Текст книги "Четырнадцать гениев, которые ломали правила."

Автор книги: Джин Ландрам

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 39 страниц)

Финансовый переворот

Рубинштейн вернулась в Париж, купила себе новый дом и развелась с Титусом. Но ограниченное поле действия не давало этой женщине покоя. Переговорив со своими американскими клиентами и узнав, что они недовольны переменами, она начала планировать возвращение компании. Расчет, который сделала Рубинштейн, не мог быть точнее, поскольку рынок ценных бумаг рухнул пол-

года назад сразу после сделки с братьями Леман и цены на акции компании Рубинштейн упали до рекордно низких цен. Рубинштейн вспоминала: «Я снова начала скупать акции на открытых торгах, пока у меня не набралось одной трети всех акций. Тогда, как основной акционер компании, я отправила «Братьям Леман» серьезную жалобу». Директора корпорации ничего не ответили и не только не разглядели своей ошибки, но и усугубили ее, недооценив chutzpa Рубинштейн. Эта маленькая тигрица начала рассылать письма всем держателям акций, в которых сообщала, что компания Рубинштейн на грани развала, и призывала подавать жалобы на то, как ведутся дела. Интрига принесла свои плоды. Стоимость акций упала еще ниже, так как ее письма пробудили у акционеров страх и они торопились сбыть акции с рук. Ценные бумаги за считанные месяцы подешевели с 60 до 3 долларов за акцию. Затем Рубинштейн предложила купить у «Братьев Леман» фирму за треть суммы, которую они заплатили ей менее года назад. Разорившаяся и напуганная компания приняла ее предложение. Так необразованная, но умная и проницательная дама заработала за год 7 миллионов долларов, обхитрив могучего банкира-инвестора из «Уолл Стрит». Деньги всегда стояли у Рубинштейн на первом месте, и она обладала интуитивным даром делать и хранить их.

Разрушительные тенденции

Независимый и временами разрушительный характер Рубинштейн проявился после смерти ее младшего сына Горация в августе 1958 года. Двумя годами ранее принцесса Герелли не пожелала прервать свой отдых в Европе, чтобы присутствовать на похоронах мужа, предпочтя вместо этого позировать Пикассо. В 1958 году Рубинштейн снова навещала Париж, когда Гораций умер от сердечного приступа, спровоцированного автокатастрофой. Элена была убита горем, но несмотря на это осталась в Париже, отказавшись вернуться на похороны. Патрику О'Хиггинсу она сказала, что собственная смерть приводит ее в ужас. Именно отвращение к отрицательным сторонам жизни и эгоцентричный страх собственной смерти взволновали ее боль-

ше, чем смерть Горация. Мать и сын отдалились друг от друга, поскольку он не желал жить под ее контролем.

Рубинштейн по-прежнему оставалась трудоголиком типа А, что сделало ее невероятно несчастной в личной жизни. Ее лихорадочный, зачастую саморазрушительный образ жизни все же внес свой вклад в огромный успех этой женщины.

Бесстрашная женщина

Элена Рубинштейн признавалась: «Большую часть своей жизни я изнуряла себя нещадно» и «Мне трудно угодить». Она постоянно поднимала планку на невозможную как для себя, так и для окружающих высоту. Эти завышенные ожидания помогли ей стать лучшей в своем деле и наименее любимой. В своей области она более полувека была самым могущественным и влиятельным человеком. О'Хиг-гинс говорил: «Сила ее личности просто раздавливала человека... Она играла в серьезные игры». Это никогда еще не проявлялось с такой очевидностью как тогда, когда Элена Рубинштейн в девяносто четыре года стала жерт-бой ограбления века. О ней говорили, что в своей Нью-Йоркской квартире она держит предметы искусства и драгоценности на миллионы долларов. Трое взломщиков решили, что старуха – удобная мишень, и вломились к ней в Манхэттенскую квартиру, намереваясь взять деньги и драгоценности. Разве устоит девяностолетняя старуха против трех молодых громил? И Мадам им показала!

Троица вломилась в спальню Рубинштейн в 8 часов утра, прежде чем в доме появились слуги и секретарша. Бандиты пригрозили убить хозяйку, если она не отдаст им ключ от сейфа. Рубинштейн отвлекла юнцов пустой болтовней, затем упала на колени и принялась молиться. «Что это вы делаете?» – спросили они. «Молюсь за вас» – ответила женщина. Эта железная леди отказалась сдаться: «Я – старуха. Вы можете меня убить, но я не позволю вам ограбить меня. А теперь пошли вон!» Во время этого обмена репликами она тайком умудрилась вытащить ключ из бумажника и уронить его в широкую щель. Грабители обнаружили ее бумажник и вытряхнули содержимое на постель. Они выхватили из общей кучи банкноты

(всего на сумму 100 долларов), но в спешке упустили из виду безделушки, среди которых были сережки стоимостью в 40000 долларов. Рубинштейн торопливо прикрыла их салфетками и мошенники так и не наткнулись на них, поскольку лихорадочно торопились найти ключ от сейфа. Когда в комнату вошла секретарша и упала в обморок, грабители встревожились и удрали с сотней долларов, оставив произведения искусства и драгоценности стоимостью в миллионы.

Современный Прометей

Эта честолюбивая и напористая женщина была также нетерпелива, импульсивна и нетерпима. Рубинштейн жила ради работы и настолько воплощала в себе образ Прометея, что в 1943 году Сальвадор Дали обессмертил ее, представив Элену женщиной-Прометеем, прикованной к скале собственным блестящим зеленым платьем. Ничто не могло лучше отразить независимый дух этой женщины, которая заставила себя стать лучшей из лучших и всем была обязана только самой себе. В ее лексиконе не существовало слова «нет». Она знала свое дело и всегда была уверена, что сможет добиться успеха вопреки экспертам, опровергавшим ее аргументы. Ради известности и славы Рубинштейн искусно манипулировала средствами массовой информации. Журнал «Лайф» заявил, что «лучше всего Рубинштейн рекламирует саму себя». Она тщательно оберегала свой образ «королевы красоты», ведь репутация помогала ей строить империю, центром деятельности которой была она сама. Рубинштейн разбогатела и обрела могущество. Когда эта мечтательница начинала в Австралии, у нее не было ничего, кроме мечты, но одержимый труд и страстное стремление к совершенству сделали мечты былью.

Элена Рубинштейн

Владелица империи красоты.

Род. 25 декабря 1870 года в Кракове (Польша),

Ум. 1 апреля 1965 года в Нью-Йорке (США).

Доминирующая черта характера:Трудоголик типа А, честолюбива, агрессивна, нетерпелива.

Девизы:«Я приношу удачу», «Если я не буду ничем занята, то сойду с ума», «Надо верить в себя».

Прозвища:«Мадам», «Первая Леди Красоты», «Принцесса», «Принцесса Герелли».

Дурные привычки/Хобби:Прекрасная одежда, драгоценности, изящное искусство и деньги.

Кумиры/герои:Доктор Ликуски, создатель крема «Вале». Жизненная философия:«Ничто так не способствует красоте, как работа».

Мечты:Держать под контролем всю индустрию красоты.

Профессиональный успех:Из журнала «Лайф»: «вероятно, самая преуспевающая женщина в мире» (1941). Построила империю, в которой работало 30000 человек в пятнадцати странах. Оставила состояние в 100 миллионов долларов.

Власть:Использовала человеческую слабость к красоте ради достижения власти. Сила воли принесла власть финансовую, ради достижения большей власти Рубинштейн использовала страх и заняла доминирующее положение в мире красоты четырех континентов.

Влияние:Ревлон, Элизабет Арден, Эсте Лаудер и Мери Кэй сымитировали ее механизм распространения кремов.

Разрушительные тенденции:Помощник О'Хиггинс назвал ее «деспотом-истребителем», сказав, «она как гидра... Восемь голов создают, девятая – разрушает». Жестокий бизнесмен, использующий страх ради получения власти.

Порядок рождения:Первая из восьми дочерей Горация и Гертруды Августы Рубинштейн.

Родительское влияние:Отец, еврей-коммерсант, посвятил ее в механизм торговли, мать привила потребность в красоте.

Переезды:В восемнадцать лет сбежала из Польши в Австралию, а год спустя – и из дядиного дома в Мельбурне.

Кризисы:Вынуждена была бежать из семьи в восемнадцать лет, когда отец решил выдать ее за тридцатипятилетнего. У нее не было знаний, образования, денег, она не знала языка. Для того, чтобы выжить, у нее была одна бравада.

Формальное образование:Бросила среднюю школу, позднее изучала дерматологию в Париже у доктора Вертело.

Энергия либидо:Сублимировала сексуальную энергию в работу. Первый муж, Эдвард Титус, развелся с ней: «Твой бизнес – это твоя жизнь». Два брака по расчету. Даже не приехала на похороны второго мужа.

Тип личности:Интроверт – Интуитивный склад ума – Мыслитель – Судья. Деспотичный, нетерпеливый, импульсивный, жестокий трудоголик.

Самоуверенность:Наивысшая уверенность в себе. Никогда не ставила под вопрос свои способности к совершенствованию даже в тех областях, где ее знания равнялись нулю.

Мятежный дух:Диссидентка, которая на пути к вершине никогда не прислушивалась к мнению экспертов или кого бы то ни было еще.

Склонность к риску:Стойкий внутренний образ позволил ей рисковать постоянно.

Рабочая этика: «Яработала по восемнадцати часов из двадцати четырех». До девяносто четырех лет работала ежедневно. «Я считаю что своим успехом обязана соединению удачи с усердным трудом и упорством».

Упорство:О'Хиггинс говорил: «Слова «нет» в лексиконе Мадам просто не существовало». Когда ей отказались сдать помещение из-за еврейского происхождения, она просто купила здание и уволила управляющих.

Оптимизм:Она верила, и эта вера дала ей все.

Одержимость:«Сатерди Ревью» назвал ее «женщиной-смерчем». О'Хиггинс описывал ее как женщину, которая «принимала все решения, правила подобно высокомерному диктатору».

РУПЕРТ МЕРДОК

Я думаю, что именно идеи лежат в основе моего энтузиазма... А еще слишком маленький объем власти

Руперт Мердок – один из могущественнейших и влиятельнейших людей в мире. В 1995 году журнал «Форбс» написал: «Руперт Мердок является предположительно самым могущественным частным лицом на планете». Эту власть Мердок заработал тяжким трудом, отвагой и упорством. Он работал усерднее своих конкурентов и служащих, смотрел на риск как на приключение и никогда не сдавался перед лицом надвигающейся опасности. Когда Мердока спросили, почему он пошел на потерю 150 миллионов долларов в первый год трансляции матчей Национальной Футбольной Лиги, он ответил с прозорливостью человека, который знает что говорит: «Без НФЛ вы не можете считать себя телевидением». Мердок – не такой уж внушительный с виду человек, который стремится занять господствующее положение во всех областях бизнеса, куда он входит, и контролировать каждое свое предприятие. В строительстве всепроникающей системы печатных и визуальных средств массовой информации в Австралии, Северной Америке, Европе, Азии и Латинской Америке ему сопутствовал успех. В конце 1995 года Мердок начал выпускать консервативный еженедельник «Стандарт», что заставило одного признанного авторитета в области новостей сказать: «Я думаю, он рассчитывает заработать себе политическое положение, сравнимое с его положением в финансовом мире».

Большей частью своего успеха Мердок обязан собственной философии, которую проповедовал в самом начале своей карьеры: «в борьбе за свободу информации именно технология, а не политика определит исход дела». «Ю-Эс-Эй Тудей» сообщала: «Политики боятся Руперта Мердока больше, чем он их... Он как кукольник, который дергает за ниточки, стоя за кулисами. Сентябрьский 1995 года выпуск «Вэнити Фэйр» поставил Мердока в списке наиболее влиятельных персон наступающего информационного века на первое место. Второе место занял Билл Гэйтс, а третье Майкл Эйзнер из компании Диснея.

Сенсации как деловой принцип

Руперт – человек-парадокс, поскольку будучи приверженцем викторианской морали построил свою империю на «сенсациях» и «вульгаризмах». Его ведущие газеты в Австралии, Англии и Штатах все поднимали свой тираж с помощью кричащих заголовков, выставляющих на показ секс, убийства, насилия и кровь. Это был всеобщий принцип отбора информации, и конкуренты оставались далеко позади. Когда Мердок начал распространять фото женщин с обнаженной грудью (Лондонские девушки с третье"; страницы), то заслужил прозвище «Мердок с титьками». В глазах этого консервативного пуританина-пресвитерианца провокационные заголовки и голые груди были всего лишь средством для достижения цели и не затрагивали его моральные и эстетические принципы. Он то и дело доказывал в спорах, что провокационные заголовки – это как раз то, что большинство читателей ожидает от местных газет. Щекочущие нервы сообщения перекочевывали со страниц газет на телеэкраны компании «Фокс ТВ». В 1995 году в эфир вышли первые выпуски передачи «Медицинские случаи», рассказывавшие о ставшей жертвой вооруженного нападения лесбиянке с отстреленными сосками и сорокаоднолетнем мужчине, просившим об обрезании. Для Руперта цель всегда оправдывала средства.

Воротила информационного мира

Мердок – прагматист, поставивший себе целью узнать, о чем люди хотят прочитать в газетах, и который затем выкладывает им желаемое с бесстыдной прямотой. Если то, что в конце концов напечатано на страницах газет, раздражает добропорядочное общество и шокирует мораль, то ему лично на это наплевать. Фактически Мердок жаждет острой полемики и риска. Когда Руперт вошел в десятку самых поразительных людей 1994 года, то в интервью Барбаре Уолтерс сказал: «Борьба благотворна

для души». Именно этой боевитостью он похож на гражданина Кейка, экранное воплощение Уильяма Рэндольфа Херста, который занимал господствующее положение в газетном мире Америки первой половины двадцатого века. Мердока также сравнивают с Джозефом Пулитцером, журналистом, чье имя присвоено журналистской премии. Пулитцер признан как родоначальник рекламы в масс медиа. Херст и Пулитцер являлись могущественными и влиятельными магнатами, но оба бледнеют в сравнении с могущественнейшим, постоянно рискующим своим капиталом Рупертом Мердоком. С учетом инфляции информационная империя Пулитцера стоила бы около 300 миллионов долларов по состоянию на 1994 год. При этих же условиях империя Херста стоила бы 700 миллионов долларов. Годовые обороты «Ньюз Корпорейшн» (австралийской холдинговой компании Мердока) в середине девяностых выросли до 20 миллиардов, плюс свыше миллиарда в авуарах и 1 миллиард чистого дохода. Это более чем на 40% выше самого высокого оборота Херста. В 1994 году журнал «Форбс» назвал «Ньюз Корпорейшн» второй по величине компанией Австралии, а Мердока – богатейшим человеком страны, обладателем состояния в 4 миллиарда долларов чистыми. В списке самых богатых людей мира он занимает шестое место.

Победа – вот что движет Мердоком

Девиз Мердока звучит так: «Бизнес – это война». Несмотря на свой огромный финансовый успех Мердок утверждал: «Я не делаю деньги». Как и большинство великих предпринимателей и творческих гениев, Руперта больше интересовало не то, как разбогатеть, а как опередить конкурентов. Если вы победили в этой борьбе или стали лучшим в своей области, то вы получаете власть и деньги. Мердок – живое подтверждение этой аксиомы. Размеры его владений и влияние в сравнении с другими гигантами масс медиа производят впечатление. Он занимает господствующее положение не только у себя в стране, но распространяет беспрецедентные власть и влияние на весь мир. Теперь Мердока считают не австралийским, а международным магнатом, распространяющим свое влияние

на многие страны. «Ньюз Корпорейшн» еженедельно выпускает шестьдесят миллионов экземпляров газет в Соединенных Штатах, Австралии, Европе и странах Тихоокеанского региона. В одной Австралии Мердок контролирует 70% всех новостных изданий плюс бесчисленные телестанции и 50% «Ансетт эйрлайнз». В Великобритании под контролем магната находится одна треть всей прессы, включая принадлежащие ему «Таймс», «Сан» и «Ньюс оф зэ Уорлд», издательства «Таймс Букс», «Харпер-Кол-линз Паблишинг», кабельное телевидение «Скай Ченнел», агентства новостей «Рейтер» и «Пирсон Пи-Си». Тираж газеты «Сан» самый большой среди всех англоязычных газет мира – 4 миллиона экземпляров в день.

«Фокс ТВ» – бессмертный флагман

Начиная с семидесятых годов местом операций Мердока стали Соединенные Штаты. Его владения в Америке включают в себя «Фокс ТВ» – четвертую по значимости кабельную сеть, студию «XX век ФОКС», газеты «Бостон Геральд», «Сан-Антонио Экспресс Ньюз», «Нью-Йорк Пост», журналы «Нью-Йорк», «ТВ-гид» и бульварное издание «Нэшнл Стар»; издательства «Харпер энд Роу Паблишинг», «Салем Хауз», «Ныо Уорлд Коммюникейшнз», «За-ндервэн»; бесчисленные телестанции (на 1995 год их число достигало восемнадцать). В 1993 году Мердок приобрел контроль над телевидением Тихоокаеанского региона, самым широко транслируемым в мире, «Стар ТВ». Штаб-квартира компании находится в Гонконге и занимает ведущее положение в трансляции спутниковых программ на Китай, Индию, Малайзию и большую часть Азии. Как ярый консерватор, Мердок так оправдывал свои приобретения на Дальнем Востоке: «Спутниковое ТВ – недвусмысленная угроза любому тоталитарному режиму». Противники обвиняют его в экспансии «американского культурного империализма» путем распространения программ «Фокс ТВ» по собственной обширной сети телевидения, что само по себе имеет оттенок иронии, поскольку Мердок – австралиец. Совсем недавно границы его империи дошли и до Латинской Америки. При создании информационной династии Руперт Мердок без тени сомнения прибегал к

помощи своего интуитивного видения и маниакальной энергии. Он, возможно, самый могущественный информационный магнат в истории. А если учесть, что его «Фокс ТВ» производит и распространяет свои шоу едва ли не по всему свету, то, вероятно, и самый влиятельный.

Конкурентная агрессия

Руперт Мердок добрался до вершины власти, потому что всегда торопился. Благодаря своему нетерпению и решениям, логически основанным на «наитии», он построил империю в рекордные сроки. Фундамент международной империи масс медиа был заложен довольно рано. Биограф Уильям Шоукросс пролил некоторый свет на причины преуспевания Мердока, описав его как человека, который не любил проигрывать: «Мердок всегда играл в теннис так, как будто от его победы зависело будущее целого мира... Его жизнь – это постоянная борьба с миром... Он беспрестанно двигается, спрашивает, ищет, жаждет, борется, льстит, задирает, требует, очаровывает, всегда требуя больше и больше газет, телекомпаний, пространства, власти» (Шоукросс, 1993 стр. 4).

Мердок всех служащих подбирает под себя: агрессивных людей, сымитировавших его стиль действий. У него было какое-то чутье, позволяющее привлекать на руководящую работу индивидуумов, таких же, как он ренегатов по натуре. Из интервью с лейтенантами его информационной армии можно выделить два словосочетания: «находящийся в нашей собственности» и «победить любой ценой». Многие перенимают лихорадочный стиль работы своего босса и заражаются его честолюбием. Мори Пович перешел на «Фокс ТВ» из другой кабельной телекомпании и был поражен до глубины души отличием «Фокс ТВ» от других конкурентов. Он рассказывал, что столкнулся с «открытым нахальством... Они были безграничны. Взвод сорвиголов Мердока прыгал в неизвестность без парашютов».

Успех А-личности

В июне 1994 года «Ныосуик» заметил, что Мердок «перевернул всю отрасль. Эта сделка («Фокс ТВ» под носом

у Си-Би-Эс перекупила трансляцию матчей НФЛ) не име ет себе аналогов, она просто блестяща.

Трудоспособность не знающего усталости Мердока поражает даже его жену Анну. Она не понимает его навязчивой потребности приобретать еще и еще, работая при этом все усерднее и усерднее. В 1984 году миссис Мердок сказала репортерам: «Я хотела бы, чтобы он сбросил скорость... но не думаю, что это случится».

Когда в 1988 году Мердок приобрел у Уолтера Анненберга компанию «Трайэнджл Продакшинз», это оказалось самой крупной сделкой такого рода в истории. Приобретение «Метромедиа» (XX век ФОКС) и «Трайэнджл Пабли-кейшинз» («ТВ-Гид», Семнадцатый канал и Спортивный) стало шоком даже для Анненберга. После завершения сделки Анненберг наззал Мердока «выдающимся игроком. Решительным самоотверженным парнем и бесстрашным соперником», добавив: «... а заполучив «Фокс» и «Метромедиа», я чувствую, он захочет весь земной шар». Келвин Мак-Кензи, редактор чрезвычайно популярной лондонской газеты «Сан», сказал: «За полчаса босс добивается большего, чем другой человек за целый день. Он хитер как целый фургон обезьян».

Ранние детские переживания

Руперт Мердок родился 11 марта 1931 года в тридцати милях к югу от Мельбурна (Австралия) на ферме Краден. Он был первым сыном и вторым ребенком Кейта Мердока и Элизабет Грин. Сестра Хелен была на два года старше Руперта. С ней он стал близок как ни с кем из своих младших сестер: Энни, появившейся на свет в 1935 году и Дженет – в 1939 году. Кейт Мердок, превративший мельбурнскую «Геральд» в передовую газету Австралии, слыл в издательском деле человеком-легендой. В молодости он был предпринимателем и внештатным журналистом, но позже осел в Мельбурне, чтобы содержать семью. Кейту Мердоку шел уже пятый десяток, когда на свет появился Руперт, и он стал для сына главным образцом для подражания. Издательское дело привлекало Руперта еще мальчиком, когда он узнал, какой властью обладает его отец.

Дед – пресвитерианский священник – привил внуку викторианскую мораль.

Мердока назвали в честь другого деда по материнской линии Руперта Грина. Отъявленный бездельник Руперт Грин пил, играл и гонялся за юбками. Многие думали, что он оказал на внука самое сильное (и худшее) влияние. Грин подстрекал тезку сесть за руль своего автомобиля, когда мальчик едва доставал до педалей. Без деда не обходились и другие проказы и проступки, приводившие маленького Руперта и его сестер в восторг.

Но, возможно, больше других на мальчика повлияла мать, леди Элизабет, привившая сыну независимость. Летом Руперт должен был спать на дереве, в шалаше: «Я думала, Руперту будет полезно спать на свежем воздухе. Это отлично закалило мальчика. Шалаш находился, примерно, на высоте половины ствола над землей. Электрического света там не было». Руперт никогда не соглашался с мнением матери, что ночевка на дереве воспитывает характер. Хотя подобный опыт привил ему независимость, самостоятельность и навыки выживания, необходимые для того, чтобы выйти победителем из борьбы с обстоятельствами. Именно независимость, самостоятельность и отвага помогли Руперту Мердоку стать преуспевающим магнатом.

Маленький бизнесмен

Мальчиком Мердок ловил зайцев, кроликов, крыс и продавал шкурки по дешевке. Еще он собирал на ферме навоз и тоже продавал, а на вырученные деньги играл. Старшая сестра Хелен, которая была его ближайшим другом детства, говорила, что брат напоминал «кота, гуляющего сам по себе». В десять лет Руперта отдали в школу-пансион Джилонга. Школу он страстно ненавидел, но мать отстояла свое решение, сказав: «Я думаю, что пансион научит тебя жить среди чужих людей и быть менее эгоистичным». Чего она знать не могла, так это того, что пребывание в пансионе отлично развивает необходимые предпринимательские качества. 1Фред Смит («Федерал Экспресс») и Тед Тернер (Си-Эн-Эн) также учились в пансионах и испытывали к ним подобные чувства.] Дети в таких школах вырастают независимыми, самостоятельными

и способными выжить среди соперников. Ученики учатся справляться с новой обстановкой. Опыт формирует характер, чувство ответственности, прививает способность самому принимать решения. Мердок вспоминал: «В школе я чувствовал себя одиноко, и меня осыпали насмешками, дразнили», и еще: «Это заставило меня понять, что если я собираюсь стать издателем или занять ведущее положение в мире масс медиа, то должен быть сам по себе и ни с кем не заводить близких отношений, которые могут ском-проментировать меня». Школьный товарищ Мердока Дер-рил Уордл говорил, что Мердок был «чрезвычайно уверен в себе» и что «он всегда хотел заниматься газетами». Именно в годы, проведенные в пансионе, сформировались антиобщественные убеждения Мердока.

Игрок и ренегат

В 1948 году Мердок окончил школу и подрабатывал в отцовском «Геральд» журналистом-практикантом. В 1950 году Руперта отослали в Оксфорд, в Уоркестерский колледж, где он изучал политику, экономику и философию, но никак не журналистику. Именно в Оксфорде Мердок стал законченным радикалом и даже держал в комнате бюст Ленина, чтобы продемонстрировать свою нелюбовь к истеблишменту. Руперт являлся свободной личностью и пришел в восторг от нонконформизма. В студенческие годы он был задирой, богачом и коммунистом – черты не слишком любезные сердцу консервативных британцев. Попытавшись стать членом Крикетного клуба, он потерпел неудачу: его отказались принять. В то время лучшим другом Руперта стал друг его отца Роэн Риветт. Риветт писал Кейту Мердоку о сыне: «Я склонен предсказать, что свой первый миллион он заработает с фантастической легкостью». Мердок-младший был плохим студентом, склонным к браваде. Однажды он приехал в гости к Риветту на роллс-ройсе, объяснив ему: «Я позвонил им и сказал, что если фирма «Роллс-ройс» одолжит мне машину, я посвящу им обозрение в одной из наших газет». Не каждый оценил бы такое нахальство. Газета колледжа «Черуэл» описала его так: «Беспокойный, уже поездивший по миру человек двадцати одного года известен... как блестящий

спорщик, со слегка развязными манерами». Еще в молодости Мердок стал азартным игроком и так и не избавился от этого пристрастия.

Мальчик-издатель

Когда Мердок уже заканчивал колледж, в его жизни случилась трагедия. Кейт Мердок внезапно скончался, оставив управление двумя семейными газетами в Брис-бейне и Аделаиде единственному сыну. Это были довольно популярные в масштабах маленьких городков газеты, которые не приносили больших доходов. Посоветовавшись с подругой, леди Элизабет продала брисбейнскую газету. Молодой Руперт впал в ярость, так как ему нетерпелось поруководить ими в качестве издателя. Он запросил у руководства «Аделаиды Ныоз» письменный отчет о всех финансовых вопросах и во время своего последнего семестра в Оксфорде осуществлял руководство газетой (титулярную власть) из Англии. В 1953 году Мердок с трудом сдал выпускные экзамены и получил третью, низшую степень. Некоторое время он проработал в «Лондон Тайме», чтобы поднабраться необходимого в издательском деле опыта. В сентябре он приехал в Аделаиду, чтобы взять на себя руководство газетой. Мердок стал главным редактором этой газеты, которая из-за своего жалкого тиража в 75000 экземпляров была, практически, неплатежеспособна. Появление Мердока разом замутило тихие провинциальные воды. Он участвовал в работе каждого отдела и к двадцати двум годам завоевал репутацию М.альчика-изда-теля. Его удивительная энергичность оказалась заражающей, так как внезапно все вынуждены были работать быстрее и усерднее, чтобы не отстать от этого человека-вихря. Другая аделаидская газета «Эдвертайзер», управлявшаяся старой фирмой, где когда-то работал отец Руперта, решила вытеснить «Ньюз» из бизнеса и предпринимала серьезные шаги, чтобы уничтожить конкурента. Но на каждый удар «Эдвертаизера» Мердок отвечал вдвое сильным ударом. Конкуренты хотели, чтобы новичок продал газету и вышел из игры, но в конце концов капитулировали перед его энергией и энтузиазмом и согласились на слияние, оставив Мальчика-издателя у руля.

Строительство империи

Первая попытка Мердока расширить свое дело имела место в 1956 году, когда он приобрел мельбурнский еженедельный журнал «Нью Идеа». Целиком переменив финансовое положение газеты, он купил издававшуюся в Перте «Санди Тайме». Покупка газеты вызвала разногласия в совете директоров «Аделаида Ньюз», поскольку Перт находился более чем в тысяче четырехстах милях от Аделаиды и управлять новым издательством оказалось бы довольно трудно. Мердок твердо решил доказать, что совет ошибается, поэтому лично отправился в Перт и поднял на ноги разорившуюся газету. Именно в Перте он заработал репутацию издателя сенсаций. «Тираж любой ценой» – стало его девизом. Типичными стали сенсационные, леденящие кровь заголовки вроде: «Прокаженный изнасиловал девственницу. Жертва родила чудовищного младенца». Стратегия Мердока сработала и как по мановению волшебной палочки газета совершила огромный скачок, заняв лидирующее положение на рынке.

Заклад имущества и экспансия

Вскоре Мердок сообразил, к вящей своей выгоде, для расширения своих владений использовать чужие деньги, и начал проводить в жизнь эту стратегию, скупая обанкротившиеся газеты, ставя их на ноги и с их помощью приобретать еще и еще. Для того, чтобы и дальше держаться прежнего курса, требовалось наладить отношения с банками. Банки любят доставшееся им по закладным имущество, и, используя эту приманку, Мердок мог и дальше строить свою империю, не прибегая к наличности. Мердок сделал подобное предложение банку Содружества в Сиднее, что оказалось гениальным шагом со стороны Руперта. Агрессивные банкиры увидели в Мердоке молодого тигра не без амбиций и проницательности и ссудили его деньгами для начала. Вскоре после того он позвонил и попросил 150 миллионов наличными, на что и получил согласие, опять же по телефону. Главный менеджер Джек Армстронг сказал: «Он никогда не поступал вопреки со-

глашениям с банками и держал свое слово. Он всегда оплачивает свои счета, поэтому мы твердо верим Руперту»! Подобные отношения с банком Содружества позволили Мердоку открыть мгновенный и почти неограниченный кредит и стали основой беспрецедентного роста «Ньюз Корпорейшн».

Телевидение

В 1956 году Мердок встретился с хорошенькой блондинкой – стюардессой Патрицией Букер и влюбился в нее. Оставаясь верным себе, большую часть медового месяца он провел инспектируя свои новые приобретения. В 1959 году у супругов родилась дочь Пруденс, но семейные обязанности никогда не отвлекали Мердока от работы.

Мердок чем дальше, тем больше заболевал сенсационным открытием в мире развлечений – телевидением, которое в середине пятидесятых добралось и до Австралии. Он предвидел, что новая технология станет в мире масс медиа свершившимся фактом. Первая телевизионная станция начала работать в 1957 году в Аделаиде, и Мердок решил приобрести себе одну станцию. Он вспоминал: «В пятидесятых, если вам нужно было попасть на телевидение и быть на телевидении, вам необходимо было ехать в Америку». Руперт выиграл торги за 9-й канал Аделаиды, а затем отбыл в Штаты, чтобы изучить внутренние механизмы отрасли и купить пакет программ для своей новой станции. Первую остановку он сделал в Лас-Вегасе, где влюбился в американскую культуру и Стрип (главная улица Лас-Вегаса). Первым наставником Мердока в этом бизнесе стал пионер телевидения директор Эй-Би-Си Леонард Голденсон. Голденсон только что заключил сделку с Диснеем и отныне приобрел репутацию волшебника. Два рис-кованых предпринимателя быстро подружились и заключили множество сделок. Мердок продал Голденсону 6% «Ньюз Корпорейшн» в обмен на трансляцию программ Эй-Би-Си на Австралию и долгосрочное сотрудничество в области предоставления программ для Австралии. Мердок позднее признавался: «Во многих отношениях Голденсон был примером для подражания, хотя мы выросли в весьма