Текст книги "Тчаи: Сага странствий (переработанный перевод)"

Автор книги: Джек Холбрук Вэнс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 42 страниц)

Глава 9

На Втором море был мертвый штиль. «Нхиахар», приводимый в движение мотором, вышел из бухты; вскоре Урманк растаял вдали, словно мираж.

Корабль двигался бесшумно, если не считать бульканья воды под кормой. Единственными пассажирами, кроме Рейша и Зэп-210, были две старухи с бледными, словно восковыми, лицами, закутанные в серые шали. Они ненадолго появлялись на палубе, затем снова скрывались в своей маленькой темной каморке.

Адаму очень понравилась просторная каюта. Она занимала середину судна; три больших окна выходили на море. В альковах по левому и правому борту стояли удобные кровати, такие же мягкие, как и прочие на Тчаи, разве что белье оказалось не слишком свежим. В центре располагался массивный стол из черного резного дерева, возле него пара таких же массивных стульев. Зэп-210 выказала мрачноватое одобрение. Сегодня она надела белые штаны с оранжевой блузкой. Девушка казалась взвинченной и напряженной. Движения ее были какими-то нервными и резкими – она то суетилась, то застывала на месте, сплетя пальцы.

Рейш тайком наблюдал за ней, пытаясь разобраться в настроении девушки. Она избегала его взгляда.

– Тебе нравится этот корабль? – наконец не выдержал Адам.

Она угрюмо пожала плечами.

– Никогда раньше не видела ничего подобного.

Приблизившись к двери, обернулась к нему с насмешливой полуулыбкой, полугримасой и вышла.

Рейш пожал плечами, окинул взглядом каюту и последовал за ней.

Зэп-210 стояла, облокотившись на перила и глядя на палубу. Рейш уселся неподалеку на скамейку и притворился, что греется в бледных янтарных лучах солнца, раздумывая о том, что нашло на его спутницу. Она женщина, значит, по природе своей отвергает логику, но ее поведение нельзя объяснить даже так! Конечно, представления о жизни бывшего выкормыша сформировались в Убежище, но, выйдя на поверхность, она отказалась от старых привычек и прежних взглядов, как змея сбрасывает кожу. «При этом, – подумал Рейш, – она отбросила и свое «я», а новая личность еще не раскрылась». Мысль вызвала беспокойство. Часть очарования девушки заключалась в ее невинности, бесхитростной прямоте, открытости... Открытости? Адам скептически хмыкнул. Как бы не так! Он подошел к Зэп-210 и встал рядом.

– О чем ты так глубоко задумалась?

Она бросила на него холодный взгляд.

– Я размышляла о себе и гхиане. Вспоминала время, проведенное в туннелях. Теперь я знаю, что в Убежище была еще незрелой. Пока я ползала по проходам, словно червь, люди на поверхности наслаждались многообразием красок верхнего мира, свежим воздухом, солнцем, жили полнокровной жизнью!

– Так вот почему ты так странно себя ведешь!

– Нет! – воскликнула она с неожиданной горячностью. – Вовсе нет! Причина – твоя скрытность! Ты мне ничего не рассказал. Я понятия не имею, куда мы едем, что ты собираешься сделать со мной.

Рейш хмуро уставился на черную бурлящую воду.

– Мне и самому до конца не ясно.

– Но хоть что-то ты должен знать!

– Да... После того, как мы доберемся до Сивиша, я хочу вернуться к себе домой, в далекие края.

– А как же я?

Как раз этого вопроса он боялся.

– Сомневаюсь, что ты захочешь отправиться со мной, – неуверенно сказал он.

В ее глазах блеснули слезы.

– А куда мне еще идти? Стать посудомойкой? Или гжиндрой? А может, надеть оранжевый кушак, как в Урманке? Или просто умереть?

Она резко повернулась и зашагала к носу корабля мимо группы широколицых матросов, исподтишка наблюдавших за сценой.

Рейш вернулся на скамейку. День клонился к вечеру. Черные тучи на севере принесли холодный ветер. Поставили паруса, «Нхиахар» устремился вперед. Зэп-210 со странным выражением лица прошла на корму, с немым упреком посмотрела на спутника и спустилась в каюту.

Рейш пошел за ней. Девушка лежала на постели.

– Что, нехорошо?

– Нет.

– Выйди на воздух. Здесь тебе будет хуже.

Она выбралась на палубу.

– Смотри на горизонт, – посоветовал Адам. – Когда корабль качается, держи голову ровно. Если сможешь, сразу почувствуешь себя лучше.

Тучи нависли прямо над головой, ветер стих. «Нхиахар» покачивался на волнах. Паруса его повисли. Ослепительная пурпурная вспышка озарила небо, косо рубанула по морю раз, другой, третий... Зэп-210 сдавленно вскрикнула и отпрянула в ужасе. Прогремел гром. Адам поймал ее и прижал к груди. Девушка попыталась высвободиться. Он целовал ее лоб, лицо, губы.

Солнце село, словно павший рыцарь, рассыпав по морю обломки разбитых доспехов, – золотых, янтарно-коричневых бликов. С сумерками пришел ливень. Рейш и Зэп-210 ушли в свою каюту, куда стюард подал ужин: паштет, морские фрукты, бисквиты. Они ели, глядя сквозь широкие окна на воду, дождь, молнии, а потом в темноте, озаряемой слепящими зарницами, любили друг друга...

В полночь тучи разошлись; засияли звезды.

– Посмотри на небо, – сказал Адам. – Там есть другие миры. Один из них называется «Земля»...

Он оборвал фразу. Зэп-210 тихо ждала, когда он заговорит, но что-то не давало Адаму закончить рассказ. Наконец она уснула.

«Нхиахар», подгоняемый попутным ветром, рассекал белогривые волны. Впереди вырос мыс Браиз; корабль бросил якорь у древнего каменного города Сфейн, чтобы набрать воды, затем поплыл дальше к Счанизаду.

Еще через двадцать миль показалась полоска земли. Поднимающийся от берега лес темно-синих деревьев окружал причудливые здания. Плоские крыши, изогнутые формы, круговые колоннады... Рейшу показалось, что он узнал архитектуру.

– Здесь живут часчи? – спросил он капитана.

– Да, Сонг – самый южный из поселений синих. Мне приходилось возить сюда грузы, но уж больно рискованно иметь с ними дело. Ты, верно, знаешь их игры. Мерзкое шутовство, извращения вымирающей расы! Я видел руины в степях Котана: сотни развалин, где некогда жили старые или синие часчи. Кто обитает там сейчас? Только фунги!

Город остался позади и исчез, когда «Нхиахар» обогнул полуостров с юга. Вскоре после этого крик одного из матросов заставил всех выскочить на палубу. Шел бой двух воздушных кораблей. Один – сверкающая сложная конструкция из синего и белого металла с изящными изогнутыми поверхностями. За балюстрадой укрылась дюжина массивных синекожих существ в блестящих касках. Другой выглядел строго функциональным и унылым сооружением: зловещая, уродливая, серая машина, немного меньше, чем аппарат синих часчей, но маневреннее; на палубной надстройке виднелась команда дирдиров. Противники то взлетали, то опускались, кружа, как ядовитые насекомые, готовые в любой момент ужалить врага. Время от времени они обменивались выстрелами из песочных пушек, но без видимого результата; взмывали высоко в серо-коричневое небо, потом падали по спирали вниз, меняя направление лишь в нескольких метрах от поверхности.

Каждый на «Нхиахаре» вышел на палубу понаблюдать за боем, даже две старухи, которые раньше прятались в каюте. Пока они, вытянув шеи, не отрывали глаз от неба, с головы одной свалился капюшон, открыв узкое бледное лицо. Стоявшая возле Рейша Зэп-210 тихо ахнула и быстро отвела взгляд.

Корабль синих часчей неожиданно скользнул вниз, носовые орудия ударили в металлическое брюхо аппарата дирдиров; его подбросило и перевернуло, потом он с беззвучным всплеском врезался в воду. Описав огромный круг, торжествующие победители возвратились в Сонг.

Старухи исчезли. Зэп-210 спросила дрожащим шепотом:

– Ты заметил?

– Да.

– Они гжиндры!

– Ты уверена?

– Да.

– Что ж, они путешествуют так же, как любые другие люди, – не совсем искренне заметил Рейш. – По крайней мере, твари нас не беспокоят.

– Они уже здесь, на корабле! Гжиндры ничего не делают без причины!

Адам скептически хмыкнул:

– Пусть так... Но что мы-то можем сделать?

– Убить их!

Старания пнумов превратить Зэп-210 в свое подобие не увенчались успехом – по образу мыслей она ничем не отличается от рожденных на поверхности неистовых дочерей Тчаи!

– Будем внимательно следить за ними. Теперь, когда мы их раскрыли, а гжиндры ничего не подозревают, мы получили преимущество.

На сей раз недоверчиво усмехнулась уже Зэп-210. Однако Адам наотрез отказался подстеречь подозрительных старух в темном углу и придушить их.

Путешествие продолжалось. Они шли на юго-запад к островам Сасчан. Монотонно текли дни. Менялось лишь расположение знаков зодиака. Каждое утро на горизонте, окрашивая небо в тускло-бронзовые тона, появлялось солнце. К полудню над поверхностью воды шелковым покрывалом расстилалась дымка, словно процеживая янтарные лучи. Казалось, плавание длится целую вечность: нежные, робкие рассветы уступали место печально-величественным закатам, будто демоны тьмы и рыцари света боролись между собой. С приходом ночи восходили розовая Аз или голубая Браз, а временами «Нхиахар» плыл, освещенный лишь далекими звездами.

Эти дни стали бы самым счастливыми из всех долгих лет, проведенных Адамом на Тчаи, если бы не тревога, постоянно давившая на сердце. Что произошло в Сивише? Найдет он космический корабль невредимым? А если он уничтожен? Что приготовил ему коварный Айла Вудивер? Дирдиры, засевшие в своем страшном городе по ту сторону пролива? А старухи, которые могут оказаться гжиндрами? Они не показывались на людях, только глубокой ночью выходили пройтись по палубе. Однажды, когда уже стемнело, Рейш наблюдал за ними, и страх его усилился еще больше. Права девушка или нет, следует предположить худшее.

В одно прекрасное светло-янтарное утро из моря словно вырос архипелаг Сасчан: окруженные возникшими в результате выветривания уступами, где раскинулись рощи странных деревьев, три древних вулканических конуса. На каждом по склонам самого высокого утеса рассыпался город – скопище домишек, лепившихся друг к другу, как ячейки в осином гнезде. Черные узкие окна, словно пустые глазницы, глядели на водную ширь, к небу поднимались струйки дыма.

«Нхиахар» вошел в бухту и, пройдя мимо парома, приблизился к южному острову. На причале их ждали кривоногие грузчики в черных штанах-юбках и доходящих до колен сапогах с лихо задранными носами. Они поймали тросы с корабля, закрепили на причале. Как только установили сходни, рабочие ринулись на борт. На причал начали выносить тюки кож, мешки еды и стручков травы паломников, ящики инструментов.

Адам и девушка сошли на берег. Капитан сурово крикнул вслед:

– Я отбываю в полдень и ждать никого не стану!

Они зашагали по эспланаде; над головой нависала скала с разбросанными на вершине хижинами. Зэп-210 оглянулась:

– Они следуют за нами.

– Гжиндры?

– Да.

Рейш, скривившись, пробормотал:

– Ясно. Получили приказ не терять нас из виду.

– Считай, что мы уже мертвецы, – произнесла Зэп-210 бесцветным голосом. – В Казаине они доложат пнумам, и тогда уже ничего не поможет; нас заберут вниз, во тьму.

Рейш не нашелся что сказать, чтобы успокоить ее. Они подошли к маленькой гавани, защищенной со стороны моря двумя молами, которые, сужаясь, становились причалом. Как раз прибыл паром с внешних островов: широкая баржа с рубками управления на носу и корме, несущая сотни две сасчанцев самых разных возрастов. Судно нырнуло в проход между молами; все высадились на берег. Столько же людей торопливо заплатили за проезд толстяку, важно сидящему перед своей будкой; приняв на борт новых пассажиров, паром сразу же отплыл. Адам проводил его внимательным взглядом и повел Зэп-210 к площадке возле причала, уставленной столами и лавками. Он заказал сладкое вино и бисквиты, а сам отправился на переговоры с кассиром. Девушка нервно поглядывала по сторонам. Ей показалось, что в темноте под лестницей зашевелились две закутанные в плащи фигуры. «Гадают, что мы собираемся делать», – решила она.

Рейш вернулся.

– Следующий паром отходит примерно через час, за несколько минут до полудня. Я уже оплатил проезд.

Зэп-210 удивленно взглянула на него.

– Но нам надо быть на борту «Нхиахара» ровно в двенадцать!

– Верно. Гжиндры поблизости?

– Только что сели за самый дальний столик.

Рейш невесело рассмеялся.

– Мы заставим их поломать голову!

– Что они подумают? Что мы уедем на пароме?

– Скорее всего, да.

– Но как они поверят? Ведь это такой странный поступок!

– Почему? Допустим, где-нибудь у другого острова поджидает судно, которое увезет нас туда, куда им уже не проникнуть.

– А такой корабль действительно существует?

– Насколько я знаю, нет.

– Но если мы сядем на баржу, гжиндры сделают то же самое, и наш корабль уйдет без пассажиров!

– Именно. Вряд ли капитана будут мучить угрызения совести.

Шли минуты, часы... Зэп-210 стала нервничать.

– Уже почти полдень!

Время от времени она внимательно смотрела на Рейша, очевидно, пытаясь угадать, о чем думает ее непостижимый спутник. Она не встречала никого, подобного ему!

– А вот и паром, – сказал Адам. – Давай спустимся к причалу. Надо первыми занять очередь.

Зэп-210 поднялась, недоуменно пожав плечами. Удивительный человек! Она последовала за ним на площадку для ожидающих. К ним, суетясь, бормоча, толкаясь, присоединились другие люди.

– Что делают гжиндры?

Девушка оглянулась.

– Стоят за толпой.

Паром причалил; пассажиры высыпали на берег.

Рейш сказал Зэп-210 на ухо:

– Стань неподалеку от будки кассира. Когда поравняемся с ней, ныряй внутрь.

Распахнулись ворота, и они быстро зашагали вперед. Адам пригнул голову и первым скользнул в каморку; девушка последовала за ним. Новые пассажиры, толкаясь и галдя, совали кассиру деньги и садились на паром. Одними из последних проскользнули гжиндры, стараясь разглядеть в толпе беглецов. Вместе со всеми они спустились по трапу и взошли на борт.

Паром отдалился от берега. Рейш и Зэп-210 вышли из будки.

– Уже почти полдень, – сказал Адам. – Самое время вернуться на «Нхиахар».

Глава 10

Буйные ветры несли «Нхиахар» на юго-восток к Кисловану. Море казалось черным. Волны качали корабль, перехлестывали через борт; перед собой они гнали, будто стадо овец, скопления белой кудрявой пены.

Однажды утром Зэп-210 присоединилась к стоявшему на корме Рейшу. Какое-то время они молчали, глядя на необъятное небо. Солнце заставляло сверкать беспокойное море, словно рассыпая по волнам крупинки золота.

– Что ждет нас? – спросила вдруг девушка.

Адам покачал головой.

– Хотел бы я знать...

– Но ты встревожен. Чего-то боишься?

– Я опасаюсь человека по имени Айла Вудивер. Не знаю, жив он или умер...

– Кто такой этот Вудивер и почему внушает тебя такой страх?

– Субдирдир из Сивиша, самый коварный негодяй из всех, с кем мне доводилось здесь сталкиваться. Гжиндры схватили меня, одурманив чем-то. В полубреду мне привиделось, что голова Айлы раскололась. Надеюсь, он мертв.

– Тогда не о чем волноваться, верно?

«Рано или поздно, – подумал Рейш, – мне придется все рассказать. Кажется, сейчас самое время».

– Помнишь ту ночь, когда я говорил о других мирах, затерянных в космосе?

– Да.

– Один из них зовется «Земля». В Сивише я с помощью Айлы Вудивера построил космический корабль, чтобы отправиться на эту планету.

Зэп-210 уставилась на море.

– Почему ты хочешь улететь на Землю?

– Там моя родина.

– Понятно, – произнесла она бесцветным тоном, не поворачивая головы, и погрузилась в раздумья. Наконец кинула на Адама осторожный взгляд.

– Ты считаешь, что я сошел с ума, – сказал он грустно.

– Такое мне часто приходило в голову. Много, много раз.

Хотя он сам заговорил на неприятную тему, ее слова болью отозвались в сердце.

– Почему?

Она печально улыбнулась.

– Подумай о своем поведении в Убежище, в священной роще кхоров. В Урманке, когда ты подменил угрей.

– Поступки отчаявшегося человека, заброшенного в чужой мир.

Зэп-210 задумчиво смотрела на волнующийся океан.

– Если ты землянин, что делаешь здесь, на Тчаи?

– Мой корабль разбился в степях Котана. В Сивише я построил новый.

– Да... А на твоей планете, наверное, все живут богато и счастливо, раз ты так хочешь вернуться?

– Мои люди ничего не знают о Тчаи. Необходимо сообщить о вас.

– Почему?

– Причин тысяча! Самая важная: дирдиры уже побывали на Земле; они могут вернуться. Мы должны подготовиться.

Она быстро взглянула на него.

– У тебя там друзья?

– Конечно.

– Ты живешь в отдельном доме?

– Да.

– С женщиной? А дети у тебя есть?

– Нет никого. Всю жизнь я провел в космосе.

– А когда ты вернешься, что будет?

– Я не думал об этом. Главное – добраться до Сивиша, а там увидим.

– Ты возьмешь меня с собой?

Адам обнял ее.

– Да. Возьму.

Она облегченно вздохнула. Потом вдруг прищурилась и воскликнула:

– Смотри: вон там, где отражается солнце, остров!

Огромный голый утес из черного базальта оказался первым из целой россыпи скал, усеявших поверхность моря. Здесь водились целые стаи ужасных созданий, с которыми Рейшу раньше встречаться не приходилось: четыре вибрирующих крыла, под ними – гроздь розовых щупалец и длинная трубка, заканчивающаяся выпуклым органом зрения. Твари парили в вышине, опускались совсем низко, внезапно выхватывая из воды мелких рыбешек и другую живность. Несколько хищников подлетели к «Нхиахару»; команда в ужасе спряталась в носовом кубрике.

На палубу вышел капитан и презрительно фыркнул:

– Они считают их внутренностями и глазами утонувших моряков. Мы сейчас находимся в проливе Смерти. Вон те скалы называются Зубами Мертвеца.

– Как здесь проводят суда ночью?

– Не знаю, – сказал капитан, – сам я никогда не пытался. Такое и днем-то опасно. Вокруг каждой из скал покоятся останки сотен кораблей и кучи белых костей. Видите полоску впереди? Это Кислован! Завтра бросим якорь в Казаине.

С приближением вечера показались длинные вереницы туч и стал завывать ветер. «Нхиахар» приблизился к черным утесам, подплывая все ближе, пока борт едва не коснулся их скользкой поверхности. Здесь бросили якорь, и судно оказалось в относительной безопасности. Тем временем порывы усилились, началась буря. Огромные волны разбивались о каменную преграду; облака пены закрыли небо. Океан вздымался и опадал, как грудь бурно дышащего великана; «Нхиахар» бросало из стороны в сторону.

С наступлением темноты ветер стих. Море долго еще волновалось, словно вспоминая всколыхнувший ее ураган. Но на рассвете Зубы Мертвеца уже возвышались над гладкой, как мрамор, поверхностью воды. За скалами простирался гигантский континент.

Включив двигатели, «Нхиахар» двинулся вперед. Проплыв между Зубов Мертвеца, в полдень корабль вошел в узкий длинный залив, а ближе к вечеру причалил в Казаине.

На причале два субдирдира остановились посмотреть на «Нхиахар». Молодые и тщеславные, оба принадлежали к высокой касте, возможно, были Безупречными. У Рейша сжалось сердце. А вдруг их послали схватить его? Такого Адам не предусмотрел. Он изнывал от страха, пока не убедился, что щеголи направились к поселению дирдиров на краю залива. Они просто прогуливались.

В порту обошлось без формальностей. Рейш и Зэп-210 вынесли свои пожитки на берег и без всяких приключений добрались до станции моторных повозок. Восьмиколесная машина готовилась к пути через перешеек Кислована. Адам купил два самых роскошных места из имеющихся: с гамаками и выходом на заднюю площадку.

Часом позже они двинулись из Казаина. Какое-то время дорога шла вверх по прибрежным холмам, откуда открывался живописный вид на Пролив Смерти и Зубы Мертвеца. Через пять миль свернули в глубь континента. Остаток дня повозка громыхала мимо бобовых полей, лесов и редких поселений.

После полудня они остановились возле уединенной гостиницы, где сорок три пассажира экипажа поужинали. Почти половина из них, похоже, были из серых; к каким народам относятся остальные, Рейш не знал. Две желтокожие женщины в платьях из черной чешуи, возможно, кочевницы из степей Котана, почти наверняка принадлежали к болотным людям с северного побережья. Представители разных племен старались держаться со своими родичами и как можно меньше общаться с другими. Поев, все не мешкая вернулись в повозку. Но, несмотря на показное безразличие, похоже каждый сразу сумел определить, кто откуда приехал.

Ранним утром они снова двинулась в путь. На рассвете солнце осветило бескрайнюю саванну с группами деревьев, диковинных грибов, с островками колючей травы.

Так прошел день, а за ним еще четверо суток. Адам ничего не замечал вокруг, его волнение нарастало с каждым часом. В Убежище, во время скитаний по побережью Второго моря, в Урманке, даже на борту «Нхиахара» он хранил спокойствие, потому что ни на что не надеялся. Теперь ситуация изменилась и душу его терзали нетерпение и страх. Что он найдет, когда снова увидит склад на краю равнин Сивиша? Зэп-210, уловив его настроение или предчувствуя беду, погрузилась в раздумья и почти не обращала внимания на проносящиеся мимо живописные пейзажи.

Повозка двигалась по центральному плато, по бесплодным каменистым землям, где на фермах жили угрюмые серые. Появились признаки присутствия дирдиров: свинцово-пепельный холм, ощетинившийся темно-пурпурными и алыми башнями, нависшими над окруженной отвесными скалами долиной, которая служила созданиям охотничьим угодьем. На шестой день впереди выросла гряда гор. Другой стороной они были обращены к Хеи и Сивишу. Путешествие почти завершилось. Всю ночь машина катилась по пыльной дороге, освещенной сиянием розовой и голубой лун.

Потом Аз и Браз исчезли; на горизонте показалась буро-красная полоска, и вскоре рассвет окрасил небо в темно-алые, оранжево-коричневые и янтарные тона. Впереди показался пролив и беспорядочно рассыпанные здания Сивиша. Через два часа они остановились на станции возле моста.