Текст книги "Тчаи: Сага странствий (переработанный перевод)"

Автор книги: Джек Холбрук Вэнс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 42 страниц)

– Конечно нет. Разве что... ты имеешь в виду это?

Отвиль ухмыльнулся.

– Именно, крошка. И даже больше!

– Но... Я ничего не знаю о подобных вещах! И не хочу знать!

Отвиль отложил пирог и сказал недоверчиво:

– Девственница, носящая кушак. Такой, значит, ты продаешь товар?

– Не понимаю, что ты имеешь в виду... Я должна идти, разыскать Адама Рейша...

– Ты нашла меня, что гораздо лучше. Тебе повезло! Пей вино и успокойся. Сегодня у тебя будет особый день, который запомнится на всю жизнь. – Отвиль налил полные бокалы. – Пожалуй, я присоединюсь к тебе и тоже расслаблюсь. Честно говоря, я и сам здорово разволновался.

Рейш и Кауш шли по рынку, где продавцы даров моря и других продуктов громкими завываниями привлекали внимание к своим лавкам.

– Они что, поют? – поинтересовался Адам.

– Нет, – сказал Кауш. – Танги равнодушны к музыке. Просто хотят заманить покупателей. Но причитания торговок рыбой и правда берут за душу, в них вложены истинные чувства. Только послушай, как искусно они пытаются превзойти друг друга!

Рейш признал, что некоторые весьма витиевато превозносят свои товары.

– Когда-нибудь ученые запишут и определят место этого феномена в ряду других чудес Тчаи. А меня сейчас больше интересуют гонки угрей.

– Правильно, – согласился Кауш. – Хотя, как ты сам увидишь, они еще не начались.

Они пересекли площадь и остановились, внимательно разглядывая столы, резервуар и желоб.

Посмотрев на каменное ограждение, Адам заметил ветки старого искривленного дерева, растущего с другой стороны.

– Я хочу узнать, что там находится.

– Пожалуй. Я тоже очень любопытен от природы. Но ведь мы сейчас пытаемся разгадать секрет гонок?

– Именно, – ответил Рейш. – Я вижу напротив лавки амулетов ворота в стене. Хочешь, пойдем вместе?

– Конечно! – сказал Кауш. – Я всегда готов узнать что-нибудь новое.

Коричневый и белый кафель, которым давным-давно облицевали древнее сооружение, почти весь отвалился, обнажив темно-коричневую кладку. Пройдя через ворота, спутники очутились в Старом городе, районе лачуг, построенных из битой плитки, кирпича, камней и необтесанных бревен. Одни хижины развалились, но их место спешили занять другие хибары, которые часто сооружали из обломков старых, – настоящий природный цикл разрушения и возрождения, где каждый черепок, палка, булыжник использовались сотни раз несколькими поколениями обитателей. Танги низшей касты и приземистые большеголовые серые, стоя на пороге, молча смотрели на чужаков. В воздухе висела густая вонь.

За трущобами оказался пустырь, покрытый горами мусора и огромными лужами липкой грязи; из этого рукотворного болота торчали ярко-красные колючие кусты. Рейш обнаружил дерево, которое искал. Оно росло возле ограждения, а под его кроной спрятался кирпичный сарай. Дверь из толстых досок обита железом, на ней висит массивный замок. Здание вплотную примыкало к стене.

Рейш огляделся. Никого; лишь голые ребятишки весело плещутся в ручейке грязи. Он подошел поближе. Запоры были прочными и надежными. Ни окон, ни других отверстий, только вход. Адам медленно направился к своему спутнику.

– Мы узнали все, что требовалось.

– В самом деле? – Кауш с сомнением осмотрелся. – Не вижу ничего особенного. Ты говоришь о нашей маленькой проблеме, из-за которой мы сюда пришли?

– Естественно.

Они двинулись обратно.

– Возможно, мы и сами справимся; но нам очень пригодилась бы помощь двух надежных людей.

Во взгляде старого сафатранца смешались восхищение и недоверие.

– Ты серьезно надеешься заработать на гонках?

– Да, если хозяин честно отдаст выигрыш.

– Об этом не волнуйся, – успокоил его зафатранец. – Выложит как миленький. Если, конечно, мы его действительно обставим... Кстати, как ты собираешься разделить деньги?

– Половина мне, половина тебе и твоим друзьям.

Кауш обиженно поджал губы.

– Я усматриваю явную несправедливость! При совместной работе один не должен получить в три раза больше товарищей.

– А я считаю, что должен, – заявил Рейш, – если без его участия остальные не получат ничего.

– Убедительный аргумент, – признал Кауш. – Ладно, договорились.

Они вернулись в харчевню. Зэп-210 нигде не было видно.

– Мне надо найти девушку, – сказал Адам. – Скорее всего, ждет на постоялом дворе.

Однако ее номер пустовал.

Расспросив служителя, Рейш выяснил, что она появилась и вскоре снова ушла, не сообщив куда.

Он вышел на порог, окинул взглядом набережную. Справа грузчики в выгоревших красных куртках и кожаных наплечниках разгружали рыбацкую лодку; слева шумел рынок.

Как он мог отпустить ее одну, особенно в таком настроении! А утром даже не попытался понять, чем вызвана странная вспышка гнева, что у нее на душе. Рейш проклинал себя за эгоизм и черствость. Сейчас мир для воспитанницы пнумов словно перевернулся; она испытывала страшное нервное напряжение.

Адам быстро дошел до харчевни. Встретивший его Кауш несколько секунд молча изучал компаньона, потом заметил:

– Судя по твоему виду, что-то стряслось.

– Я не могу ее найти.

– Ха, – произнес Кауш. – Все они одинаковы! Отправилась на рынок купить какую-нибудь безделушку.

– Нет. У нее нет денег. Она совершенно беспомощна и неопытна, никуда не могла без меня пойти, разве что...

Рейш повернулся, окинул взглядом холмы, дорогу, проходящую между затерявшимися в облаках замками чудовищ. Может, решила вернуться в Убежище? И новая мысль: гжиндры! Тело пронзил холод.

Адам подозвал мальчишку-слугу:

– Сегодня я завтракал здесь с молодой женщиной. Ты ее помнишь?

– Да. Девица с оранжевым тюрбаном на голове, как принято у жителей Хедаджи. Ну, по крайней мере, так она вырядилась утром.

– Ты видел ее позже?

– Да. Она сидела вон там, надев «кушак желания», и общалась с чемпионом Отвилем. Они пили вино, потом удалились.

– Она пошла добровольно? – спросил Рейш.

Слуга безразлично пожал плечами. Он вел себя все наглее и наглее.

– На твоей подружке была оранжевая опояска, она не звала на помощь, опиралась на руку мужчины; может, потому, что ноги ее плохо слушались, – она здорово нализалась!

– Куда они пошли?

Снова безразличный взгляд.

– Его покои неподалеку; наверное, туда они и отправились.

– Покажи мне дорогу.

– Нет, нет. – Парень потряс головой. – Я на работе, да и не хочу раздражать нашего чемпиона.

Рейш в ярости кинулся на него; слуга в панике отпрянул.

– Быстро! – прошипел Адам.

– Ладно, иди за мной, только не мешкай: мне нельзя отлучаться!

Они побежали по мрачным переулкам Урманка, то погружаясь в тень, то подставляя голову янтарным лучам солнца, пробивающимся между изогнутых двускатных крыш и плотно прижимавшихся друг к другу высоких домов. Слуга остановился и указал на тропинку, ведущую в сад, заросший изумрудными и пурпурными растениями.

– Комнаты Отвиля за этими кустами.

С этими словами он повернулся и поспешил назад. Рейш бросился к дому. В окружении зелени стоял роскошный особняк из резного дерева и панелей полупрозрачного волокна. Приблизившись, Адам услышал яростный вопль: «Проклятье! Нечистая!», потом – звуки ударов и всхлипывания. У него едва не подкосились ноги. Кое-как справившись с волнением, он ринулся вперед и распахнул дверь. На полу скрючилась обнаженная Зэп-210, над ней стоял рассвирепевший Отвиль. Девушка взглянула на Рейша. На ее щеке отпечаталось багровое пятно: след пощечины.

– Кто ты такой, незнакомец, что осмелился ворваться в мой дом? – со сдержанной яростью в голосе произнес силач.

Адам даже не повернул голову. Он поднял смятую рваную тряпку – рубаху девушки. Потом повернулся к Отвилю. В этот момент на пороге откуда-то появился Кауш. Отдышавшись, он воскликнул:

– Забирай ее и пойдем. Не ищи неприятностей.

Рейш, словно не услышав его, медленно двинулся к Отвилю, тот, подбоченившись, ждал. Они сблизились. Чемпион, выше ростом на шесть дюймов, холодно улыбался, глядя на противника сверху вниз.

Зэп-210 прохрипела:

– Мужчина не виноват. Я носила оранжевый кушак. Я не знала...

Рейш медленно отвернулся. Он натянул скомканную серую одежду на хрупкое дрожащее тело. Теперь он увидел, что привело Отвиля в такую ярость. Бедная девочка! Но вместе с жалостью Адам испытывал какое-то мрачное удовлетворение. Несчастное бесполое существо стало полноценной женщиной. Он обнял Зэп-210 и вывел ее из комнаты.

Хозяин особняка был явно разочарован. Он ждал оскорбительного жеста, нападения, хотя бы гневного восклицания – любого предлога для того, чтобы пустить в дело стальные мускулы. Неужели его вдобавок ко всему лишат удовольствия размазать по стене чужака, нагло вторгшегося в его жилище? Наконец ярость оскорбленного силача вырвалась наружу. Он бросился вперед, согнул колено и занес могучую ступню, чтобы нанести страшный удар.

Удобнее позиции для контратаки трудно представить! Адам поймал силача за лодыжку, вывернул, вытащил прыгающего на одной ноге чемпиона в сад и дернул что есть силы. Его противник свалился в заросли алого бамбука.

Поднявшись, Отвиль взвился в воздух, как леопард. Приземлившись рядом с противником, замер, разведя руки, строя ужасные гримасы, сжимая и разжимая гигантские кулаки. Рейш стукнул его по челюсти, но тот, казалось, даже не заметил и потянулся к врагу. Адам отступил, нанося рубящие удары по толстым запястьям. Гигантская гора мышц неотвратимо надвигалась, прижимая его к стене. Рейш сделал ложный выпад, выбросил вперед левую руку, целясь в лицо. Отвиль подскочил, снова выпрыгнул вперед, издал жуткий режущий уши вопль и растопырил пальцы, чтобы схватить наглеца. Рейш вывернулся и погрузил кулак в незащищенный живот. Отвиль упал на колени; Адам схватил его за ногу, рванул на себя. Словно срубленное дерево, чемпион с грохотом повалился на спину. Ошеломленный, несколько мгновений он лежал, потом с трудом сел. Бросив взгляд на поверженного силача, Рейш вывел девушку из сада. Кауш вежливо поклонился хозяину дома и последовал за ними.

Оказавшись в своем номере, растерянная и жалкая Зэп-210 опустилась на кушетку, прижимая к телу обрывки платья. Адам присел рядом.

– Что случилось?

Слезы градом покатились по ее щекам; она закрыла лицо руками. Адам молча погладил рыдающую девушку по голове. Пусть выплачется. Наконец она вытерла глаза.

– Не знаю, что я сделала не так. Наверное, повязала кушак... Он заставил меня пить вино, пока все не поплыло перед глазами. Повел куда-то... Я чувствовала себя очень странно! Идти было тяжело, ноги подкашивались. В доме я не захотела раздеваться, и он рассердился. Потом содрал платье, увидел кровь и разозлился еще больше. Закричал, что я нечистая... Не понимаю, что происходит. Я больна, я умираю...

– С тобой все в порядке. Просто твое тело начало функционировать нормально. Успокойся.

– Значит, я не нечистая?

– Конечно нет. – Адам поднялся. – Сейчас пришлю горничную, она о тебе позаботится. Потом просто ляг и поспи, пока я не вернусь... Надеюсь, с достаточной суммой, чтобы купить нам места на корабле.

Зэп-210 безразлично кивнула. Рейш вышел из комнаты.

В харчевне он нашел Кауша с двумя молодыми зафатранцами, приехавшими в город на второй повозке.

– Его зовут Счазар, а это Видич, – представил их Кауш. – Оба сообразительны и проворны. Ребята исполнят любое разумное поручение.

– Тогда давайте займемся нашим делом. По моим расчетам времени осталось мало.

Вчетвером они медленно пошли вдоль набережной. Адам объяснил свой замысел:

– И теперь мы должны проверить его на деле. Имейте в виду, я могу ошибаться, и тогда наш план провалится.

– Нет, – возразил Кауш. – Тебе пришлось изрядно поработать головой, чтобы, как я теперь понимаю, доказать неоспоримую истину.

– Это называется логикой, – пояснил Рейш. – А она никогда не подводит. Но поживем – увидим.

Они миновали стол для гонок угрей, возле которого уже расположились на скамейках несколько человек, готовые к ежедневной игре. Рейш ускорил шаг и прошел через ворота и унылые боковые улочки Старого города к сараю под деревом. Они остановились в пятидесяти ярдах от него и спрятались в развалинах лачуги на краю пустыря.

Шло время. Адам начал беспокойно ерзать.

– Не могу поверить, что мы опоздали.

Счазар указал на дальний конец стены за пустырем.

– Смотри – идут двое.

Незнакомцы приближались к ним. Один выделялся развевающимися белыми одеждами и квадратной белой шляпой.

– Хозяин, – прошептал Кауш.

На втором, юноше, был легкий розовый плащ и облегающая голову розовая шапочка. Оба прошли уверенным шагом по дорожке и расстались у сарая. Владелец угрей направился к воротам.

Видич заметил:

– Насколько легче было бы просто подкараулить старого шарлатана и лишить его кошелька; в конце концов, мы добились бы того же.

– Увы, – сказал Кауш, – он не носит при себе цехинов и всем предусмотрительно сообщил об этом. Деньги ежедневно доставляют четверо вооруженных рабов под надзором его старшей жены.

Юноша в розовом подошел к сараю, вставил ключ в замок, повернул его три раза, открыл тяжелую дверь и вошел. Обернувшись, он с удивлением обнаружил, что вслед за ним протиснулись Рейш и Счазар.

Он попытался было поднять шум:

– Что вы здесь делаете? Кто вы?

– Объясняю только один раз, – сказал Адам. – Нам нужно, чтобы ты беспрекословно подчинялся; иначе подвесим тебя за пальцы ног вон на том дереве. Понятно?

– Понятно, – с дрожью в голосе ответил юноша.

– Опиши, как вы проделываете свой фокус.

Тот замялся. Адам кивнул Счазару, и тот вытащил моток прочного шнура. Парень быстро сказал:

– Ничего сложного. Я раздеваюсь и залезаю в бак. – Он указал на цилиндрический бассейн диаметром в четыре фута у дальней стены сарая. – Он соединяется трубой с резервуаром; уровень воды одинаковый. Я проплываю в резервуар и попадаю в закуток под ним. Как только крышка опускается, поднимаю перегородку и помещаю угря, который должен победить, впереди других, прямо у входа в желоб.

– А как ты узнаешь нужный цвет?

– Хозяин выстукивает мне пальцами по крышке.

Рейш повернулся к Каушу.

– Мы со Счазаром позаботимся о результатах. А вы устраивайтесь за столом. – Он повернулся к парню в розовом. – Там хватит места для двоих?

– Да, – неохотно ответил юноша. – Едва-едва. Но если сделаю, как вы скажете, как мне потом защититься от хояина?

– Объясни ему честно, что жизнь тебе дороже, чем его доходы, – посоветовал Рейш.

– Он ответит, что все должно быть наоборот.

– Ничего не поделаешь. Такое уж у тебя опасное занятие. Когда доберемся?

– Через минуту-другую.

Адам разделся.

– Если нас вдруг обнаружат... Ты не хуже меня знаешь, что случится потом.

Парень просто хмыкнул и снял с себя розовый балахон.

– Идем. – Он шагнул в бак. – Там темно, но ты просто плыви вперед, и ни о чем не беспокойся. – Юноша набрал побольше воздуха в легкие и скрылся под водой.

Адам последовал за ним. На дне, нащупав горизонтально идущую трубу фута три в диаметре, он протиснулся в нее, держась за парнем.

Они вынырнули в тесном закутке. Свет проникал сквозь искусно проделанные щели, через которые можно было наблюдать за столами для ставок. Рейш убедился, что Кауш и Видич уже заняли свои места.

Совсем рядом раздался голос хозяина угрей:

– Добро пожаловать на очередные захватывающие гонки! Кто выиграет? Кто проиграет? Неизвестно! Может быть, я, а может – вы. Но удовольствие получат все! Для тех, кто впервые пришел поучаствовать в нашей маленькой игре, объясняю простые правила: посмотрите на стол перед вами, на нем размечены квадраты одиннадцати цветов. Вы можете поставить любые деньги на тот или иной цвет. Если ваша рыба выиграет, получите в десять раз больше. Обратите внимание на угрей и их окраску: белый, серый, оранжевый, голубой, коричневый, темно-красный, алый, синий, зеленый, фиолетовый, черный. Вопросы есть?

– Да, – отозвался Кауш. – Имеются какие-нибудь ограничения на размер суммы?

– В кассу сейчас доставили десять тысяч цехинов. Больше выплатить не смогу. Пожалуйста, делайте ставки.

Хозяин окинул стол опытным взглядом. Затем поднял крышку и поместил угрей в резервуар.

– Ставки больше не принимаются!

Он опустил крышку и постучал по ней: «Тук-тук, тук-тук».

– Дважды по два, – прошептал юноша. – Значит, зеленый.

Открыв панель, он схватил угря этого цвета и просунул в желоб.

Затем отодвинулся и закрыл панель.

– Победил зеленый! – провозгласил хозяин. – Итак, я плачу! Двадцать цехинов могучему мореплавателю... Делайте ваши ставки, пожалуйста!

И снова негромкий, но отчетливый стук.

– Оранжевый, – прошептал юноша. Он сделал все, как в первый раз.

– Оранжевый выиграл! – воскликнул хозяин угрей.

Рейш приник к щели. До сих пор Кауш и Видич рисковали парой цехинов. На третий раз они поставили по тридцать монет каждый на белый цвет.

– Ставки сделаны, – донесся голос хозяина.

Крышка опустилась. Стук.

– Коричневый, – прошептал юноша.

– Белый, – приказал Рейш. – Первым станет белый.

Юноша застонал от досады и сунул в желоб нужного угря.

– Еще одна схватка между этими непредсказуемыми созданиями, – донесся самодовольный голос хозяина. – На сей раз выиграл коричневый... Коричневый? Нет, белый! Действительно, белый! Ха! Видно, возраст берет свое – я перестал различать цвета. Да, старость – не радость... Перед нами два счастливчика! Три сотни цехинов тебе, три сотни тебе... Забирайте ваши выигрыши, господа. Что, ставите всю сумму?

– Да, похоже, нам сегодня везет.

– Оба на темно-красное?

– Да, мы заметили пролетающих вон там птиц кроваво-алого цвета! Явное знамение.

Хозяин улыбнулся, взглянув на небо.

– Кому ведомы пути провидения? Боюсь, вы ошиблись. Ну ладно; итак, ставки сделаны? Тогда ступайте внутрь, угри, и пусть торжествует сильнейший! – Его рука задержалась на секунду на крышке, он стукнул по ней. – Создания извиваются, ищут выход! Свет манит их! Скоро мы узнаем победителя... Вот он плывет, синий... – Фраза оборвалась, послышался негромкий стон. – Нет, темно-красный. – Он уставился на зафатранцев. – Ваши предчувствия, как ни странно, оправдались.

– Верно, – кивнул Кауш. – Разве я тебе не говорил? Плати наш выигрыш.

Хозяин медленно отсчитал по три тысячи цехинов каждому.

– Удивительно. – Он задумчиво посмотрел в сторону резервуара. – А еще какое-нибудь предзнаменование вы не заметили?

– Ничего важного. Тем не менее, я поставлю сто цехинов на черное.

– Я тоже, – объявил Видич.

Хозяин заколебался. Потер подбородок, осмотрел стол.

– Странное дело... – Он поместил рыб в резервуар. – Что ж, ставки сделаны? – Его рука лежала на крышке. Словно нервничая, он дважды стукнул ногтями по поверхности. – Прекрасно; я открываю дверцу. – Он нажал на рычаг и прошел к дальнему концу желоба. – И вот он плывет... Какой цвет? Черный!

– Великолепно! – провозгласил Кауш. – Мы отыгрались за все годы, что выбрасывали деньги на твоих проклятых угрей. Давай-ка сюда наш выигрыш!

– Разумеется, – выдавил хозяин. – Но я больше не могу работать. У меня разболелись суставы. Гонки закончены.

Адам с юношей сразу вернулись в сарай. Парень надел свой розовый балахон и шапочку и поспешил исчезнуть.

Рейш и Счазар вернулись через Старый город к воротам. Мимо них прошагал хозяин угрей в развевающихся белых одеждах. Благообразное лицо покрывали красные пятна; он угрожающе размахивал крепкой палкой.

Кауш и Видич ждали их на набережной. Старик протянул Рейшу толстенький кошелек.

– Твоя доля – четыре тысячи цехинов. Удачный день!

– Мы хорошо поработали, – согласился Адам. – Наш деловой союз принес выгоду всем участникам. Редкий случай для Тчаи.

– Что касается нас, мы сейчас же возвращаемся домой, – сказал Кауш. – А ты?

– Я отправлюсь вглубь континента. Как и вы, мы с моей спутницей уедем как можно скорее.

– Что ж, тогда доброго пути.

Зафатранцы ушли. Рейш завернул на рынок, купил там всякую всячину. Вернулся на постоялый двор, подошел к комнате девушки и постучал.

– Кто там? – раздался тихий голос.

– Адам.

– Сейчас.

Дверь открылась. Зэп-210 стояла в зашитом сером платье, которое она явно набросила на себя только что, с раскрасневшимся сонным лицом.

Рейш положил свертки на постель.

– Это тебе.

– Мне? Что там?

– Посмотри сама.

Робко поглядывая на своего спутника, она развернула свертки и застыла.

Адам с тревогой спросил:

– Не подходит?

Девушка обиженно посмотрела на него.

– Значит, такой ты меня хочешь видеть? Чтобы я выглядела как любая другая?

Рейш пришел в замешательство. Он ожидал иной реакции...

– Мы отправляемся в путешествие, – осторожно произнес он. – Лучше, если мы будем как можно меньше выделяться среди остальных пассажиров. Помнишь гжиндр? Надо одеваться, как все.

– Ты прав.

– Что тебе больше по вкусу?

Зэп-210 перебрала покупки: темно-зеленое платье, красно-оранжевый халат, белые штаны, довольно легкомысленное коричневое одеяние с черным жилетом и коротким черным плащом.

– Мне вообще ничего не нравится.

– Примерь.

– Сейчас?

– Конечно!

Зэп-210 подержала в руках первый наряд, потом второй. Взглянула на Рейша. Он ухмыльнулся:

– Хорошо, я выйду.

В своей комнате он переоделся в приобретенный для себя костюм: серые штаны и темно-синюю куртку. Полотняную блузу решил выбросить. Откладывая ее в сторону, нащупал папку, секунду колебался, потом переложил карты пнумов за подкладку новой одежды. Такие документы, пусть даже бесполезные, немало стоят. Адам вышел в общую комнату. Скоро появилась и Зэп-210. На ней было темно-зеленое платье.

– Почему ты на меня так смотришь? – спросила девушка.

У Рейша не повернулся язык сказать, что в тот момент он вспомнил, какой увидел ее в первый раз: нервный, бледный и тощий подросток, закутанный в черный плащ. Она сохранила что-то от прежней обитательницы подземелий, – задумчивость, тоску во взгляде, – но лицо покрывал загар, а черные волосы завивались кокетливыми кудряшками.

– По-моему, – произнес он наконец, – это платье тебе идет.

Ее губы чуть дрогнули, потом растянулись в улыбке.

Они вышли на набережную, направились к кораблю. В салоне нашли молчаливого капитана, изучающего счета.

– Вы хотите заказать места до Казаина? Осталась только большие апартаменты за семьсот цехинов или две койки в общей каюте за две сотни.