Текст книги "Четырнадцать гениев, которые ломали правила."

Автор книги: Джин Ландрам

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 39 страниц)

Мания Наполеона помогала ему одерживать победы одну за другой, но также стала силой, разрушившей и его самого, и его империю. В русской кампании Наполеон потерял в общей сложности полмиллиона человек, а к 1814 году погибли миллион французов. После поражения и изгнания на Эльбу 11 апреля 1814 года Наполеон впал геще одну жестокую депрессию. Когда ему представили на подпись договор, составленный в Фонтенбло, он прибег к яду, пытаясь избежать позора поражения. Его эгомания была еще сильна, и он сказал: «Я сделал все, что было в моих силах, чтобы погибнуть... скорее, чем капитулировать перед низшими существами». Яд не убил его, и он укрылся на Эльбе. Через десять месяцев, кэгда депрессия прошла, Наполеон начал планировать свое возвращение сцелью вернуть себе трон.

Мания и власть: Ватерлоо Наполеона

Одержимое стремление Наполеона победить любой ценой не поддавалась никакому контролю. Наполеон твердо верил, что «смерть – ничто, но жить в поражении и бесславии – значит умирать каждый день». Его философия выражалась фразой: «Соединяйте абсолютную власть с постоянным надзором и страхом»(Кристофер. 1955, стр. 137). А успешная военная стратегия была следующей: «Стратегия – все равно, что осада крепости; сосредоточьте огонь на одной какой-нибудь точке; когда брешь пробита, равновесие нарушено и все остальное уже бесполезно и крепость взята». Наполеон был преуспевающим и могучим человеком, потому что имел четкое представление о жизни и соединял пылкость и разум, чтобы одержать верх над своими врагами. Он преклонялся перед идеологией Руссо и Вольтера и агрессивностью Александра Великого. Эта мифическая «маска» героя, пережившего века, привила Наполеону уверенность в собственном всезнании. Он искренне считал себя мифическим богом, рожденным несокрушимым и достойным власти.

Харизматическая власть

Харизма Наполеона околдовывала. Один из его генералов сказал: «Этот дьявольский человек имел надо мною такую власть, что я не мог противиться ей» (Хершман и Либ. 1994, стр. 144). Его вспышки тирании были частью всеохватывающего плана, составленного с целью влияния на окружающих и мотивации их поступков. Преследуя мечту стать «властелином мира», Наполеон уничтожил народ, убил и искалечил миллионы людей. Когда его королевство находилось в опасности, он написал: «Если я потеряю трон, под его обломками я похороню весь мир». Это отвечает не этике Руссо, но этике одержимого, который никогда не сможет примириться с поражением. Его амбиции состояли в захвате «все большей и большей власти», когда это оказалось невозможным, этот человек капитулировал без единого слова.

Еще никогда харизма Наполеона не была столь очевидна, чем тогда, когда он решил идти на Париж, чтобы потребовать трон обратно. Бонапарт покинул Эльбу 1 марта 1815 года, высадившись двумя неделями позже на юге Франции. Чтобы возвратить себе власть, ему потребовалось двадцать дней. В течение этих дней его личность просто гипнотизировала, а власть воплощалась сама собой. Он доказал, что ораторским искусством можно покорять целые народы. К тому времени, когда 15 марта 1815 года Наполеон высадился без всякой поддержки в Антибе полный решимости дезавуировать короля Людовика XVIII, занявшего его место на троне, его не было у власти уже десять месяцев. Двигаясь на Париж, сн приобретал союзника за союзником.

В Гренобле Наполеон столкнулся с тысячным королевским отрядом. Наполс н, сопровождаемый одной бригадой, велел своим людям взять мушкеты наперевес и крикнул чрезвычайно самоуверенно: «Убейте вашего императора, если хотите». Солдаты ослушались приказа открыть огонь, когда всего лишь один выстрел мог остановить Наполеона. Королевские солдаты с криками «Да здравствует император!» присоединились к Наполеону в походе на Париж. По его собственному признанию, это был, возможно, его звездный час. На Святой Елене он писал: «До Гренобля я был авантюристом, после Гренобля – правящим принцем».

Генерал Ней пообещал королю остановить «маленького капрала» и был готов застрелить его, если потребуется. Ней был одним из многих генералов, которых разочаровало ошибочное деструктивное поведение Наполеона, но он также не мог противиться гипнотизирующим чарам этого человека. Ней ослушался короля и присоединился к Наполеону, что уверило последнего в возвращении на трон. Только силой воли и харизмы он смог войти в Париж и вернуть власть без единого выстрела. Эта окончательная победа разума над силой стала причиной пожизненного бегства короля. Бальзак позже напишет: «Разве находился до него хоть один человек, завоевавший империю одним видом своей шляпы?»

Мезантропическим планам Наполеона не было конца. Он не раскаялся даже будучи разбит при Ватерлоо.

На борт корабля «Беллерфон», идущего на Святую Елену, вступил толстый, полностью разбитый человек средних лет. За два дня плавания он настолько покорил всех офицеров на борту, что лорд-адмирал Кейт был вынужден заметить: «Если бы ему удалось поговорить с его королевским высочеством, через полчаса они были бы лучшими друзьями» (Маркхем. 1966, стр. 138). Даже проиграв, Наполеон смотрел на свою карьеру как на игру, записав: «В конце концов я ничего не потерял. Так как начал «игру» с шестью франками в кармане, а вышел из нее очень богатым». Жизнь и успех Наполеона – классический пример ницшеанской воли к власти, «сверхчеловека», созданного силой воображения и способного добиться многого, в том числе и власти. Он – живое доказательство того, что «власть достается тому, кто хочет взять ее».

Наполеон Бонапарт

Величайший полководческий гений в истории.

Род. 15 августа 1769 года в Аяччо, Корсика.

Ум. 5 мая 1821 года на острове Святой Елены.

Доминирующая черта характера:Эгоманьяк, обладающий харизмой, одержимый идеей мессианской власти.

Девиз:«Моя любовница – это власть», «Армия воюет желудком».

Прозвища:Маленький капрал, Корсиканец, Просвещенный деспот, Поборник смерти.

Дурные привычки/хобби:Писал стихи и читал запоем даже во время жарких битв.

Герои/кумиры:Паоли (корсиканский революционер), Александр Великий, Вольтер, Руссо.

Жизненная философия:«Соединяйте абсолютную власть с постоянным надзором и страхом», «Я призван изменить лицо мира», «Бог наделил меня волей и силой преодолевать все препятствия».

Мечты:Править миром: «Я хочу, чтобы весь мир стал моим королевством».

Профессиональные успехи:В двадцать четыре года стал генералом, в тридцать – диктатором Франции, в тридцать пять – императором и самым могущественным человеком в Европе; создал кодекс Наполеона, ставший основой юридической иадминистративной системы во многих европейских странах.

Власть:«Продолжайте добиваться власти и еще раз власти, все остальное – химера». Герцог Веллингтон считал, что по силе он равен сорока тысячам солдат. Один из его генералов сказал: «Этот дьявольский человек имел надо мною (подавляющую) власть».

Влияние:Вероятно, величайший полководец из всех когда-либо живших на земле. Русский граф Бальмин писал: «Более всего изумляет то влияние, какое сей человек оказывает на всякого, кто приближается к нему».

Разрушительные тенденции:«Если я потеряю трон, под его обломками я похороню весь мир». Его мания величия погубила полтора миллиона человек. Он говорил: «Я правлю страхом, который вселяю в окружающих». Безжалостно убивал ради репутации.

Порядок рождения:Второй из одиннадцати детей, который выжил. Корсиканец итальянского происхождения. Назван отцом в честь его кузена, погибшего в борьбе с Францией.

Влияние родителей:Отец – мелкий дворянин, политик, партизан; мать – цветущая красавица. «Моя матушка очень хорошо воспитала меня, я многим ей обязан». Воспитание на Корсике привило национализм.

Переезды: В девять лет отправлен во Францию в военную школу для мальчиков; переменил три школы втрех разных городах; не возвращался домой до самой смерти отца целых восемь лет. Вел кочевую жизнь.

Кризисы: Борьба и смерть были у него в крови (борьба Корсики за независимость). Затем последовали Французская революция (1789) и Террор (1794).

Формальное образование:Никогда не любил школу. Школу для мальчиков на Корсике сменил колледж в Отоне, военный колледж в Бриенне и военная школа в Париже. Всю жизнь самообразовывался чтением.

Энергия либидо:«Безграничная сексуальная энергия» как ее определили биографы. Жозефина говорила: «Меня тревожит энергичность, с которой он берется за любое дело». Два брака, два незаконнорожденных сына, один законный наследник.

Тип личности: Интроверт – Интуитивный склад ума – Мыслитель – Судья (по классификации ИТМБ). Харизматический маниакально-депрессивный эгоманьяк и трудоголик типа А. Автонратичен, нетерпелив, высокомерен, не терпящий неудач ни в чем.

Самоуверенность: «Я был уверен всвоих силах и наслаждался собственным превосходством», – писал он на Святой Елене.

Мятежный дух:Одиночка, который признавался: «Я никого не люблю... даже своих братьев... Я знаю, что у меня нет настоящих друзей».

Склонность к риску:«Бесстрашен в сражениях». «Я считаю себя самым отважным генералом».

Рабочая этика:Работал по 14—16 часов без перерыва, при этом не выказывая усталости и утомления. «Он обладал энергией вихря».

Упорство:Не мог жить в свое удовольствие, как император Эльбы. Вернул себе всю империю для того, чтобы проиграть сражение при Ватерлоо.

Оптимизм:«Его оптимизм доходил до абсурда». «Я никого не боялся».

Одержимость:«Энергия Наполеона превосходила все человеческие возможности». Он держал 4—5 секретарей, одновременно загружая их работой, диктуя часами. В бешеной скачке загнал пять лошадей. Являлся воплощением Энергии.

ФРЭНК ЛЛОЙД РАЙТ:

Сияющий Лик

«Истина против всего мира»

Краткий очерк

Будь жизнь Фрэнка Ллойда Райта изложена в романе или экранизирована, в нее невозможно было бы поверить. Айн Рэнд лучше других описала его в своей замечательной философской книге «Источник» (1943). Это баллада о борьбе добра со злом, где архитектор выступает как хороший человек или «герой», а истеблишмент воплощает собой зло. Главный герой, Рурк (вымышленное имя Райта), борется со злом, разрушая собственное творение, лишь бы не дать посредственностям осквернить его. Успех Рур-ка-Райта коренился в том, что Рэнд назвала «разумным эгоизмом». Невероятно, но она показала работу Райта изнутри. И это тем более невероятно, что когда она подошла к всегда вспыльчивому Райту в первый раз, он отказался с ней разговаривать. Позднее архитектор согласился спроектировать ее новый дом в Калифорнии. Выводя характер Рурка, Рэнд точно описала иконоборческую, нон конформистскую натуру Райта.

Свои независимость и «разумный эгоизм» Райт унаследовал от длинной цепи уэльских предков. Обожающая мать и ведущий бродячий образ жизни отец рано привили ему вероломность и коварство. Его мать Анна вepилi, что рождение сына – это событие, знаменующее собой будущего мессию. Его отец Уильям был странствующим мечтателем, охотником до воздушных замков. Мать считала, что ее мальчик вырастет в нового Христа или Линкольна. Анна Райт обожествляла сына, и ее влияние оказалось решающим в развитии его эгоистичной и наглой натуры. Женщина была так уверена в природном превосходстве Фрэнка, что при рождении дала ему второе имя Линкольн. Но в восемнадцать лет независимый Фрэнк поменял его на семейное имя матери Ллойд. Это еще больше доказывало то огромное влияние, которое оказала на его жизнь мать.

Профессиональная деятельность Райта стала легендой. В начале двадцатого века газеты называли его «одним из действительно великих людей нашего времени». Физик-писатель Мендельсон писал: «Его гений несомненен». Гуру человеческого сознания Гурждиев называл его «человеком, который знает».Льюис Мамфорд, его друг и критик общественного сознания, в 1938 году назвал его «величайшим из ныне живущих архитекторов мира», а к 1957 году остановился на наблюдении, что «Райт – один из наиболее творческих архитектурных гениев всех времен». Даже во время одной из своих многочисленных судебных баталий Райт сослался на себя как на творчество гения. Когда же репортер спросил его, чем вызвано такое самодовольное утверждение, Райт не колеблясь отвечал: «А разве я не находился под присягой!»

Природный архитектор

Точно так же, как Пикассо рисовал психологический портрет человека, так и Райт проектировал здания и оформлял интерьеры, чтобы они отвечали личности владельцев и окружающей обстановке. Всю жизнь Райт боролся с традициями, сливая в одно целое человека и окружающую среду в своей архитектуре. Под «природностью» он понимал «экологичность» – идея, далеко опередившая свое время. Райт был пионером экологии, проектируя здания, которые могли бы органично вписаться в природу и сосуществовать с ней. Первый «зеленый», он был полон решимости соединить природу с технологией в одном элегантном стиле. Негативное влияние, которое машины оказывали на американский образ жизни и архитектуру зданий, в особенности влияние автомобилей на процесс урбанизации в двадцатом веке, вызывали у него отвращение. В ответ на неуклюжие бетонные гетто архитектор создал Броудакр-Сити. Райт всячески поносил небоскребы, хотя в последние годы построил один (Прайс Тауэр в Оклахоме). Эстетика, а не функциональность – вот что было скрытой движущей силой его проектов производственных и жилых зданий.

Ранние детские переживания и их влияние

Фрэнк Ллойд Райт родился 8 июня 1867 года в местечке Ричленд Сентер близ Мэдисона, штат Висконсин. Он был старшим сыном Анны Ллойд Джонс и Вильяма Райта, убежденного баптистского священника, лектора и бесстрашного предпринимателя. Анна была второй женой Райта и младше его на четырнадцать лет. У Вильяма было трое детей от первого брака плюс Фрэнк и две его младшие сестры, что создавало постоянные конфликты в семье.

Вильям Райт постоянно бродяжил в поисках своего счастья, и когда Фрэнк был еще мал, его семья успела побывать в каждом штате Северо-Востока. К досаде матери, они никогда не задерживались ни в одном городе больше, чем на несколько лет. После пяти последовавших друг за другом переездов Анна развелась с Вильямом и растила семью в Мэдисоне. Именно там Райт обрел свои сред-незападные корни.

В своей автобиографии Райт поведал читателям, что мать прочила его в архитекторы: «Мальчик будет строить красивые здания... Она намеревалась отдать меня в архитекторы» (Райт, 1962). Видя в нем мастера-строителя, мать окружала его кроватку гравюрами с изображениями соборов, надеясь, что эта атмосфера сделает из него архитектора, автора великих зданий. Она окружила юного Фрэнка таким обожанием, что позднее он написал: «Она души не чаяла в парне», что его порядком раздражало. Анна была так поглощена заботами о сыне, что, когда он был уже в летах, вылетела в Токио ухаживать за ним во время болезни.

Материнское влияние

Анна Райт имела более чем огромное влияние на жизнь сына. Их отношения благодаря ее неослабевающему и неусыпному обожанию являлись истинным примером любви – ненависти. Она сама была женщиной одержимой, подверженной «приступам сумасшествия». Будучи человеком

интеллектуального склада, она обучала сына решению абстрактных задач, прибегала к новейшим методам обучения. Она открыла для себя немецкого педагога Фридриха Фребеля, который первым использовал для решения абстрактных задач цветные кубики. Когда Райту исполнилось три года, Анна накупила учебников Фребеля и использовала их для развития в своем сыне абстрактного мышления. Биограф Райта Мэрил Сикрест (1993) считала, что подобное воспитание играло существенную роль в формировании Райта как архитектора: «Своим успехом воспитание гения в Райте обязано просвещенной методике Фридриха Фребеля». Позднее сам Райт признавался, что раннее обучение решению абстрактных задач стало ключом к его новаторским проектам.

Обожание Анны Райт превратило ее сына в эгоиста и маменькиного сынка, который никогда ничего не подбирал за собой и ничего не делал по дому. Попустительство матери испортило его и сделало из него примадонну. Она с успехом вырастила из Фрэнка наглого «всезнайку» и иконоборца, с трудом переносившего дураков. Ее воспитание также сыграло свою роль в его становлении как наиболее изобретательного архитектора в истории. Райт совершенно не замечал отца и предполагал, что тот не любил его.

Частые переезды как средство формирования характера

Частые переезды в раннем периоде жизни сформировали в Райте нонконформиста и ренегата. Переезды из одного чужого города в другой (так он жил с двух до девяти лет) бросали его в различную обстанозку и в различные школы, где ему приходилось заводить друзей из разных культурных слоев. Это раннее кочевье привело его из Висконсина в Айову, Айленд, Коннектикут, Массачусетс еще прежде, чем ему исполнилось десять. В это время обожающая мать взяла на себя задачу его воспитания, используя кубики Фребеля, вместо того чтобы полагаться на стандартные методы обучения в школе. Это раннее обучение – важный кусочек головоломки по имени Фрэнк Ллойд Райт. Тот факт, что он был первенцем, также сыграл роль в формировании его потребности в совершенствовании и преуспеянии и наделил его самостоятельностью. Подростком Райт проводил лето на одной ферме в Висконсине, что привило ему чисто валлийское отношение к труду. Когда он пожаловался на усталость, родственники со стороны матери научили его валлийской поговорке «лечить усталость усталостью». Все эти детские переживания сформировали из него вспыльчивого эгоиста, который в своей автобиографии написал: «Индивидуальность – вот самое драгоценное в жизни».

Мифические герои – кумиры

Фрэнк Ллойд Райт осуществил мечту матери, воображавшей его «сверхъестественным существом». Ее воспитание и обучение окупились с лихвой, когда он убедился в своей «непохожести». А когда вырос, то вряд ли мог представить себе, что вдруг не добьется успеха в жизни. Анна Ллойд Райт была потомком иммигрантов из Уэльса, известных своим независимым нравом и несгибаемой волей. Она унаследовала эти черты и передала их своему знаменитому сыну. Ее влияние на его неокрепшую психику усилило его стремления, которые были заложены в него с рождения и которые ему как творческому гению предсказала мать. Когда он родился, она предсказала, что он оставит по себе такую же память, как и мифический кельтский поэт, спаситель и маг Тализин, что по-валлийски означает «Сияющий Лик»; мать даже называла мальчика Принцем Тализином. Анна Райт была так глубоко убеждена в великом предназначении своего сына, что окружила его кроватку гравюрами величайших памятников архитектуры и рисунками художников, чтобы они наделили ребенка вдохновением. По мере того, как он рос, она раздула его образ до титанических масштабов. Юный Фрэнк, повзрослев, оправдал ее грандиозные ожидания и вырос в дерзкого наглеца, способного сказать: «Я был рано поставлен перед выбором между честным высокомерием и лицемерным самоуничтожением. Я выбрал честное высокомерие».

Мифический бог Тализин стал образцом для Райта, хотя он никогда и не признавал этого на людях. В его предназначении как высшего существа было что-то ницшеанское, то, что позднее Айн Рэнд обессмертит в своей объективистской философии, превозносящей «эгоизм и индивидуализм».

С детства Райт был горячим нонконформистом. Он не выпячивал свою философию столь явно, пока, уже будучи в летах, не поместил свой девиз над дверью собственного поместья в Висконсине: «Истина против всего мира». В основе буйного поведения Райта лежала его уверенность в том, что он – человек особенный и может действовать независимо от окружающих, не заботясь о последствиях своих поступков. В подростковом возрасте Райта очаровала сказка о волшебной лампе Аладдина, который отныне и поселился в его фантазиях. Как и для Аладдина, жизнь для Райта представляла череду волшебных возможностей, и едва ли находились препятствия, преграждающие путь к успеху. Он так и не закончил среднюю школу Мэдисона, а начал посещать лекции по инженерии в университете Висконсина. Его учителем стал лучший из лучших – Луис Салливэн, отец небоскреба, автор фразы: «форма определяется функциональными задачами». Райт работал для Салливэна несколько лет и считал его своим либер майстер(любимым мастером). К этому времени мой герой уже был женат на своей первой жене Кэтрин и имел двух детей.

Райт был постоянно недоволен своей работой или работой кого бы то ни было еще. Он был нетерпелив, нетерпим и начал подрабатывать на стороне, дабы получить побольше комиссионных, что закончилось его увольнением. Как и во многих других случаях, здесь «кризис явился прародителем творческой энергии», и в 1893 году Райт открыл свою собственную архитектурную практику. Поучения матери о том, что «лет более священной профессии, чем архитектор», возымело на него свое действие, и он стал профессиональным архитектором.

Скандал

Райт был горячим и дерзким иконоборцем, нарушавшим традиции как в архитектуре, так и в жизни. Превыше всего он ценил нонконформизм. Что и продемонстрировал в 1909 году, сбежав с любовницей в Европу на сорок первом году жизни, в пике своей карьеры. Внезапно исчезнув с Меймой Бортвик Чини, Райт оставил процветающую практику, преданную жену и шестерых детей. Он только что закончил отделку нового дома Эдвина и Меймы Чини в Оук-Парке (штат Иллинойс).

Клиенты Райта частенько становились его друзьями, так как он создавал интерьеры, отражающие психологический настрой владельца. В этом же случае дружба переросла в страсть. Мейма Чини была привлекательной, непокорной женщиной, обладавшей райтовским темпераментом. Она получила докторскую степень по педагогике и проповедовала свободную любовь.

Не в силах справиться с чувством вины за разрушение двух семей, Райт и Мейма Чини тихо скрылись сразу после рождения шестого ребенка Райта. Газеты были шокированы скандальным поступком Райта, тем более что он был уважаемым членом общины и церкви фешенебельного Оук-Парка, не говоря уже о выдающемся положении, которое занимал среди архитекторов Среднего Запада. Свою практику в Чикаго Райт оставил в руках помощника (она закрылась через год) и не возвращался сюда целых полтора года.

Райту постоянно грозило банкротство, но он имел наглость занять у одного друга в Чикаго 10000 долларов для финансирования побега. Сначала любовники укрылись в Берлине (Германия), потом переехали во Флоренцию (Италия), в то время как Райт вместе с Эрнстом Уосмутом готовил к изданию свои работы по архитектуре. Именно Уосмут и поручил ему опубликование архитектурных проектов.

Чикагские газеты пестрели возбужденными заголовками о сбежавшем архитекторе. Средства массовой информации и религиозная община вовсю поносили его. Разумеется, Райт был ошарашен потоком обвинений со стороны «заурядных личностей».

Вилла Медичи во Флоренции вдохновила Райта вернуться домой, в Америку, и построить дом своей мечты в Спринг Грин (штат Висконсин). Он создал утопический проект поместья, которое должно носить имя Тализин. Через несколько лет, когда дом будет закончен, за позорное сожительство Райта с чужой женой его будут называть «любовным гнездышком».

Эгомания

Райт и до этого был наглым эгоистом, но совершенно ясно, что его роман с Меймой Чини спровоцирован кризисом средних лет. Как и большинство творческих личностей, Райт никогда не учитывал всех возможных последствий своего каприза. В погоне за фантазиями он просто покинул бизнес и семью.

Большинство великих творений Райта были порождены его богатым воображением. В детстве он любил мечтать о волшебной лампе Аладдина. А разменяв пятый десяток, убедил свою любовницу Мейму Чини сбежать от реальности (подобно новому Аладдину) и начать новую жизнь. Находясь в Европе, Райт решил развестись с Кэтрин и увенчать свои фантазии строительством Тализина, укромного уголка для двоих в Спринг Грин, штат Висконсин, где они могли бы жить долго и счастливо до конца своих дней. В письме из Европы он убедил мать продать ее дом в Оук-Парке и купить землю для его замка. Анна Джонс Райт не согласилась с сыном, но никогда не отдалялась от него.

Тализин

Экстравагантное поведение сына Анна Ллойд Райт объясняла причудами гения. Фрэнк вырос именно таким, как ока хотела, и она восхищалась его необычными идеями, одеждой, зданиями и поведением, которые по ее мнению были обязательны для «эксцентричного гения». Чикагские газеты были далеко не так снисходительны. Три года они печатали грязные статейки о его возмутительном поведении. Райт попытался противостоять дурным публикациям, наняв репортера, чтобы тот пресекал все новости о нем и Мейме.

Райт принялся за создание Тализина как своего рода кельтского пантеона своему раздутому «Я». Себя он считал величайшим архитектором мира. Замок неподалеку от места, где родился Райт, был закончен в 1911 году. Тализин станет частью его мифического «я». Этому имени суждено было сопровождать его до могилы, и оно все еще является синонимом Райта, свободы и истины в архитектуре.

Природная архитектура

Воспитание на лоне природы оказало сильное влияние на Райта, и он соединил свои впечатления с требованием свободы во всем. Архитектура Тализина, которую он назвал «природной архитектурой», стала его визитной карточкой. Стиль его более поздних творений не слишком отличался от стиля, основополагающие принципы которого воплотились в этом Доме Прерий, или так называемом стиле ранчо. «Природная архитектура» Райта соединила форму и функциональность с природой и целесообразностью, что в конце концов стало краеугольным камнем всех его великих архитектурных новаций. С появлением Дома Прерий устарели такие помещения, как чердак и подвал. В Тализине нашли выход все творческие замыслы автора, в которых эстетика была неотделима от свободы и окружающей среды.

Великолепие костюма

Средне-американское сельское воспитание Райта было очевиднс во всех его творениях и поступках, кроме собственной манеры одеваться. Широкополая шляпа, трость и развевающийся плащ – его типичный наряд. «Кому случалось видеть его входящим в подобном платье, тот никогда уже не забывал этого зрелища» (Сикрест, 1992). Райт наслаждался своим образом иконоборца, и в таком наряде на него стоило посмотреть. Райта считали хулиганствующим ренегатом или, как писали в газетах, «чудаковатым гением», но и то, и другое ровным счетом не влияли на его упорную саморекламу. Хотя не он один использовал как стиль одежды, так и стиль архитектурный, чтобы заявить о себе и о своих зданиях, никто и отдаленно не повторил дерзкого стиля Фрэнка Ллойда Райта.

Прометеевский дух

В поисках новых возможностей архитектуры Фрэнк Ллойд Райт являл собой квинтэссенцию прометеевского

духа. Он поклонялся лишь свободе и истине, и они вдохновляли его гений. К досаде семьи, жен и знакомых, он нарушал общественные приличия. Райт был независимым мечтателем интуитивного склада. Его никогда не тревожило то, что «было», и поэтому он был способен создавать то, что «могло бы быть».

Личность сверхчеловека

«Сверхчеловеческая» личность Райта стала в архитектурном мире легендой. Это принесло ему величие, но почти сокрушило его. Райт всегда считал себя выше таких приземленных вещей, как оплата счетов, доходный заработок или жизнь по расписанию. Его натура художника отказывалась принимать во внимание финансовую сторону дела, вот почему почти всю свою жизнь Райт существовал на грани банкротства. Банки постоянно охотились за ним и даже предпринимали попытки забрать самую ценную его собственность – Тализин. Райт стал платежеспособен только к восьмидесяти годам.

Как в личном, так и в профессиональном плане Райт перешел все границы в нарушении общественных приличий. Единственным, чей авторитет он признавал, было существо высшего порядка, известное больше как «Я сам». В молодости Райт был полностью независим от окружающих, в зрелые годы стал нонконформистом и всегда оставался ренегатом. Его независимость сказывалась в том, как он одевался вопреки принятой моде, как нарушил брачные традиции, как проектировал здание, руководствуясь собственными уникальными стандартами. На себя он смотрел интроспективно ¹, говоря: «Я – вольная птица и должен летать свободно», что и подтверждает его прометеевский темперамент как непреложный факт.

Уникальный стиль Райта и его талант привлекали преданных учеников как из общества, так и из мира искусств. Многие из них стали его друзьями на всю жизнь, среди них Карл Сэндберг, Кларенс Дэрроу, Льюис Мамфорд, Айн Рэнд, Сэмюэл Джонсон, Эрнест Хемингуэй и Георгий Гуд-

¹От интроспекция– самонаблюдение; наблюдение за своими действиями, психическим состоянием. (Прим. ред.)

жиев. Эти выдающиеся личности видели в Райте истинного мечтателя и лидера двадцатого века. Пол Голдбергер из «Нью-Йорк Таймс» писал в 1994 году: «Если бы Уолт Уитмен стал архитектором, он был бы вторым Фрэнком Ллойдом Райтом». Автор также сравнил Райта с великим бунтарем нашего века: «Единственный, с кем в наше время можно сравнить Райта – это Пикассо». Это истинное признание способности Райта к «созидательному разрушению». Его проекты определили двадцатый век так же, как и искусство Пикассо; и оба выражали в своих творениях психологическую сущность человека.

Творчество Прометея

Тализин стал первым великим памятником гению Райта. Строительство усадьбы, занимавшей площадь в восемьсот акров ¹, началось в 1937 году и завершилось в 1939 году. Широко открывавшийся вид и свободные линии Дома Прерий стали отличной чертой стиля Райта. Потребность в личной и профессиональной свободе – вот основное содержание его проектов и своеобразный мемориал его гению. Над входом в Тализин он велел выгравировать свой девиз: «Истина против всего мира».

Когда Западный Тализин в Скотсдейле, штат Аризона, был завершен, стало очевидно, что Райт мнит себя богом Тализином. Его первый замок в Висконсине служил величественным памятником его творческому гению, и в девяностых годах это все еще приемлемое современное жилище с чистыми простыми линиями – признаками классического стиля Райта. Но интуиция Райта и его богатое воображение требовали чего-то нового и непохожего. В конце концов он разрушил Тализин постоянными перестройками, точно так же, как Уолт Дисней поступил со своим Диснейлендом. Дисней построил парк развлечений и затем объявил, что он «никогда не будет закончен». Райт был предшественником Диснея в том, что ко всем своим творениям подходил так, будто они временны. Это и привело к тому, что оригинальный Тализин не сохранился для потомков. Прометеевский темперамент также подви-

¹1 акр соответствует примерно 0,4 гектара. (Прим. ред.)

гал Райта постоянно разрушать свои творения, чтобы исправить их дизайн, а не сохранять, как поступили бы многие творцы. Эта классическая черта Прометея в изобилии встречается во всех творческих и новаторских личностях.

Назад к карточке книги "Четырнадцать гениев, которые ломали правила."