Текст книги "Охота на Зло (ЛП)"

Автор книги: Гай Уолтерс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 34 страниц)

Несмотря на его почти героические деяния, многие нацисты относились к саморекламе Скорцени со скептицизмом и даже ненавистью. Один из офицеров Абвера назвал его "мегаломаном" и сказал, что тот часто "придумывал самые фантастические проекты", которые были в принципе невыполнимы[637]637
  UKNA, KV 3/195; GWDN: 9728.


[Закрыть]. Некоторые также считали, что Скорцени получил незаслуженную славу за операцию по освобождению Муссолини и что он преувеличил свою роль в радиограмме через два дня после этого события[638]638
  NARA, RG 263, Stack 230, Row 86, Compartment 24, Shelf 04, Box 121; GWDN: 8841.


[Закрыть]. Кроме того, в разваливающемся Третьем рейхе ходили слухи о том, что Скорцени присвоил себе огромные сокровища. Позже Скорцени утверждал, что ближе к концу войны к нему обратилась группа немецких банкиров с просьбой перевезти в Аргентину золото на сумму около 14 миллионов долларов. Скорцени отказался, потому что считал, что его будущее связано с Германией, и что ему суждено однажды стать её президентом[639]639
  Ibid.; GWDN: 8850.


[Закрыть]. Такая самоуверенность была типична для Скорцени, который, по многим свидетельствам, был политически наивен и не отличался особым интеллектом[640]640
  Ibid.; GWDN: 8830.


[Закрыть]. Один американец даже описал его как "во многом похожего на ребёнка"[641]641
  Ibid.; GWDN: 8810.


[Закрыть]. Следователь из ЦРУ считал его "политически недальновидным до наивности", и даже штурмбаннфюрер СС Карл Радль, адъютант Скорцени, считал своего начальника доверчивым, чрезмерно восторженным и безответственным руководителем пренебрегавшим важными деталями операций[642]642
  UKNA, KV 2/403; GWDN: 7320 & 7322.


[Закрыть].

До сих пор, многие утверждают, что именно этот человек возглавляла ODESSA или её предполагаемое подразделение по организации побегов, "Die Spinne". Трудно представить, как человек вроде Скорцени мог управлять такой обширной, сложной и тайной сетью, ведь он был бы совершенно не готов к выполнению этой задачи. Его досье собранное ЦРУ показывает человека, совершенно непохожего на того, каким он изображен в своих мемуарах или в множестве лестных биографий[643]643
  См., среди прочих, Infield, Skorzeny: Hitler's Commando; Charles Whiting, Skorzeny (London: Leo Cooper, 1998); Charles Foley, CommandoExtraordinary: OttoSkorzeny (London: Weidenfeld & Nicolson, 1998).


[Закрыть]. Вместо этого оно показывает персонажа, отчаянно ищущего себе место в мирной жизни после своих славных лет во время войны. Крупные планы, такие как организация общеевропейской армии, проваливались, едва успев зародиться, и он ухаживал за разведслужбами по всему миру с неуклюжим рвением юного поклонника. После оправдания американским военным трибуналом в сентябре 1947 года и побега из лагеря для интернированных в июле 1948 года Скорцени в конце концов оказался в Мадриде, где, по слухам, имел доступ к огромному состоянию и находился в самом центре сети ODESSA, или "Die Spinne". Те, кто знал его в то время, оспаривают такой предположение. "Я определенно считаю, что это не так", – заявил Джере Уиттингтон, в молодости, в звании капитана, служивший в офисе американского атташе в Мадриде. В начале 1951 года Уиттингтон подружился со Скорцени и его любовницей Ильзе, племянницей бывшего рейхсминистра экономики Хьяльмара Шахта, и, используя виски, поставляемый ЦРУ, часто принимал пару в своей квартире. "Они жили в условиях жесткой экономии, – вспоминал Уиттингтон, – и им было стыдно, что они никогда не могли ответить мне взаимностью на моё гостеприимство". Скорцени и Ильзе оказались в таком затруднительном положении, что попросили американца помочь им найти рождественскую ёлку. "У меня был единственный форд-универсал в Мадриде, – рассказывал Уиттингтон, – и Скорцени спросил меня, могу ли я отвезти его и его друга в один из лесов за городом. Его другом оказался бывший немецкий посол в Аргентине, и вместе мы спилили три дерева"[644]644
  Интервью автора по телефону с Джере Уиттингтоном, февраль 2008 года. Возможно, послом был барон Эдмунд фон Терманн.


[Закрыть]. Миф о сказочном богатстве Скорцени всегда был главным "доказательством" его причастности к ODESSA, но свидетельства таких людей, как Уиттингтон, говорят о том, что Скорцени был отнюдь не богат. Естественно, Скорцени мог бы притвориться нищим, но такая хитрость была ему не по плечу, и когда позже он всё-таки разбогател, он, и не думал этого скрывать.

Однако слухи о причастности Скорцени к "Die Spinne" продолжали распространяться. В октябре 1950 года газета Reynolds News утверждала, что он возглавлял европейское отделение этой организации и что ему помогал Хартманн Лаутербахер, бывший гауляйтер Южного Ганновера-Брунсвик и видный деятель гитлерюгенда. Согласно сообщению газеты, "Die Spinne" занималась переправкой разыскиваемых нацистов через Рим в "не столь уж секретную штаб-квартиру" на реке Ла-Плата недалеко от Буэнос-Айреса. В статье перечислялись некоторые из тех, кто к тому времени обосновался в Аргентине, среди них был назван Курт Танк, конструктор истребителя Focke-Wulf 190. Хотя Танк действительно находился в Аргентине, как мы увидим ниже, его побег не имел никакого отношения к Скорцени или "Die Spinne". Правдивость статьи была дополнительно обесценена фотографией "восьми бывших пилотов Люфтваффе", позирующих на якобы секретной базе, где также находилась длинная шеренга реактивных истребителей, "на которых их обучали летать". Сочетание фотографии и мрачного заголовка "Нацисты строят новую военную машину" создавало впечатление, что "Die Spinne" помогает накапливать неонацистский арсенал в Южной Америке. Однако все восемь запечатлённых на фотографии пилотов были аргентинцами, а истребители – Gloster Meteor, поставлены британцами. Аргентинцы довольно открыто указали место, где был сделан снимок, – это была военно-морская авиабаза Команданте Эспора, расположенная в 400 милях к юго-западу от Буэнос-Айреса[645]645
  UKNA, FO 371/81233; GWDN: 4314–4315; Reynolds News (London, UK), October 15, 1950, "Menace of the Spider".


[Закрыть]. О связи Скорцени с Римом, ранее в том же году, сообщило Christlicher Nachrichtendienst (Христианское информационное агентство), утверждая, что и он, и Лаутербахер проживали у Худала в приюте при церкви Санта-Мария-дель-Анима. Епископ категорически это отрицал и утверждал, что никогда не контактировал ни с одним из этих людей[646]646
  ASMA, K44, Documents 585 & 591; GWDN: SM8.


[Закрыть]. Опровержения Худала почти наверняка были правдивы, потому что 16 октября того же года – на следующий день после публикации в Reynolds News – Скорцени написал Худалу письмо с просьбой передать его другу по имени Лео Шульц, который должен был навестить епископа 21 октября. Скорцени начал письмо с просьбы к Худалу простить его за беспокойство и конце подписался как "Рольф", что было частью его псевдонима, Рольф О. С. Штайнбауэр[647]647
  ASMA, K44, Document 603; GWDN: SM8i.


[Закрыть]. (Тот факт, что Скорцени использовал свои настоящие инициалы в середине своего псевдонима, свидетельствует о его раздутом эго и неспособности сохранять надлежащую секретность.) Если бы Скорцени был главным организатором "Die Spinne", то он, безусловно, был бы знаком Худалу. К несчастью для Скорцени, Худал так и не передал письмо Шульцу, и сегодня оно хранится в архиве церкви Санта-Мария-дель-Анима. В письме Скорцени выражает сожаление, что не смог приехать в Рим, "потому что перелет в Рим и обратно все ещё стоит немалых денег", что является ещё одним свидетельством того, что Скорцени не был богатым человеком и вряд ли являлся организатором обширной и влиятельной сети бывших нацистов, если такая сеть вообще существовала. Письмо, однако, показывает, что у Скорцени были связи с Германией, поскольку в конце он пишет: "Я слышал от Альфреда, что работа в Гамбурге идёт особенно хорошо, и я полагаю, что вы сыграли в ней значительную роль. Я от всей души благодарю вас за это…"[648]648
  ASMA, K44, Document 602; GWDN: SM7.


[Закрыть]

Абсурдность истории с "Die Spinne" была успешно запечатлена бывшим агентом британского Управления специальных операций (Special Operations Executive, SOE) в номере британского журнала The Listener от 28 июня 1951 года. Стэнли Мосс, который вместе с Патриком Ли Фермором похитил немецкого генерала у берегов Крита в апреле 1944 года, признался, что страдает от "общепризнанной британской слабости к изучению историй наших побежденных врагов"[649]649
  The Listener (London, UK), W. Stanley Moss, "In Search of Skorzeny" by NARA, RG 263, Stack 230, Row 86, Compartment 24, Shelf 04, Box 121; GWDN: 8833–8834. Похищение генерала Крейпе блестяще описано в W. Stanley Moss, Ill Met By Moonlight (London: Harrap, 1952).


[Закрыть]. Мосс изучил историю "Ста дней" Муссолини – от его возвращения к власти до казни. Естественно, история его спасения Скорцени занимала в этом важное место, и поэтому, когда "любимого коммандос Гитлера" заметили пьющим перно на Елисейских полях днём 13 февраля 1950 года, Мосс немедленно отправился в Париж, чтобы взять у него интервью. В сопровождении друга, капитана Майкла Люка, Мосс прибыл во французскую столицу и обнаружил, что газеты уже подхватили его "охоту на лицо со шрамом". Эта шумиха привлекла внимание "невысокого темноволосого человека", называвшего себя капитаном Жаком Камински, утверждавшим, что работал на "Die Spinne" в Италии, но поссорился с организацией из-за денег. Камински поведал не только о том, что Скорцени является главой европейского отделения "Die Spinne", но и о том, что руководит этой глобальной организацией проживающий в Аргентине Мартин Борман. Имя Бормана обычно служит важным показателем того, что любая передаваемая информация крайне сомнительна, и этот случай не стал исключением, поскольку Камински должен был устроить двум британцам "охоту за коммандос". Вскоре после этого Камински представил их другому предполагаемому агенту "Die Spinne", приехавшему из Аргентины и случайно оказавшемуся в Париже. Агент, носивший кличку "Альфредо", ожидал их в кафе в 11 часов утра. Он выглядел как персонаж из дешёвого триллера – латиноамериканец по внешности, "одетый в очень элегантный костюм в меловую полоску, шляпу и соответствующие туфли". Чтобы завершить образ в стиле нуар, под столом сидела собака породы боксер. "Альфредо" рассказал им, что он тоже поссорился с "Die Spinne" из-за денег, но подтвердил, что Скорцени и Борман были двумя главами этой организации, и что сеть побегов нацистов действовала под прикрытием "южноамериканской импортно-экспортной фирмы". "Die Spinne" недавно организовала перелет двух асов Люфтваффе, а также "известного ученого", работавшего в фирме "Фокке-Вульф". Мосс был излишне уклончив в своём отчёте относительно названия фирмы и личностей. Их имена начали упоминаться в газетах, и на момент "откровения Альфредо" о присутствии Курта Танка и асов Ханса-Ульриха Руделя и Адольфа Галланда в южном полушарии было известно многим. Фирма, о которой говорил "Альфредо", – это CAPRI, основанная Карлосом Фульднером в Буэнос-Айресе как компания, в которой использовался труд его "рабов". Это тоже было хорошо известно, до такой степени, что немецкая община в Аргентине в шутку называла её "Compañia Alemana Para Recién Immigrados" (Немецкая компания для недавних иммигрантов)[650]650
  Goñi, The Real Odessa, pp. 300–1.


[Закрыть]. Поэтому всё, что таинственный "Альфредо" рассказал Моссу и Люку, вряд ли являлось доказательством доступа к какой-либо инсайдерской информации или, тем более, свидетельством существования "Die Spinne". Мосс и Люк пообещали проверить перспективную зацепку в Цюрихе, предоставленную "Альфредо", но перед отъездом они проконсультировались с другом, работавшим на британскую разведку в Париже. И этот друг заявил, что Камински на самом деле был советским агентом, и хотя он, возможно, и проник в "Die Spinne", все, что он рассказал, взято из легенды, разработанной в Москве[651]651
  Камински в статье Мосса, возможно, тот же самый, что и Жак Камински, один из основателей MOI (Main-d'œuvre Immigrée), профсоюза рабочих-мигрантов во Франции, во время оккупации сотрудничавшим с Сопротивлением. См. Angelo Tasca, Denis Peschanski, Fondazione Giangiacomo Feltrinelli, Vichy 1940–1944 (Feltrinelli Editore, 1985), p. 128. Камински также может быть тем самым "Жаком Камински", который воевал в Интернациональной бригаде во время Гражданской войны в Испании. See http://www.jewishvirtuallibrary.org/jsource/History/spanjews.pdf


[Закрыть]. Мосс и Люк встречались с Камински ещё несколько раз, но в общем стало очевидно, что их контакт распространяет не что иное, как дезинформацию и пытается приписать Скорцени деятельность, за которую тот не несёт никакой ответственности. "Как и сам Скорцени, – писал Мосс, – мы поняли, что коммунисты используют нас как пешек". Результатом такой дезинформации является то, что история почти безвозвратно искажается, и существует опасность полагаться на разведданные как на точные источники истины.

Вероятность того, что существование организации "Die Spinne" и причастность к ней Скорцени, по меньшей мере является, преувеличением советских разведслужб (а вполне возможно, и полной выдумкой) повышается при изучении пропагандистской Коричневой книги (Brown Book), опубликованной в Восточной Германии 1966 году, в которой утверждалось, что Скорцени руководил "Die Spinne" из своего дома в Дении на побережье Коста-Бланка на юге Испании. "Делом его рук является создание нацистской секретной организации "Die Spinne", – сообщалось в книге, – которая не только располагала значительными ресурсами из награбленных СС богатств, но и пользовалась поддержкой ведущих немецких трестов"[652]652
  Brown Book: War and Nazi Criminals in West Germany (National Council of the National Front of Democratic Germany, Documentation Center of the State Archives Administration of the German Democratic Republic, 1966), p. 86.


[Закрыть]. Хотя Скорцени действительно владел небольшой фирмой в Дении, никаких доказательств того, что он руководил сетью побегов, так и не было обнаружено[653]653
  Wistrich, Who's Who in Nazi Germany, p. 235; Meding, Flucht vor Nürnberg?, p. 113.


[Закрыть].

Почему же русские так хотели подставить Скорцени? Ответ прост. Скорцени действительно помогал нацистам, но делал это открыто и на виду у западногерманского правительства. Советы и их сателлиты рассматривали такое попустительство не иначе как реабилитацию военных преступников – обвинение, безусловно, обоснованное, поскольку, например, факты изложенные в Коричневой книге далеко не являются полным вымыслом. Весьма обаятельный и общительный Скорцени после войны якшался со всеми влиятельными нацистами и фашистами на планете, заработав себе известность, сделавшую его лёгкой мишенью для советской пропаганды и разведки. 10 января 1953 года немец, называвший себя "Гюнтер Бун", явился в посольство США в Мадриде и заявил, что Скорцени возглавляет "пророссийскую фракцию тайного испанского общества, состоящего из бывших членов СС". Кроме того, он предоставил "доказательства" того, что Скорцени ежемесячно переводил огромные суммы денег на счет своей жены, подразумевая, что его финансирует Москва. Бун умолял американцев обыскать кабинет Скорцени и даже предъявил им схему "системы кодов, используемой для документов, которые можно найти в его сейфе". Однако американцы быстро установили, что предоставленная Буном информация была в значительной степени ложью, и имела все признаки советской операции по дезинформации[654]654
  NARA, RG 263, Stack 230, Row 86, Compartment 24, Shelf 04, Box 121; GWDN: 8920–8924.


[Закрыть]. Но Бун не сдавался, и 27 февраля он явился под именем "Клуф" в американское консульство в Марселе. На этот раз у него была гораздо более убедительная история, и теперь он говорил о новой неонацистской организации под названием HIASS, стремившейся внедрить просоветски настроенных бывших офицеров СС в Западную Германию, чтобы "работать на "Новую Германию" под опекой Советской России". Клуф также нарисовал то, что, по его утверждению, было символом HIASS – замысловатую закорючку, – хотя он не был уверен, что на самом деле означает аббревиатура HIASS. Чтобы добавить правдоподобия, он смешал свои фантазии с некоторыми реальными фактами,  но американцы снова сочли "Клуфа" неубедительным, и вполне вероятно, что предлагаемые им "разведданные" были очередной попыткой дезинформации со стороны стран советского блока. Если это не так, то трудно представить, как якобы нищий Клуф/Бун смог финансировать свои поездки по Южной Европе[655]655
  Ibid.; GWDN: 8925–8931.


[Закрыть].

Подобно тому, как статья Сефтона Делмера прошла через "цикл проверки", в ходе которой союзники ходили по кругу, история отношений Скорцени с "Die Spinne" и ODESSA прошла через аналогичный процесс. В этой истории есть некоторая незначительная правда, но она была искажены и преувеличены до неузнаваемости агентами разведслужб, журналистами и охотно внимавшими им людьми. Вероятно, Скорцени действительно помог некоторым нацистами бежать, возможно, выступал в качестве связующего звена между беглецами и их пособниками, но предположение о том, что австриец руководил каким-то тайным обществом, является надуманным, не в последнюю очередь потому, что почти каждый его шаг отслеживался американцами, и, по всей вероятности, спецслужбами некоторых других странами. Тот факт, что информация Буна была так легко отвергнута, объясняется интенсивностью слежки, установленной за такими людьми как Скорцени. Так, например, когда Бун рассказал американцам о сейфе Скорцени, Роберт Бик, исполняющий обязанности военного атташе в посольстве, смог предоставить ЦРУ точные сведения о этом сейфе[656]656
  Ibid.; GWDN: 8923.


[Закрыть]. Короче говоря, если бы Скорцени руководил сетью побегов, американцы бы об этом знали.

В середине 1940-х годов разведслужбы союзников получили ещё несколько донесений об ODESSA, но они указывали на то, что организация была не более чем общим термином, используемым бывшими нацистами, желавшими продолжить борьбу. Более того, характер ODESSA, по-видимому, менялся в зависимости от того, кого допрашивали. В декабре 1947 года CIC допросил в Донаувёрте бывшего офицера СС Роберта Маркворта, арестованного за попытку подкупа. Маркворт утверждал, что выполнял секретную миссию для ODESSA, целью которой было внедрение в советскую военную администрацию, и это не имело никакого отношения к сети побегов[657]657
  NARA, RG 319, Box 64, File No. ZF015116, "ODESSA organization"; GWDN: Scan10227–Scan10229.


[Закрыть]. Ранее в том же году информатор сообщил американцам, что связаться с организацией можно довольно просто, потолкаться в толпе людей на одном из главных железнодорожных вокзалов, пока "к вам не подойдет кто-нибудь и не произнесёт слово ODESSA". Анонимный информатор добровольно предоставивший американцам эти сведения заявил, что, сам попытал счастья в Ганновере, где встретил некоего "Герберта Рингеля", утверждавшего, что целью ODESSA было "планирование будущей революции". Приказы распространялась внутри ODESSA через сеть контактов, ни один из которых не знал имени следующего человека в цепочке. Методом идентификации агентов было наличие "трёх маленьких точек в форме треугольника у основания большого и указательного пальцев правой руки". "Рингель" также показал информатору "удостоверение ODESSA", на обложке которого был изображен предполагаемый символ организации: две скрещенные стрелы, наложенные на буквы ODESSA. Американцы присвоили информатору индекс F3, что указывало на невозможность проверить его надежность и на то, что его информация только предположительно правдива[658]658
  Ibid.; GWDN: Scan10232–10233.


[Закрыть]. На самом деле, то, что он сообщил, с большой вероятностью было очередной дезинформацией, причём совершенно любительской. Представление о том, что ODESSA выдаёт своим членам удостоверения личности, было абсурдным, как и наличие трёх точек на руке. Также кажется невероятным, что член ODESSA стал бы делиться такими секретами с незнакомцем на ганноверском вокзале. В том же году в Розенхайме CIC раскрыл ещё одну организацию, называвшую себя ODESSA, хотя, судя по всему, она состояла всего из десятка человек, некоторые из которых ранее побывали в тюрьме за кражи и хранение оружия. CIC сообщил, что внедрился в эту группу, и отметил, что слово ODESSA использовалось как своего рода пароль. Лидер группы, Ханс Шухерт, был описан как "фанатичный эсэсовец, всегда приветствующий своих друзей словами "Heil ODESSA"". В кабаре гостиницы "Plestkeller" в Цигельберге, недалеко от Розенхайма,[659]659
  N 47.843226, E 12.162775.


[Закрыть] Шухерт попросил исполнить номер для членов СС. "Теперь танец для ODESSA, – сказал он. – Это значит для СС". Хотя многие из присутствующих были шокированы, никто – включая нескольких полицейских – не выразил никакого протеста[660]660
  Ibid.; GWDN: Scan10242–10244.


[Закрыть].

К началу 1950-х годов сообщения об ODESSA и "Die Spinne" утихли, и если эта организация когда-либо и существовала, то, как и все остальные неонацистские ячейки со своими грандиозными идеями, она к тому времени распалась. Многие нацисты, включая Скорцени, открыто помогали своим бывшим товарищам, жертвуя деньги таким организациям, как "Bruderschaft" и HIAG (Ассоциация взаимопомощи бывших членов Ваффен СС), полное немецкое название которой – Hilfsgemeinschaft auf Gegenseitigkeit der Angehörigen der ehemaligen Waffen SS – звучало схоже с ODESSA. Такие организации не преследовались как западными немцами так и союзниками, но, как и все группы, в состав которых входили бывшие нацисты, они находились под тщательным наблюдением спецслужб[661]661
  См., например. UKNA, WO 208/5211; GWDN: 5935–5992, это демонстрирует масштабы дезорганизации, в которой бывшие агенты Абвера, такие как Ричард Геркен, по поручению британцев и BND смогли проникнуть в нацистские группировки.


[Закрыть]. А когда какая-либо группа становилась слишком амбициозной и угрожала подорвать зарождающуюся демократию Федеративной Республики, её принудительно распускали. Самым сенсационным примером этого стал арест в ночь с 14 на 15 января 1953 года британцами группы "Naumann Circle". Возглавляемая Вернером Науманом, бывшим министром пропаганды Рейха и спутником Мартина Бормана по бегству из бункера фюрера, эта группа ставила перед собой цель ни много ни мало – восстановление нацистского государства. "Давайте организуем заговор из нескольких сотен человек, – сказал Науманн в речи, произнесенной в Дюссельдорфе 2 ноября 1952 года, – и мы станем силой, которая сначала будет действовать за кулисами, но однажды, публично добьется реализации своих идеалов"[662]662
  UKNA, FO 371/103898; GWDN: 5358–5360.


[Закрыть]. Документы изъятые у Науманна показали, что он находился в центре обширной сети нацистов, таких как Скорцени, Рудель, Аксманн и Лаутербахер, а также их сторонников-иностранцев, таких как супруги сэр Освальд и Диана Мосли, и Эберхард Фрич, издатель газеты Der Weg в Буэнос-Айресе, на которого работал помощник Худала Рейнхард Копс. Кроме того, Науманн, по-видимому, создал сеть агентов СС, подчинявшихся лично ему[663]663
  Ibid.; GWDN: 5364.


[Закрыть]. Если ODESSA и существовала в какой-либо форме, то руководил ей скорее всего Науманн и те, кто входил в его окружение – все до единого нацистские "аристократы". Однако в документах, изъятых у Науманна, нет никаких упоминаний о каких-либо организациях, занимавшихся организацией побегом, или об ODESSA, и "Die Spinne"[664]664
  Документы, касающиеся кружка Науманна, можно найти в архиве UKNA в серии FO 371/103898 и далее.


[Закрыть].

Интересно, что в записи дневника Науманна от 21 августа 1950 года описывается встреча с Артуром Аксманом, бывшим лидером гитлерюгенда и ещё одним выжившим после бегства из бункера фюрера. Во время беседы за послеобеденным кофе Аксман сказал Науманну, что его "привлекает план Скорцени" и что он готов "ему помочь"[665]665
  UKNA; FO 371/103914; GWDN: 4391.


[Закрыть]. На первый взгляд, это может показаться намеком на что-то вроде ODESSA, но, скорее всего, речь идет о плане Скорцени по формированию 200-тысячной армии, которую можно было бы перебросить из Испании в случае войны с Советским Союзом. В том же месяце Скорцени находился в Германии, пытаясь заручиться поддержкой для очередного из своих чрезмерно амбициозных планов[666]666
  NARA, RG 263, Stack 230, Row 86, Compartment 24, Shelf 04, Box 121; GWDN: 8826.


[Закрыть]. К весне 1952 года план, по-видимому, трансформировался в желание переправить в Испанию через Швейцарию бывших офицеров СД, Абвера и СС, "имеющих опыт специальных операций"[667]667
  Ibid.; GWDN: 8901.


[Закрыть]. Позже, в том же году, ЦРУ получило от надёжного информатора "ветерана Люфтваффе" информацию о том, что Скорцени находится в сговоре с Науманном в попытке создать "подпольную организацию из лиц придерживающихся нацистских взглядов с непосредственной целью предотвращения интеграции Германии с западными державами и с конечной целью восстановления авторитарного немецкого государства"[668]668
  Ibid.; GWDN: 8916.


[Закрыть]. Арест членов "Naumann Circle", несомненно, нанес сокрушительный удар по планам Скорцени, и нет никаких доказательств того, что он хотя бы частично преуспел в реализации своей мечты. Вплоть до своей смерти в 1975 году Скорцени был замешан во всевозможных интригах (от поставок оружия египетскому президенту Гамалю Абдель Насеру до интимной связи с Эвитой Перон) некоторые из которых, вероятно, имели место быть[669]669
  Пожалуй, наиболее достоверное описание деятельности Скорцени можно найти в Lee, The Beast Reawakens, хотя автор слишком много внимания уделяет ОDESSA.


[Закрыть].

Но что можно сказать о донесении, поступившем в ЦРУ в середине 1952 года от беженца венгра, в котором говорилось о Кларе Штауффер и Шайдлерах, работавших на ODESSA? Штауффер, безусловно, помогала нацистам бежать, но опять же, нет никаких сведений о том, что её организация действовала под названием ODESSA или "Die Spinne". Супруги Шайдлеры, однако, представляют собой гораздо более неоднозначную ситуацию. После ареста капитаном Мэттсоном в мае 1945 года Артур Шайдлер был интернирован, и пока он находился в заключении, свободная в сексуальном плане Ирис завязала роман с американским полковником. В начале 1947 года влюблённый офицер разрешил Ирис навестить мужа, чтобы получить от него разрешение на развод. Во время обсуждения расторжения брака, Артур Шайдлер сообщил жене, что часть золота, которое они с Кальтенбруннером спрятали, куда-то пропала[670]670
  Kenneth A. Alford and Theodore P. Savas, Nazi Millionaires: The Allied Search for Hidden SS Gold (Havertown: Casemate, 2002), p. 251.


[Закрыть]. Как ему удалось это выяснить, находясь за решеткой, остается неясным, но с тех пор Ирис больше не стремилась к разводу, возможно, из-за вновь разгоревшейся симпатии к мужу обладавшему потенциальным доступом к огромному богатству. Слухи о том, что Шайдлеры владеют спрятанными сокровищами, начали распространяться по региону Зальцкаммергут, и в середине 1947 года Ирис была допрошена полицией города Бад-Аусзе. Хотя Ирис отрицала какую-либо причастность к спрятанным сокровищам, она согласилась "сотрудничать в поиске золотых и валютных активов". Ирис также передала слухи о существовании тайника, за оградой концлагеря Эбензее, филиала Маутхаузена, и предположение о том, что "значительное количество золота" было спрятано в 15 милях к северу от Альтаусзе в подвале дома в Альтмюнстере, в котором жила фрау Коплин[671]671
  Ibid., p. 253; NARA, Höttl Name file, RG 263, Stack 230, Row C, Compartment 64, Shelf 04, Boxes 23, 24, 25; GWDN: 9589.


[Закрыть]. Если Ирис и отыскала золото, то тщательно это скрывала, поскольку нет никаких доказательств того, что она разбогатела. В сельской местности слухи распространяются быстро, и, несомненно, репутация Ирис как распутной женщины легко подкреплялась столь же пикантными рассказами о чердаке, набитом золотом. Каждый раз, когда Ирис угощала всех выпивкой, местные жители перешёптывались, что всё это оплачено из тайника с золотом[672]672
  Alford and Savas, Nazi Millionaires, p. 278.


[Закрыть]. Однако у Ирис всё же был секрет, не имевший никакого отношения к золоту или ODESSA: она была информатором CIC. До отъезда из Альтаусзе в конце 1940-х годов Ирис поставляла американцам информацию о различных нацистских деятелях[673]673
  NARA, Höttl Name file, RG 263, Stack 230, Row C, Compartment 64, Shelf 04, Boxes 23, 24, 25; GWDN: 9584.


[Закрыть]. В этот период, как говорили, она также поддерживала некие отношения с Вильгельмом Хёттлем после его освобождения из замка Клессхайм в декабре 1947 года[674]674
  Ibid.; GWDN: 9585 (см. Breitman et al., US Intelligence and the Nazis, p. 273).


[Закрыть]. Неясно, возобновили ли они интимные отношения, но Ирис, безусловно, стала частью зарождающейся сети, во главу которой американцы поставили Хёттля[675]675
  Ibid.; GWDN: 9530–9552.


[Закрыть]. Однако отношения со временем испортились, и, согласно одному из донесений 1952 года, "эти люди находятся в состоянии разлада уже около двух лет"[676]676
  Ibid.; GWDN: 9585.


[Закрыть].

В конце 1940-х годов Ирис переехала в Зальцбург, где открыла магазин одежды, но продолжала поставлять информацию CIC. Пока Артур всё ещё находился в заключении, Ирис вскоре закрутила роман с сотрудником отеля по имени Хайнц Гриммс. Братом её нового возлюбленного был журналист-коммунист по имени Вилли Гриммс, который, несмотря на свои политические взгляды, передавал через Ирис донесения в CIC. Её роман с Хайнцем закончился после его ареста за махинации на чёрном рынке, и когда её муж в 1948 году вышел на свободу, Ирис всякий раз при упоминании Гриммса проявляла беспокойство. В 1950 году она открыла в Зальцбурге, по адресу Франц-Йозеф Кай, 9, бутик под названием "Wiener Modelle", и по тому же адресу Артур работал продавцом в фирме торговавшей инструментами и автозапчастями. Тем не менее, Ирис продолжала работать на разведслужбы, хотя, по-видимому, не только в интересах американцев. В конце 1951 года CIC получила информацию о том, что магазин Ириса служил местом встречи предполагаемых агентов печально известной своей жестокостью венгерской тайной полиции AVH (Államvédelmi Hatóság). Одним из посетителей магазина Ирис якобы был бывший журналист Иштван Сереньи, заключенный в тюрьму коммунистами, а затем завербованный для шпионажа в Австрии. Вскоре, как утверждалось, Сереньи примкнул к тайной группе бывших членов ультраправой партии "Arrow Cross" ("Скрещённые стрелы"). С декабря 1951 по январь 1952 года CIC прослушивал телефон Шайдлеров и вскрывал их почту, но не нашёл никаких доказательств связи Ирис с Сереньи, а всё, что подтвердилось, это то, что она действительно торговала одеждой, а Артур занимался импортом и продажей автозапчастей[677]677
  Ibid.; GWDN: 9581 onwards.


[Закрыть].

Возможно, венгерским журналистом, снабдившим CIC информацией об ODESSA в середине 1952 года, был Иштван Сереньи. Даже если слежка CIC не выявила связь Шайдлеров с Сереньи, в таком небольшом городе, как Зальцбург, венгр мог узнать о них из слухов, являвшихся не более надёжным источником информации, чем пересуды в кружке вязания. Слухи о существовании ODESSA распространялись повсеместно, как и слухи о любом другом предполагаемом тайном обществе. Но был ли источником информации именно Сереньи или нет, достоверна она была или нет, венгерский журналист, безусловно, знал то, что в 1952 году в Европе было известно очень немногим: вымышленное имя Анте Павелича "Пал Араньос" и номер его паспорта Красного Креста – 74369.

Ещё одним человеком, интересовавшимся Шайдлерами, был Симон Визенталь. 3 апреля 1952 года Визенталь написал длинное письмо журналисту Оттмару Кацу, касающееся нацистского золота и того, как сокровища припрятанные Кальтенбруннером якобы использовались для финансирования маршрутов побега нацистов. В письме, некачественная копия которого хранится в Национальном архиве в Вашингтоне, Визенталь, по-видимому, утверждает, что Артур Шайдлер играет ключевую роль в переправке награбленного. Визенталь также поведал Кацу о различных тайных нацистских обществах, таких как "Scharnhorst", "Sechsgestirn", "Edelweiss", "Spinne" и PAX. Упомянул он и об ODESSA, которая, как он сообщил Кацу, доставляла беглецов к епископу Худалу в Рим, а откуда они переправлялись в Мадрид и Южную Америку[678]678
  Ibid.; GWDN: 9397–9415.


[Закрыть]. Интересно, что в своём письме Визенталь, в отличие от мемуаров 1967 года Убийцы среди нас, не делает никаких дальнейших заявлений относительно ODESSA. В этой версии Визенталь утверждает, что узнал об организации во время Нюрнбергского процесса от бывшего высокопоставленного офицера Абвера, которого он называет "Ганс". Таинственный "Ганс" подробно описывает деятельность ODESSA, указывая имена, места, маршруты и личности некоторых из тех, кому удалось сбежать, включая Мартина Бормана и Адольфа Эйхмана[679]679
  Wiesenthal, The Murderers Among Us, pp. 80–4.


[Закрыть]. Таким образом, картина, которую Визенталь якобы представил в 1946 году, представляет собой совершенно иную и гораздо более масштабную версию, чем та, что описана шесть лет спустя в письме к Оттмару Кацу. Почему же так получилось? Возможно, Визенталь преднамеренно скрыл от Каца информацию, но это маловероятно, поскольку письмо довольно длинное и содержит множество сведений о других открытиях. Более вероятное объяснение этого несоответствия заключается в том, что Визенталь в 1960-х годах хотел представить себя более осведомлённым, чем другие, тогда как всё, что он действительно знал о предполагаемой ODESSA в начале 1950-х годов, – это то, что он поведал Кацу. Визенталь также заявил, что, "узнав больше об операциях ODESSA, я понял, почему разведслужбы союзников ничего об этом не знали". Как мы уже видели, эти разведслужбы знали об ODESSA очень многое, а подобное заявление типично для самовосхваления Визенталя.

"Ганс" не был псевдонимом высокопоставленного офицера Абвера – а являлся чистым вымыслом. Источником информации, полученной Визенталем об ODESSA, был не общительный офицер Абвера, а бывший сотрудник СД, руководивший весьма сомнительными сетями сбора сведений для американцев, пока его не уволили в сентябре 1949 года. Собранная им информация была оценена как недостоверная, и CIC счёл его мошенником[680]680
  Breitman et al., US Intelligence and the Nazis, p. 278.


[Закрыть]. Также существовало подозрение, что этот человек готов продать сведения тому, кто больше заплатит, независимо от того, с какой стороны "железного занавеса" поступят деньги. 16 января 1950 года отделу CIC в Верхней Австрии стало известно, что Визенталь, которого считают "признанным лидером еврейских перемещенных лиц в Верхней Австрии" и "главным агентом израильского разведывательного бюро в Австрии", завербовал Вильгельма Хёттля. Даже CIC признавал, что Хёттль был опасным военным преступником, освобождённым от ответственности лишь потому, что он стал свидетелем обвинения в Нюрнберге[681]681
  Ibid., pp. 277–8.


[Закрыть]. По данным источника в CIC, Хёттль: