в легком реверансе и, уже развернувшись, потянула Ардана за собой так настойчиво, что юноша чуть о собственный посох не запнулся.

Когда они отошли на достаточное расстояние, Таисия выдохнула сквозь зубы.

– Спящие Духи, Скофский, если мне придется еще полчаса обхаживать этого пузыря, я начну кусаться, – Арди не очень понимал, серьезно Таисия говорила или нет. – Поклянитесь мне, что если я побегу в лес, вы меня поймаете и вернете обратно.

– Могу поклясться только в обратном, – честно ответил Ард. – А ужин?

Таисия напрочь проигнорировала его выпад.

– А ужин я, скорее всего, отменю под благовидным предлогом, – дернула она плечиками и достала портсигар. – Сошлюсь на мигрень. Или на дальнюю родственницу, умершую от чахотки. Да хоть на особые женские дни и боль в животе! Вечные Ангелы, капитан, я, конечно, с разными господами время проводила, но Наленский – это какой-то новый уровень занудства. Причем самозабвенного такого. Абсолютно непрошибаемого.

Гостиница встретила их вполне радушно, что показалось Арди необычным. А затем он вспомнил, что его лицо все так же скрывала «Маска», так что…

В любом случае, уже через полчаса они заселились в соседние номера на втором этаже, и Таисия, закрывая за собой дверь, бросила через плечо:

– Вечером, Скофский. Я иду в казино. И не вздумайте отсиживаться в номере, иначе я расскажу Наленскому, что вы жаждете с ним поговорить о поэзии.

Ард аж воздухом поперхнулся.

– Вы не посмеете, Таисия. Это низко даже для вас.

– Еще как посмею, – и дверь захлопнулась прежде, чем Арди успел придумать достойный ответ.

Он вздохнул и, оставив вещи в номере, отправился на почту. Почтовое отделение Первой Станции располагалось на углу центрального проспекта и боковой улочки, что, в целом, ни о чем не говорило Арду.

Само отделение занимало приземистое деревянное здание с массивной дубовой стойкой внутри. За той висели полки, заваленные пакетами и конвертами, а на стене тикали большие маятниковые часы в дубовом корпусе. А еще здесь пахло сургучом, чернилами и пылью от старых мешков.

Ардан подошел к стойке, за которой сидела молоденькая девушка в форменной блузке с высоким воротником, и протянул ей четыре конверта.

– Добрый день, – поздоровался Ард и заметил странный взгляд, направленный на его макушку. Ах да. Отсутствие шляпы. – Три письма. В Метрополию и Дельпас, согласно адресам. А четвертое, пожалуйста, отправьте по следующему адресу. «Метрополия, Малая Мышовка, дом семь, квартира одиннадцать».

Девушка молча кивнула, взвесила конверты на миниатюрных весах и пробежала пальцами по одному из громадных справочников.

– Малая Мышовка, вы сказали? – она чуть нахмурилась и принялась листать толмуд. – У меня в перечне нет такой улицы, господин. Вы уверены, что не ошиблись?

– Совершенно уверен, – ровно ответил Ард. – Попробуйте посмотреть в разделе особой доставки.

Девушка перелистнула еще несколько страниц, остановилась на одной из них и внимательно прочла. Выражение ее лица слегка изменилось, после чего девушка коротко кивнула.

– Нашла, господин, – ее голос едва заметно дрогнул. – Прошу прощения за задержку. С вас шестнадцать ксо за всю партию. Два письма, те, что в Дельпас, займут дольше обычного. Дней десять-двенадцать, потому как почтовая служба через Алькадский Перевал задерживается из-за сезонности.

– Ничего страшного, – Ардан отсчитал монеты и положил те на стойку.

Пока девушка проштамповывала конверты, он стоял у стойки и думал о том, что кодовое слово для связного Черного Дома могли бы придумать и получше. Малая Мышовка, дом семь, квартира одиннадцать, надо же такое сообразить. Ни одной улицы с таким названием в Метрополии не существовало, так что в отделении, видимо, работала особая сортировочная, и подобные письма попадали напрямую в руки Плаща, минуя городскую почтовую сеть.