Текст книги "Герцогиня Хардин (СИ)"
Автор книги: Эльза Скарлетт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 50 страниц)
Некромант ушел сразу в свою комнату хлопнув дверью. Дракон хотел у него что-то спросить, но не успел. Ребята посмотрели на меня с немым вопросом. Но я даже рта не успела открыть, как капитан вышел обратно, надевая теплый, черный свитер на ходу, а сверху китель.
– Все расскажет Лея. Гроза магическая, ждите любой неприятности, – продолжил распоряжаться некромант. – Из общежития никуда не выходить, на ужин и обратно только все вместе. Послания передавайте через Гарольта.
Тенебрей надел утепленный плащ и ушел.
– Демоны плешивые! Столько приключений, как с появлением Леи, у меня за всю жизнь не было, – пробормотал Элдрин.
– Рассказывай, – потребовал Стомиан.
И я в который раз за сегодня пересказала все события, произошедшие со мной. А также разговор у ректора в гостиной.
– Лея, кто-то пытается тебя убить? – спросил «в лоб» вампир. – И чем и, главное, кому ты успела так насолить?
– А вот я бы не стал сомневаться в способностях Леи, – возразил Элдрин. – Она любого до желания убить довести может! Вспомните хотя бы нашего ректора.
Я промолчала. Рассказывать не имела права.
– Ладно, давайте сначала доделаем домашние задания, потом поговорим, – распорядился Стомиан. – А я запечатаю окна и балконы.
Дракон прошелся по всем нашим комнатам, накладывая заклинания защиты, потом разжег сильней камин. Я под его присмотром забрала свои учебники, тетради и записи к артефакту отца и так же разложилась за столом.
Глава 6
На ужин шли все вместе через галереи. Я чувствовала себя как под конвоем. С меня действительно не спускали глаз и посадили между Элдрином и Тирелом. Еду вампир перепроверил всю, даже поковырявшись в моей тарелке вилкой. Не скажу, что мне это нравилось, но я чувствовала свою вину в пропаже девушки и не возражала ничему.
В столовой части студентов не было, что не осталось незамеченным остальными адептами. Здесь же присутствовали духи-коменданты из всех корпусов.
– Вы слышали адептка пропала? – задала вопрос Линетта присоединяясь к нам. – Никого из корпусов не выпускают, комендант сказал только на ужин и обратно.
– Знаем, – подтвердил дракон и бросил взгляд на меня. – Надеюсь ее быстро найдут.
Когда возвращались обратно, заметила, что ветер стал немного слабее. Я остановилась у аркады галереи разглядывая небо. Над академией едва заметно поблескивал зелено-фиолетовыми переливами защитный купол. Раньше его видно не было.
– Да-а, мощно, – останавливаясь возле меня заметил Элдрин.
– Идем, – позвал всех Стомиан. – Если ректор решил усилить купол, то дело – дрянь, у нас и так защита порядочная была.
Я молча пошла за драконом. В гостиной все занялись своими делами. А я, дописав работу, достала записи к артефакту отца.
Мне оставалось совсем немного, но несмотря на это к работе я приступала с тревогой. То, что мне удалось разобрать, совсем не было похоже на какой-либо артефакт, разрушающий проклятия и способный помочь королю. Но несмотря на это, нужно было закончить расшифровку и понять задумку отца.
Соединив все части схемы, я пришла к выводу, что передо мной был артефакт защиты. Совершенный, предусматривающий защиту от темной и светлой магии, способный выдержать даже самые сильные боевые заклинания, но не имеющий никакого отношения к разрушению проклятий.
Я забрала свои записи и пересела в кресло у камина, завернувшись в плед. Мне было плохо и тоскливо. Скинув домашние туфельки и подобрав ноги, я смотрела на огонь и размышляла.
Я точно помнила, что отец занимался разработкой артефакта для короля. Он подробно рассказал мне этапы работы над ним. И мы вместе собирали основу – массивный коллар, мужское колье, надеваемое поверх одежды. Однако схему отец разрабатывал сам, без моего участия. А моя уверенность основывалась на абсолютном доверии.
Почему отец не сказал мне настоящее значение артефакта? Работал ли он вообще над артефактом для короля? Почему ввел меня в заблуждение? И что мне делать теперь? Ведь от меня ждут результат.
Я поняла, что мне нужно попасть домой. Возможно отец оставил мне какую-то подсказку. Он не мог вот так всех подвести. Собираясь в столицу, я не предполагала, что останусь здесь надолго, потому не брала с собой ничего особо значимого, только то, что было в отцовской лаборатории. Отец чаще работал там, но с делами разбирался в кабинете, который остался мною не тронутым. Моя лучшая часть рассуждала именно так. Но за кулисами сознания топталась и другая мысль, а вдруг он все же не хотел помогать королю? Мне же он отчего то не сказал правду? А не сказать мог только в том случае, если боялся, что я проговорюсь или же от меня узнают правду другими способами. Мог ли отец стать предателем после многих лет служения короне?
Хлопнула входная дверь.
– Добрый вечер всем, – раздался мелодично-протяжный голос, смутно знакомый мне.
Я осторожно выглянула из-за спинки кресла. В гостиной у двери стоял в мундире и инквизиторском белом плаще, касающемся пола, герцог Истед. Его лицо так же, как и в прошлый раз, было закрыто маской. Рядом с ним в почти в таком же одеянии, но из не столь дорогих и сверкающих атласом, как у герцога тканях, стоял еще один инквизитор-наг. Змеиные глаза обводили всех колющим, подозрительным взглядом. Стало сразу понятно, что от нага ничего хорошего лучше не ждать. Такой взгляд говорил о том, что этот индивид привык к страху, который внушал окружающим. Герцог почти наголову был выше своего подчиненного и выглядел более внушительно, несмотря на то, что взгляд его был не такой колючий и неприязненный.
Я снова спряталась за спинку кресла. Что-то мне подсказывало, что это явились по мою душу. С Истедом встречаться не хотелось и тем более разговаривать. И уж тем более не хотелось общаться с нагом.
Ребята поздоровались. А я не стала вставать со своего места. В конце концов, инквизиторы явно не в гости явились, а по служебной надобности, поэтому светские формальности можно было не соблюдать.
Еще раз хлопнула дверь и в гостиной послышался голос ректора:
– Лорд Верховный инквизитор, я вас просил подождать меня внизу, – холодно и колко бросил ректор.
– Лорд Сенье, простите мне мой порыв. Хотелось снова оказаться в гостиной команды академии по магическим играм. Я успел несколько соскучиться по временам своего обучения.
Голос светлого эльфа звучал, как патока, но отчего-то я не поверила ни единому слову. Видимо ректор так же не обманулся:
– И все же, лорд Истед, вы не имеете права без моего разрешения заходить в помещения, где проживают адепты. Прошу не забывать об этом впредь, и не стоит испытывать мое терпение.
– Конечно, лорд-ректор, но повод нашего посещения тоже не совсем приятный. Я думаю, вы заинтересованы в скорейшем разрешении… «проблемы». Давайте приступим, чтоб не отвлекать вас и нас от других дел. Где адептка, которая так же подверглась проклятию?
После некоторого времени, передо мной возник ректор, а вслед за ним оба инквизитора. Бровь Истеда поползла вверх при взгляде на меня, момент узнавания отразился в глазах.
– Добрый вечер, адептка Харель, позвольте представить вам Верховного инквизитора Риордании – лорда Истеда, и главного всадника инквизиции Изрегейта, лорда Голона.
Я внимательней посмотрела на нага. Звание всадника говорило, о том, что этот оборотень добился высокого статуса не будучи аристократом, и звание получил за особые заслуги. А значит передо мной очень сильный маг.
Мужчины сдержанно поклонились мне. В данном случае, когда лорд Сенье представил гостей официально, мне следовало встать и сделать реверанс, чего очень не хотелось. Видимо Истед понял это, так как сразу сказал:
– Не поднимайтесь, адептка Харель, оставим формальности. Вам сегодня уже пришлось пережить неприятные события.
Однако его спутник-наг явно не придерживался мнения начальства. И уголок губы нага дёрнулся, а глаза заискрились магией. Мое родовое кольцо нагрелось, и я поняла, что наг пытается применить магию внушения.
– Прекратите, лорд-всадник, – выдохнула я. Было очень неприятно.
Сбоку подошел Стомиан, и клянусь, я услышала рычание его дракона. Истед испепеляющим взглядом посмотрел на подчиненного. Кольцо остыло тут же.
– Внушение и допрос неприемлем к адептам моей академии, – злобно прорычал ректор. – Тем более неприемлем к титулованным особам. Вы превышаете полномочия.
– Фес, выйдите и ждите меня внизу, – отдал приказ герцог.
Наг поклонился и ушел, недовольно сверкнув на меня глазами.
– Значит адептка Харель? – задал вопрос Истед прищурившись. – У вас много имен, Лейяна.
– Вы знакомы? – удивился лорд Сенье. – Давайте присядем все, день был все же тяжелым.
– Да, – ответил Инголир, – герцогиню Хардин мне представил герцог Тенебрей. До этого она представилась именем Яна. И сейчас я искренне удивлен услышав обращение «адептка Харель».
Ректор недовольно посмотрел на меня. А мне пришлось вставать, так как мое кресло было развернуто от диванов. Пока ректор и Верховный инквизитор рассаживались, Стомиан развернул и подвинул мое кресло ближе к столу. И я снова заняла его, забираясь с ногами и укутываясь в плед. Во второе кресло сел дракон. И я была благодарна ему за поддержку, рядом с ним было спокойнее.
– Лейяна, учиться в академии под другим именем по распоряжению короля. И по отношению к ней вы не имеете права применять ментальную магию, – пояснил лорд Сенье.
Второй раз бровь Истеда удивленно поднялась, а на меня внимательно и удивленно посмотрели остальные.
– Ладно, – согласился герцог, – но все же меня интересуют некоторые детали, которые я бы хотел услышать.
– Спрашивайте, – дала я разрешение.
В гостиной возник Кинеш с подносом чая и увидев ректора и инквизитора икнул и втянул голову в плечи. Поднос с чашками и чайником начал дребезжать.
– Хм-м, – протянул ректор, увидев гоблиненка. – С каких пор у нас в академии адептам разносят чай?
Стомиан забрал поднос у перепуганного служки и поставил на стол, а Кинеш спешно исчез.
– Это Лея умеет договариваться с гоблинами, – услужливо сдал меня Тирел.
Ректор и инквизитор заинтересованно на меня посмотрели.
– А у вас масса талантов, адептка Харель, – тягуче и с издевкой протянул лорд Истед усмехаясь, что чувствовалось несмотря на маску.
– Не жалуюсь, – в таком же тоне ответила я.
А в гостиной появился из портала темного пламени в мокром плаще и с мокрыми волосами Тенебрей, прерывая наш «обмен любезностями». Сняв и кинув плащ на стул, он сел напротив Истеда на диван и сразу налил себе чай.
Лорд Сенье подождал пока присядет капитан и после этого требовательно посмотрел на него.
– Ничего не нашли, – ответил Корин на его взгляд. – Поисковая магия не срабатывает ни на живую ауру, ни на мертвую.
Мертвую? Мне тут же стало плохо и кровь отхлынула от лица. Я все же надеялась, что мою сокурсницу найдут быстро и живой.
В гостиной повисла тишина.
– Лейяна, у вас есть враги? – задал вопрос инквизитор.
– Враги есть у всех, – тихо ответила я.
Истед вонзил в меня взгляд.
– И все же, Лейяна, враги предпочитают вредить живым, убрать с дороги сначала лояльными методами, и только потом действуют более радикально. Вас пытаются убить, а это значит, что-либо лояльные методы были исчерпаны, либо вы сильно мешаете своему недругу. Ваша сокурсница оказалась случайной жертвой.
Я молчала. Возможно Истед был прав, но что я могла ему ответить?
– Лея, не ответит вам на этот вопрос, – вмешался лорд Сенье. – Но могу вас уверить, что причины этому все же имеются и достаточно серьезные.
– Ваш ответ не даст мне зацепок, – скривился Верховный инквизитор. – Мне нужно направление, где искать.
– Ответ на этот вопрос вы не получите, у вас нет достаточного доступа, – снова вмешался лорд Сенье.
Эльф резко выдохнул и откинулся резко на спинку дивана.
– Лорд Сенье, использование запрещенной магии – высшая прерогатива, я должен найти виновного, иначе, боюсь следующая попытка будет более изощренной.
Я молчала, давая мужчинам возможность обменяться мнением. Моя команда слушала внимательно и напряженно. Сидел задумавшись Тенебрей. Потирал задумчиво подбородок ректор.
– «Нет, доступа»… – повторил задумчиво инквизитор, – интересы касаются королевской семьи?
Что ж, в логика эльфу не отказывала. Ректор промолчал, и инквизитор понял, что его предположение было верным. А у Стомиана, Тирела и Элдрина удивленно вытянулись лица.
– Как с вас сняли проклятие, и кто заметил? – задал следующий вопрос Истед.
– Заметил магистр Антасар, – ответил за меня Тенебрей. – Проклятие снимал я. У Леи очень выражена любовь к артефакторике…
Истед внимательно посмотрел на меня.
– Артефакторике значит, – усмехнулся герцог. – Если это так, то не советую вам снимать защиту с академии, а лучше герцогиню изолировать.
Неприятное чувство кольнуло меня. Молчали остальные. Значит они тоже были согласны с инквизитором.
– Насколько я знаю из отчетов, это не первое происшествие в академии за последнее время, – продолжал маг, – и так же с участием адептки Харель. Если она так талантлива, то ее лучше где-то спрятать.
Я закрыла глаза. Тяжелые, гнетущие мысли повисли напряжением в воздухе. Горечь разлилась внутри меня. Самое страшное и неприятное уже прозвучало. Герцог Истед высказал мнение, которое мелькало в сознании и у меня, но я пыталась не думать об этом. То как молчали остальные, было красноречивее всех слов.
А я вдруг подумала, что раньше талантливых и способных артефакторов закрывали и прятали. В истории был период, когда нас почти сажали в темницы, охраняя и оберегая от друзей и врагов. Только это были не темницы, а хорошо обустроенные и охраняемые лаборатории, где специалисты работали и жили одновременно, в полном достатке и комфорте. Увлеченные своей работой маги там же и умирали от истощения магических сил, а после них оставались лишь гениальные изобретения – высшие артефакты, имеющие печать мастера или его герб. Но жизнь взаперти даже в золотой клетке – это не жизнь, а лишь существование.
– Предлагаете вернуться к периоду Реанской стагнации? – едко заметила я, глядя в яркие голубые глаза эльфа.
Истед криво ухмыльнулся мне.
– Ну, зачем же так радикально? – протянул инквизитор будто издеваясь. – Сейчас другие времена, а вы, герцогиня, имеете вполне официального жениха. Насколько я помню, замок Клаклертон, имеет очень хорошую защиту и совсем не похож на закрытую лабораторию артефакторики. О таком комфорте, как в замке рода Тенебрей, мечтают очень многие. И многие аристократки живут именно такой жизнью. Вы же, как мастер-артефактор будете еще и иметь возможность продолжать учебу и работу в безопасности и комфорте.
Мои уши вспыхнули, а в душе колыхнулась волна протеста и ярости.
– Герцогиня, возможно вам не говорили, и другие не скажут, – продолжал Истед, – но не думали ли вы о том, что не зря ваш талантливейший отец, самовольно удалился из дворца и предпочел жить закрыто и уединенно? Разве не могло быть у него таких же причин? Только он изолировал и заточил себя добровольно, понимая все риски.
Голубые, лучистые глаза эльфа продолжали меня изучать. Взгляд будто пронзал насквозь, сканируя жесты, эмоции, мимику, подмечая все и пронзая каждую клеточку. Тяжелый, сканирующий взгляд инквизитора.
– У моего отца было много причин жить уединенно, – ответила я. – Но не из-за того, что он кого-то боялся.
– Несомненно, – продолжил дискуссию инквизитор, – ваш отец не вызывает сомнений в смелости, мужественности и отваге. Но вы – не ваш отец. Может он боялся не за себя? До перевода в Объединенную королевскую академию о вас не было ничего слышно. Не понимаю, что же вас смущает сейчас? Фактически я вам предлагаю ту же жизнь, что вы вели и до этого.
И снова эльф был прав, от того стало на душе еще паршивее. О мне не возникало даже мыслей, что папа тоже фактически изолировал меня и себя от общества. Но вот с причинами этого я была не согласна.
– Вы ничего не знаете о моей жизни, – лишь заметила я. – И ваши выводы не совсем соответствуют действительности. Вы не учли еще один фактор: тот, кто пытается меня… – я запнулась, пытаясь подобрать слово сглаживающее ситуацию, – устранить, является не моим врагом. Я – лишь досадное препятствие более серьезным планам. Уберете со сцены меня – не сможете найти организатора, или же это займет большее время. И последствия будут уже более глобальными. А меня рано или поздно, найдут где бы то ни было.
Инквизитор шумно выдохнул и перевел взгляд уже на Тенебрея.
Во время нашего диалога все молчали. Размышлял, покачивая ногой на колене и подперев подбородок кулаком, ректор. Сидел задумавшись и оперев оба локтя о колени некромант. Напряженно вслушивались ребята.
– Лейана, права, – наконец хрипло нарушил молчание лорд Сенье, – эти «крысы» проявили себя и начали действовать. Найдем исполнителя, можем выйти на организатора. Но это не разговор для гостиной в академии. Решения о дальнейшей судьбе герцогини Хардин, принимает король, ее опекун и жених. Сейчас главное найти вторую девушку. Слепок проклятия, хоть и едва оставшийся мы сняли, но этого недостаточно. Сосредоточимся сейчас на этом. Адептка не покидала территорию академии. Духа-врат можно обмануть, но сигнализирующий маячок адептки все еще здесь, а браслет невозможно снять никому кроме коменданта.
Я опустила взгляд на свой академический браслет. Значит у него несколько функций? Раньше я не особо обращала внимание на амулет.
– Имейте ввиду, лорд-ректор, что адептку могут использовать и в иных целях. Сейчас она под чьим-то контролем, – заметил Истед. – То, что комендант не может указать его место положения, снова наводит на мысль о сильном маге-проклятийнике. Кроме того, в городе участились случаи ритуальных жертвоприношений. Найти виновника пока не удается, но эта активность сильно настораживает.
– Девушка может находиться там, где магия духов не может уловить его потоков, – вставил замечание Тирел.
Все перевели взгляды на вампира.
– Моей младшей сестре как-то подарили очень дорогую модифицированную собаку, – продолжил мысль парень. – Поскольку улей у нашего клана большой, то на нее нацепили ошейник, со свойствами маячка, чтоб легче было искать. Но однажды собака пропала. Из замка ее не выпускали, а найти по сигналу не удавалось. Эта тварь оказывается просто прошмыгнула в подвал. А слуга, который открывал дверь не заметил и запер ее там. Искали больше суток. Наш дух замка не смог увидеть маячок через фундамент – слой гранита с примесью каурина.
Ректор перестал покачивать ногой и напрягся.
– Академия построена на месте крепости и имеет несколько входов в древние катакомбы. Я не проверял их состояние. Лишь однажды, когда только начинал работать спускался туда, для осмотра. Большинство ходов были завалены, но были и целые.
– Остались чертежи катакомб? – спросил Тенебрей.
– Да, где-то в архиве. Нужно искать…
– Вы можете искать несколько недель в лабиринте даже имея чертежи, – заметил дракон.
– Нет, если проверять только те ходы, которые были использованы. Это будет заметно, – возразил Истед.
– Ну что ж, это хоть какой-то, но план действий, – воодушевился ректор вставая. – Лорд Истед мы же можем рассчитывать на вашу помощь?
Эльф нехотя встал:
– Конечно, лорд Сенье. Девушку нужно найти живую или мертвую. Корин, ты с нами? Ты лучше чувствуешь темную магию, а мы с ректором светлые.
Некромант кивнул, так же поднимаясь.
– Идите я вас догоню через несколько минут, нужно с Леей поговорить.
Лорд Сенье и Истед ушли. А я поднялась, все так же кутаясь в плед, меня знобило, но несмотря на это не стала надевать туфли, и пошла вслед за Корином в лабораторию.
Тенебрей закрыл за нами дверь, как только я зашла.
– Лея, Истед прав, тебя безопасней было бы сейчас спрятать, – устало произнес он. – Никто не хочет, чтобы ты рисковала собой. К демонам всех заговорщиков с их планами!
Я лишь обреченно и грустно посмотрела на него. Не было сил спорить, не было сил думать, не было сил сопротивляться. Я чувствовала себя преданной отцом, раздавленной последними событиями. И виновной за то, что из-за меня пострадала девушка. За всем этим я уже не считала, что имею право на собственное мнение и желания. Противоречия раздирали меня. На глаза наворачивались слезы.
Корин внимательно смотрел на меня.
– Раздери меня виверна, – выругался он, увидев мое состояние и резко прижав к себе обнял. – Как же все сложно…
Я и не думала сопротивляться, не было сил и на это, пусть будет как будет. Ну, почему нельзя просто жить как все? Учиться как все? Любить как все? По щекам побежали дорожки слез.
– Я всем мешаю? – я старалась чтобы голос не дрожал.
Корин резко выдохнул:
– Лея, ты не можешь мешать. Ты ни в чем не виновата. Если кто-то и должен испытывать вину, то только тот, кто это все устроил. Но навряд ли у этого существа есть совесть, если он готов идти по трупам. Ты не хочешь уходить из академии?
– Я не знаю, чего сейчас хочу, – призналась я. – Хочу лишь, чтобы никто не страдал из-за меня. И как же магические игры? Наша команда не сможет участвовать в турнире.
Корин не ответил и лишь поглаживал меня успокаивающе по спине.
– Все наладиться, Лея, а мне спокойней, когда ты рядом.
Его слова были слабым утешением. Я помнила, как днем эльфийка почти открыто предлагала себя ему в качестве второй жены или любовницы. Скольких он так же гладил и признавался в любви? А скольким еще будет это говорить, когда любовь приестся?
Но сейчас я была благодарна за поддержку.
– Мне нужно идти, – вздохнул Тенебрей. – Береги себя и слушайся Стомиана. В академии кто-то применял темную магию, весьма ощутимую, еще до того, как мы с ректором усилии купол защиты.
Я кивнула. Некромант разжал объятия и посмотрел на меня:
– Я обещаю, что сделаю все, чтоб ты больше не страдала. И не стой босиком на полу.
Тенебрей вывел меня обратно в гостиную, где я забралась в угол дивана и подогнув ноги, сжалась в комочек. Хлопнула дверь, означая, что капитан ушел.
Напротив меня, улегшись со всеми удобствами, читать учебник разместился Элдрин.
– Во что ты так вляпалась, Лея? – задал он риторический вопрос без привычного ему ехидства.
Я не стала отвечать, погруженная в свои невеселые мысли и переживания.
– Как бы то не было, Элдрин, если ты понял, даже у Истеда нет доступа к этим сведениям, – проворчал дракон, отвечая со стороны учебных столов. – Не думаю, что Лея ввязалась в это по своей инициативе.
– Я сама ввязалась в это все, Стомиан, – призналась с грустью. – Больше было некому, это дело отца, которое я должна закончить. Но я не думала, что это все будет иметь такие последствия.
В гостиной воцарилось молчание. А Элдрин опустил учебник и посмотрел на меня.
– Ты хочешь занять место королевского артефактора? – спросил дроу. – По праву наследования, ты вполне можешь претендовать на него, как и Корин на место Главнокомандующего внутренней безопасности королевства и Тайной стражи. Но, Лея, нужно было подумать, чего это будет стоить.
– Элдрин, я хочу лишь не зависеть от чужих решений, – ответила ему.
Ризгас видимо психанул, так как отшвырнул от себя книгу и резко сел.
– Знаешь, дорогая подружка, – подчеркивая слова, обратился он ко мне. – Даже признавая твой ум и уровень магической подготовки, вынужден сообщить, что тебе не по силам тягаться с матерыми интриганами и опытными магами королевского двора. Тебя просто раздавят насмешками и сплетнями, вкупе с подковёрными заговорами. У тебя не хватит сил и совести с ними бороться честными способами, а на подлости ты не способна. Без сильной защиты, тебя уберут в два счета с пути! Уже пытаются убрать, если ты не заметила. И если хочешь жить, то смирись с тем, что не все в этой жизни происходит так, как хочется. Твой дядя далеко, он не всегда придет на помощь. И мне кажется, что проблемы на границе возникли не просто так, учитывая последние события. Вынужден признать, что ваш с Корином договор о помолвке возник очень даже вовремя. Как он снял с тебя сегодня проклятие и умудрился при этом сохранить тебе психику, даже не представляю! Это – чистой воды везение, или же его огромный талант. Подумай, что в следующий раз может не так сильно повести, или же рядом не будет того, кто такой же благородный… Так что засунь свое эго и независимость куда подальше, и послушай, что тебе советуют более взрослые, опытные и умудренные жизнью существа! Ты – герцогиня! И у тебя есть ответственность и обязанности, согласно статуса. От твоих решений зависит не только твоя жизнь, а и тех несчастных, которые живут на территории твоего герцогства!
Слова Элдрина были такими резкими и ранящими, что я всхлипнув снова расплакалась.
– Прекрати, Элдрин, – осадил его дракон. – Лея и без тебя уже все поняла. Сейчас уже поздно, поучать. Что есть, то и есть…
– Почему же поздно? – едко заметил Ризгас. – Мне кажется, что в самый раз! Не все вокруг желают ей плохого. Моя матушка ей бы быстро мозги «на место» поставила. Лея живет иллюзиями честной борьбы и благородства, к которым ее приучили, и очень далека от реалий жизни столичной аристократии.
Рядом присел Тирел, молча подав мне чашку с чаем и прилив к нему зелье.
– Успокаивайся, – спокойно произнес он, – тебе нужно просто сейчас поспать. А завтра все еще раз обдумать.
Я послушно выпила предложенный мне чай. Ризгас снова разлегся на диване с книгой. Вампир пристроился рядом со мной тоже читать учебник. А я, прислонившись к спинке дивана виском, просто думала о том, что произошло.
Нужно было признать, что Элдрин был прав. Договор действительно оказался кстати. Сейчас это давало мне некую свободу. От меня отстали Клутвин, Аранель и остальные соискатели невест. Никто больше не давил на меня, торопя с выбором.
Как я уже поняла, к Тенебрею меня действительно тянуло, и я призналась себе, что испытываю некое влечение и интерес впервые в жизни. И я бы справилась с собой, если бы Корин не обращал на меня внимание. Но он дал четко понять, что в отношении меня у него есть свои планы, которые он будет отстаивать. А я даже пообещала дать ему шанс и реагирую на него, хоть это и пугает. Даже сейчас, вспоминая что происходило между нами в спальне, меня охватывал трепет и желание, чтобы все повторилось. Мне льстило, что из всех красавиц, он обратил внимание именно на меня. Но смогу ли я смириться с такими вот Суилинь или Мейнирами, которые будут толпами преследовать моего жениха и открыто предлагать себя, даже зная о наличии официальной невесты? И насколько хватит выдержки герцога, чтоб отвергать их притязания?
Я не была наивной дурочкой в этом отношении. И живя в гарнизоне знала, что мужчины не всегда постоянны в выборе женщин. Большинство солдат были женаты и имели семьи, но это не мешало им от случая к случаю заводить временных или постоянных любовниц, коих на службе в крепости у них было не мало. Дядя даже запрещал мне ходить по гарнизону вечером и особенно ночью, чтоб случайно не набрести на одну из таких пар. Были, конечно и редкие исключения, те, кто хранили верность своим избранницам, но их было очень мало.
Получается мне просто нужно смириться с неизбежным? И потом страдать от разбитого сердца? Могла ли я надеяться, что чувства Тенебрея не увянут и не ослабнут? Что я не приемся ему?
Да и мой отец и дядя небыли образцами пуританства. У отца время от времени появлялись женщины, это я знала. Некоторые даже были весьма амбициозны в плане отношений. И мне приходилось дважды видеть результат таких вот связей. Женщины устаивали скандалы, недовольные статусом «временных фавориток». Одна из них даже пыталась подружиться со мной, видимо рассчитывая через меня закрепить свои позиции рядом с герцогом Хардин. На что отец весьма резко реагировал. После этого ни одну из них я не видела.
Дядюшка же вообще не стеснялся заводить временные связи. С его женщинами мне приходилось иногда общаться, но ни одну из них он не звал замуж. Так что появление у него невесты, меня действительно сильно удивило и обрадовало. А сейчас зная его нрав и привычки, я задумалась, будет ли он и дальше пользоваться услугами «доступных» женщин, когда женится?
И, конечно, прав был Элдрин, когда говорил о подданных моего герцогства. Мне повезло, что у меня хороший управляющий и дядя опекун. Но долго дядюшка управлять двумя огромными территориями и постоянно разрываться между своими обязанностями не сможет. Без хозяина дела придут в упадок. Отец все же был очень хорошим хозяйственником и помогал торговцам, рудокопам и фабрикантам. Без постоянного герцога они не смогут заключить ни одного значимого контракта. Да и король не допустит длительного нахождения герцогства без постоянного хозяина и твердой руки. Страдать от этого будут простые люди.
Мысли совсем не веселые для меня все время крутились в голове, и в какой-то момент, уставшая от переживаний и волнения, я все же заснула. Никаких снов я не видела, лишь на краткий миг, полуявь проступила, когда меня бережно подняли и уложили на подушку. Приняв более удобную позу, я снова погрузилась в сон, через который иногда доносились неявные голоса.
Спала я долго, глубоко и без сновидений, чем, скорее всего, была обязана зелью Тирела. Под утро сквозь сон слышала шаги, разговор полушепотом. Но просыпаться не хотелось, и я даже не открывала глаза, продолжая пребывать в полусне.
В какой-то момент я вспомнила, что будильник не зазвонил, а мне нужно идти на тренировку. Я резко вскочила и встретилась глазами с оранжевыми глазами вампира, спокойно пьющего кофе.
– Выспалась? Доброе утро, – поздоровался со мной Тирел.
А мне стало страшно от того, что я явно проспала.
– Доброе, – ответила я, – а который час?
– Без пятнадцати восемь, – спокойно ответил мне он.
– Тирел, почему вы меня не разбудили раньше? – возмутилась я. – Я же тренировку проспала!
– Тренировки сегодня нет, – ничуть не смутился вампир. – А тебе нужно было выспаться.
Я поднялась и всунув ноги в домашние туфли пошла направилась в свою комнату приводить себя в порядок.
– Стоять! – распорядился лекарь.
Я растерянно остановилась. Вампир встал и пройдя мимо меня, зашел в мою комнату. Осмотрел все, даже в шкаф зачем-то заглянул, и только после этого пригласил меня пройти.
– Дверь в комнату только прикрою, – пояснил он. – И, пожалуйста, не задерживайся.
Я быстро собрала вещи и заскочила в уборную. В зеркале на меня смотрело откровенное пугало с опухшими глазами, всклокоченными волосами и темными кругами под глазами. Стало стыдно и немного обидно. Я же выспалась! В порядок себя приводила дольше, чем обычно, пришлось делать маску на лицо, чтоб снять последствия рыданий. Волосы так же пришлось долго приводить в порядок, но зато сегодня у меня были локоны, так как идеально выпрямить их не получилось, и я воспользовалась подкручивающей щеткой для волос. Собрав прическу, я надела форму и наконец вышла в гостиную. Книги и тетради остались разбросанными по столу, пришлось собирать и наводить порядок.
