Текст книги "Тень на Солнце (СИ)"

Автор книги: Eldar Morgot

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 28 страниц)

– Зезва, – с улыбкой покачала головой Ламира. – Ты не один будешь сторожить яблоню. С тобой отправится наш могущественный чародей Ваадж. Кроме того, если хочешь, можешь взять с собой друзей.

– Как прикажет ваше королевское величество, – склонил голову Зезва. Он уже начинал понимать, что речь идет не об обычной яблоне. – Магическое дерево, надо полагать?

– Ты не ошибся, рыцарь. Старая яблоня, плоды которой имеют волшебное свойство давать молодость, разглаживать морщины и лечить болезни. Это дерево уже несколько столетий украшает наш сад. Оно плодоносит два раза в год, и каждое яблоко на вес золота, потому что мой придворный врач, а также Ваадж используют их для врачевания бедных людей. В последние несколько дней кто-то приходит по ночам и ворует яблоки. Все сторожа и солдаты, который оставались дежурить, так и не смогли изловить вора. Обычно они спят, когда мы приходим утром проверить результат их работы!

– Скорее всего, похититель напускает на них сон, – впервые вмешался в разговор джуджа Самарий Огрызок. – Прошлой ночью я отправил своих лучших воинов охранять дерево. Тщетно – они все спали утром как сурки!

– Интересно, – покачал головой Зезва.

– Итак? – спросила королева.

– Я готов, ваше величество. С позволения вашей светлости, мои друзья Каспер и отец Кондрат присоединятся ко мне этой ночью для окончательного искоренения возмутительного воровства в саду вашего величества.

С этим словами Зезва довольно галантно поклонился.

– Ваадж тоже идет с вами, – напомнила Ламира, улыбнувшись.

– О, да, выше величество, – Зезва одарил чародея ледяным взглядом. – Господин волшебник будет весьма полезен.

Данкан не сводил с дерзкого рыцаря из Убика яростного взора. Затем он обменялся взглядами еще кое-с кем в зале и опустил глаза. Пальцы пажа с ухоженными ногтями принялись поглаживать арсенал метательных ножей.

Зезва зажмурился. Боль перехода постепенно уходила. Он ненавидел это ощущение. Мир словно взрывается, тысячи маленьких иголок впиваются в голову, принося эту боль, трудно переносимую и чем-то похожую на зубную... Он глубоко вздохнул. Ваадж настоял на этом, и, хотя Зезва сопротивлялся, в конце концов, магу удалось убедить его.

– Жаль, что я не могу отправиться с тобой! – воскликнул чародей.

– Этого еще не хватало, – буркнул Зезва. – Во-первых, ты не способен на Переход, во-вторых...

– Мир Демонов настолько страшен?

– Нет, он противен.

Зезва еще раз проверил покупки и поднялся с ковра. Его шатало. Больше никаких Переходов в этом месяце. Здоровье важнее. Тем более что демонские штуки из-за Грани не должны появляться в настоящем мире так часто. Ваадж уже долго стучал в двери спальни, в которой устроился Зезва. Ныряльщик спрятал мешок в шкаф и пошел открывать двери.

Заухал филин. Налетевший ночной ветер заставил Каспера поежиться. Юноша вздохнул полной грудью, по привычке нащупал рукоять отцовского меча и вздрогнул: Зезва по прозвищу Ныряльщик смотрел на него, пожевывая травинку.

– Да на месте твой меч, Каспер, что ты дергаешься.

– Извини, – смущенно проговорил Каспер, – никак не могу отучить себя.

Они с Зезвой прятались рядом с волшебной яблоней, в высокой траве, покрывавшей почти весь королевский парк. Ваадж и отец Кондрат поджидали вора за большим деревом чуть поодаль. На том, чтобы разделиться, настоял чародей. Так, утверждал он, противник будет с большим успехом застлан врасплох, потому что, две засады всегда лучше, чем одна. На это Зезва с кислым видом возразил, что если ночной вор настолько могуч, и перехитрил целую роту солдат, то ему как-то все равно, одна засада его ждет или десять. Но, в конце концов, Зезва согласился, решив, что, действительно, не стоит держать все силы в одном месте. Магическая яблоня оказалась довольно невзрачным деревом, никак не походившим на волшебное. Яблоня как яблоня, с обычными плодами не особенно привлекательного вида и размера, таких деревьев сотни в окрестных деревнях. Разве что растет немного в стороне от основной группы деревьев фруктового сада, что разбит в южной части королевского парка. Но Ваадж, внимательно осмотрев траву вокруг чудесного дерева, благоговейно поднял единственное упавшее яблоко и спрятал в карман. Зезва тут же провозгласил, что вор, наконец, пойман. Под смех Зезвы и отца Кондрата и осторожную улыбку Каспера, чародей сердито продолжил осмотр места предполагаемой засады. Закончив с диспозицией, он заставил всех выпить по какому-то дурно пахнущему эликсиру, пояснив, что он поможет не уснуть от зловредных чар. Вкус жидкости был еще хуже, чем запах, но все послушно выпили снадобье, скривившись от отвращения. Близилась полночь. Они сидели в засаде уже больше двух часов, а ночные любители яблок все не появлялись.

Зезва зевнул.

– Что-то не действует Вааджово пойло, – проворчал он, переворачиваясь. – Хочется спать. Может, наш вор вообще сегодня не придет. Решил устроить себе выходной. Грабителям тоже нужен отдых.

– Возможно, – согласился Каспер, косясь на мешок, который притащил с собой Зезва. – Позволь вопрос.

– Давай.

– Что это за железные длинные штуки у тебя?

– Где?

– Ну, вон, в мешке, что ты держишь наготове.

– А, это, – Зезва подтащил к себе торбу. – Если появится вор, возможно, они нам пригодятся.

Снова ухнул филин, в этот раз ближе. Зезва поднял руку, Каспер, собравшийся было задать вертевшийся на языке очередной вопрос, умолк. Некоторое время они напряженно прислушивались. Раздался свист.

– Ваадж тоже что-то учуял, – прошептал Зезва, приподнимаясь на локтях и придвигая свою сумку. Каспер некоторое время наблюдал, как его странный спутник одной рукой что-то поглаживает внутри сумки, а второй ощупывает мешок со диковинными металлическими штуками. Предметов несколько, и судя по всему, они довольно тяжелые, потому что Зезва кряхтел, пока тащил их на себе. И хотя Каспер предлагал помощь, Ныряльщик отказался. Юноша еще раз внимательно осмотрел продолговатые штуки, торчащие из мешка Зезвы. Одна вроде побольше других.

– Тише, – прошептал Зезва, оглядываясь. – Не шебурши, парень!

Каспер послушно притих.

– И хватит пялиться на мой мешок!

Раздавшийся шум и предостерегающий свист Вааджа заставили Зезву прекратить отчитывать юношу. Ныряльщик припал к земле, затем осторожно поднял голову.

– Гляди, – одними губами проговорил он, – видишь?

Каспер посмотрел туда, куда указывал Зезва и замер.

– Не двигайся, я не...

Зезва вдруг почувствовал, как что-то незримое пытается проникнуть ему в голову. Одновременно с этим, в ночном воздухе возник тонкий мелодичный звук, словно кто-то методично выводил аккуратную и незамысловатую мелодию. Рядом застонал, схватившись за голову, Каспер.

– Снадобье Вааджа все-таки действует, – Зезва усиленно тер виски, – но он силен, зараза... Понял теперь, почему все засыпали? Впрочем, я догадывался. И Ваадж то же самое сказал, выслушав рассказы сторожей. Ах, ты...Поет песнь гвелеш...

Раздался шум гигантских крыльев, подул ледяной ветер, заколыхавший ветки яблони. Пара волшебных яблок с глухим стуком упала в траву. Где-то уже вдалеке испуганно ухнул филин: как видно, ночная птица решила поспешно ретироваться, заметив, кто пожаловал в яблочный сад.

– Не спать только! – прохрипел Зезва, сжимая виски.

– Голова... – Каспер упал на колени, держась за голову дрожащими руками.

Пение продолжалось еще несколько мгновений, затем стихло. Шум крыльев усилился.

– Готовься, парень, – Зезва прижался к земле, вытащил меч. Его вторая рука покоилась внутри сумки. Мешок Ныряльщик оставил закинутым за спину.

И тут пение возобновилось. До слуха Каспера донесся приглушенный стон со стороны кустов, где прятались Ваадж с отцом Кондратом. Юноша застонал, попытался встать на ноги, но без чувств рухнул в траву.

Шум крыльев. Что это? Туман вокруг, ничего не видно. Крики? Он слышит крики...Или ему показалось? Так что это, сон? Каспер замер.

– Отец... это ты?

– Я, сынок, – отец стоял перед ним, весь в клубах белого сырого тумана.

– Я...сплю или же...

– Ты снова спишь. Я пришел помочь тебе.

– Помочь? Но, папа, я...

– Каспер, сынок, – отец улыбнулся, его глаза, до боли знакомые, глаза из детства, заставили Каспера вздрогнуть. По спине побежали мурашки. – Просыпайся, твоим друзьям нужна помощь. И не только друзьям, которых ты знал до сегодняшнего дня. Прежде чем ударить, остановись на мгновение...

– Папа! – Каспер протянул руку, но силуэт уже растворился в тумане.

Юноша застонал и открыл глаза.

Тяжело дыша, Зезва смотрел, как огромный гвелеш, взмахнув перепончатыми крыльями, приземлился рядом с яблоней. Сапфировые глаза чудовища остановились на человеке, что осмелился стать на его пути.

– Ну почему, – шептал Зезва, – почему я вечно связываюсь с всякими страховидлами, а?! Ох, дуб святой...

Гвелеш впечатлял размерами. В холке, пожалуй, он был повыше хорошего эрского дома. Продолговатое чешуйчатое тело темно-зеленого цвета с длинным изящным хвостом, такая же длинная подвижная шея, на которой сидит драконья голова со сверкающими глазами цвета сапфира. С бока чудовища свисала большая сумка, в которую гвелеш складывал яблоки, срывая их мощными передними лапами. Задние конечности монстра скребли когтями землю, разбрасывая вокруг клочья травы. Зезва заметил, как за спиной гвелеша высунулся из высокой травы Ваадж, а за ним показалась монашья щапка отца Кондрата. Зезва стиснул зубы. Пора? Нет, рано. Жаль, что Каспер не выдержал и остался лежать в траве, сраженный песней гвелеша. Ну хоть поспит. Да и целее будет.

Гвелеш раскрыл пасть. Ваадж нырнул в траву. Исчез и брат Кондрат. Зезва поднял меч, который сиял синим светом, светясь, словно фонарь. Пляшущие тени заколыхались на фоне темнеющих деревьев яблочного сада. Зезва уловил свист и приготовился. Теперь или будет поздно! Он вытащил руку из сумки, но застыл на месте, раскрыв рот. Потому что крылатый монстр заговорил.

– Не советую тебе это делать, человек! Если твои друзья, что прячутся в траве за моей спиной, нападут, участь их будет незавидной, не будь я Дзилис, гвелеш из Черных Пещер!

Пока Зезва приходил в себя от изумления, Ваадж начал действовать. С гиканьем он прыгнул вперед. В руках чародей сжимал светящийся искристый шар, который направил на гвелеша. Судя по тому, что отца Кондрата нигде не было видно, достойный инок решил остаться в тактическом резерве. Ваадж поднял вторую руку, сжимающую меч и бросился в атаку. Из шара вылетела молния и ударила чудовище. В следующее мгновение чародей валялся на земле. Расколотый шар дымился вокруг в виде оплавленных осколков, а разъяренный гвелеш взмахнул крыльями и перешел в решительное контрнаступление, намереваясь растерзать Вааджа.

– Эй, курица хвостатая! – геройски воскликнул Зезва, бросаясь вперед. Из кустов выскочил отец Кондрат, громко посулил гвелешу проклятие от Дейлы, и, пыхтя, принялся оттаскивать оглушенного чародея подальше от театра боевых действий. Гвелеш обернулся и зашипел.

– Видел, какая судьба постигла твоего друга-мага? О, самовлюбленные людишки!

Зезва уже вытаскивал длинный металлический предмет из-за спины и готовился к атаке. Но гвелеш по имени Дзилис не дал ему возможности наладить оружие. Он налетел на Зезву, как вихрь, опрокинул на землю и положил когтистую переднюю лапу на грудь задыхающегося Ныряльщика.

– Ну, что скажешь теперь, человек? – гвелеш приблизил голову к лицу Зезвы так близко, что тот ощутил горячее дыхание чудища. Странно, но оно не было зловонным. Сапфировые глаза сузились, продолговатые змеиные зрачки сверлили Зезву, словно хотели проникнуть в его душу.

– Скажу, что ты – вор, – пробормотал Зезва, тщетно пытаясь дотянуться до сумки. – Похищаешь чужие яблоки...

– Похищаю, – согласился гвелеш, усиливая нажим. Зезва стал хватать воздух широко раскрытым ртом. – Меня никто не остановит, и уж точно не шайка придурковатых человекообразных! Твой толстый подельник, что сейчас тащит на себе напавшего на меня шарлатана, не уйдет далеко. Правда, сначала я разберусь с тобой...

– Эй! – раздался чей-то слабый крик.

– Что такое? – Дзилис повернул голову и снова зашипел. – Так, понятно... Лучше бы ты спал себе дальше, заморыш!

Каспер стоял перед жутким чудовищем с отцовским мечом в руках. Его бил мелкий озноб, но юноша отчаянным усилием преодолел дрожь в коленях и двинулся вперед, размахивая оружием. Бледный как смерть, он приближался к чудовищу, стиснув зубы и подергивая головой, тщетно пытаясь смахнуть с лица пот, что заливал ему глаза.

– Ну и кто это у нас? – насмешливо прошипел Дзилис. – Какой-то худосочный человечишка, да еще мечом размахивает и...

Гвелеш вдруг запнулся и резко пригнув шею, впился глазами в приближающегося юношу.

– Не трогай его, – прохрипел Зезва, извиваясь под когтями монстра. – Это слабоумный дурачок...

А Каспер, подняв меч над головой, шел вперед, с трудом переступая ватными ногами. Во рту у него пересохло, одежда взмокла. Что ж, видно пришло время его смерти. Он встретит ее достойно, он постарается встретить ее достойно...

– В дороге и дома, – голос Каспера дрожал, – в ненастье и спокойствии, на войне и в мире...

– ... свершенные ранее добрые дела хранят человека! – громко прошипел Дзилис, взмахивая крыльями. – Говори, где ты научился этим словам, человечишка! Ну?!

Гвелеш ослабил хватку, и Зезва, невероятным образом выгнувшись, ухитрился таки отползти в сторону. Там он опять принялся налаживать свою металлическую трубу. Гвелеш Дзилис словно и не заметил этого. Чудовище прыгнуло вперед. Каспер опустил меч и попятился.

– Это слова моего отца.

– Назови его имя! Откуда у тебя этот меч?

– Алексис, а я – Каспер, его сын!

Гвелеш с шумом выпустил воздух и сел на задние лапы. Не оборачиваясь, он тихо прошипел:

– Можешь стрелять теперь, человек с черной косой.

Пораженный Зезва опустил оружие, непонимающе глядя на крылатое чудовище.

– Победитель Сильнейших, – продолжал гвелеш, – могучий богатырь Алексис, герой Битвы у Водопадов, гроза разбойников и бандитов, любимец женщин и... мой старый друг. Он умер?

– Уже два года, как отец покинул меня, – Каспер медленно опустил меч, – но, ты...ты действительно знал моего отца? Он никогда не рассказывал о тебе.

– Рассказать о дружбе со злобным крылатым чудовищем? В лучшем случае над твоим отцом бы посмеялись, а в худшем...– Дзилис опустил голову. – А теперь, Каспер, сын Алексиса, можешь поднять меч Победителя Сильнейших и убить меня. Сил хватит?

Каспер попятился.

– Отдай яблоки и можешь улетать, – крикнул Зезва.

Гвелеш медленно повернул голову в его сторону.

– А если не отдам?

– Тогда, – раздался голос Вааджа, – придется силой отнять их у тебя!

Чародей, слегка пошатываясь, стоял под яблоней. Его поддерживал отец Кондрат, с опаской поглядывая в сторону чудовища.

– Жалкие, жалкие людишки... – еле слышно прошипел Дзилис. – Вы не получите яблок. Кому вы угрожаете? Хотя... – гвелеш взглянул на Зезву. – Весомый аргумент в твоих руках, черноволосый. Оружие, несомненно, впечатляющее, даже для гвелеша из Черных Пещер. Ходок за Грань? Из Ныряльщиков?

Зезва посмотрел Дзилису прямо в глаза, провел языком по пересохшим губам.

– Ну, что же ты медлишь, человек? Я не успею прыгнуть. Давай!

– Нет! – выкрикнул Каспер, выходя вперед и заслоняя собой гвелеша. – Пожалуйста, не надо, пусть улетает!

Зезва одобрительно кивнул головой. Молодец парень. Хоть и похож на стручок без фасоли.

– Подождите! – отец Кондрат вышел вперед и, поколебавшись мгновение, подошел к монстру вплотную. Тщетно Ваадж пытался остановить его. Монах положил руку на плечо Касперу и поднял голову.

– Почему ты воруешь магические яблоки, Дзилис из Черных Пещер? – спросил монах тихо. – Расскажи нам, прошу тебя. Клянусь Дейлой Защитницей, я не позволю причинить тебе вред.

– Да я и не собирался, – махнул рукой Зезва. Ваадж оперся о магическую яблоню и ощупывал шишку на голове.

Гвелеш некоторое время переводил взгляд с монаха на Зезву, затем на Каспера и обратно. Взмахнул крыльями. Медленно снял с себя сумку с яблоками.

– Хорошо, я расскажу.

Черный кадж Нестор раздраженно провел рукой по коммуникационной сфере. Рокапа уже начинала надоедать своей назойливостью. Он машинально оглянулся, затем просканировал пространство вокруг комнаты. Все в порядке, ближайшее живое существо – часовой из Императорской Стражи. Кадж откинулся на спинку кресла, поигрывая тремя металлическими шариками, соединенными между собой, и выжидающе уставился на мерцающую сферу. Коммуникатор мерцал голубоватым светом: передача изображения вот-вот должна была начаться. Нестор ждал. Шарики постукивали в пальцах.

– Приветствую Нестора, Властителя Мыслей и Пространства, – услышал он женский голос. Изображения пока не было. Нестор на мгновение прекратил поигрывание шариками. Наконец, образ Рокапы появился над коммуникационной сферой. Нестор с улыбкой покачал головой.

– Рокапа, ты же знаешь, твои штучки на нас не действуют. Прими свой обычный облик.

Архиведьма не удостоила каджа ответом, хотя и поменяла внешний вид с прекрасной юной блондинки на худощавую брюнетку с огромными синими глазами, черными бровями и ресницами. Тонкие губы были слегка приоткрыты, голова архиведьмы склонена немного набок, ухоженные пальцы вертели маленькой расческой. Ее черное платье, украшенное драгоценными камнями и пентаграммами, подчеркивало изящные формы колдуньи. Рокапа сидела по главе длинного стола, по правую и левую руку от нее устроились в креслах две высшие кудиан-ведьмы из Высокого Совета Знающих. Нестор с вежливой улыбкой поклонился колдуньям, тоже брюнеткам, хотя выглядели они постарше самой Рокапы. Сколько им лет на самом деле? Двести? Триста? Тысяча?

Рокапа наклонилась вперед, поигрывая расческой. За ее спиной в воздухе сверкало священное изображение демона Кудиана: огненная пятиконечная звезда. Нестор поморщился. Кудиан-ведьмы не могут без внешних эффектов.

– Извини, кадж, – заговорила Рокапа тихим голосом, – но, с другой стороны, тебе тоже стоит снять капюшон. Мы не скрываем свой облик.

– Разве? – холодно поинтересовался Нестор. – Твои достойные подруги, полагаю, в действительности выглядят немного старше, чем кажутся, – кадж галантно улыбнулся ведьмам. – И где ваши прелестные хвосты?

– Тебе стоит вырвать язык, каджово отродье! – прошипела колдунья, сидевшая справа от Рокапы. Темные волосы кудиан-ведьмы были заплетены в две толстые косы, глубокое декольте фиолетового платья почти не скрывало красивую грудь, а на шее сверкало жемчужное ожерелье.

– Да? – усмехнулся Нестор. – После таинственной гибели Миранды, ты совсем отбилась от рук, милая моя Марех. Отличное платье, кстати. Очень, хм, красивой формы!

Марех подскочила от ярости, но Рокапа подняла руку, призывая ее к спокойствию. Дрожа от гнева, Марех уселась на место, кусая губы.

– Успокойся, – таким же тихим голосом произнесла Рокапа. – Бери пример с Сарис.

Вторая кудиан-ведьма еле заметно кивнула. Ее немного раскосые черные глаза бесстрастно посмотрели на Марех, затем обратились к Нестору.

– Властитель Пространств весьма остроумен, – низким голосом проговорила Сарис, переводя взгляд на свои безукоризненные ногти, покрытые синим лаком. – Но почему ты смеешься над нашим горем? Сестра Миранда мертва. Это вопиющее преступление.

– Искренне соболезную, – изобразил печаль Нестор. – У вас есть какие-нибудь предположения, уважаемые?

– Небольшие, – Рокапа застывшим взглядом смотрела на расческу. – Ее разорвало на куски.

– Надо же! – деланно удивился кадж. – Но ведь, насколько мне известно, благородная Миранда отличалась не только опытностью, но и повелевала лесными созданиями, включая очокочей и мхеца, не говоря уже про крюковиков. Я слышал, что даже речные али слушались ее, что, вне всяких сомнений, достойно восхищения. Но такая смерть? Поразительно!

– Миранда всегда была отшельницей, – сказала Марех, – жила на окраине Убика и даже с нами виделась редко.

– Убик...– нахмурился Нестор. – Королевство Мзум.

– Именно. Мы знаем, что не обошлось без магии. Не удивляйся так, кадж. Наверное, ты хочешь спросить, кто мог противостоять кудиан-ведьме, и будешь прав. Скажи, что ты знаешь про некоего Вааджа?

– Ваадж? – переспросил Нестор. – Так называемый Высший маг из Мзума, личный шарлатан королевы Ламиры. Как же, наслышан.

– Шарлатан? – прошелестела Рокапа. – Ты уверен?

– Ну, ему доступны кое-какие вещи, он может проделывать определенные магические ритуалы, но не практикует настоящей магии, потому что глупые моральные запреты не позволяют ему открыть дорогу в Грань. Ваадж из тех, кто зовется белыми магами, хотя белых магов в природе не существует.

Ведьмы некоторое время молча изучали Нестора. Пентаграмма за их спинами мерцала. Кадж невозмутимо налил себе воды из графина и так же степенно осушил стакан. При этом рука исчезала в глубине капюшона, словно переходила в иное измерение.

– У нас есть подозрение, что именно Ваадж приложил руку к убийству Миранды, – прервала молчание Сарис.

Нестор засмеялся, но тут же умолк. Прищурившись, он некоторое время изучал ведьм, переводя взгляд с одной на другую.

– Ваадж не смог бы этого сделать, уважаемые.

– Почему, кадж?

– У него недостаточно сил и знаний.

Рокапа криво усмехнулась.

– Зезва по прозвищу Ныряльщик, – произнесла она. – Он тоже был в Убике.

– Ныряльщик? – переспросил Нестор. – Ходок за Грань? Разве Ныряльщики еще остались?

– Он последний.

– Тогда подозревать кого-то из Ныряльщиков еще более странно, чем винить в гибели Миранды Вааджа. Что он может? Ныряльщики – обычные люди, разве что обладают даром Перехода. Мне рассказывали, что они просто мелкие торговцы безделушками, которые таскают из Мира Демонов.

– Мир Демонов? – рассмеялась Марех. – Так теперь называют миры за Гранью?

– К тому же, – продолжал Нестор, – даже Ныряльщик не способен унести с собой из-за Грани больше вещей, чем его собственный вес.

Рокапа спрятала расческу под сложенными лодочкой ладонями и пригнула черноволосую голову.

– Ну, а оружие, кадж?

– Оружие из Мира Демонов? – задумался Нестор. – Вы хотите сказать, что...

– Кроме того, наши сестры-жрицы Матери Вайны сообщают о странном исчезновении подопечной по имени Саломея. Она могла стать Высшим Медиумом Вайны...

– Медиум Темной богини? – ухмыльнулся Нестор. – Незавидная участь, клянусь Знанием! Она не прожила бы и пяти лет, Вайна высосала бы ее душу!

– Да, – кивнула Рокапа, – это так. Но Та, Что Пляшет С Кудианом нуждается в таких проводниках, чтобы иметь возможность появляться среди нас... Также исчез наш должник. Лесной дэв по имени Ноин.

– Не понимаю, какое отношение все это имеет к вашему Ныряльщику.

– Дети Саломеи, – сверкнула глазами Рокапа, снова принимаясь вертеть в руках расческу. – Их видели во Мзуме в сопровождении странной компании, состоящей из двух джуджей, толстого монаха и...

– Зезвы Ныряльщика?

– Как ты догадлив, кадж!

Нестор лишь криво улыбнулся в ответ.

– Как видишь, мы много чего можем сказать, кадж. Как и то, что задумал твой наниматель Вольдемар. Надеюсь, Высший Совет и Знающие будут союзниками. Нами движет месть, тобой и другими каджами – честолюбие. Элигершдад жаждет вернуть себе господство над южными землями. Предлагаем тебе временный союз.

– На каких условиях? – задумчиво спросил Нестор.

– Условия просты, как эрский дом. Высший Совет помогает в твоих общих с Директорий планах, а ты с братьями оказываете посильную помощь в поимке убийц Миранды. А еще мы хотим поближе присмотреться к этому загадочному ходоку за Грань! Как и к его друзьям.

– Не верю, что он способен убить высшую кудиан-ведьму, милая моя Рокапа.

– В последнее время, кадж, – сощурилась Рокапа, – я стала верить в такие вещи, в которые никогда бы не поверила раньше. Итак?

Нестор некоторое смотрел на сияющую пятиконечную звезду. Затем кивнул в знак согласия и медленным движением откинул капюшон. Ведьмы отреагировали по-разному. Сарис даже не шелохнулась. Марех прищурилась и что-то пробормотала себе под нос. А Рокапа улыбнулась. Когда изображение каджа исчезло, кудиан-ведьмы некоторое время молчали, погруженные в свои мысли.

– Хитрый кадж вообразил себя вершителем судеб, – наконец, произнесла Марех.

– Нужно отдать ему должное, – отозвалась Сарис, – для каджа он не так уж и несносен.

– Несносен? – воскликнула Рокапа, отшвыривая расческу. – Несносен, говоришь ты, Сарис? Каджи вмешались в судьбы человеков, уже только это вызывает у меня омерзение. Теперь они помогают императору Вольдемару в осуществлении завоевания мира! О, Милый Кудиан, разве это не глупо?

– А этот балаган с откидыванием капюшона? – проворчала Марех. – Можно подумать, мы не знаем, как выглядят каджи!

– Ладно, – прошипела Рокапа. – Пока мы с ними союзники, до тех пор, пока я не принесу в жертву Любимому Кудиану убийцу нашей сестры Миранды!

– А потом?

– Потом? – Рокапа вздохнула. – Потом будет потом, сестры.

И архиведьма продолжила играть с расческой.

– Долго еще? – спросил Зезва, дыша на замерзшую ладонь. – Еще чуть-чуть, и я превращусь в ледышку!

– Терпение, человек, – отвечал гвелеш Дзилис, паря в воздушном потоке. – Почему ты постоянно жалуешься?

– Ты сказал, что Черные Пещеры совсем близко!

– Да, близко! Но если бы человеки изучали науки, то знали, что при сильном встречном ветре время полета увеличивается! Вот твой товарищ и сын моего друга Алексиса сидит себе спокойно и не ноет. Бери пример с него!

– Ладно, – проворчал Зезва, оглядываясь на улыбающегося Каспера. – Но ты же гвелеш! Согрей нас! Выпусти там пар или тепло какое-нибудь.

– Я гвелеш из Черных Пещер, а не дракон из детских сказок! Мое тело греет достаточно, чтобы вы не замерзли насмерть. Сиди тихо. Снижаемся.

Заложив вираж, гвелеш пошел вниз, прорываясь сквозь молочные, густые как рменское пиво, облака. Зезва передернул плечами и повернулся к Касперу. Они сидели на спине гвелеша, укрытые от ветра высоким чешуйчатым горбом.

– Ну, что улыбаешься? – пробурчал Зезва, проверяя мешок и сумку.

– Скажи, пожалуйста, – сказал Каспер, – ты же с самого начала без восторга воспринял идею полета с Дзилисом к Черным Пещерам.

– Без восторга? Это мягко сказано, друг Победитель!

– Тогда почему же ты все-таки решил лететь со мной?

Зезва некоторое время молча прислушивался к свисту ветра. Гвелеш медленно опускался все ниже и ниже. Темная опрокинутая стена облаков осталась наверху, а внизу чернела сплошная тьма. Ни огонька, ни искорки, и казалось, крылатый чуд летит прямо в бездонное и ужасное ничто.

– Дзилис мог взять лишь двоих, – сказал Зезва. – И ты сразу вызвался. Можно подумать, ты всю жизнь летал на гвелешах. Может, и на дэвах пахал, а?

– Нет, – покачал головой Каспер, – не пахал еще.

– Вот именно, еще! Когда Дзилис поведал про свое сокровище, без которого ему не жить, и про тех, кто завладел им, наш общий друг Ваадж как-то подозрительно помрачнел и все выспрашивал, кто шантажирует гвелеша и заставляет его, словно сороку, летать воровать чужие яблоки.

– Дзилис дружил с моим отцом, Зезва. Поэтому я решил помочь ему. И... Зезва?

– Ну?

– Ты не ответил на мой вопрос. Почему ты полетел со мной? Почему не позволил Вааджу или отцу Кондрату отправиться со мной?

– Отца Кондрата Дзилис бы не поднял, наш благочестивый отче слишком уж упитанный для полетов.

– Помолчите, человеки! – прошипел гвелеш. – Черные Пещеры!

Гигантской темной птицей гвелеш промчался над самой землей. Опершись руками о теплый горб чуда, Зезва всматривался вперед, где темнела едва заметная в темноте горная цепь. Взмахнув крыльями, Дзилис резко повернул влево. Черневшие впереди горы остались справа.

– Ты передумал? – крикнул Зезва.

– Нет, – Дзилис ежесекундно поворачивал голову в сторону черных гор. – Терпение, человек. Мы не можем приземляться у входа в Пещеры.

– А, ну да, – вздохнул Зезва, – само собой...

Захлопав крыльями, Дзилис опустился на покрытую травой землю, точно за огромным серым валуном, который возвышался возле самого края густого леса. Ночные шорохи, доносившиеся из чернеющего неподалеку леса, казалось, совсем не волновали гвелеша. Зезва сначала подивился такой беспечности, а потом покачал головой, кляня себя за глупость. Хотел бы он посмотреть на того, кто решится атаковать гвелеша. Нет, тут же оборвал он себя. Не хотел бы.

– Слезайте, человеки.

Зезва и Каспер спрыгнули на мягкую, покрытую травяным ковром землю и огляделись. Их глаза уже привыкли к темноте. Рядом с присвистом дышал утомленный полетом гвелеш. Зезва осторожно обошел валун.

– Черные Пещеры, – услышал он голос Дзилиса. – прямо там, видишь?

Зезва оценил расстояние: от валуна примерно три сотни шагов до черноты возвышающихся рядом с лесом гор. Небольшой луг, разделявший лес и Пещеры, покрыт мягкой травой, это хорошо. Они смогут, по крайней мере, бесшумно подкрасться к входу в пещеры.

– Дзилис? – позвал он.

– Да, человече?

– Давай еще раз обсудим нашу тактику, – Зезва уселся на мягкую траву. Каспер пристроился рядом. – Теперь, когда мы возле цели, как ты и обещал, расскажи, что нас ждет там.

– В пещеру пойдете только вы, – раздался из темноты голос гвелеша. – Я буду прикрывать ваше отступление, внутрь залететь я не могу.

– Защита?

Дзилис некоторое время молчал, пару раз расправив крылья.

– Ну? – не выдержал Зезва. – Ты хочешь, чтобы тебе помогли спасти сокровища или как?

– Мы возле входа в Пещеру Грусти, – сказал, наконец, Дзилис. – Это единственный путь внутрь. Вход патрулируют вешапы.

– Ох, дуб тебе в зад, дракон хренов...

– Ты передумал, Ныряльщик?

– Что еще там? – нахмурившись, спросил Каспер, сжимая отцовский меч.

– Тебе мало вешапов? – воскликнул Зезва. – Дзилис, ты же не... Постой, постой, – Зезва вскочил и вплотную приблизился к гвелешу. – Какие вешапы? Сколько? Цвет? Сами или с наездниками?

– Черные. Наездники – горные дэвы. Возле входа – два, иногда три. Внутри еще столько же, а может и больше.

Зезва присел на корточки, сорвал травинку и долго её жевал, задумчиво теребя пальцами свою сумку.

– Черные вешапы, которых почти невозможно убить, да еще и с наездниками-дэвами. Прелестно, клянусь дубом! А ты как считаешь, Победитель?

– Мне кажется, нужно идти, – подумав, ответил Каспер.– В любом случае, я обещал помочь Дзилису.

– Ты хоть раз в жизни сталкивался с черным вешапом? – тихо поинтересовался Зезва. – Молчишь? Понятно... Это все, Дзилис?

– Нет, – ответил гвелеш.

– Дуб мне в зад, кто там еще?!

– Не знаю, – признался чуд. – Кроме черных вешапов и горных дэвов там еще кто-то есть.

– Кто именно?

– Говорю же, понятия не имею, человек! Но кто-то управляет вешапами и дэвами. Каждую ночь, я должен был летать и воровать магические яблоки, иначе дэвы грозились уничтожить мое сокровище. Когда я спрашивал, зачем им яблоки, они лишь смеялись надо мной.