Текст книги "Первая ступень"

Автор книги: Элли Ан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 29 страниц)

Глава 10
Мирастис

Одно из несомненных преимуществ и в то же время недостатков телепатии – отсутствие возможности не брать трубку. Конечно, истинные мастера без труда могут поставить мысленную блокировку от кого угодно; умела и Эрга, но только не против Торана. Ему разрешалось беспокоить Пенорождённую и днём, и ночью.

Именно его тихий, но настойчивый зов разбудил её на этот раз. «Мы на месте, приходи как можно скорее». Больше он не сказал ничего, однако и этих слов оказалось достаточно, чтобы сон Пенорождённой разлетелся в клочья. Готовясь к торжественным церемониям, сестра Правителя могла собираться часами, следя за тем, чтобы всё: одежда, причёска, макияж – выглядело безупречно и соответствовало случаю. В экстренных ситуациях ей хватало всего нескольких минут, чтобы привести себя в порядок. Но даже и в тогда складки её платья лежали идеально ровно, волосы были собраны в аккуратную косу, а лицо исполнено спокойствия и достоинства.

Бросив последний взгляд в зеркало, Эрга на мгновение задумалась. Интуиция не была её сильной стороной, в гораздо большей степени Пенорождённая полагалась на умение здраво оценивать ситуацию и строить верные предположения. Вот и сейчас разум подсказал, что сумка с лечебными травами может оказаться не лишней: кто знает, с чем пришлось Торану столкнуться в физическом мире и в каком состоянии он привёл Нэйр. Набросив сумку на плечо, Эрга коснулась пальцами Осколка, который носила в виде амулета на шее, и пожелала перенестись в старый подземный дворец.

Этот дворец родители Эрги и Джафаридоса подарили на совершеннолетие любимой дочери сотню всеэр назад, задолго до того, как навсегда покинули Мирастис. Духи Кристалла и их дети не ведают смерти, но для гармоничного развития необходима смена поколений. Согласно законам Кристалла, ни один Правитель не должен занимать трон более сотни всеэр. До этого срока должен быть рожден или выбран наследник, и после надлежащей подготовки, которая у принцев и принцесс крови начинается с младенчества, он должен занять место Владыки. После коронации прежние Правители ещё некоторое время находятся рядом с новоиспечённым, передавая опыт и помогая преодолевать первые трудности, а затем они покидают свой мир. Никто не знает, куда они уходят, ведь из этого путешествия никто не возвращался. Предположений же существует немало. Одно из них гласит, что никакого путешествия и вовсе нет, и бывших Правителей ждёт небытие. Другое – что они продолжают свою жизнь в качестве обывателей в одном из миров, а затем отправляются в другой, и так до тех пор, пока опять-таки не уходят в небытие. Третье – что должность Правителя – лишь первая ступень на долгом пути, который ждёт любого, кто хочет стать Духом Кристалла. Четвёртое – что путь Правителей загадочен и непостижим и нечего даже пытаться строить предположения об их участи.

Сами Духи Кристалла ни один из этих слухов не подтверждают, но и не опровергают.

Как бы то ни было, Эрлана и Свиотур уходили в последний – или же первый – путь со спокойной душой. Их сын, Джафаридос, обладал бесстрашным и гордым сердцем льва, а дочь – холодным и ясным разумом филина. По закону занять престол мог лишь один из них, а место второго Правителя предназначалось для супруга или супруги. Когда речь зашла о том, кому из детей передать престол, Свиотур принял сторону Эрги. И дело было даже не в том, что с дочерью его связывали более трепетные и доверительные отношения. Свиотур любил детей одинаково сильно. Но он полагал, что в случае суровых испытаний спокойная и сдержанная Эрга может оказаться более надёжной Правительницей, чем вспыльчивый и гордый Джафаридос. Эрлана же считала, что сын наделён всеми качествами прирождённого Владыки. Он был умён, честолюбив, предан Мирастис душой и телом, любим народом, чтил традиции, а самое главное – очень хотел стать Владыкой. Эрга прилежно училась управлению миром, но никогда не проявляла особого рвения или тяги ко власти. Её всегда больше интересовала сложная наука исцеления, глубинные потоки магии, формирующие тонкую сущность мира, гармония и порядок Кристалла. Эрги обладала взыскательным и требовательным умом учёного, и править ей было бы нелегко. Поэтому Эрлана убедила Свиотура назначить преемником Джафаридоса.

Им не пришлось пожалеть об этом решении, и в первые столетия после их ухода Джафаридос проявил себя неплохим Правителем. Его горячий и непостоянный нрав уравновешивали холодное здравомыслие сестры и тонкая деликатность Торана, который занимал должность Главного Советника при Свиотуре и Эрлане и сохранил пост при новом Владыке. К счастью, Джафаридос был достаточно мудр, чтобы прислушиваться к их словам, и дела шли благополучно.

Пока не явились Нэйры.

Каждый новый Правитель проходит обряд инициации, цель которого – связать Духа и вверенный ему мир незримыми узами. Обряд проводят Духи Кристалла, а содержание его меняется от мира к миру. В Мирастис инициация устанавливает нерушимую связь между Ключом от Великого Храма и разумом Владыки. Владыка не только знает, что происходит в каждой точке мира, но и может на это влиять. Его сила – в созидании. Она исцеляет раны и устанавливает равновесие, однако не может причинять боль ни земле, ни людям, ни Духам, даже во благо.

Разум Джафаридоса был единым целым с Ключом от Храма. Когда Нэйры украли священный артефакт, Правитель легко отыскал их. Огромное воинство защитников Мирастис выступило против Нэйр, но четыре Духа-завоевателя, как бы измотаны ни были, всё же оказались непредсказуемо сильны. Им удалось уничтожить большую часть защитников и пробиться к Храму, где традиционно проходила инициация Владык. Закрыв Храм на все возможные и невозможные заклинания, Нэйры приступили к ритуалу вызова Духа Кристалла.

И когда у защитников Мирастис уже не оставалось надежды, молодой, отчаянный и исполненный преданности Дух по имени Арг произнёс заклинание, которое на короткое время сделало его неуязвимым к любому урону, проник в Храм, выдержал все удары Нэйр и захватил Ключ. Он собирался вернуть артефакт Джафаридосу, но не успел. Ценой заклинания неуязвимости была его жизнь. Атаки Нэйр задержали Арга сильнее, чем он рассчитывал, и, когда Дух понял, что скрыться с Ключом не удастся, он спас его другим способом.

Разбил.

Чтобы совершить святотатство, Аргу пришлось использовать остатки жизненных сил на ещё одно заклинание. Оно позволило ему преобразовать энергию своей плоти в разрушительную силу и направить её на Ключ. Прежде заклинание применяли лишь один раз, и его создатель не умер обычной для Духов смертью. Он не растворился в одной из стихий, чтобы через тысячелетия воскреснуть в каком-нибудь из миров, а просто бесследно исчез.

Арг был готов принести эту жертву.

Однако произошло непредсказуемое. Приняв разрушительную энергию Арга, Ключ во мгновение ока разделился на тринадцать сияющих Осколков. Они вобрали в себя весь окружающий свет и почти всю соединительную силу артефакта и растаяли в потемневшем воздухе. Оставшаяся же крохотная часть энергии соединения вошла в Арга, и этого оказалось достаточно, чтобы уберечь его душу от рассеивания. Арг стал призраком. Нэйры исчезли.

Защитникам удалось отстоять мир, но за эту горькую победу им пришлось очень дорого заплатить, и дороже всех заплатил Джафаридос.

Обряд инициации сделал Ключ от Храма и разум Джафаридоса единым целым. Когда Ключ разбился, та же участь постигла и сознание Владыки. Лишь невероятным усилиям и высокому мастерству Эрги Джафаридос был обязан спасению от полного безумия, однако окончательно избавиться от последствий несчастья не удалось. Без Ключа и Правитель, и Мирастис, и Земля утратили целостность, и установившееся хрупкое равновесие было лишь жалким подобием прежней гармонии.

Но всё же у мира должен быть Правитель. Нового же Владыку в Мирастис избрать не могли: без Ключа провести обряд невозможно.

Разумеется, среди уцелевших защитников нашлось немало таких, которые были готовы пойти против этого закона, любой ценой сместить Джафаридоса, чья неуравновешенность после потери Ключа стала превосходить все возможные нормы, и, пока короновать нового Владыку нельзя, назначить наместника или правящий совет. Однако Эрга и Торан, самые могущественные лица в Мирастис после Джафаридоса, противились этому. Законы Кристалла нарушать нельзя, и дело здесь не в жестоком наказании, которое ждёт любого безумца, посмевшего это сделать, а в том, что эти законы выше даже законов природы. Пойти против них значит надругаться над реальностью, исказить самую суть мира, а это стократ хуже, чем уничтожить его.

Законы Кристалла нарушать нельзя, и Торан и Эрга понимали это. Именно поэтому в них Владыка нашёл самых верных сторонников.

Но Джафаридос не знал, какие разговоры ведут они между собой в стенах заброшенного дворца Эрги. По правде говоря, он уже давно забыл о его существовании. В конце концов, и у него, и у его старшей сестры пристанищ было немало.

Дворец был огромен. Несмотря на то, что он пустовал уже много лет, вложенной в него магии было достаточно, чтобы сохранять светильники зажжёнными, воздух – свежим, а все до единого помещения – чистыми и приветливыми, такими, как в тот день, когда юная принцесса радостно хлопала в ладоши на пороге, благодаря отца за королевский подарок.

Сейчас в нём использовалось всего несколько комнат. В одну из них, где проводились тайные советы, Эрга и отправилась.

Картина, которая предстала её глазам, оказалась всё же не так плоха, как предполагалось. Торан был цел и невредим. Он налаживал защитный купол над стоявшим в центре зала огромным каменным столом, с одной стороны которого лежали двое смертных. Возле противоположного конца стола стояло несколько старомодных, но удобных кресел, и три из них занимали взъерошенные шестнадцатилетние девчонки. Четвёртая, в романтичном белом платье и с каштановыми волосами, стояла рядом с Тораном и наблюдала за его действиями.

Эрга помнила их совсем другими, но всё же это были Нэйры, иначе и быть не могло. Те, что сидели на креслах, выглядели спокойными – видимо, Торан уже успел поколдовать с их состоянием. На лице четвёртой застыло выражение отчаянного внимания, и она не сводила взгляда с людей под куполом.

– Эрга, ты вовремя, – Торан даже не повернул голову. – Тут у нас смертная на последнем издыхании, хорошо бы привести её в порядок.

Эрга подошла к столу, поставила сумку с лекарствами и склонилась над пострадавшей.

– Её душа уже почти отделилась, – хладнокровно сообщила она. – Тем не менее, думаю, я смогу помочь. Кто эта женщина?

– Бывшая хранительница Осколка, – ответил Торан. – Пойдём, – он коснулся руки стоявшей рядом Нэйры. – Перед тобой лучшая целительница в Мирастис, и если уж она взялась помочь, эта женщина будет жить.

Девушка взглянула на Эргу глубокими синими глазами, и Пенорождённая почувствовала, что ей не по себе. Она помнила этот вычерпывающий душу взгляд. Фиос, Морская Нэйра, обладающая способностью обращать кровь в жилах в пар. Её облик мог измениться, но не глаза. Не подав вида, Эрга вежливо кивнула Фиос, словно незнакомке, и сосредоточила внимание на смертной.

Торан отвёл девушку к остальным и усадил в одно из кресел, сам же счёл более удачной мыслью усесться на стол. Эта поза казалась менее формальной и помогала ему стать ближе к этим древним, но таким ещё юным созданиям. Когда Нэйры ворвались в Мирастис впервые, их защита была настолько велика, что он даже приблизиться к их эмоциям не смог, а сейчас слегка подкорректировать их состояние не составляло труда, только Фиос оберегала любовь. Торан решил не злоупотреблять внезапной удачей. Скоро Нэйры начнут восстанавливать утраченные навыки, в том числе способность отличать собственные мысли от навязанных.

Если ещё не начали.

Поэтому сейчас он ограничился только считыванием чувств и намерений. Нет, это не было чтением мыслей, хоть Торан и это умел. Читать мысли утомительно, а самое главное, – довольно бесполезно. Приходится воспринимать весь хлам, который заполняет среднестатистическую голову, а это малоприятное и изматывающее занятие. Вдобавок есть риск среди вороха информации потерять действительно ценные сведения. Поэтому Торан и предпочитал быть в курсе только общего состояния и основных намерений: это давало ему все знания, которые он желал получить. Вдобавок, в отличие от управления, чтению эмоций не мешали ни счастье, ни любовь.

Торан обвёл сначала внутренним, а затем и внешним взором расположившихся перед ним девушек. Слева, кокетливо положив ногу на ногу, сидела миниатюрная блондинка в дерзкой мини-юбке и туфлях на шпильках. Одну руку девушка элегантно опустила на подлокотник, другой барабанила по столу. Голубые глаза были чисты, прозрачны и невинны, но Торан знал, что она уже изучила каждую деталь помещения и теперь следит за каждым его движением. В первые мгновения после телепортации, прежде, чем Торан приступил к управлению эмоциями Нэйр, девушка находилась под властью ужаса и сильнейшего раскаяния. Торану пришлось приложить немало усилий, чтобы её успокоить. Придя в себя, Нэйра тут же начала анализировать происходящее, изучать обстановку и строить Торану глазки, что тому весьма польстило.

Действительно, тот факт, что ему обворожительно улыбается смертоносная Недалиона, Лунная Нэйра, самой невинной способностью которой было обращение в камень взглядом, приятно щекотал самолюбие.

Кресло рядом с Недалионой занимала высокая девушка с коротким ёжиком рыжих волос. Она тщетно пыталась скрыть превосходную фигуру широкими джинсами и футболкой на несколько размеров больше. В отличие от женственной Лунной Нэйры, в её манерах не было и намёка на кокетство. Она развалилась в кресле, словно ленивый подросток во время просмотра футбольного матча, и исподлобья следила за перемещениями Торана. В овале её лица, прямой линии бровей, почти круглых карих глазах и манере упрямо-обиженно складывать пухлые губки было ещё много детского. Торан вспомнил, что такой она казалась и тогда. И что с выражением скучающего ребёнка на лице Рилана, Нэйра Огня, сжигала в ослепительном пламени сотни Духов.

Он вежливо улыбнулся рыжей и перевёл взгляд на худую черноволосую девушку, вцепившуюся в подлокотники соседнего кресла так, что костяшки пальцев побелели. Она была копией Лиэрты – во всём, кроме эмоций, энергии и взгляда.

Именно Лиэрта в первом воплощении внушала защитникам Мирастис наибольший ужас. Не Фиос, с её способностью управлять всеми видами воды, в том числе и кровью. Не Рилана, повергающая сотни Духов во власть обжигающего пламени. Не Недалиона, которую забавляли звуки разрываемой телекинезом плоти. Их атаки, сколь бы опасны они ни были, защитники Мирастис в конце концов научились отражать. В отличие от других Нэйр, Лиэрта крайне редко поражала больше одной-двух целей за раз, но против её нападения не защищало ничто. Свидетели её атак, как правило, отказывались говорить о ней или хотя бы произносить вслух её имя. Объятые ужасом, они лишь шёпотом сообщали, что видели Небесную Смерть.

Эта девушка между Риланой и Фиос была иной. Её глаза казались обычными человеческими глазами. Да – удивительного зелёного цвета. Да – чрезвычайно печальными и умными. Да – с яркими искорками горького смеха, готовности иронизировать надо всем, и прежде всего – над собой. Но глаза Лиэрты были двумя дырами на лице. Из них глядела жадная пустота. В душе же этой мрачной с виду девушки Торан обнаружил много застаревшей, глубоко запрятанной боли, боли, которую Лиэрта неспособна была чувствовать. И всё же она носила незримую печать Нэйры.

Переведя взгляд на Фиос, Торан в очередной раз подумал, как ненадёжна власть над чужими чувствами. Ну когда и как это смертоносное создание успело влюбиться? Впрочем, это мало что меняло. Фиос и так была достаточно спокойна… Всегда была. Спокойствие основывалось на вере в судьбу, на глубокой убежденности в том, что всё предрешено. И сейчас Фиос лишь беспокоилась за смертных, лежавших на столе. Собственная участь её волновала мало. Она была уверена, что ничего плохого с ней больше не произойдёт.

О, святая наивность юности!

Эрга хлопотала над человеческой женщиной, молчание затягивалось. Торан специально не готовился к этому моменту, решив положиться на вдохновение. Да и как ему было подготовиться, если до последнего он не знал, с чем предстоит иметь дело? К счастью, теперь всё прояснилось, и вдохновение не заставило себя ждать.

Торан изящно повернулся на столе вокруг собственной оси и, спрыгнув с другой стороны, удалился. Из хранилища он вернулся меньше, чем через две минуты. В каждой руке Советник держал по большому подносу, а третий без особых усилий нёс на голове. Подносы были заставлены тарелками со сладостями и едой, кувшинами с напитками, чашками и тому подобным. Одним ловким движением Торан переместил принесённое с подносов на стол и повёл рукой в приглашающем жесте:

– Это не отравлено. Возможно, не совсем свежее, но должно быть ещё довольно вкусным. Не знаю, как вы, дорогие барышни, а я зверски голоден.

С этими словами Торан уселся обратно на стол, налил изящную каменную чашку бодрящий настой на лепестках горного цветка нбиллоу, быстро сделал бутерброд из всего, что попалось под руку, и безмятежно принялся завтракать, не глядя больше на девушек.

Ему не нужно было смотреть, чтобы чувствовать их недоумение. Это поведение ни капли не напоминало то, к чему они привыкли в последнее время или чего могли бы ожидать. Вдобавок одна из них, а именно Рилана, умирала от голода, да и остальные тоже не отказались бы от хорошего обеда.

– Вы не голодны? – спросил он с набитым ртом. – Да, да, я, конечно, расскажу вам, кто я такой и что мне от вас нужно, но, может, сначала позавтракаем? На сытый желудок и разговоры вести приятнее.

С этими словами он схватил маленькую аппетитную булочку и жизнерадостно сжевал её целиком, перемазавшись в ягодном креме. Всё это ничуть не походило на его обычные манеры, но чего не сделаешь ради удачного итога комбинации? Очень скоро его усилия были вознаграждены скромным, но неоспоримым успехом: Рилана сменила положение в кресле, подвинувшись ближе к столу, и потянулась к тарелке с сыром.

– Что? – буркнула она в ответ на удивлённые взгляды других девушек, отправив в рот огромный ломоть. – Я хочу есть! – и она, схватив с соседней тарелки мягкую булочку, принялась намазывать масло. – Ммм, вкусно, – промычала она через какое-то время, – Попробуйте!

Переглянувшись, Виолетта и Лили последовали её примеру, взяв с тарелок то, что показалось им самым привлекательным. Изабелла придирчиво осмотрела каждый кувшин.

– Кофе есть?

– Есть кое-что получше, – Торан наполнил ещё одну чашку настоем из нбиллоу. – Попробуй!

Изабелла недоверчиво понюхала напиток и пригубила. Через мгновение на её лице появилось непривычное выражение лёгкого удовольствия.

– Это – настой из лепестков нбиллоу, – объяснил Торан. – Нбиллоу – очень редкий цветок, он растёт только на отвесных скалах. Милая шутка Ладрифа, одного из наших лучших целителей! Это он вывел нбиллоу и поселил его в горах – по официальной версии, чтобы цветок насытился свежим воздухом, но я-то знаю: старик считал, что то, что легко получить, меньше ценится. А ещё он хотел всем досадить. Вздорный старикашка… мне его очень не хватает. Да, так вот благодаря усилиям Ладрифа, отыскать нбиллоу нелегко, но дело того стоит, ибо полезные свойства его неоценимы. И настой очень вкусный, конечно, – со смешком добавил он. – Ещё туда входят семена мирастийского льна, молотые, разумеется, и какие-то травы, я точно не помню, какие, вот Эрга, безусловно, знает. Эрга – это наша целительница, – небрежный кивок в сторону Пенорождённой. – Между прочим, лучшая ученица того самого Ладрифа! Она может забыть, как зовут Духа, с которым здоровается каждый день, но любое, даже самое завалященькое растеньице у неё в таком почёте, который даже её братцу не снился.

– А тебя как зовут? – поинтересовалась Эвелин, цапнув ещё одну булочку. – И зачем мы тебе сдались?

– Тоже будешь про наше великое предназначение рассказывать? – прищурилась Изабелла. – Осторожно, это становится мэйнстримом! Пора уже придумать что-то свеженькое.

– За этим дело не станет, – пообещал Советник. – Меня зовут Торан. По происхождению последний из клана Чёрных Серпоносцев, по призванию – защитник Мирастис, а по должности – Главный Советник Владыки Джафаридоса.

– Сколько незнакомых слов, – пробормотала Изабелла.

– Будет больше, – улыбнулся Торан. – Что же касается второго вопроса… Вы мне нужны, чтобы защитить Мирастис.

– От чего? – удивилась Эвелин.

– Разве мы не должны, наоборот, завоевать Мирастис? – уточнила Виолетта.

– От анархии. Должны, – коротко ответил Торан.

– К тебе тоже Духи Кристалла прилетали? – съехидничала Изабелла.

– Нет. Но это и без них совершенно ясно. – Торан подлил ей ещё напитка из нбиллоу. – Единственное, чего я хочу, – хотя бы на этот раз обойтись без жертв.

– Совсем без жертв вряд ли получится, – заметила подошедшая к ним Эрга. – Я закончила, – сообщила она Торану, усаживаясь рядом с ним в кресло. – Они оба сейчас спят. Лучше всего не тревожить, пока мы не вернём их домой. Но сейчас этого делать не стоит, потому что телепортация хранительнице Осколка может повредить.

– Так с ней всё будет в порядке? – спросила Виолетта.

– Да, Недалиона, – кивнула Эрга. – Тебе не в чем винить себя. Её тело почти разрушила болезнь, и если бы вы не явились за Осколком так вовремя, она не попала бы сюда, а значит, её неминуемо забрала бы смерть. Так что можешь считать, что ты спасла её.

– Нет, – возразила Виолетта. – Это ты спасла её. Спасибо.

В ответ Эрга лишь слегка растянула уголки губ в вежливой улыбке. В отличие от Торана, она никак не могла понять, как вести себя с этими девочками. Торан полностью отдался вдохновению, но Эрга всегда полагалась лишь на тонкий аналитический ум. Пока что он подсказывал, что Нэйры действительно стали обычными человеческими девчонками, а значит, важно не оттолкнуть их излишней серьёзностью, но в то же время и субординацию нарушать не следует. Однако в памяти слишком живы были воспоминания о том, как Нэйры ураганом пронеслись по Мирастис. До тех пор, пока не станет ясно, насколько изменились Духи-завоеватели, Эрга решила не вмешиваться в разговор, предоставив вести его Торану.

Благо, пока он справлялся очень неплохо. Как и всегда.

– Почему без жертв не получится? – настойчиво спросила Эвелин.

– Потому что речь о завоевании, а там, где завоевание, там и жертвы, – усмехнулась Изабелла. – Ты историю в школе мимо проходила?

– На этот раз у вас есть поддержка в стане противника, – заметил Торан. – Так что, возможно…

– Так вы предатели? – округлила глаза Эвелин.

– Или просто хотите заманить нас в ловушку? – предположила Лили. – Я чувствую подвох… Вы не говорите нам всего, не так ли?

– Безусловно, – кивнул Торан. – И более того, я ещё вообще ничего не успел сказать.

– Ну так приступай, – нахмурилась Эвелин. – Сколько можно тянуть кота за хвост?

– Я начну с главного. Мы хотим, чтобы вы восстановили Ключ от Храма, – медленно проговорил Торан. – Он необходим, чтобы сменить Владыку Мирастис.

– Вы знаете, как это сделать? – спросила Виолетта.

– Чем вам старый не угодил? – одновременно с ней поинтересовалась Изабелла.

– К сожалению, рассудок нашего Владыки Джафаридоса повреждён вот уже шестьдесят всеэр, – вздохнул Торан. – Его безумие не столь ужасно, сколь могло бы быть, в основном благодаря усилиям любящей сестры. Однако слишком много находится таких, и с годами их всё больше, кто считает, что неполноценному Владыке не место на троне. Правда, альтернативы они предложить не могут. Видите ли, без Ключа сменить Владыку нельзя, а Ключ разбит.

– Что вам мешало самим за всё это время собрать Осколки и соединить их? – спросила Виолетта.

– Мы не знаем, как это сделать, – печально ответил Торан.

– Но мы тоже не знаем! – воскликнула Эвелин.

– Возможно, Юайвен в курсе, – предположила Лили.

– Я убеждён, что, когда все Осколки будут перед вами, четыре Великие Нэйры смогут восстановить его, – проникновенно сказал Торан.

– Что-то звучит не очень убедительно, – покачала головой Изабелла.

– Ты обманываешь нас, – сказала Лили. – Я это чувствую. Скажи правду! Так будет лучше.

– Для всех, – хихикнула Виолетта.

Торан встал, будто застигнутый врасплох, и сделал несколько шагов по комнате. На его лице появилось выражение задумчивого замешательства, но душа ликовала. Всё шло именно так, как он хотел.

– Ладно, – он решительно развернулся к девушкам и обвёл их оценивающим взглядом. – Признаюсь, я не ожидал, что вы сохранили былую проницательность. На самом деле, мы знаем, как восстановить Ключ.

– Откуда? – тут же спросила Виолетта. – Разве его уже разбивали?

– Мы провели сложный и опасный ритуал вызова Духа Космоса, который позволяет получить ответ на один вопрос. И Дух поведал нам, что Ключ может быть восстановлен только теми, кто разбил его.

– Минутку, – нахмурилась Виолетта. – Я думала, это ваш воин разбил Ключ!

– Да-да, – горячо поддержала Эвелин. – Я тоже это помню! В том странном здании… – поймав выразительный взгляд Изабеллы, девушка прикусила язык и умолкла.

– Арг? О нет, – покачал головой Торан. – Он действительно схватил Ключ, но вы попытались вернуть его, и в ходе схватки Ключ разбился. Печальное происшествие.

– Так Арг должен чинить Ключ с нами? – равнодушным голосом спросила Изабелла.

– Да. Последовательность действий мы подскажем, но совершить их вы должны все вместе, впятером.

Девушки переглянулись, и Торан понял, что они поверили ему. Только у Фиос он ощутил лёгкие нотки сомнения, но знал, что на успех замысла они не повлияют.

– Ну что ж, – протянула Эвелин.

– А что потом? – резко спросила Виолетта. – Одна из нас должна стать Владычицей мира, но я об этом в твоих планах ничего не услышала!

– Значит, станет, – пожал плечами Торан. – Возможно, если бы в прошлый раз мы не сопротивлялись этому так яро, последние шестьдесят всеэр прошли бы более благополучно. А ещё через сорок вас всё равно бы сменил кто-то другой.

– А что, менять Владыку вы можете только каждые сто всеэр? – с внезапным интересом спросила Изабелла. – Сместить его нельзя?

– Почему нельзя – можно, – улыбнулся Торан. – Но только не в отсутствие Ключа, поскольку место Владыки кто-то должен занять. И для смены должны быть основания.

– Это же какие, например? – спросила Виолетта.

– Ну, к примеру, недовольство его поведением большей части подданных. Серьёзные огрехи у нас не прощают.

– У нас – это где? – устало спросила Изабелла. – Кто вы вообще такие, защитники Мирастис? И где мы находимся?

– Это, – Торан плавно обвёл рукой вокруг, – Арвиндеро, одна из заброшенных резиденций наших Владык. Высоко над нами – дно Единого океана, омывающего берега Мирастийского континента. Этот континент огромен и прекрасен, но, увы, сейчас…

– Так мы в Мирастис, – выдохнула Эвелин. – Это правда?

Вместо ответа Торан слегка поклонился.

– Невероятно, – прошептала Эвелин.

– Интересно, как вам удаётся переноситься из Мирастис на Землю и обратно? – спросила Виолетта.

Торан коснулся пальцами Осколка, висящего на шее.

– Осколки от Ключа это могут, – сказал он.

– И сколько у вас их? – как будто невзначай поинтересовалась Изабелла.

– У меня – лишь один, – улыбнулся Торан. – Вторым владеет Эрга. Ещё шесть розданы другим защитникам.

– Отлично! – хлопнула в ладони Эвелин. – Мы заберём у них эти шесть, у нас есть два, и останется найти всего три, которые остались на Земле! Всего три визита к Юайвену, ура!

– Что-то я сомневаюсь, что они так просто их отдадут, – протянула Изабелла. – Эй, чувак, забыла, как тебя зовут… У кого оставшиеся Осколки? Они тоже за нас, или как?

– Конечно, с некоторыми могут возникнуть проблемы, – признал Торан. – Однако, полагаю, ничего такого, с чем не могли бы справиться четыре блистательные Нэйры и ваш покорный слуга, – Торан ещё раз поклонился.

– Блистательные Нэйры, – фыркнула Изабелла. – Пока ещё не слишком… эээ… далеко продвинувшиеся в овладении силами. Интересно, покорный слуга подстать нам?

– Намного важнее, кто эти шесть владельцев Осколков, – задумчиво сказала Виолетта.

– Вы действительно ещё не овладели своими силами? – Эрга постаралась сделать голос максимально равнодушным.

– Арг вернулся, как по стенке размазанный, после встречи с Лиэртой, – заметил Торан с оттенком глубокого уважения.

Девушки промолчали. В глубине души каждая знала, что, если дело дойдёт до проверки способностей, результат может быть каким угодно.

– Может, имеет смысл сначала собрать Осколки на Земле? – предложила Виолетта. – Это тоже привлечёт внимание, но, наверно, не столько, сколько ограбление шестерых Духов.

– Что ж, может, ты и права, – протянул Торан.

Всё складывалось как нельзя более удачно: отправившись за оставшимися Осколками в физический мир, Нэйры наверняка столкнутся с Аргом и Лиром, а значит, смогут отобрать талисманы у них. Сам же Торан, как и Эрга, никак не будут причастны к произошедшему. Конечно, существовала вероятность, что Арг и Лир смогут одержать верх, но она мало беспокоила Торана с того момента, как он ощутил отношение Лира к одной из Нэйр. Со стороны Лиэрты эмоциональный отклик почти не чувствовался. О, Торан не ставил под сомнение преданность Лира Мирастис, но чувства… Любовь… Это слабость, которой Нэйры наверняка не преминут воспользоваться.

Особенно если им кто-нибудь грамотно подскажет.

Торан добродушно улыбнулся.

– Вы получали сведения от этого лондонского вампира, Юайвена? Думаю, вам стоит навестить его снова. Чтобы перенестись на Землю, необязательно владеть навыками телепортации. Достаточно лишь коснуться Осколка вот так, – Торан опустил подушечки пальцев свой талисман, – и представить место, куда хотите отправиться. Так же вы сможете и вернуться сюда, в этот зал.

– Обзорная экскурсия по Мирастис нам не полагается? – иронически спросила Изабелла.

– Не сейчас, – мягко ответил Торан. – Слишком много Защитников не оценит мою гибкость по отношению к законам. Пока что это слишком опасно и может повредить нашему делу.

– Неужели Мирастис так мала, а Духов так много, что у нас нет шансов проскочить незамеченными? Мне кажется, что ты должен знать не одну лазейку, раз уж готовишь целый заговор! – Виолетта метнула в него обжигающий взгляд.

Эрга нахмурилась. Девчонка флиртовала с Тораном слишком уж откровенно!

– Речь идёт не о лазейке, а об экскурсии, – заметил Торан. – Мирастис охраняется лучше, чем вы можете себе представить. Но настанет день, когда вы сможете увидеть её тайны своими глазами. Да, вы увидите их… – Торан ненадолго замолчал. – Вы увидите, как плещется предзакатное солнце в багровеющих волнах Арвиндерского пролива, что отделяет скалистый остров от Мирастийского континента. Как серебрятся нежные лепестки нбиллоу на горных склонах при голубоватом свете луны… а их запах, свежий и чувственный, что становится ярче при наступлении ночи… Вы пройдёте по Хрустальному мосту, соединяющему великолепные дворцы-близнецы Владыки Джафаридоса и сестры его Эрги, и в лицо вам будет дуть разноцветный ветер, а далеко внизу, под ногами, будет колыхаться бескрайнее море буйной зелени. И, возможно, один из преображённых нами ящеров не откажется промчать вас по озарённым солнцем долинам со скоростью лёгкого листка дерева имра. Вы ощутите ледяные брызги Водопада Желаний и сможете сплетать узоры звёзд в Великом Храме Мирастис…