Текст книги "У тебя нет выбора (СИ)"

Автор книги: Даша Коэн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 29 страниц)

А я, не привыкшая сиськи мять, сразу же сиганула с места и в карьер.

– Милена, спасите! Я не понимаю, что делать. Клиент натуральным образом пристает. Русского языка не понимает Слова «нет» не знает. На все мои протесты только улыбается, думая, очевидно, что я набиваю себе цену. А у меня парень есть. Любимый. Понимаете?

– Если честно, то не очень, – как-то странно вытянула губы уточкой моя прямая начальница, и я заметила, что ее глаза смеются.

Блин! Она что думает, я шутки тут шутить удумала?

– В общем, Милена, – попыталась собраться я с мыслями, – есть у меня подозрения, что этот Сергей еще в день собеседования глаз на меня положил. Мы же с ним и его другом в лифте пересеклись.

– Ну допустим, – кивнула девушка.

– А дальше его понесло: не остановить. На свидание звал. В общагу ко мне с веником приезжал. А сегодня вообще на серьезных щах мне заявил, что у меня другого выбора и нет, кроме как пасть перед ним ниц.

– Руки распускал? – на один глаз прищурилась начальница. А я сникла. Ну, все понятно.

– Нет, – вздохнула я потерянно и разочарованно, понимая, что меня сейчас банально выставят экзальтированной идиоткой, которая думает, что весь мир вращается вокруг моей исключительной персоны.

– Деньги за близость предлагал? – продолжала нарезать вопросы Милена – Нет.

– На личности переходил?

– Тоже нет, – опустила я голову, рассматривая свои коротко стриженные ногти.

– То есть, Настя, правильно ли я понимаю, что тебя не устроило лишь то, в каком виде клиент выразил тебе свое почтение? Верно?

– Это было не оно. Но да, вы правы, меня это не устроило.

– Настюш, – словно бы к наивному дитя обратилась девушка, – хорошая моя, посмотри на меня, пожалуйста.

– Ладно, Милена, я все поняла.

– Настя! Алло! – чуть громче, чем требовалось, окликнула меня начальница, и я тут же присмирела, поднимая на нее усталый взгляд.

И уже думала, что все пропало, но неожиданно получила вожделенную надежду на спасение.

– Итак. Раз уж у нас пошла такая пьянка и ты у нас девочка взрослая, то давай поговорим прямо и без лишних экивоков. Если ты, конечно, не против.

– Не против, – согласно дернула я подбородком.

– Супер! Теперь к делу. Как ты уже поняла, ресторан наш – это не фастфуд, с копеечными ценами, где тусят студенты, романтики и непризнанные поэты. «Белый кролик» – это дорого, пафосно и не для всех. И ходят сюда поесть люди, у которых много денег, но слишком мало драгоценного времени, чтобы тратить его на какую-то там тебя, даже если ты очень пришлась по душе. Им проще сказать в лоб, как есть о своих намерениях и получить закономерную реакцию. Да – и погнали. Нет – и до свидания. Благо ты не последняя симпатичная мордашка в этом городе.

– Я говорила «нет».

– Прости, что человек, который привык всего добиваться непомерным трудом и упрямством, не сложил лапки от одного этого слова.

– Ну понятно... – скривилась я

– Разумеется, тебе ничего не понятно, Настюш. И я понимаю твое возмущение. Но и ты меня пойми, хорошая моя. Если я буду падать в обморок на пару с каждой миловидной официанткой, к которой подкатил постоянный клиент, то уже завтра нам придется закрывать двери этого заведения.

– Но можно мне хотя бы не ставить его стол в обслуживание? – в отчаянии пошла я ва-банк

– У меня нет таких полномочий, моя милая, – развела руками Милена.

– Но…

– Но ты можешь написать письмо на имя хозяина ресторана, – коротко улыбнулась девушка, а затем поиграла бровями и быстро потерла лицо ладонями, – он у нас человек понимающий и добросердечный.

– Да? – с сомнением прикусила я губу.

– Буквально поборник нравственности и чести, – серьёзно кивнула Милена и закашлялась, а затем полезла в свой стол, из которого выудила чистый лист бумаги и ручку.

А после протянула все это добро мне со словами.

– Только, Настя, если хочешь, чтобы хозяин вошел в твое положение и за тебя вступился, пиши все откровенно. Ничего не скрывай. Дави на свои эмоции, чтобы его как следует пробрало. И тогда, вангую: этот Сергей более никогда не посмеет надоедать тебе на рабочем месте.

– Думаете, сработает?

– Уверена в этом, – кивнула мне Милена, а затем встала из-за стола. – не торопись, Настя, пиши, сколько понадобится. Как закончишь, оставишь письмо здесь. Я потом передам его нашему хозяину.

И пошла на выход.

И только уже девушка покинула кабинет, как меня вдруг осенило. – Погодите! А на чье имя писать письмо?

– Ах, это, – отмахнулась Милена, – на имя Панарина С. А.

– А полное имя его как?

– Сергей Александрович.

– Еще один Сергей? – скривилась я.

– Сережу нас в стране, как грязи.

– Это точно, – кивнула я, зачем-то вспоминая, что у нас на потоке аж три Насти, пять Даш и целых шесть Софий. Про Никит, Данилов и Тимофеев я вообще предпочитала молчать,

А там уж дверь за Миленой закрылась, и я осталась одна. И стоило только этому произойти, как я окунулась в работу с головой, а там уж расписала все как есть. И да, не сухими фактами, а со всеми негативными эмоциями, которые во мне усиленно культивировал один надутый от чувства собственной важности павлин.

Спустя двадцать минут дело было сделано. А я с чувством выполненного долга отложила от себя листок и ручку. А затем встала и отправилась сдавать смену, да ехать домой, искренне веря, что сердобольный господин Панарин войдет в мое положение и укажет одному зарвавшемуся персонажу его место.

Так-то! выдохнула!

И целых два дня жила себе спокойно. Ждала покорно ответа на свое обращение от хозяина «Белого кролика». Работала. Радовалась, что приставучий Сергей не отсвечивает на небосклоне моей и без того непростой жизни. И вообще верила, что все у меня будет хорошо.

А затем наступил понедельник. И мир ушел у меня из-под ног.

Потому что сразу после последней пары мне позвонила наша соседка, что посильно захаживала к отцу и помогала ему, чем могла. А там уж я услышала в трубке слезные завывания

– Настенька! Настёна! ОЙ, что же это делается-то, а? – Теть Люсь, что случилось?

– Господи помоги!

– Теть Люсы

– Что же теперь будет-то? Ох

– Теть Люсь, вы меня пугаетеи! – едва ли не закричала я в трубку, боясь, что с отцом могло случиться что-то непоправимое.

А потом как обухом по затылку.

– Коллекторы пришли, Настя! Коллекторы! Говорят, что у отца твоего больше полумиллиона задолженность по кредитам! Хотят дом у старика твоего отжать! Прессовали его, гады! Избить хотели! Но мужики наши на защиту встали. Отвадили выродков. Только…

– Только что? – ни жива ни мертва, прохрипела я. – Надолго ли, Настя?

О боже!

Глава 7 – Грубиянка

Настя

Все воскресенье и половину понедельника я пыталась суматошно и с пеной у рта найти выход из той эпической задницы, в которую мы угодили вместе с отцом. Ибо найти деньги на его содержание – это одно. А вернуть еще почти полмиллиона заемных средства – это совсем другой коленкор.

Потому что внезапно оказалось, что деньги мой недальновидный папаша взял далеко не у соседа. А в микрофинансовой организации, в той самой, где проценты за просрочку начислялись не за месяц, а за каждый божий день

Плюс пеня.

Вы, наверное, спросите, как все это вышло? Я сама толком не поняла, ибо сколько бы ни подсчитывала в уме суммы по задолженности, дебет с кредитом у меня упорно не бился. Но теть Люся что-то лопотала, будто отец взял сначала одну сумму, но не успел ее погасить в срок, так как ему задержали зарплату. А там уже набежало сверху нехило. Чтобы закрыть первый долг, он взял еще два займа. Но погасить ничего не успел, так как его настиг инсульт

Вот и получалась простая, но ужасающая арифметика.

Естественно, я уточнила, за те две последние суммы, где они и можно ли ими временно прикрыться. Но теть Люся лишь развела руками, признавшись, что на счетах отца давно гуляет ветер. И куда, что подевалось? То неведомо.

Да и у папы получить хоть какое-то объяснение по данному вопросу не вышло. Он лишь что-то невнятно мычал в трубку и бормотал несвязно. А потом и вовсе расплакался.

И я вместе с ним.

Вывод? Ну, нас можно было «поздравить». Потому что это был уже какой-то запредельный ужас, и мы в него со свистом залетели, буксуя и не понимая, что Делать дальше!

Разумеется, я попыталась что-то предпринять. Сама попробовала взять кредит, чтобы перекрыть эти ужасные финансовые дыры. Вот только ни один уважающий себя банк не хотел связываться с жалкой студенткой, у которой ко всему прочему никакой кредитной истории не имелось.

Занять такие астрономические суммы мне было попросту не у кого. Совершенно!

– Короче, вот такие дела, Настюш, – с утра пораньше в воскресенье уселся предо мной на корточки Макс и проникновенно заглянул в мои глаза, перед этим поведав душещипательную историю происшествия, что приключилась с его мамой. Я же в ответ лишь протянула руку и нежно взъерошила его короткие волосы на макушке.

– Все наладится, не переживай, – кивнула я, насильно растягивая губы в улыбке.

И молчала о своих собственных трудностях. Потому что знала: Харитонов все равно не сможет мне никак и ничем помочь. Разве что только будет носиться с чувством вины оттого, что в трудной жизненной ситуации его ресурса не хватило на всех. Просто потому, что взять его было неоткуда.

Выше головы же не прыгнешь.

Да и от Макса можно ожидать чего угодно. Максималист же до мозга костей. С него станется бросить учебу и пойти работать на целый день, чтобы всех спасти. Пусть лучше так. У него и без меня хлопот хватает.

Его мама неудачно упала в ванной и сломала ногу. Теперь впереди у нее были долгие месяцы реабилитации и больничный. В гипсе и на костылях ведь на работу не наездишься. Да и в сельской глуши заниматься индивидуально английским языком много желающих не находилось.

Так что, семье Харитоновых светило отныне затянуть пояса потуже – Блин, это как в поговорке, да? Беда не приходит одна.

– Ага, – пожала я плечами, – ноты не парься, Макс. Я ведь в ресторане сейчас нормально зарабатываю, так что ты полностью сосредоточься на своей бедной маме. Ей твоя поддержка и опора, как никогда нужны.

– Спасибо, любимая, – положил мне на колени голову Харитонов и вздохнул, а затем резко поднялся и впился в меня глазами, – ты лучшая девушка на земле. Ты знаешь об этом, Настя?

– Нет, – фыркнула я

– А я знаю, – сделался до невозможности серьезным парень и запустил ладонь в карман своих джинсов, а затем выудил из него кольцо. Обручальное! И протянул его мне.

– Ты чего? – недоуменно насупилась я

– Насть, ты не подумай ничего такого. Я потом тебе предложение как следует сделаю. Обещаю! Ну, чтобы красиво и все такое. И в ЗАГС мы с тобой обязательно сходим. Но сейчас, когда ты в своем ресторане всяким ожиревшим олигархам мило улыбаешься, без этого никак.

– Макс? – насторожилась я

– Оно серебряное. С позолотой. Но ничего ведь, правда? Зато никто к тебе яйца уже не подкатит – увидят, что обручалка на пальце, и отвалят. И твоему парню будет спокойнее. Так что, пожалуйста, Настя, не отказывайся носить его хотя бы там. Ладно?

А может, он и прав?

– Спасибо, – кивнула я все же Максу и благодарно улыбнулась, надеясь, что этот оберег от оборзевших мудаков действительно работает так, как он и говорит.

Но мыслями уже была не с ним. В голове у меня крутилась моя последняя надежда. А именно выловить в самое ближайшее время на работе Милену, а там уж попросить ее выдать мне зарплату чуть пораньше. Я почему-то верила, что мне пойдут навстречу.

Не могли не пойти.

Я ведь ответственная. И обязательно собиралась все отработать. Пренепременно! Если надо, то сторицей. Я буду пахать как проклятая с утра и до вечера все лето. Лишь бы хоть крошечный лучик света замаячил в конце этого бесконечного темного тоннеля.

Вот только мне не очень-то везло последующие несколько дней. Теть Люся звонила мне почти каждый день и нагнетала ситуацию до невозможности, утверждая, что. машина коллекторов почти круглосуточно дежурит у нашего дома. На психику отца давят, кошмарят его, не понимая, что с больного старика взять нечего, кроме дома и проржавевшего «Урала» с люлькой.

Гребаные уроды!

И на всем этом фоне Милена никак не находила времени со мной поговорить. В понедельник ее тупо не было на месте. Во вторник она была в ресторане, но была занята какими-то своими архиважными делами. В среду она отмахнулась от меня нетерпеливо, но прежде кинула бегло мне лишь это.

– Кстати! Хозяин ресторана ознакомился с твоим заявлением, Настя. И пошел тебе навстречу. Отныне ты больше не будешь обслуживать Сергея. Никогда. Так что радуйся!

Пф-ф-ф! А я ведь и думать про этого «папика» забыла. Есть он, нет его? Плевать.

Настя

– Супер! – отмахнулась я от этой новости, как от назойливой мухи и пошла в лобовую. – Но мне бы поговорить с вами, Милена. Очень надо, пожалуйста!

И сложила руки в просительном жесте. Да только зря. Этой девушке не было дела до моих печалей. Она лишь открыла свой ежедневник и с умным видом пробежалась глазами по таймингу, а затем цыкнула и пожала плечами.

– Разве что только завтра, Настя – Но…

– Все. Иди работай, – и усвистела куда-то в офисное крыло, а я, как в воду опущенная, бродила между столиков. Улыбалась дежурно, но едва ли не плакала, представляя, что где-то там, в далекой Сибири мой бедный отец задыхается от отчаяния.

Парализованный. Напуганный. Одинокий. И я не могу ему никак помочь.

Боже.

И так меня вся эта беспросветная черная полоса размотала, что после смены я вошла в лифт злая, как собака. И не сразу заметила, кто именно проспедовал в металлическую кабину вслед за мной. Поежилась только инстинктивно под шквальным огнем дикой мужской энергетики и словила волну колючих мурашек по всему телу.

Бр-р-р!

А спохватилась только тогда, когда позади себя услышала рокочущее приветствие, произнесенное знакомы до боли и печёночных колик голосом:

– Здравствуй, Настя.

Ладони в моменте вспотели. Сердце за ребрами забилось испугано. Все же до невозможности неприятно мне было находиться в маленьком замкнутом пространстве с персонажем, на которого у меня наблюдалось прогрессирующее неприятие.

Дернула в его сторону головой и кивнула, посчитав, что этого достаточно. Да и он, наверное, уже был в курсе, что я настрочила кляузу аж хозяину ресторана по его грешную душу. Так он меня достал! И как бы понятно человеку должно быть сразу, что беседовать с ним я намерена разве что только в его дурных снах.

А он, поняв мой настрой, вдруг откинул голову и заливисто рассмеялся. А затем ударил очередным едким вопросом в спину:

– Что, даже слова мне не скажешь?

А меня такое зло взяло. И сорваться хотелось хоть на ком-то. Выплеснуть малую часть того негатива, что во мне кипела разъедающей кислотой.

Что ж. Порадуем дядю. Не жалко!

И я тут же отважно к нему повернулась, а затем с улыбкой выдала порцию говна на лопате. Так сказать, отблагодарила честностью за его честность.

– Ну, почему же? Скажу. Спасибо вам, Сергей, за вчерашний вечер. – Не понял? – нахмурился он. – Мы вроде бы вчера не виделись.

– Ну так и я о чем! – хмыкнула я, подмигнула ему издевательски, а затем обошла мужчину по широкой дуге и выскочила из лифта, который наконец-то достиг пункта назначения, а там уж понеслась в сторону метро на пятой космической, словно бы за мной черти гнались.

Еще даже не догадываясь, что совсем скоро мне придется краснеть за свои слова.

Ибо да! Да, черт возьми, уже на следующий день я поговорила как есть, с Миленой. Вывалила на нее все свои горести и буквально умоляла мне помочь. Да только зря я распиналась.

Девушка холодно и в высшей степени равнодушно поведала мне, что если она будет постоянно кидаться на выручку каждой бедной сиротке, вытаскивая ее из долговой ямы, то очень скоро попросту и сама обрастет долгами. Потому что останется без работы!

Ее банально вышвырнут на улицу за малодушие и неделовой подход к ведению бизнеса.

– Мой тебе совет, Настенька, – энергично щелкнула пальцами Милена, – ярче улыбайся гостям и, глядишь, именно они помогут тебе выплыть из этой непростой для тебя и твоей семьи ситуации. Чаевые – вот твоя цель. Так что дерзай милая моя.

Надо ли говорить, что меня ее ответ попросту размазал?

Остаток смены я не ходила, а ползала. Не дышала, а задыхалась. И сходила с ума, загнанная в ловушку обстоятельств.

Меня трясло. Буквально наизнанку выворачивало от страха переде пугающим будущем. И некому было протянуть руку помощи.

Я осталась совсем одна. А потом как гром среди ясного неба – звонок теть Люси.

Я приняла вызов в полуобморочном от безысходности состоянии. И уже была готова услышать любые катастрофические новости.

Но не те, что с ликованием и на диком крике принялась вещать мне женщина – Настя! Настенька! О господи! – плакала она и одновременно смеялась в трубку. – Что? Что случилось?

– Ты не поверишь. Ты просто мне не поверишь. Но чудеса случаются, девочка моя! Не иначе как бог помог, Настюша! Бог! А я знала! Не зря в церкви свечки ставила. Не зря!

– Да говорите вы уже, теть Люсь. Не томите! Мне и так до икоты страшно. Что произошло?

– Ох, Настя! Закрыли долги твоего отца! Все до копеечки закрыли, слышишь? – Что? – охнула я.

– Что слышала! Не должен он больше никому и ничего! Свободный человек! Но и это еще не все!

– Говорите! – сипло прохрипела я, едва ли понимая, о чем толкует мне женщина. Разве так вообще бывает? Что за Поле-Чудес? Или, быть может, я сплю? Ущипнула себя за руку. Не похоже.

– Настя, танцуй! У твоего отца теперь сиделка есть. И не простая, а с подвыпердвертом. Будет ему массаж делать и с речью заниматься. Хорошая девушка, я с ней сегодня пообщалась. И вот, что я тебе еще скажу – толк точно будет. Там квалификация – ого-го какая!

– Ничего не понимаю, – потрясла я головой

– А тут и понимать ничего не надо, Настена. Радоваться надо! И хозяйство ваше теперь тоже под присмотром будет. Виталику Колмогорову за полгода вперед заплатили, чтобы он к твоему отцу управляться ходил. Ну, ты представляешь.

– Заплатили? – заторможенно прошептала я, едва ворочая языком – Ага!

– Кто заплатил? – тяжело сглатывая горечь, задала я главный вопрос. А теть Люся убила.

– Не знаю, кто такой, этот волшебный благодетель, Настена. Но от сиделки и Виталика я узнала, что его нанимали люди какого-то там Сергея. Знаешь такого?

Знаю.

О боже!

Глава 8 – Милостыня должна запотеть в руке просящего!

Настя

– Катя, – села я на кровать подруги и чуть потребила ее за плечо, привлекая к себе внимание.

Она читала какой-то любовный роман в сети, нахлобучив до кучи на себя еще и наушники, в которых на полную громкость орал Ваня Дмитриенко. Улыбалась, прикусив нижнюю губу. И я поняла, что подруге сейчас вот совсем не до меня. Там, наверное, какой-то властный миллиардер с первого взгляда влюбился в бедную провинциальную дурочку и сразу возжелал на ней жениться. А она ни в какую – мордой крутила, рвалась на амбразуры и замуж за Ивана-дурака.

Но мне было необходимо хоть с кем-то поделиться наболевшим.

Не к Макс же со всеми этими чудесами идти, что стремительно случились в моей жизни. Мне был дорог мой мозг, я не хотела, чтобы его выносили из черепной коробки по надуманным причинам. А у парней на почве ревности только так и бывает. Не успеешь три слова сложить в удобоваримое предложение – и все, ты уже виновата, что кто-то попутал берега.

Нет уж, спасибо.

– Погоди, Тась, у них тут как раз первый поцелуй, – слишком громко заорала Катя, пытаясь перекричать рев слезных причитаний в наушниках.

– Ладно, – кивнула я и поскоблила рваное пятнышко на своих джинсах, самозабвенно жуя нижнюю губу.

И все думала, как теперь быть и что делать.

Во-первых, было невыносимо стыдно, за то, что я в лифте накинулась на Сергея. Он ведь ничего мне такого преступного не сказал. Просто поздоровался. А я его помоями облила с ног до головы. Ни за что. «Отблагодарила» называется, что он нас с отцом от долговой ямы спас.

А во-вторых, я позорище!

– Так, Настюш, все! Я дочитала, – подорвалась ко мне Арямкина. – Что там у тебя стряслось?

– Слушай..., – начала я было вещать, но тут же осеклась, вытягивая губы трубочкой, а затем нехило так задумалась.

Расскажу, что у меня творится с «папиком», и Катьку Кондратий хватит на почве эмоциональных переживаний. И совета дельного я тоже не услышу. Она будет топить за кашу манную, а я за жизнь туманную. А в итоге мы снова с ней потявкаемся на этот счет.

Так что...

– Ну? – поторопила меня подруга, а я ей улыбнулась и пошла окольными путями.

– Кать, представь себе, что тебя мошенники развели.

– Чего? – скривилась Арямкина, но я только подняла руку вверх, прося минуту внимания.

– Нет, ты представь. Развели, как лохушку, Катя. Вынудили кредит взять на бешеные тыщи и еще всю заначку родителей отдать заставили, что те откладывали на черный день.

– Ну, допустим, – пожала плечами девушка.

– И вот ты в полной финансовой жопе. Денег нет, долги отдавать не с чего. Родители в позу встали, мол, не дочь ты им более. И тут...

– Ага.

– Глеб Долгов...

– О боже, может, не надо? – закатила глаза Катька, услышав имя своего главного воздыхателя, который не давал ей прохода и вечно изводил ее просьбами сходить с ней на свидание.

– Короче! Именно он, на твое счастье, как раз в это время выигрывает в лотерею джекпот. И сразу же закрывает все твои долги. Вот прям все! А ты об этом узнаешь.

– И чего?

– Твои действия? – заломила я руки.

– Ну, – пожала Арямкина плечами, – а джекпот большой или так, на пол карасика, чтобы чисто мои долги закрыть хватило?

– Допустим, большой, – хмыкнула я.

– Сильно? – прищурилась подруга.

– Сильно, Кать! Прям овердофига! – психанула я.

– Ну, – рассмеялась девушка, – тогда бы я снизошла сходить с ним на пару свиданий. Иначе никак, ведь такой подгон. Сама посуди. А там уж я бы предложила помочь касатику до конца растратить все эти бесчисленные миллионы.

– Какая ты все же меркантильная, Катя, – закатила я глаза и рассмеялась, но подруга усмехнулась и многозначительно выдала.

– Я – реалистка, Тась. Это в древние времена мужская сила и красота измерялась количеством добытых мамонтов. А сейчас мамонты превратились в количество нулей на банковских счетах. И у какого мужика их больше, тот и привлекательнее, желаннее, а значит, и любимее для женщины. И это не я придумала, а природа.

– Ну, точно, – поджала я губы.

– А почему ты спросила? – с любопытством глянула на меня Арямкина.

– Да так, дурью маюсь, – отмахнулась я, а Катька и рада была от меня отвязаться, чтобы снова вернуться к своей книге, в которой писали всякие несусветные глупости.

В жизни ведь так не бывает, чтобы прожженные циники и заядлые потребители влюблялись в невинных овечек. На мясо их пустить – да. А вот к себе в сердце – никогда.

Но, как бы то ни было, а разговор с подругой все крутился у меня в голове. Да и чувство справедливости не давало мне покоя. Ведь Сергей реально за меня вступился, избавил от забот и хлопот, от бессонных ночей, где мозги кипели и плавились в поисках выхода из тупиковой ситуации.

А теперь я полными легкими дышала.

И все благодаря ему. Человеку, который от меня видел только грубость.

И удивительное дело, но да – следующие несколько дней я уже сама глазами выискивала в ресторане знакомый поджарый, высокий силуэт, затянутый в дорогой, явно отшитый на заказ, костюм. Даже пару раз спрашивала про именитого гостя у девчонок, с которыми успела познакомиться на сменах.

Но никто Сергея не видел.

А мне все больше становилось неуютно. Потому что, что уж греха таить, а я искренне верила, что этот мужчина сам придет ко мне козырять подвигом. Мол, смотри, что для тебя сбацал.

Но снова ошиблась...

И все это вкупе сбивало меня с толку и сводило с ума.

И наблюдение Кати в пятницу перед сном, когда мы уже лежали в темноте, пытаясь заснуть поскорее перед парами, вдруг ударило наотмашь:

– А «папик» по твою душу к нашему институту больше не ездит.

– Наверное, Макс ему все разжевал и по полочкам разложил.

– Или ты была права. И он хотел тебя лишь весело и без напряга трахнуть за букетик мертвых цветов, – злым шепотом выдавила из себя Арямкина.

А я смолчала. Потому что была не дура и понимала, что просто за присунуть вот так тела мужики не напрягают. Ведь этот Сережа ради меня людей своих аж в далекую Сибирь послал. Озадачился и нанял моему отцу сиделку, что уже несколько дней исправно выполняла свою работу. И Виталика управляться подогнал.

И вообще...

А, может, я жизни не знаю? И масштабов этих столичных понять не в силах? Или зря об этом человеке столько думаю. Он просто за свое хамство и неуместный напор таким широким жестом извинился. А я уже себе придумала параллельную реальность, которой на самом деле и нет.

Измучилась вконец. Уснула глубоко за полночь.

Весь субботний день бродила по институту, как сомнамбула. А потом без настроения поехала на смену, особо ничего не ожидая от этого дня.

Именно поэтому вросла ногами в пол, когда уже после честно отработанных часов вошла в лифт и увидела перед собой его – Сергея.

Он стоял, вальяжно облокотившись на перила металлической кабинки, и смотрел на меня в упор, но совершенно бесстрастно. Как всегда, одет с иголочки: темно-синий, идеально скроенный костюм, белая рубашка с расстегнутым воротом, безупречно начищенные туфли и шлейф дорого нишевого аромата.

Я в них совсем не разбиралась, но внезапно решила, что он такой и есть. Другим бы этот человек просто бы не воспользовался.

– Здравствуйте, Сергей, – решительно и громко произнесла я, когда двери за моей спиной схлопнулись.

– Здравствуй, Настя.

Даже не кивнул. И не удивился тому, как я феерично переобулась в воздухе после нашей последней встречи. Просто лениво полировал меня своими янтарными глазами, и ждал, что же я отчебучу на этот раз.

А мне опять так стыдно за себя стало. До невменоза просто. Я ведь никогда такой не была! И вспоминая то, как отчитывала меня Милена, теперь понимала, что особого повода у меня ломать трагикомедию тоже не было.

Я поступила как неблагодарная свинья.

А он, может, благотворитель. Меценат. Миллионер, плейбой, филантроп. И банально не привык к дурочкам из сельской глуши.

Ой, я кулёма!

– Сергей, я хотела бы вас отблагодарить за то, что...

– Не за что, – жестко припечатал он меня в лоб. Да так, что я даже растерялась.

Блин.

Наверное, он наконец-то разнюхал, что я на него жалобу хозяину ресторана накатала. И теперь думает обо мне всякое. Нехорошее. Но закономерное.

– Отблагодарить за то, что вы помогли моей семье и извиниться за свое поведение, – упорно решила поправить я ситуацию.

А между тем лифт достиг первого этажа и выплюнул нас из своего нутра. И мы пошли на выход. Я – к метро. Сергей – к своему роскошному автомобилю.

И только бы я решила, что на этом между нами будет поставлена жирная точка, как вдруг услышала окрик.

– Настя?

– Да? – повернулась я к мужчине, видя, как он стоит возле пассажирской двери, приглашающе ее придерживая.

– Прыгай – докину до общаги. Заодно поговорим.

– А-а...?

– Извинишься, – подытожил он без улыбки и совершенно безэмоционально, а затем заполировал, – и отблагодаришь заодно.

А я зачем-то кивнула. И пошла к нему, еще даже не догадываясь, что совсем скоро очень сильно об этом пожалею.

– Хорошо.

Настя

Сегодня у него был другой автомобиль. Огромный, как космический корабль. И длинный, как наш деревенский автобус, только в сто раз красивее, и блестел на солнце, точно начищенный медяк. Только цветом черный и от багажника через крышу и до капота темно-бордовый. А на капоте статуэтка – девушка с крыльями. В общем, очень красиво. И солидно. Даже у меня, ничего не сведущей в этой теме, дыхание перехватило.

В такую машину и садиться было страшно.

А уж когда Сергей открыл передо мной дверь, приглашая внутрь, то я вообще замялась неуверенно.

Салон – белоснежная кожа.

– Прыгай, Настя.

Блин.

Ладно...

Уселась и сложила руки на коленях, как первоклашка, уже жалея, что отыскала в себе ресурс на благодарность для этого толстосума. У него одна только тачка стоила, как все наше село. Или даже больше. Что ему стоило пустить пыль в глаза девчонке, закрыв долги ее отца.

Для меня это было целое состояние, а для него – копейки. Это же очевидно.

Сергей появился в салоне спустя всего несколько секунд. Уселся за руль и покачал головой, будто бы что-то для себя решая. А затем зачем-то просветил.

– Без подтекста, Настя. Просто у меня офис в «Сити» и мне действительно по пути. Говорю, чтобы ты не нафантазировала себе опять воздушных замков. Ок? – сказал все это и завел двигатель.

А мне вдруг так неуютно стало. И я в очередной раз почувствовала себя недалекой истеричной дурой, которая устроила целый нервный припадок на ровном месте. Ну надо же – мужчине понравилась. Комплимент от него выслушала не в той манере, что привыкла и все: караул, спасите кто может!

– Ок, – кивнула я и уж было набрала полные легкие воздуха, чтобы начать свою шарманку. Но мужчина лишь повелительно поднял руку вверх и задал закономерный, в общем-то, вопрос.

– Как ты узнала?

– Что? – недоуменно дернула я подбородком.

– Как узнала, что я помог твоему отчиму?

– Ах, это, – пожала плечами, – соседка у нас есть теть Люся. Подпольная кличка – Любопытная Варвара. Она сиделку и Виталика расспрашивать принялась, кто их наниматель. Ну, те и сказали, что какой-то Сергей.

– Интересное кино..., – рассмеялся мужчина.

– Почему? – удивилась я его веселью.

– Ну, где причинно-следственная связь, Настя? Алло! Я ведь такой плохой и нехороший, напал на тебя в закрытых кабинетах и давай пугать своими бурными чувствами. До заикания, конечно, не довел, но вот кляузы гневные писать руководству ресторана заставил.

Он все-таки знает!

– Блин...

– Отсюда следует, что я скорее злой и страшный Серый Волк, но никак не благородный Робин из Локсли. Верно?

– У меня нет знакомых Сергеев, – сквозь зубы процедила я.

– У твоего отчима могли быть, – хмыкнул он будто бы между прочим, а я тут же лицом в ладонь впечаталась, поражаясь своим дедуктивным способностям и той легкости, с которой сделала выводы.

Хотя нет! В порядке все со мной и с моими мозгами. А этот персонаж просто мне зубы заговаривает.

– Откуда бы у обычного деревенского мужика такие друзья водились, что с бешеными тыщами легко расстанутся, да еще вдогонку добивают сиделкой и управляющим по хозяйству? – прищурилась я.

– Откуда мне знать? – легко фыркнул мужчина, а я не выдержала и напала на него вопросом в лоб.

– Так вы тот Сергей или не тот?

– А ты как думаешь?

– Я уже сказала, как думаю!

– Ну и расслабься значит, – послал он мне кривую улыбку, а я глаза закатила.

Нет, ну до чего человек может быть противным, а? У него же талант людей выводить из себя! Дар! Мастер выноса мозга восьмидесятого уровня просто!

– Вы или нет?