Текст книги "Первая ступень"

Автор книги: Элли Ан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 29 страниц)

Одновременно Эвелин дематериализовала веер, обхватила Инера обеими руками и крепко прижалась к нему. «Будь, что будет, – стучало в её разгорячённом мозгу, – будь, что будет. Я хотя бы здесь не одна!»

– Брать живыми! – раздался звонкий, словно весенний дождь, голос одного из Духов. – Приказ Торана!

Многочисленные руки спешившихся Духов потянулись к Эвелин, чтобы оторвать её от Вэира. Она лишь сильнее сжала объятия. Вэир, бедняга, и до этого с трудом держался на ногах от многочисленных телепортаций, кровопотери, ожогов и едва начинающей затихать боли. Чересчур крепкие объятия Эвелин стали для него последней каплей. Лишившись чувств, Инер безвольно обмяк в руках девушки – она едва успела удержать его, вцепилась, как напуганная пятилетняя девочка в любимого мишку. Вэир, пусть и без сознания и сил, был единственным, что оставалось у Эвелин, и никто не смог бы его отнять.

Видимо, неизвестный друг Торана понял это, так как в голове у Эвелин снова прозвучал его голос:

«Отпусти своего товарища. Мне надо посадить вас на крий и увезти отсюда. Я не умею телепортироваться мгновенно, я же не Торан!»

Эвелин вновь напрягла голосовые связки, но из горла вырвался лишь едва слышный хрип.

«Не сопротивляйся, – умолял тем временем Эллод. – Нам надо спешить! Я позабочусь о твоём друге. Он отправится с нами».

Именно этого Эвелин и добивалась. Откуда же она могла знать, что Торан велел Эллоду ни при каких обстоятельствах не тащить Водного Инера к Нэйрам? Эвелин не видела другого выхода, кроме как довериться этому незнакомцу.

Один из Духов, крепкий и высокий мужчина с коротко стриженными белыми волосами спешился и подвёл свою крупную крийю к Вэиру и Эвелин. Девушка неохотно расцепила объятия и позволила усадить Вэира на ящера, затем с каменным лицом, изо всех сил скрывая боль от укуса крийи, забралась сама.

Они поехали. Духи держались вплотную к Нэйре и Инеру, чешуйчатая кожа их ящеров соприкасалась. Если бы Вэир пришел в себя и попытался бы телепортироваться, он бы забрал с собой десяток Защитников Мирастис вместе с крийями.

Поездка продолжалась недолго, но за это время Эвелин успела истосковаться и испереживаться из-за неизвестности. Неведомый друг Торана на связь больше не выходил, а заговорить сама Нэйра не могла ни физически, ни телепатически. Оставалось лишь ждать невесть чего, чем она и занималась, параллельно пытаясь увидеть хоть что-нибудь из-за широкой спины Вэира. Иногда её попытки заканчивались успехом, но результат разочаровывал: вокруг простиралась всё та же каменистая пустошь, по которой неслась до этого погоня.

Вскоре, однако, пейзаж изменился: замелькали деревья, на земле появилась зелёная трава, и местность стала более холмистой. У подножия одного из холмов процессия остановилась. Судя по напряжённым лицам и гневным взглядам, которые Духи порой бросали друг на друга, между ними завязалась оживлённая беседа, но, поскольку велась она телепатически, Эвелин не могла понять, о чём идёт речь. Кольцо Духов стало менее плотным, можно было попытаться телепортироваться, но Вэир всё ещё не обрёл сознание, и Эвелин никак не могла привести его в чувство. С тоской она приготовилась снова ждать неизвестно чего… И тут вспомнила про Осколок.

Осторожно потянулась к карману драных, грязных штанов. Да, Осколок всё ещё лежал там, каким-то чудом не выпав во время безумной погони. Эвелин сжала кристалл одной рукой, другой покрепче обхватила Вэира и начала формировать в воображении контуры дома Юайвена.

В этот самый миг кто-то коснулся её руки. Нервы Эвелин были напряжены до предела: она вздрогнула всем телом, распахнула глаза и, конечно, потеряла концентрацию. Дух был чрезвычайно худ, копна его ярко-рыжих волос сияла на солнце, а лучистые оранжевые глаза были обведены сетью тонких морщинок.

Больше Эвелин ничего не успела разглядеть: мир вокруг выцвел, словно рисунок на старой ткани, и задрожал, а затем и вовсе исчез.

Так Вэир и Эвелин оказались в Храме, и девушка многое отдала бы, чтобы поведать о своих злоключениях подругам, но никто из присутствующих: ни Лили, ни Эрга, ни Эллод – не смог избавить её от немоты. Не вышло и привести в сознание Вэира. Конечно, Эрга была достаточно могущественной целительницей, чтобы справиться с этими задачами, и уж Эллод вообще легко мог бы снять собственные заклятия, но свои умения оба применили лишь для того, чтобы помешать Лили. Всё, что ей позволили сделать, – это остановить раненым кровотечение.

На словах же оба были в отчаянии от собственного бессилия. Эрга со вздохом развела руками и проронила с холодным сожалением: «Увы, заклинания мне не подвластны. Мы должны ждать». Эллод подошёл к делу с большим артистизмом: усиленно морщил лоб, напрягал руки, тонкие длинные пальцы даже окутывались желтоватым сиянием… пока наконец и он в отчаянии не воскликнул: «Всё без толку!»

На этой патетической ноте появился автор и режиссёр сегодняшней пьесы. Внезапно, как и всегда – ни трепет воздуха, ни едва заметное свечение не предупредили о его приближении. Струящиеся складки переливающейся тёмно-зелёной мантии мягко облегали высокий стройный стан. Длинные волосы сливались по цвету с роскошной тканью. Прежде лучистые, янтарные глаза потускнели, глубокие морщины пересекли лоб, у губ залегла горькая складка. Скулы так заострились, что, казалось, о них можно было порезаться. Только по-настоящему трагическое событие могло так изменить внешность блистательного Главного Советника, но вот какое, никто из присутствующих не мог знать. Эрга кинулась к Торану, но он остановил её скупым, сдержанным жестом и молча покачал головой. Мгновением позже воздух рядом с ним сгустился и задрожал, и ровный мягкий свет на этом месте вдруг померк. Из полутьмы соткался второй силуэт – и Изабелла сразу узнала его. Разве могла она забыть единственного Духа, с которым вступала в бой? Красные глаза Арга сверкнули из-под скрывавшей лицо чёрной ткани. Он обвёл взглядом присутствующих, шагнул вперёд и прошелестел:

– Я готов.

Рука Торана предупреждающе скользнула по его плечу, и призрак замер. Советник подошёл к мрачным, испуганным Нэйрам и улыбнулся. Ни крайнее утомление, ни душевный упадок не сказались на этой улыбке. Она была искренней, приветливой, тёплой и вдохновляющей. Потускневшие янтарные глаза озарились внутренним светом и, казалось, каждой Нэйре подарили частичку надежды и уверенности в будущем.

– Как же я рад, что вы снова вместе, – негромко сказал Торан. – Вам пришлось многое пережить. Особенно тебе, Рилана, – с неподдельным сочувствием обратился он к Эвелин. – Как рука?

Эвелин попыталась что-то произнести, но из горла снова вырвался хрип, поэтому вместо ответа она просто протянула Торану искалеченную кисть – и устремила на него полный недоумения, негодования и недоверия взгляд.

Советчик бережно взял руку Эвелин в ладони, изучил глубокий белый шрам, оставшийся на месте мизинца, и осторожно провёл по нему пальцем.

– Бедняжка, – негромко сказал он. – Не знаю, утешит ли это тебя, но я отомстил за твои муки. Джафаридос больше никому не причинит зла.

Эрга резко втянула воздух, её глаза потемнели, лицо исказила тень ужаса. Не помня себя, Пенорождённая шагнула к Торану. Советник, однако, смог остановить сестру Джафаридоса одним лишь взглядом – и им же успокоил её.

Нэйры, напротив, просияли. Мрачная улыбка Эвелин подошла бы скорее Изабелле – так неестественно она смотрелась на круглом, добром лице Огненной Нэйры.

– Неужели ты убил его? – удивлённо спросила Лили.

Зелёные глаза Изабеллы сузились.

– Нет, – немедленно ответил Торан. Эрга едва слышно вздохнула. – Но он… похоже, лишился своих сил, – в янтарных глазах мелькнула тень отчаяния. – Однако Джафаридос всё ещё Владыка. Поэтому, – Торан вынул из складок плаща ещё два Осколка, – нам стоит немедленно приступить к ритуалу, пока сюда не нагрянули полчища верных ему Духов.

– Мы не можем, – нахмурилась Лили, – Вэир и Вио без сознания, а Эвелин не может говорить. Нам нужно подождать, пока им не станет лучше.

– Провести ритуал это не помешает, – ровно ответил Торан.

– Иди ты к чёрту со своим ритуалом, – сквозь зубы сказала Изабелла. – Сначала вы, – она невежливо ткнула пальцем по очереди в сторону Эрги, Эллода и Торана, – должны привести наших друзей в порядок!

Эвелин ожесточённо закивала. Лили устремила на Торана самый глубокий и проникновенный из своих взглядов.

– Мы же уже сказали, что не можем, – тонкие брови Эрги сдвинулись.

– Тогда мы не можем проводить ваш дурацкий ритуал, – дерзко сказала Изабелла.

– Хвост Духа! – не выдержал Лир. Его плащ взметнулся, словно крылья испуганной птицы, когда Дух рывком отодвинулся от стены. Быстрым чеканным шагом Лир приблизился к Торану. – Объясни мне, Советник, какого ящера тут происходит? Ты вконец…

– Тише, Первый Помощник, – мягко, почти нежно сказал Торан. – Ты присутствуешь при величайшем событии в истории Мирастис. Сегодня разбитое станет целым, скрытое – явным, и трон займёт настоящий Владыка, а не безумец с разорванной душой. – Его глаза сверкнули. Торан ненадолго замолчал, и Лир не произнёс ни слова, лишь не сводил с Советника пламенеющего взора.

– Торан, мы… – начала Лили.

В этот миг раздался чудовищный грохот. Девочки испуганно сжались, остальные вздрогнули. Эрга и Торан обменялись понимающими взглядами.

Ба-бах! Будто раскат грома прокатился по светлому залу. Ударное соло огромных невидимых барабанов сотрясало воздух, гремело невыносимо близко, и кости, и ткани тела отзывались на грохот противной дрожью.

– Что это? – крикнула Лили.

– Нас атакуют, – поразительно, как вкрадчивый голос Торана прорвался сквозь адский шум. – Они пытаются взломать наш барьер и рано или поздно сделают это.

Внезапно грохот исчез, будто кто-то выдернул из розетки шнур несуществующего динамика. Тишина показалась оглушительной.

Изабелла побледнела ещё сильнее.

– Всё? – прошептала Лили. – Они прорвались?

– Пока ещё нет, – поджала губы Эрга. – Я изменила систему защиты. Крепче она не стала, но хотя бы этот чудовищный шум не будет отвлекать.

– Как думаешь, сколько времени у нас есть? – задумчиво спросил Торан.

Эрга нахмурилась.

– Не больше четверти часа. Надо спешить.

– Всё просто, – со вздохом обратился к Нэйрам Торан. – Нам нужно срочно начинать ритуал. Духи не осмелятся противиться законной Владычице.

– Всё, как в прошлый раз, да? – едва шевеля посиневшими губами, пробормотала Изабелла. Взгляд изумрудных глаз был направлен в неведомые дали. – Теперь я помню…

Эвелин вздрогнула и, морщась от боли, пододвинулась к подруге и обняла её за плечи. Вопреки обыкновению, Изабелла не стала вырываться.

– В прошлый раз… нас оглушил такой же страшный грохот, – безо всякого выражения, не обращаясь ни к кому конкретно, продолжала она. – Недалиона выронила Ключ. Мы хотели, чтобы она стала Владычицей… Рилана едва успела подхватить его. Отдала ей… Мы положили Ключ в чашу… оставалось лишь наполнить её водой… тут был какой-то ручей, – Изабелла нервно, порывисто огляделась, но никакого ручья в Зале не оказалось. – Мы не успели. Рядом с чашей соткалась чёрная тень…

Изабелла замолчала, опустила голову. Эвелин дрожащей рукой погладила её по голове.

– Всё так, – спокойно сказал Торан. – Ручей – мы называли его Источником мудрости – пересох, когда разбился Ключ.

– Советник, мы должны спешить, – прошипел Арг.

– Быть может, спешить нам некуда, – Лили аккуратно переложила голову Вэира со своих колен на пол и встала. Её голос был напряжён, лицо бледно и неподвижно, направленный на Торана взгляд – глубок и непоколебим. – Что именно ты сказал этим Духам, – она указала по очереди на Арга, Эллода и молчаливого Лира, – чтобы они пришли помогать нам?

– Особенно Аргу, – глаза Изабеллы сузились.

Эвелин беспомощно перевела взгляд с одной подруги на другую и что-то промычала.

– Мы здесь, потому что так будет лучше для Мирастис, – вмешался Лир, чем заслужил благодарный взгляд Торана. – Я не хочу, чтобы одна из вас стала Владычицей, это правда. Но даже Нэйра лучше, чем безумный и жестокий Правитель!

Арг полыхнул в его сторону светло-красными глазами, но ничего не сказал. Эллод кивнул.

– Когда это ты успел сменить своё мнение? – едко спросила Изабелла. – Мне ты, помнится, говорил совсем другое.

– Ты застала меня врасплох, – коротко ответил Лир, не глядя на неё. – С тех пор я успел всё обдумать.

Лили и Изабелла переглянулись. Эвелин опять попыталась что-то сказать, и опять не смогла.

– Я тебе не верю, – спокойно и ясно сказала Лили, не сводя глаз с Торана, – ты точно что-то скрываешь. Все вы, – она обвела Духов взглядом.

– Вы слишком далеко зашли, чтобы теперь трусливо отступить! – в холодном голосе Эрги слышался стальной звон.

– Это правда, – прошептала Лили.

Изабелла освободила колени от головы Виолетты, встала и требовательно протянула руку к Торану.

– Осколки, – твёрдо сказала она.

Советник без колебаний выложил на её ладонь все три имевшихся у него Осколка: его собственный, тот, что с таким трудом и такой ценой был отнят у Джафаридоса, и последний, добровольно отданный Аргом. Заполучив Осколки, Изабелла повернулась к Лили. Девушка молча отдала подруге рюкзак Виолетты с остальными Осколками.

Изабелла подошла к каменной чаше и осторожно, один за другим, выложила Осколки внутрь. Бросив выразительный взгляд на Торана, Лир приблизился к ней и тоже опустил свой Осколок в чашу. Все присутствующие: и Духи, и Нэйры – не сводили с них глаз. Эвелин даже, превозмогая боль, поднялась на ноги. Закончив, Изабелла вопросительно взглянула на Торана:

– Где взять воды? Чашу нужно наполнить до краёв.

– Да, с водой, – Торан деловито прошёлся по залу, потирая переносицу, – всё не очень просто. Вода не подойдёт. Даже вода из Источника Мудрости не способна восстановить Ключ, а уж обычная и подавно… Нужно более сильное средство.

– Что ещё за средство? – подозрительно спросила Изабелла.

– Ваша кровь.

Эти слова повисли в воздухе на полпути между Тораном и Нэйрами. Советник не собирался брать их обратно, а девушки не могли принять. Эвелин грозно вытаращила глаза и что-то промычала. Это вывело Изабеллу и Лили из транса, и они в один голос воскликнули:

– Что?!

– И ты говоришь это только сейчас? – почти с ненавистью спросила Изабелла.

Эвелин, раскрасневшаяся, с горящими глазами, яростно закивала.

– Вы бы не пришли сюда, скажи я раньше, – пожал плечами Торан.

– Постой-ка, – медленно проговорила Изабелла, поднимая на него мрачный, как преисподняя, взгляд. Все странности и недомолвки выстроились перед ней в единую схему, словно наконец сложился паззл из тысячи частей. – Ты ведь этого и хотел, верно? Чтобы мы попали сюда слабыми. Чтобы нашу кровь… в ней вся наша сила, я-то знаю… чтобы её можно легко было отнять, если мы не согласимся сами. А потом… когда мы отдадим кровь и будем бессильны, если даже живы… Ты и не думал делать одну из нас Владычицей, не так ли? Вот зачем тебе всё это было нужно! Ты хочешь править сам!

Изабелла умолкла. Эвелин сделала пару неуверенных шагов к Советнику. В её глазах разгоралось пламя – предвестник готового вырваться наружу огня. Лили прижала ладонь к сердцу. Огромные синие глаза были сухи, но тоненькие ручейки прозрачной воды заструились с пальцев.

Эрга вздёрнула подбородок и стала подле Торана. Арг зашипел, словно разъярённый кот. Лир вздохнул и вопросительно посмотрел на Советника.

– Какие странные выводы ты делаешь, девочка, – торопливо заговорил Эллод. На его лице заиграла мягкая неуверенная улыбка. – Советник вовсе не…

Он замолчал так резко, что объяснить это можно было лишь телепатическим вмешательством.

Все взгляды устремились на Торана. А он, бледный, с заострившимися чертами, с погасшими янтарными глазами, с грузом потери в душе – о, такой невыносимо тяжёлой потери! – с гордой осанкой, насмешливым изгибом бровей; он, который прежде мог бы одним усилием воли заставить Нэйр поверить любому произнесенному им слову; он, кто, лишившись власти, лишь ненадолго утратил присутствие духа и смог всё решить, спланировать, организовать так, чтобы все Нэйры оказались в Храме – и в нужном состоянии; он, лгавший Джафаридосу, Нэйрам, Эллоду, Лиру, Аргу, Йаррноту, Рэону, Эрге и самому себе; он, стоящий на пороге перед чудом, к которому шёл долгие сотни лет, – медленно, неторопливо, изящно и грациозно, как на торжественном приёме, поклонился.

Для Духов это послужило сигналом к действию. Арг исчез и через мгновенье возник рядом с Виолеттой. Короткий меч скользнул вдоль левой руки девушки, вскрывая вену. Лир бросился на Изабеллу со спины; девушка выхватила кинжал, но не смогла его вонзить: сжав Нэйру на миг в болезненно страстном объятии, Лир распорол ей предплечье. Кровь хлынула ручьём, залила шёлковый чёрный плащ, – но не успела коснуться пола. Силой целителя Эрга схватила потоки крови Нэйр и направила их в чашу. Тем временем Арг напал на оторопевшую Лили, распорол вены ей – горячая алая струя тут же слилась с двумя другими – и переместился к Эвелин. Тело Нэйры Солнца ощетинилось мириадом огненных искр, в руках загорелся хлыст.

Эвелин резко взмахнула рукой, хлыст со свистом разрезал воздух и ударил Арга по лицу и груди. Пламя заплясало на черной ткани. Призрак злобно взвыл и набросился на Нэйру, но та, собранная, суровая, с огненными хлыстом и взглядом, была непростой добычей.

На помощь Аргу пришёл Эллод. Не обладая такой утончённой магией исцеления, как Эрга, он, тем не менее, достиг немалых успехов в искусстве калечащих заклинаний: обездвиживающих, ослепляющих, лишающих слуха или голоса. Такие умения весьма ценились среди охотников и заводчиков ожолов и бранти. Иную крийю можно обезвредить, только лишив обоняния, а уж обездвижить ожола, чтоб не сопротивлялся, – вообще святое дело.

На Эвелин отточенное тысячами тренировок заклятие подействовало безукоризненно. Едва девушка второй раз замахнулась хлыстом, как её рука застыла в воздухе, отказываясь подчиняться. Глаза Эвелин в страхе расширились – лишь ими она и могла управлять. Арг отрывисто захохотал и полоснул мечом её левую руку. Четвертый поток крови устремился в чашу.

В этот миг поток воды огромной силы отбросил Арга в сторону, едва не сбив с ног. То была Лили. Её загорелая кожа посерела, кровь изливалась из тела в чашу непрерывным ручьём, глаза стали совсем огромными и сверкали ярче синих топазов. Лили стояла, закусив губу и вытянув руки вперёд так, будто хотела сдвинуть с места невидимую стену. Одежда и волосы девушки промокли насквозь, вода звенела под её ногами, могучий поток вырывался из напряжённых ладоней. На какое-то время Эвелин оказалась вне опасности – не считая чаши, жадно пьющей её кровь.

Изабелла сражалась. С каждым мгновением жизнь уходила из неё, но сейчас Звезда сияла ярче, чем когда-либо. Худощавое тело было объято белым огнём, и пламенные лепестки плясали на струе вытекающей крови. Лир выпустил девушку: белое пламя жгло хуже кислоты, но эта боль не могла сравниться с той, что терзала его сердце. Лир не сводил взгляда с Изабеллы – и не только потому, что вынужден был отбивать постоянные атаки. Окутанная светом, тонкая и резкая, как стрела, готовая сорваться с лука, со змеино-ловкими движениями и яростным блеском зелёных глаз, Изабелла была прекрасна, словно богиня Возмездия. Так ярко сиять можно лишь незадолго до конца.

Изабелла и сама понимала это. В перерыве между двумя ударами кинжала она окинула помещение быстрым взглядом. Ситуация казалась удручающей. Эвелин так и стояла, нелепо вздёрнула руку. Хлыст исчез из её ладони, глаза девушки закрылись, а на лице застыло столь напряженное, сосредоточенное выражение, что не оставалось никаких сомнений: она готовит следующую атаку. Арг пропал из виду, водный поток Лили бил теперь Эллода. Вода мешала Духу сосредоточиться, и потому Лили до сих пор могла двигаться.

Взгляд Изабеллы заметался по Храму в поисках Эрги и Торана. Пенорождённая нашлась в одном из углов. Её руки выписывали немыслимые пассы, лоб покрылся испариной, узкие губы сжались в тонкую нить, а взгляд был прикован к чаше.

Найти Торана Изабелла не успела – Лир перешёл от обороны к наступлению и начал забрасывать девушку маленькими желтоватыми шариками. От одного Изабелла не успела увернуться, он задел правое плечо и с треском взорвался. Девушка отлетела на несколько метров назад, ударилась спиной о стену. Теперь у неё кровоточила и вторая рука – чем не преминула воспользоваться Эрга. Изабелла застонала и попыталась подняться, но с первого раза ей это не удалось. Двойная струя крови, вырывающаяся из рук, стала мощнее. Лир приблизился к девушке, внимательно посмотрел на неё. Изабелла ответила полным ненависти взглядом. Лир судорожно вздохнул, опустил голову. Когда он вновь посмотрел на Изабеллу, на его лице была лишь решимость. Скрестив руки на груди, Лир начал формировать между ними жёлтую шаровую молнию – своё самое грозное оружие.

Торан не принимал участие в битве. Заметить его и вправду было не просто – чёрная тень укрывала Советника призрачным плащом. Красные глаза Ара так же неотступно следили за ходом схватки, как и янтарные очи Торана. Пропустить нужный момент было бы смертельной ошибкой.

Но чего же они ждали?

Кровь продолжала наполнять чашу. Чем ожесточённо сражались Нэйры, тем мощнее становились потоки. Виолетта всё ещё лежала без сознания и меньше других теряла крови. Лир закончил формировать молнию, выкинул резким движением руки вперёд, но в этот миг мощная струя огня ударила его в спину. Эвелин хладнокровно проследила, как загорается тёмный плащ, как Лир, с закатившимися от боли глазами, пытается собраться и торопливыми пассами потушить огонь. Она не успела узнать, чем всё закончилось: тёмный силуэт возник у её левого плеча, острая ледяная боль разрезала горло.

Арг исчез. Эвелин упала на колени. Потоки крови из руки и горла вырвались с бешеной силой. По красной реке пробежал огонь, влетел в чашу и украсил её алыми лепестками. Затем всё погасло. Эвелин свалилась на бок. Карие глаза были открыты, но пламя жизни покидало их.

– Нет!

Лили бросилась к Эвелин: поднять, исцелить, спасти, – но возле тела её уже ждали. Блеснуло лезвие клинка – и тут же скрылось в её груди. Виднелась лишь рукоять и острие со стороны спины. Тонкая струйка крови стекла по подбородку Лили. Огромные тёмно-синие глаза смотрели в скрытое маской лицо Арга, и в них не было ни ненависти, ни злобы – лишь понимание.

– Ты… умрёшь… – прошептала Лили. Искристая светло-красная кровь вдруг стала прозрачной. Она превратилась в воду, но Лили всё ещё чувствовала солёный вкус на губах. Нэйра воздела руки, кровь смешалась с водой в едином вихре и обрушилась на Арга. Призрак выпустил клинок, упал на пол, распластался под могучим потоком и снова исчез. Лили перевела глаза на клинок. Ладонь потянулась к рукояти, но тут силы изменили Нэйре. Глаза её закатились, и она упал на пол, в лужу крови-воды.

Прозрачный поток ворвался в чашу. Теперь она заполнилась на три четверти.

Всё это время Изабелла пыталась встать. Силы таяли с каждой секундой, уходили вместе с вытекающей из тела кровью. Она увидела, как пали Эвелин и Лили, но ни криком, ни взглядом не показала этого. Лишь ещё больше стали зелёные глаза, ещё упорнее – движения.

Лир закончил бороться с огнём. Плащ пришлось скинуть, рубашка на спине частично сгорела, частично оплавилась, прилипла к обожжённой коже. Но сам Дух был на ногах и снова в бою – и стоял рядом с Изабеллой.

Он молча смотрел, как её покидает жизнь. Дважды мелькнула чёрная тень. Первый раз возле тела Лили, чтобы вытащить клинок. Вода, пузырясь, толчками выходила из раны. Второй – возле Изабеллы.

– Пора, – прошипел Арг, занося клинок над Нэйрой. Девушка нелепо шевелилась на полу, пытаясь заставить ослабевшие руки и ноги подчиниться и поднять её.

Лир остановил руку Арга.

– Не надо. Ещё несколько минут – и Звезда погаснет сама.

В этот миг Виолетта пришла в себя.

Огляделась. Глаза удивлённо расширились. Она снова оказалась в зале, где сумасшедший голос рассказывал о предназначении Нэйр, но сейчас здесь происходил какой-то ад. Эрга с перекошенным от напряжения лицом, разметавшейся косой, ожесточёнными движениями рук манипулировала двумя потоками крови. Один шёл от руки Виолетты – так вот откуда эта слабость! – а другой – девушка осторожно, очень медленно повернула голову, чтобы никто не заметил, – от распростёршейся на полу Изабеллы. Как страшно она выглядела, вся объятая белым пламенем, с запавшими глазами, полным ненависти лицом! Но не так страшно, как Духи, стоявшие рядом с ней. Один был весь в ожогах, оплавившаяся одежда лохмотьями свисала с крепкого тела. Другой, в мокром тёмном плаще, держал в руке обнаженный клинок, с которого стекала вода. Виолетта отвела взгляд, и тут он упал на безжизненные тела Лили и Эвелин. Девушка с трудом сдержала крик. Голубые глаза наполнились слезами.

– Ты ведёшь себя непотребно, – шипед Арг. – Не время проявлять глупые, нелепые чувства!

– Другого не представится, – твёрдо ответил Лир.

– Арг! – послышался глубокий голос Торана.

Виолетта увидела в дальнем углу Главного Советника, который со скрещенными на груди руками и измождённым лицом строго смотрел на Лира. Рядом стоял, пошатываясь, незнакомый Дух, чьи оранжевые волосы и черно-белая мантия потемнели от воды. Взгляд Виолетты метнулся к чаше. Она скорее почувствовала, чем увидела, что в ней лежит.

Девушка снова посмотрела на Изабеллу. Что же делать, что же им делать? Внезапно взгляды Нэйр встретились. Голубые глаза и изумрудные, один божественно прекрасный и мучительный миг. «Я не одна здесь».

Арг обернулся на зов Торана, его взгляд случайно упал на Виолетту. Девушка не успела притвориться спящей. Арг шагнул к ней, но вдруг зашипел и остановился. Кинжал вонзился в его грудь, на рукояти пантера тянулась за звездой. Призрачное тело Арга начало превращаться в чёрный дым. Дым тонкой струйкой плыл в чашу. Арг страшно захрипел и замахнулся мечом на измождённую Изабеллу. Она, цепляясь за его тающее тело, в изнеможении сползла вниз. Этот удар отнял её последние силы. Звезда погасла. Последний взгляд Нэйры вошёл без остатка в глаза Виолетты. Последними словами стало «Вио… Ключ…»

Кинжал со звоном упал на пол. Арг исчез.

Чаша заполнилась полностью. Эрга смахнула пот со лба и направилась к ней. Лир не двигался с места. Он не сводил глаз с бездыханной Изабеллы. С каждой секундой его лицо становилось всё темней и темней.

– Скорее! – крикнул Торан.

Эллод рванул к Виолетте. Нэйра успела подняться на ноги. Она немного пошатывалась. Её взгляд, казалось, прирос к телу Изабеллы, но окрик Торана вывел Нэйру из забытья. Она посмотрела на чашу и стиснула зубы.

Над рубиновой кровью, сверкая, парил идеально ровный кристалл.

Эрга потянулась к Ключу. Виолетта выбросила руку вперёд. Эллод обездвижил её, и девушка замерла, но она уже успела сделать то, что хотела.

Ключ сдвинулся с места, преодолел полметра, отделявшие его от Виолетты, и лёг в подставленную ладонь.

– Нет! – раздался отчаянный крик Эрги.

– Эллод, стой! – крикнул Торан.

Эллод протянул руку к Ключу. Кончики пальцев коснулись переливчатой грани, дрогнули и посерели. Выцвели, словно старая ткань. На лице Эллода возникло немыслимое удивление. Секунду спустя удивление исчезло вместе с лицом. Тело Духа обратилось в пепел.

Торан окаменел. Скулы обозначились ещё острее, глаза потемнели. Эллод был одним из немногих его друзей.

Со смертью Духа заклинание перестало действовать, и Виолетта снова смогла двигаться. Она стиснула Ключ в кулаке и прижала к сердцу. Страх, гнев и страдание смешались на её лице.

Только теперь Лир отвел взгляд от Изабеллы и обернулся к Виолетте. Пламя в черных глазах погасло, ушло желание жить. Нэйра сжимала в руке Ключ, а значит, он убил Изабеллу напрасно.

Эрга замерла, её губы бессильно шевелились, в глазах застыл крик. Скорбь и горечь утраты стёрли с лица Торана последние отблески силы. Он молча смотрел на Виолетту, и всё же его взгляд не был взглядом проигравшего. Торан ждал.

Волна грома прокатилась по залу, и один за другим появились десятки Духов. Первым возник Главнокомандующий Рэон: невысокий крепкий мужчина с короткими седыми волосами, ястребиным взгляд серых глаз и глубокими морщинами на лбу. Рэон направил на Виолетту меч. Ряд Духов за его спиной тут же ощетинился копьями.

– Стойте! – властно сказал Торан. – Она начала ритуал! Его нельзя остановить!

Взгляд Виолетты беспорядочно метался среди непроницаемых лиц Духов. Да, друзей здесь у неё не было.

– Лили!

Этот крик, вырвавшийся из глубины раненого сердца, принадлежал Вэиру. Водный Инер наконец пришёл в себя. От возлюбленной его отделяла всего пара шагов. Он перекатился к Лили и крепко обнял, прижал к себе так сильно, будто хотел спрятать в своём сердце. Тело Вэира содрогалось от рыданий, но он не произносил ни звука. Глаза Виолетты наполнились слезами.

– Кто это? – звонко спросила одна из защитников, стройная девушка в белом одеянии и с коротким мечом в руке.

Торан молча покачал головой.

Могучий порыв ветра промчался от чаши, вздул мантии Духов, взъерошил длинные волосы. Он носился по залу, то и дело меняя направление и с каждой секундой набирая силу, становясь всё мощнее и мощнее.

И вдруг ветер стих.

– Что происходит? – воскликнула девушка в белом.

По залу прошуршал предостерегающий шёпот. Духи постарше знали – если не по опыту, то из рассказов, – что означает этот ветер.

Воздух у чаши, в двух шагах от Виолетты, окрасился в фиолетовый цвет, и в нём поселилось нежное сияние. Духи затаили дыхание. Через мгновение на этом месте возник мужской силуэт, ещё миг – и он облёкся плотью. Виолетта, задрав голову, вгляделась в его лицо. Незнакомец был высок – макушка Нэйры едва достигала его груди – и идеально строен. Просторные одежды переливались от серого к фиолетовому, сияли и реяли в воздухе, словно флаг корабля на лёгком ветру. Белоснежные волосы парили над широкими плечами. Лицо казалось высеченным из камня. Суровая линия подбородка, высокий лоб, сжатые губы, брови вразлёт, но твёрже всего – взгляд. Светло-серые глаза посмотрели прямо на Виолетту, и Нэйра будто примёрзла к полу. На миг всё: предательство Торана, гибель подруг, Ключ, который она всё еще прижимала к сердцу, – вылетело из головы. Остались лишь она и этот незнакомец, кем бы он ни был.

Виолетта не заметила, что все до единого Защитники Мирастис склонились в глубоком поклоне, что даже Вэир на миг отстранился от Лили и с надеждой взглянул на Духа. Нэйра видела лишь ледяные глаза, и в них – ответы на все свои незаданные вопросы.

Холодные уста разомкнулись, и по залу прокатился густой звучный бас: