Текст книги "Кудей (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Колесников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 34 страниц)

Глава 35

Логово колдуна мы покинули следующим утром. Не знаю, чем занимался Кудей, я же завалилась в огромную кровать, которую нашла на втором этаже в роскошном будуаре, принадлежавшем, как я полагаю, Йоко. Никаких угрызений совести по поводу убиенных я не испытывала. Меня лишь радовало наличие горячей воды в ванной комнате, богатый выбор нарядов в шкафах и косметики на столике перед огромным зеркалом.

Ванна с душистыми маслами стала настоящим ритуалом очищения – я смывала не только кровь и грязь, но и страх, отчаяние, ощущение беспомощности. Когда вышла, завернувшись в мягкий халат с драконами, то впервые за долгое время посмотрела на себя в зеркало. Лицо всё ещё выглядело измождённым, но глаза горели иначе – в них больше не было паники.

Кудей занял кабинет Улыбина. Сказал, что нужно изучить записи и решить, что оставить, а что уничтожить. Многие знания должны исчезнуть из этого мира навсегда.

– Конечно, это не окончательное решение вопроса с колдунами, – пояснил помолодевший маг, листая толстые фолианты с заклинаниями. – Они не ограничивались лишь Вадимом. Есть как минимум два в Китае, по одному в Индии и Японии, и около десятка на африканском континенте. Сколько в Америках – вообще неизвестно, но…

– У колдунов не принято делиться секретами, – усмехнулся наставник, когда я высказала сомнение в вероятности окончательного искоренения этой заразы. – Да, у «эфенди» остались последователи и ученики. Есть не менее двух человек, которым он доверил Песнь Призыва, но… Всё это осколки, Кара. В единое целое разрозненные знания мог соединить только покойник и его жена. Со смертью главного паука сеть ослабнет, его вассалы примутся делить наследство и резать друг друга за крупицу знаний. На этом мы их и возьмём, одного за другим.

Уходили мы, как и раньше, верхом. Теперь под нами были не престарелые клячи, а рослые и сильные скакуны, да ещё парочка шла в качестве запасных, за которыми тянулся целый караван из трёх вьючных лошадок. Последняя лошадь была нагружена, помимо тюков, завёрнутым в шкуры трупом колдуна. Зачем он Кудею, было непонятно. Наверное, хотел показать трофей князьям. Как он собирался доставить тело в целости через летнюю степь, я тоже не знала, наверное, использует магию. Да и хрен с ним, с Вадимом этим, главное, чтобы тюки до Старгорода доехали.

В тюках, в основном, были книги, с которыми Кудей решил не расставаться: фолианты в кожаных переплётах, свитки, тетради с пометками на полях. Он бережно укладывал их, иногда задерживаясь, чтобы пробежать глазами страницу, и хмурился, будто видел что‑то тревожное.

Но нашлось место и для моих трофеев. Конечно, покойная Йоко была не моей комплекции, но барахла эта сучка накопила изрядно, разных фасонов и эпох. Я не стала зарываться в тряпки, памятуя о предстоящем пути, но всё же отложила несколько комплектов, показавшихся мне наиболее достойными: лёгкий дорожный костюм, шёлковое платье с вышивкой, плащ с капюшоном, подбитый мехом.

В качестве компенсации за не взятые наряды, вывалила в сумку содержимое прикроватного столика. Там, помимо шкатулки с драгоценностями, обнаружился весьма угрожающий набор ножей, щипцов и других пыточных хреновин. Кто в своём уме будет держать рядом с косметикой пыточный набор⁈ Они тут все долбанутые были, что Вадим, что его жёнушка…

Я закрыла жуткую полку и принялась перебирать сверкающую добычу. Кольца, брошки, серьги, и прочая ювелирка… всё переливалось в утреннем свете, ловило блики на гранях камней. Думаю, несколько золотых побрякушек помогут мне позабыть о загубленной причёске. И, кстати, предстояла учёба в Китеже, а жизнь в столице всегда дорогая.

За завтраком Кудей выставил на стол внушительный мешок. Я заглянула в него и вытащила пригоршню золотых монет. Они приятно оттягивали ладонь и блестели в свете утреннего солнца, пробивающегося сквозь узкие окна. Вопросительно взглянула на мага.

– Свою долю я возьму отдельно, – правильно понял он мой взгляд. – Здесь двадцать тысяч, этого должно хватить на мелкие расходы. И вот ещё, думаю, это уж точно не моё.

Он выставил передо мной знакомую шкатулку. Я откинула крышку, внутри переливалась сияющая россыпь.

– Кажется, изумрудов здесь не было? И сапфиров тоже.

– Нашёл их в сейфе Вадима, – пояснил маг. – Ему они не понадобятся, мне тоже ни к чему.

– И вы ничего не возьмёте себе? – не поверила я в альтруизм помолодевшего старика.

– Ну почему же? Я возьму себе… это… – он обвёл взглядом комнату, в которой мы завтракали, имея в виду не только её, но и весь особняк.

К слову, завтрак происходил не в той зале, где мы вчера устроили резню, а в небольшой комнатке рядом с кухней. Здесь пахло выпечкой и кофе, на столе стояли глиняные чашки, а на подоконнике цвели герани в расписных горшках. Словно никакого ужаса никогда и не было.

Я прикинула возможный куш, доставшийся напарнику. Если мне он щедрой рукой отсыпал миллионное состояние, то себе‑то оставил наверняка не меньше. Святой Лука говорил, что наставник до знаний жаден. Пожалуй, они стоят побольше, чем кило алмазов и изумрудов. Да и золота в особняке осталось на пару центнеров, а уж если оценить книги… М-да…

Впрочем, возражать не стану. Истинной ценности всего наследства колдуна я всё равно не понимаю, а спорить с Кудеем после всего, что я видела? Как‑то не хочется.

Утром я прошлась по дому, даже спустилась в подвал, где меня держали. Признаться, искала ублюдка Щера, да и с Цинем и Жаном не отказалась бы побеседовать. Прихватила для храбрости саблю, которой вчера кромсала арабского поэта‑песенника. Ремень, на котором висела сабля, оказался мне велик, и я перекинула его через плечо, как перевязь. Заодно взяла и трабуко Кудея, с десятком зарядов к нему. Я не снайпер, конечно, но с трёх шагов не промахнулась бы. К тому же магия бурлила внутри, и я чувствовала себя способной выдать не два воздушных кулака, а не меньше десятка.

И… никого не встретила. Ну то есть вообще никого! Потом сообразила, что «гости» колдуна тоже прибыли наверняка не в одну харю, с ними тоже должны были приехать слуги, но… Никого?

Нельзя сказать, что я вообще ничего не нашла. Тут и там встречались подсохшие лужи, на стенах попадались кровавые отпечатки ладоней, на полу дважды нашла следы волочения. Но трупов не было. Получается, что пока Вадим со своей сучкой спорил о цене моей задницы, Кудей вырезал всех, находящихся на территории, огороженной отравленным кустарником. Всех: включая хриплого урода, толстого китайца и безмолвного вертухая. А так же неизвестное количество сопровождающих Исмаила и Зулу, поваров, прачек и уборщиков, которые содержали поместье в рабочем состоянии. Их было чёрт знает сколько, и они все исчезли без следа.

Я видела лишь умирающего арабского воина, сабля которого оттягивает мне плечо. И после этого спорить с Кудеем о размере причитающейся доли? Мы тут не в суде, а я не жена, требующая алиментов после развода с папиком. Да и папик из Кудея… Жутковатый. И слишком молодой.

Когда наш караван подступил к границе, колючий кустарник зашевелился, давая достаточно места, чтобы прошли лошади. Те и прошли, опасливо всхрапывая и косясь на длинные иглы, но не пытаясь сдать назад или ускорить ход. Видать, учёные, не в первый раз ходят.

Преодолев периметр, я оглянулась и в изумлении натянула поводья.

– Кудей! А где…

Стены кустарника сзади не было. Я видела лишь нагромождение острых камней и ядовитого вида ползучие растения, обвивающие серые глыбы.

– Иллюзия, – пояснил маг. – Местечко здесь интересное, центр силы. Колдунишка на него сел да и принялся переделывать всё тут по своему усмотрению. Отсюда и кусты, и мёртвая земля вокруг. Да‑а… Я думал, такие места уже все известны, а вот ты посмотри только. Совсем рядом с границей, надо же… Наверняка они тут постепенно с ума сходили от такого количества Силы.

Он покачал головой и толкнул пятками бока своего коня. Тот тронулся с места, остальные послушно последовали за ним. Я пристроилась рядом и принялась допрашивать… Ммм… парня? Пожалуй. На старика он теперь точно не похож.

– Так мы победили или нет?

– Да уж не проиграли, точно, – засмеялся помолодевший маг и кивнул на мою перемётную суму. – Ещё и в прибыли немалой остались. Впереди у тебя Китежградская Школа Магии ожидается, а там и вся жизнь. Без опаски Призыва или Обряда Обмена, прошу заметить.

– А ты… Вы… Тьфу ты, чтоб… Как мне к тебе теперь обращаться‑то? Ты же выглядишь, как мой ровесник!

– Да как хочешь, но лучше на «ты», – хмыкнул Кудей. – Я ведь не только года сбросил, но и умения тоже. Так что, скорее всего, вместе учиться будем.

– Ты теперь… не маг? – ужаснулась я.

– Не маг восьмого уровня, – поправил парень. – Знаний‑то у меня и на девятый хватит, а вот умения многие утрачены. Магия, она же на тело во многом завязана, а раз тело помолодело, то и умения надо по‑новой осваивать. Ничего, справлюсь.

– А почему ты помолодел? – задала я давно мучивший меня вопрос. – Ты же не проводил ритуал Обмена, а просто убил колдуна. Или это тайна?

– Нет никакой тайны, – пожал он плечами. – Кинжал, которым я колдуна зарезал, он же и создал. Ты не смотри, что на вид ему и сорока не было, на самом деле этому «Вадиму» лет сто, если не больше. Давно‑о он в этих краях обитает, раз успел место силы найти и от охотников царских его защитить. Так вот. Кинжалы ценны не только тем, что молодость убийце дают, но и тем, что со своим создателем и хозяином связаны.

Кудей поднял палец, показывая, что скажет сейчас что‑то особо важное.

– Чаще всего создатель артефакта эту связь прерывает и перекидывает её на хозяина кинжала. Как бы делегирует ему свои полномочия, понимаешь? – я неуверенно кивнула, и маг продолжил пояснения. – Все эти ритуалы, руны, свечи – это всё костыли. Настоящая магия не нуждается в них. Будь Вадим рангом повыше… Хотя, он и был таким, наверное…

Кудей задумался, а я молча на него смотрела, обдумывая вдруг пришедшую мысль. Получается, что сидящий напротив меня молодой парень, по виду мой ровесник, если не моложе, тоже колдун? Он ведь смог омолодиться за счёт убийства. Пусть убитый был чернокнижник, на совести которого десятки, если не сотни жертв, разве это что‑то меняет?

Я вспомнила Семёна Широкого, который рассказал про бзик Кудея насчёт колдунов. Может быть, ненависть наставника к колдунам была лишь дымовой завесой, а на самом деле он всю жизнь искал только одного колдуна, конкретного? Искал, чтобы убить создателя кинжала, с помощью которого его в этот мир призвали?

– Значит, кинжал важнее всего остального? – я постаралась не выдать волнения от пришедшей в голову догадки.

Кудей рассеянно кивнул, погружённый в свои раздумья:

– Думаешь, почему Плио на тебя кинулась? Свой кинжал искала, тот был на неё завязан, она была его хозяйка. Потому‑то у неё с Виталиано такой союз и был: он пел Песню, а кинжал принадлежал Далии. Когда ты ведьму привязанным к ней оружием ударила, то связь эта прервалась. Плио сдохла в муках, а тебе часть её силы досталась, понимаешь? Ты, Кара, в тот миг пелену прорвала, но не заметила, поди, уж больно момент был… напряжённый.

– Так я уже тогда была полноценным магом⁈ – выдохнула я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

– Ага, – кивнул Кудей и посмотрел на небо. – Однако, уж полдень близится, пора бы нам и отдохнуть. Вон рощица виднеется, давай туда свернём. Чую я, там родничок бить должен, уж больно зелено.

– Нет, погоди, рано же ещё, – я нетерпеливо дёрнула поводья. – Ты посмотри на лошадей, они даже не вспотели.

– Карина Александровна, – укоризненно протянул Кудей. – У нас долгий путь впереди, не надо торопиться. Есть время для движения, есть для привала.

Вот же старый хрыч. Нисколько не изменился! Ну ничего, сейчас расположимся, я из тебя всю душу вытрясу.

Нет, вы только подумайте! Я, оказывается, магичка? И мне, оказывается, вовсе не нужно было терпеть весь этот кошмар последних дней? Не надо было стоять голой, привязанной к столбу в юрте Варона, не надо было терпеть горящий пепел, от которого вылезли волосы, не надо было строить из себя безмолвную дуру и игнорить лапанье Щера… Ничего не надо было делать!

Если Кудей проник в логово колдуна и справился с десятками вооружённых слуг, что ему стоило так же поступить со слугами Варона? Уверена, захоти, он бы кончил их всех! Ладно, оставил бы в живых щербатого проводника, чтобы дорогу показал. Уж ему‑то Кудей язык бы развязал, я в этом не сомневаюсь. Так нет же, сидел себе в кустах, пока я задом кверху на лошади тряслась и рисковала оказаться на пыточном столе безумной японки.

Обиходить десяток лошадей оказалось нелегко. Пока возились с ними, было не до разговоров, но вот пришло и время беседы по душам.

– А кто напал на Варона? – запоздало поинтересовалась я, когда мы уселись у небольшого костра и принялись за еду. – И как его нашли, он ведь, кажется, тоже маскировался?

– Не он сам, а проводник. У этого прохиндея был амулет сокрытия. Помнишь, у Ламара был подобный?

– Помню.

– Ну вот. А напали на них люди Волока, я им весточку послал с голубем.

– А…

Вопросов было так много, что я запуталась, какой задать первый. В голове крутилось всё сразу: предательство, манипуляции, судьба друзей, собственная роль в этой игре. Потом плюнула на хитрость и спросила прямо:

– Так ты меня использовал, Кудей? С самого начала?

– Ага, – кивнул маг. – Из всей вашей компании только двое подходили в качестве живца – ты и Валерий. Я выбрал тебя. Никто другой не был так привлекателен для колдуна. Да и баронесса Плио должна была быть уверенной, что сможет выжить. Я предложил ей такой способ, и она с радостью наложила Метку.

– Почему я? Почему не Проц? – мой голос дрогнул, но я заставила себя смотреть ему в глаза.

– Потому что Далия подмяла бы парня под себя, – удивился моей непонятливости Кудей. – Она Игоря легко совратила, что ей бестолковый пацан, только и знавший в жизни, как на клавиши нажимать? Вот только он на пороге прорыва стоял, ему любой стресс был в помощь, а у тебя до первого уровня тогда далеко было. К тому же молодая попаданка – товар более ценный.

– Но… Я же тоже могла прорваться через «пелену»? Ты же со мной специально занимался… – я запнулась, и кусочки пазла встали на места. Я заговорила быстро, чтобы не потерять мысль: – Ты не хотел, чтобы я прорвалась! Далия говорила, что есть зелья, которые помогают при прорыве, снижают боль, повышают силы. Не зелье Прорыва, а просто… магический обезбол, или как его назвать? Я могла стать магом ещё… Где? В Транье? В Старгороде?

– Я сдерживал твою инициацию лишь последние дни, – откровенно признался старик, пряча взгляд и копаясь в своей сумке. – В Транье ты была ещё никем, личинкой. В Старгороде превратилась в гусеницу, а бабочкой могла стать во время казни Вершинина. Не наложи Плио на тебя Метку, ты бы поехала в Китеж вместе со всеми, а мы продолжили бы искать ветра в поле.

– Вот же ты скотина! – прошептала я, чувствуя, как по щекам катятся слёзы. – Ты же меня сам под колдуна подложил, так? Так. Меня, значит, на жертвенный камень, а сам омолодиться задумал! И ведь ты не один это придумал, верно? Кто из князей – Барбашин или Котырев? Или оба?

– Борис был не в курсе, – мотнул головой предатель. – Слишком уж горяч и нетерпелив. Лазарь знал лишь часть плана, про второй кинжал, которым я Вадима убил, он и не догадывался. Так что Барбашин мне лишь голубя дал, чтобы я его отправил, когда логово колдуна найду, но не верил, что у нас получится с ним самим разобраться. Что может сделать умирающий старик и не проснувшаяся магичка?

– А у тебя получилось, – я вытерла слёзы и зло взглянула на сидящего напротив мага. – Сволочь. Интересно, что скажут князья, когда увидят тебя в таком виде? Котырев тебя на костёр потащит?

– Этот может, – невозмутимо кивнул Кудей, поднимая взгляд от сумки. – Да только вот какое дело, Карина. Маг Кудей погиб, сражаясь с колдуном. В живых осталась только ты, но ты ничего не вспомнишь.

С этими словами он протянул на раскрытой ладони флакончик из цветного стекла. Жидкость в нём казалась чёрного цвета, но я знала, что она фиолетовая. Я уже видела этот флакон, когда собиралась по-пьяни переспать с Игорьком.

– Нет. Я никому не скажу, честно.

– Конечно, не скажешь, Карина, – мягко и настойчиво произнёс Кудей. – Так уж сложилось, прости. Я должен был умереть, но судьба дала шанс, и я встретил того самого колдуна. Это всё изменило. О том, что произошло, знаем только ты и я, и я не собираюсь полагаться на твоё слово. Выпей.

– Нет, – замотала я головой, отворачиваясь от флакона. – Не надо.

В левой руке он держал отраву, а правая упёрлась в колено, над которым нависла рукоять кинжала. Я вдруг вспомнила, как Семён с восхищением рассказывал, как Кудей «вскрыл» какого-то поляка, и как бежала кровь из рассечённого горла арабского воина. Вот же урод! А я дура! Надо было сразу насторожиться, с того самого момента, как он стал называть меня просто по имени.

Что делать, что делать? Бежать? Он сильнее и быстрее меня, догонит. Драться? Очень смешно. Взять зелье и разбить его об камень? Эдак он меня точно прирежет.

– Другого варианта нет, – Кудей свернул крышку пузырька и протянул его мне. – Да, ты можешь умереть от такой дозы, но я постараюсь этого не допустить. Пей, Кара.

Открытый флакон оказался перед лицом, в нос ударил едкий травянистый запах. Кудей молча сверлил меня взглядом, я молча плакала. Су-ка! Не хочу-у! Не хочу сдохнуть вот так, в какой-то дыре, даже не помня всего, что со мной произошло!

Я закрыла глаза, нащупала склянку, и вылила Зелье Забвения в рот. Сделала глоток, передёрнувшись, словно жахнула водку в первый раз. Жидкость холодным комком скатилась по пищеводу, а потом мягкой волной поднялась обратно. Голова закружилась, земля качнулась вправо, влево…

– Вот так, – донёсся далёкий голос. – Вот и хорошо. Спи…

* * *

В небольшой роще, где Степь вплотную подходит к Лесу, в дне пути от реки Солёной, расположился небольшой караван. Лошадей было с десяток, часть из них использовалась, как вьючные, другие были предназначены для перевозки всадников. Впрочем, сейчас сёдла и поклажа лежали горкой на траве рядом с небольшим костерком, над которым булькал котелок с варевом, и кучкой одеял, укрывавших лежащее на заботливо подстеленной конской попоне человеческое тело.

Над полянкой разносился аромат наваристой похлёбки, которую помешивал длинной деревянной ложкой молодой парень. Был он одет в дорожную одежду, длинные его волосы были покрыты светлым платком, завязанным на затылке на манер банданы. На поясе с одной стороны висел кинжал, а сабля, узкая и длинная, в простых ножнах, лежала на одном из тюков, рядом с трабуко, чей расширенный ствол смотрел в вечернее небо. Костёр давал совсем мало огня, и ещё меньше дыма, и тем не менее, над поляной стоял отчётливый запах гари, какой бывает после пожара.

– Ммм… – раздался тихий приглушённый стон.

Куча одеял шевельнулась, лежащий под ними человек заворочался, просыпаясь, а потом неуверенными движениями откинул покрывала и медленно сел, оглядываясь вокруг. Это оказалась девушка, на вид лет двадцати или чуть меньше. Телом она была довольно крепка, но голова, покрытая лишь светлым ёжиком слегка отросших волос, бледность кожи и круги под глазами наводили на мысль о тяжёлой болезни, которую перенесла стриженная.

Девушка оглядела обстановку непонимающим взглядом, а потом остановила его на невозмутимом парне, который как раз пробовал похлёбку, усиленно дуя в деревянную ложку, держа её перед губами.

– Вроде готово, – сообщил парень, прожевав пробную порцию. – Ты как, есть хочешь?

– Не знаю, – медленно ответила девушка и провела по голове ладонью. – Где я?

– Здесь, – информативно ответил парень, снимая котелок с огня и пристроив его на ствол поваленного дерева. – Тарелок нет, так что придётся хлебать так. Ложка у тебя есть?

– Ложка? – всё так же заторможенно переспросила девушка, продолжая ощупывать голову. – Должна быть, я думаю.

– Если должна, так поищи, – посоветовал повар, указывая на объёмистую суму, лежащую рядом с девушкой.

Та освободила себя от одеял и принялась ощупывать, словно пытаясь убедиться, что с ней всё в порядке. Парень терпеливо ждал, не выказывая беспокойства, лишь неотрывно глядел на неё тёмными внимательными глазами.

Девушка закончила с осмотром и попробовала встать. У неё это получилось, хотя заметно было, что от слабости стоит она неуверенно.

– Я сейчас, – пробормотала больная и направилась в сторону густого кустарника.

Парень пожал плечами и принялся сервировать импровизированный стол. Из сумки были извлечены краюха хлеба, которую он тут же нарезал, пара огурцов и четыре варёных яйца. Парень откупорил объёмную флягу, принюхался, довольно кивнул и достал две простенькие чаши, вырезанные из дерева. Поставил их на «стол» и налил красную жидкость, пахнущую виноградом.

К тому времени, как закончил, вернулась стриженная. Она молча села на приставленное поближе седло, притянула сумку и начала исследовать её содержимое в поисках ложки. Ложка обнаружилась в боковом кармашке, вместе с вилкой и двумя плотно закрытыми баночками. В одной оказалась соль, а в другой – перец. Баночки, как и ложка с вилкой, были из светлого металла, с лиственным орнаментом на боковинах.

– Это серебро? – спросила девушка в пустоту.

– Похоже на то, – согласился парень. – Ты это, ешь давай, а то тебя ветром шатает.

– Знаешь, чей это герб? – спросила девушка, продемонстрировав боковину солонки, на которой была гравировка рыцарского щита, разделённого вертикально надвое. На одной стороне щита было изображение булавы, а на другой – гроздь винограда. Поверх дугой шла надпись, исполненная латинскими буквами.

– Ну-ка? – парень взял солонку, изучил её, и вернул обратно. – Это не из наших. Гишпанский, либо италийский. Надпись на латыни, переводится, как «сила и власть». Герб простой, стало быть, принадлежит какой-то старой фамилии. Но короны нет, так что это не герцогский род, и даже не баронский. Возможно, какой-то попаданец из первых. Дорогая вещица, лет двести назад сделанная.

– Дорогая? – слегка оживилась девушка.

– Серебро, да ещё с гербом, – кивнул парень. – Возможно, с историей.

– У меня тут целый набор, оказывается, – похвасталась стриженная, и вытащила кубок, украшенный таким же гербом. – О, да тут и тарелки есть, и и ещё бокалы!

– У тебя вообще много ценного барахла, – заметил парень, опуская свою деревянную ложку в котелок. – Ты есть собираешься, сорока, или так и будешь блестяшки свои перебирать?

– Собираюсь, – согласилась девушка, вооружившись серебряной ложкой из набора. – И ничего я не сорока! Просто пытаюсь сообразить, что и как. Ничего не помню, кто я, как тут оказалась… Вот, например, ты кто?

– Я Иван, – сообщил парень. – А ты Крыгина Карина Александровна, попаданка.

– Карина? – задумалась девушка, а потом закивала. – Да, точно, Карина.

– Вспомнила?

– Ага. А ты меня откуда знаешь?

– Так наставник весточку прислал, – пояснил Иван. – Просил прибыть сюда, и про спутницу, тебя то есть, всё обстоятельно рассказал.

– Сюда? – Карина огляделась. – Куда – сюда?

– Ты совсем ничего не помнишь? – с подозрением нахмурился Иван. – Или за дурачка меня держишь?

– Совсем ничего, – заверила девушка. – Вот ты говоришь, и я сразу вспоминаю, а до этого – эбсолютли дарк найт.

– Чего?

– Э… – задумалась Карина, а потом неуверенно предположила. – Может, я англичанка? Или американка?

– Не может такого быть. Русская ты.

– А какого чёрта я по-английски говорю?

– Откуда мне знать? – пожал плечами Иван. – Ты, это, не спи, а то я сам всё съем, а нам выдвигаться скоро.

– Куда? – спросила девушка, опять начав работать ложкой.

– Домой.

– А где мой дом?

– Где? – задумался парень на секунду. – Да, пожалуй, дома-то у тебя и нет. Насколько я понял, ты в наш мир провалилась недавно, и пока не определилась, где жить будешь. Но для начала мы в Старгород пойдём, мне надо про наставника князя Барбашину рассказать.

– Барбашина я помню, – оживилась Карина. – Важный такой дядька, лысый. А наставник у тебя кто?

– Кудей, – бесстрастно ответил Иван, пристально вглядываясь в собеседницу.

Крыгина поперхнулась похлёбкой и отчаянно закашлялась. Ивану пришлось привстать и пару раз крепко стукнуть ей по спине, на что девушка затрясла головой и замахала рукой, показывая, что справится и сама. Отдышавшись, она уставилась на Ивана расширившимися глазами.

– Я вспомнила! – шёпотом воскликнула она. – Всё вспомнила! Он же и мой наставник был!

– Я знаю, – кивнул Иван. – Рассказывай тогда, что помнишь?

– Мы… Так, погоди… – Карина взяла со ствола деревянную чашку, отхлебнула из неё, и одобрительно хмыкнула. – «Испанское золотое»?

– Про Кудея рассказывай, а не про вино, – велел парень.

– Ну, мы… Мы колдуна ловили, вот! – она задумалась, потом продолжила рассказ. – Помню, как в этом мире оказалась. Ребят помню, Каштанку… Это подругу я так называла, а на самом деле её Эльвирой звали. Убили её, представляешь?

Девушка нахмурилась и погладила живот.

– Да, я же магию знаю! – вскинулась она. – Когда по реке плыли, Кудей меня учил. Потом… Потом меня в плен взяли.

– Кто? – подался к ней Иван. – Ты помнишь, кто тебя в полон взял?

– Барон… Барон какой-то. Ламар? Нет, Ламара мы раньше убили. А тогда кто? Имя ещё смешное такое, на титул похожее…

– Варон?

– Йес! Точно, Варон! – обрадовалась Крыгина, и остановилась. – А дальше ничего не помню.

– Ага-а, – глубокомысленно протянул Иван. – Теперь понятно…

– Что понятно? – рассердилась ничего не понимающая, и оттого всё больше нервничающая Карина, и даже невольно начала копировать манеру говорить собеседника. – Ты, это, Иван, давай, говори, а то у меня голова вообще ничего не соображает. И сил нет никаких. Чего понятно-то?

Тут она пригляделась к парню, и вдруг воскликнула, не в силах удержать язык за зубами:

– А ты не тот ли самый ученик Кудея? Который не ученик, а его сын?

Лицо Ивана посмурнело. Он с явным неудовольствием посмотрел на коротко стриженную девицу и с досадой проговорил:

– Во-первых, никакой он мне не отец. А во-вторых, не твоё это дело.

– Как это не моё? – возмутилась Крыгина. – Да ты знаешь, кем я на Старой Земле была? Известнейшей журналисткой! Я интервью брала даже у… Впрочем, неважно, ты их не знаешь. В общем, Ваня, я тебе так скажу: раз я такой вопрос тебе задала, значит и остальные тоже задавать будут. Уж больно ты на Кудея похож.

– Думаешь? – встревожился Иван, а когда гроза журналистики Старой Земли убеждённо кивнула, заметно расстроился. – И что, сильно я на Кудея похож?

– Ну, как сказать? – прищурилась Карина. – На самом деле, не очень. Но сходство есть, несомненно. Может, он и не твой отец, но вот дед – точно.

– Вот ведь, так и знал, что так случится, – с досадой буркнул Иван, и объяснил девушке, которая выжидательно смотрела на него блестящими глазами. – Не знаю я, кто он мне! Матушка уж пять лет, как померла, а слуги толком и сказать ничего не могут, потому как они все новые, кто уцелел. У нас, вишь ты, тому несколько лет, как набег случился. Матушка ранена была сильно стрелой, и скончалась, так мне ничего про отца не сказав. Митрич, это дядька мой, который воспитывал, тоже погиб. Поместье, в общем, разорилось совсем, а люди разбежались, кто куда. А Кудей… Он приезжал, только давно, когда во мне магия пробудилась. Занимался со мной, учил… Даже оставил книжек несколько и велел, как их изучу, сообщить. А куда сообщить-то? Это только Митрич знал, да матушка.

Иван вздохнул и решительно выпил вино из кружки. Потом продолжил:

– Людей старых в имении не осталось совсем. Кто сам ушёл, кого родичи сманили. Место у нас, вишь ты, было такое, беспокойное, а край лиходейский.

– Зачем же вы там поселились? – задала логичный вопрос девушка.

– Да это Жеря так решил, – скривился Иван. – Ну, основатель рода нашего, тоже из попаданцев. Тот ещё разбойник был, поговаривают… Ему-то что, ему тати да душегубы лучшие друзья были. А как его шайку Сыскной Указ накрыл, так и у нас защиты не стало. Думал я, что как магом полноценным стану, так сразу порядок наведу, а оно вот как вышло. Не успел. А теперь ещё и говорить будут, что у меня пращур не боярин Аленкин, а Кудей? Совсем здорово: либо разбойник с большой дороги, либо маг бродячий.

– Ну, ты это зря, – Карина покровительственно похлопала парня по руке. – Кудея знаешь, как уважают? Он тебя в обиду не даст, даже если ты и не его сын, а ученик. Он тебя и Барбашину представит, и даже губернатору…

– Ну да, представит, – перебил её Иван. – С того света вернётся, и представит.

– В смысле, «с того света»? – ахнула девушка, испуганно приложив пальцы к губам. – Он что, умер?

Вместо ответа парень кивнул влево. Карина вскочила и шагнула в ту сторону, сразу же остановившись. Куда-то бежать не было никакой необходимости, и так всё было понятно. В неглубокой ложбине чернело кострище, на котором, судя по количеству углей и золы, недавно было сожжено тело. Запах гари, до того почти незаметный, ударил в ноздри, и девушка зажала нос, опасаясь унюхать в этом букете нотку горелого человеческого мяса.

Она вернулась к костру и с опаской посмотрела на Ивана. До этой минуты он казался ей довольно безобидным парнем. Ну да, крепкий, но тут, на свежем воздухе и натурпродуктах, хилые не выживали. Но вот так, запросто сидеть в двух шагах от крематория и обедать? Как-то не укладывалось это в голове, не так должен поступать скромный деревенский хлопец. Такое присуще скорее разбойнику, у которого руки по локоть в крови, и который при виде мертвеца даже не поморщится. А она тут с ним любезничает!

– Как же ты нас нашел? – осторожно поинтересовалась Карина.

– Дак вестника же Кудей прислал, – удивился Иван. – Ну, а мне чего делать оставалось-то? Сидеть и ждать, пока хозяйство окончательно развалится? Как птица прилетела, так я народ собрал, кто ещё остался, имущество остатнее им роздал, что было, да и поскакал. Третьего дня здесь был, но всё едино опоздал. Ты в беспамятстве, а Кудей… В общем, вот так. И что мне с ним делать было, не с собой же везти? Лето, он вонять бы начал…

– Фу!

– Вот и я про тож. Ну, соорудил я помост, обложил его травами, да и сжёг. Останки собрал, потом в реку кину.

– Не похоронишь?

– Ни к чему это, – покачал головой Иван. – Мага лучше в огне хоронить, и в воде бегучей.

– А вещи? – девушка покосилась на внушительную гору баулов. – Они чьи?

– Твои, я думаю, – почесал в затылке парень. – Я полазил, там бабские тряпки вперемешку с золотом и серебром. Навряд ли Кудею такое подошло. Его лишь пара сумок с книгами, да мешок с головой…

– С чем⁈ – подпрыгнула девушка.