Текст книги "Первая ступень"

Автор книги: Элли Ан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 29 страниц)

– С чего это ты такого обо мне мнения? – возмутилась Эвелин. – Я ещё ни одного Осколка не потеряла!

– Правильно. Потому что у тебя ещё ни одного не было. Лучше, если и не будет. Дай его мне.

– Сдаётся мне, тебе просто досадно, – пожала плечами Эвелин, – и завидно, что я смогла забрать Осколок, а у тебя не получилось. Но иногда приходится проигрывать, это нормально. Хотя ты же вроде как не дура… не совсем. Ты должна понимать, что без тебя я бы не смогла. Я ведь не знала, где Осколок, я только тебя видела в этой реке. А впрочем, мне всё равно. Бери, – и она ловко кинула Осколок Виолетте, которая едва успела отреагировать.

– Нет, ну что за безалаберность! – воскликнула она. В голосе девушки слышалось облегчение.

– Пока, – махнув рукой, Эвелин выбежала из комнаты.

Оставшись одна, Виолетта осторожно вытащила из клатча, который всегда носила с собой, два других Осколка, и сложила все три вместе. Они были прекрасны. Свет солнца, проникающий из неплотно сдвинутых штор, переливался в неровных гранях, но Виолетте показалось, будто от Осколков исходит собственное, не отражённое сияние – пусть лёгкое, едва заметное, но всё же… Она не раз пробовала сложить два Осколка вместе, но они, похоже, находились с разных сторон Ключа. Грани добытого сегодня кристалла идеально совпали с тем, что хранился в душе Джакомо. Виолетта попробовала совместить их, но ничего не произошло: вместе Осколки держаться не хотели.

«Да, без клея тут не обойтись, – с усмешкой подумала Виолетта, – без особого метафизического клея. Вот только где его взять?»

Ответа на этот вопрос не было, как и на многие другие.

И, устав от мыслей, она не заметила, как задремала – так и не выпустив из рук Осколки.

Глава 14
Плен

– Долго их нет, – вполголоса заметила Изабелла.

Лили подняла взгляд от книги и потёрла уставшие глаза. Комнату окутывали сумерки, и даже у окна, где сидела девушка, свет был серым и тусклым.

– Ты права, – в голосе Лили угадывались нотки тревоги. – И мне так… не по себе последние полчаса. Как думаешь, могло с ними что-то случиться?

Худые пальцы Изабеллы резким движением сжали толстую ткань одеяла.

– Ты знаешь ответ на этот вопрос, – едва слышно сказала она.

Силы возвращались к Изабелле очень медленно, и девушка по-прежнему не могла передвигаться без посторонней помощи. Большую часть времени она лежала на диване и молчала. В комнате было тепло, но Изабеллу мучил холод, поэтому Лили пришлось укрыть её всеми одеялами, которые обнаружились в доме. Лили постоянно была рядом на случай, если что-то понадобится, однако девушки почти не разговаривали: речь отнимала у Изабеллы слишком много сил. К счастью, для общения слова им почти не требовались: интуиция Лили была развита даже сильнее, чем у других Нэйр.

Только что произнесённая фраза Изабеллы стала самой длинной за сегодня. Девушка не могла больше терпеть тревогу. Лили аккуратно закрыла книгу, встала с кресла, подошла к дивану Изабеллы и присела на край.

– Вэир жив, – убеждённо сказала она, – а он сможет защитить девочек. Значит, не всё так плохо, – она нежно накрыла ледяные руки Изабеллы тёплыми ладошками. – Что бы ни случилось, они вернутся, и, я уверена, им найдётся, что рассказать.

Изабелла слегка поморщилась.

– Прекрати, Лили. Ты же сама себе не веришь, – она сбросила ладони Лили нервным движением кистей. – То есть, конечно, если бы с твоим ненаглядным что-то произошло, ты бы уже билась в истерике, я знаю…

Изабелла умолкла, исчерпав свои силы, и отвернулась. Какое-то время Лили продолжала смотреть на неё потемневшими глазами, затем встала и вернулась в кресло у окна. В комнате застыла тишина, не нарушаемая даже шелестом переворачиваемых страниц: хоть Лили и взяла в руки книгу, углубиться в чтение у неё не получалось. Так прошло несколько минут.

– Ты ведь не просто так это сказала, верно? – прошептала наконец Лили. В её глазах мерцали слёзы. – Ты что-то знаешь?

Изабелла не ответила.

– Бэлл?

– Бэлл!

– Что?

– Что ты знаешь? – повторила Лили громче. Нежный румянец исчез с её лица, и даже загар не мог скрыть, как она побледнела.

– То же, что и ты, – жёстко сказала Изабелла. – Глупо скрывать это от себя, Ли! Ты знаешь, что случилась беда. Мы должны придумать, что делать, если они не вернутся.

– Нет, – выдохнула Лили. Её глаза стали огромными и почти чёрными от ужаса. – Не говори так!

Изабелла хмыкнула и, одарив её пристальным взглядом, замолчала.

– Мы должны решить, что будем делать, если они не вернутся, – повторила она безо всякого выражения.

Лили ошеломлённо взглянула на неё, но на лице Изабеллы не было никаких чувств: холодная равнодушная маска, такая же безэмоциональная, как и голос.

– Они вернутся! – полувыкрикнула, полувсхлипнула Лили. – Вэир обязательно вернётся ко мне!

– Допустим, – медленно сказала Изабелла, глядя в пустоту. – Но как насчёт Эвелин и Виолетты? Что интуиция говорит тебе о них?

Лили не успела ответить. Посреди комнаты взвился серебристо-жемчужный вихрь, воздух наполнился свежим запахом моря, и в нежной пелене брызг показались неясные силуэты. Лили с радостным возгласом подлетела к ним, но уже через миг застыла, как ледяное изваяние.

Виолетта истекала кровью. В живот был вонзён кинжал – так глубоко, что виднелась лишь чёрная рукоять. Девушка была в сознании и, благодаря Вэиру, держалась на ногах, но её лицо исказила боль, и по нему текли слёзы. Бросив на Лили отчаянный взгляд, Водный Инер помог Виолетте опуститься на пол. Лили тут же упала на колени рядом с ней.

– Господи, Вио, – прошептала она, окружив рану ладонями.

– Где Эвелин? – прозвенел голос Изабеллы.

– Я скоро вернусь, – бросил Вэир, не глядя на Лили, и тут же исчез.

Виолетта непрерывно стонала, и этот звук как ножом полосовал сердце. Именно он привёл Лили в чувство и заставил оторвать взгляд от места, где ещё мерцали жемчужные переливы.

– Тихо, тихо, дорогая, – Лили торопливо разорвала пропитанную кровью футболку Виолетты, обнажая живот. – Сейчас вытащу.

Она крепко обхватила рукоять и посмотрела на Виолетту полным сочувствия взглядом. Глаза раненой помутнели от страдания.

Лили дёрнула рукоятку на себя. Кинжал выскользнул из раны. Хлынула кровь. Воздух содрогнулся от пронзительного крика Виолетты. Взгляд Лили был прикован к порезу, а её пальцы легко забегали по животу вокруг. Крик перешёл в стон, лоб Лили от напряжения покрылся испариной, – но поток крови начал постепенно уменьшаться и вскоре прекратился совсем. Исчез и огромный кровоподтёк вокруг раны, её края начали медленно стягиваться, повинуясь властному и уверенному взгляду Лили, пока на этом месте не остался лишь белёсый шрам. Стоны Виолетты прекратились; тяжело дыша, она приподнялась на локтях и устремила неверящий взгляд на живот. Лили в изнеможении оперлась на диван. Она казалась совершенно измотанной: глаза потускнели, на лбу образовалась глубокая складка, а лицо стало усталым и взрослым.

Наступило глубокое молчание, которое прервал через пару минут тихий голос:

– Она заснула, – в словах Лили звучало невольное удивление. – Что это у неё? Неужели… – она склонилась к Виолетте, чтобы подтвердить догадку.

Девушка действительно погрузилась в глубокий сон. Её кулаки, до сих пор крепко сжатые, раскрылись, и в каждом показался Осколок от Ключа. Лили бережно подняла кристаллы и положила их в клатч, цепочка которого по-прежнему блестела на плече Виолетты.

Взметнулись белые брызги, и в центре комнаты снова появился Вэир, усталый и мрачный, как предгрозовое море.

– Где. Эвелин?! – раздались медленные и злые слова Изабеллы. – Вы про неё уже забыли?!

Лицо Вэира потемнело ещё сильней. Не говоря ни слова, он подхватил Виолетту на руки и вышел из комнаты. Проводив его долгим взглядом, Лили вздохнула, уселась на диван рядом с Изабеллой и неожиданно крепко обняла её.

– Мужайся, Бэлл, – прошептала она. – Сейчас мы всё узнаем. И вряд ли это будут хорошие новости.

В комнате окончательно стемнело. Вернувшись, Вэир включил настольную лампу, от света которой привыкшие к полумраку девушки поморщились. Затем он сел на стул у окна, широко расставив ноги, обхватил опущенную голову руками, сжал песочные пряди волос.

– Вэир, – мягко сказала Лили. – Прошу, не кори себя. Что бы там ни случилось, уверена, ты ни в чём не виноват.

Водный Инер поднял голову и посмотрел на девушку взглядом, полным душевной боли.

– Вэир, – испуганно повторила Лили.

– Не виноват, – он горько усмехнулся и снова спрятал голову в ладони. – Пожалуй, ты права. Как я мог противиться этому могуществу, что мне было ей противопоставить? Разве моя вина в том, что я так безнадёжно слаб?

– Вэир…

– Зачем вообще Хранители поручили мне это дело? – Вэир резко поднялся и зашагал по комнате взад-вперёд. Его глаза сверкали, слова лились бурным, ничем не сдерживаемым потоком. – Чтобы предоставить вам подходящий транспорт? Или чтобы показать, как я на самом деле ничтожен? О да, я был одним из лучших здесь, на этой лишённой магии планете!

– Ты бывал и на других? – неожиданно спросила Изабелла. Вэир остановился и с удивлением посмотрел на неё, будто забыл, что не один в комнате. – Ты об этом не говорил, – продолжила девушка.

– Бывал, – нехотя ответил Инер. – Во время обучения. На Медизере – это вторая ступень, там много магии, но мало воды, – и на Фэрриэ, седьмой ступени, где и воды, и магии вдоволь. Но служить я должен здесь, где родился. – Вэир задумался. – Здесь сложно. Доступа к магии мира нет, использовать можно лишь то, что выработал сам. Утомительно и долго – но я был в этом одним из лучших! – он остановился перед девушками. – А кто я теперь? Марионетка в ваших руках?!

– Прошу тебя, милый, – Лили встала и обняла Инера, что было силы, прижалась к нему. – Не говори так. Родной, ну какая же ты марионетка? Мы очень благодарны, что ты с нами, и ты нам очень нужен… но, конечно, ты волен покинуть нас в любой момент… хотя я буду очень скучать, – неловко заключила она, уткнувшись в его плечо лицом.

Вэир погладил Лили по голове.

– Я не собираюсь оставлять вас, как бы мне того ни хотелось, потому что не могу оставить тебя. Но, – его взгляд стал неожиданно жёстким и холодным, как северное сияние, – Хвост Духа! Я не могу обещать, что это продлится вечно.

Лили отпрянула и испуганно посмотрела на него, но Вэир был несгибаем:

– И тогда я предложу тебе выбор, Лили. Остаться со мной и вдвоём спасаться от гнева Духов Космоса – или же продолжить попытки завоевать мир, но уже без меня.

Лили молча смотрела на него огромными синими глазами.

– Милый, – сказала она наконец, – что случилось?

– Она использовала меня.

Обронив эту странную фразу, Вэир вернулся на место и уселся на стул. Теперь он почти овладел собой, и только в глазах метались грозные волны.

Лили опустилась на диван рядом с молчаливой Изабеллой.

– Кто, любимый?

– Лунная Нэйра, – бросил Вэир, – Недалиона, Виолетта… да какая она теперь Виолетта! Нэйра она, Нэйра. Ещё немного, и я действительно поверю в байки, которые о вас ходят.

– Милый, подожди, – взмолилась Лили. – Я ничего не понимаю! Расскажи всё с самого начала, прошу.

Вэир недолго помолчал, собираясь с мыслями.

– Ладно. Всё случилось на вершине Эль Тейде, когда мы пытались достать второй Осколок.

Повторный визит к Дейре прошёл без особых приключений. На этот раз она не сразу смогла принять Нэйр, так как некоторые из подчинённых душ отсутствовали в здании, отлучившись по различным околоюридическим делам, – не зря же адвокатская контора Дейры пользовалась таким успехом. Когда рабочий день начал близиться к концу, ключевые сотрудники собрались в кабинете хозяйки, и тогда выяснилось, что тело Дейры состоит из полутора десятков душ – в пять раз больше числа, которым довольствовался бедняга Юайвен.

Дейра довольно улыбнулась, когда ей представили Рилану, и согласилась удовлетвориться объяснением, что третья Нэйра отдыхает и прибудет позже. Вампирша рассказала, что последний Осколок этого мира находится на вершине давно потухшего вулкана Эль Тейде, куда был поднят во время образования острова Тенерифе сотни тысяч лет назад. Дейра объяснила, в какой именно точке должен находиться Осколок, пожелала удачи и посоветовала не торопиться, ведь опасность миновала, об этом артефакте защитники Мирастис не знают и не станут искать там Нэйр. Нэйры и Инер внимательно выслушали указания, попрощались с Дейрой, покинули её гостеприимное заведение и, поужинав в ближайшем ресторане, телепортировались на Тенерифе. Прежде Вэир никогда не бывал здесь, но фотографий и видео, показанных Дейрой, оказалось достаточно, чтобы он смог в деталях представить нужное место.

Когда они ступили на землю Тенерифе, закатное солнце золотило вершину вулкана. Воздух был разреженным и холодным, но ни Инера, ни Нэйр это ничуть не тяготило. Тёплое алое сияние вокруг привело Эвелин в восторг: она смеялась и кружилась в солнечных лучах, забыв обо всём на свете. Как это было похоже на неё – забыть, кто они и зачем здесь, забыть пережитые страхи и боль, отдаться острому ощущению жизни и целиком раствориться в текущем моменте. Недавнее посещение Дейры никак не сказалось на самочувствии Эвелин: содержание крови Нэйры в её венах было уже намного выше, чем во время визита к Юайвену. В течение часа она ещё чувствовала небольшую слабость и головокружение, но они уже почти прошли. Всё сущее наполняло Эвелин радостью: такое близкое небо, до которого, казалось, можно дотянуться рукой, океан вдали, острова среди закатных облаков, словно парящие в воздухе, застывшая лава под ногами и даже немногочисленные группы людей у подножия. Здесь можно было не опасаться быть увиденными. На вершину туристы не забредали, а снизу ничего не могли разглядеть.

Пока Эвелин наслаждалась жизнью, Виолетта приступила к поискам Осколка, и примерно с тем же успехом, что в Праге. Земля не была её стихией, а солнечный свет – её энергией. Как ни старалась, Виолетта не могла обнаружить искомое. Обращаться к помощи Вэира не имело смысла: ближайшая подземная река протекала на глубине более четырёх километров, а слова Дейры не оставляли сомнений: Осколок лежит на вершине. Воды поблизости не было ни капли: для снега не сезон, океан далеко. Ждать восхода луны казалось слишком рискованным: по договорённости с Дейрой они должны были вернуться с платой не позднее двух часов до полуночи. Виолетта решила, что такой вариант годится лишь на крайний случай, так как ведёт к жуткой спешке, а потому стоит ещё раз поэксплуатировать Эвелин. В конце концов, она ведь всё-таки Нэйра! И в Праге справилась недурно.

– Иви, – позвала Виолетта. Эвелин прекратила кружится на месте и одарила её искрящимся взглядом. В карих глазах было столько радости, что Виолетта снова поразилась, как сильно изменилась её рыжеволосая подруга. Неужели всё это из-за крови Нэйры? Но ведь Рилана воплотилась второй… Первой была она, Недалиона. Пышное имя больше не вызывало у Виолетты отторжения. Это было её имя, и она ничего не имела против того, чтобы так к ней и обращались. Не значит ли это, что она и сама значительно изменилась?

– Чего ты хотела, Вио? – громкий голос Эвелин выдернул девушку из паутины мыслей. – Помочь тебе с Осколком?

– Попробуй, – сдержанно кивнула Виолетта. – Всё это солнце вокруг мешает мне сосредоточиться.

– Давай лучше попытаемся вместе, – весело предложила Эвелин. – Сегодня это у нас неплохо получилось.

Виолетта нахмурилась.

– Интересно, как ты себе это представляешь? Тут нет реки, если ты не заметила!

– Полагаю, ты справишься и без неё, – задумчиво сообщил доселе молчавший Вэир. – Ты же Нэйра. Вы обе, – подчеркнул он. – Попробуйте действовать вместе, в паре. Ты, Эвелин, сумела сама опуститься сквозь толщу скалы, но не смогла увидеть Осколок. Зато их видит Виолетта. Значит…

– Значит, Эвелин должна спустить меня вниз, – перебила Виолетта. – Давай скорее, у нас не так много времени осталось.

– Я не знаю, как это сделать, – вздохнула Эвелин. – Сама я, наверно, смогу спуститься, а вот с тобой…

– Начинай, – нетерпеливо сказала Виолетта. – Я сориентируюсь.

Эвелин пожала плечами и, зажмурившись, начала концентрироваться.

– Советую вам взяться за руки, – негромко заметил Вэир. – Физический контакт поможет установить ментальный.

Не открывая глаза, Эвелин протянула руки вперёд. Виолетта нехотя взяла их и тоже, опустив веки, попыталась сосредоточиться. Она устремила мысли к Эвелин. Поначалу Виолетта чувствовала лишь тепло её ладоней, но прошло какое-то время, и на краю сознания замерцал золотистый шар. Узнавание было мгновенным и ясным: это мягкий свет Риланы – и самой жизни, – что спас её в водах подземной реки. Виолетта жадно вцепилась в него всеми мыслями и чувствами, сведя мир в одну тёплую точку. Золотистый свет приблизился, оставаясь таким же ласковым и мягким, и охватил Виолетту, будто сжав её в материнских объятиях. Девушка почувствовала, что внутреннее напряжение ушло, будто его никогда не было, будто она вернулась домой. Тело исчезло. Она снова перестала ощущать его, как тогда в реке, но на этот раз всё казалось другим. Она чувствовала себя в безопасности, под защитой – и больше не одинокой.

Бесконечно долгий, но всё же такой мимолётный миг длилось это блаженство. Его прервало острое ощущение полёта, резкое, будто Виолетта ухнула с американской горки. Физически Нэйра не воспринимала мир, и перемещение происходило исключительно в сознании. Эвелин-Рилана была рядом, обнимала невидимыми руками, и эта близость придавала Виолетте силы. Полёт мягко замедлился и прекратился. Необычайное спокойствие снова охватило Виолетту, но на этот раз она ощутила что-то ещё. Осторожно, чтобы не разорвать соединяющую их с Эвелин связь, Виолетта попыталась сосредоточиться на этом новом ускользающем чувстве. Она догадывалась, что это могло бы быть, – и в скором времени предположение подтвердилось. На границе восприятия маячил серебристый Осколок. Он был слишком далёк, чтобы зацепиться разумом, но, тем не менее, Виолетта попробовала, пусть и не слишком стараясь. Разумеется, попытка не увенчалась успехом. Нужно было как-то дать Эвелин понять, где находится Осколок, чтобы она приблизила к нему Виолетту или взяла его сама, но как? Ничего лучшего, чем просто думать об этом громко, усердно и адресно, Виолетте в голову не пришло. «Иви, там Осколок, Иви, Осколок вон там вот, слева внизу, метрах в… я не знаю, в скольки, тут с расстояниями толком ничего не понять. Просто двигайся туда, Иви, ну давай же, дура тупая! Наискосок налево и вниз, ну! Эвелин, Рилана, как там тебя!»

Так она твердила несколько минут, перемежая ласковые просьбы ругательствами. Вскоре, однако, – хотя, по меркам Виолетты, прошла уже целая вечность, – оранжевая пустота вокруг дрогнула и куда-то поплыла. Осколок стал ближе, а затем ещё немного ближе, и ещё чуть-чуть, и ещё, и так пока не заслонил всё остальное. Он висел прямо перед Виолеттой, сияющий и непривычно огромный. Осколок казался намного крупнее неё. Как же взять такую громадину? И вдруг Виолетта ощутила чужую мысль: «Я вижу его! Хватай, я помогу.»

На миг изумление пересилило все остальные чувства, но Виолетта быстро овладела собой и изо всех сил вцепилась в Осколок. Она почти увидела, как исходящая от неё ментальная сила охватывает его призрачными лентами, обволакивает мягким жемчужным мерцанием, как множество крохотных красных огоньков бегут по лентам, смешивая золотой свет с белым. Это было потрясающе красиво, хоть и утомительно, но длилось недолго: полностью покрыв Осколок огоньками, Эвелин рванула вверх. Виолетту потащило за ней.

Она даже толком не успела возмутиться такой поспешности, как обнаружила, что у неё снова есть ноги, которые стоят на земле, и руки, которые сжимают тёплые ладони Эвелин и что-то ещё, гладкое и холодное.

Виолетта открыла глаза и тут же встретила взгляд Эвелин. В нём смешались радость, гордость и что-то ещё, трудноопределимое, почти неуловимое, но всё же несомненное – след от перенесённой близости душ. Виолетта и сама чувствовала себя как-то странно, будто они с Эвелин только что рассказали друг другу весь набор самых сокровенных и горьких тайн. Даже желания ругаться пропало, хотя Виолетта не сомневалась, что это временно.

Не сговариваясь, девушки перевели взгляд на свои сцепленные руки: правую Эвелин и левую Виолетты.

– Он там, – громким шёпотом сказала Эвелин. – У нас получилось! Возьмёшь его?

Согласие уже было готово сорваться с языка Виолетты, но в последний миг она передумала, решив проявить несвойственное ей великодушие:

– Бери ты. Я и так все Осколки сграбастала, а ты… заслужила.

Эвелин счастливо улыбнулась. Виолетта отняла свои руки, и Вэир увидел, как ярко блеснул Осколок на раскрытой ладони Эвелин в последних лучах заходящего солнца.

А дальше…

Вэир запнулся и мрачно взглянул на смотрящую на него во все глаза Лили и безмолвную Изабеллу.

– Я должен был предвидеть это, – сказал он с горечью. – Должен был понять. Я ведь знал, что вампиры хитрющие двуличные твари! Но Виолетта поверила Дейре, а я поверил Виолетте! – Вэир снова с силой сжал светлые пряди волос, пропустил их сквозь пальцы.

Лили встала, подошла к нему, нежно обняла за плечи, но Инер остался неподвижен.

– Продолжай, – в резком голосе Изабеллы звенел металл. – Потом будешь убиваться.

– Когда я вернулся, они уже исчезли, – глухо сказал Вэир, совершив над собой усилие. – Она заставила меня перенестись, сам бы я так не поступил, а когда я вернулся, их уже не было! Как гадко – ощущать себя марионеткой, орудием в чьих-то руках…

– Вэир!

– Милый, – склонилась над ним Лили, – Пожалуйста, расскажи по порядку. Так мне очень трудно понять, что именно произошло.

Вэир посмотрел на неё неожиданно твёрдым взглядом, лишённым обычной нежности.

– Правда? А мне кажется, ты давно уже всё поняла, Ли, и просто боишься услышать подтверждение собственным мыслям, и надеешься, что я расскажу что-то иное. Напрасно. А впрочем, я выполню твою просьбу.

Чёрная сеть возникла из ниоткуда и сдавила Эвелин смертельной хваткой. Бесчисленные языки ядовито-зелёного пламени побежали по путам, жадно вгрызаясь в кожу. Эвелин закричала – страшно, надрывно, дико. Осколок выпал из её ладони и покатился по земле. Виолетта подняла его, двигаясь медленно, словно во сне, и взяла в левую руку. Правой вцепилась в чёрно-зелёную сеть и изо всех сил дёрнула на себя. В то же мгновение путы охватили и её. Недолго думая, Вэир материализовал ледяной топор и крикнул «Расступитесь!». Нэйры едва успели отстраниться друг от друга. Судя по крикам, это было нелегко, ещё хуже, чем просто стоять в этой боли. Инер взмахнул топором между ними, и связь оборвалась. Обе девушки упали на землю, но путы исчезли только с хрупкого тела Виолетты. Эвелин продолжала извиваться под чёрной сетью.

Раздался хриплый, похожий на дробное уханье филина, смех. Вэир обернулся и увидел двух незнакомцев. Один, высокий, с чёрными волосами и в шёлковом плаще, равнодушно смотрел на него, скрестив руки на груди. Другой, призрачный силуэт с горящими красными глазами, держал нить, что шла к сети на теле Эвелин. Время от времени он дёргал за нить, как за поводок, и крики девушки становились пронзительнее и громче. Призрак смеялся. Крупный Осколок блестел на его груди.

Это были защитники Мирастис Лир и Арг. Вэир не встречал их раньше, но достаточно внимательно слушал рассказ Изабеллы, чтобы не ошибиться. Льдистый топор блеснул в угасающих лучах солнца. Вэир занёс его над нитью в руках Арга, но не успел завершить удар: по груди хлестнул жёлтый бич, тело охватила слабость. Топор растворился в воздухе, Вэир отшатнулся и едва не упал. Земля тянула с бешеной силой, и несколько секунд он только и мог, что бороться с искушением опуститься на неё. Поэтому он не уловил миг, когда Виолетта встала и шагнула по направлению к Аргу.

Вэир успел увидеть лишь красное пятно крови, расплывшееся на грязной футболке Виолетты, когда кинжал Арга пронзил её тело. Она отступила на шаг. Правая рука, которая сжала Осколок на шее Арга, дёрнулась вниз. Цепочка с талисманом порвалась. Вэир и сам не понял, откуда взялись силы, но вот он уже стоял за спиной Виолетты, готовый подхватить её и передать часть энергии, чтоб вместе освободить Эвелин. Однако, как только тело Виолетты коснулось рук, Инер почувствовал, что его телепортируют, а точнее, им телепортируются, будто кто-то грубо влез в голову и нажал на нужный рычаг. Вэир ужаснулся своей беспомощности. Он пытался сопротивляться, но ничего не мог сделать. Невидимая рука продолжала жать на кнопку «Пуск», и Вэир почти с ненавистью увидел вихри телепортации.

Оказавшись в безопасности в доме Юайвена, Виолетта отпустила его, и он тут же вернулся на вершину Эль Тейде. Но Эвелин там не больше не было – как и защитников.

– Они забрали её, – прошептала Лили. Её глаза стали совсем огромными от ужаса. – Боже, что они с ней сделают?

– Они не убили её сразу, – тихо сказал Вэир. – Значит, она зачем-то нужна им живой. Шанс спасти её ещё есть.

– Как Вио только могла, – Лили зажмурилась, из-под век полились слёзы, – зачем она кинулась за Осколком! Вместе вы, возможно, одолели бы тех двоих или хотя бы освободили Иви, и она сейчас была бы с нами!

– Ага, или они погибли бы все трое, – с убийственной иронией сказала Изабелла. – Сейчас у нас, по крайней мере, ещё плюс три Осколка, и Виолетта, и твой драгоценный Вэир, – девушка метнула холодный взгляд в сторону Инера. – А Эвелин… Эвелин мы освободим.

– Как? – спросила Лили с мукой в голосе. – На счету каждая секунда!

– У нас же есть чудный контакт в стане врага. Торан из клана каких-то там чего-то-носцев. И ещё эта высокая дамочка, забыла, как зовут её… с косищей, – Изабелла сделала небольшую паузу: говорить подолгу ей было тяжело. – Надо связаться с ними и спросить, где Эвелин. Может, они и освободить её смогут… так или иначе, помогать им придётся.

– Ты права, – лицо Лили прояснилось. – Я сейчас же отправлюсь к ним.

– Что? Нет! – воскликнул Вэир.

В ответ получил лишь спокойный взгляд тёмно-синих глаз.

– Я не отпущу тебя, – упрямо продолжал Инер. – Мы уже потеряли Эвелин, Изабелла не может передвигаться, Виолетта пока что тоже, и ты…

– …и я единственная, кто в состоянии помочь. – Лили встала и оправила складки платья. – Я отправлюсь в Мирастис и поговорю с Тораном. И мы спасём Эвелин.

– Я пойду с тобой, – твёрдо сказал Вэир, поднимаясь.

– Нет, – покачала головой Лили, – ты должен остаться здесь и присмотреть за Вио и Бэлл. Им может потребоваться помощь целителя.

– Торан не знает о тебе, – Изабелла посмотрела на Вэира в упор, – и пока что будет лучше, если и не узнает. Но я тоже против того, чтобы Ли шла одна. Это может оказаться ловушкой.

– Не окажется, – нахмурилась Лили. – Я это чувствую… знаю.

– Но…

– Хватит, – с тихой решимостью сказала девушка. – Не пытайтесь удержать меня. Каждая секунда может оказаться для Эвелин последней.

Она рассеянно поправила пышные волосы – и вдруг вскинулась с места, словно стрела сорвалась с тетивы. Мгновение – и Лили уже не было в комнате.

– Ты выглядишь ошеломлённым, – заметила Изабелла, не сводя прищуренных глаз с Вэира.

Он не ответил и вообще едва ли услышал её слова – лишь мягкий шёлк одеяния Инера коснулся холодных рук Изабеллы, пролетая мимо. Хлопнула дверь, и девушка осталась одна.

Разгладила складки одеяла, обратила холодное, безэмоциональное лицо к настольной лампе. Даже тёплый желтоватый свет не смог скрыть чудовищную бледность девушки и глубокие фиолетовые тени под глазами. Искусанные губы дрогнули, скривились в горькой усмешке. По мраморной щеке скатилась слеза.

Иногда толстая броня Изабеллы давала трещину. Эвелин…

– Господин Главный Советник, – спина Ольграя, закутанная в характерную серо-коричневую ткань, согнулась в почтительном поклоне.

Какое счастье, что Торан так хорошо владел своим лицом. Ужас, который обуял его при получении известия о пленении Нэйры, никуда не исчез, но Торан успел совладать с этим неприемлемым чувством. Достаточно было лишь сделать несколько шагов по гулким лишённым света коридорам темницы и как следует сосредоточиться. Теперь никто не догадается, что Господина Главного Советника одолевают неприятные эмоции. Ещё более важно, что Торан сам почти поверил в собственную ложь, а это всегда помогало ему действовать эффективно. Тем не менее, очередную задержку в виде чрезмерно раболепного Стража темницы он предпочел бы избежать.

– Мои приветствия, Ольграй, – небрежно склонил голову Торан. – Мне доложили о захваченной в плен Нэйре.

– Да, Господин Главный Советник, – спина Духа согнулась ещё ниже.

– Но не о казни, – сдвинул точёные брови Торан.

– Так и есть, Господин Главный Советник.

– Так где она?

– Прошу прощения, Господин Главный Советник…

– … А что, – в голосе Торана появились щекочуще-опасные нотки, – мне есть, за что тебя прощать?

– Нет, Господин Главный Советник! – Ольграй так испугался, что даже несколько выпрямился, и из-под спадающих на лицо фиолетовых волос блеснули светло-сиреневые глаза.

«До чего дурное сочетание цветов, – с досадой подумал Торан. – Да разве ж можно фиолетововолосого рядить в такие серо-коричневые тряпки! Кому вообще нужна эта нелепая форма?»

– Где Нэйра? – повторил он.

– В… Владыка Джафаридос велел поместить её в Воздушную темницу. Господину Главному Советнику, безусловно, известно, где нахо…

Первым же побуждением Торана было немедленно телепортироваться, но он не мог позволить себе роскошь проявить подобную неосмотрительность на глазах у стражника. Никто не должен знать, как волнует его судьба этой Нэйры.

– Господину Главному Советнику известно это и многое другое, – перебил он Духа, – многое, многое другое, Старший Страж Ольграй.

Ольграй поспешно согнул спину в ещё более глубоком поклоне.

– Господин…

– Продолжай нести службу и делай это тщательно: вполне возможно, что скоро число твоих подопечных сильно возрастёт.

Ну ещё бы. Или Джафаридос с немногочисленными верными соратниками, или сам Торан сотоварищи, – кто-нибудь эти пустующие камеры непременно займёт.

Ольграй осмелел и даже стал почти ровно:

– Господин, наш клан вот уже пять поколений хранит стены темницы. Мой дед, Ван Золотое копье…

– Да-да, – улыбнулся Торан одними губами, – вы надёжно храните стены темницы.

Взгляд Ольграя посветлел.

– Видимо, именно поэтому я смог телепортироваться из дворца прямо в камеру, – задумчиво продолжал Торан. – Ведь я же проник в воздух между стенами, а его вы не храните.

– Господин Главный Советник! – голос Ольграя задрожал – и колени тоже, что не скрылось от намётанного взгляда Торана. – Но эти камеры пустуют уже много, много лет!

– Как уже было сказано, это продлится недолго.