Текст книги "Кудей (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Колесников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 34 страниц)

Глава 17

Дархан Имра н ович

Ехать в телеге на толстой пахучей подушке из свежескошенного сена гораздо удобнее, чем в седле. Лежишь себе и лежишь, бездумно глядя вверх на голубое небо, по которому лениво плывут белоснежные облака. Картина эта ограничена высящимися по краю дороги деревьями и кажется, что небо висит так высоко лишь потому, что боится уколоться о вершины елей и сосен.

Я возвращаюсь в Транье вместе с парочкой раненых, которых Кудей отказался лечить. Не потому, что не захотел, а потому что некогда. Землян срочно затребовали к губернаторскому двору в Старгород. Не знаю, где находится этот Старгород, но явно не там, куда собирался князь Котырев и его начальник.

Вчера состоялась неудачная казнь баронессы Плио, которую прервал молодой программист Валера. Надо же, у нас теперь целых два мага, по местным меркам это круто. Правда, что Валера, что Карина, на мой взгляд, маги так себе. Ну в самом деле, они же дети ещё, особенно блондинка! Вот уж у кого в голове ветер гуляет. Про Сорокина ничего не скажу, я с ним и не общался почти, но на стоянках он возле Кудея постоянно крутился и о чём-то с Крыгиной препирался. Два сапога – пара, думалось мне, глядя на них, и вот, вы только посмотрите, оба стали магами.

Когда Проц заморозил костёр, я думал, князь его прикончит. Котырев вообще терпением не отличается, а тут его конкретно обломили, не дали ведьму казнить. А я думаю, он в этом сам виноват. Незачем было пленницу за собой таскать, мог бы сжечь её и в крепости. Теперь Далия Плио едет в караване рядом с мужем и бароном Ламар, который обещал её подлечить. Ох, кажется мне, что у Ренэ Плио скоро рога полезут от этого «лечения».

Но что там у них будет, уже не моя забота. С того вечера, когда прибыл Барбашин и меня выдернули из кровати, мне становилось опять всё хуже и хуже. На ужине ещё держался, но казнь совсем доконала, тем более, что шёл я на неё пешком, опираясь на руку Гараева. Физрук вполголоса матерился, ругая князей, которым зачем-то понадобился на сожжении весь состав попаданцев, а я молился Аматерасу, чтобы та даровала мне сил, чтобы дожить до вечера.

Когда погас костёр и страсти немного утихли, ко мне подошёл Кудей и быстро осмотрел. Покачав головой, он молча развернулся, подошёл к Котыреву и принялся высказываться, указывая на меня. Князь возражал, всё повышая голос, но потом к спору присоединился Барбашин. Вскоре консенсус был достигнут, меня положили на одну из телег, а Кудей, в очередной раз поколдовав, сказал, что меня повезут под наблюдение отца Игнатия. «Всё равно, – сказал маг, – Метки на тебе уже нет, да и не было никогда, скорее всего. Стар ты для такого».

– А как же Старгород? – спросил я, устраиваясь на повозке. – Туда же всех нас затребовали.

– Обойдутся, – коротко ответил седой.

Ну, обойдутся, так обойдутся, не больно-то и хотелось ехать к губернатору. Подальше от начальства, поближе к кухне, так сказать. Мне и в крепости неплохо будет, а если отец Игнатий меня опять на ноги поставит, так чего ещё желать?

Я всё думал, чем буду заниматься, когда вся эта возня с колдунами закончится, и решил, что место вроде Транье как раз для меня. А что? Там и целитель есть, и дон Роберто. Как командир он мне понравился. Да и кузня у них хорошая, а профессия кузнеца востребована. Я же на должность начальника не претендую, мне бы к делу поближе. Глядишь, я и смогу мечту осуществить, «свой» меч сковать, здесь для этого все условия имеются! И если судьба ведёт меня к этому через попадание в другой мир и смерть, то кто я такой, чтобы ей противиться? Всё, что ни делается, делается к лучшему.

* * *

Много ли места занимают три сотни всадников? С какой скоростью они могут перемещаться? С какой скоростью вообще двигались средневековые войска? В разных книгах про это пишут по разному. В одних воинские части преодолевают сотню километров за ночь, а утром сходу вступают в бой и побеждают. В других то же расстояние покрывается за неделю. В этой связи примечательно наставление для конницы РККА, в котором русским по бумаге было написано, что конная воинская часть должна рассчитывать скорость передвижения из расчёта двадцать километров в сутки. Всего двадцать! Неудивительно, что римские легионеры на этом фоне кажутся сверхлюдьми, а суворовские солдаты чудо-богатырями. А всё дело в том, что лошадь – не легионер, и имеет свой «запас хода», превысив который можно лишиться грозной боевой единицы. Те же танки никто не гоняет маршами через всю страну, предпочитая использовать для передислокации железнодорожный транспорт.

Караван, в котором двигались попаданцы, был обременён ещё и внушительным обозом. Три фургона с имуществом солдат дона Роберто, фургон с имуществом инквизиторов Сыскного Указа, телеги с имуществом собственно попаданцев. Продукты, фураж, обмундирование, оружие и даже походная кузня, всё это требовало свой транспорт, свою гужевую силу и людей, которые за всем этим следили. А тяжёлый конь, способный весь день тащить деревянную повозку, это не горячий скакун для атаки. Это здоровенная животина, которая быстро выдохнется, если погнать её галопом. Максимум, на что могли рассчитывать князья, выполняя приказ о немедленной доставке пришельцев, это лёгкая рысь, но даже на неё не переходили, и караван передвигался лишь чуть быстрее пешехода. Так что двигались без лишней спешки, останавливаясь в привычных местах.

Через два дня узкая дорога расширилась, превратившись в наезженый тракт, вдоль которого то и дело мелькали деревеньки и хутора. Герцман заинтересовался этим фактом и попросил князей объяснить изменение обстановки. Барбашин с удовольствием ответил, что вообще-то Старогородский округ стоит на границе леса и степи. Крепость Транье является одной из нескольких опорных точек, из которых Царство Русское контролирует окраины государства. Бароны Ламар, Варон и другие, получили эти земли в дар в обмен на опасности фронтира, такие как разбойничьи банды, кочевые племена и прочее. К опасностям добавляется и относительная свобода, допускающая определённые вольности.

– Какие же? – позволил себе горькую иронию Герцман. – Чернокнижие?

– И это тоже, – признал князь. – Но в основном здесь селятся те, кому воля милее порядка. Живут сами по себе, новые поселения от налогов совсем освобождены лет на десять, в следующие десять платят половину. В лесах зверя полно, в реках рыба, земли урожайные. Тут голода почти не бывает, разве уж несколько лет подряд ненастье случится.

– Значит, селиться здесь выгодно? – задумчиво спросил земной политик, и пояснил свой интерес. – Нам Кудей советовал, если захотим, нанять с десяток ветеранов с семьями и переехать в эти края.

– Можно и так, ежели соседей не боитесь, – Барбашин кивнул в сторону покинутого замка, имея ввиду родовитых обитателей этих земель. – Там, за лесами и перелесками, начинается Великая Степь, по которой бродят кочевые племена со времён Чингизида. Некоторые только и живут разбоем. Напасть, угнать в полон рабов, а замки да деревеньки разорить – вот и весь их уклад. От таких ухарей поселенцы и защищают. Степь на нас в набеги ходит, местные на них в ответ. Воюют, мирятся, заключают союзы. Иной раз боярин один год стойбище разоряет, а на другой оттуда себе невесту берёт и родичем хану становится, зачем такому мешать? Глядишь, через десяток лет там мир будет, а новый поселенец дальше в Степи городище поставит. На Руси, почитай, половина боярских и дворянских фамилий от степняков пошли. Мамаевы, Ногаевы, Кипчаковы… Мурадовы те же…

– Мягкая сила, – понятливо кивнул земной политик. – Разумно.

– К нам на поселение кто только не едет, и шляхта, и испанцы с итальянцами, и из Европы многие. Ну, из вашей Европы, я имею ввиду. Поначалу-то они, конечно, к землякам рвутся, в Париж либо Рим, но съездят туда, посмотрят, да и назад вертаются. Порядки-то там не так, как в старом свете, а как бы даже и совсем наоборот, – Барбашин усмехнулся каким-то своим мыслям и сменил тему. – Ну, а Старгород, куда мы едем, это столица нашего края. В нём сидит губернатор, князь Ховрин Алексей Ярославович со своей дружиной. Город крепко стоит, на берегу реки. Там торг знаменитый, цены твёрдые, купцам любым рады, потому и дороги на Старгород широкие да людные.

И действительно, путешественники проезжали уже не стоянки в лесу, а придорожные трактиры, которые давали возможность не просто перекусить, но и переночевать в относительном комфорте. Тут же желающим предоставлялся и весь нехитрый ассортимент услуг: перековать коня, прикупить припасов в дорогу, повалять сенную девку после бани, и прочее… Как правило, вокруг трактира формировались небольшие поселения, в которых крестьяне, чаще всего родственники трактирщика, выращивали многочисленных кур, гусей и уток, а также разводили свиней, чтобы порадовать посетителей сочными окорочками, жаренным и копчёными, душистым салом и даже самогоном. На производство последнего требовалась особая пайцза Земского Указа, а также трактир обязан был платить ежегодный оброк в казну края. По словам того же Барбашина, налоги были божеские, губернатор предпочитал, как та курочка из поговорки, клевать по зёрнышку, а не плодить уклонистов. Впрочем, уклонистов тут особо-то и не было, княжеские мытари, если не получали положенной суммы, не церемонились, и сдирали с должников три шкуры, причём, зачастую буквально.

Несмотря на обжитые земли и мирное время, караван двигался в постоянном напряжении. Нет, драк, и тем более дуэлей, не было, но царёвы люди с настороженностью наблюдали за баронскими, а те в свою очередь беспрерывно косились на инквизиторов Сыскного Указа и вояк дона Роберто.

Испанец уже на следующий день, как выступили из замка Ламар, заявил, что не желает идти в Старгород, ему там делать нечего, у него в окрестностях Транье забот полно. Барбашин согласно кивнул, но попросил всё же проводить их хотя бы до переправы через Кривицу – вихлястую и неширокую, но неожиданно глубокую речку, которая служила своеобразной границей между фронтиром и относительной цивилизацией. Дон Роберто возражать не стал, и два дня прошли спокойно. На третий вышли к речке.

Недавний паводок повредил мост, и через Кривицу без устали курсировал паром. Барбашинские, как находящиеся при исполнении, могли требовать перевоза вне очереди, но князь, прикинув количество желающих, махнул рукой и приказал не лезть. В итоге, переправа затянулась больше чем на сутки, и это с учётом того, что солдаты Транье в ней не участвовали.

Дон Роберто дождался, пока от причала отвалит паром с Котыревым и Кудеем, повернулся к своему новому подопечному. Боярин Широков, привстав на стременах, махал рукой наставнику, маг на прощанье одарил его скупой улыбкой и запустил в небо радугу.

– Ну что, сеньор Семён, готовы? – спросил комендант.

– Си, командантэ, – ответил ему новый рекрут.

– Тогда вперёд, – усмехнулся идальго. – Для начала, первое задание…

Котырев проводил взглядом две конные фигуры, которые удалялись от переправы ровной рысью, и повернулся к магу:

– Вот и ещё один птенец из гнезда вылетел.

– Даст Свет, не упадёт.

– Крылья у парня крепкие, а дон Роберто не из тех, у кого забалуешь. К тому же, в крепости отец Игнатий, он не даст парню с верного пути сбиться.

– Не даст, – согласился Кудей. – Хорошие у Семёна наставники будут. Всё удивляюсь, как Ховрину удаётся таких людей у себя в округе оставлять. Что испанец, что отче, им же место в Старгороде, как минимум, а то и в Китеже, а они в этом захолустье живут и о переезде не помышляют. Борис, может у губернатора слово тайное есть, а?

Князь иронично хмыкнул:

– А сам-то ты, дружище, чего в столице не живёшь? Денег у тебя изрядно, на подворье со слугами да работниками хватить должно. И в праздности ты не будешь, с твоими-то талантами. Чего ж ты по полям и весям носишься? Сидел бы сиднем в тепле и сытости, девок тискал, воспитанника уму-разуму учил.

– Стар я, чтобы привычки менять.

– Во-во, – кивнул Котырев. – Ты стар, я стар, и остальные тоже не молоды. А Алексей Ярославович, хоть и зелен по сравнению с нами, но зело разумен, и таких как мы при себе держать не хочет. Ему с ровесниками общий язык проще найти.

– Смена поколений, – вздохнул старый маг.

– Ничего, воспитаем, как надо, – пообещал князь. – Для этого мы на свои места и поставлены.

Разговор прервался, паром ткнулся в причал. Они вывели на берег лошадей, подтянули подпруги, взгромоздились в сёдла и двинулись вслед за колонной, которая уже потихоньку втягивалась в лес, подступивший к берегу почти вплотную.

– Что с Далией делать будем? – спросил Кудей. – Может, потихоньку её…

Он не договорил, но сделал жест кистями, словно сворачивал баронессе шею. Котырев поморщился.

– Стервь эта от баронов ни на шаг не отходит, – напомнил он. – То у Ренэ своего в шатре, то у Гастона. А у них полторы сотни солдат и караулы круглосуточно.

– Я могу им глаза отвести, тишком в её шатёр проникнуть, – предложил маг. – Даже убивать гадину не буду, сыпану отраву в кубок, и назад. Всё будет шито-крыто, помрёт от естественных причин. Скажем, сердце не выдержит. Стресс, все дела…

Следователь задумался. Проехав немного, с сожалением покачал головой.

– Ты, друже, кудесник, конечно, знатный, но в Старгороде тоже не пальцем деланные сидят. Плио, пень старый, не даст жену в придорожной канаве закопать, потащит тело на княжий суд, и затребует лучших лекарей, чтобы определить причину смерти любимой супружницы.

– «Любимой»? – переспросил седой с сарказмом. – Кем любимой? Только Ренэ или уже и Гастоном? Слушай, а может их обоих муж и траванёт за измену, а? Или полюбовник мужа из ревности?

– Хорошо бы, – мечтательно улыбнулся князь. – Я бы их всех троих в одном костре бы спалил.

– Так в чём же дело?

– Барбашин не даст, – помрачнел Котырев. – У него, вишь ты, новый план возник. Хочет из ведьмы наживку сделать и посмотреть, кто на неё клюнет.

– Хм… Ну, Лазарь Ильич у нас рыболов известный, не то что мы с тобой. Терпения у него на двоих хватит. Только, не шибко ли он рискует, Борис? Далия в Старгороде в тереме сиднем сидеть не будет, побежит по кумушкам и сплетницам своей красотой и молодостью хвастаться. А те бабы на мужей начнут давить, мол, за что ей всё, а им – ничего. А у нас шесть свеженьких попаданцев…

– Ты это брось, – нахмурился инквизитор. – Вокруг земляков твоих я такую стражу поставлю, мышь не проскочит. Нам бы, главное, на поставщика выйти, вот какова задача.

– И за то Барбашин готов рискнуть землянами?

– Ставки высоки, как никогда. Когда такой шанс у нас был? Можем одним махом всю сеть накрыть!

– Как бы нам самим в той сети не запутаться, – проворчал недовольный старик.

– Всё от нас зависеть будет, – настойчиво гнул своё следователь. – К тому же, в Старгород Святой Лука прибывает…

– Да ты что!

– Мне по-секрету Лазарь Ильич шепнул. Смекаешь, как можно дело обернуть?

– Обрадовал ты меня, Борис Сергеевич, как есть обрадовал! – повеселел маг. – А скажи-ка, уж не Барбашина ли в том заслуга, что сам Лука к нам так внезапно нагрянуть решил?

– Об том мне не ведомо, – усмехнулся в усы князь. – Однако, приезд Святого с нас ответственности не снимает, а как бы даже увеличивает, ты про то понимаешь?

– Я на них свою Метку наложу, – пообещал Кудей. – Она с неделю продержится, не меньше. Ты мне Василия дай, да ещё пару ищеек, пусть ночи не спят, глаз не смыкают, но все контакты с попаданцами отслеживают.

– Вот и у нас планчик появился, – Котырев выглядел весьма довольным. – Я Ильичу его обрисую, пусть его в свой вставляет. Одна голова – хорошо, а три…

– Змей Горыныч, – со смешком закончил маг.

* * *

Город Старгород раскинулся вдоль правого берега местной Оки. На Новой Земле поселенцы вообще привыкли давать знакомые имена географическим названиям, игнорируя явные несоответствия с прошлым миром. Несмотря на то, что здешняя Ока текла скорее в предуралье, была она такая же полноводная, как и староземельская, и впадала так же в Волгу, на которой, в свою очередь, стоял Китеж-град.

За три дня до Старгорода леса сменились полями до горизонта. Деревья можно было увидеть лишь в виде лесополос, делящих пашни на ровные квадраты, да берёзовых рощ, которые выращивались специально на дрова. В остальном же, этот край можно было смело называть единым агрокомплексом, который кормил столицу, а так же многочисленных купцов, которые спускались сюда по воде сверху от самого Каменного пояса, откуда и брала начало Ока, и поднимались снизу, аж из Чёрного моря и Османской империи за ним. По Оке и Волге проходила изрядная часть знаменитого Шёлкового пути, и кроме традиционных товаров здесь оседала часть экзотики в виде магических артефактов Запада и Востока.

Помимо торга, который приостанавливал свою деятельность лишь дважды в год, осенью, пока лёд не станет достаточно крепким, и весной, пока он не сойдёт и не откроет воду, Старгород был известен и другим. На полпути отсюда к Транье, в Козельске, было место постоянной дислокации Восточного войска, мощного кулака русского царя, которым он не стеснялся грозить соседям. Редкий год обходился без пограничных стычек с кочевниками, так что дружине скучать не приходилось.

Впрочем, этот год выдался на редкость спокойным, так что путешественникам ничего не угрожало.

Когда объеденённый караван вышел на берег, землянам открылась просторная гладь реки, по которой скользили парусные корабли, словно сошедшие с гравюр и рисунков о Древней Руси, да и судов из других частей света хватало. Крутобокие лодьи, похожие на плавучие амбары шли рядом с широкими и низкими галерами европейской постройки, а испанский галеон с высокой кормовой надстройкой соседствовал с восточной джонкой.

– Господи, красота-то какая! – не удержалась Крыгина, за время путешествия, пришедшая в себя и вернувшая часть своей неуёмной энергии и болтливости. – А широкая какая! Борис Сергеевич, а в речке у вас купаются?

– Почему же нет, Карина Александровна? – удивился вопросу князь.

– Ну, не знаю. Не положено или не по обычаю, – блондинка слегка замялась с объяснением.

– Купаются, купаются, – усмехнулся Барбашин, лукаво прищурившись. – Токмо, Карина Александровна, у наших дам бикини не в моде, они всё больше голышом ныряют.

– Да ладно! – с недоверием расширила глаза Крыгина. – У вас тут нудизм узаконен, что ли?

– Нет, – рассмеялся князь, Котырев тоже хохотнул. – Такого непотребства у нас нет. А вот девичьи купания – явления частые, да. Для вас и пляжики отдельные организованы, куда парням ходу нет. Конечно, бывают хлопчики, которым на запреты плевать, но таких стража ловит, да розгами стегает.

– А-а, – как-то разочарованно протянула девушка. – А компанией выехать на природу запрещено, значит? Так, чисто уикэнд на пленэре почилить?

– Карина Александровна, – вздохнул Кудей. – Ну куда вы из города поедете? На чём? Авто здесь нет, а чтобы на лошади на десяток вёрст отъехать – весь день надо потратить. В этом мире любая поездка сопряжена с определёнными сложностями. Да и времени на длительный отдых не у каждого хватает.

Крыгина надула губки и замолчала, видимо, огорчённая отсутствием возможности побездельничать. Остальные земляне, прислушивавшиеся к беседе, тоже задумались. Как-то не до конца у них в головах укрепилась мысль о новом мире и его отличиях от старого. Вроде бы люди вокруг обычные, говорят понятно, разве что некоторая архаичность выражений присутствует, словно в кино про гардемаринов, но… Казалось, что вокруг именно кино, что вдруг выскочит из кустов режиссёр и крикнет в мегафон:

– Стоп! Снято!

Но никто не выскакивал и не кричал. И опять на попаданцев со всего маху обрушивалась реальность, в которой из кустов может выскочить разве что заяц, а закричать лишь дозорный, увидевший опасность. И девушке надо будет опять прятаться за строем вооружённых мужиков, а остальным землянам вставать в строй, сжимая оружие, и надеяться, что вражья стрела или картечь минует их… возможно, найдя другого. Вспоминались похороны предполагаемой княжны и солдат, неудавшаяся казнь Далии, её дикие крики и яростное пламя костра, раздуваемое князем. А князь, который чуть заживо не сжёг, пусть и ведьму, но всё же живого человека, едет рядом.

От этих мыслей к концу дня у пришельцев неизменно портилось настроение. Они, ещё недавно такие разные, теперь держались ближе друг к другу, словно в этой близости искали спасение от хандры и опасностей нового мира. Даже Крыгина не была теперь такой говорливой, сидела молча, съёжившись, и бездумно глядела в пламя костра, часто забывая о тарелке с порцией каши или похлёбки. Даже Сорокин, уже не так рьяно опекал седого мага, пытаясь вызнать способы развития. Земляне угрюмо съедали свои порции и молча шли на тренировки, которыми их нагружал Василий по два раза в день.

Пытались они учиться и магии, по примеру Карины и Валеры, и у них даже начало что-то получаться. К всеобщему удивлению, первым магией более-менее овладел физрук. Он, непонятно как, сумел сдвинуть с места лёгкое пёрышко, с которым занималась Крыгина под присмотром Кудея. Блондинка в тот момент краснела от натуги, пыталась изменить траекторию падения пера, которое Кудей раз за разом подбрасывал в воздух.

– Карина Александровна, – мягко поправлял девушку маг. – Не стоит так пыжиться. Наоборот, вы должны быть расслаблены, чтобы сила текла в вас свободно. Вспомните упражнения с дыханием, у вас же отлично всё получается. Здесь тот же принцип, не надо силой толкать… Хм… Силой толкать силу, простите за тавтологию. Дышите же вы без усилий, верно?

– Так то дыхание. Я с детства дышу, с рождения, так сказать. А тут совсем другое!

– Другое, но похожее. Давайте-ка ещё раз.

– Может, вы Валерой займётесь, а? – жалобно стонала ученица. – А то он уже три часа в кружку смотрит, а вода не замёрзла.

– Валерию тоже достанется, – пообещал маг, укоризненно качая головой. – Но прежде разберёмся, почему у вас перо вниз летит, когда должно вверх или, на худой конец, в сторону. Ну-ка, ещё раз.

Перо взвилось в воздух на высоту человеческого роста и начало медленно падать, кружась вертолётиком. И в этот самый момент оно вдруг сменило направление движения, причём, очень резко, словно его толкнули рукой. Гараев, пристально смотревший на «учебный объект», охнул, прижимая ладонь ко рту и сильно бледнея.

– Это не я! – протестующе и обиженно воскликнула блондинка, но маг её не слушал.

Одним плавным движением он встал со своего места и переместился к школьному учителю, положив тому руку на голову. Бледность на лице физрука сменилась на нормальный цвет, он благодарно кивнул, когда Кудей протянул ему небольшую фляжку. Мужчина жадно сделал пару глотков, поперхнулся, и поспешно вернул сосуд владельцу.

– Что за гадость такая?

– Витаминный коктейль, – объяснил маг. – Помогает при магическом истощении. Поздравляю, Андрей Владимирович, с прорывом. Телекинез, полагаю?

– Вам виднее, – хрипло ответил тот, вытирая губы, и пошатнулся. – Ох, что-то опять хреново мне.

– Поначалу всегда так будет, – пообещал подошедший Барбашин, князья, как оказалось, были свидетелем этой сцены. – Однако, удивили вы меня, господин Гараев. В таком возрасте овладеть магией? Я ожидал того, скорее, от Руслана или Игоря. Как полагаешь, Борис Сергеевич?

– Отец Игнатий мне говорил, что сила от возраста не зависит, – ответил Котырев, задумчиво разглядывая физрука. – Что и из нашего мира люди взрослые могут ей овладеть, а пришлые – так чуть ли не каждый второй одарённым становится.

– А вы что же, молодые люди? – Барбашин повернулся к сидящим с открытыми ртами Руслану и Игорю. – У вас как дела с освоением магических дисциплин?

– Никак, – признался Вершинин, пряча взгляд. – Я уж и так, и эдак, а оно никак. Может, мы исключение из правил, Лазарь Ильич?

– Камень в руке у вас светился? – сурово вопросил Котырев. – Светился. Стало быть, Сила в вас есть, хоть и дремлет. Надобно только её разбудить, Игорь Игоревич. Не лениться, а пытаться, снова и снова!

– Да мы пытаемся… – попытался объяснить Горбоносов, но князь его перебил.

– Значит, плохо пытаетесь, Руслан Артемьевич! Гляньте, у зрелого мужа Сила пробудилась, а вы свой дар расшевелить не можете, куда это годится? Кудей! – следователь повернулся к магу. – Есть у тебя снадобье какое, чтобы простимулировать этих ленивцев?

– Палка? – предложил седой, усмехаясь. – Метод старинный, действует без отказа.

– Да? – князь всерьёз задумался, а земляне притихли. – А что, палка – аргумент весомый.

– Шучу я, Борис Сергеевич, – поспешно добавил Кудей. – Не получится побоями магию пробудить, даже не надейся. Вот когда в Старгород прибудем, я по алхимикам пройдусь, может чего и сварганю.

Когда князья ушли, маг ободряюще подмигнул:

– Ну-ну, не стоит так расстраиваться, господа. С момента вашего попадания прошло всего несколько дней. Иные годами прорыва ждут, а вы уже руки опускаете.

– У вас правда зелье какое-то есть? – с надеждой спросил Игорь. – А то ведь князь нам всю кровь свернёт, пока мы магичить не начнём.

– Есть, – усмехнулся маг. – Только принимать его надо в спокойной обстановке и под контролем, а сейчас мне с вами возиться недосуг. Полагаю, у вас сильные блоки в сознании стоят, с такими штуками всегда мороки много. Потерпите пару дней, пока в столице на проживание не устроимся, тогда и сделаю из вас магических воинов.